Глава 8

Кофемолки, которые мы привезли, обеспечили «механизацию», иначе пришлось бы со ступками вошкаться. Десять пудов привезённых корней просились на обработку. Новые постройки и кое-какая разметка планируемых полей сжирали время всего руководящего состава: нового управляющего, агронома, врачей и того же Демьяна.

Славный совестливый мужик уже который год вступался за народ, регулярно страдал за правду на конюшне и был бы убит или продан, но оказался одним из самых старательных на пашне и в прочих работах. Теперь наступила справедливость и деревенские обрадовались его назначению старостой.

В общем, дела пошли своим ходом, пока не вернулся Храповицкий. Его информация озадачила, конечно же. Трындеть я горазд, но как теперь дело сделать? Это же задницу придётся от уютного кресла оторвать и как следует ей подумать.

— Может с Португалии начнём, Александр Васильевич. Страна на краю европейской географии, им и так наши товары приходят с самой большой переплатой.

— Тогда и голланцев предупредим, а заодно и англичан.

— Может Грегсона подключим в качестве рекламного агента эксклюзивных товаров? Предложим поучаствовать в мистификации.

Сидят, блин, два умника: старый (41 год) и малый (18 лет) и вилами по воде водят, пытаясь перехитрить вековечные традиции евроторговли. Кто купит наш лён и пеньку в три-четыре раза дороже будучи в здравом уме и твёрдой памяти? Да, Европа подчищает всё, что Россия производит, но может именно потому что русские цены дешевле европеянских?

На всякий случай пересказал наставнику один рассказ, где показно развитие покупательской «лихорадки». Базовым товаром являлись… кизяки! Те, кто её организовал, сначала создали частный ажиотаж, а затем другие люди вовсю его развили сами по себе. Сухие кизяки стали модными и самые красивые даже вешали на стену.

В итоге решили не распыляться особо.

— Сообщим португальским заказчикам на корабли, что имеем русский лён и пеньку и доведём до них размер цен. Пусть сами обсудят с кораблестроителями, нужно ли им это.

— А Грегсону, Семён Афанасьевич, я сам отпишу то же самое. Укажу тройную цену, а он пусть подумает нужно ли ему это.

Зараза, всё как попало и на шармачка. А мечта, как известно, сбывается лишь тогда, когда её тщательно и в деталях продумаешь. Причём лишь после проведения предполётной подготовки, иначе швах. Ладно, у нас есть год времени, хотя поддержки в едином строю «повышателей цен» мы и не получили. Еятерина разумно опасается, что без русского сырья Европа сможет прожить. И тот же хлеб та же Англия просто начнёт выращивать или покупать где-нибудь в Австралии, которая пока толком и не открыта.

Тоже тема, кстати, австралийского слона потрогали с разных сторон, но явно вслепую. И Аляска ещё не Аляска, и Калифорния лишь белое пятно на карте. Даже Кейптаун пока лишь Капстад. Впрочем опекуна я такими фишками не чапаю, пусть в пошаговом режиме ко мне привыкает.

Первого сентября нас навестил тот самый сосед, Клюев, чтобы посраться по поводу охоты. Все, блин, имеют первый день школы, а мы, как дурни со ступами, стоим друг против друга с холодным оружием наголо. Подумаешь, он обиделся на то, что я вежливо попросил его заткнуться и закрыть хлебало. Нечего мне говорить о предыдущих договоренностях с бывшим управляющим предвзятым тоном.

— Вы, милейший, не с государыней об этом договаривались и не ей платили. Так что заткните свой фонтан красноречия, встаньте на колени и попросите прощения у старшего по званию.

Секунданты придурка, посмевшего мне вызов бросить, аж трепещут от возмущения почему-то, а мои посмеиваются, как будто им здесь театр. А вдруг сей поручик гвардии в отставке сейчас как сделает выпад или рубанёт своей саблей наотмашь? Мне же кирдык придёт, а значит и всероссийскому прогрессорству.

Слава богу, что двигается соперник как-то замедленно или у меня идёт внутреннее переключение в боевой раж, как в учебке дальраведки учили? Пофиг, пусть рубит. Ага, мимо цели…а ещё…снова в пустоту…

Таким макаром я могу до мрковкиного заговения уворачиваться. Нет, не сам, а скорее отвожу его клинок в сторону. Всё-таки у меня охотничий клинок, изготовленный по спецзаказу у Прохора Кузьмича (потяжелее тесака будет). А у него какая-то легкотня типа сабли из дамасской стали.

Бздымс и его «прутик» улетел в сторону…сбегал, поднял, снова встал в красивую позицию… Что же ты так слабо за свою фиговину держишься?

Я признаю, что невеликий фехтовальщик, скорее убивальщик со охренительной реакцией (специально тренирую, как в Советской Армии учили), И с высокой скоростью передвижения в критических ситуациях. А мой соперник — выпивоха и слабовастенький какой-то. Небось его с гвардии нагнали за низкий уровень боевой и политической.

Опять «блямс» и бежит за саблей…поднимает…пыхтит недовольно…

— Бросайте курить, господин поручик, тогда и с дыханием проблем не будет.

— Да как вы смеете меня поучать! — снова бежит за своей хворостинкой…

— Так я же величайший специалист всех времён и народов в истории человечества, — шучу-шучу, но за поляной слежу, как и за ситуацией.

— Александр Васильевич, скажите пожалуйста, а что мне будет, если я этого неумейку проткну или разрублю?

Храповицкий (где-то сзади и сбоку) призадумался. Тут снова — бздынь и блямс…опять бегаем… Лучше бы по утрам бегал в своём лесу, сейчас гораздо легче было бы.

— Думаю, Семён Афанасьевич, что вас пожурят и откажут в посещении императорского дворца на два, а то и три месяца.

Вражеские секунданты, как и сам Клюев, уже ни хрена не понимают. Это они, вообще-то, в нашем уезде самые отъявленные задиры и наглецы, Это их все опасаются и стараются с ними не ссориться, а тут нарушение заведённого порядка происходит.

Очередной «вжик», «блямс» и вдруг мой «хрясь» по правой руке соперника, выпустившей саблю в очередной раз. Причём всё как-то слишком быстро, так не должно быть. Увы, кисть освободилась от основной конечности и упала наземь.

Кровь хлынула и оба доктора бросились её перетягивать, иначе уездный герой помрёт от кровопотери.

— Бог на моей стороне, господа секунданты! Желаете проверить?

Не-а, «господа» проверять сей факт не желают, но очень возмущены потерей своего местечкового авторитета. «Ужо они мне покажут кузькину мать!» — читалось на их лицах.

— Ну не хотите, как хотите, — оправдался я, пытаясь хоть немного сгладить случившееся.

Понимаю что неправ, но не могу догнать в чём именно. По-своему даже рад тому, что произошло. Подтвердился тезис, что именно личность управляет телом. А регулярные тренировки вернули мне форму, в которой я находился в армейские времена.

Степан принял клинок, отёр его и вернул в ножны.

— Семён Афанасьевич, теперь ждите бретёра, — решил накаркать Храповицкий.

Вот она, европейская мода, выставлять за себя какого-нибудь профи.

— Ну, что же, волков бояться — в лес не ходить, а на бретёре даже интереснее будет проверить себя. Заодно, выясним сколько у меня врагов имеется.

Это знание не лишнее, когда проживаешь в террариуме. Вон, при дворе, имеются три явно выраженные партии: императрицы, Павла Петровича и Зубовых. Первая и третья как бы дружны, но имеют всё-таки несколько различий. Я никуда не лезу, нейтрален, а Храповицкий в хороших отношениях со всеми. Когда-нибудь поддержу Павла против Платона, но пока не моё собачье дело при дворе ошиваться.


— Семён Афанасьевич, встречался я с английским послом Витвортом. Он каким-то образом прознал про анализ и прогнозы по поводу Франции. Хотел бы ознакомиться с ними подробнее, а ему указали на меня.

Вопросительный тон опекуна немного смутил.

— Видимо он хочет выяснить, чего ожидать Англии. Нужно подумать как деньги на этом заработаем. По моим расчётам их ждёт и война, и континентальная блокада в будущем. На ней, кстати, и Россия сможет подзаработать, оставаясь нейтральной.

— Необычно будет, если ваши прогнозы подтвердятся. Какой-то непривычный ход событий получается. Неужели французы решатся отменить монархию?

— Сравните с восстанием Емельяна Пугачёва. Оно случилось на краю империи и было поддержано лишь тамошними казаками и прочими разбойниками. А во Франции всё происходит в самом сердце страны и поддержано народом. Даже армия вот-вот начнёт переходить на сторону бунтовщиков.

В последнем тезисе я не уверен, но почему бы не подлить масла в огонь страстей? Вдруг действительно буду отмечен, как сильный аналитик и Романовы начнут мне в рот захлядывать? Или за ноги меня подвесят и начнут палкой выколачивать ценную инфу, как в знаменитом мексиканском детском развлечении.

— Не дай бог, конечно, чтобы такое разразилось в столице.

— У нас проще всё. Во дворец приходят гвардейцы и меняют правителя по сценарию преторианских переворотов. Главное, чтобы они не начали царей из себя выбирать, как это было в древней Римской империи.

— Ну до этого надеюсь не дойдёт, народ не примет нового царя.

— Дай бог, дай бог!

Если смогу солидно разбогатеть, то подготовлю целый полк гвардии, чтобы отдельные шакалы числом в полтора два десятка просто не имели физической возможности менять власть. Я не апологет Романовых, хотя и являюсь одним из них, но республика сейчас опасна для Руси.

Свобода, равенство, братство — всего лишь лозунги, как и «права человека». Введение демократии должно поддерживаться развитой экономикой, промышленностью, а не обещалками. Экскремент Горбачёва создал «кровавые девяностые» и «новых русских». Вот только в конце двадцатых, начале тридцатых прежние «новые русские» выйдут в тираж. И никому в голову не придёт помогать «золотой молодёжи» остаться на плаву, как наследникам. Придут новые «новые русские» и организуют очередные «девяностые», перераспределяя собственность. Да и силовые генералы тоже выйдут в тираж, а новые на их местах поддержат именно новых «новых русских», а не сопливые капризы «золотой молодёжи». Может и активная часть народа подключится, но явно не на стороне «наследников», которые искренне верят в то, что «теперь уже навсегда».

А стенания класса «теперь всё по закону» бессмысленны, когда исполнение законов зависит от мастерства юристов с той или другой стороны, а не от содержания этих самых статей. Впрочем кому нужно философствование, когда есть гаджеты, интернет и коучи, которые всегда, за денежную толику, могут научить чему угодно. И предсказать самое светлое будущее.

Загрузка...