Глава 44

Реактивный лайнер выпустил шасси, заходя на посадку в аэропорту Сиэтла. Город был окутан утренним туманом. По фюзеляжу настойчиво барабанил противный зимний дождь.

Мастер Синанджу посмотрел в окно. Из-за тумана не было видно даже кончиков крыльев.

Как вдруг совсем рядом в туманном мареве проплыла, блестя стеклом и сталью, огромная летающая тарелка.

– Римо! – пронзительно воскликнул Чиун. – Мы опоздали.

– Что случилось? – спросил Римо, который только что вернулся на свое место после того, как запер в туалете в хвостовом отсеке истеричную стюардессу.

– Звездные колесницы марсианских оккупантов только что приземлились. Посмотри! Ты видишь это страшное знамение?

Римо склонил голову и посмотрел в окно.

– Ах это, – равнодушно проронил он, устраиваясь в кресле.

– Неужели ты не понимаешь? Это же доказательство. Летающая тарелка.

– Черт побери, Чиун. Это всего-навсего Спейс-нидл.

– Более страшного зрелища я в жизни не видел. Смотри, как она парит над поверженным городом. Обрати внимание на ее холодное величие, на пренебрежение опасностью. Скажи пилоту, чтобы разворачивался. Мы не будем садиться в оккупированном городе, иначе тоже окажемся в руках марсиан.

– Спейс-нидл – это здание. Просто из-за тумана не видно конструкции, которая поддерживает эту «летающую тарелку».

– Это фокус?

– Никаких фокусов. Успокойся. Мы сейчас приземлимся.

– Это пустяки. Наш враг уже обречен.

– Вот на этот счет у меня есть сомнения, – сказал Римо. – Мы пока в точности не знаем, с кем имеем дело.

– Будем проверять всех подряд.

– На это может уйти целый день, а мы должны спешить. Эта штуковина в любой момент может нанести следующий удар.

Харолд В. Смит наконец взломал компьютерную защиту «Куантум Ньютрино Меканикс». Проблема, однако, состояла в том, что в локальной сети «кью-Эн-Эм» не было ничего, что имело бы отношение к аппарату «Парасол», который находился на орбите.

Но Смит не мог примириться с поражением. Слишком часто в последнее время он натыкался на глухиестены.

Перекачав всю базу данных «кью-Эн-Эм» с жестких дисков на магнитную ленту, он запустил программу восстановления уничтоженной информации.

На это требовалось время, и невозможно было предугадать результат. Однако, если корпорация уже приняла меры по предотвращению доступа к своим секретам, это был единственный путь.

* * *

Когда они вошли в аэровокзал, Римо позвонил Смиту. По ошибке он скормил таксофону копейку, после чего тот уже отказывался принимать американские центы. Римо пришлось перейти в другую кабинку.

Смит был явно встревожен.

– Римо, – сказал он, – мне удалось получить доступ к файлам электронной почты. – Человек, который нас интересует, проходит под инициалами P.M. Это все, что пока удалось выяснить. Так он подписывает свою корреспонденцию. Однако в личных делах сотрудников «кью-Эн-Эм» нет ни одного человека с такими инициалами.

– Так как же мне его найти? – спросил Римо.

– Он поддерживает связь с R&D. Скорее всего это отдел перспективных разработок. Начните оттуда.

Повесив трубку, Римо повернулся к стоявшему рядом Чиуну:

– Мы ищем человека с инициалами Р. М.

– Рубер Маворс.

– Надеюсь, это просто совпадение.

– Посмотрим, – сказал Чиун.

Они поймали такси и вскоре уже мчались под вечным сиэтлским дождем.

* * *

Бартоломью Мич обливался потом. Он не спал три дня и только беспрерывно пил кофе.

Не смея ни на минуту отлучиться из отдела перспективных разработок, он переходил от компьютера к компьютеру, от монитора к монитору, отслеживая маршрут «Парасол-2001». В данный момент он находился где-то над Северным полюсом. Мич подумал, что было бы лучше всего, если бы он там взорвался.

Компьютер внутренней связи издал звуковой сигнал.

«На ваше имя поступило сообщение по каналам электронной почты!» – известила его система.

Бартоломью Мич про себя чертыхнулся.

Открыв файл, он вывел на экран очередное послание своего непосредственного руководителя:

Кому: R&D@qnm.com

От: RM@qnm.com

Предмет: Прекращение проекта.

Си-эн-эн сообщает о гибели Пагана. Самое время закрыть проект. Пока не вернулся из Парагвая Гонт, с этим необходимо покончить.

Вам надлежит:

Вывести из строя космические центры Франции, Китая и Японии, после чего свернуть проект.

Мич яростно набросился на клавиатуру:

Вы в своем уме? Мы уже по уши увязли в этом болоте. Вы отдаете себе отчет в том, что снова обрекаете людей на смерть? Когда это прекратится?

В ответ он получил:

Заткнитесь! Это прекратится, когда вы введете в программу следующие цели. После этого уничтожьте контрольную матрицу и приведите в порядок свое резюме. Сейчас я занимаюсь именно этим. Нас ждут впереди зеленые пастбища. Все равно, как только вернется Гонт, на «кью-Эн-Эм» можете поставить крест.

Помните, пока мы под защитой корпорации. Пройдут месяцы, прежде чем кто-нибудь что-нибудь разнюхает. К тому времени мы будем далеко, и расхлебывать придется другим.

Бартоломью Мич с ужасом взирал на экран монитора.

– Проклятие, – пробормотал он. Все это ему не нравилось. Он не мог не понимать, что в любом другом месте ему вряд ли предложат более щедрые условия, чем в «кью-Эн-Эм».

Он стер последнюю корреспонденцию и занялся своим неблагодарным делом.

Прежде чем увидеть, что он не один, Мич почувствовал, как на его спину легла холодная тень.

Их было двое: высокий мужчина с ручищами, как двутавровые балки, и миниатюрный старик азиат в национальном костюме. Вид у парочки был такой, словно день у них с утра не задался, и теперь они искали, на ком бы сорвать накопившееся раздражение.

– Кто такой P.M.? – спросил высокий.

– Не понимаю, о чем вы, – сказал Мич, надевая очки. – И кстати, где ваши жетоны на допуск в здание?

– Охранники отказались нам их выдать.

– Почему?

– Потому, – ответил старик азиат, – что они не хотели, чтобы мы вошли в здание.

– Так как же вы здесь оказались?

– Прошмыгнули у них под носом, – сказал высокий.

– Под носом у тех, которых мы не успели обломать о колено, – добавил азиат.

Было в их глазах что-то такое, что заставило Бартоломью Мича зябко поежиться.

– Итак, где нам найти P.M.? – повторил свой вопрос тот, что повыше, размахивая удостоверением агента ФБР. Видя, что Мич колеблется, он сунул удостоверение ему под нос и грозно произнес: – Соображайте быстрее. Вы не последний, с кем нам придется разобраться.

– Я могу рассчитывать на снисхождение? – пролепетал Мич.

– Снисхождение надо заслужить.

– P.M. двумя этажами выше, на одиннадцатом.

– Тогда почему он общается с вами посредством компьютера?

– Конспирация.

Перед глазами у него внезапно выросла фигура азиата.

– Какова твоя роль в этом деле? – спросил тот.

– Я осуществляю техническую координацию проекта, связанного с солнечным отражателем.

Старик мрачно усмехнулся:

– Значит, я был прав. Это солнечный дракон.

– Мы называем это Солетта. Гигантское зеркало из алюминизированной пластмассы. Оно аккумулирует солнечную энергию, затем фокусирует и в виде сверхконцентрированного потока тепловой энергии направляет на объект.

– Убивая при этом невинных людей, – заметил высокий.

– Нет! Мы вовсе не имели в виду кого-то убивать. Мы создали этот аппарат на благо человечества и в целях саморекламы.

– Интересно, каким образом тактика выжженной земли согласуется с теми целями, которые вы декларируете?

– Этот аппарат спроектирован совсем не для этого. Он должен уничтожать блуждающие астероиды, которые угрожают нашей планете.

– Э-э?

– Это правда. Планета беззащитна перед лицом этой угрозы. Достаточно вспомнить, что произошло на Юпитере, достаточно вспомнить судьбу динозавров. «Парасол-2001» был призван обнаруживать приближающиеся к Земле астероиды и уничтожать их. Мелкие экземпляры при этом обращались бы в пар. Что касается крупных, то «Парасол» должен был изменять их траекторию таким образом, чтобы они миновали Землю, не причиняя вреда. Образующиеся при тепловом воздействии газы должны были сыграть роль реактивного топлива.

– Одним словом, что-то вроде гигантского увеличительного стекла.

– Вот именно.

Высокий с многозначительной улыбкой посмотрел на старика азиата – дескать, что я тебе говорил? Тот сделал вид, что ничего не заметил.

– Все бы хорошо, если бы не производственный дефект. Мы предполагали, что «Парасол» может быть арендован Пентагоном и использован против наземных целей в будущей войне. Но какой-то идиот подсунул нам бракованный компьютерный чип, который в дальнейшем был установлен в системе наведения и изменил ориентацию аппарата на орбите. Кончилось тем, что «Парасол» оказался нацелен на Землю, а не наоборот. Он уже не годился для выполнения изначальной задачи. Более того, торговая марка компании стала появляться в перевернутом виде.

– Так зачем же вы уничтожили «Биобаббл»?

– Тогда мы еще не знали, что аппарат самопереориентировался на Землю. Мы просто проводили испытания, резонно полагая, что космосу ничто не угрожает.

– А как насчет «Релайента» и Байконура? Тоже безобидные испытания?

– «Шаттл» уничтожили, чтобы подкрепить «марсианскую» версию доктора Пагана. Тут произошел какой-то сбой, торговая марка «кью-Эн-Эм» появилась в небе в виде русского слова «Мир». Тогда мы решили нанести удар по Байконуру, чтобы американцы не напали по ошибке на Россию и чтобы русские, которые и вывели на орбиту «Парасол», не сдали нас Вашингтону.

Мич вытер ладонью пот со лба и облизал пересохшие губы. У него был вид смертельно уставшего человека.

– А что еще нам оставалось делать, чтобы уберечь собственные задницы? – заключил он.

– Вы ликвидировали доктора Пагана, чтобы заткнуть ему рот?

– Ну да. То есть нет. Это все P.M. Он единолично отдавал приказы. Я всего лишь исполнитель.

– Как исправный солдат на службе у нацистов.

– Вы несправедливы ко мне. Я не отправлял людей в газовые камеры.

– Нет. Вы поджаривали их прямо на месте, – сказал Римо.

Внезапно Бартоломью Мич почувствовал острую боль в спине.

– Меня, что, ударили ножом? – спросил он, боясь пошевелиться.

– А почему вас это удивляет? – скрипучим голосом произнес старик азиат. – Разве вы не изменили собственной стране?

– Я только делал то, что требовало от меня руководство корпорации.

– Вот за это вы теперь и расплачиваетесь своей жизнью, – промолвил Римо.

– Но я не чувствую, что умираю...

– Потерпите. Я должен задать еще один вопрос.

– Какой? – спросил Мич. У него начинала кружиться голова и появилась слабость в коленках.

– Как вырубить зеркало?

– Я сам должен это сделать.

– У вас нет времени.

– Вы только не должны трогать... – Мич не закончил. Глаза у него закатились, так что остались видны лишь белки, и в следующую секунду он рухнул замертво.

– Вот дьявольщина, – пробормотал Римо.

Чиун махнул рукой:

– Не важно. Мы разрушим умные машины при помощи глупых.

– Он сказал, что мы чего-то не должны трогать. – Римо беспокойным взглядом обвел битком набитое аппаратурой помещение.

– А мы и не будем ничего трогать. Просто разобьем все вдребезги.

Римо мгновение колебался, потом пожал плечами и сказал:

– Ладно. Все равно хуже уже не будет.

И они принялись крушить все, что попадалось им под руку: от операторских пультов и шкафов больших компьютеров до приборов, назначение и название которых было им неизвестно. Скрежетал и рвался металл, лопался пластик, звенело стекло. Вспыхивали снопами зеленых искр концы выдираемого с корнем кабеля.

Действуя методично, с мрачной решимостью, они быстро превратили отдел перспективных разработок «Куантум Ньютрино Меканикс» в свалку, состоявшую из битого стекла, покореженного металла, разбитых транзисторов и поломанных плат.

– Ну вот и все, – сказал Римо. – Следующая остановка на одиннадцатом этаже.

* * *

– Мистер Боулт, к вам посетители, – предупредила Римера Мергатройда Боулта секретарша. – Двое.

– Кто такие?

– Я их не знаю. Они спросили P.M. Такое впечатление, как будто они вас знают Мистер Боулт, у них нет значков штатных сотрудников «кью-Эн-Эм».

– Спросите, что им нужно, – сказал Боулт, который был занят тем, что разбирался в своем столе.

– Они говорят, что вы последнее звено.

– Последнее звено чего?

– Они не говорят, мистер Боулт.

– Эвелин, скажите им, чтобы записались ко мне на прием.

– Хорошо, сэр.

Секунду спустя из-за двери донесся истошный крик Эвелин, после чего дверь слетела с петель и врезалась в противоположную стену, посшибав висевшие на ней работы Максфилда Пэрриша.

Ример Боулт, мгновенно побледнев, машинально вскочил.

– Кто вы такие?

– Дезинсекторы, – ответил мужчина с необыкновенно широкими запястьями.

– Дезин?...

– Уничтожаем вредителей: мышей, клопов, тараканов.

– Здесь нет никаких вредителей.

Высокий с массивными кулачищами обратился к старику азиату:

– Как, по-твоему, этот тип похож на таракана?

Азиат покачал головой:

– Нет, он больше похож на клопа.

Римеру Боулту стало не по себе. Нечто подобное он испытал, когда его в последний раз выгоняли с работы.

– Я... что-то... не очень понимаю, в чем дело, – запинаясь произнес он.

На стол упали очки. Точно такие же, какие были у Мича. Та же сломанная и склеенная изолентой перемычка.

– Он все рассказал нам.

– Безмозглый тупица. Я же сказал ему, что мы находимся под защитой корпорации.

– На нас это не распространяется.

– Все это глупости, – возмущенно заявил Боулт. – Все произошло в результате рокового стечения обстоятельств. Сбой в программе, бракованные чипы. Все одно к одному. Кстати, я поставил в известность совет директоров о том, что мы подаем в суд на нерадивого поставщика. Это не наша вина. Фирма здесь ни при чем. Я докажу это в суде.

– Вашу электронную переписку удалось восстановить. Так что нам все известно.

– Не может быть!

Высокий кивнул:

– Увы, это так.

– В таком случае вам лучше обратиться к нашим юристам. Они сидят на тринадцатом этаже. Подобные вопросы в их компетенции. Я простой управляющий.

– Простите, но мы работаем за рамками юриспруденции.

Ример Боулт понял, что попался. Их было всего двое, но у него было такое чувство, что их по меньшей мере двадцать человек.

– Вы забываете, что я нахожусь под защитой корпорации. Корпорация защищает таких, как я.

– Покажи нам эту защиту, – потребовал старик азиат.

– Показать? Но это не материальная защита. Это... это...

– Что же это?

Боулт щелкнул пальцами:

– Это принципиальное положение.

Высокий смерил его холодным взглядом, давая понять, что разговор окончен.

– Жаль, – промолвил он. – Мы привыкли работать руками. Так что если вы хотели спрятаться, то лучше иметь реальную, осязаемую защиту.

– Это реальная защита. Спросите у юристов. Они вам все объяснят. Я немедленно свяжусь с ними.

Ример Боулт потянулся к телефону, но тот высокий, с огромными кулаками, опередил его.

– Угу, – сказал он. Это было очень серьезное «угу». Чертовски серьезное.

А второй, старик азиат с неимоверно длинными ногтями, сунул руку Боулта в ящик стола, разобрать который тому так и не удалось.

– Меня ликвидируют? – задал Боулт вопрос, который не выходил у него из головы.

– Как вы догадались?

– Я не буду поднимать шума, – поспешно пообещал Боулт. – Я только хотел забрать кое-какие личные вещи.

– Боюсь, они вам больше не понадобятся, – резонно заметил тот, что повыше.

То, что случилось потом, было настолько невероятным, настолько не укладывалось в сознании, что Ример поймал себя на том, что наблюдает за происходящим как бы со стороны, а потому, когда он опомнился, было уже слишком поздно что-либо предпринимать.

Верзила с кулачищами попытался затолкать руку Римера в ящик. Рука, естественно, не помещалась. Тогда тот решил согнуть ее в локтевом суставе. К несчастью, он согнул ее в обратную сторону.

Раздался тошнотворный хруст. Затем неизвестный стал упаковывать в ящик плечо Боулта. Оно тоже не входило. Второй пришел на подмогу. Боулт тем временем тщетно старался не удариться лицом об острый угол стола.

Меж тем плечо его под цепкими пальцами азиата стало податливым, словно тесто.

Затем они принялись за его ноги, вывернув их с такой яростью и так энергично, что Боулт услышал, как у него захрустели кости в области таза.

Остекленевшим, исполненным ужаса взором Боулт смотрел в окно, пока те двое превращали его кости в муку, а мускулатуру – в рубленые бифштексы для гамбургеров.

Весь процесс трансформации отчетливо отражался в окне его офиса.

Боулт был похож на «человека-змею», который укладывается в коробку, куда нормальный человек забраться не в состоянии. Сходство было бы полным, если бы не одно – Боулт не имел власти над своим телом. Он как бы наблюдал со стороны, как эти двое манипулируют им.

Вот в ящике под хруст ребер исчезает его торс. Вот уже торчит оттуда его голова с застывшей на лице мученической гримасой, а этот верзила пудовыми кулаками методично утрамбовывает его все глубже и глубже.

Только тут к Боулту на мгновение вернулось сознание, и он предпринял отчаянную попытку закричать.

Однако дополнительное неудобство его положения заключалось в том, что легкие Боулта оказались забиты разными посторонними органами вроде печени, и закричать он ну никак не мог.

Глаза его еще успели заметить собственное отражение в окне, но в следующую секунду наступила кромешная тьма. Ящик задвинулся внутрь стола, но раздавленный мозг Римера Мергатройда Боулта уже не зарегистрировал этот момент.

* * *

Римо повернул ключ в замке и повернулся к Чиуну:

– Задание выполнено. Пора звонить Смиту.

Смит даже не пытался скрыть своего удовлетворения.

– Вы уверены, что аппарат выведен из строя? – спросил он.

– Мы уничтожили самого P.M., его оператора и всю электронику, – сказал Римо.

– Я закончил читать электронную переписку. Это была афера. Едва ли можно говорить о корпоративной ответственности «кью-Эн-Эм». Так что уходите без шума.

– О'кей.

– Одну минуту. – В голосе Смита внезапно послышались тревожные нотки. – Римо, передо мной на экране изображение объекта в режиме реального времени. Он снова раскрывается.

– Да ну? Может, отдает концы? У умирающих зверей мышцы всегда расслабляются.

– Это не зверь – это машина. И она была выключена. А теперь снова разворачивается.

Римо посмотрел на Чиуна:

– Ого-го.

– Что такое? – спросил Смит.

– Ничего, – ответил Римо.

– Объект снова заходит на цель, – добавил Смит.

Повисла пауза. В трубке слышался глухой шум.

Наконец Смит изрек:

– Римо, объект только что выпустил очередной заряд концентрированной тепловой энергии. Оставайся на связи.

Последующие двадцать минут ожидания показались Римо вечностью.

Он уже отчаялся услышать когда-либо голос Смита, когда тот сказал:

– Римо, объект нанес удар по горе Балдар в горной системе Асгард.

– Это в Норвегии?

– Нет. Это в Антарктиде. Слава Богу, люди там не живут. Сотни тонн льда превратились в пар. Вот и все. Однако «Парасол» не складывается. Он продолжает охоту и может в любой момент ударить снова.

– Может, это последний вздох, – произнес Римо, все еще надеясь на лучшее.

Однако в следующую секунду последние надежды растаяли.

– Новый взрыв! – рявкнул Смит. – Объект неуправляем.

– Какого черта! – воскликнул Римо. – Надо его просто сбить.

– В том-то и дело, что мы не можем выводить в космос боевые ракеты.

– Что же остается? Наблюдать, как он там буйствует?

– Я должен срочно связаться с Президентом.

– Существует еще один вариант, – подключился к разговору Чиун.

– Какой? – в унисон спросили Римо и Смит.

– Мастер Синанджу должен подняться в Пустоту и сразиться со злом в лице Солнечного дракона. Как пророчествовал мастер Салбьол.

– Ты что, хочешь отправиться туда? – спросил Римо, не скрывая изумления. – Добровольно?

– Да! – крикнул Чиун. – Я буду первым корейцем, побывавшим в космосе.

– Ты сбрендил.

Загрузка...