8

Корина проснулась от пронзительного звука дверного звонка. Яркий солнечный свет заливал комнату. Она с трудом оторвала голову от подушки и взглянула на часы. Было уже одиннадцать.

Отбросив одеяло, Корина соскочила с постели и накинула халат. Ее щеки покрылись розовым румянцем, когда она почувствовала, что события прошлой ночи не прошли для ее тела бесследно. Проходя мимо спальни Луиджи, Кора заметила, что кровать пуста и аккуратно застелена. Он даже не стал меня будить, когда уходил, уныло подумала она, и не стоит спрашивать себя, почему.

В дверь продолжали нетерпеливо звонить. Подойдя ближе, Кора увидела сквозь стекла незнакомую женщину с двумя маленькими детьми.

Открыв дверь, она поняла, что мать малышей была явно чем-то обеспокоена, потому что беспрестанно хмурилась. Внезапно мальчик на ее руках расплакался, и тут же второй, стоявший рядом, присоединился. Женщина безуспешно пыталась их успокоить, и на ее лице читалось явное раздражение.

— Луиджи здесь? — продолжая хмуриться, спросила незнакомка, и уже более настойчиво продолжила: — Он ведь здесь остановился, не так ли? Я не совсем уверена, что правильно записала адрес. — Ее итальянский акцент был так схож с акцентом Луиджи, что у Коры все напряглось внутри.

— Вы пришли по адресу, — сказала Корина, приглашая семью в дом и автоматически протягивая руки, чтобы забрать ребенка.

— Да, спасибо… Он весь мокрый, — печально проговорила незнакомка, — и страшно голодный…

Кора почти не слушала ее. Она смотрела на ребенка. Этот взгляд! Такой же, как у Луиджи.

Неведомая ранее боль пронзила ее. Слезы были готовы хлынуть из глаз, а губы шевелились в беззвучном протесте.

— Кстати, я сестра Луиджи — Софи, — представилась молодая женщина.

Она подтолкнула сына к входной двери, а сама потянулась к багажу, который стоял на ступеньках.

Его сестра. Кора бессмысленно смотрела на женщину и чувствовала, как волна облегчения охватывает ее. Лишь на мгновение посмотрев в глаза ребенка, на его смуглое личико, она подумала… предположила…

— Он здесь? Мне нужно срочно увидеть его, — требовательно проговорила Софи, и ее глаза наполнились слезами.

— Его нет. Видимо, уехал по делам, — ответила Кора. — Но, возможно, он скоро вернется. — Она хотела хоть как-то утешить женщину. — Я могу дать вам номер его рабочего телефона, а вы позвоните туда, — надеясь помочь, предложила Корина.

Женщина покачала головой.

— Нет… нет, лучше я подожду здесь, с вашего разрешения… Видите ли, он… он не ждет нас… — Она нервно шагала по комнате, избегая взгляда хозяйки.

Должно быть, что-то случилось, тревожно предположила Кора. Ни один здравомыслящий человек не станет просто так лететь через океан с двумя маленькими детьми.

— Вы, должно быть, проголодались и устали, — ласково сказала Корина. — Давайте пойдем на кухню и посмотрим, что у меня есть вкусненького.

— Да, — как-то вяло ответила нежданная гостья, и Корина поняла, что меньше всего ее сейчас интересует еда.

Наконец-то появилась возможность рассмотреть Софи получше. Но ничего утешительного Кора не увидела. В глазах молодой матери читались напряжение, разочарование и боль. Ее сын смотрел с таким испугом, что вряд ли можно было предположить, что это вызвано обыкновенным смущением или долгой дорогой.

Несмотря на уверения Софи, что она подождет возвращения брата, Корина решила ускорить этот момент. Такой неожиданный визит не мог быть вызван прихотью, а значит, чем быстрее они встретятся, тем лучше.

При мысли о том, что нужно позвонить Гатти, сердце Корины забилось в бешеном темпе. О чем он подумает, услышав ее голос? О том, что она стала строить необоснованные предположения после их совместно проведенной ночи?..

Однако проблемы его сестры намного важнее гордости, заверила себя Кора, провожая гостью на кухню. Она усадила женщину в кресло и пошла за раскладным стульчиком для малыша. Кора по-прежнему держала ребенка в руках, только теперь он что-то бормотал, а не плакал.

— Я смотрю, вы очень любите детей, — тихо сказала Софи, наблюдая за ней. — Он всю дорогу плакал.

— И совсем не спал, — раздался тоненький, но серьезный голосок рядом с ней.

Взгляд мальчугана был таким строгим, каким может быть взгляд взволнованного старшего брата.

— Это Луиджи-второй, — представила женщина сына. — А мокрый сверток у вас в руках — Бруно-младший…

— Бруно-старший — это мой папа, — добавил Луиджи. — Но он не приехал с нами. Он…

— Замолчи, Луиджи, — резко и нервно прервала мать. — Извините, что мы втянули вас в свои проблемы и доставили кучу неприятностей. Я должна была предупредить брата о приезде, но…

Внезапно она замолчала и отвернулась, чтобы смахнуть набежавшие слезы. Сердце Коры сжалось от искреннего сочувствия к ней.

Полчаса спустя дети были накормлены и мирно спали в комнате наверху. Женщины пили кофе в уютной гостиной, и Корина в который раз пыталась убедить свою гостью позвонить Гатти.

— Нет-нет… Хотя он единственный, кто… — Слезы вновь заблестели у нее на глазах. — Когда все, в чем ты была уверена, начинает рушиться… когда мужчина, в которого ты верила, обманывает… Кажется, что остался один-единственный человек, к которому можно обратиться, и в такие моменты ты не задумываешься над собственными действиями… Луиджи для нас гораздо больше, чем брат. Мы всегда обращались к нему, когда возникали какие-то неприятности. Мы знали, что он может решить любую проблему. Наверное, поэтому…

Софи закусила губу и продолжила.

— Думаю, вы уже догадались, почему я здесь… Три дня назад я обнаружила, что мой муж встречается с одной девушкой с его работы. Он, конечно же, все отрицал, но моя близкая подруга видела их в баре. Мне же Бруно сказал, что у него много работы, и он задержится… Я ему поверила, хотя и знала, что девчонка заигрывает с ним… Я думала, он любит меня, понимаете, — печально рассказывала гостья.

— Послушайте, у вас ведь был длинный перелет. Почему бы вам не пойти наверх и не прилечь? — осторожно предложила Корина.

Невозможно было не заметить печаль в глазах женщины, причиной которой стала неверность мужа.

— Бруно пытался убедить меня, что все это глупости, что он просто помогал девушке разобраться с ее рабочими проблемами. Уверял, что не стал ничего мне говорить, потому что знал мою реакцию… Он сказал, что я совсем с ним не общаюсь, не желаю слушать его, и дети значат для меня больше, чем он. Он даже говорил, что брат значит для меня больше, чем он сам… что я уделяю больше внимания тому, что сказал старший брат… что только брату я доверяю, как никому другому, что только к нему обращаюсь за помощью…

Софи запнулась от переполнявших ее эмоций и потом хрипло проговорила:

— Да, наверное, вы правы, мне стоит отдохнуть… Я пойду наверх, если вы не возражаете. Столько всего произошло, что я даже и думать ни о чем не могу. Бруно и не знает, что я здесь, — устало добавила она. — Я так хотела увидеть брата!.. Мне так нужно было поговорить с Луиджи!.. Я подхватила детей и прилетела.

Софи прикрыла глаза, подавила зевок и вздохнула.


Кора подождала, пока женщина заснет, и позвонила в офис.

Но Луиджи на месте не оказалось. Пришлось разговаривать с Тео, который сказал, что ожидает появления босса приблизительно через час.

— Передай, пожалуйста, чтобы он позвонил мне, как только вернется, — попросила Кора зятя, не желая вдаваться в подробности. Семейные проблемы босса — его личное дело, и было бы неприлично обсуждать их с кем-то еще.

Поднявшись наверх, она проверила, все ли в порядке у гостей, повесила в ванную чистые полотенца и задумалась. Интересно, каково это — полностью положиться на брата, знать, что он в состоянии помочь в любой ситуации? Довериться ему настолько, чтобы просто так уехать из дома с двумя малышами, будучи уверенной, что только он решит все твои проблемы.

Наверное, это не совсем честно, подумала Кора. Все-таки брат не сможет заменить мужа, избавить от боли, вызванной изменой, восстановить разбитый брак, а любимый дядя не заменит отца, подумала она, вспомнив горечь в словах Софи, и замешательство в глазах Луиджи-второго.

Корина не винила Софи за те чувства, которые та испытывала. Узнать, что твой муж, которого ты любишь и которому полностью доверила себя и свою жизнь, отец твоих детей, встречается с другой женщиной… занимается любовью с ней!.. Должно быть, это самый ужасный удар, который может нанести жизнь.

Спустившись вниз, Кора подошла к холодильнику. Часом раньше, глядя на то, как Софи размазывает еду по тарелке, Корина засомневалась, что у той вообще появится аппетит, но вот дети — совсем другое дело, особенно малыш.

В холодильнике оказалось много свежих фруктов и овощей, и Корина решила сделать сок для детей.

По поведению старшего мальчика было понятно: он догадывается, что что-то произошло между родителями. Дети в этом возрасте уже многое понимают и порой начинают винить себя в том, что происходит у взрослых.

Сверху раздался какой-то шум. Корина прислушалась… Может, это проснулся ребенок?

Она направилась наверх, но внезапно ее отвлек новый звук. Сердце готово было выскочить из груди. Это подъехала машина Гатти. Кора никак не ожидала его скорого появления. Она думала, что он сначала позвонит. Сердце сжалось от волнующего трепета.

Сейчас они увидят друг друга впервые после ночи… впервые после… Ну хватит, прервала себя Корина, сейчас не время для подобных переживаний.

Она напряглась, когда дверь в кухню отворилась.

— Кора, что-то случилось? — обеспокоенно спросил Луиджи, заметив ее напряжение, и потянулся к ней.

Корина поняла, что он собирается ее обнять. Предательская краска запылала на щеках. Она с трудом преодолевала желание приблизиться к нему, ощутить его тепло и ласку, восстановить ту физическую связь, которая соединяла их прошлой ночью. Ее тело уже начало реагировать на его присутствие.

Кора понимала, как легко это осуществить, надо лишь шагнуть навстречу и оказаться в сильных объятиях. Она чувствовала, что имеет полное право так сделать.

Корина поняла, что против воли смотрит на его губы, а ее собственные дрожат в предвкушении сладкого поцелуя. Она могла сравнить себя с хорошо настроенным инструментом в руках мастера. Ведь едва любовник появился в дверях, как перед ее глазами всплыли все подробности их близости, и она испытала почти тот же экстаз.

— Дорогая!..

Настойчивость в его голосе вернула Корину к реальности, и как раз в этот момент в холле раздались звуки приближающихся шагов.

— Луиджи, — начала она, но, прежде чем успела что-то сказать, дверь распахнулась, и Софи с радостным криком бросилась в объятия брата.

— О, Луиджи, слава богу, что ты здесь!..

— Софи?.. — В его голосе слышалось удивление. Он вопросительно посмотрел поверх головы сестры. — Что?..

Кора тихо вышла и прикрыла дверь. Им есть о чем поговорить, и эти вещи не для посторонних слушателей. Такое обсуждается наедине.

Поднимаясь наверх, она услышала плач малыша и заспешила в спальню, чтобы успокоить его.

Войдя в комнату, Корина обнаружила, что Луиджи-младший тоже уже проснулся.

— А где мамочка? — робко обратился он к Корине.

— Она внизу, разговаривает с твоим дядей, — ответила Кора, а потом спросила: — Ты не знаешь, где лежат пеленки? Твоего братика нужно перепеленать.

— Пеленки? — Мальчик смущенно потупил взор.

Кора тем временем пыталась вспомнить другой синоним этого слова.

— Подгузники, — с облегчением выпалила она.

Они вместе помыли и перепеленали малыша, причем Корина всячески старалась растянуть это занятие, чтобы у маленького Луиджи не возникло соблазна подслушать разговор матери и дяди. Ему совсем не нужно знать об измене отца, он и так достаточно натерпелся за все это время.

Взяв на руки воркующего малыша, Кора заметила, что старший мальчуган неотрывно смотрит на дверь. Его терпению явно приходил конец. К счастью, именно в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появились Луиджи и Софи.

— Мамочка, — мгновенно набросился с вопросом Луиджи-второй, — когда мы поедем домой? Я так соскучился по папочке…

Было очевидно, что Софи совсем недавно плакала, и губы сына задрожали, когда он заметил это. Но Гатти всех выручил. Он вошел вслед за сестрой и поднял племянника на руки.

— Привет, зайка! — весело проговорил он.

— Дядя Луиджи… дядя Луиджи! — радостно завизжал мальчуган, обнимая того за шею.

— Сейчас я позвоню в аэропорт и узнаю, когда вы сможете вернуться домой, — обратился он к сестре, по-прежнему прижимая к себе племянника.

— Я без тебя никуда не поеду, — запротестовала Софи.

— Милая, я уже объяснял, почему не могу ехать с тобой. — Луиджи старался сохранять спокойствие, но это явно давалось ему с большим трудом. — У меня есть срочные дела здесь.

— Возможно, но нет ничего важнее, чем обязательства перед семьей. Такого просто не может быть, — быстро проговорила Софи. — Не волнуйся, все поймут. Ты нужен мне. Очень нужен!

Гатти нахмурился.

— Я не могу.

— Тогда я не двинусь с места, — отрезала она. — Я уже сказала, что одна никуда не поеду. Это мое окончательное решение, и я не откажусь от него.

— Твой муж… — начал Гатти.

Софи мгновенно прервала его.

— Я не хочу говорить о нем или с ним.

— Ты должна это сделать, — спокойно сказал брат. — Хотя бы ради детей, если другое тебя не волнует. Он по-прежнему их отец и имеет определенные права.

— Нет у него никаких прав. Он потерял их в тот день, когда стал встречаться с этой… с этой… — Софи замолчала, заметив в глазах сына тревожный блеск.

Луиджи недовольно покачал головой.

— Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, то обязана выслушать меня.

Корина видела, что Гатти недоволен требованиями сестры.

— Меньше всего я хочу его видеть после того, что он сделал…

Софи явно обладала бурным темпераментом — об этом говорили густые черные брови и темный пушок над верхней губой. Она очень тяжело переносила измену, стараясь скрыть под маской злости боль и страдания.

— Ты говоришь, что Бруно отрицал свою вину… — начал Луиджи. — Он же говорил…

— А что ему еще оставалось делать? — Сестра горько усмехнулась. — Он знает, что теряет. О, как он мог!.. Я думала, он любит меня…

Слезы появились в ее глазах, и маленький Луиджи, заметив это, захныкал.

— Хотите, я заберу детей? — быстро предложила Корина. — Вам есть о чем поговорить.

— Я уже все сказала, — отрезала Софи. — Меня не интересуют такие советы. Я не вернусь к Бруно. И не для того я сюда ехала, чтобы выслушивать, как ты его защищаешь. Я думала, ты окажешься более сердобольным… хотя бы посочувствуешь мне…

На этот раз бедняжка расплакалась. Кора протянула руки к мальчугану, чтобы забрать его.

— Я хочу остаться с мамочкой, — бурчал Луиджи-младший, не желая, чтобы его уводили.

Но у Коры было достаточно опыта общения с детьми.

— Правда? — спросила она. — А я-то думала, что ты поможешь мне по хозяйству. У нас в доме нет мужчин и некому забивать гвозди.

— А дядя Луиджи? — удивился мальчик.

Кора смутилась.

— Он здесь тоже гость, как и ты. И очень занят работой.

Корина с малышом разложили инструменты и выбирали нужные гвозди, когда брат и сестра вошли в кухню. За четверть часа их отсутствия Кора успела наслушаться историй про мамочку и папочку, про то, как сильно дядя Луиджи любит их обоих и какая у них замечательная семья.

— Похоже, придется ненадолго вернуться в Рим. Мне удалось заказать билеты на сегодняшний вечер, — коротко сообщил Луиджи-старший. — Очень жаль, что так получилось, — уныло добавил он, едва заметно кивнув в сторону сестры.

— Все в порядке, — заверила его Корина. — Я очень рада, что ты смог так быстро откликнуться на мой звонок. Я даже не ожидала…

— Какой звонок? — нахмурившись, переспросил Гатти.

Кора изумленно уставилась на него.

— Я звонила в офис, чтобы сказать о приезде сестры, но тебя не оказалось на месте, и я попросила Тео передать, чтобы ты как можно скорее перезвонил мне.

Если Тео забыл о ее просьбе, то как Луиджи догадался так быстро вернуться?

В этот момент Софи вновь привлекла к себе внимание брата. Она хотела точно знать, когда вылетает самолет, и очень волновалась, что не взяла достаточно еды для Бруно-младшего.

— Тебе стоило позаботиться об этом раньше, — резко ответил Гатти.

Помогая сестре, Луиджи как-то не слишком ей сочувствует, заметила про себя Кора. Видимо, он недоволен тем, что сестра взбунтовалась, не обдумав все, не взвесив «за» и «против», легкомысленно подвергла столь тяжелому перелету двух малышей.

— Давайте, я отвезу вас в ближайший супермаркет, где вы купите все необходимое для детей, — вежливо предложила Корина, чувствуя, что обстановка накаляется, и искренне желая хоть как-то спасти положение.

— Луиджи, ты не отвезешь меня? — обратилась Софи к брату. — Сейчас я едва соображаю.

Вполне естественно, что сестра хочет поехать с братом, может быть, у нее нет денег, спокойно сказала себе Кора. Но только почему я тогда такая опустошенная?

Корина чувствовала, что Гатти что-то хочет ей сказать, но не решается. Было совершенно очевидно, что он не рад неожиданному появлению сестры. Но разве можно отказывать ей в помощи ради своих интересов?

Ведь даже не зная Софи и ее мужа, нетрудно было догадаться, что братцу придется приложить немыслимые усилия, чтобы заделать трещину, возникшую в этой семье.

— Дорогая…

Она услышала тихий голос Луиджи и почувствовала легкое прикосновение к руке, такое, будто он хотел увести ее отсюда, хотел… Словно… словно… что? Остаться наедине? Глупости, это всего лишь разыгралось твое воображение, подумала Корина.

— Я очень сожалею, что так получилось, искренне сказал Гатти. — Если бы я только смог уговорить Софи уехать одну…

— Ты нужен ей, Луиджи, — нежно прервала его Кора.

И мне тоже, горько усмехнулась она про себя. Только я ни при каких обстоятельствах не смогу сказать тебе об этом. Это было бы, по меньшей мере, глупо и слишком эгоистично. Она ведь так расстроена из-за мужа.

— Софи всегда раздувает из мухи слона, — удрученно произнес Гатти и усмехнулся. — Не думаю, что этот случай — исключение. Безусловно, Бруно не из тех людей, кто так легко рушит семью.

— Похоже, у Софи на этот счет другое мнение, — отозвалась Корина.

— Да, но она выбрала не самый подходящий момент для его демонстрации, — резко сказал Гатти, глядя на сестру, которая пыталась утихомирить малышей.

Он по-прежнему держал Кору за руку, но сейчас это прикосновение было больше похоже не на дружескую поддержку, а на ласку.

Что это? Привычка или безмолвное обещание любовника? Кора не знала.

— Луиджи, поехали, — нетерпеливо позвала Софи.

Почудилась ли Корине тоска в глазах Гатти, когда он выпустил ее руку? Она не была в этом уверена.


— Значит, твой квартирант улетел с сестрой и племянниками в Италию? — спросила Марта, пока Кора возилась на кухне.

— Да, улетел, — безжизненным тоном ответила Корина.

Марта пришла полчаса назад, после отъезда Луиджи и Софи.

— Я точно не знаю, когда вернусь, но думаю, что через неделю, — сказал Гатти перед отъездом.

Он стал угрюмым и задумчивым. Интересно почему: переживал за сестру или сожалел о прошлой ночи? Корина терялась в догадках.

Сейчас она вздрогнула, вспомнив, как чуть было не поддалась слабости и не попросила его…

О чем? Сказать, что та ночь значила для него так же много, как и для нее, и что он тоже любит ее, и его жизнь теперь уже никогда не будет прежней?

К счастью, ей удалось сдержать себя и лишь протянуть на прощание руку.

Софи обняла ее перед отъездом и поблагодарила за все…

— Ты ведь будешь скучать, — прервала ее мысли Марта. — Когда в доме есть мужчина, тем более… жизнь приобретает особый смысл…

— Перестань, он был здесь всего-то ничего, — попыталась обернуть все в шутку Кора, но в душе была вынуждена признать правоту подруги.

Она уже скучала по Луиджи, более того, страстно желала его. Сомнения раздирали душу. Что ж, может, неприятности сестры как раз оказались кстати, и это поможет ему избежать ответственности и оправданий. Эта мысль причинила Корине невыносимую боль.

Хотя какая тут может быть ответственность, ведь ты сама легла с ним в постель, тебя никто не принуждал, прервала себя Кора. И с чего это вдруг происшедшее между ней и Луиджи должно иметь для него значение?

Да и помнил ли он вообще, что было между ними? Ведь он мог решить, что все пригрезилось, что это просто бред, жар-то у него был нешуточный.

А что лучше, безжалостно рассуждала Кора, чтобы он ничего не помнил, или помнил, но сожалел об этом?

И что бы она предпочла, имея выбор, — испытать всю сладость его объятий или жить прежней жизнью, не зная радостей любви и секса?

Корина не могла ответить на эти вопросы, мучаясь бессонными ночами, ясность мог внести только Луиджи, которого не было рядом с ней.

Загрузка...