Натали Иствуд Поздняя весна

1

Из соседней комнаты донесся взрыв хохота: мачеха как всегда смотрела телевизор. После смерти мужа вся жизнь Памелы сосредоточилась на ящике. Она уверяла, что сериалы помогают ей отвлечься от тоски. А еще пять лет вдовства ей скрашивала еда. В результате мачеха превратилась в бесформенное существо и, когда не подавала признаков жизни, запросто могла сойти за гору диванных подушек.

Отец оставил Памеле кафе на окраине Санта-Розы. Впрочем, кафе — это громко сказано. Скорее, забегаловку… Мачеха и при жизни Хосе Мартинеса не отличалась энергией и хваткой, а когда он умер, стало еще хуже и всеми делами пришлось заправлять Джуди. Она бросила школу и, несмотря на юный возраст — тогда ей только-только исполнилось пятнадцать, — взяла бразды правления в свои руки.

Мать Джуди умерла родами и теперь, кроме сводной сестры Глории и Памелы, у нее никого не было. Покосившись на часы на колченогом столике у кровати, которую она делила с Глорией, Джуди забеспокоилась. Интересно, где носит эту девчонку?! Глория была центральной фигурой в стратегическом плане, разработанным Джуди на случай, если кафе окончательно разорится, и она не могла допустить, чтобы сестренка пропадала неизвестно где в двенадцатом часу ночи.

Спустив ноги на потускневший от времени линолеум, Джуди дотянулась до линялых, некогда красных шорт, доставшихся ей в наследство от Глории. Они были широки ей в бедрах и висели мешком, а ноги торчали из них словно две спички и казались тощими, но Джуди подобные пустяки ничуть не трогали.

У нее есть дела поважнее. Она бросила беглый взгляд в зеркало. На смуглом загорелом лице выделялись горящие как два угля черные глаза и слишком большой, как ей казалось, и яркий рот. Маленький вздернутый носик — единственное, что она унаследовала от своей матери, — и черные задорные вихры делали ее похожей на мальчишку-подростка, а не на юную леди девятнадцати лет от роду.

Сунув ноги в раздолбанные шлепанцы на резиновом ходу, Джуди застегнула ковбойку и выскользнула в прихожую, застланную старенькой циновкой. К безудержному смеху из ящика присоединился мерный храп Памелы. Джуди заглянула к ней в комнату и как всегда ощутила смешанное чувство жалости и раздражения. Ведь это она, Памела Мартинес, должна заботиться о своей дочери, а вовсе не Джуди. Это у нее должна голова болеть от постоянных забот, как оплатить бесконечные счета и удержаться на плаву, а мачехе хоть бы хны! Дрыхнет себе в полное удовольствие…

Спрыгнув с расшатанного крыльца, Джуди вдохнула ночную прохладу и крикнула:

— Глория!

Никто не ответил.

Сняв с крюка фонарь, она пошла к реке.

— Глория, ты здесь? — снова позвала она сестру.

Ответом была мертвая тишина.

— Ну погоди, ты у меня дождешься! — пробурчала Джуди и побрела к белевшей среди ночи громаде мертвого речного парохода.

Подойдя к трапу, она прислушалась, и ей показалось, что на носу кто-то застонал. Она пулей метнулась туда и, обогнув рубку, подняла фонарь над головой. На дощатом полу лежала парочка. Слишком занятые друг другом, они даже не заметили ее появления.

— А ну, отпусти ее, подонок! — заорала Джуди. — Сию секунду!

Тела отпрянули друг от друга.

— Джуди! — ахнула Глория, судорожно запахивая блузку.

А ее кавалер пружиной вскочил на ноги, застегивая молнию на шортах. На нем была майка университета Нью-Мексико. С минуту он молча таращился на Джуди, пока не разглядел тщедушную фигурку, взлохмаченные вихры и насупленный взгляд, делавшие ее похожей скорее на подростка, чем на девушку.

— А ну пошла отсюда, покуда цела! — сжав кулаки, произнес он. — Не суй свой нос в чужие дела!

Глория поднялась с палубы и заправила блузку в шорты. Парень с видом собственника положил руку ей на плечо. И этот привычный хозяйский жест, словно Глория принадлежит ему, а не Джуди, подлил масла в огонь. Выставив указательный палец пистолетом, Джуди ткнула в палубу рядом с собой и велела:

— Глория, быстро ко мне! Я не шучу.

Сестра помедлила, а потом, уставясь на свои босоножки, с неохотой шагнула к ней. Студент схватил ее за локоть.

— Ты чего, Глория? — вскинулся он. — Да кто она такая? И какого черта тут раскомандовалась?

— Это моя сестра Джуди, — пробормотала Глория. — Вообще-то, она у нас всем заправляет.

— Вот именно! — сердито подтвердила Джуди и, снова ткнув в палубу, повторила: — Быстро ко мне!

Глория метнулась было к ней, но парень не отпускал ее.

— Да чего ее слушать! Она же пацанка! — фыркнул он и положил другую руку на талию Глории. А потом, кивнув в сторону берега, с расстановкой произнес: — Ну-ка, вали отсюда, детка! И пошустрее!

Джуди прищурила глаза и прошипела:

— Послушай меня, студентик! Подтяни свои вонючие подштанники и проваливай отсюда сам, пока я не разозлилась!

Тот покачал головой и хохотнул.

— Ах ты, соплячка! Ну раз такое дело, отправлю тебя за борт, на съедение рыбам!

— Только попробуй! — огрызнулась Джуди и с угрожающим видом шагнула вперед. Она терпеть не могла, когда насмехались над ее маленьким ростом. — Я только что вышла из тюряги, где сидела за то, что пырнула ножом одного наглеца. — Смерив его презрительным взглядом, она небрежно добавила: — Тот был на голову выше тебя.

— Да ты что! — с насмешкой протянул кавалер. — Вот напугала!..

— Джуди, а ты маме не скажешь? — вмешалась в разговор Глория. — Обещай, что не скажешь!

— А она тебе сказала, сколько ей лет? — не обращая внимания на сестру, спросила Джуди.

— Не твоего ума дело!

— Думаешь, ей восемнадцать?

Парень покосился на Глорию, и у него на лице впервые промелькнуло сомнение.

— Размечтался! — хмыкнула Джуди. — Этой паршивке всего пятнадцать. А что, у вас в университете праву не учат? Ну тогда, мальчик, я сама тебе расскажу об уголовной ответственности за изнасилование малолетних.

Парень поспешно отпустил Глорию, словно та была прокаженной, и, отойдя на шаг, с досадой спросил:

— Глория, это правда? Тебе на самом деле всего пятнадцать? Черт!.. А с виду не скажешь…

Джуди не дала ей ответить.

— А она у нас акселератка.

— Джуди, но ведь мне… — запротестовала было Глория.

Но парень уже собрался уходить.

— Ну я пошел, Глория, — буркнул он. — Ты классная девчонка. Может, как-нибудь еще увидимся.

— С удовольствием, Чак!

А тот уже громыхал по трапу. Сестры молча следили за ним, пока он не исчез из виду.

Глория со вздохом опустилась на палубу и прислонилась к стенке рубки.

— Сигареты есть?

Джуди вытащила помятую пачку «Лаки страйк» и дешевенькую зажигалку и, присев рядом с сестрой, протянула ей. Та закурила и глубоко затянулась.

— Зачем ты сказала Чаку, что мне всего пятнадцать? Ведь мне скоро стукнет восемнадцать.

— Неохота было с ним драться, — пробурчала та.

— А ты что, и впрямь полезла бы с ним драться? — недоверчиво хмыкнула Глория. — Да ты ему не достанешь и до подбородка!

— Ну и что? Врезать ему пониже пояса могла бы запросто!

— А зачем наплела про тюрягу? — улыбнулась Глория. — Не понимаю, зачем ты все время врешь?

— Только так женщина может выжить в деловом мире, — с назидательным видом изрекла Джуди. — Иначе над тобой сразу возьмут верх.

Глория закинула ногу на ногу: в лунном свете блеснули стройные бедра. Джуди смотрела на обутые в изящные босоножки ноги сестры с ухоженными ярко накрашенными ноготками и думала: на всем свете нет девушки красивее! Да, сестра взяла у своих родителей все лучшее: от отца рост и роскошные вьющиеся иссиня-черные волосы, а от Памелы — васильковые с кошачьим разрезом глаза и нежную молочно-белую кожу. Алый рот бантиком и соблазнительные изгибы и округлости делали ее желанной в глазах всех особей мужского пола от шестнадцати до семидесяти.

Глория выпустила изо рта струйку дыма и на французский манер втянула ее в ноздри.

— Знаешь, Джуди, о чем я мечтаю? — спросила она, глядя на лунную дорожку на речной глади. — Уехать в Калифорнию и выйти замуж за какого-нибудь известного киноактера. Например, за моего любимого Питера О'Тула.

— В таком случае, Глория, тебе стоит поберечь свою девственность, — зашла с козырной карты Джуди. — А ты тут валяешься с кем ни попадя!

— Я пока вроде как девственница.

— Только благодаря мне! — напомнила сестра.

— К твоему сведению, — с достоинством заметила Глория, — я вовсе не собиралась позволять Чаку доводить дело до конца.

— Глория, ну что за легкомысленность! — возмутилась Джуди. — А что, если бы ты не сумела его остановить? Что тогда?

— Так ты не скажешь маме?

— Можно подумать, от этого будет хоть какой прок! — хмыкнула Джуди. — Памела переключит ящик на другой канал, а потом снова заснет… — Она помолчала и, сокрушенно покачав головой, упрекнула сестру: — Третий раз отлавливаю тебя с парнями! В прошлый раз, когда я застукала тебя ночью на веранде кафе, тот кобель уже орудовал лапами у тебя в шортах как у себя дома!

— Да хватит тебе ворчать! — огрызнулась Глория. — Ну зачем отказывать себе в маленьких радостях? Кстати сказать, Джош был такой симпатяга…

Джуди с отвращением фыркнула. Говорить с Глорией на такие темы бесполезно. Сестра на удивление миловидна и женственна, но сообразительностью явно не блещет. Школу закончила — и на том спасибо!

При воспоминании о школе Джуди невольно поморщилась. Жаль, конечно, что она не доучилась, хотя, с другой стороны, у нее были и есть дела поважнее, нежели общаться с кучкой безмозглых девчонок, объявлявших всем и каждому, что Джуди Мартинес лесбиянка. А все потому, что эти глупые телки ее побаивались!

Да, она не красавица и не тащится от модных шмоток, но ведь это еще не значит, будто она лесбиянка!

Однако в глубине души этот вопрос тревожил Джуди, поскольку стопроцентной уверенности в ответе у нее не было. Но запускать руки себе в шорты первому встречному она не позволит. В этом она не сомневалась.

— Джуди, ну не дуйся на меня, ладно? — прервала затянувшуюся паузу Глория. — Ведь ничего страшного не случилось.

— Да я и не дуюсь! — буркнула та. — Только как же ты не поймешь, сестренка, что все эти парни из университета хотят от девчонок вроде тебя только одного. Удовольствия. — Последнее слово для пущей убедительности она произнесла по слогам. — И, получив свое, сразу делают ноги. Ты что, хочешь остаться с ребенком на руках и жить на подачки от государства?

— А Чак сказал, что я красивее всех его знакомых девушек из университета, — невпопад ответила Глория.

Нет, это бесполезная трата времени! Глория — копия Памелы. Она теряет интерес ко всему, что требует хоть малейшего умственного усилия.

— Джуди, а почему бы и тебе не привести себя в божеский вид? — вкрадчивым голосом спросила Глория. — Тогда у тебя тоже появятся приятели.

Джуди вскочила и, гневно сверкая глазами, выпалила:

— Хочешь сказать, что я лесбиянка, да?

— Да ты что! — Глория с преувеличенным интересом осмотрела дымящийся кончик сигареты. — Думаю, будь ты лесбиянкой, я бы первой узнала об этом. Мы же с тобой, как-никак, спим в одной кровати, и я что-то не припомню, чтобы ты ко мне приставала с нежностями.

Успокоившись, Джуди снова уселась на палубу.

— Глория, давай с тобой еще разок прорепетируем, — предложила она. — Представь себе, что я член комиссии. Итак…

— Послушай, Джуди, может, зря ты все это затеяла? — осмелилась возразить сестра. — Не пойму, с чего ты взяла, что я непременно выиграю конкурс красоты, да и вообще, зачем мне звание «Мисс Санта-Роза»…

— Как это зачем?! — возмутилась Джуди и снова вскочила. — Да если ты победишь, то поедешь в Лос-Анджелес на прослушивание для семейного сериала Тома Джонсона!

— Джуди, да пойми ты, наконец, я понятия не имею, как вести себя на телевидении, — недовольным тоном заметила Глория. — Если хочешь знать, я бы лучше выучилась на парикмахера или маникюршу. Обожаю возиться с ногтями…

— А тебе и не надо знать, как вести себя в телестудии, — возразила Джуди. — Господи, ну сколько раз тебе втолковывать! Им нужно свежее личико.

Джуди полезла в карман и извлекла изрядно потертую брошюрку. Открыла последнюю страницу и, хотя лунного света было недостаточно, чтобы различить мелкий шрифт, продекламировала наизусть:

— Победительница конкурса красоты на звание «Мисс Санта-Роза» будет награждена поездкой в Лос-Анджелес, где пройдет отбор на участие в семейном сериале Тома Джонсона, многообещающем новом телевизионном проекте, который начнут снимать осенью в Калифорнии.

Продюсеры проекта прослушают красавиц со всего тихоокеанского побережья и отберут девушку на роль Саманты, дочери мистера Джонсона. Соискательницы должны быть в возрасте от восемнадцати до двадцати двух лет, иметь привлекательную внешность и местный акцент. — Джуди выдержала паузу, успокаивая себя: ей ли не знать, на всем побережье не найдется никого красивее Глории Мартинес. — Успешно прошедшие отбор примут участие в пробных съемках на телестудии в Голливуде вместе с мистером Томом Джонсоном, известным любителям кино по его многочисленным ролям в вестернах. Мы надеемся, что именно наша землячка «Мисс Санта-Роза» будет исполнять роль его дочери.

— Послушай, Джуди, я хочу замуж за киноактера! — прервала ее Глория. — А стать актрисой я вовсе не хочу. Не мое это дело, вот что я тебе скажу!

— А тебя никто не спрашивает! — отмахнулась Джуди. — Глория, я нутром чую: стоит телевизионщикам тебя увидеть — и они сразу же за тебя ухватятся! Вот увидишь, они наверняка сделают из тебя настоящую звезду!

Глория тяжело вздохнула.

Джуди стало ее чуть-чуть жаль, но она тут же отмела эмоции в сторону и твердо заявила:

— Мы не можем упустить такой шанс. Памела ни на что не годится, а у меня нет образования, чтобы получить приличную работу, так что ты наша единственная надежда. Пойми, мы трое одна семья. И должны сохранить ее. Согласна?

Но Глория, уставившись в звездное небо, погрузилась в грезы о браке с кинозвездой и слов сестры не слышала.


— Итак, наша «Мисс Санта-Роза» — 1970… — конферансье выдержал эффектную паузу и, вскрыв конверт, объявил: — Глория Мартинес!

Джуди вскочила и завопила так пронзительно, что перекрыла аплодисменты аудитории. Громкоговоритель проревел «О, прекрасный Нью-Мексико», и прошлогодняя «Мисс Санта-Роза» возложила корону на голову Глории. Глория робко улыбнулась, корона съехала набок, но она этого не заметила.

Джуди прыгала на месте, хлопала в ладоши и истошно вопила. Ура, у них получилось! Глория завоевала титул, хотя, если честно, проявила себя далеко не лучшим образом. Перепутала шаги в танце, сфальшивила, когда пела, но выглядела при этом так очаровательно, что никто не обратил на это внимания. А на вопросы сестренка отвечала точно так, как ее научила Джуди. Когда спросили о планах на будущее, объявила, что мечтает стать педиатром и помогать голодающим детям Африки. Угрызения совести Джуди не мучили: не трубить же на весь мир, что на самом деле Глория спит и видит, как бы ей выйти замуж за Питера О'Тула!

Пробившись сквозь толпу к задней сцене школьной аудитории, Джуди увидела, как Глория беседует с миссис Кэтлин Куган, директором конкурса. Глория была так хороша в белом платье, со сверкающей короной на черных кудрях, что у Джуди перехватило дыхание. Ну разве смогут телевизионщики устоять перед Глорией?!

— Все в порядке, миссис Куган! — с улыбкой сказала Глория, когда Джуди подошла поближе. — Мне все равно, какие будут изменения.

— Как мило с вашей стороны, мисс Мартинес, что вы с таким пониманием относитесь к нашим трудностям! — Кэссиди Куган сладко улыбнулась. — Сеть наших супермаркетов дарит вам…

Джуди сразу заподозрила неладное и, выступив вперед, хмуро осведомилась:

— В чем дело? Какие еще изменения?

Глория занервничала.

— Познакомьтесь, миссис Куган, это моя старшая сестра, Джуди Мартинес.

— Очень приятно! — Миссис Куган окинула Джуди мимолетным взглядом и, повернувшись к Глории, погладила ее по плечу. — Еще раз поздравляю вас, красавица вы наша! Значит, мы договорились? Я позвоню вам в понедельник.

— Договорились! — чирикнула Глория и упорхнула.

— Миссис Куган, о каких изменениях идет речь? — спросила Джуди, сверля устроительницу конкурса колючим взглядом. — Глории еще нет восемнадцати, так что я выступаю в роли родителей.

— Вот как? — Миссис Куган вскинула выщипанные бровки. — Я уже объяснила Глории, но мне хотелось бы побеседовать лично с миссис Мартинес.

— К сожалению, ее здесь нет. Она страдает от… от депрессии и… и булемии, так что я за нее.

— Дело в том, мисс Мартинес, что вместо заявленного участия в телевизионной программе мы предоставляем победительнице конкурса экскурсию по Альбукерке в лимузине с ужином в ресторане четырехзвездочного отеля. — Она улыбнулась особенно мило и добавила: — А еще заказной набор косметики фирмы «Эсти Лодер».

— Нет! Первый приз — участие в программе Тома Джонсона!

— Боюсь, это уже невозможно. И, уверяю вас, никакой вины со стороны устроителей конкурса здесь нет, — с видом великомученицы терпеливо пояснила миссис Куган. — Дело в том, что это киношники изменили условия. Оказывается, они уже набрали достаточное количество претенденток и прекратили отбор.

— Нет, так нельзя! — Джуди чуть не плакала. — А как же они увидят Глорию?

— Говорю вам, они уже прекратили отбор, — миссис Куган постепенно теряла терпение. — А теперь мне пора идти, мисс Мартинес.

— Я уверена, что если бы они увидели Глорию, то наверняка бы ее выбрали! Ведь она такая талантливая…

— А у меня такой уверенности нет! Глория, вне всякого сомнения, очень красивая девушка, но конкурс на роль Саманты огромен. — В глазах миссис Куган промелькнуло раздражение. — Так что шанс, что Глорию выберут, ничтожно мал.

Джуди сжала челюсти и, встав на цыпочки, с расстановкой произнесла:

— А теперь послушайте, что я вам скажу, миссис Куган. У меня в кармане брошюрка с условиями конкурса, где черным по белому напечатано, что победительница конкурса «Мисс Санта-Роза» попадет на прослушивание для программы Тома Джонсона. И вы обязаны это условие выполнить. В противном случае я нанимаю адвоката и он возбуждает против вас дело.

— Послушайте, Джуди…

— Всего доброго, миссис Куган! — с металлом в голосе отчеканила та. — Завтра в полдень я приду к вам, и, надеюсь, вы к этому времени пробьете участие Глории в прослушивании. Иначе мы с вами встретимся в суде.

По пути домой вся бравада Джуди испарилась. Какой адвокат? У нее нет денег на адвоката. Но отступать некуда, и она убедила себя, что блеф сработает.

И, как ни странно, он сработал!

— В порядке исключения продюсеры программы Тома Джонсона любезно согласились устроить Глории короткое прослушивание в Лос-Анджелесе вместе с другими претендентками, — чопорным тоном поведала миссис Куган, когда Джуди с замиранием сердца вошла к ней в офис на следующий день. — Вот адрес студии и информация о программе, которую нам прислали пару месяцев назад. Глория вместе со своим сопровождающим должна быть в Лос-Анджелесе к десяти утра в среду.

— А как же она туда доберется?

— Ну а это уже ваша забота! — не скрывая удовольствия, ответила миссис Куган, протягивая Джуди папку с бумагами. — Организация проезда в обязанности устроителей конкурса не входит. По-моему, мисс Мартинес, мы и так сделали все от нас зависящее. Будьте любезны, передайте Глории от нас пожелания удачи.

Джуди приняла папку с таким видом, словно оказала миссис Куган величайшую милость, и с достоинством выплыла из офиса. Но стоило ей выйти в коридор, как ее одолели сомнения. Денег у нее нет. Как же доставить Глорию в Лос-Анджелес?


— Джуди, а ты часом не рехнулась? — спросила Глория, пристально глядя сестре в лицо. — Да наш пикап и до Альбукерке не дотянет, а ты собралась пилить на нем в Лос-Анджелес!

Помятый старый пикап, стоявший за домом, был единственным транспортным средством семьи Мартинес. Некогда красный кузов был столько раз латан, что от первоначального цвета почти ничего не осталось. Джуди и сама сомневалась в мобильности этого агрегата, но в свою очередь ополчилась на Глорию:

— Что за упаднические настроения! Пару лет назад перебрали мотор, ну и вообще, кое-что починили и подтянули… — Она сурово сдвинула брови. — Короче, хватит трепаться! Бери чемодан и иди в машину, а я поговорю еще разок с Памелой.

— Джуди, но я не хочу ехать в Калифорнию! — жалобным голоском произнесла сестра. — Я боюсь. И вообще, у меня ничего не получится.

— Не хочешь, а придется! — отрезала Джуди. — Лезь в кабину и жди меня!

Памела лежала на диване, ожидая начала вечернего шоу. Присев на корточки, Джуди коснулась руки мачехи и тихо сказала:

— Памела, прошу тебя, поедем с нами! Не хочу оставлять тебя здесь одну. — Она тихонько сжала ей ладонь. — И потом, когда Глории предложат роль в программе Тома Джонсона, продюсеры наверняка захотят поговорить с ее мамой.

Тускло-голубые глаза Памелы неотрывно смотрели в экран телевизора.

— Джуди, у меня нет сил ехать в такую даль. И потом, как же я пропущу свой любимый сериал?

Джуди едва скрывала досаду.

— Памела, ну при чем здесь сериал! Мы все в долгах, кафе дышит на ладан… — Она шумно вздохнула. — Все равно, рано или поздно, нам придется отсюда съехать!

Памела перевела взгляд на Джуди, но в ее глазах Джуди не увидела ничего, кроме безразличия и усталости.

— Но ведь нас пока не выселяют, — бесстрастным голосом возразила она, — так что лучше я здесь поживу.

Джуди пустила в ход последний довод:

— Памела, но как же мы без тебя? А что, если к Глории начнет приставать какой-нибудь тип? Ты же ее знаешь… Вдруг я с ней не справлюсь?

— Справишься, — устало произнесла Памела и снова уставилась в экран. — Джуди, ты у нас всегда со всем справляешься.


За ночь Джуди вымоталась до предела. Глаза слезились, голова без всякого предупреждения валилась на руль. Клаксон рявкнул, и Джуди, вцепившись в руль, еле-еле успела вывернуть машину с края обочины.

Около Альбукерке они потеряли глушитель, а на въезде в Аризону прорвало шланг водяного охлаждения. А потом еще пару раз пришлось латать шину. Джуди верила в удачу, но отложенные на крайний случай деньги таяли с такой скоростью, что она начала беспокоиться. А ведь они не проехали и половины пути! Если она не поспит хотя бы часок, то наверняка слетит в кювет, а то и вовсе выскочит на встречную полосу.

Джуди посмотрела на сестру: та уютно посапывала, прислонясь к окну, черные локоны трепал ветер, пушистые ресницы бросали на нежные щеки длинные тени…

— Глория, проснись!

Та сладко потянулась и причмокнула во сне, как ребенок.

— Глория, проснись! — повторила Джуди и потрясла ее за плечо. — Да просыпайся же ты, наконец!

— Что случилось? — спросила сестра, потирая заспанные глаза.

— Садись за руль! — велела Джуди. — А я чуток посплю.

— Джуди, ты же знаешь, водитель я никакой… — заныла Глория. — Может, тормознем на ближайшей стоянке и ты поспишь, а?

— Ты что, спятила?! Мы и так уже выбились из графика. Завтра в десять у тебя прослушивание. Или ты забыла?

— Да помню я все, просто мне не хочется вести машину. — Глория скорчила кислую мину. — А ты сама-то помнишь, что было, когда я последний раз села за руль?

Джуди собралась нажать на сестру посильнее, но тут, на ее удачу, на обочине показался голосующий, и она нажала на тормоз.

— Джуди, что это ты надумала?! — изумилась Глория. — С ума сошла?

— Не твоя забота! — огрызнулась та и выпрыгнула из машины, не глуша мотор.

Парню было на вид лет двадцать с небольшим. Лицо довольно приятное, каштановые лохмы до плеч, светло-карие заспанные глаза, жидковатые усики, безвольный подбородок… Вроде на насильника-извращенца не похож. Туристский мешок, потрепанные джинсы, линялая майка…

— Студент? — спросила Джуди, пристально глядя ему в лицо.

— Проучился семестр в Аризонском университете, а потом вышибли.

Джуди с одобрением кивнула.

— Куда направляетесь? — Нет, на маньяка он не похож. Хотя черт его знает?! — С грузовичком справитесь?

— А то! — самодовольно хмыкнул тот. — Дело привычное… У моих предков ранчо. Выращивают овец, — пояснил он и представился: — Меня зовут Крис Торнтон.

Джуди понимала: последнее слово за ней и права на ошибку у нее нет. Она не может подвергать Глорию опасности.

— А я Джуди Мартинес. — Она помолчала и спросила: — Скажите, Крис, а вы ходите в церковь?

— Нет, — честно признался парень и удивленно округлил глаза. — Теперь не хожу. А вообще-то я протестант. Устроит?

— Сойдет! — буркнула Джуди, а про себя подумала: лучше бы католик. Засунув руки в карманы джинсов, она уставилась на него, всем своим видом давая понять, кто здесь главный. — Мы с сестрой едем в Лос-Анджелес. Глория участвует в телешоу. Завтра в десять мы должны быть на месте. Едем без остановок. Имейте в виду, вздумаете шутить шутки, вышвырну из машины к чертовой матери. Понятно?

Крис промычал нечто нечленораздельное, и Джуди кивком пригласила его в кабину.

— Садитесь за руль.

Взглянув на нее сверху вниз, он почесал грудь.

— А сколько вам лет, если не секрет?

— Девятнадцать. — Она бросила на него суровый взгляд и с расстановкой произнесла: — В прошлом месяце я вышла из тюрьмы, так что советую сидеть смирно. Не то я и вам прострелю башку, как тому типу.

Крис молча забросил рюкзак за сиденье, поднял глаза и, увидев Глорию, часто-часто заморгал. Джуди вскарабкалась на ступеньку и, потеснив сестру, уселась на место пассажира. Крис сел за руль, включил передачу, и машина с ревом рванула вперед. А Джуди через пару минут спала мертвым сном.

Часа через три Джуди проснулась и сразу поняла, что совершила ошибку. Глория и Крис ворковали и строили друг другу глазки. Этого ей только не хватало! Надо бы высадить этого сукина сына, но самой ей садиться за руль рановато, так что придется потерпеть этого Ромео до Лос-Анджелеса.

Сон сразу пропал, но любоваться распускающей слюни парочкой Джуди не собиралась: лучше еще разок просмотрит бумаги, которые дала миссис Куган, — нарисованный от руки план проезда в студию и журнальная заметка о программе Тома Джонсона. Джуди углубилась в чтение.

В отличие от Глории она никогда не сходила с ума от кинозвезд и вообще предпочитала фильмам книги, но внешне Том Джонсон ей всегда нравился. А когда она прочитала рассказ О'Генри «Бабье лето Джонсона Сухого Лога», то представила в своем воображении именно Тома Джонсона, а на месте юной Панчиты видела себя. Последнее время он не так часто снимался, да и фильмы о ковбоях теперь уже не так популярны…

Хотя Джуди и не из тех, кто преклоняется перед кинозвездами, но все-таки здорово, что у нее есть шанс увидеть Тома Джонсона живьем!

Загрузка...