Глава 28

В мимолетной черной вспышке возникнув в своих покоях, у дальней от входа стены, Тирисфаль, не теряя ориентации в пространстве, сразу же прошел к рабочему столу. Ухватившись рукой за спинку стула, он со скрежетом оттянул его назад, прежде чем сесть.

Перед взором мага ясно горела картина кристаллической пещеры, переполненной магией. Огромные каменные врата, опечатанные синей, полупрозрачной породой, являвшейся частью тела высшего элементаля. И стабильный проход на иной План.

— И что с этим делать? — Произнес мужчина в пустоту, подняв голову к потолку. — Теперь мне интересно, какое «зло» таится за проходом. Зря совался…

Потратив несколько минут на фантазии, перебирая различные варианты, колдун выдохнул и зарылся в бездонную сумку.

В своих мыслях, он не допускал и тени шанса на победу над подобной сущностью, даже в полном здравии. Слишком уж враг был силен в подходящем окружении, к тому же имел поддержку из родного измерения, в том числе служивших ему средних и младших собратьев.

На стол, покидая недра хранилища, поочередно легли все добытые в вылазке души. Рядом с ними, в лучах магического освещения, сиротливо поблескивали пара драгоценных камней.

Отодвинув к краю поверхности молочно-белые друзы, чернокнижник взял в руку крупный, необработанный, кусок синего турмалина. Внутри него теплилась невредимая душа Маназмея. Для восстановления духу не требовалось ничего, кроме достатка в магической силе и времени.

На несколько секунд демонолог погрузился в себя, закопавшись в глубины памяти, активно подбирая нужную формулу. Основой была выбрана часть ритуала призыва слабых демонов, отвечающая за повиновение. Печать Контроля. Творчески доработав ее, все же цель предполагалась иная, он наложил заклятье на вместилище духа, поступив точно так же и со вторым, оставив их лежать на столе и набираться сил.

Покончив с самым простым, быстрым делом, чаротворец перевел взгляд на скованные Искры. С внутренней порывистостью, нетерпением, мало заметными внешне, схватив пару, по одной в каждую руку, он откинулся на спинку стула, предвкушая интересный опыт. Такова была одна из его собственных Близостей.

Уже имея кое-какое понимание предстоящего процесса, Тирисфаль торопиться не стал. В прошлые разы ему доводилось работать с уже инициированным сближением, а потому подход следовало изменить. Прежде всего — запустить его самому.

Руки мужчины потянулись навстречу друг другу, столкнув вместе кристаллы. Материальная оболочка распалась, исчезнув без следа. Остались лишь полностью обнаженные души.

Восприятие мага распространилось во вне, проникнув внутрь Искр, за внешний слой и скользнуло дальше, к «ядру». От прикосновения к сущности, на языке ярко вспыхнул привкус земли, а в носу засвербело от запаха пыли.

Скрытые маской, брови колдуна склонились к переносице. Концентрация внимания и воли сразу на двух источниках сопротивления давалась тяжело. Все невеликие умения в обращении с душами, коими он располагал, лежали в сугубо деструктивном ключе, что тоже не облегчало задачу.

Концентрация полностью поглотила сознание демонолога, исторгнув и затмив всё постороннее. Осторожно, дабы не навредить, он смещал сущности к границам, нарушая внутреннюю целостность душ.

В какой-то момент они лопнули, подобно мыльным пузырям. Энергия, будучи во власти, не развеялась, собравшись в разряженное облако между ладоней.

— В чем я ошибся? — Пробормотал чернокнижник, преобразовывая материал в Осколки, что заполнят несколько пустых мест в наплечниках. — Нужно пробовать еще.



Еще две попытки к ряду успехом не увенчались. Слияние не начиналось. Насильственный подход лишь вредил душам, разрушал их, либо наносил повреждения.

На столе, возле россыпи фиолетовых ромбовидных кристаллов, лежала сброшенная серая маска. На лице Тирисфаля играли желваки. Тьма, заменившая ему глаза, клубилась и колыхалась, отражая бушующее внутри недовольство. Взглядом он сверлил оставшиеся в распоряжении души и усиленно думал.

Резко поднявшись со стула, зацепив телекинезом за собой шесть Искр, он покинул покои и быстрым шагом, почти бегом, спустился на следующий уровень. На ходу достав емкость с чернилами, мужчина завернул в комнату с первым живым ритуалом, все еще не вошедшим в полную силу. Его вела мысль. Перед внутренним взором уже сиял нужный узор, способный подтвердить, либо опровергнуть догадку.

Из-за откупоренной крышки хлынула жидкость и расплелась на пять тоненьких потоков, предел для используемого заклинания, принявшиеся стремительно воплощать фантазию в жизнь.

Втянув остатки аметистовых чернил обратно, маг закрыл сосуд и снова его спрятал.

Всю левую нижнюю, свободную, четверть комнаты теперь занимал сложный рисунок, состоящий из пяти окружностей, главной — большой, центральной, и четырех поменьше, вспомогательных. От композиции вверх тянулась линия, врезавшаяся в питающую жилу Средоточия. Она вдыхала необходимую энергию.

Круг Острого Разума значительно расширял и укреплял когнитивные функции пользователя, помогая справиться с тяжелыми задачами, громоздкими вычислениями, кои любила школа Тайной Магии. Во многом переложенный на символику Тьмы, менее точную и более широкую в своих возможностях, дополнительно расширенный, улучшенный, он приобрел и другие возможности. Прежде всего свойство Познания.

Выпив Кровь Мага, зелье, помимо прочего, стимулирующее сознание, колдун решительно вошел в главную фигуру. Ощущение пробежавшего по мозгу холодка заставило его непроизвольно передернуть плечами. Вместе с тем он остро ощутил возросшие возможности восприятия реальности. На грани сознания заскребся потусторонний шепот. Нахлынуло ментальное давление, но одеяние и татуировки, отделявшие его от самой Морены, справлялись. Периферийное зрение заволокло чернотой.

Медленно выдохнув, он позволил паре Искр скользнуть в ладони и столкнул их, выведя мощь зрения на предельный уровень, от чего из пустых глазниц хлынул мрак.

И тогда чернокнижник смог узреть, ранее от него ускользавшее. Сущности новорожденных душ элементалей испускали едва уловимую рябь, похожую на круги на воде.

— Не показалось… — Пробормотал он и разве руки в разные стороны. — Отклик пропал. — Снова свел вместе. — Появился.

Подхваченные давлением воли, сущности сдвинулись с места, медленно направившись к границам. Постепенно, по мере продвижения, рябь становилась сильнее, покуда не превратилась в беснующиеся волны, вырывающиеся за пределы Искры. Наталкиваясь на соседку, они наносили вред ее целостности. Именно этот эффект приводил к взаимному уничтожению душ в прошлые разы.

Дабы не потерять напрасно еще больше материала, демонолог оборвал сближение. Без его целенаправленного подталкивания, сущности мигом вернулись на положенный им мирозданием места — центры сфер.

«Следует подумать…»

Усевшись на каменный пол, чаротворец положил Искры у коленей, так они находились на достаточном расстоянии, на котором прекращались все вредоносные флуктуации. Даже самые минимальные, не способный нанести никакого урона.



Кутаясь в лучи закатного солнца, Инфей вышла за пределы поселка, шагнув с каменной дороги на мягкую травку. С ее лица сошли напускные улыбка и веселость, кои щедро демонстрировались деревенщинам, сменившись усталостью. В глазах заплясали огоньки злобы и презрения.

Деве отчаянно хотелось пустить кровь, выместить на ком-то накопленные эмоции и вкусить ни с чем не сравнимой энергии.

Причина столь отвратного настроения крылась в путешественниках, на протяжении всего дня составлявших ей компанию.

На вкус демоницы они оказались хуже приставучих болотных насекомых, отвратительнее пиявок. Задание, порученное господином, требовало от нее определенно уровня сближения с ними, общения. Однако она никак не ожидала, что те сами повалят к ней, не давая прохода, и будут донимать вопросами или требованиями, после небольшого разговора с одной из них.

Какое-то время прожив среди людей, суккуб успела привыкнуть к почтительно отношению. Это превосходно тешило ее самолюбие. Создавало иллюзию высокого положения. И беспардонное отношение некоторых странников не входило в нововыстроенную картину мира.

Одно лишь немного примеряло ее с действительностью — досталось всем жителям Дальнего Приюта. В особенности держателю таверны.

Уже подойдя к каменной надстройке, закрывавшей спуск в недра подземелья, девушка остановилась, заметив движение внутри. На ее лице произошли стремительные метаморфозы. Пропали всякие следы недовольства, уступив место легкой улыбке и прищуру.

— Что вынюхала? — Раздался голос из черноты. Выйдя наружу, колдун оперся плечом о стену и сложил руки на груди.

— Немногое. — Честно ответила инфернальная красавица, сморщив носик. — Странники… необычны. Всюду суют нос, ко всем пристают. Произносят странные слова, когда думают, что их никто не слышит. Одна из их рода утверждала, что способна раскрыть в себе способности к магии.

— Повтори. — Потребовал мужчина.

— Лут, опыт, пати, точка фарма, уровни, классы и квесты. Остального не помню.

— Трофеи, энергия души, группа… — Тихо бормотал маг. — Место с богатой добычей, сила Искры, принадлежность к пути развития и задания…

— Это расшифровка? — Суккуб подобралась ближе к господину, заглядывая под капюшон, на гладкую маску.

— Верно. — Чернокнижник повел головой, отвернувшись в сторону.

— Со мной Ирридил не стал делиться их значением. — Демон проследила взгляд древнего, наткнувшись на дозорную башню.

«Там я еще не была» — При мысли о верзилах в латах, девушка непроизвольно поежилась.

— Это самобытные понятия. — Глухой голос, отдающий ирреальным эхо, впрочем, внушал ей гораздо больше трепета, вернув к реальности. — Пробовала Очарование?

— Любому из них смогу вскружить голову. С женщинами… сложнее.

— Пора тебе стать больше, чем красивое украшение подле меня. — Демонолог повернул голову к слуге, заставив ее внутренне похолодеть и сглотнуть. — Начни заводить знакомых среди них. Стань лучшим другом для странников.

— Зачем? — Единственное слово, произнесенное ровным, спокойным тоном, стоило Инфей больших усилий. Такие моменты она истово ненавидела.

— Мне знакома натура этих созданий. Они похожи на людей, однако полноценно ими не являются. Их восприятие действительности — искажено. Можешь считать, что они живут по иным правилам реальности, отличным от наших. Начни давать им поручения, например, сбор трав, и сама сможешь в этом убедиться.

Ощутив прохладное прикосновение к груди, соблазнительница опустила глаза на ладонь, легшую ей на грудь. На лбу выступила испарина. Во рту мигом пересохло. Тело пробила мелка, еле уловимая, дрожь.

То была левая длань. Артефакт, чьи возможности внушали ей ужас и благоговение, напополам со сводящим с ума желанием им обладать.

— Понимала ты это или нет — уже не важно. На твои плечи пало бремя первой жрицы. Первой, после меня. И пусть моя божественность утрачена, я ее верну. Твоя же обязанность помочь мне в этом деле. Набрать верных последователей, паству.

— Культ… — Одними губами прошептала демон, расширив глаза.

— Под носом у всех. — Холодно усмехнулся маг. — Странники более чем способны стать его фундаментом. Если приложить достаточно усилий.

— Люди могут успеть быстрее меня.

— Вряд ли.

— А Оракул?

— Не может пристально следить за мной и ближайшим окружением.

— Я буду осторожна. — Заверила жительница иной Сферы.

— Знаю. — Ладонь Тирисфаля двинулась выше, вдоль шеи, кончиками когтей опасно скользя по нежной коже, и легла на щеку. — У тебя нет права на ошибку.

— Пара сестер могут изрядно мне помочь. — Задрав голову, инстинктивно пытаясь отстраниться от объекта страха, Инфей прерывисто дышала.

— Ты вся дрожишь, но продолжаешь пытаться укрепиться в положении. Главенство над парочкой суккуб изрядно потешат твое эго, верно?

Демон молчала. Вопрос и не требовал ответа.

— Я не стану никого вызывать. — Колдун убрал руку и отошел на шаг назад. — Ты справишься сама. Или умрешь. Все просто.

— Поняла.

«Навевает воспоминания о ковене…»

— Как поживает моя все еще не состоявшаяся ученица? Ты говорила, что она желает постигать тайны магии, но ко мне все еще не явилась.

— Девчонка сгорает от нетерпения. — Демоница ощутила острый укол негативных эмоций. Сама мысль разделить с кем-то источник бесценных знаний ей претила. — Просто не отваживается прийти без дозволения.

— Завтра.

— Передам.

— Иди за мной…



Оказавшись на вершине крутого холма, поодаль от селения, раскинувшегося в низине, Тирисфаль глядел на дозорную башню. Малахитовый Волк, в свою очередь, смотрел на него. К этому времени окончательно стемнело. Все жители разошлись по домам, прячась на подземных этажах от кошмаров ночи.

Помахав наблюдателю рукой, маг отвернулся. Его взор устремился далеко на север, пронзая редкие преграды на пути, что почти не умаляло остроты обзора. Загодя намеренно ослабив защиту, он прислушивался к далекому шепоту, звучащему, казалось, со всех сторон и одновременно — ниоткуда.

Духи Тьмы, редкие твари мрака, коим нашлось место и в этих краях, да мелкая нечисть наперебой делились с ним увиденным, подслушанным, в стремлении услужить.

— Как твоя аура? — Обратился он в пустоту.

— Окрепла. У меня получилось разделить ману на три одинаковых потока, как ты учил. Правда, тяжело привыкнуть поглощать свободную энергию в новых объемах.

Инфей стояла позади, крепко держась за рукояти кинжалов на поясе и бдительно осматривая округу. Зная, какие существа любят посещать Дальний Приют, она была совсем не рада оказаться на открытой местности. Оказаться вдвоем против своры в несколько десятков летающих созданий она не хотела, даже зная на что способен древний.

— Это минимальный порог для постижения Щита Маны. — Запустив руку в сумку, мужчина извлек свиток. Он не содержал в себе текста. Только рисунок трехмерной схемы, переложенный в двухмерную плоскость. — Все последующие модификации потребуют от тебя дополнительных потоков. Заклинание требует постоянного внимания и поддержания. Легко перегружается. Не надежно, на мой вкус. — Закончив говорить, он протянул сверток за спину.

— Под защитой я не смогу использовать другую магию. — Недовольно прошипела Инфей, жадно разворачивая бумагу и впиваясь «горящими» глазами в рисунок.

— Покуда не научишься расплетать ману на четыре потока. Магия второго порядка гораздо требовательнее всего, к чему ты привыкла.

— Меня не обучили ничему стоящему в ковене, не успела заслужить право. Главное, теперь орудовать в ближнем бою станет безопаснее.

Зрительное внимание чернокнижника продолжало блуждать среди холмов. Близился час жатвы. Материал сам шел к нему в руки, ничего не подозревая.

— А сколько потоков способен контролировать ты? — Не отрывая глаз от свитка, спросила дева, не в силах подавить интерес.

— Семьдесят два. Мгновенное применение Демонического Доспеха задействует двадцать шесть.

— Мне еще далеко…

— Сейчас, достигнув целостности одной пары рогов, ты способна добиться около восьми-двенадцати потоков. Будь уверена, я выжму из тебя всё возможное.

«А там снятие первой Печати Искры, начнет расти вторая пара. Откроются новые возможности. Одна беда, мои познания в Тайной Магии не бесконечны» — На несколько минут разум демонолога поглотили раздумья. Разнообразные варианты сменяли друг друга, постепенно просеиваясь. — «Причащать к Тьме — нельзя. Мне нужна верная жрица, а не проводник чужой воли. Демоны склонны к огню. Он один из аспектов их сущности. Следует обратиться к Террону за услугой. Пора обустроить подобие Планарного покоя»

Загрузка...