Лондон Министерство иностранных дел Правительство вигов

– Срочная депеша из Москвы от нашего министра, милорд!

– Что пишет сэр Витворт?

– Секретная миссия в Лондон русских.

– Цель?

– Поиски невесты для царевича Алексея.

– Наследника русского престола! И кому же поручена эта миссия?

– Гюйзену милорд.

– Гюйзену? Мне незнакомо это имя.

– Бывший воспитатель наследника, милорд, но главным образом учитель голландского языка.

– Его чины, официальное звание?

– Никаких.

– Но это же несерьезно и унизительно для английской короны. Мы вправе пренебречь подобной креатурой.

– Осмелюсь высказать свое мнение, милорд. Очень легко повторить ошибку правительства короля Вильгельма, когда сам царь Петр пробыл в Англии три с лишним месяца, а правительство так и не сумело установить с ним личных контактов.

– Не забывайте обстановку 1698 года. Рисвикский мир был только что заключен, и хотя Людовик XIV признал короля и даже обещал отказаться от поддержки Якова II, но по-прежнему предоставлял изгнаннику убежище. Общая ситуация грозила скорой войной с Францией. К тому же царь Петр не производил серьезного впечатления: все время какие-то переговоры с ремесленниками, купцами, работа на верфях.

– А в результате строительство русского флота, закупленное оружие, снаряжение для кораблей, нанятые моряки, ремесленники, военные специалисты. Мой бог, он не забыл даже музыкантов – то ли трубачей, то ли гобоистов.

И. Никитин (?). Портрет Петра I.


– Однако вы должны признать, его политическая миссия закончилась полной неудачей.

– Прошу прощения, милорд, неудача в политической игре – понятие далеко не абсолютное. Отказ Голландских штатов поддержать Русское государство в войне с Турцией ничего не изменил в том, что Азов уже принадлежал русским, а с созданием собственного флота их потребность в поддержке со стороны западных держав существенно уменьшалась. «Тот, кто играет, тот всегда свое возьмет иль тем, иль этим» – так, помнится, писал этот испанец Лопе де Вега.

– Что ж, займемся в таком случае вашим Гюйзеном. Его реальная роль при русском дворе – почему мне знакомы иные имена воспитателей царевича? Если не ошибаюсь, это были генерал Карлович, саксонец Нейгебауер, но Гюйзен…

– Позволю себе напомнить последовательность событий, милорд. По возвращении из Англии царь Петр решил направить своего сына учиться в Дрезден под руководством генерала Карловича. Однако смерть генерала заставила Петра пересмотреть свое решение. Царевич был оставлен в России, и к нему приглашен саксонец Нейгебауер, в прошлом учившийся в Лейпцигском университете. Нейгебауер не ужился с Меншиковым и через пару лет получил отставку. Именно его и заменил Гюйзен.

Граф А. П. Бестужев-Рюмин.


– Тоже получивший, в конце концов, отставку?

– Нет-нет, Гюйзен вполне удовлетворил Петра, но с 1705 года царь стал его использовать преимущественно для дипломатических миссий. Что говорить, Россия за это время достигла многого: она не только начала войну со Швецией – она успела взять Нарву, Иван-город, Дерпт.

– И Гюйзен исполнил хоть одну миссию?

– В Берлине и в Вене в том же 1705 году.

– Но теми миссиями руководил Петр Бестужев-Рюмин.

– Совершенно верно, милорд. И в данном случае в подготовке поездки Гюйзена участвует именно он.

– Кстати, что нам известно о Бестужеве?

– Бывший воевода в городе на Волге – Симбирске. Сорок один год. Два сына и дочь.

– Дипломатические миссии?

– В 1705 году первая.

– Причина назначения?

– Скорее всего, родственные связи жены. Его супруга Евдокия – дочь того самого Ивана Талызина, который побывал в Лондоне в 1662 году в составе русского посольства, спустя пять лет получил назначение послом в Польшу, позднее занимал значительные должности в Русском государстве.

– А его собственные связи при дворе?

– Дальние родственники среди стольников вдовствующей царицы Прасковьи, супруги старшего брата царя, близкие, подобно ему самому, в тех же званиях при Петре.

– Умен?

– Витворт не оговаривал специально этого обстоятельства. С Гюйзеном постоянно поддерживает хорошие отношения.

– Между прочим, ваш учитель не может принадлежать к числу тайных или явных сторонников царевича Алексея?

– Совершенно исключено.

– Откуда такая уверенность?

– Все официальное окружение царевича – люди, и притом довереннейшие, самого Петра.

– Царь может обманываться.

– Царь, но не Александр Меншиков.

– При чем здесь Меншиков?

– Это главный протектор Гюйзена.

– С этого и надо было начинать. И Бестужева-Рюмина?

– О нет. Меншиков и Бестужев терпят друг друга, не больше. Похоже, что Петр получает таким образом возможность перепроверять их действия.

– Если Меншиков и дальше сохранит свое положение исключительного царского любимца, у Бестужева будет слишком мало перспектив.

– Возможно, но пока он преисполнен энергии и ищет случая ее применить.

– Вы говорите о нем так, будто специально занимались его curiculum vitae, ученым жизнеописанием.

– Почти. Дело в том, что в Вене с ним близко познакомились лорд Рэби и сэр Степней.

– Ах так!

Загрузка...