Мелисса Макклон Навсегда с тобой

Глава 1

Кристиан Велтон просунул лыжную палку в вентиляционное отверстие снежной пещеры. Большую часть ночи он выкапывал в снегу убежище. Нет, он не жаловался. Эта пещерка спасла жизнь ему и его двоюродному брату.

Он бросил взгляд на Оуэна Слайтера, лежавшего в спальном мешке, под который, чтобы мешок не намокал, был подложен надувной матрас. Правая сторона лица брата была вся в синяках и порезах. Его надо было бы доставить в больницу. Быстрее всего это сделал бы вертолет службы спасения, но в такую погоду вертолет не полетит. До прихода помощи Кристиан будет делать все, что в его силах, лишь бы сохранить брату жизнь.

Кристиан прислушался. Небольшое затишье позволит отряду спасателей добраться сюда. Пора узнать, действительно ли им повезло? Он отодвинул рюкзаки, которыми прикрыл вход в пещеру, и надежда тут же угасла. Ветер — семьдесят миль в час, лютый мороз и нулевая видимость. Он высунулся наружу. Каждый вдох резал легкие. Никто не рискнет в таких условиях приехать сюда — ни по воздуху, ни пешком. Разочарование пронзило его. И к тому же батарея мобильного разрядилась! Эта штука теперь бесполезна. Бессмысленна.

Кристиан снова закрыл вход рюкзаками. Его пронизывал холод, ноги дрожали. Что бы он сейчас не дал за чашку горячего какао! Со взбитыми сливками…

Оуэн застонал.

Кристиан посмотрел на брата. Фантазии делу не помогут. Пора растопить немного снега. И ему, и Оуэну надо попить. Возможность отравления угарным газом от спиртовки Оуэна, работающей в помещении, не очень беспокоила Кристиана. Щель между рюкзаками, вентиляционное отверстие и ветер снаружи обеспечивали вполне приемлемое проветривание пещеры. Когда растаяло достаточно снега, Кристиан наполнил водой бутылку и осторожно, чтобы не задеть головой потолок пещеры, залез туда, где лежал его брат.

— Пить хочешь? — спросил он.

Оуэн с трудом открыл глаза.

— Буря кончилась? — спросил он.

Голос Оуэна звучал хрипло, как рычание зверя. Умирающего зверя.

Кристиан внутренне содрогнулся. Нет, не умирающего, нет! Просто Оуэну больно. Настанет время — и они оба спустятся, а потом еще не раз пойдут в горы. Конечно, этот сезон Оуэн пропустит, но рано или поздно они опять будут идти бок о бок. Или в связке.

— Погода еще скверная. — Кристиан был пожарным. Он привык входить в горящие дома и спасать людей, а не ждать, когда кто-нибудь спасет его самого. — Но спасатели знают, где мы.

Оуэн прокашлялся:

— ГСПСО найдет нас.

Кристиан с уважением относился к тому, что делала ГСПСО — Горная служба поиска и спасения штата Орегон. Добровольцы-спасатели из ГСПСО намного превосходят его в опытности, но буря способна остановить даже самых закаленных людей. Тем не менее Кристиан знал: Полсон и Томас придут. Они не просто горноспасатели, а еще и пожарные. Члены братства. Они будут здесь, как только это станет возможно. И Томас, конечно, начнет ругать Кристиана. Как всегда. Но на сей раз он будет рад этому.

— Да, они придут, — сказал он уверенно. Когда погода исправится, ГСПСО будет точно знать, где их искать. Кристиан успел передать оператору их координаты по GPS до того, как его телефон разрядился.

Пересохшие, пораненные губы Оуэна растянулись в некоем подобии улыбки.

Кристиан страдал оттого, что не мог больше ничем помочь брату. Может быть, что-то еще можно сделать? Спасателям понадобится пространство для работы. Он взял лопату.

— Хочу расширить помещение. А то клаустрофобия одолеет.

— Снежные пещеры почти всегда такие, — заметил Оуэн. — Не беспокойся. Ты и так изрядно попотел, пока выкопал ее.

— Но если снег осядет…

— Мы здесь пробудем недолго.

Хотел бы Кристиан, чтобы это было так. Но, по крайней мере, Оуэн немного ожил. Охотнее разговаривает. И то и другое — добрые знаки.

— Не волнуйся. Помни, я — один из лучших в пожарной команде Худ-Хемлета.

Оуэн поморщился, зажмурил глаза, потом медленно открыл их.

— Рассказывай о своих достоинствах хорошеньким девочкам, пожарный. У меня на уме одно: если с тобой что-нибудь случится, кто будет добывать воду и кормить меня?

— Да уж, если из-за меня ты будешь мучиться жаждой и голодать, твои родители меня не похвалят.

— И дед тоже будет зол на тебя.

Их дед, патриарх клана Велтон, никогда его не простит. Кристиан и так был персоной нон грата и останется таковым, пока не вернется домой и не займется делами «Велтон Вайнерис» — винодельческой фирмы их семьи. А этого не произойдет. Нет, если Кристиан когда-нибудь и вернется, то на своих условиях, а не на чьих-то еще!

Он заставил себя улыбнуться:

— И бабушка, наверное, будет не очень довольна.

— И мои сестры. И твои, кстати, тоже.

Оуэн поддразнивает его. Еще один добрый знак. Кристиан бросил лопату:

— Уговорил. Я подожду.

— Спасибо. — Оуэн опять закрыл глаза. — Теперь я спокоен за судьбу «Велтон Вайнерис».

— Да… — Дед всегда говорил, что судьба «Велтон Вайнерис» в руках Кристиана и Оуэна. Не важно, что у Кристиана есть свои цели в жизни и что жизнь в Вильяметт-Велли и забота об имении не входит в их число. — Потребности семьи в целом перевешивают индивидуальные запросы. Хотим мы этого или не хотим.

Оуэн медленно сделал глубокий вдох.

— Извини, что я втянул тебя в это.

— Ну, мы оба в это втянулись. — Кристиан предложил пойти в горы, его брат выбрал маршрут. — Не надо винить друг друга. Это нам не поможет.


Наверху было совсем скверно. Ветер и метель ограничивали видимость. Мороз не ослабевал.

И тем не менее она здесь.

Линн Томас втянула носом воздух. Слой льда покрывал ее защитные маску, очки и одежду. Вещевой мешок тоже, наверное, подернулся льдом.

Она хотела сейчас одного: быть выше по склону горы. На высоте десяти тысяч пятисот футов, если точно. Где-то там ждут помощи два попавших в беду человека. Линн скрипнула зубами. Ее убивало, что она тащится вверх по южному склону Маунт-Худ со скоростью улитки. Ей хотелось подниматься быстрее, но Син Хьюз, командир группы спасателей, не хотел, чтобы кто-либо из его людей вспотел, а потом переохладился.

В воздухе пахло серой из Кухни Дьявола. Правда, благодаря ветру не так сильно, как обычно. Горячие испарения из этой горы не давали снегу целиком покрыть ее склон, но сегодня, при такой видимости, ее очертания были едва различимы.

Ну ладно. Линн не будет сердиться на Хьюза. Его беспокойство ей понятно. Гипотермия и обморожения — опасность реальная, даже сейчас, когда погода улучшилась по сравнению с тем, что было вчера. А плохая видимость означает одно: надо соблюдать особую осторожность.

Линн охватило беспокойство — чувство, которое она нечасто испытывала во время заданий. Но это задание не такое, как другие.

«Сосредоточься, Томас. Будь объективной».

Линн достаточно долго была врачом службы спасения и знала — эмоции тут не помогут. Но иногда трудно сохранять спокойствие. Пропал один из их товарищей. Правда, он не член службы спасения. Он служит в пожарной команде. На станции его считают новичком, хотя стаж работы у него больше года. Но ведь он самый молодой из всех пожарных…

Кристиан Велтон.

Высокий, атлетического сложения, с каштановыми волосами и потрясающими голубыми глазами, Велтон мгновенно привлекал к себе внимание. Не то чтобы она хотела завести с ним роман. Да, вначале он флиртовал с ней. Его интерес к ней удивил Линн. Обычно она отваживала мужчин, с которыми работала. Они должны были видеть в ней товарища, а не женщину, но с Кристианом ей было трудно это сделать. Однако потом он сам отступил, стал вести себя очень корректно, обращаться с ней как со «своим парнем». И это хорошо, потому что пожарные не одобряли служебные романы.

Но Велтон был слишком привлекателен… Линн не могла не замечать его. И хотя она не заводила романов ни с кем из сослуживцев, это не значило, что она не имела права иногда радоваться вниманию к себе. К тому же Кристиан умел готовить вкуснейшую чикен масала[1].

Мороз усиливался. Стараясь не обращать внимания на обжигающий холод, Линн сделала еще шаг, и порыв ветра едва не сбил ее с ног. Чтобы сохранить равновесие, ей пришлось глубоко воткнуть в снег лыжные палки и ухватиться за них.

— Потише, Томас! — крикнул Хьюз откуда-то сзади. — Ты здесь не одна.

Линн едва услышала его сквозь вой ветра, но пошла медленнее. Она значительно обогнала остальных — такой тревоги ей не доводилось испытывать со Дня благодарения, когда разломился сноуборд Сина. Син упал, получил травму, и ему потребовалась помощь. То был один из самых долгих Дней благодарения в ее жизни…

Оказывать помощь незнакомым людям — одно, но если в беду попал кто-то, кого ты знаешь, с кем вместе работаешь, — совершенно другое. Около года назад Велтон, полный уверенности в себе, пришел на станцию. Оказалось, что у него есть чувство юмора и оно помогает ему среди огня и дыма. Оказалось, что он удивительно компетентен и собран для новичка. Велтон работал с полной отдачей, был искренне предан делу. И к сожалению, совсем не так вел себя с женщинами, которых встречал на своем пути…

Вчера вечером на станции Линн увидела очень красивую, но очень расстроенную женщину по имени Алекса. Алекса объяснила: она несколько раз встречалась с Велтоном и теперь немного беспокоится за него. Кажется, Алекса беспокоилась за него несколько больше, чем хотела показать. Бедняжка… Да, к особам противоположного пола Велтон относится несерьезно.

Затянутой в перчатку рукой Линн протерла лыжные очки.

Некоторое время спасатели продолжали подниматься к Хогсбеку, потом повернули на восток.

Хьюз собрал вместе всю команду, чтобы сообщить:

— Мы в пределах переданных нам координат GPS. Ищите метки. Что угодно, что может подсказать нам, где именно они находятся.

Они начали поиски. Хьюз громко свистнул — в надежде, что потерявшиеся люди услышат его. При такой погоде свист слышно лучше, чем голос.

Если Велтон и его двоюродный брат прячутся в снежной пещере, на что надеялась Линн, они могут вообще ничего не услышать. Снег поглощает все звуки, затрудняя работу спасателей.

— Нужное место отмечено буквой «X»! — крикнул Полсон и указал на оранжевые лыжи, поставленные крест-накрест у входа в снежную пещеру.

У Линн словно гора свалилась с плеч. Она побежала к пещере. Вход был закрыт рюкзаками.

Полсон остановился позади нее:

— Похоже, новичок знал, что надо делать.

Линн сняла свой рюкзак и достала медицинский пакет:

— Давайте узнаем точно.


— Черт! — Разбуженный от крепкого сна Кристиан вскочил слишком резко и стукнулся головой. За ночь снег просел еще сильнее. — Что?

— Они пришли. — Оуэн засмеялся. — Они все-таки пришли!

И тут кто-то отбросил один из рюкзаков, закрывавших вход в пещеру. Потом второй. В отверстии показалась голова в красном шлеме.

Служба спасения…

Облегчение разлилось по замерзшему, усталому телу Кристиана.

— Да, — прошептал Оуэн.

Спасатель, протиснувшийся в пещеру, снял лыжные очки и стянул маску.

Уголки пересохших губы Кристиана приподнялись.

— Томас!

Линн Томас была врачом спасательной станции. Хорошенькая, с ладной фигуркой. Когда Кристиан только появился на станции, он попытался было начать ухаживать за ней, но она не проявила к нему никакого интереса. И Кристиан решил не навязываться. И вскоре понял — это правильное решение. Линн не принадлежала к его типу женщин. Слишком строгая, чересчур деловая. Она серьезно относилась к своей работе и ожидала того же от других. И никогда не распускала волосы. А Кристиан не возражал бы посмотреть, как Линн развязывает свой туго завязанный конский хвостик или расплетает косы…

Ее лицо было бледно, только щеки раскраснелись от холода. Она поприветствовала его кивком и выговорила:

— Велтон.

Неожиданно по всему его телу разлилось тепло. Он улыбнулся шире:

— Я очень рад тебя видеть.

— Я тоже рада видеть тебя, новичок. — Она сняла альпинистские перчатки. — Полсон там, снаружи. Шеф разрешил нам поменять смену, чтобы мы смогли доставить тебя домой. Никто не хочет без тебя идти назад — кто еще приготовит на обед такой рулет из индейки?

Кристиан рассмеялся — он не ел со вчерашнего дня.

— Я приготовлю тебе что ты захочешь, когда мы спустимся вниз.

Она улыбнулась:

— Ловлю тебя на слове! — Томас надела медицинские перчатки. — Травмы? Ноги?

— Я в порядке. Ноги у меня замерзли, но я чувствую пальцы, — быстро сказал Кристиан. — Мой двоюродный брат Оуэн упал, когда мы спускались на лыжах. Ему двадцать шесть. Здоров. Похоже, у него сломана щиколотка. И рука. И повреждено колено.

— Эй, я и сам могу сказать, — сказал Оуэн. — Я в сознании, и у меня все болит.

— Я, как мог, проверил его позвоночник, а потом довез его сюда, — сообщил Кристиан.

— Молодец, Велтон, — сказала Томас.

В ее устах это была великая похвала.

Томас придвинулась к Оуэну. Кристиан попытался дать ей дорогу, что было нелегко в таком тесном убежище.

Линн огляделась:

— Пещеру рыл хоббит?

— Я спешил, — признал Кристиан. — И снег немного просел за две ночи.

— Ну, в этой пещере вы были в безопасности и в тепле. И знаешь, как говорят? Важны не размеры. — Она подмигнула Кристиану, что явилось для него полной неожиданностью, потом присела около Оуэна: — Привет, Оуэн. Ваш брат хорошо о вас заботился.

— У вас такие красивые карие глаза. — Оуэн смотрел на нее так, словно перед ним возникла Афродита. — Молочный шоколад с совсем маленькой добавкой сливок.

Кристиан фыркнул. Оуэн, наверное, находится в состоянии шока, если думает, что комплименты подействуют на Томас. Ей не важно, как она выглядит, И сладкие слова только рассердят Линн. Она не из тех, кто любит флиртовать. Кристиан никогда в жизни не встречал более неприступной женщины. Но она сильная и знает свое дело.

— Мой брат — фанат шоколада. — Кристиан решил немного смягчить слова брата.

— Я не могла бы жить без шоколада! Спасибо, Оуэн. — Томас мягко улыбнулась, но ее взгляд был направлен на его царапины и синяки. — Я врач службы спасения. Могу я осмотреть вас?

— Да. — Оуэн посмотрел на Кристиана. — Ты никогда не говорил мне, что среди твоих сослуживцев есть женщины.

Кристиан очень старался не думать о Линн как о женщине.

— Томас — одна из наших ребят. Свой парень.

Оуэн состроил гримасу:

— Тебе надо сходить к окулисту, братец.

Томас расстегнула молнию на спальном мешке.

— Кристиан хочет сказать: мужчины на станции относятся ко мне как к товарищу.

Взгляд Оуэна выразил презрение.

— Идиоты!

Томас пожала плечами:

— Так проще.

Кристиан поймал себя на том, что кивает, но при этом спросил себя: проще ли так ей или мужчинам, с которыми она работает? Он никогда не задумывался о том, что чувствует Томас, будучи своим парнем. Но, с другой стороны, он никогда не видел, чтобы она вела себя как женщина. Линн никогда не пользовалась косметикой, не носила украшений…

Когда Томас стала осматривать щиколотку Оуэна, тот сморщился.

— Все равно идиоты! — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Должен спросить хорошенького доктора: нет ли у нее с собой обезболивающих?

Томас подмигнула, отчего стала еще симпатичнее.

— О, у меня тут много разных разностей.

— Я уверен в этом. — В словах Оуэна было предвкушение.

Ну-ну! Его братец флиртует? И Томас, кажется, не возражает. Странно…

— Вы спускались вниз на лыжах в альпинистских ботинках? — спросила Томас Оуэна.

— Да, — признался тот. — Мне бы стоило надеть лыжные. Стоило бы сделать кое-что иначе…

— Мы правильно сделали, что прекратили подъем, — сказал Кристиан.

— Ну да! У нас не было выбора.

Томас продолжала осмотр:

— Вам пришлось нелегко.

Оуэн пожал одним плечом — плечом здоровой руки.

— Если бы я не упал, мы могли бы подняться на перевал и спуститься по южному склону прежде, чем погода совсем испортилась.

Линн взглянула на Кристиана:

— Здесь слишком тесно. Надень лыжную маску, высунься наружу и скажи, чтобы поставили палатку, если только ее уже не ставят. Велтон, ты слышишь меня?

Какого черта он тут сидит? Кристиан схватил свою маску:

— Я готов!

Загрузка...