Глава 6

Один из солдат привел на крыльцо Никлиса и тут же поспешил удалиться.

– Ну как тут у вас? – спросил Ингви.

– Да все путем, – ответствовал сержант, – расположились, охрану выставили. Дом, слышь-ка, большой – так я велел и ту сторону караулить, дальнюю.

– Это правильно, не помешает.

– А далее-то что?

– Завтра я снова отправлюсь в замок к графу. Займемся с ним кое-чем, потолкуем о том, о сем. Он предлагает нам дело. Но я скорее всего откажусь, дело опасное.

– Как прикажете, мастер капитан. Деньжат у нас – того, надолго хватит…

– Вот и ладно. Пока что поручу тебе другое дельце.

– Да уж это как водится. Ежели драчки никакой это… нету, так всяческие мелочи можно и Никлису поручить.

– Вот именно. Поручаю тебе, потому что ты исполнишь лучше всех. Кстати, это не мелочи, а очень даже серьезное поручение.

– Ну, слышь-ка, ежели так…

– Только что в те ворота вошли люди. Дюжины полторы рабов в цепях и три монаха – хозяева.

– Ну так известное дело, постоялый двор.

– Да. Только один из этих монахов был в Альде одновременно с Ннаонной и очень даже интересовался ее замком… О вампирах расспрашивал – так, Ннаонна?

– Да, – буркнула девушка, – только по-моему ты слишком много значения этому придаешь.

– Не слишком. У меня есть несколько причин заинтересоваться этим монахом. Во-первых, он тебя узнал.

– Почему это ты так решил?

– Он зыркнул на тебя и тут же глаза отвел.

– А может смутился. Глянул на девицу и… Монах все-таки.

– Смутится тебе монах, как же, – Ингви ухмыльнулся (Никлис при этом согласно кивнул и хихкнул), – во-вторых, если монах был в Альде и неторопливо копался в архивах, то как он успел одновременно с тобой очутиться здесь?

– Ну, может…

– Может. Я сам могу придумать несколько объяснений – например, что он занимался исследованиями, пока его кореши покупали рабов. Как они справились – так и в путь… Но как они успели? Ты ведь с Алекианом верхом двигалась быстрее, чем эти со своим хромоногим стадом. Мы задержались на пару дней в Гонзоре, потому они, вероятно, догнали тебя там. И дальше шли за нами – словно по следу… Согласна?

– Ну…

– То-то. Никлис, ты согласен, что это подозрительно?

– Так ведь… это…

– Я уже не говорю, что они дунули через Ничейные Поля за тобой, Ннаонна, словно не боялись орков… Против доброй стрелы Гилфингова молитва не очень-то по-моему помогает… В третьих, это рабы в их караване. Молодых крепких мужчин нет, женщин нет. Все, как на подбор – крупные пожилые дядьки. К чему бы это?

– Да кто ж их разберет, монахов-то… – неопределенно протянул Никлис, – только удивительно мне, что они, как ты говоришь, твое демонское, от самого Гонзора за нами топают и не отстали. Мы все же – солдаты. Мы, слышь-ка, маршем шли. А это… «Пожилые дядьки», да с цепями… И не отстали… Заколдованные, что ли…

– Вот именно. Тут мы добрались до «в четвертых». От них и впрямь веет кое-какой волшбой. Возможно, эти монахи поддерживают силы стариков в караване магическими средствами, возможно – у них имеются какие-то мощные амулеты… Я не смог определить издалека. Поэтому, Никлис, просьба – постарайся узнать все, что можно, об этой странной компании. Я позволяю нашим сходить в кабак. И ты с ними сходи, либо поручи кому-то из парней пошустрить насчет монахов… Выбери из наших кого потолковее. Кто они – эти попы, откуда, куда. Почему такие старые рабы. Ну и вообще все, что удастся узнать.

– А я тем временем… – начала было Ннаонна.

– А ты будешь сидеть в этом доме и не отсвечивать. Это приказ. Завтра я к графу в замок пойду, а ты будешь здесь. И смотри – из дома ни шагу!

– Ну тогда, может, хоть возьмешь меня завтра в замок?.. А, Ингви?..

– С тебя мало сегодняшнего представления? Завтра будет, наверное, еще веселее.

– А я тебя подожду за дверью. Даже заглядывать не буду…

– Ладно, посмотрим…

– Э, твое демонское, – встрял Никлис, – так а что было-то в замке? Интересное что?

Ингви с Ннаонной переглянулись… И дружно хихикнули. Довольно-таки нервно хихикнули…

* * *

Вскрытие покойника (особенно такого, которому невесть сколько лет) – удивительно неприятное и мрачное занятие. Тем более, если наш лежалый покойничек активно противится вскрытию. Удивительно, повторяю, мрачное занятие. Такими делами должно заниматься ночью – и чтобы за окном попеременно ухали филины, громыхал гром и завывал пронизывающий ветер, обязательно – пронизывающий! Ну и желательно, конечно, чтобы из всех щелей багрово светились чьи-то неморгающие злые глазки… Вероятно примерно так рассуждал граф Гезнур – во всяком случае он прислал за мной в тот же день, только под вечер, когда уже порядком стемнело… Солдаты в анракских цветах, факельщики – целая процессия. Конечно, на столь изысканное приглашение ответить отказом было немыслимо – и с тяжелыми вздохами я принялся собираться в замок. Оделся потеплее – ведь предстояло лезть в холодное подземелье, взял кое-какие свои штучки…

Я вообще не люблю двигаться под вечер, если уж удалось где-то обосноваться – но пришлось… Тут же примчалась из отведенной ей отдельной комнаты Ннаонна – она непременно должна сопровождать меня… А впрочем, пускай. Итак мы с вампирессой торжественно воссели в седла и направились в замок Акенр, предваряемые и сопровождаемые солдатами с горящими факелами в руках…

В замке нас препроводили в подвал с прикованным покойничком. Там нашего прибытия уже ждали – сам граф, его цирюльник (он же врач, ветеринар, писарь, палач и исполнитель еще бог знает скольких обязанностей при Гезнуре – во всяком случае, мне так пояснили), а также еще одна интересная персона – личный, так сказать, колдун графа. Удивительно неприятный и скользкий типчик, постоянно дергающийся и гримасничающий… Ну и конечно сам «объект» предстоящего исследования… Веселая компания, что и говорить – впрочем, пожалуй, вполне подходящее общество для демона и вампира…

Еще в подвале было четверо солдат – эти жались в углу и избегали приближаться и к закованному в цепи узнику, и к важным персонам… Сам узник проявлял завидное хладнокровие. Ха-ха, хладнокровие – уж у кого-кого, а у этого существа кровь была куда как холодна – можете не сомневаться. Это в том случае, если у него была кровь… И он был единственным, кажется, в этом подвале, кто сохранял спокойствие. Да, еще одно изменение – вокруг горели несколько десятков факелов и появился тяжеленный массивный стол.

Граф коротко кивнул нам и без долгих вступлений объявил:

– По-моему, тянуть нечего. Тем более, что вернулся мой собственный колдун, мастер Лопсиль… Он выполнял… – тут граф на секунду замялся, – выполнял одно мое поручение… Теперь все, кто нужен для исполнения… замысла, собрались. Так что – приступайте, мастера. Делайте все, что сочтете нужным.

Колдун задергался с удвоенной энергией, цирюльник извлек откуда-то из-под себя тяжелый лязгающий сверток, из которого торчали рукоятки всевозможных инструментов, солдаты нервно завозились и завздыхали в своем углу…

– Погодите, ваша светлость, – попросил я, – позвольте, я сначала осмотрю его. Пока он еще в более-менее неповрежденном виде… Да, Ннаонна, может ты все же подождешь за дверью?

В ответ моя вампиресса энергично покрутила головой. Ну ладно, хочет получить новый заряд бодрости – ее дело. Я осторожно приблизился к висящему на цепях телу. Так-так, несомненное присутствие магии, причем не сырой, а упорядоченной заклинаниями. Это кое о чем говорило – я могу предположить, что предо мной – искусственно созданный зомби, а не, скажем, воин «армии мертвых» из пророчества покойного Энтуагла. Будь этот неупокоенный созданием божества – наложенные на него чары были бы вероятно более «сырыми», бесформенными, так сказать… Что еще? Мана исходит от него неравномерно, похоже, что ее источник – где-то в верхней части груди или в голове. Нет, не так – там главное, но не единственное вроде бы средоточие волшбы. Я для пробы пробормотал несколько формул – чтобы погрузить монстра в транс и облегчить нашу работу. Бесполезно – я только привлек внимание зомби, он начал шевелиться. Звякнули цепи… Странно, странно… Довольно интенсивная сопротивляемость магическому воздействию, незнакомый характер наложенных на него чар. Я попробовал еще кое-что – из того раздела моей старой коллекции, что было объединено заголовком «Некромантия» – опять мимо? Хотя нет, пожалуй что-то получилось. Вроде бы. Кажется, я догадался, что может его утихомирить – «букет» из нескольких формул. Может попробовать? Но это потребует некоторой подготовки.

– Бесполезно, мастер капитан, – прокаркал кто-то рядом со мной.

Я оглянулся – колдунишка Гезнура.

– Я говорю, бесполезно, – повторил он и скорчил особенно неприятную рожу, – ни «авенорэты», ни сдерживающая магия – ничто его не берет. Я уж пробовал…

Умник – пробовал он… Вслух я этого не сказал, а ответил:

– Ладно, будем считать, что я осмотр закончил. Делайте, что вы там задумали. У вас же есть какой-то план действий?

– Ага, – ужасающие гримасы быстро сменяли друг друга на его лице, похоже, какая-то разновидность нервного тика, – когда не действует тонкая магия, помогают простые средства… Четырех солдат, например, будет достаточно, чтобы с ним управиться. Давайте, ребята…

* * *

Ингви отступил в сторону, Ннаонна тут же пристроилась у него за спиной, а солдаты неохотно двинулись к неупокоенному. Они косились друг на друга и старались оказаться подальше от «объекта», никто не желал быть первым…

– Не робей, – прикрикнул на них графский цирюльник, – вот…

Покопавшись в своем объемистом мешке, он извлек тугой сверток:

– Разбирай!

В свертке были перчатки из толстой кожи. Естественно – в перчатках не так противно.

– Не робей, не бойсь, – тем временем продолжал разбитной мужичок, – надевай перчатки и берись за эту нечисть. Не сумлевайтесь, над нею уже служители церкви все нужные молитвы зачитали, так что все будет хорошо… И отец Роппик сейчас в часовне – за вас молится. Силы Света оберегут вас…

Но солдаты даже после упоминания молитв почему-то не прониклись уверенностью – они, натянув перчатки, все так же мялись, поглядывая друг на друга. Похоже было, что они не понимают, как им лучше взяться за дело. Наконец один робко прикоснулся к руке мертвеца, тот неожиданно резко дернул конечностью. Зазвенели цепи, перепуганный солдат отскочил назад. Видя их неуверенность, цирюльник (врач, писарь, палач и т. д.) принялся командовать:

– А ну-ка, ты и ты… да, да! Берите его за левую ногу, а вы тоже не стойте – берите за правую!.. Давай, давай – чем раньше управитесь, тем быстрее отсюда уйдете… Соедините ему ноги… А мы вот так… – он проворно надел на ноги зомби какую-то железяку.

Неупокоенный хрипел и выгибался, однако четверо солдат и впрямь были гораздо сильнее его. Цирюльник тем временем отсоединил ноги пленника от вделанных в стену цепей, затем велел солдатам схватить зомби за руки. Убедившись, что солдаты (уже слегка свыкшиеся с задачей) держат зомби крепко, он все так же ловко и со знанием дела освободил того и от ручных кандалов.

– А теперь – на стол его! И пристегните ремнями, – скомандовал «распорядитель церемонии» и принялся перебирать звякающее содержимое своего мешка.

Солдаты потащили пленника к столу. Тот уже совершенно сбросил апатию и начал вырываться из держащих его рук. Безуспешно – особой силы у мертвеца не было, четверо крепких мужчин уверенно поволокли его, хотя и не без труда. Заминка возникла, когда потребовалось поднять извивающееся тело на метровой высоты стол, графские латники никак не могли угадать и взяться согласованно…

Пока длилась вся эта безобразная сцена, графский чародей суетился вокруг солдат, что-то попискивал, но его никто не слушал – латники сопели и пыхтели, удерживая свою жертву. Ингви держался в стороне, Ннаонна отвернулась и даже закрыла глаза руками. Граф Гезнур не проявлял брезгливости или испуга – видно было лишь, что он раздосадован задержкой. От волнения он стащил одну перчатку (он тоже взял комплект из свертка, предложенного палачом) и принялся похлопывать ею по ладони…

Когда латники в третий раз попытались водрузить зомби на возвышение и он вновь вывернулся и со стуком грохнулся на пол, Ингви шагнул к столу и, негромко пробормотав некую формулу, хлопнул мертвеца по лбу ладонью. После этого мертвец обмяк, хотя и не прекратил сопротивления вовсе. Один из латников угрюмо буркнул:

– Благодарим, мастер, – и затем предложил своим, – на «и-раз»…

Покойника наконец водрузили на стол и начали пристегивать специальными ремнями с массивными пряжками, а Ингви бесцеремонно выдернул из рук палача его мешок, схватив за дно – и начал вытирать руку. Всевозможные инструменты, которые были в мешке, естественно, с лязгом обрушились на пол. Цирюльник торопливо убрал ногу из-под вороха падающих железяк и не возразил ни слова, хотя его взгляд был достаточно красноречив. При звуке стукнувшего об пол металла Ннаонна вздрогнула и, убрав руки от лица, глянула на стол. Затем опять торопливо отвернулась.

Ингви вновь принялся разглядывать зомби.

– Ну, с чего начнем? – спросил колдун Лопсиль.

– С того, что его лучше было положить лицом вниз, – буркнул Ингви, продолжая изучать труп, – у него очень интересный шрам на затылке.

– Да он весь – один сплошной шрам! – заявил цирюльник, – с чего это вас, мастер капитан, интересует тот, что на затылке?

– С того, – терпеливо разъяснил Ингви, – что из всех его ран только эта – зашита.

Загрузка...