Спустя два дня подполковник Лазарев, как и следовало из инструкции, звонил с Лионского вокзала в Париже по защищённой линии. Генерал Ершов был явно не в духе.
– Лазарев, не могу ничего сделать, согласие на вывод девочки из проекта «Консервы» мне не дали. То, что ты с успехом выполняешь намеченный план, это хорошо, но и здесь кое-что произошло. Майора Силуянову, после её доклада о мерах пресечения утечки информации при работе с особо секретными документами, от участия в операции «Шпионский сюрприз» отстранили. И более того, её обвинили в непрофессионализме и маниакальной перестраховке. А проще сказать, обвинили в профнепригодности, несмотря на всю гениальность её предложений. А это значит, мы правильно выбрали направление для расследования и задели кого-то за живое, – генерал Ершов шумно вздохнул и замолчал.
В телефонной трубке стало слышно лишь лёгкое шуршание.
– Слушай сюда, – наконец продолжил генерал, – всё, что могу сделать, ничего никому пока не докладывать. У тебя будет примерно сутки, двое на решение проблемы с принцессой. Действуй по обстоятельствам, а дальше, как «карты лягут». Если что-то пойдёт не так, можешь использовать денежные резервы в Европе по стандартной схеме, я постараюсь затянуть процедуру отчётности. Если дойдёт до «горячего», то на связь выйдешь, когда всё уляжется, не светись без надобности. Что я тебя учу, ты и так всё знаешь, – в телефонной трубке послышался протяжный вздох. – С Богом, сынок, это твоя жизнь.
Подполковник Лазарев в некотором недоумении слушал короткие гудки в телефонной трубке. Он даже не мог дать себе отчёт, что именно его так обескуражило. То, что умницу Силуянову отстранили придурошные тупицы из Политбюро? То, что его шеф, могущественный генерал Ершов, расписался в беспомощности перед несуразностью решений сверху? Или то, что он сказал Анатолию напоследок, перед тем как повесил трубку?
Анатолий припарковал машину у ворот дома и решил не загонять в гараж. Зоя в шикарном и таком откровенном купальнике, что не приходилось ничего домысливать, загорала в саду. Увидев Анатолия, сразу же встала и пошла ему навстречу.
– Как дела? Всё не очень хорошо, судя по твоему задумчивому виду. Будешь обедать? – Зоя кокетливо повела округлым бедром.
– Даже не знаю, что сказать, – Анатолий притянул девушку к себе и сдвинул бретельки лифчика, легко обнажив красивую грудь.
Зоя стянула с него рубашку поло и взялась за брюки, расстегнула их, но потом обвила за шею и тихонько прошептала:
– Может быть, сначала поедим? Я голодна, ждала тебя, чтобы вместе пообедать.
Анатолий легко поднял Зою и, внеся в гостиную, уложил на диван, обнял за тонкую талию, затем горячие ладони сместились на потрясающие бедра. Анатолий медленно зубами начал стягивать бикини, а Зоя, закинув руки за голову, лишь сладко застонала и изогнулась как тетива, готовая выстрелить…
«Всё-таки секс – лучшее средство от усталости и стресса», – Анатолий ухмыльнулся, выходя из душа, спустился в гостиную и, отряхнувшись, как щенок, от капель воды на волосах, сел за стол.
Зоя оказалась хорошей хозяйкой и прекрасной любовницей. Дом убирала приходящая домработница, она же закупала продукты по списку, подготовленному Зоей. Анатолию оставалось только поглощать кулинарные изыски и посвящать время плодотворной работе. А в качестве отдыха и снятия стресса секс его вполне устраивал.
– Давай сегодня ещё раз съездим к Симоне. Хочу оценить обстановку на месте. Времени нет совсем. Москва не дала разрешение на вывод ребёнка из проекта «Консервы», – Анатолий задумчиво смотрел в сад.
– Что-то уже решил или всё ещё раздумываешь? Надеюсь, ты понимаешь, если вмешаешься без полученного одобрения сверху, то тебя потом в порошок сотрут. Не знаю, кто такая эта девочка, но я видела, как она сама пошла к тебе на руки, и видела твоё лицо, когда ты отдал ребёнка. Но ещё, видела злые глаза той тётки, а более того, реакцию двух мальчиков, что играли в саду. Было такое ощущение, что, если бы женщина отдала им команду, они бы тебя убили, – Зоя напряжённо всмотрелась в глаза собеседника.
– Да, я тоже заметил, что хозяйка была не очень-то рада принимать нас у себя. И да, мальчики с упорным вниманием и неодобрением смотрели на то, как я общался с Симоной. Но ты ведь знаешь, это не семья, а по сути дела, учебный центр для подготовки шпионов и диверсантов. Надо туда съездить. На месте, возможно, и решим что-нибудь. Ты, пожалуйста, позвони и предупреди, что мы к ним едем.