Зелёный

Глава 2. Улитки на потолке

Надо было забрать рюкзак и покормить улиток.

Охранник вытащил рюкзак и брезгливо подвинул его в сторону Марика.

– У тебя там что-то течёт.

Угол рюкзака был мокрым. Марик махнул рукой:

– Еда для улиток. Иду кормить.

Улитки живут у Дюши. Вообще-то Дюша – это младший брат мамы Андрей. Но мама с детства зовёт его Дюшей.

– Можно с тобой? – вдруг спросил Лёша.

Марик немного стеснялся своих родственников. А кто бы не стеснялся? Потому что младший брат мамы…

Но Лёша добавил:

– Не хочу домой.

Марику очень хотелось спросить почему. Но он просто сделал понимающее лицо и кивнул.

– Так что там с улитками? – спросил Лёша, разглядывая рюкзак.

Марик увидел ахатин в зоомагазине и сразу купил, потому что невозможно было не купить: у этих брюхоногих моллюсков турбоспиральные раковины и внутренностный мешок поворачивается на сто восемьдесят градусов.

Маму надо было подготовить к появлению ахатин, и Марик принёс их вместе с аквариумом к Дюше. На время.

Аквариум отлично встал у стены. Марик вытряхнул туда улиток и приставил лампу – показалось, что в тёмной комнате улиткам будет тоскливо.

По стене поползли гигантские тени.

– Это что? – раздался хриплый голос, и над диваном поднялась щёткообразная голова.

Это были первые слова Дюши за последний месяц.

Если бы Марик писал автобиографию, он бы начал так:

«Сначала не было ничего, а потом появился я.

Но до меня ещё был Дюша…»

Иногда Марик думал:

«Зачем вы меня вообще родили? У вас уже был Дюша».

Вернее, Дюша был у мамы.

– Ты за Дюшу отвечаешь, – сказала бабушка маме. Маме было двенадцать.

И мама всю жизнь за него отвечает.

Даже папа обижается. И время от времени хочет привлечь к себе внимание разными способами. Но мама не замечает, потому что ей «вполне хватает Дюшиных выходок».

Впрочем, иногда Марик думал: «Всё-таки хорошо, что родили, и хорошо, что до меня был Дюша». Потому что мама занимается Дюшей и у неё не хватает сил на Марика.

Про Дюшу с детства все знали, что он гениальный математик. Он всю жизнь делает что-то непонятное, и никто ему не мешает.

– Такие рождаются раз в сто лет, – говорила мама.

– Как ты подсчитала? – рассеянно спрашивал Дюша.

Одно время Марик тоже хотел стать гениальным математиком. Но потом понял, что не стоит: математик в их семье уже есть, их наверняка будут путать. Имело бы смысл стать гениальным либо в другой области, либо в другой семье.

Честно говоря, совсем не здорово, если у тебя есть гениальный родственник.

Дюша работал в институте для гениальных математиков, его звали в Америку, в Гарвард. Мама даже купила ему большой чемодан. Вот сейчас Дюша закончит статью, купит билеты и улетит – он должен там быть к сентябрю.