«ЭТО БУДЕТ СЧАСТЛИВЫЙ БРАК, МАХЕШ!»

Во всем Бангалоре в эти дни было не сыскать человека более счастливого, чем Руп Чанд. Он словно сбросил с плеч груз прожитых лет, распрямился и повеселел, его усы топорщились торжествующе, а походка приобрела величавость, несвойственную лавочнику Чанду ранее. Знакомые, завидев старика, непременно останавливались, чтобы после обычных приветствий выяснить, что же такого значительного случилось в его жизни. Чанд ничего не таил, и начинал разговор сам, не дожидаясь расспросов.

— Мой Махеш вернулся домой, — говорил он. — Вы ведь знаете, он учился в университете. Теперь вот закончил, с большим успехом, и даже самый главный в ихнем университете лично жал моему Махешу руку на прощание, потому что никто не учился так хорошо, как мой сын.

Эту историю с рукопожатием Руп Чанд придумал, но в его устах она звучала так убедительно, что он и сам поверил в нее уже на второй день и рассказывал ее со значительным видом и законной гордостью.

Иначе и быть не могло. Махеш, его гордость и надежда, не обманул отцовских ожиданий, и Руп Чанд был в эти дни бесконечно счастлив.

«Скоро его увидит Рай Сахеб, — думал он. — Что ж, пусть полюбуется. Ему достанется хороший зять». Об этой свадьбе Руп Чанд думал, как о деле уже решенном. С Махешем прямого разговора он пока не заводил, выжидал, давал сыну отдохнуть после экзаменов.

— Ты писал мне о работе, — напомнил Махеш отцу.

— Да, сынок, хорошее место, поверь. У тебя будет все, ты заслужил это.

— Заслужил — что?

— Место помощника судьи. Рай Сахеб уверил меня, что вопрос уже решен — место достанется тебе.

— Рай Сахеб? — переспросил удивленный Махеш.

Это имя было ему хорошо знакомо. Он впервые услышал его, когда был совсем маленьким. В его детских представлениях имя Рай Сахеба связано было с чем-то желанным и сладким, потому что сладости, которые продавались во всех лавках, были сделаны на фабрике Рай Сахеба, и даже он, мальчишка, знал об этом.

Когда Махеш подрос и пошел в школу, опять этот невидимый, но, наверное, могущественный Рай Сахеб был где-то рядом. Потому что все школьники знали, что их школа построена на деньги этого человека.

И даже учась в университете, Махеш встречал знакомое с детства имя в газетах: в заметках из его родного Бангалора нередко мелькало имя Рай Сахеба.

— Он поможет мне получить место помощника судьи? — переспросил отца удивленный юноша.

— Конечно, — важно ответил тот. — Я уже разговаривал с ним о тебе.

Все это выглядело невероятно, но еще больше Махеш удивился, когда в один из вечеров в их дом пожаловал Рай Сахеб, собственной персоной.

Они втроем пили на веранде чай, вели неторопливый разговор, Рай Сахеб расспрашивал Махеша об учебе в университете, о планах на будущее, и взгляд его постепенно теплел, юноша ему нравился, он был рад, что не ошибся в выборе жениха для своей дочери. О свадьбе в этот вечер не было сказано ни слова, Махеш до сих пор пребывал в неведении, и только уже прощаясь, Рай Сахеб сказал Руп Чанду:

— Приезжайте завтра к нам вместе с сыном. Я познакомлю вас со своей дочерью.

И посмотрел на Махеша. Юноша не обратил внимания на эти слова, попрощался учтиво и, только когда Рай Сахеб уехал, спросил у отца:

— Почему он приглашает нас в гости? Меня удивляет его доброе к нам отношение.

Руп Чанд засмеялся счастливым смехом и сказал, похлопав сына по плечу:

— Все меняется, мой мальчик. Еще совсем немного, и мы будем на короткой ноге с самим Рай Сахебом!

Он поднял палец к небу.

— Каким образом?

— Ты еще ничего не понял? Он дочь свою за тебя отдает!

Махеш вздрогнул и с недоверием посмотрел на отца.

— О чем ты говоришь?

— Не верится в такое счастье, да? — засмеялся тот. — Но это правда. Все уже обговорено, Рай Сахеб согласен, поэтому готовься к свадьбе. Ах, как я завидую тебе! Это будет счастливый брак, Махеш!

Старик мечтательно покачал головой.

— Ты получишь сразу все: и чудесную жену, и богатого родственника, и отличную работу.

Махеш молчал, потрясенный, но отец, кажется, не замечал его состояния.

— А там, совсем скоро, глядишь — и из помощника ты станешь судьей. Наш судья уже стар, ему недолго осталось — вот тебе и должность подоспеет.

— Н-нет, — пробормотал Махеш.

— Что — «нет»? — не понял Руп Чанд.

— Я не могу жениться на дочери Рай Сахеба.

Эти слова поразили старика.

— Не могу, отец. Потому что у меня уже есть девушка, она будет моей женой.

— Кто?! Кто она такая?! Откуда взялась?

Эта новость была столь неожиданной, чтобы отец мог сдержаться.

— Она очень хорошая девушка. И я от нее не откажусь, — сказал Махеш с твердостью, на какую был способен в эту минуту.

— Кто ее родители? — спросил Руп Чанд. — Может быть, они богаче Рай Сахеба?

Это был не вопрос. Это была насмешка. И Махеш ее уловил.

— У нее нет родителей, — волнуясь, ответил он. — Но какое это имеет значение?

— Ты спрашиваешь, какое это имеет значение?! — воскликнул отец. — Я объясню тебе, мой маленький несмышленый мальчик. Я, твой отец, сил своих не жалел на то, чтобы обеспечить твое будущее. Я выкладываюсь, не считаясь ни с чем, и вот, когда наступает момент, когда от меня не так уж многое зависит, Всевышний посылает нам удачу. Ты думаешь, эта удача — Рай Сахеб? Нет, мой мальчик. Удача — это хорошая работа для тебя, большие деньги, возможность жить достойно. Тебе не нужно все это? А обо мне ты подумал? Каково будет мне на старости лет видеть, как ты начинаешь все с нуля, ты, в которого я вложил столько сил и родительской любви. Нет, Махеш, пока я, твой отец, жив, я буду направлять тебя и поправлять, если ты ошибаешься. А твой долг — уважать мою старость.

— Отец! — с мольбой в голосе произнес юноша. — Я не могу жениться на дочери Рай Сахеба! У меня уже есть избранница, я пообещал ей…

Он не закончил фразу, потому что в следующий миг старый Руп Чанд обернулся к сыну и резко воскликнул:

— Никогда, никогда я не дам своего согласия на твой брак, если женой будет не дочь Рай Сахеба, а кто-то другой! И пусть я умру, не увидев внуков, моего родительского благословения тебе не будет!

Но даже не эти слова поразили Махеша, а лицо отца. Руп Чанд плакал, не скрывая слез. Махеш впервые в жизни видел его плачущим.

Загрузка...