Я сцеживаю последние капли бензина из бака; цистерна уже давно пуста. Чуть меньше канистры. Ослабевшими руками я дотягиваю посудину до своей комнаты. Я осторожно сворачиваю постель, выношу ее наружу, а потом поливаю пол бензином. В моей комнате нечему гореть, кровать – и та каменная, как и стол. Я долго пытаюсь высечь хотя бы искру из кремня, прежде чем бензин вспыхивает и обжигает мне руки. Но я рад и этому, тепло мне необходимо. Пока коричневая лужица горит, наполняя мой дом смрадом, я, хоть как и тяжело мне это сделать, становлюсь на колени и грею руки и лицо на вонючем дыму, поднимающемся через дверь к небу. Меня душит кашель.
Сегодня утром я встал с головными болями и температурой. Все симптомы пневмонии налицо.
Бензин догорает. Задыхаясь от вони, я захожу по еще горячему полу, стелю себе постель и без сил падаю на нее. Тело охватывает слабость. Я приподнимаюсь на локтях и большими глотками пью воду из алюминиевой кружки. Эта мертвая тишина улиц города начинает убивать меня.