Начинается книга вторая об Амадисе Гальском

Глава 19. О том, кто такой был Аполидон, и какие чудеса он оставил на Твердом острове

Жил некогда в Греции один король. У него были два сына, оба отличавшиеся большими достоинствами. Особенно же прославился старший, которого звали Аполидон. Не было в то время другого, кто мог бы сравниться с ним красотой лица и тела и жаром сердца. Он постиг своим тонким умом все науки, которые благодаря огромному упорству изучил очень короткий срок, и поднялся в них до таких высот, что сиял среди своих современников, подобно луне среди звезд. Самых же больших успехов он добился в таинственных учениях, которыми владеют кудесники.

Так вот, тот король, отец этих двух инфантов, достиг очень преклонного возраста, и время, которое ему оставалось жить, стало намного меньше его богатства. Чувствуя приближение смерти, он призвал своих сыновей и объявил им свою волю. Аполидон, как старший, должен был стать после него королем, младшему же оставались несметные сокровищу и книги, которых было великое множество и которые стоили очень дорого. Однако Аполидон этому не обрадовался. Со слезами на глазах он сказал отцу, что чувствует себя так же, как было бы, если бы его лишили наследства. Король очень опечалился и не мог придумать, что сделать. Видя его огорчение и скромность брата, мудрый Аполидон признался, что ему пришлось бы больше по душе, если бы он взял драгоценности и книги, а брату осталось королевство. Отец согласился и благословил сыновей.

Получив величайшие сокровища и книги, Аполидон приказал снарядить несколько кораблей и нагрузить их продовольствием и оружием. Собрав лучших рыцарей, он пустился с ними странствовать по морю, не решив заранее, куда плыть, а доверив случаю вести их. Судьба вознаградила инфанта славой и величием за самоотверженность и послушание старому отцу. Попутный ветер без всяких препятствий привел флот в Римскую империю, где правил тогда император по имени Синдан. Он очень радушно принял гостей, и они жили там некоторое время. Замечательные подвиги Аполидона принесли ему большую славу, все восхваляли его, и по этой причине сестра императора по имени Гриманеса воспылала к нему любовью, полностью овладевшей всем ее существом. И он тоже полюбил ее, потому что в то время повсюду расцвела молва о ее красоте, которой она превзошла всех остальных женщин в мире. Но, хотя они и очень любили друг друга, у них не было никакой надежды когда-нибудь соединиться. Поэтому, заранее договорившись, Гриманеса однажды покинула дворец императора, своего брата, и взошла на корабль, где ее уже ждал верный друг Аполидон. Пока никто не заметил ее отсутствия, они тут же отплыли от берега.

Странствуя по морю, они пристали к Твердому острову, который принадлежал одному могучему великану. Но Аполидон тогда не знал, что это за земля. Он приказал разбить на берегу шатер и поставить там богато убранное ложе, чтобы его госпожа могла отдохнуть, потому что очень устала во время долгого путешествия по морю. Скоро пришел могучий великан, вооруженный до зубов, и внезапно напал на них. Чтобы спасти свою даму и всех, кто был с ними, Аполидон вступил в бой и победил благодаря своей доблести и умению владеть оружием. После этого он стал властителем того острова и очень хорошо его укрепил. Теперь ему стал не страшен не только император Рима, разгневанный на него за похищение сестры, но и вообще кто-либо в мире. Жители острова ненавидели великана за злобность и высокомерие, Аполидона же, как только узнали, все сразу же очень полюбили.

Он прожил со своей возлюбленной Грименесой на том острове семнадцать лет. За эти годы благодаря непревзойденной мудрости Аполидона там были построены великолепные здания и собраны огромные богатства, так что любому императору или королю было бы трудно сравниться с ним. По прошествии же тех лет умер король Греции, не оставив наследников, и греки, знавшие, где жил Аполидон, единодушно избрали его своим королем и послали к нему на остров гонцов. Посоветовавшись с подругой, он согласился принять их предложение. Однако Гриманесу очень беспокоила дальнейшая судьба столь примечательного места, каким был тот остров. Поэтому она попросила Аполидона сделать посредством его великой мудрости так, чтобы во все последующие времена этой землей мог владеть лишь тот, кто сумеет сравниться с ним в ратных делах и с ними обоими верностью в любви и замечательной красотой.

— О, моя госпожа, — отвечал ей Аполидон, — если вам это доставит удовольствие, я так и сделаю.

Там был сад, где росли все деревья, какие только есть на свете. А среди них стояли четыре роскошные палаты, построенные с большим искусством. Сейчас Аполидон соорудил у входа в тот сад арку, и войти туда можно было только через нее. Над аркой он поставил медную человеческую фигуру с поднесенным к губам рогом. Казалось, будто она вот-вот затрубит. Внутри одного из дворцов в саду он поместил две фигуры, очень похожие на него самого и на его возлюбленную лицом и ростом. Они были сделаны так искусно, что их можно было принять за живых. Рядом с ними он возвел обелиск из светлой яшмы, а неподалеку, на большом поле, на расстоянии, равном половине того, какое пролетает стрела, выпущенная из арбалета, приказал воздвигнуть железную колонну высотой в пять локтей. Когда все было закончено, он сказал:

— Отсюда не пройдут дальше ни один мужчина и ни одна женщина, кроме тех, кто ни разу не отступал от своей первой любви. Если же придут недостойные, то фигура, которую вы видите, затрубит в рог. Тут же вырвутся языки пламени и клубы дыма, и пришельцы оцепенеют от ужаса и полумертвые будут отброшены от этого места. Но если сюда явятся рыцарь, женщина или девушка, которые будут достойны выдержать испытание, они войдут без всяких препятствий. Фигура приветливо встретит их чудесной музыкой, слышать которую будет очень приятно. Тогда вошедшие увидят наши изображения и свои имена на яшме, начертанные неизвестно кем.

— Мой господин, а что будет с теми роскошными палатами, где мы жили в радости и удовольствиях? — спросила Гриманеса.

— Пойдемте сейчас туда, — отвечал Аполидон, — и вы увидите, что я там сделаю.

Они прошли к дворцу, и он приказал принести две колонны. Одну из них, мраморную, поставили в пяти шагах от дверей, вторую же, из меди, на пять шагов дальше. Когда это было исполнено, он сказал своей возлюбленной:

— Так знайте же, что отныне в эти палаты не сумеют войти ни в какое время и никоим образом ни один рыцарь, если он не сможет сравниться со мной в искусстве владеть оружием, и ни одна женщина, если она не будет подобна вам своей красотой.

И он сделал на колонне из меди надпись: «Отсюда пойдут рыцари, с большим искусством владеющие оружием, и каждый пройдет вперед столько, сколько заслужит своей доблестью». На мраморной колонне он поместил другую надпись, которая гласила: «Отсюда сможет пройти дальше лишь рыцарь, равный Аполидону в воинском искусстве». А над дверью первой палаты он написал такие слова: «Тот, кто будет равен Аполидону, войдет в эту роскошную палату и станет господином этого острова, и с ним войдут женщины и девушки, но ни одна из них не сумеет войти сама, если не уподобится своей красотой Гриманесе».

Силой своего волшебства он сделал так, что со всех сторон никто не мог приблизиться к палатам больше чем на двенадцать шагов. Можно было подойти только к единственному входу, где стояли колонны, о которых вы слышали. Затем он распорядился, чтобы на острове остался губернатор, который правил бы им, собирал подати и берег бы все для того рыцаря, которому выпадет счастье войти во дворец и стать властителем этой земли. И еще сказал Аполидон:

— Когда Твердый остров обретет властителя, то все волшебство исчезнет.

После этого Аполидон и Гриманеса уплыли оттуда, и скоро их корабли были уже в Греции. Там они стали королем и королевой, и у них родились дети, которые потом унаследовали их владения.

Глава 20. Как Амадис отправился туда, где был король Лисуарте, и как судьба сделала так, что он попал на очарованней Твердый остров, чтобы испытать счастье, и что там с ним случилось

Амадис, его братья дон Галаор и дон Флорестан и его двоюродный брат Аграхес гостили некоторое время в королевстве Собрадиса у новой королевы Бриоланхи, где их приняли с большим почетом. Каждый, кто там был, старался услужить им. Однако образ его возлюбленной Орианы все время стоял перед мысленным взором Амадиса. Вот почему, желая поскорее увидеть ее, он попросил у королевы позволения уехать вместе с братьями туда, где был король Лисуарте.

Они были в пути уже несколько дней, когда подъехали к стоявшей у дороги хижине отшельника. Амадис вошел туда и увидел прелестную девушку, а с ней еще двух девушек и четырех слуг, которые их охраняли. Они собирались в дорогу, и первая девушка спросила, куда направляются он и его товарищи.

— Мы едем ко двору короля Лисуарте, — отвечал Амадис, — и готовы проводить вас туда, если вы пожелаете там побывать.

— Мы вам очень благодарны, — сказала девушка, — но наш путь лежит в другую сторону. Однако, может быть, вы составите нам компанию? Ведь вы вооружены как рыцари, которые ищут приключения, и мы решили спросить, не хочет ли кто-нибудь из вас отправиться на Твердый остров. Там можно увидеть удивительные явления и чудеса. Я дочь губернатора, который сейчас правит тем островом, и мы направляемся туда.

— Я немало слышал об этом острове, но до сих пор не собрался его посетить, — заметил Амадис.

— Вот уже сто лет прошло с тех пор, как появились там чудеса. Тем не менее до сегодняшнего дня ни одному рыцарю не удалось выдержать испытания, чтобы стать властителем того острова, — сказала девушка.

Они вместе пустились в путь и к вечеру очутились на берегу моря, в том месте, откуда по узкой полоске твердой земли можно было переправиться на остров. Девушка познакомила рыцарей со своим отцом, который выехал ее встречать. Он очень приветливо принял их.

На следующее утро губернатор предложил гостям осмотреть остров. Пройдя мимо большого дворца, все направились к арке Истинных влюбленных. Для тех, кто хотел приблизиться к ней, был сделан особый мраморный вход. Аграхес сошел с коня и быстро зашагал вперед. Стоявшая наверху фигура затрубила в рог, издавая очень приятные звуки. А он тем временем подошел к дворцу, где были фигуры Аполидона и Гриманесы, посмотрел на обелиск из яшмы и увидел там свое имя. После этого Амадис спросил своих братьев:

— Не хотите ли и вы попробовать?

— Нет, — отвечали они, — мы не настолько покорены любовью, чтобы надеяться на успех.

— Тогда оставайтесь здесь вдвоем, — сказал он, — а я, если сумею, составлю компанию моему двоюродному брату Аграхесу.

Отдав оружие и коня своему оруженосцу Гандалину, Амадис быстро пошел вперед. Когда он проходил под аркой, фигура начала трубить, издавая еще более приятные звуки, чем тогда, когда там был Аграхес. Из рога при этом дождем посыпались прекрасные благоухающие цветы. Ничего подобного не случалось, когда раньше сюда являлись другие рыцари. Амадис прошел дальше, туда, где были фигуры Аполидона и Гриманесы, и с восхищением стал рассматривать их. Затем, взглянув на обелиск, он увидел там свое имя.

Тем временем дон Галаор и дон Флорестан решили пойти к Защищенным палатам, о которых вы уже слышали. Первым захотел испытать себя дон Флорестан. Выставив вперед щит и взяв в руку меч, он перешагнул черту, за которой начинался путь к палатам, и сразу же почувствовал, как со всех сторон на него обрушились частые и сильные удары копьями и мечами. Казалось, что их не смог бы выдержать ни один человек. Однако у него было твердое и мужественное сердце, и он продолжал идти вперед, нанося удары мечом то в одну, то в другую сторону.

Ему чудилось, будто на него напали вооруженные люди, но его меч не в состоянии поразить их. Так оставил он позади медную колонну и дошел до мраморной, но там упал, потому что уже не мог идти дальше, потеряв все силы и чувствуя, что умирает. И тогда какая-то неведомая сила выбросила его прочь, как это уже случалось с другими, кто побывал здесь раньше.

Дон Галаор, увидев это, глубоко задумался, а затем сказал:

— Хотя мне и не очень хотелось проходить это испытание, я все же попробую свои силы.

Взяв оружие, он направился к дверям дворца, и в этот же миг со всех сторон на него посыпались сильные и частые удары. Однако он, превозмогая боль, достиг мраморной колонны и, обняв ее, подождал немного, а затем сделал еще один шаг вперед. Но тут на него обрушился такой град ударов, что он, не в силах больше выносить их, без памяти упал на землю, как и Флорестан, не зная даже, жив он или мертв. Затем его выбросило прочь так же, как и других.

Амадис и Аграхес, походив по саду, вышли за арку, и тут их встретил карлик Ардиан.

— Спешите, сеньор Амадис, — сказал он, — ваши братья попытались пройти к волшебному дворцу. Но это им не удалось, и они упали замертво.

Амадис и Аграхес быстро вскочили на коней и помчались на помощь братьям. Те уже начали понемногу приходить в себя, но чувствовали себя еще очень слабыми.

Аграхес соскочил с коня и смело пошел вперед к палатам, нанося мечом удары во все стороны. Однако и у него не хватило сил, чтобы выдержать посыпавшиеся на него удары, и он упал между медной и мраморной колоннами и был выброшен так же, как и все, кто был там до него. Амадис очень рассердился и хотел уйти вместе с братьями из этого недоброго места, но Галаор упросил его тоже испытать свое счастье. Тогда он взял оружие и, подойдя к защищенному месту, немного задержался, думая о своей возлюбленной.

— О, моя госпожа Ориана! — мысленно обратился он к ней. — Ради вас я вхожу сюда, собрав все мое мужество и горение моего сердца! Вспомните, сеньора, обо мне в тот миг, когда мне особенно нужно, чтобы вы обо мне не забывали!

Затем он пошел вперед и, хотя чувствовал со всех сторон могучие удары, достиг мраморной колонны, когда же шагнул дальше, ему показалось, что все силы, какие только были в мире, обрушились на него. И тут послышался громкий голос:

— Если этот рыцарь вернется, то нет сейчас на всем белом свете другого, кто мог бы войти сюда!

И Амадис, несмотря на величайшие страдания, которые ему приходилось испытывать, то падая на колени, то опираясь о землю руками, продолжал двигаться вперед. От многочисленных сокрушительных ударов меч выпал у него из рук и волочился на ремне сзади, и у него не было сил поднять его. У самых дверей дворца к нему протянулась чья-то рука. Он взял ее, и она втянула его внутрь. И громовой голос провозгласил:

— Добро пожаловать, рыцарь! Ты с честью выдержал испытание, определенное тем, кто возложил чары на это место.

Будь здесь господином, и тогда волшебство исчезнет!

Едва Амадис вошел во дворец, рука, которая его вела, тут же пропала.

Все, кто был вокруг, услышали голос, возвестивший, что Амадис стал властителем острова, и очень этому обрадовались.

Глава 21. Как Ориана написала письмо своему возлюбленному Амадису, и как он, получив это письмо, оставил все, что собирался сделать, и в отчаянии удалился от всех

А теперь история обращается к тому, что делала тем временем возлюбленная Амадиса Ориана. Она очень долго не получала от него писем, но до нее дошли вести о замечательной красоте Бриоланхи, и она подумала, что ее возлюбленный забыл ее и решил жениться на юной королеве. Ничего не сказав ни Мабилии, ни Девушке из Дании, принцесса достала из шкатулки перо, чернила и пергамент и написала:

«Письмо, которое сеньора Ориана посылает своему возлюбленному Амадису.

Мое крайнее негодование побудило мою слабую руку объявить то, него не может скрыть опечаленное сердце. Вы, Амадис Гальский, — двуличный и неверный рыцарь. До меня уже дошла весть о вашей измене, и я поняла, что вы перестали любить меня, но боюсь, что, если вы вернетесь ко мне, то я забуду о вашей неверности. Поэтому больше не появляйтесь передо мной и не приезжайте туда, где я буду».

Закончив письмо, Ориана запечатала его хорошо известной Амадису печатью и позвала юношу по имени Дурин, брата Девушки из Дании. Под большим секретом она приказала ему, не задерживаясь, направиться в королевство Собрадиса, найти там Амадиса, передать письмо и посмотреть, какое у него будет лицо при чтении. После этого Дурин должен будет в тот же день отправиться назад, не взяв ответа, даже если Амадис захочет что-нибудь сказать.

Юноша тут же уехал и через десять дней был у Бриоланхи, где узнал, что Амадиса и его братьев там уже нет. Он пустился по их следам и скоро прибыл на Твердый остров. Как раз в это время Амадис прошел под аркой Истинных влюбленных, и Дурин хорошо видел, как медная фигура встретила его лучше, чем других. Видя, что Амадис вышел и поспешил к братьям, он не решился отдать ему письмо. Не отдал он его и позже, когда Амадис прошел в Защищенные палаты и был провозглашен властителем Твердого острова. Так поступить ему посоветовал Гандалин. Зная о письме Орианы, верный оруженосец опасался, как бы, получив радостное или печальное известие, его господин не захотел уехать и не упустил бы единственного случая приобрести владение, подобного которому не было во всем мире.

Но когда все, о чем было сказано, закончилось, Амадису сказали о Дурине, и он велел позвать юношу, чтобы расспросить о новостях при дворе короля Лисуарте. Прогуливаясь по чудесному саду, они ушли вперед от братьев и всех остальных, кто был с ними, и Амадис взял письмо, которое передал ему Дурин. Каково же было его отчаяние, когда он прочитал написанные там резкие и жестокие слова! На некоторое время он лишился чувств, так что юноша очень испугался. Придя в себя, Амадис спрятал письмо за пазуху и спросил Дурина:

— Велели ли тебе еще что-нибудь сказать мне?

— Нет, — отвечал он.

— Тогда передай то, что я тебе скажу, — попросил Амадис.

— Нет, сеньор, — возразил Дурин, — потому что меня предупредили, чтобы я от вас ничего не передавал.

— А Мабилия и твоя сестра не просили сказать мне что-нибудь?

— Они ничего не знали о моем отъезде, потому что моя госпожа не велела ничего говорить им.

— О, горе мне! — воскликнул Амадис. — Теперь я вижу, что нет никакого средства помочь моему несчастью!

Он подошел к ручью, вытекавшему из родника, и, умыв лицо и протерев глаза, попросил Дурина позвать Гандалина и Исанхо — губернатора острова. Когда те пришли, он сказал:

— Я хочу сейчас покинуть вас, и пусть меня не сопровождает никто. Не говорите об этом моим братьям до завтрашнего утра, чтобы они не пошли меня искать.

Запретив им следовать за ним, он сел на коня и скоро скрылся в дремучем лесу на горе.

Глава 22. Как Амадис, оставив оружие и сменив имя, поселился в хижине одного доброго человека-отшельника и стал вести уединенную жизнь

Скрывшись в лесу, Амадис оставил там доспехи и оружие и поехал дальше. Он ехал весь тот день и всю ту ночь и еще целый день до вечера, пока не очутился в широкой долине у подножия горы. Там он увидел два высоких дерева над ручьем и направился туда, чтобы дать напиться коню, который очень устал. У ручья он встретил человека в бедном монашеском одеянии из козьей шерсти с совершенно белыми головой и бородой, тоже спустившегося к воде, чтобы напоить своего осла.

— Сеньор, — обратился к нему старец, — мне кажется, что у вас большое горе. Откройте мне то, что вас огорчило, и я постараюсь вас утешить.

Амадис рассказал ему всю свою жизнь, не упустив ничего, и попросил успокоить его душу. Добрый человек очень опечалился и горько заплакал. Крупные слезы покатились по его седой бороде.

— Сын мой, — сказал он, — вот уже тридцать лет я живу в очень уединенном месте, и жизнь моя протекает в постоянном груде. Хижина, где я поселился, расположена на высокой скале, возвышающейся среди моря. Попасть туда можно только летом, в другое время никто не осмеливается преодолеть бурные воды. Кто ушел туда, должен расстаться со всеми пороками и всеми радостями мира. Для поддержания жизни мне служит милостыня, которую дают мне окрестные жители. Вы можете поселиться у меня.

— Все это, — сказал Амадис, — совпадает с моим желанием. Меня влечет подобная жизнь, и я хотел бы провести там остаток своих дней. Прошу вас позволить мне это. Добрый человек, видя его решимость, не стал спорить. Но в душе ему было очень жаль, что такой доблестный рыцарь оставит свои ратные подвиги.

На следующее утро они двинулись в путь.

— А не могли бы вы сделать мне подарок, который не будет вам ничего стоить? — спросил Амадис старца.

— С удовольствием, — отвечал тот.

— Очень прошу вас: когда мы будем вместе жить на скале, не говорите никому, кто я такой и откуда пришел. И называйте меня каким-нибудь другим именем. Мне хотелось бы, чтобы все думали, что я умер, особенно мои братья, которые непременно приедут в эти края.

Добрый человек посмотрел на Амадиса, такого красивого, стройного и печального, и сказал:

— Я хочу дать вам имя, которое соответствовало бы вашей внешности и вашему душевному состоянию. Вы очень красивы, а ваша жизнь отравлена горечью и мраком. Поэтому я назову вас Бельтенеброс, что означает «Прекрасный и Мрачный».

Амадис принял это имя, которое так метко дал ему мудрый старец, и носил его, пока жил у отшельника, и затем очень долго. Своими великими подвигами, о которых пойдет речь дальше, он прославил его не меньше, чем свое собственное.

Беседуя о разных вещах, они ехали целый день и уже глубокой ночью достигли берега моря. Так им предложили лодку, на которой можно было переправиться на скалу, где находилась хижина доброго человека. Бельтенеброс отдал гребцам своего коня, а они дали ему взамен меховую куртку и кафтан из грубой темной шерсти. Все сошли в лодку и направились к скале. Бельтенеброс спросил доброго человека, как называется то место, где он живет, и как зовут его самого.

— Место, где я живу, — отвечал старец, — называется Бедная скала, потому что жить там можно только в великой бедности. А зовут меня Андалод.

Итак, как вы слышали, Амадис под именем Бельтенеброс скрылся на Бедной скале, возвышающейся в открытом море.

Вдали от всего мира и мирской славы, оставив оружие, которым владел столь искусно, он непрестанно сокрушался изо дня в день и не вспоминал о совершенных им прежде подвигах. Все время думая о своей госпоже и тоскуя по ней, он часто глядел в сторону суши и не раз впадал в такое отчаяние, что, если бы не утешения доброго старца, жизнь его была бы в большой опасности. Желая хоть немного отвлечь его от тяжких дум и глубочайшей печали, отшельник приказал ему ловить удочкой с берега рыбу, которой там было очень много.

Глава 23. О том, как Дурин вернулся в Лондон, и что произошло вслед за этим

А теперь мы хотим, чтобы вы узнали о том, как Дурин вернулся к своей госпоже, передав ее письмо Амадису, и о том, как плакала она, услышав привезенные им новости. Так вот, возвратившись в Лондон, он сразу же явился в королевский дворец. Когда Ориане сказали об этом, она ушла в свою комнату и велела, чтобы его позвали к ней. Он рассказал ей, как Амадис прошел под аркой Истинных влюбленных, достиг Защищенных палат и стал властителем Твердого острова. Она очень обрадовалась и спросила Дурина:

— А теперь скажи мне, что сделал он, когда прочитал мое письмо?

У Дурина глаза наполнились слезами, и он отвечал:

— Сеньора, я посоветовал бы вам даже не пытаться узнать об этом, потому что вы совершили столь жестокий поступок, какой не совершала ни одна девушка в мире.

Она была потрясена и просила объяснить, что же случилось. Тогда он рассказал о б о всем, что сделал и что говорил Амадис, когда прочитал ее письмо, и как он покинул Твердый остров и один, без спутников, скрылся в дремучем лесу на горе.

Когда Ориана услышала все это, правда восторжествовала над ложью, и сердце ее разбилось. Горько заплакав, она почувствовала глубокое раскаяние, во много раз превосходившее по своей силе тот гнев и ту обиду, которые прежде покорили ее. Она была так взволнована, что не могла произнести ни слова. Дурину стало ее очень жаль, и он позвал, чтобы ее утешить, свою сестру — Девушку из Дании и Мабилию. Те, узнав о случившемся, посоветовали Ориане написать Амадису новое письмо и пригласить его явиться к ней в ее замок Мирафлорес. Она так и сделала и послала с тем письмом Девушку из Дании.

Когда обо всем договорились, Девушка, взяв с собой своего брата Дурина и еще одного юношу по имени Эниль, отправилась прежде всего в Шотландию. Но там ничего не знали об Амадисе. Тогда она снова взошла на корабль и поплыла по морю, решив не возвращаться до тех пор, пока не узнает то, что хотела. Скоро над морем разыгралась страшная буря, и ни с чем не сравнимый ураган промчался над ним. Неуправляемый корабль несло по волнам неизвестно куда. Ошеломленные моряки потеряли всякую надежду на спасение. Но, наконец, в тот час, когда на небе разгорелась утренняя заря, они неожиданно приблизились к подножью Бедной скалы, где поселился Бельтенеброс. Эта скала была знакома морякам, и некоторые из них знали, что гам в уединенной хижине живет отшельник Андалод. Они сказали об этом Девушке из Дании, и она решила подняться на скалу.

Как раз в это время Бельтенеброс сидел возле родника под деревьями. Он чувствовал, что приближается его конец, и не надеялся прожить больше двух недель. От обильных слез и постоянного уныния лицо у него сделалось суровым и бледным, намного больше, чем это было бы при тяжелой болезни, так что теперь никто не смог бы его узнать. И вдруг он увидел причаливший к берегу корабль, с которого сошла Девушка в сопровождении двух спутников. Раньше он непременно заинтересовался бы, увидев чужеземцев, и выяснил бы, не сможет ли он помочь их судьбе. Но сейчас он ни о чем не думал, кроме смерти, которая была, казалось, уже совсем близко. Но тут он рассмотрел лица прибывших и узнал Девушку из Дании и Дурина. Охватившее его волнение было настолько сильным, что он не смог удержаться на ногах и, словно мертвый, упал на землю. Отшельник, который как раз подошел туда, увидев это, подумал, что настал последний час жизни несчастного, и обильные слезы потекли по его седой бороде.

— Добрая девушка, — попросил старец, — прикажите своим людям, чтобы они помогли мне отнести этого человека в его каморку. Думаю, что это будет последнее доброе дело, которое можно для него сделать.

Вместе с Андалодом Дурин и его товарищ Эниль отнесли больного в домик, где он жил, и уложили в постель. Девушка спросила у отшельника, что это за человек, и сказала, что у нее есть лекарство, которое, может быть, поможет укрепить силы страдальца.

— Ну что ж, попробуйте, — согласился он.

Не взяв с собой никого, Девушка вошла в каморку, где был Бельтенеброс, который раздумывал, как ему лучше поступить, и никак не мог решить. Если он сделает так, что они узнают его, будет нарушено приказание его госпожи; если нет, то Девушка вернется на корабль и уплывет, и у него не останется никакой надежды на спасение. В конце концов он пришел к мысли, что разгневать его госпожу было бы хуже, чем умереть, и решил ни под каким видом не давать себя узнать. В комнате был полумрак, и для того чтобы стало хоть немного светлее, Девушка приоткрыла окошко. Затем она по дошла к постели и внимательно посмотрела на больного. Ей хотелось узнать, жив ли еще несчастный или уже умер. Некоторое время она не узнавала его, потому что была очень далека от мысли, что он может оказаться в таком месте. Но потом ее внимание привлек шрам, который остался у него на лице после битвы с волшебником Аркалаусом, и тогда ей стало ясно, что перед ней Амадис.

— Ах, сеньор! — воскликнула она. — Что я вижу? Вы — тот, ради кого мне пришлось немало потрудиться. Пожалейте и простите принцессу, которая ошиблась и из-за пустого подозрения столь несправедливо обошлась с вами!

Затем она отдала ему письмо Орианы и сказала:

— Это посылает вам ваша госпожа. А от меня вы должны узнать, что, если вы тот самый Амадис, каким были всегда, которого она так любит, то должны забыть все, что произошло. И тогда вы скоро будете вместе с ней в ее замке Мирафлорес.

Он развернул письмо, где было сказано следующее:

«Письмо Орианы Амадису.

Даже великие ошибки, если за ними последовало раскаяние, достойны того, чтобы их простили. Я виновата, мой вернейший друг, и со смирением признаю свою ошибку. Примите Девушку из Дании. Она проводит вас в мой замок Мирафлорес».

Невозможно описать ту радость, какую испытывал Бельтенеброс, читая это письмо. Он простился с отшельником и взошел на корабль, на котором приплыла Девушка, но никому из ее спутников не открыл своего настоящего имени. Достигнув суши и отпустив моряков, Девушка и все остальные первым делом разыскали на берегу место, где протекал ручей с прекрасной чистой водой и росли деревья. Бельтенеброс был очень слаб, и нужно было вернуть ему силы. Поэтому они решили расположиться здесь и отдохнуть.

Через десять дней ему стало настолько лучше, что он снова мог взяться за оружие. Тогда они опять двинулись в путь и через четыре дня остановились неподалеку от одного довольно большого селения. Там было решено, что Девушка и Дурин поедут дальше в Мирафлорес, а Бельтенеброс останется с Энилем и будет ждать приказаний своей госпожи. Так и сделали. Бельтенебросу оставили достаточно денег, чтобы он мог купить оружие, коня и самое необходимое из одежды. С ответом Орианы должен был вернуться Дурин.

Глава 24. Как, когда король Лисуарте был за столом, вошел чужеземный рыцарь в полном вооружении и бросил вызов ему и всем при его дворе

Однажды, когда король Лисуарте заканчивал обед, и уже собирались убрать скатерти, в двери дворца вошел чужеземный рыцарь в полном вооружении. Только руки и голова у него оставались открытыми. За ним вошли два оруженосца. В руках у рыцаря было письмо, запечатанное пятью печатями. Преклонив колени перед королем, он произнес:

— Прочтите это письмо, сеньор, а затем я открою, зачем пришел.

Король прочитал и, увидев, что это была верительная грамота рыцаря, отвечал:

— Теперь вы можете говорить, что вам угодно.

— Король, — сказал рыцарь, — я вызываю на бой тебя и всех твоих вассалов и друзей от имени Фамонгомадана — великана Кипящего озера, от имени Картадаке, его племянника, — великана Защищенной горы, и от имени Маданфабула, его шурина, — великана с острова Алой башни. И еще я вызываю тебя от имени дона Куадраганте — брата короля Абиеса Ирландского и от имени волшебника Аркалауса. Они велели тебе сказать, что принесут смерть и тебе, и всем твоим людям. Знай же, что они со всеми своими близкими и друзьями выступят против тебя. Но если ты согласишься отдать свою дочь Ориану Мадасиме — прекрасной дочери названного Фамонгомадана, чтобы она стала ее прислужницей и угождала ей, то они не станут бросать тебе вызов и не будут тебе врагами. Но прежде ты должен выдать Ориану замуж за Басаганте — брата Мадасимы, чтобы, когда они пожелают, он стал владеть не только своими землями, но и твоими. Так что смотри, король, что для тебя лучше: мир, которого мы хотим, или жестокая война, в которой против тебя пойдут все, кто только сможет.

— Рыцарь, — отвечал ему король с улыбкой, — лучше полная риска война, чем позорный мир. Я не мог бы считаться достойным человеком, если бы унизился из-за недостатка мужества и покорно смирился с бесчестьем. А сейчас можете идти. Скажите им, что я предпочел бы все дни моей жизни воевать с ними, а затем умереть, но не согласиться на мир, который они предлагают.

После этого рыцарь ушел.

Глава 25. О том, как Бельтенеброс приказал сделать ему оружие и приготовил все, чтобы отправиться к своей госпоже Ориане, и о приключениях, которые выпали на его долю по дороге

Но вернемся к Бельтенебросу, который остался, чтобы дождаться приказаний своей госпожи. Как уже было сказано, радостное расположение духа, силы и здоровье вернулись к нему. Он велел Энилю заказать для него оружие в ближайшем городе, неподалеку от которого они остановились. На щите должно было быть зеленое поле, где следовало изобразить золотых львов. Он приказал также купить хорошего коня, меч и самые лучшие доспехи, какие только можно было найти. Эниль пошел в город и сделал то, что ему сказали. Как раз в эго время приехал Дурин и передал Бельтенебросу, чтобы он скрытно, так, чтобы об этом никто не знал, явился в Мирафлорес.

Той же ночью, за час до рассвета, Бельтенеброс отправился в путь с новым оружием, в латах зеленого цвета, на могучем и очень красивом коне. Вместе с ним был Эниль, который вез его щит, шлем и копье. Они ехали, разговаривая и смеясь, и у Бельтенеброса уже не было столь мрачного вида, как прежде. Он снова стал таким же веселым, каким был раньше. Переночевать они остановились у одного пожилого рыцаря, который принял их с большим почетом, как принимал всех странствующих рыцарей. Простившись с ним на следующий день, Бельтенеброс надел шлем, чтобы его никто не смог узнать.

Они ехали еще семь дней, не встретив никаких приключений, а на восьмой, огибая подножие горы, вдруг увидели перед собой приближающегося к ним по узкой тропинке на громадном коне рыцаря, такого высокого и могучего, что его можно было бы принять за великана. За рыцарем следовали два оруженосца, которые везли его оружие. Подъехав почти вплотную, рыцарь крикнул Бельтенебросу:

— Эй, дон рыцарь, который сюда пришел! Оставайтесь на месте и ни шагу дальше, пока не узнаете, чего я хочу!

Бельтенеброс остановился и увидел на щите у рыцаря три цветка на синем поле. По ним он узнал дона Куадраганте, о доблести которого слышал и раньше: это был один из самых лучших рыцарей в мире. Бельтенеброс очень спешил к своей госпоже, и поэтому ему совсем не хотелось вступать сейчас в бой. Однако он приказал Энилю дать ему оружие, которое могло понадобиться.

— Рыцарь, — обратился к нему дон Куадраганте, — вы сторонник короля Лисуарте?

— Да, — отвечал Бельтенеброс, — это очень достойный король, и его заслуги привлекли мое сердце к нему на службу.

— Тогда защищайтесь! — воскликнул дон Куадраганте.

Взяв оружие, они тут же пустили коней вскачь друг другу навстречу. От столкновения конь Бельтенеброса чуть было не упал, а Куадраганте был выбит из седла, однако сразу же вскочил на ноги и, выхватив меч, изо всех сил ударил коня противника. Несчастное животное, немного отбежав в сторону, замертво упало на землю. Бельтенеброс успел вовремя отскочить в сторону и, очень рассерженный гибелью коня, прикрываясь щитом, с мечом в руке смело выступил против Куадраганте. Они столь яростно атаковали друг друга, что страшно было смотреть. Шум от ударов по щитам и доспехам был так велик, что казалось, будто сражаются десять рыцарей. Иногда они хватали друг друга руками, и, стараясь свалить противника на землю, каждый напрягал все свои силы. Они сражались без отдыха, не произнося ни слова, до самого вечера, и тут смертельно уставший и оглушенный тяжелыми ударами Куадраганте без чувств упал на землю, словно мертвый. Бельтенеброс снял у него с головы шлем и сказал:

— Куадраганте, сдавайтесь и признайте себя побежденным.

— Я сдаюсь, — отвечал тот, — но не могу признать себя побежденным, потому что не виноват в том, что у меня не хватило сил одолеть вас. Ведь я сделал для победы все, что мог, а побежденным можно считать лишь того, кто перестал бороться, потеряв присутствие духа. Но я готов покориться вам и исполнять вашу волю.

— Тогда я приказываю вам отправиться ко двору короля Лисуарте и оставаться там до тех пор, пока туда не явится Амадис. После этого вы станете во всем слушаться Амадиса и простите ему смерть вашего брата Абиеса Ирландского. До меня дошел слух, что вы собирались выступить против короля Лисуарте. Так я велю вам взять ваш вызов ему обратно. Пусть те, кто пойдет на войну с ним, обойдутся без вас.

Дону Куадраганте пришлось согласиться. Сопровождавшие его оруженосцы сделали носилки и понесли его туда, куда им было приказано.

Бельтенеброс поехал на коне дона Куадраганте дальше и скоро очутился возле родника, скрытого в тени густо разросшихся деревьев. Он сошел с коня и пустил его пастись, а сам прилег на траву. Было очень жарко, и он решил немного отдохнуть. И вдруг его внимание привлек какой-то шум. Он взглянул на дорогу и увидел приближавшуюся громадную телегу, в которую были запряжены двенадцать лошадей. Ими правили два карлика. В телеге сидели и лежали закованные в цепи рыцари в латах. Рядом, на шестах, висели их щиты. Были там и прекрасные девушки и девочки, которые горько плакали. Впереди на черном коне ехал великан, такой огромный, что даже смотреть на него было страшно. На нем были очень прочные доспехи из больших металлических пластин, нашитых на ткань, и сияющий под лучами солнца шлем. Он размахивал железным копьем, которое держал в руке. Позади телеги ехал другой великан, еще большего роста и казавшийся еще страшнее. Разговаривая между собой, великаны называли друг друга по именам, и Бельтенеброс понял, что перед ним тот самый Фамонгомадан, который вызвал на бой короля Лисуарте, и его сын Басаганте. Взяв оружие и сев на коня, он притаился на склоне, под которым должны были проехать великаны, и, когда телега приблизилась, окликнул сидевших там карликов. Услышав его голос, первый великан резко повернул голову и, потрясая копьем, словно собираясь насквозь пронзить им противника, воскликнул:

— Несчастный! Кто дал тебе такую дерзость, что ты осмелился показаться мне на глаза?

Крепко сжав в руке копье, Бельтенеброс во весь опор помчался на коне ему навстречу и с такой силой ударил его ниже пояса, что, раздвинув металлические пластины и пройдя через ткань, копье вонзилось ему в живот и вышло с противоположной стороны. При столкновении великан ударился о луку седла, подпруги лопнули, и он вместе с седлом соскользнул под брюхо коня. При этом обломок копья остался у него в теле. Однако перед тем как упасть, он успел метнуть свое копье, которое насквозь пронзило коня Бельтенеброса. Но рыцарь успел отскочить в сторону и, схватив меч, бросился на врага. Великан был смертельно ранен, но конь, которому он свалился под брюхо, увлекал его за собой все дальше и дальше. Однако он напряг все оставшиеся у него силы и, швырнув в Бельтенеброса обломок копья, сбил его с ног. После этого силы оставили его, и он воскликнул, умирая:

— Ко мне, мой сын Басаганте! Приди скорее сюда!

На этот крик примчался с бешеной скоростью Басаганте. Размахивая тяжелым топором, он собирался разрубить Бельтенеброса пополам. Но тот ловко уклонился от удара и попытался сразить проносившегося мимо противника. Однако это ему не удалось: он лишь ранил великана в ногу и сорвал у него стремя. Охваченный яростью Басаганте даже не почувствовал этого и вновь атаковал рыцаря. Сняв с шеи щит и взяв его в руку, Бельтенеброс прикрылся им. И тут великан нанес ему топором такой могучий удар, что щит вместе с вонзившимся в него топором упал на землю. Ударив мечом по руке Басаганте, Бельтенеброс разрубил кольчугу и ранил его. При этом меч соскользнул вниз и, ударившись о листы из чистого железа, сломался по самый эфес, словно был сделан не из металла, а из дерева. Однако это не остановило Бельтенеброса, не привело его в отчаяние, и его беспредельное мужество не покинуло его. Увидев, что великан напрасно пытается освободить свой топор, застрявший в щите, он бросился как можно быстрее, чтобы помешать этому. Счастливому случаю, который сопутствовал Бельтенебросу, было угодно, чтобы он оказался с той стороны, где великан остался без стремени. С силой потянув топор и не имея опоры, Басаганте от резкого рывка не удержался в седле и очутился на земле. Его конь отбежал в сторону, а топор достался Бельтенебросу. С большим трудом великан поднялся и схватил громадный меч, висевший у него на боку. Он хотел было направиться к Бельтенебросу, но не смог, потому что нога у него была ранена. Взмахнув топором, Бельтенеброс нанес ему сверху по голове такой могучий удар, что все крепления, соединявшие отдельные части шлема, лопнули, и шлем свалился на землю. Увидев противника так близко, Басаганте хотел сразить его мечом, но тот отскочил в сторону, и меч, ударившись о каменистую почву, переломился пополам. Тогда Бельтенеброс подскочил к нему и ударом топора сразил его. Однако, падая, великан все же успел ранить его обломком меча.

Одержав победу, Бельтенеброс, чтобы не быть узнанным, надел себе на голову шлем Фамонгомадана, вскочил на его коня и подъехал к телеге. Рыцари, девушки и девочки со слезами на глазах благодарили его за спасение. Он снял с пленников оковы и предложил рыцарям сесть на принадлежавших им коней, которые были привязаны к телеге сзади. Когда они так сделали, он попросил всех отправиться к королю Лисуарте и сказать, что их освободил чужеземный рыцарь, которого зовут Бельтенеброс и который хотел бы служить королю, а сейчас посылает ему в подарок огромного и очень красивого коня Басаганте.

После этого Бельтенеброс поехал дальше и скоро был в замке Мирафлорес, где его уже ждала его госпожа Ориана.

А освобожденные пленники с удовольствием выполнили его просьбу. Король был счастлив, узнав, что на его земле появился такой рыцарь, и очень хвалил его.

Глава 26. Как один чужеземный дворянин принес ко двору короля Лисуарте драгоценные вещи, позволяющие узнать истинных влюбленных, а Бельтенеброс уговорился со своей госпожой Орианой явиться туда вместе с нею и пройти испытание так, чтобы их никто не узнал

Однажды, когда король Лисуарте беседовал во дворце со своими рыцарями, в дверь вошел пожилой дворянин. Седые волосы у него были коротко подстрижены, так что уши казались очень большими. Он подошел к королю и, преклонив перед ним колени, приветствовал его на греческом языке, а затем сказал:

— Сеньор, великая слава, которая разнеслась по всему миру о рыцарях, дамах и девицах вашего двора, послужила причиной моего прихода. Я пришел посмотреть, не найду ли среди них того или ту, кого ищу уже шестьдесят лет. Я хожу по всему свету, но все мои громадные труды пока что ни к чему не привели. И, если ты, король, сочтешь за благо, я устрою здесь испытание, которое, уверяю тебя, не принесет тебе ни вреда, ни убытка.

Рыцарям было очень любопытно посмотреть, что же будет, и они стали настойчиво просить короля, чтобы он согласился. Ему самому хотелось того же, и он сказал, что это было бы хорошо.

Тогда пожилой дворянин взял в руки яшмовую шкатулку длиною в три локтя и шириною в одну пядь, оклеенную золотыми пластинками, и, открыв ее, вынул из нее меч, удивительнее которого присутствовавшие никогда не видели. Его ножны представляли собой две костяные пластины изумрудного цвета, настолько прозрачные, что внутри был ясно виден клинок, но не такой, как у обычного меча: одна половина у него была чрезвычайно светлой и гладкой, а вторая — красной и пылающей, как огонь. Перевязь, на которой носили меч, была из той же кости, что и ножны, и состояла из множества отдельных пластинок, соединенных золотыми кольцами. Перекинув перевязь через шею, дворянин достал из шкатулки венок из прекрасных цветов. Половина из этих цветов была очень свежей и яркой, словно их только что срезали сразу же после того, как они расцвели. Другая же половина казалась настолько сухой, что трудно было даже понять, как лепестки не осыпались, пока венок несли сюда.

— Король, — сказал дворянин, — этот меч может вынуть из ножен лишь тот рыцарь, который любит свою подругу, как никто на свете. Когда он сделает это, пылающая сейчас половина станет такой же светлой и чистой, как и другая. Точно так же и с венком. Если его наденет на голову женщина или девушка, которая любит своего супруга или друга так же, как тот рыцарь свою подругу, то сухие цветы станут свежими и яркими, и между всеми цветами не останется никакого различия. Знайте же, что я не могу быть посвящен в рыцари никем, кроме того, кто вынет меч, а меч мне должна вручить та, которая заслужит венок. По этой причине я, добрый король, и пришел по прошествии шестидесяти лет. За это время мне довелось побывать при дворах многих королей и императоров. Но все мои труды оказались напрасными. Однако здесь я надеюсь найти, наконец, то, ради чего посетил столько мест. Ведь ни один императорский или королевский двор не может сравниться с вашим по славе и чести.

— А сейчас объясните мне, — попросил король, — почему огонь, который так жарко пылает на половине меча, не сожжет ножен.

— Пожалуйста, — отвечал дворянин, — я скажу вам об этом. Знайте же, король, что между Татарией и Индией лежит море, настолько горячее, что вода в нем кипит, как на огне. И все оно зеленого цвета. В этом море живут крылатые змеи, превосходящие своей величиной крокодилов. И потому, что они выросли в том кипящем море, никакой огонь не в силах их сжечь. Они настолько свирепы и ядовиты, что люди в страхе убегают от них. Но иногда их находят мертвыми и очень высоко ценят, потому что используют для лечения разных болезней. Внутри у этих змей есть кость, которая проходит от головы до хвоста. Она такая толстая и прочная, что на ней держится все тело. Из нее и сделаны эти ножны и перевязь. Они такого же зеленого цвета, как и она.

А теперь я вам расскажу о венке из цветов. Они с деревьев, что растут в Татарии, на острове, который лежит посреди моря в пятнадцати милях от берега. Там всего два таких дерева, и больше нигде подобных им нет. По тому морю часто проносится вихрь, настолько сильный и опасный, что люди не осмеливаются плавать за цветами. Лишь некоторые храбрецы, любящие приключения, отваживаются собирать их, а затем продают по цене, по какой хотят, потому что, если их беречь, они никогда не поблекнут и не потеряют свежести.

Раз уж я рассказал вам про меч и про венок, мне хотелось бы, чтобы вы узнали, почему я пришел сюда и кто я такой. Знайте же, что я племянник лучшего человека, какой жил в свое время. Звали его Аполидон. Он долгое время провел в своем владении на Твердом острове, где оставил множество чудесных и удивительных вещей, не известных больше нигде. Моим отцом был король Ганор, его брат, оставивший мне свое королевство. Когда я достиг такого возраста, что мог уже стать рыцарем, отец, который меня очень любил, попросил, чтобы я согласился сделать ему подарок во имя любви между ним и моей матерью. Он хотел, чтобы меня посвятил в рыцари самый верный влюбленный, какой только есть на свете, а меч я должен принять лишь из рук женщины или девушки, которая любит своего друга точно так же. Я не возражал, полагая, что смогу легко и быстро выполнить эти условия, как только обращусь к Аполидону, моему дяде, и его подруге Гриманесе. Но мне была уготована иная судьба. Когда я приехал к ним, оказалось, что Гриманеса уже умерла. Узнав о причине моего приезда, Аполидон чрезвычайно опечалился, ему стало меня очень жаль. Ведь согласно обычаю, принятому в той стране, не став рыцарем, я не мог вступить во владение королевством, которое должно было принадлежать мне по праву В то время у Аполидона не было средства найти выход из создавшегося положения, и он велел, чтобы я вернулся к нему через год. Я так и поступил, и он дал мне этот меч и этот венок. Простота действия этих подарков должна помочь мне легко найти нужных рыцаря и даму. Успешно пройдя через эти два испытания, они смогут исполнить мое желание. Такова, мой добрый сеньор, причина, которая привела меня сюда.

Когда дворянин закончил свой рассказ, рыцари стали настойчиво просить, чтобы король позволил им проверить себя, и он, желая того же, согласился. Испытание назначили на праздник, до которого оставалось не более пяти дней. За такой срок можно было успеть послать за многими рыцарями и дамами.

Гандалин как раз в это время был при дворе и слышал все, что сказал дворянин и ответил король. Он тут же сел на коня и отправился в Мирафлорес. Пройдя во дворик, обсаженный прекрасными деревьями, он нашел Бельтенеброса и Ориану, которые играли в шахматы, и сказал:

— Добрые сеньоры, я принес вам удивительные новости.

И он рассказал им все про меч и про венок из цветов и о причине, по какой пожилой дворянин принес их, и как король назначил на ближайший праздник испытание, — одним словом, обо всем, о чем вы уже знаете. Бельтенеброс и Ориана, подумав и посоветовавшись с Мабилией, Девушкой из Дании и Гандалином, решили попробовать испытать себя. Однако они хотели, чтобы их никто не узнал. Для этого Бельтенеброс должен был не снимать доспехов, а Ориана надеть плащ Мабилии и длинные перчатки и закрыть лицо маской.

Глава 27. Как многие рыцари и дамы собрались в королевском дворце, прошло то испытание, о котором говорил пожилой дворянин

И вот настал назначенный день. Король со всеми своими рыцарями и королева с дамами собрались в большом зале, где должно было состояться испытание. Первым к столу, на котором лежали меч и венок, подошел король. Ему удалось вынуть клинок лишь на длину кисти руки. Затем попробовал Галаор. Он вынул меч не больше чем на три пальца. Флорестан вытащил клинок на целую пядь. За ним прошли испытание более сотни рыцарей, но никто из них не сумел вынуть меч. Среди них нашлись и такие, кто совсем не мог сдвинуть клинок. И тут подошел Аграхес. Прежде чем взять меч, он посмотрел в сторону своей госпожи Олинды, которую любил верно и преданно и поэтому не сомневался, что выдержит испытание. Он сумел вынуть клинок почти полностью, так что в ножнах остался лишь самый кончик длиною не больше кисти руки. Пылающая часть меча при этом коснулась его одежды, и она загорелась. Но он остался очень доволен, потому что никому другому не удалось ничего подобного.

Когда при дворе не было уже больше ни одного другого рыцаря, который не испытал бы себя, встал Бельтенеброс и, ведя за руку свою даму, подошел к столу. Взяв лежавший там меч, он легко вынул его из ножен, и сразу пылающая часть стала такой же светлой, как и другая половина, так что между ними нельзя было заметить никакого различия. Бельтенеброс опоясался новым мечом и, подойдя к своей даме, взял ее за руку и вернулся на прежнее место.

После этого король приказал, чтобы королева и все остальные женщины и девушки, какие только были во дворце, не страшась ничего, попробовали надеть венок из цветов. Первой это сделала королева, но цветы остались такими же, какими и были, и она, очень смущенная, вернулась на свое место. За ней вышла прекрасная Бриоланха, приехавшая незадолго до этого из своего королевства Собрадиса. Но и она заслужила то же, что и королева. Затем подошли четыре инфанты — дочери королей. Однако и у них ничего не получилось. Когда венок надела Олинда — возлюбленная Аграхеса, сухие цветы начали мало-помалу становиться свежее и ярче, так что все подумали, что она заслужит награду. Однако прошло довольно много времени, но никаких изменений больше не произошло, а затем, хотя она и не снимала венок, посвежевшие было цветы вновь стали такими же сухими, как прежде. Потом испытали себя еще больше сотни женщин и девушек, но ни одна не сумела достичь того, что удалось Олинде. После всех к столу подошла Ориана, которую никто не узнал, даже ее отец и мать — король и королева. Едва она надела венок на голову, сухие цветы стали такими же яркими и прекрасными, как и остальные, и их нельзя было различить.

После этого пожилой дворянин облачился в заранее приготовленные доспехи, и Бельтенеброс посвятил его в рыцари, надев ему правую шпору, а Ориана вручила богато украшенный меч. Когда то, о чем их просили, было сделано, Бельтенеброс взял свою даму за руку и, простившись с королем, королевой и всеми остальными, сразу же удалился вместе с нею. И никто не узнал ни его, ни Ориану.

Глава 28. Как произошла та битва, на которую вызвали короля Лисуарте, и как Бельтенеброс помог королю одержать победу

Три дня провел Бельтенеброс со своей госпожой в замке Мирафлорес после того, как они заслужили меч и венок из цветов. До него дошла весть, что приближается битва, в которую должен был вступить король Лисуарте, и на четвертый день он взял оружие и уехал на своем коне, чтобы тоже участвовать в ней. Когда он достиг того места, где собралось королевское войско, все уже были готовы к бою. Король Лисуарте встал посередине своих воинов, а вокруг него построились лучшие рыцари. Бельтенеброс присоединился к ним. Противников возглавлял король Ирландии Сильдадан. Впереди он поставил грозных великанов и с ними двадцать могучих рыцарей из их рода. На невысоком холме он приказал укрыться в густых зарослях Маданфабулу — великану с острова Алой башни и еще десяти рыцарям, самым лучшим, какие у него только были. Им велели не вмешиваться в битву до тех пор, пока она не начнет стихать, когда все ее участники будут сильно утомлены. Только тогда они должны будут быстро вступить в бой, стараясь убить короля Лисуарте или захватить его в плен и поскорее переправить на корабль.

И вот с обеих сторон затрубили трубы, и противники, соблюдая строгий порядок, двинулись друг другу навстречу. Приблизившись, те, кто был впереди, с такой силой атаковали друг друга, что многие попадали на землю. Оба войска сразу же смешались, и началась столь яростная и ожесточенная битва, что скоро уже по полю носилось много коней без всадников, а их хозяева лежали на земле мертвые или тяжело раненные. Воины и с той, и с другой стороны без отдыха разили друг друга, и так прошла третья часть дня. Лето было в полном разгаре, и стояла страшная жара, так что и рыцари, и их кони были страшно утомлены. Но Бельтенеброс, дон Галаор, дон Флорестан, Аграхес и другие лучшие рыцари, что были с королем Лисуарте, продолжали совершать удивительные подвиги, сметая на своем пути каждого, кто осмеливался встретиться с ними.

В это время Маданфабул — великан с острова Алой башни, как вы уже слышали, скрывался в густых зарослях на холме. Сейчас, посмотрев, как идут дела на поле битвы, он увидел, что очень многие убиты, а те, кто остался жив, совершенно измучены и обессилены, доспехи их изрублены, а кони ранены. Не было сомнения, что настал час, когда ему и его рыцарям удастся легко одержать победу. С удивительной быстротой они спустились с холма и яростно бросились вперед. Опрокинув на землю тех, кто был рядом с королем Лисуарте, Маданфабул быстро приблизился к королю, схватил его за руки, стащил с седла и, усадив перед собой, повез на свой корабль. Увидев это, Бельтенеброс помчался к ним и изо всех сил ударил мечом великана по правой руке, которой тот держал короля. Тяжело раненный Маданфабул бросил пленника на землю и обратился в бегство, но Бельтенеброс нагнал его и нанес такой могучий удар, что великан замертво свалился со своего коня.

В тот час рыцари, сражавшиеся на стороне короля Лисуарте, уже начали терять силы. Многие из них были убиты и ранены или лишились коней. Враги же, получив свежее подкрепление, еще яростнее атаковали их. Поэтому Бельтенеброс решил больше не скрывать свое настоящее имя и громко крикнул, чтобы воодушевить тех, кто сражался вместе с ним:

— Я Амадис Гальский!

И можно с уверенностью сказать, что только его непревзойденная храбрость и великие подвиги, которые он совершил, спасли и защитили тех, кто был на стороне короля Лисуарте. Врезаясь в ряды врагов, он опрокидывал на землю всех, кого ему удавалось настичь, так что им оставалось лишь погибнуть. Королю Лисуарте уже дали коня, и он, хоть и был весь изранен, поспешил снова вступить в бой, как и подобало достойному королю. Рядом с ним с новой силой устремились вперед дон Флорестан и другие славные рыцари, которые очень обрадовались, узнав, что Бельтенеброс — это Амадис. Они вместе крушили врагов, сражая многих, и никто не осмеливался им противостоять. Скоро противники были оттеснены к берегу моря, и лишь немногим из них удалось перебраться на корабли и спастись. Остальные же погибли или попали в плен.

Глава 29.О раздоре, причиной которого явилась зависть к Амадису и его родственникам и друзьям, и как из-за того раздора Амадис покинул двор короля Лисуарте

А сейчас вам надо узнать, что при дворе короля Лисуарте жили два старика-рыцаря. Оба они много лет служили еще прежнему королю, от которого он унаследовал престол. Имя одного было Брокадан, а другого — Гандандель. У этого Ганданделя были два сына, которых очень ценили, прежде чем явились Амадис и его братья. Но теперь их слава померкла, и это очень опечалило их сердца. Вот почему Гандандель, забыв о чести и совести, задумал ради собственной выгоды совершить злое дело. Вы сейчас услышите о б этом. Однажды, беседуя с королем, он сказал:

— Сеньор, меня очень беспокоит влияние на вас, которое приобрел Амадис. Вы все больше и больше слушаете его, а он хочет этим воспользоваться и захватить ваш трон.

Король ничего не ответил, но сказанное Ганданделем глубоко запало ему в душу. Между тем старый обманщик рассказал об этом разговоре своему другу Брокадану и попросил его тоже поддержать у короля мысль о том, что Амадис готовит предательство.

В то же время коварный Гандандель очень часто заходил проведать Амадиса, который лечил раны, полученные в последней битве, и не покидал своей комнаты. При этом хитрец всегда старался показать свою огромную любовь к прославленному рыцарю. Каждый раз, упоминая о короле, он непременно, как бы невзначай, говорил, что ему кажется, будто король охладел к своему прежнему любимцу. В конце концов это так надоело Амадису, что он, немного рассердившись, попросил старика больше не возвращаться к подобным разговорам.

И вот прошли дни, и Амадис и его друзья начали подниматься с постелей, почти оправившись от полученных ран. Однажды утром они надели самые лучшие платья и, сев на коней, направились во дворец. Все, кроме короля, приняли их, как обычно, очень хорошо. Король же даже не взглянул ни на кого и не вышел, как всегда, им навстречу. Амадис ничего не подозревал, и совесть его была чиста. Поэтому, не догадываясь о кознях, которые плелись против него, он почтительно подошел к трону и поклонился, выражая свое большое уважение, но король ответил на его приветствие очень холодно.

А теперь надо, чтобы вам стало известно, что у Аграхеса был дядя, которого звали дон Гальванес. Он отличался очень большими достоинствами, но ему не досталось от своих предков никаких владений, кроме небольшого замка. И вот сейчас Амадис решил попросить короля в награду за верную службу сделать дона Гальванеса владетелем одного небольшого острова, который назывался Монгаса. Услышав это, Брокадан и Гандандель посмотрели на короля, делая ему знаки, чтобы он не соглашался. Некоторое время он ничего не отвечал, думая о больших достоинствах и заслугах Гальванеса и о замечательных подвигах Амадиса. Он хорошо понимал, что эта просьба разумна, скромна и справедлива. Но его доброе отношение к тем рыцарям уже поколебалось, и у него не хватило сил, чтобы честно напомнить себе, насколько он им обязан. Сделав вид, будто его самого огорчил подобный ответ, он сказал:

— Неразумно просить о том, что невозможно исполнить. Ведь прошло уже пять дней, как я обещал отдать остров, который вы просите, королеве и ее младшей дочери Леонорете.

Он так ответил лишь для того, чтобы им отказать, а не по тому, что это было правдой. Его решение очень обрадовало Ганданделя и Брокадана, и они всем своим видом показали, что считают то, что сказал король, очень хорошим.

— Воистину, сеньор, — сказал Амадис, — если вам было бы угодно, вы должны были бы ответить с большим уважением к нам. Для вас не было бы ничего обидного, если бы вы пожелали оценить нас получше.

— Если я вас ценю слишком мало, то мир достаточно велик, — возразил король. — Отправляйтесь, куда хотите, и ищите того, кто вас будет ценить больше.

Услышав такие суровые и бесчестные слова, Амадис сказал:

— Воистину, сеньор, я и не предполагал, что во всем мире может найтись король, который так завершил бы наше знакомство после всего, что было для него сделано. Но раз уж все так случилось, нам следует теперь искать новую жизнь и другого, кто будет давать нам приказания.

— Поступайте, как знаете, — отвечал король, — а я буду делать то, что хочу.

Он встал, очень рассерженный, и направился гуда, где была королева. Брокадан и Гандандель пошли с ним, говоря, что он очень хорошо сделал, избавившись от тех, кто мог оказаться для него опасным.

На следующий день Амадис простился с королем, королевой и всеми остальными, кто был при дворе, и отправился на Твердый остров. За ним последовали и другие рыцари — его родственники и друзья.

Загрузка...