Математика и Физика

Как я и предполагал, Эдик пришел пешком, а не привез свою тощую жопу в лимузине.

В принципе, много кто подходил на своих двоих, но казалось что возимых было гораздо больше. Поток машин не кончался, и они уже создавали перед школой существенную пробку. Нет чтобы высадить своих пассажиров просто рядышком со зданием, водители длинных катафалков так целеустремлённо стремились подъехать к центральному входу, словно в этом заключался весь смысл их шоферской жизни.

Многое мне пока неизвестно, но судя по тому что вижу, всё стандартно и детишки здесь делятся на два типа: на тех у чьих родителей есть деньги, и тех и кого их нет. Богатых возят, бедные ходят пешком.

— Привет! — едва я вышел из своей «засады», как меня сразу же «срисовал» Эдик, — Ты как сегодня? Вспомнил что-нибудь?

— Неа… Так, пробивается что-то частично…

— Что, даже родные стены не помогли? — опять нахмурился Эдик.

— Представь себе, нет. — ответил я как можно небрежнее. — А та женщина в моём доме, она кто мне?

— Ну ты даёшь! Это ж сестра твоя!

— Сестра? Ты ничего не путаешь? — на роль матери по возрасту она подходила, но сестра? Хотя почему нет?

— Ну да, сестра. А чему ты удивляешься?

— Да так. Я ж не помню ничего. Или ты забыл?

— Не забыл. Удивительно просто. Тебя словно подменили, даже ходишь теперь не так как-то…

— Не так?

— Ага. Раньше ты осторожно двигался, под ноги смотрел, не лез вперед всех, а сейчас как тараном работаешь… — ответил Эдик, когда мы пробились через столпившихся у входа учеников.

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю. Наверное хорошо. — пожал плечами тот.

— Филатов! Стоять! — окликнули сзади, и на плечо мне легла чья-то тяжелая рука.

Будь я в форме, сломал бы. А так только вывернул, заставив обладателя конечности заорать от боли.

— Ты охренел, Филатов⁉ — отскочив к стене, незнакомый мужчина средних лет прижимал повисшую плетью руку, и что-то мне подсказывало что я напортачил.

Вот только мгновенного наказания не последовало, пробуравив меня взглядом, незнакомец выругался неприлично и ускакал куда-то огромными шагами.

— Ты зачем это сделал? — округлив глаза, прошептал Эдик.

— А какого хрена он меня лапает? — возмутился я. — Кто он такой вообще?

Эдик посмотрел пристально, и со вздохом пояснил что я только что чуть не сломал руку физкультурнику, у которого уже больше полугода мы занимаемся на дополнительных занятиях.

— И чему он нас учит?

— Так понятно чему, драться… — снова вздохнул мой товарищ.

— Значит пусть радуется, научил. — не смог не съехидничать я, хотя и понимал что перегнул палку.

В класс зашли со звонком.

Просторное помещение с большими окнами и высокими потолками, три ряда парт, стол преподавателя, пара шкафов, и какой-то непонятный прибор возле доски.

Учеников много, на каждом ряду заняты почти все парты, плюс мы с Эдиком, выходит больше двадцати человек.

В спешке готовящаяся половина, даже не заметила что мы вошли, а те кто не заморачивался повторением, или списыванием, отнеслись к нашему появлению совсем вяло. Пара «приветов», столько же кивков, и вот мы уже сидим на последней парте первого ряда.

— Ты доклад сделал? — выкладывая из портфеля стопку тетрадей, прошептал Эдик, но тут же опомнился, — А… Ты ж не это… Ладно…

Глядя что достает товарищ, я нашёл то же самое, и водрузил на стол одновременно с появлением преподавателя. Точнее преподавательницы.

Высокая блондинка лет тридцати, с «коровьими» глазами и необъятной грудью, внешне казалась глуповатой, что не вязалось с названием предмета который она преподавала — «высшая математика и теория вероятностей»

— Скоро экзамен… — наклонившись к моему уху, прошептал Эдик, пока я разглядывал манящее декольте учительницы.

— Экзамен?

— Угу. Первый из тринадцати… — так же шёпотом уточнил мой новый друг.

— Здравствуйте! — пройдя к своему столу, и поздоровавшись, блондинка повесила сумку на спинку стула.

Класс отозвался нестройными голосами.

— Как вы все знаете, скоро у нас будет экзамен, и мне очень бы не хотелось чтобы кто-нибудь его завалил. Это понятно?

Остатки «глуповатости» слетели, стоило женщине заговорить. Уверенная в себе, взгляд прямой, держится королевой — такие представительницы прекрасного пола мне всегда нравились, наверное поэтому не успел вовремя отвести взгляд от груди математички.

— Филатов! У тебя есть вопросы? — «поймала» мой интерес она.

Я пожал плечами, не зная что говорить.

— Или ты всё выучил, и всё знаешь?

Моя деятельность в прошлой жизни требовала высокого уровня разнообразных знаний, в том числе математики, и я мог надеяться что здесь не будет ничего такого, что было бы мне непонятным.

— Вроде того.

Женщина усмехнулась.

— Вот тебе раз! Ещё на прошлом уроке стоял у доски — «ни бе, ни ме», а тут вдруг разом поумнел? Так получается?

— Вроде того… — повторил я.

Ученики зашевелились, закрутили головами, раздались смешки и хихиканья.

— Может, тогда и к доске выйдешь?

— Как скажете… — буркнул, поднимаясь со стула. Вообще-то сейчас бы лишний раз не отсвечивать, но чего уж теперь…

— Что решать будем? — когда подошёл ближе, снова усмехнулась преподавательница.

Чтобы не пялиться на грудь женщины, мне пришлось повернуться к доске. Я хотел взять мел, но мела не было. Да и доска ничуть не напоминала привычную. Гладкая и блестящая, она скорее походила на экран телевизора, чем на то что висит обычно в школьных классах. Хотя чего греха таить, я и не был никогда в нормальной школе, а то место где учили меня и моих сверстников, больше походило на бомбоубежище. Доски у нас были обычные, с мелом, тряпками, учебники в дефиците, а терминал только у учителя.

— Что угодно… — пожал я плечами, на ходу соображая как же работает это чудо техники. И нет, я понимал что тут что-то сенсорное, но уж больно непривычно выглядело.

Женщина задумалась на мгновение, и с насмешкой произнесла,

— Как насчёт теоремы Лагранжа?

— Да пожалуйста… — буркнул я, мимолётно удивляясь простоте задачи.

В классе снова захихикали, а блондинка передала мне какую-то палочку типа небольшой указки.

— Тогда бери стилус, и покажи на что ты способен. — сказала она.

«Получается это и есть мелозаменитель», — подумал я, и проведя небольшой эксперимент по проверке работоспособности сего агрегата, за пару минут набросал на доске доказательство теоремы.

— Это какой-то фокус? — спросила внимательно наблюдавшая за моими действиями женщина.

— Как хотите. — не стал я спорить.

Она поднялась со своего места и подошла так близко, что едва не коснулась меня своим необъятным бюстом.

— Хорошо… — забрав стилус, блондинка написала на доске элементарное интегральное уравнение.

— Семь вторых в десятой степени. — быстро посчитал в уме.

— Что? — обернулась она.

— Получается семь вторых в десятой степени. — повторил я.

— На ходу подметки рвёшь. — улыбнулась женщина. — А если проверю?

— Да пожалуйста.

Потратив на решение уравнения пару минут и получив такой же ответ, она озадаченно повернулась, и внимательно посмотрела мне прямо в глаза.

— Не пойму, как ты так делаешь, но ведь это какой-то фокус?

— Как хотите. — снова не стал спорить, надеясь что она отстанет.

Но не тут то было, блондинка не унималась, придумывая новые и новые примеры.

— Вот скажи мне пожалуйста, к чему был цирк, который ты устраивал мне весь последний год? — наконец «сдалась» преподавательница.

— Не знаю. — пожал я плечами. Выдумывать что-то, так мало зная об окружающем, себе дороже, поэтому лучше ограничиваться короткими ответами: Да, нет, не знаю.

— Может ты занимался с репетитором?

— Ага, по физкультуре! — насмешливо фыркнул незнакомый мне здоровяк с последней парты третьего ряда. Едва умещающийся на своем месте, он походил на огромного гиббона, но выглядел при этом на удивление добродушно.

— Косую сажень в плечах накачать хотел! — добавил его сосед.

Учительница в который раз пристально посмотрела на меня, словно пытаясь найти в чём же загвоздка, и произнесла негромко,

— Хотел в плечах, а накачал, получается, во лбу…

— Косая сажень во лбу? — повторила симпатичная девушка с первой парты, и глупо хихикнув, прикрыла рот ладошкой.

Наверное проверка продолжилась бы дальше, но тут прозвенел звонок, и повскакивав со своих мест, ученики бросились на выход.

— Филатов! Задержись! — остановила меня блондинка.

— Ты точно не жульничал? — когда последний из моих одноклассников покинул класс, спросила она.

— Точно.

— Значит весь этот год занимался сам?

— Да.

— Хорошо… Если всё так, как ты говоришь, у тебя есть неплохой шанс поступить в высшую школу, но нужно успеть подать заявку.

— У меня есть время подумать?

Решать такие серьёзные вещи с бухты-барахты я не хотел, мой «вес» в новом времени был крайне невелик и дальнейшая судьба зависела от множества факторов. Если проводить аналогии, моё сегодняшнее состояние — бумажного кораблика посреди океана, заставляло крайне осторожно предпринимать какие либо шаги.

— До экзаменов. — ответила преподавательница, — Приём документов закончится с их началом.

Выглядит странно, мне казалось что подача документов и выбор вуза происходят после экзаменов, но спорить не стал, а по обыкновению просто кивнул.

Блондинка же, закончив разговор на столь оптимистичной ноте, посмотрела на часы и сообщила что если я сейчас же не рвану на урок, то опоздаю.

Делать было нечего, и на прощанье ещё раз посмотрев в широкий вырез платья женщины, я двинулся на выход.

— Чего так долго? — у дверей дожидался Эдик. — Побежали скорее!

До конца коридора, вверх на два этажа и ещё столько же по прямой.

— С каких это пор вы позволяете себе опоздания? — гундосо перехватила нас ещё одна дама, похожая на паровоз и совсем не привлекательная.

— Простите Маргарита Львовна, больше не повторится… — низко опустил голову Эдик.

— Простите. — повторил за ним я.

Физика. Судя по многочисленным плакатам, здесь был кабинет физики, а могучая женщина тем самым человеком что вкладывал этот предмет в пустые подростковые головы.

— Сегодня у нас новая тема. — дождавшись когда прощённые мы, усядемся за свою последнюю парту, начала женщина.

— Механическое влияние тела на окружность в астрале.

Так же как и математику, физику я любил и знал, но демонстрировать на этот раз ничего не собирался. Хорошего помаленьку, как говорится.

— Это последняя тема нашего с вами образования, поэтому постарайтесь хорошенько усвоить её. — добавила она. — Тем более это касается тех кто пойдёт в высшую школу, где без физики вы не то что учиться не сможете, вас там даже в туалет, простите, не пустят.

Каким боком незнание физики относится к посещению туалета, я не сообразил, но переспрашивать, разумеется, не стал. Может, это присказка у неё такая, а я тут умничать буду. Вот только как бы не хотелось мне «спрятаться», участь моя была предопределена опозданием. Сначала женщина-паровоз вызвала Эдика, заставив его минут десять мычать у доски, а потом без паузы принялась за меня.

— Ну что, Филатов? — разглядывая журнал, что-то отметила физичка.

— Что? — повторил я.

Женщина подняла голову и так пристально уставилась мне между глаз, что могла бы и дырку прожечь. Вот только я, уже не я — в контексте случившегося, поэтому её тяжёлый взгляд выдержал спокойно, опыт был.

— Ну ладно. — наконец махнула она рукой. — Пиши все формулы которые помнишь.

И тут бы мне проблеять чего нибудь по типу Эдика, да отвалить на место, но врожденная «скромность» не позволила.

— Так доски не хватит, Маргарита Львовна. — зачем-то копируя её манеру, прогундосил я.

— Серьёзно? — не уловив издевки, приподняла очки физичка. — не хватит доски чтобы нацарапать все известные тебе три формулы? Или ты будешь большими буквами писать?

— У него кривая сажень в башке, он умный теперь! — хихикнул тот же здоровяк с третьего ряда.

— Косая. И не в башке, а в плечах. И не у него. — Смерив здоровяка недовольным взглядом, поправила Маргарита Львовна. Класс заржал.

Естественно, я обиделся. Осторожность осторожностью, но когда ты ещё вчера «правил балом» такое воспринимается несколько болезненно.

— А давайте я вам расскажу как могут сингулярности не скрывающиеся за горизонтом событий, возникать из реалистичных начальных условий?

— Чего? — собрав лицо в кучу, подвисла физичка.

— Или лучше опровергну версию космической цензуры Роджера Пенроуза, в которой предполагается что это невозможно? А может вы мне объясните почему голые сингулярности встречаются гораздо чаще, чем чем экстремальные решения уравнений Керра-Ньюмана?

В классе повисло молчание. Наверняка не будь опыта с математикой, ржака так бы и продолжалась, но опыт был, и сейчас мои одноклассники предвкушали эпичную развязку.

— Ты сам-то понял что сказал? — отмерла Маргарита Львовна.

Я промолчал.

— Изобрази для начала все три закона Ньютона и формулу Хаоса, а там уж и к сингулярностям перейдём…

Заняло это у меня не больше двадцати секунд, основная часть которых ушла на поиск стилуса.

— Закон Ферра. — хмыкнув, продолжила физичка.

Я исполнил.

— Теорему Гаусса. — она поднялась со своего места и поправляя сбившееся на заду платье — напоминающее чехол для танка, подошла ближе, заглядывая мне в ухо.

Гаусса я доказал уже не настолько споро, понимая что так мы и до научной работы дойдём.

Женщина молча смотрела пока я писал, и когда закончил, задала ещё парочку вопросов.

— Ну что ж, Филатов… — задумчиво произнесла она.

— Всегда думала что с вашим классом я бесполезно трачу своё время, но теперь вижу, — не зря. Ты думаешь поступать в высшую школу?

Мне ничего не оставалось, как только кивнуть.

Физичка задумчиво уставилась в журнал.

— Первый раз вижу чтобы умный человек так хорошо представлялся дурачком… Какой у тебя индекс?

— Эмм?.. — подвис я, но тут вмешался Эдик.

— Семь-тринадцать, Маргарита Львовна! — выкрикнул он из-за парты.

Та недовольно зыркнула на выскочку, но ругать не стала.

— Если поднажмёшь, Филатов, вполне сможешь поднять до десятки. А там прямая дорога в высшую школу…

— С математикой, думаю, всё тоже неплохо?

Я кивнул.

— Да уж… — вздохнула она, и резко переключилась на остальных учеников.

— До конца урока пятнадцать минут, на каждого по минуте! Азаров — к доске!

Сказать что тупые — не скажешь. Скорее ленивые и не сильно мотивированые одноклассники с переменным успехом сдавали этот мини экзамен, и в итоге пол класса получило незачет.

— Это даже не двойка, это хуже! — констатировала Маргарита Львовна. — Девкам-то ладно, нос припудрила и замуж, а вот вам мальчики, должно быть стыдно. Куда вы с такими знаниями? Унитазы крутить?

— Ну почему… Я, например, в военную академию собираюсь — снова подал голос здоровяк с третьей парты.

— С тобой понятно, Виталик, то что у тебя кривая сажень во лбу, я сразу догадалась, ещё в начальной школе. А вот остальные?

Услыхав про кривую сажень, Виталик довольно заулыбался, и выпятил грудь. Причём так тупил не только он, а добрая половина одноклассников которая смотрела на него с неприкрытой завистью.

Естественно, были и те что поняли шутку юмора, но само наличие такого количества дебилов в одной из лучших школ города нисколько не вдохновляло. И это только начало.

Хотя, справедливости ради, надо сказать что школа эта особенная, и при наборе детей смотрят не на индекс интеллектуального развития, а на предрасположенность к использованию силы. Есть потенциал? — Добро пожаловать, даже если как пробка туп. Ну а нет, так хоть семи пядей во лбу, — извините.

А после урока Эдик сказал что будет большая получасовая перемена и потащил меня в столовую. Есть не хотелось, но оставаться одному не хотелось ещё больше. Не скажу что школа пугала меня, но без прежних возможностей я чувствовал себя не в своей тарелке. Тело досталось мне «одарённое», но весьма и весьма скромно, поэтому действовать приходилось с тройной осторожностью. И нет, кое что я и сейчас мог, совсем беззащитным не был, но по сравнению с собой прошлым, мои теперешние возможности выглядели весьма уныло.

— Сегодня должны быть классные пирожки с грибами, их всегда по четвергам готовят! — распалялся мой голодный товарищ.

— А кроме? — спросил я, потому что грибы не любил ни в каком виде.

— Да много чего… — задумался Эдик. — Но пирожки, это нечто!

Столовая оказалась на первом этаже и первое что я увидел — длиннющую очередь.

— Охренеть… — вырвалось у меня, но Эдик успокоил, сказав что на раздаче семь точек и обслуживают очень быстро.

— Ты пока займи место, а я постою. — предложил он, кивнув на свободный стол в углу перед окном.

Судя по тому что я видел, занять место — положить портфель на стул. Половина всех стульев зала держали на себе разнообразные рундучки и сумки. Вот и я сделал так же, но не успел отойти, как за спиной что-то шмякнулось об пол.

Загрузка...