Софья Лямина Реальное волшебство. Заговор в империи

Введение

Сквозь распахнутые шторы в комнату падал яркий дневной свет. Лучи солнца, поправ все правила приличия, прицельно светили по глазам, заставляя жмуриться и кутаться под одеяло в надежде поспать еще часик другой.

Доносилось пение птиц, прилетевших на перила балкона. Теплый воздух колыхал занавески, и те развивались, высоко поднимаясь над паркетным полом. В комнате пахло хвоей (леший на днях новые культуры в лесу выращивал), водой с озера и цветущими под окнами растениями. Мой домовой лично их выращивал, а потому и цвели они долго, бурно и вынуждали меня пачками глотать препараты против такой же буйно цветущей аллергии на пыльцу.

Нет, вы не подумайте, дачу я искренне и всем сердцем люблю. Нам, ведьмам, ученые в целом советуют больше времени проводить на природе. И для душевного равновесия полезно, и для магии. Вот я и приехала в «Озерово» – дачный поселок в двадцати минутах от города.

Впрочем, идея была не моя, а шефа, Виктора Когда-Где. Тот почему-то свято верит, что если ведьму надолго от природы изолировать, то она станет агрессивной и злобной. Как по мне, так чушь полная, но начальству виднее и спорить с шефом – последнее дело, особенно если он настаивает на оплачиваемом отпуске за счет компании в противовес своим обычным принципам.

Так что, после очередных удачных переговоров с новой туристической фирмой и лешим четвертого округа лесов на Байкале, шеф по щедроте душевной подписал мне месячный отпуск. А я, подхватив заявление и любовно прижимая его к груди, покинула родные стены компании и поспешила заказать грузовик для перевозок. Дача-то в наследство от тетушки Румпельштиды досталась, а мебели на ней – нет.

К слову, наша компания «Реальное волшебство» единственная в своем роде на современном рынке. Мы осуществляем оказание услуг магического, волшебного и даже чародейского характеров. Вам нужны обереги на удачу? Закажите их в нашем онлайн магазине! Или, возможно, в вашем подвале завелся людоед? Мы вам поможем! В общем, цель «Реального волшебства» – сделать жизнь людей безопаснее, а жизнь магическиодарённых – комфортнее.

В базе наших клиентов миллионы существ со всех миров, а число сотрудников в прошлом месяце перевалило за три тысячи. Всей компанией тогда отмечали, я точно помню и даже практически все!

Я, к примеру, состою на должности дипломата. Работа у меня сложная, но любимая: езжу по миру и налаживаю отношения с «нечистью». Хотя термин, конечно, подобран не до конца верно. Все же леших, водяных, домовых и прочих существ, которые заботятся о принадлежащих им территориях и сами по себе несут только пользу, если им не угрожает опасность, нельзя считать вреднокачественными созданиями. Поэтому в своей работе я использую нейтральный термин «добрые духи».

Моими услугами пользуются в основном компании, которые занимаются масштабными застройками или связаны с распределением и потреблением ресурсов. Их директора часто пренебрегают простыми условиями мирного существования с существами, одаренными магией. То леса спилят, не договорившись с лешими, то болота высушат вместе с водяными в спячке. Они в свое время так устали от произвола, что написали в Писгрин, для убедительности подкрепив звуковым сопровождением. Песня, кстати, вскоре стала хитом. Все ведь помнят это навязчивое: «Я водяной, я водяно-ой»? Ну вот.

Я уже молчу про тот случай, когда представители краеведческого музея попытались спереть избушку у Бабы-Яги. Вроде приличные люди, ученые, а ведь сидели в камышах на этом болоте и выкуривали избушку (читайте о приключениях «Реального волшебства» в серии коротких юмористических рассказов).

Ничего удивительного, что позже эти же компании сталкиваются со злобными лешими, которые категорически против вырубки их лесов; или с разозленными водяными, отказывающимися сдавать свой водоем в аренду туристическим компаниям или базам отдыха.

И это директорам еще крупно везет, что домовые поодиночке живут, а потому и неприятности устраивают не очень глобальные, когда очередной застройщик сносит старые дома.

Каждый раз итог один: провинившиеся перед нечистью (и не только нечистью, но и всеми остальными магически одарёнными) с воплями и криками прибегают в «Реальное волшебство» и жалуются, что и технику-то им поломали, и краны для застроек посносили, и туристов распугали. К слову, в тот раз Баба-Яга своих подруг подговорила и над музеем еще долго летали старушки, распивающие неприличные частушки.

К сожалению, ситуацию исправить не удается. Людям трудно ужиться с магическими существами. Впрочем, нам тоже с ними сосуществовать непросто. Потому у меня всегда есть работа.

С моим домовым, к примеру, мы познакомились, когда тот привязал себя цепями к дому в заброшенной деревушке, пытаясь защитить свой очаг от сноса. Его люди давно переехали в город, а он в прежнем доме остался. Матвея я уговаривала прекратить забастовку и переселиться в новую квартиру с удобствами, вроде канализации, электричества и газа, несколько дней. А в итоге взяла и позвала его к себе жить. Нет, ну а что? Домовой все равно нужен, а Матвей мне сразу понравился. Боевой, благородный и неприличных слоганов много знает. Должен же он был чем-то развлекаться, пока забастовку устраивал…

Тогда я еще училась в университете на втором курсе, а в «Реальном волшебстве» проходила практику. Вместе с Матвеем мы прошли всю студенческую жизнь, а потом еще и на магистратуру замахнулись. А после окончания вместе отмечали в компании с такими же ведьмочками, как и я. Ох и насыщенная жизнь у нас была!

Правда, на курсе нас всего десять ведьм училось и это, не поверите, была одна из самых больших групп. Все же правы ученые, когда говорят о постепенном вымирании ведьм, как расы. Нас с каждым годом становится все меньше и меньше.

Поднявшись с кровати, я направилась на кухню, добывать себе кофе. Пока спускалась по лестнице, раздумывала, чем же сегодня нам с Матвеем заняться. Вот все в отпуске хорошо, а ближе ко второй неделе начинаешь маяться от безделья!

На кухне обнаружился вовсю хлопочущий домовой. Он, по случаю отпуска, накупил гавайских рубашек и даже ожерелье из ракушек, поэтому теперь я каждый день чувствую себя, как на море. Честное слово, он в своих сандалиях и шортах-парашютах выглядит, как заправский турист.

– Ой, Владиславушка, – заметив меня, воскликнул Матвей, и с его подачки на кухонный стол прилетела чашка кофе и даже круассан. – ты-то мне и нужна! Там опять зверь в кладовке шороху навел, ужо я его и так, и сяк, и на приманку, а он все никак не попадется!

Присев на стул, я помешала кофе и задумалась. В первый же день, когда мы приехали на дачу, все помещения сразу на наличие грызунов проверили – их Матвей всем скопом в лес выпроводил. Но вот один особо хитрый остался. Он то из заначек домового печенье стырит, то сыр понадкусывает, то коробку с хлопьями кукурузными упрет. Нет, нам не жалко, но у Матвея же вера в себя подкосилась от такого произвола!

Домовой и ловушки ставил (сработала, но попался в нее сам Матвей), и лично в засаде сидел (уснул, бедняга), и даже клеем весь пол в кладовке измазал (никто не пострадал, кроме моих кроссовок. И понесло же меня за огурцами этими…), а злодей все никак не ловится.

– В общем, я тут в интернете посмотрел…

Все, плохи дела.

Если уж домовой до интернета добрался, то дальше только танки в ход пойдут. Я даже круассан отложила в сторону, напряженно на Матвея поглядывая.

– А может не надо, а? – подала я голос.

Не то чтобы громко, пожалостливее больше старалась.

– Надо, Влада, надо! – уверенно выдал Матвей. – А ты бы лучше до озера прогулялась, да к водяному сходила. Он что-то приболел совсем весь, вот и отнесла бы ему в гостинец пирожков да солений.

– Ты тогда и корабль положи, – подумав, произнесла я. – а я через часик схожу.

Мы тогда с Матвеем второй день на даче были. Помучившись от жары, решили на озере корабль радиоуправляемый запустить, а на его звук водяной выплыл. Мы и разговорились. Хороший он, добрый и молодой совсем, в сравнении со многими моими знакомыми водяными. Ему всего пара сотен лет.

– Сходи-сходи…– пробурчал Матвей беззлобно, выстругивая что-то ножом.

***

Натянув джинсы, белую футболку, кроссовки в цвет и повязав на волосы шелковый платок по последней ведьмовской моде, потопала к водяному. Руку оттягивала корзина, доверху забитая выпечкой и соленьями. Не знала я, что водяные так пирожки с клубничными вареньем уважают, иначе на выезды без выпечки и носу не совала.

От нашего дома до озера было всего минут пять. Если идти по прямой тропинке, то можно было выйти на пригорок, с которого обычно и купались все местные дачники. Там даже лежаки были установлены. Недавно появились. Вот как председатель Магической Комиссии здесь дачу купил, вот так и появились. А вместе с ним и асфальт.

Но была и вторая тропинка. Она шла чуть правее и примыкала к лесу. Если идти по ней, то можно было попасть на закуток с поваленным бревном и удобным спуском к воде, огражденном от прочих небольшим береговым выступом. Туда-то я и направилась.

Нет, водяной не скрывался. Просто другим дачникам непривычно видеть владельца озера, да еще и болеющего. Они как с температурой маяться начинают, так сразу из здорового зеленого цвета в синий окрашиваются.

Подойдя к воде, я вежливо постучала по ней два раза. Не прошло и нескольких секунд, как вынырнула голова с изящной веточкой водорослей ровно по середине. Водяной с тихим бульком выплыл, но высунул голову ровно по линию глаз. После чего бегло осмотрелся, как заправский шпион, и уже вынырнул полностью. Ну как, полностью…По живот. Синий в красную крапинку.

Ветрянка достанет каждого, даже если ты водяной.

– Влада,– облегченно выдохнул он, понизив голос до шепота, после чего вновь оглянулся вокруг и, перекрестившись, опустился в воду по шею. – а я-то думал это эти…ваши.

– Наши? – вскинула я брови, перейдя на громкий шепот.

– Из служб, – добавил он особенной интонацией, которой обычно два вовлеченных в особую тайну существа выдают важную информацию. Но загвоздка была в том, что я никакую тайну не знала. – государственных.

– А что бы им делать в «Озерово»? – опустившись на поваленное бревно и вытянув ноги, удивленно вопросила я.

К государственным службам я не относилась, но для всей нечисти (и добрых духов) это значения не имело. Я могла сколько угодно доказывать им очевидное, подкрепляя весомыми аргументами, но все равно оказывалась в одной категории со службами по контролю за магическими существами.

У тех специализация широкая, даже обширнее, чем у «Реального волшебства». Они особенно внимание уделяли контролю за численностью магических особей, непрестанно настаивая на улучшении демографии. Это их первое любимое занятие. Второе – бдение за соблюдением законов. В основном следили, что бы среди магических существ темных и злобных не было. В этом плане проверки у них были серьезные.

Ничего удивительного, что водяной так занервничал. Если уж госструктуры им заинтересовались, то жди неприятностей. Хотя что-то подсказывало мне, что водяной зря водоросли жует. Нарушений за ним никаких нет – сразу проверила, а поручиться за него всегда могу я. Слово ведьмы госслужбы еще ценят.

– Вот уж чего не знаю, того не знаю. – пробулькал водяной, нервно отгоняя от себя стаю мальков. – Ходили тут с утра, приглядывались, принюхивались, ведьму, понимаешь, искали. Даже меня звали.

Я хмыкнула.

Я-то им зачем? Темной магией не балуюсь, настойку на мухоморах не распространяю, налоги плачу исправно.

– А ты? – вопросила, почесав кончик носа.

– А что я? – хмыкнул водяной самодовольно и даже подплыл поближе. Лег у берега, подпер щеку ластой и добавил ехидно так: – Мальков своих отправил, мол, нет хозяина дома-то. Уплыл он по делам неотложным. Так и велел передать: «Растений, молодцы добрые, маловато стало. Вот и отправился в соседний пруд кувшинок у кикимор одолжить». У меня-то кикимор нет – я за приличиями блюдю. Сама понимаешь, дачный поселок как-никак, люди ночью спят, а те ж посреди ночи могут и репетицию Ивано-Купало устроить. А государственные-то знать не знаю, шо ты мне заказала семян чужеземных.

Да, было дело, жаловался водяной, что кувшинок у него нет, а соседские кикиморы зажали. Я ему разных видов заказала из других стран. Мне несложно, а он такой довольный был.

– Понятно, – кивнула я, и, вспомнив про корзинку, добавила: – а Матвей вот тебе гостинцев передавал. Выздоравливать велел.

– Вот спасибо, – расплылся в довольной улыбке водяной, перенимая из моих рук корзину. – а ты чего на берегу-то сидишь? Ныряй давай. Водичка сегодня, правда, прохладная, ну да я тебе ее подогрею.

Через пару часиков, наболтавшись с водяным и наплававшись, начала собираться домой. Все же нельзя надолго домового одного оставлять, особенно начитавшегося статей из интернета. И ладно бы он с официальных сайтов информацию изучал, так ведь на формах сидит, общественную мысль впитывает.

Потому, попрощавшись с водяным, направилась домой. Уже на подходе к каменному забору, воздвижением которого занимался до впечатляющего активный на природе домовой, стало понятно, что что-то не так. Обычно у Матвея музыка или видео какое на ютубе включены бывают, и хоть какие-то звуки, но есть, а тут тишина гробовая.

Войдя в дом с видимой осторожностью, я принялась искать домового. Но его не оказалось ни на кухне, ни в гостиной, ни в столовой, ни даже в спальне на втором этаже. Куда мог запропаститься?

Решив посмотреть в стратегически важном месте (читай: кладовке), тихонечко приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Сощурившись, попыталась хоть что-то разглядеть в темноте. Кроме косых силуэтов, привыкшие к свету глаза ничего больше не увидели и, стараясь говорить как можно тише, я позвала:

– Матвей?

Говорила-то я, может, и тихо, а реакция все равно была крайне бурной, потому как следом раздалось: БАМ!

А потом ка-ак ШМЯК!

Я, невольно пригнувшись и зажав рот рукой, слушала, как с самых верхних полок вниз несутся банки и коробки, встречаясь с паркетом и разбиваясь, рассыпаясь, разлетаясь на миллиарды осколков. В следующую секунду что-то взвыло, причем громко и отчетливо, и я с трудом успела отскочить от двери, которая распахнулась с неожиданной силой. Из кладовки в дом рвануло серое животное, а следом за ним с диким криком бежал Матвей, придерживая соломенную шляпу двумя руками.

Пока я была в ступоре, парочка успела пробежаться до кухни и снести стол, перевернуть стулья и уронить горшок с цветком, который я успела вовремя поймать за пару сантиметров до пола. Тем временем животное, преследуемое моим домовым, скрылось в гостиной. Оттуда донеслись звуки разбитого стекла и угрозы оторвать хвост.

Естественно, я рванула следом!

В гостиной я застала только разгром: белоснежный диван ручной работы оказался перевернут, стеклянный журнальный столик был снесен к стене вместе с вазой с цветами, с плазмы свисало что-то липкое, а на белоснежном ковре с густым ворсом растекалась кофейная лужица. Останки чашки обнаружились рядом, прямо напротив упавших со стен фоторамок.

Ну ковер-то за что?!

– Матвей! – чувствуя, что вот-вот буду готова убивать, прокричала я, срываясь на бег за парочкой.

Угнаться за потусторонней сущностью и диким животным оказалось сложно, но возможно. В конечном счете я даже заметила, как домовой бьет соломенной шляпой по хвосту кому-то, очень напоминающего барсука.

Разве барсуки вообще обитают в местных лесах?

– Вот так тебе, охальник! Получай! Получай! – сопровождал избиение несчастного Матвей, размахивая шляпой и умудряясь замахиваться ногой для, по-видимому, пинка. Гимнаст доморощенный.

Так мы пробежали весь первый этаж. Не выжила ни одна из фоторамок, висящих на стенах. Шторы оказались содраны, пальмы в тяжелых кадках снесены, мебель перевернута, ковры изгажены. Матвей и барсук разнесли все, что еще было целым, и понеслись в сторону двери, ведущей в лицевую часть двора. Но я-то помнила, что у Матвея там редкие растения, которые мы не совсем легально заказали в Колумбии…

– Матвей! Отставить ущерб! – прокричала я, выскакивая следом за несущимися на всех порах домовым и барсуком. – Матвей! Черт…

Яркие солнечные лучи ударили по глазам, и я замерла на крыльце, прикрыв глаза руками.

– Дурацкие хлопья…

Нет, правда, обидно! Из-за каких-то четырех пачек, съеденных барсуком, вверх дном оказался перевернут весь дом. А ведь мы закончили ремонт всего пару дней назад, краска, в буквальном смысле, еще не везде успела высохнуть!

Я подняла глаза в сторону забора с распахнутыми воротами, за которыми вдалеке виднелись две фигуры, на всех порах несущиеся к лесу. Оно и к лучше, в лесу же Леший Постапьевич. Он-то точно разберется!

Я, несмотря на природную ведьмовскую жалость, не смогла сдержать ехидную улыбку. У Постапьевича даже подснежники раньше срока зацветали, так чего уж говорить по барсука и домового? Точно перевоспитает!

Хотя…стоп!

А убираться кто будет?!

– У тебя, как всегда, весело, Владеныш. – прозвучало веселое откуда-то сбоку.

Переведя взгляд, я заметила, наконец, удивленных мужчин, стоящих у исчезающих очертаний портала. Один из них был мне хорошо знаком – то был Игнат, мой коллега, специализирующийся на контакте с иномирными гражданами. Нередко мы вместе оказывались вовлечены в дела, выбираться из которых было не всегда просто, но всегда интересно.

– Здрасьте, – говорю, независимо пожав плечами с видом, словно все так и было запланировано. А то, что щеки вспыхнули от смущения это – незначительные мелочи. – погода сегодня прекрасная. Самое то для физических нагрузок.

***

– Могу я узнать, из какого мира вы прибыли? – вопросила я, поставив фарфоровую чашку с чаем на край журнального столика, который пыхтящий домовой уже вернул на место.

Сейчас Матвей оттаскивал пострадавший ковер в ванную с ну о-очень несчастным видом. Позер. Я-то знаю, что он существо магическое и мог отправить этот ковер с помощью левитации, а не тащить его на плече, всем видом демонстрируя угнетенность.

Ему это даже полезно. Домовые от количества выполненных по хозяйству дел молодеют.

– Наш мир называется Люцерн, – отозвался пожилой мужчина, представившийся Томасом. На вид ему можно было дать не более пятидесяти – рыжие, словно спелая морковка волосы, уже тронула седина, а в уголках глаз поселилась россыпь морщин. Однако светлые, добрые глаза и широкая улыбка напрочь лишали ощущения, что передо мной пожилой мужчина.

Томас проследил взглядом ярких синих глаз за барсуком, который тащил стул обратно на кухню, тяжело вздыхая в процессе. Матвей этим стулом в него запустил, но промахнулся. Теперь у нас в коридоре нет картины.

На диване рядом с Томасом сидел маг, представившийся Дергом. Он напоминал представителя наших госслужб: с лысой головой, широкоплечий, с резкими, отточенными движениями и сдерживаемой изнутри силой. Он не был агрессивен, но интуитивно я предпочитала сохранять дистанцию. К сожалению, у магов и ведьм есть исторически сложившиеся сложности в отношениях.

Маги очень много веков использовали ведьм в качестве сосуда для восполнения магических сил. Мы были кем-то вроде внешних энергетических источников, которыми пользовались, когда им было угодно. Они устраивали отлов ведьм, когда мы еще предпочитали жить в деревеньках или глубоко в чащах леса, а затем подчиняли с помощью клятв на крови и крали наши энергетические силы.

Суть проблемы заключалась в быстро восполняемых резервах ведьм, что было принято использовать. Чаще всего, против воли ведьмы.

Дерг проследил взглядом за барсуком, внимательно глядящим в ответ. К нему подошел Матвей и, шмыгнув носом, игриво подмигнул. Маг нервно передернул плечами, отвернувшись к окну. Неужели никогда не видел домовых?

– Что вас привело на Землю? – вопросила я, приготовившись к длинному описанию проблемы.

Я знала, что Игнат привел магов не просто так. Он бы не стал беспокоить меня в отпуске и приводить клиентов не моего профиля, если бы дело не было действительно важным.

– Вам не сообщили? – вскинул бровь Томас, посмотрев на Игната с круассаном в руке и морем сочувствия в зеленых глазах, обращенных к домовому.

Они давно спелись. Вот как выяснилось, что Матвей потрясающе готовит любимый борщ Игната, а тот легко пользуется интернетом, так и сработались.

– Времени не было, вы ведь как снег на голову упали. – пожал плечами Игнат, обернувшись ко мне, а потому не заметив растерянного взгляда двух магов, не понявших выражения. – Попытаюсь кратко обрисовать ситуацию. Перед тобой два приближенных к императору Люцерна мага, обратившихся к нам изначально с такой проблемой: у них в одном из портовых городков, облюбованном местной знатью для дачного сезона, началась какая-то массовая экологическая катастрофа. Сначала нам поступило их заявление об эпидемии чумы среди живности и растений. Все сдохло, а что не сдохло – того и гляди померло бы.

Томас удивленно вскинул брови, услышав, как выглядит ситуация в глазах Игната. Но маг еще не был знаком с моим коллегой достаточно долго, чтобы осознать – сейчас мужчина предельно тактичен.

Но волновало меня другое:

– Почему вы не обратились за помощью к местным ведьмам? – вопросила я, поставив на стол чашку с кофе.

Матвей укоризненно взглянул на меня, подошел, картинно поднял чашку и подложил под нее деревянную подставку, опустив с громким звоном.

– В нашем мире ведьмы живут очень обособлено и на контакт с другими расами не выходят. – ответил Томас, досадливо поморщившись. – Предотвращая ваши вопросы, отвечу, что причины подобного занавеса кроются в прошлом Люцерна. У ведьм есть все основания избегать контактов с местными жителями.

Я понятливо кивнула, сообразив, что причины малой численности ведьм на Земле и изоляции ведьм в Люцерне могут иметь общие корни. Наверняка, не только наши маги догадались о способах применения ведьмовских сил.

Однако, возникали вопросы к самим ведьмам.

Дело в том, что ведьма не может отказать в помощи растениям или животным. Это заложено в нашей сущности. Подпитка, восстановление – все это обычные ритуалы, которые мы совершаем в силу своей природы. Многие из них происходят даже неосознанно. Если бы существовала проблема вымирания растений в целом городе, ведьмы бы вмешались, несмотря на глубокий исторический межрасовый конфликт. Просто это сильнее нас и значимее гордости.

– Насколько плоха ситуация? – вопросила я, мысленно прикинув масштаб проблемы, из-за которой маги обратились за помощью в агентство другого мира.

– На столько, что мы вынуждены были попросить вашу компанию начать работу уже с утра следующего дня. – отозвался Томас тоном, предполагающим извинения. – К сожалению, ваша коллега оказалась не в силах нам помочь.

– Мирослава? – уточнила я, потому что только она могла взяться за дело другого мира, то был ее профиль.

– Да, – кивнул Игнат, подтвердив мои опасения. – ты еще не видела поле работ. По резерву подходили ты и Мирослава. Ты как раз отпуск вязла несколькими днями ранее, так что у Миры и выбора-то не оставалось. К тому же, это было в ее ведении.

– И что произошло? – взгляд Игната, махнувшего рукой, мне не понравился.

Он не любил говорить о провалах, чужих – в особенности. Но то, как он поморщился, явно не желая отвечать на вопрос, насторожило. Сильно.

– Мирослава не справилась, точнее не до конца. – пожав плечами, ответил Игнат. Его взгляд замер на окне, уходящем в сад. – произошло что-то, что конкретно я понять не смог. Ты же знаешь Миру, она перманентно спокойна и расслаблена.

Я знала. Мирослава была веганом, занималась йогой, верила в энергию Вселенной и никогда не поддавалась стрессу. Рядом с ней лично я ощущала себя словно в безопасном коконе, который окружала лишь позитивная энергия.

– Мы были в местном лесу, – продолжил Игнат. – зрелище впечатляющее, должен сказать. Ну да ладно, сама увидишь. Мирослава пыталась связаться с сущностью растений, но те не отзывались, и она решила обратиться к лешему. Кстати, это же по твоей части. У их леса, – кивок в сторону гостей из другого мира. – лешего нет.

– Быть не может, – потрясенно покачала я головой, откинувшись на спинку кресла. – у каждого леса есть свой дух, иначе он просто не вырастет. И уйти просто так Леший не может, он же не призрак.

– Мирослава не смогла связаться с ним, поэтому ей пришлось вытягивать локальную экосистему через собственный резерв, – пожал плечами Игнат, не став спорить. – а уже к вечеру у нее случился нервный срыв.

– Ты этот лес проверял на выброс чужеродной энергии? – вопросила я.

Конечно, в вопросах флоры я была не особо преуспевающим специалистом, гораздо больше я могла сказать об отсутствующем лешем, чем о лесе. Но предположить магическое отравление или, на худой конец, банальный выброс радиации могла даже я.

– Вот и проверим, – кивнул Игнат. – тебя назначили на это дело. Приступаешь завтра с утра. Проблем с этим не возникнет?

Я обвела взглядом пострадавшую комнату, наткнулась взглядом на Матвея, смущенно переминающегося на пороге, и барсука, шмыгнувшего носом. Уж больно тот выглядел разумным, что, в общем-то, настораживало. Да и стоял на двух задних лапах, оттопырив круглый живот вперед. Я мало что знала о барсуках, но вроде те не должны так делать.

– Влада, ну что ты в самом деле. – заметив мою заминку, возмутился домовой, вплеснув руками. – Я хоть раз тебя подводил? Ну, не считай вот сегодняшнего дня, хоть разочек было?

– Не было, – согласно пожала я плечами.

– Вот! – воскликнул Матвей, вскинув вверх указательный палец. – А потому собирай вещички в дорогу, и иди спасай чужие миры. Мы тут и сами прекрасно справимся, даром что маленькие, зато мощи у нас знаешь сколько? Мы, ежели чего, и с лешим договоримся, и водяного припашем.

– У водяного ветрянка. – покачала я головой, задумавшись. – Ладно, но под твою ответственность, Матвей.

– Есть, капитан! – воскликнул домовой, приложил пальцы к невидимой фуражке и, развернувшись, строевым шагом направился дочищать ковер. Все-таки хороший он. Матвей, в смысле, а не ковер.

– Так, а что еще? – вопросила я, обратившись к Игнату, и перевела взгляд на магов. – Речь шла о нескольких проблемах, если я не ошибаюсь. Лес был изначальной причиной обращения, значит, наши услуги нужны еще для чего-то?

– Да, – кивнул Игнат, почесав кончик носа. – говорю же, катастрофа не единичная. Лес – это первостепенная проблема, решить которую сразу же Мира посчитала более важной задачей. Так вот, господа из другого мира, – маг кивнул на приближенных к императорской семье лиц. – считают, что кто-то саботирует скорую свадьбу наследного принца.

– Почему вы так решили? – удивленно вопросила я.

– Подробный анализ мы предоставим вам уже на месте. Пока же можем сказать, что основная причина такого решения, помимо интуиции и опыта, – произнес Томас, разведя руками. – совпадение по срокам. На границах рядом с портовым городом Шнепц странным образом был отравлен целый взвод военных магов, вылечить которых наши лекаря не могут до сих пор. Мы были вынуждены погрузить их в искусственный сон, чтобы сохранить жизнеспособность организмов. Произошло это за несколько дней до объявления принца и его избранницы о помолвке.

– Пару дней спустя, – подхватил Игнат. – случилась вспышка разгула нечисти. Несколько местных жителей пострадали.

– Еще через несколько недель главный имперский маг, в резиденцию которого вы будете направлены, оказался под ударом во время выполнения дипломатической миссии. На него напали маги враждебно настроенной империи. Сами понимаете, возникает закономерный вопрос о том, как врагам стало известно о направлении нашего мага. – выразительно произнес Томас. – В первую очередь, мы нуждаемся в ваших услугах для минимизации будущего и устранения уже причиненного вреда.

– А во вторую? – недоуменно вопросила я.

– Надеемся, что вы сможете помочь нам найти шпиона среди приближенных лиц до того, как случится свадьба наследника империи. – отозвался Томас, обезоруживающе улыбнувшись. – Как показала практика, есть проблемы, справиться с которыми маги не в силах, поэтому мы возлагаем эту ответственность на вас.

Я задумчиво кивнула головой, мыслями петляя между всеми этими случаями, пытаясь обработать только что полученную информацию. Вырвал меня из этого потока бессвязных мыслей напарник.

– Так, ну раз всем все понятно, пора начинать. – хлопнув ладонями, встал на ноги Игнат. – Ты, Владеныш, шмотки пока собирай, а завтра с утра я тебя заберу. На дело вместе поедем, не нравится мне идея там тебя одну бросать.

Признаться, мне тоже идея бросать меня одну не нравилась. Хотя, в общем-то, мне и задание-то не особо по душе пришлось, но делать нечего. Работа – это работа, и выполнять ее придется даже в свой отпуск.

Загрузка...