Глава 11

Трёх часов сна мне вполне хватило, так что я не особо расстроился, когда меня разбудил звонок в дверь. Сразу я испытал лишь одну эмоцию — удивление. Связано оно было с тем, что ко мне приехал не кто иной, как мой начальник — Моу.

Подобное на моей памяти произошло в первый раз, до этого момента он ни разу не приезжал ко мне лично, предпочитая телефонные звонки или, в самых крайних случаях, каких-нибудь гонцов.

Мариновать его перед входной дверью я не собирался, так что быстро накинул на себя то, что было под рукой, после чего впустил эльфа к себе в квартиру.

— Из Ватикана прилетели инквизиторы, они хотят с тобой пообщаться, –о, а вот и причина того, что этот товарищ сам решил сообщить мне эту новость.

Стоит отдать ему должное — никакого злорадства в его ауре я не наблюдал, отсутствовало оно и в голосе. Поразительно, но он испытывал некое сочувствие и искреннее нежелание того, чтобы я попал в руки к инквизиторам.

— Православная церковь настолько не способна сохранить свои позиции?

— Ты же все понимаешь, — скривился Моу, который отлично знал, что я в курсе всех соглашений между представителями конфессий.

— И кто прибыл?

— Верховный инквизитор со свитой, — ого, этот дедок сам решил выбраться ко мне.

Кто бы мог мне лет семьсот назад сказать, что главным куратором святой инквизиции станет маг огня, который особо этого и не скрывает? В те времена я поднял бы подобного идиота на смех, после чего прикончил бы, решив, что он пытается надо мной поиздеваться. Теперь же, смотрите, как изменилось время. Колдун чуть ли не во главе организации, которая не так уж и давно сжигала его соплеменников.

Этому «дедку», как я сам уже выразился, около двухсот лет, что не так уж и мало для магов. Самые сильные и продвинутые из них способны прожить до трех сотен, но таких на моей памяти было совсем немного. Да и то — к концу своей жизни они потихоньку начинали сходить с ума, вкладывая все свои силы и знания в тщетные попытки выжить подольше.

Все эти легенды про философские камни, исцеляющие от всех болезней, про чудовищ, которых в народе называют монстрами Франкенштейна, источники вечной молодости, Живая и Мертвая вода…

О, многое из этого существует, не надо терять в это веру. Вопрос в том, что сильные мира сего давным-давно прибрали эти чудеса в свои руки и не поделятся этим ни за какие деньги, потому что вселенная всегда берет свою плату за подобный обман смерти…

Нынешний Верховный инквизитор начал свои поиски несколько раньше остальных, но, как я правильно понимаю, успехом это не увенчалось. Неужели все так просто? Я тут такие конспирологические теории выстраиваю, а этот бедняга желает прикоснуться к тому, что может лежать на моем маленьком складе? Чего греха таить, есть там то, что ему необходимо, но…

Хватило мне одного раза, чтобы понять, что из моих рук никто больше не получит данные артефакты.

— Серьезно настроены?

— Весьма, — пробормотал Моу, наблюдая за котенком, который решил поиграться с моей курткой. И как ему это не надоело? Вчера как приехал, так он сразу же начал на этот элемент одежды бросаться, кусая рукав. Вроде ничего необычного в ней нет. Скучно, наверное, зверьку, редко его навещаю. Вот разберусь, случайно ли он выжил или нет, после чего отдам Алисе. У неё давно проблемы были с выращиванием фамильяров, а этот чернющий котёнок наверняка её порадует.

— Буду через час, надо одеться, да и на голодный желудок никуда ехать не хочется, — я несколько раз перевел свой взгляд с эльфа на входную дверь, намекая, что неплохо было бы оставить меня одного.

— Десяток инквизиторов дежурит снизу, пытаясь не дать тебе сбежать, не делай глупостей, ладно? — ого, ладно, реально придется пересмотреть своё отношение к этому существу.

— Без проблем, — пообещал я, проводил Моу до выхода и запер за ним дверь. — Ну и что ты тут устраиваешь? Пойдем лучше со мной, отыщем и для тебя что-нибудь вкусненькое, — обратился я к этому мелкому созданию.

Он умудрился вцепиться пастью в рукав куртки и повис на ней, опустив все четыре лапы вниз. Придется временно всё в шкаф прятать, последний поход по магазинам с Алисой вызвал у меня искреннюю ненависть и желание прикончить всех в округе, а ведь тогда было начало осени, и я всё ещё пребывал в благодушном настроении…

Слово «вкусненькое» произвело свое впечатление на зверька, так что он, наконец-то, отстал от куртки и первым рванул на кухню. Неплохо ориентируется, однако.

Минут двадцать у меня ушло на приготовление пищи, чередуя это с попытками понять, что захочет есть это создание.

Валяется у меня куча продуктов, которые покупала ведьма, их я не особо могу есть, так что они тут в полной безопасности. От колбасы он презрительно отвернулся, творог и молоко его тоже почему-то не впечатлили, хотя я был уверен, что это то самое, что ему необходимо.

В конце концов он сам забрался в холодильник, едва мне стоило отвернуться, после чего впился зубами в свежее куриное филе.

— Во разбойник, отдай… Нифига себе, — удивился я тому, что он аж зарычал, когда я попытался мягко оторвать его от пакета с курицей.

Пришлось действовать слегка грубее, мне же не хочется, чтобы этот мелкий идиот сожрал пакет? Секунд тридцать ушло на то, чтобы отобрать у котенка добычу, после чего я отрезал небольшой кусочек, разделил на несколько частей, положил его на тарелку и поставил на пол.

Мгновение — котяра рванул к мясу и с урчанием начал его поглощать.

— Да, Алисе ты точно подойдешь, — лишь усмехнулся я и вернулся к своему изначальному занятию…

— Блин… — я уже стоял в коридоре, планируя выходить, когда рука наткнулась на прихваченный с собой артефакт, который до сих пор оставался в кармане куртки.

Брать с собой его точно не хочется, можно оставить в квартире. Уж сюда точно никто не залезет, даже дюжине матерых инквизиторов не справиться с той защитой, что я многие годы тут накручивал.

Аккуратно положил эту безделушку на высокую тумбу, куда кот точно не должен добраться, после чего, под звуки продолжающегося пиршества из кухни, вышел из квартиры и начал спускаться вниз.

Моу никуда не уехал, он сидел в своем дорогущем автомобиле и смотрел на выход из подъезда. Неподалеку стояло три черных внедорожника, около которых я заметил нескольких инквизиторов, которые тоже не спускали глаз с выхода.

Верховный же пошёл куда более простым путем — он устроился на лавочке и ждал, пока я соизволю выйти. Холод и снег его не смущали, да и вряд ли такая окружающая остановка способна навредить огненному магу.

— Поехали, мы и так тебя долго ждем, — недовольно произнес он по-итальянски, поднимаясь со своего места.

Они совсем там в своих Европах с ума сошли? Прошло всего-то четыре сотни лет с тех пор, как я перестал куролесить, как весь мой заработанный долгими стараниями авторитет пошёл ко дну даже со стороны инквизиции. А ведь в их архивах не может не быть перечислений моих «подвигов», пусть некоторые самые старые и выдающиеся я умудрился выкрасть.

— У тебя ко мне какое-то дело? Я слушаю, — с наглым выражением лица посмотрел я на этого седого старикашку, чей разум явно начал атрофироваться, раз он выбрал такую манеру ведения диалога. Облегчать его участь я не планировал, так что ответил на русском языке

— Мы везем тебя на допрос, ты — подозреваемый… — начал было распаляться маг, но тут ему на телефон пришло сообщение. Он несколько скривился, но прекратил нести эту ересь и взглянул, что же такое ему написали.

— Энергетический вампир нулевой категории… — как приятно, когда инквизиции приходится использовать понятия, которые я сам и ввел, —… Вы являетесь главным подозреваемым по делу… — хорошо, теперь он начал вести почти правильную беседу, основываясь на Договоре. Это какая гадина его так быстро предупредила?

Под аккомпанемент моих мыслей из ближайшего к нам внедорожника вылез Лукреций с мобильником в руках. Теперь понятно, но ведь я не зря сказал, что он «почти» прав.

Перечисление всех моих потенциальных нарушений, многочисленных пунктов Договора, который я, якобы, нарушил, как и обещанных мне кар, заняло минуты три. Я никуда не спешил, успел поздороваться с парочкой старушек, которые куда-то намылились в пять утра, мысленно подогнать их, потому что они очень странно посмотрели на моего собеседника, который ни на секунду не прерывался, продолжая высказываться на итальянском языке.

— Тебе точно ничего не надо? Тогда я пошёл… — я не дал договорить ему буквально парочку последних слов, развернулся на сто восемьдесят градусов и уже сделал шаг, чтобы вернуться в подъезд, после чего ощутил мощный жар совсем близко к своей спине.

— Именем Договора, подчинись! — на чистом латинском прокричал маг, направляя в мою сторону коротенькие огненные путы.

Мне не пришлось даже ничего делать. Мда, совсем все плохо, раз его с таким знанием этого самого главного в их работе документа, поставили на подобную должность.

Во время составления этого договора мы учли очень и очень многое, весьма сильно ограничив церковь в притязании на других существ. Это было не особо тяжело, слишком много нас собралось в одной локации, многие из нас готовы были сражаться до последнего, если церковники не согласятся на предложенные условия. И я бы даже ломанного гроша не поставил на их победу, пусть они и неплохо изловчились всех нас убивать.

В отношении между собой, сверхъестественными существами, мы позволили оставить немного вольницы. Весьма обширной свободой мы наградили себя по отношению к нашим сородичам, что нарушают Договор, но вот церковь и инквизиция…

Официальный язык — латинский. Все обвинения, суды и допросы должны проходить только на нем. Едва инквизитор или церковный служащий начинает зачитывать обвинения на этом языке — та самая Сила, которая является гарантом договора, берет практически любого из нас под свой контроль, не позволяя даже пошевелиться. Неподвластны этому были лишь те, кто своей кровью подписывал Договор. Мы никак не могли его нарушить, потому что иначе Сила моментально уничтожала нас.

Этот дурачок совершил важную ошибку, он не перешёл с итальянского на латинский. Да, эти языки очень сильно похожи, но хватает слов, которые звучат совершенно иначе. Теперь же он обратился ко мне на латинском, пытаясь остановить, хотя не имел на это право, ибо не зачитал мне обвинения.

Огненные путы опали практически моментально, а самого мага скрутило в три погибели — Сила не любила, когда кто-то ошибается.

— Мальчишка, я сейчас могу уничтожить тебя одним движением пальцев, а ты… — начал я угрожать инквизитору, накинув на себя злобную усмешку.

«Блин, где хоть кто-то адекватный? В мои планы не входило убийство этого клоуна, хотя это было бы забавно»

— Энергетический… — о, Лукреций правильно понял, что что-то пошло не так и очень быстро прибежал сюда, начиная зачитывать обвинения на латинском, пусть и делая это с какой-то бумажки.

Верховного инквизитора сразу же отпустило, а я лишь отошел назад и оперся о стену, это ещё минут пять займет…

—…проследовать с нами на допрос! –наконец-то завершил Лукреций, пряча свои подсказки в карман.

— Ну, поехали, — непринужденно согласился я, словно так и должно быть. — Кто будет со мной в машине? Не-не, на ваших я не поеду, аура в них отвратительная, — не дал я вставить слово Лукрецию. Причем я не соврал. Не знаю, где они их арендовали, но на сидения без толстой пленки под задницей и за спиной я бы точно не садился, не отстираешься потом.

— Я поеду, — решился наконец-то всё тот же Лукреций,

Он, так он, мне абсолютно все равно. Я добрался до стоянки, отпёр автомобиль, не забыл прочистить все стекла и капот от нападавшего за ночь снега, забрался внутрь, завёл двигатель и… Перестал что-то делать.

— Чего не едем? — напрягся инквизитор, который не рискнул сесть на переднее сидение, а расположился сзади.

— Куда ехать-то? — задал я вполне логичный вопрос. Что автомобиль Моу, что черные внедорожники церковников, до сих пор не сдвинулись с места. Откуда я знаю, где они решили провести допрос?

— В вашу контору, там есть подходящее место, — наконец-то подсказал мне Лукреций, после чего я начал выезжать со двора.

— Слушай… — попытался он было что-то сказать, но мне срочно надо было подумать, так что при первых звуках его голоса я включил радио, которое перебьет всё, что он не пытался бы выдавить из себя.

«Это — полный идиотизм, кретинизм, маразм…», пытался я подобрать хоть какое-то слово, что способно описать поведение Верховного инквизитора. Как я после этого могу считать, что столь хорошую операцию провернул хоть кто-то из них?

Даже Лукреций, который среди церковников считался самым выдающимся инквизитором, который умеет слегка колдовать, к своим тридцати годам умудрился не выучить наизусть самые главные слова в деле любого инквизитора!

Какую они могут представлять опасность, если настолько обросли жирком и забили на свои обязанности? Понятия не имею…

Искренне захотелось со всей силы ударить по приборной панели, потому что моя логически выстроенная цепочка начала моментально разваливаться под гнетом новой информации.

Вполне может быть, что Верховный инквизитор попросту решил воспользоваться подходящим моментом, чтобы добраться до моих запасов. И это плохо, потому что я вновь оказываюсь отброшен в самое начало.

Ладно, рано думать, дождемся вопросов, которые они захотят мне задать в конторе…

— Как ваше имя? — Верховный опять начал считать себя хозяином ситуации едва мы оказались на минус седьмом этаже нашего здания. Пусть ему слегка неуютно из-за того, что сотни местных артефактов моментально высосали всю ману у каждого, кто спустился так глубоко, но я-то был ещё и в блокирующих наручниках, а у них с собой какой-то особый огнестрел, разработанный специально для таких случаев.

— Андрей, — представился я. Ну а что? Это тоже правда, сейчас меня все так называют.

— Как тебя звали раньше?

— Симаргл, — назвал я имя, под которым проходил по всем картотекам Ватикана.

Пусть многочисленные легенды и мифы возводят меня чуть ли не до степени бога, но это совсем не так. Просто люди тех времен были очень сильно впечатлены моими демонстрациями… Мелкие гадины, правда, исказили облик, с чего-то решив сделать меня какой-то убогой птицей, но спорить с этим я не стал, плевать. В огромном количестве сказок куда удобнее спрятать свою истинную сущность.

Дальше последовало полтора десятка мелких вопросов о том, что инквизиция и так знала. Явно проверяют, насколько правдиво я отвечаю, хотя Сила не дала бы мне сейчас слишком сильно соврать.

Я почувствовал её появление в этом месте, словно что-то незримое обволакивает комнату, проникая повсюду. С неким удивлением осознал, что у меня хватило бы возможностей вытолкнуть её из своего тела. Странно, в момент подписания такой возможности у меня точно не было, хотя я был куда сильнее…

— Присутствуют ли у тебя артефакты, способные повлиять на продолжительность жизни?

— Конечно, есть у меня один отличный кинжал, который всегда идеально заточен… — Верховный почти перешёл к главному, но не поиздеваться я не мог.

— Есть ли у тебя артефакты, способные удлинить жизнь? — да, этот блеск в глазах инквизитора явно показывает, что ему интересно.

— И такое есть, — подтвердил я его догадки.

— Что ты знаешь о Силе, с которой заключен Договор? — так, не понял.

Этого вопроса я совершенно точно не ожидал, а интерес Верховного никак не угасал, наоборот, он лишь сильнее распалился, ожидая моего ответа.

— О Силе… — эхом повторил я, вполне серьезно задумавшись, прежде чем отвечать на этот вопрос…

Загрузка...