Глава 15 Всё возвращается ко мне

Фелисити
2:10

— ПОМОГИТЕ, — кричала я. — Мне так жаль! Боже, мне так жаль.

Она лежала там, и ее светло-каштановые волосы пропитывались кровью.

— Что ты натворила? — закричала маленькая девочка, мчась к матери. Она обняла ее.

— Мне так жаль… я не хотела. Я вовсе не хотела, — дрожа, я отступала назад к углу улицы, а затем упала на задницу. Все взгляды обратились в мою сторону, глядя на меня так, будто я монстр. Я не могла пошевелиться.

Я просто сидела там, наблюдая, как маленькая девочка плачет. Все стояли в ужасе от того, что я натворила.

Мои друзья указали на меня, и внезапно офицер потянул мои руки за спину и надел наручники на запястья, после чего повел к своей машине. Кто-то накрыл женщину.

— Мне жаль. Простите! — выкрикнула я им.

— Ты должна была умереть! — закричала девочка. — Ты должна была умереть! Верни мне мою маму! УМРИ! УМРИ!

Другой офицер удерживал ее.

Мои руки заковали, и двери полицейской машины закрылись перед моим лицом. Но я все равно слышала ее слова. Умри. Я должна была умереть. Все знали это. Если бы справедливость существовала в этом мире, то я была бы мертва. Но я жива.

— Фелисити… Фелисити, проснись!

На секунду мне показалось, что это Тео. Но когда я открыла глаза, то увидела Марка и Клео, уставившихся на меня. Мое сердце выпрыгивало из груди, но это было ничто по сравнению с головной болью. Я вся покрылась потом, волосы прилипли к лицу. Мои руки онемели и дрожали. Я чувствовала, что не могу контролировать свое тело, и пыталась промолвить хоть слово, но ничего не выходило.

— Ты в порядке?— прошептал Марк, обнимая меня.

Клео посмотрела на меня с сожалением, поглаживая меня по голове.

— Твои кошмары вернулись.

Я старалась не говорить, но волна тошноты все равно накрыла меня, и я поднялась с постели, рванув в ванную. Стоя на коленях и обхватив край унитаза, я опустошала свой желудок.

Видимо, рвота тоже вернулась.

Клео погладила меня по спине.

— Возможно, танцы были плохой идеей. Прошло всего несколько дней, а ты снова вернулась к прежнему состоянию.

— Клео, не сейчас, — Марк поставил стакан воды возле меня.

Я прополоскала рот и выплюнула воду. Смыв ее в унитазе, я села на пол. Холодные плитки ощущались потрясающе на моей разгоряченной коже.

— Держу пари, что не выгляжу, как «сладкая красотка» прямо сейчас, — прошептала я.

— Сейчас два часа ночи. В этот час никто, кроме проституток, не выглядит хорошо, — пошутила Клео, улыбаясь.

Я лежала там еще в течение долгого времени. Вскоре мое зрение стало размытым из-за слез. Свернувшись в клубок, я крепко обняла себя и зарыдала.

Я просто хочу быть в порядке.


8:04

Согласно моему режиму тренировок, каждое утро я должна тратить по крайней мере полтора часа на пробежку перед репетицией в полдень. Также был изменен мой рацион питания. Завтрак теперь состоял из овсянки и изюма, а после тренировок допускались фрукты.

В первый день я чуть не умерла.

Во второй — думала, что умерла.

Теперь я уверена, что кто-то вселился в меня. Поскольку это был единственный вариант, почему до сих пор я продолжаю следовать заданному ритму жизни.

— Иду! — крикнула я. Поставив тарелку в раковину, я взяла свой MP3-плеер. Уолт приходит каждое утро, чтобы пробежаться со мной. Забавно, что безобидный Уолт исчезает, когда дело касается танца. Он становится строже. За каждую минуту опоздания он добавляет еще тридцать метров, которые мне придется пробежать после репетиции. И я уже заработала себе дополнительно сто двадцать метров. Кажется, что это пустяки, но после двухчасовой репетиции, это новый круг ада. Мне не давали никаких поблажек. Как только я подписала контракт, меня бросили в самую гущу.

— Уже иду, я здесь! — я открыла дверь, но отскочила назад, когда увидела Тео, одетого в тренировочные штаны и майку, демонстрирующую мышцы на его руках.

— Ты опаздываешь, — заявил он сурово.

Потрясенная, я кивнула.

— Пойдем, — Тео отошел в сторону, чтобы я вышла.

— Клео, Марк, я ухожу! — крикнула я, закрывая дверь и спускаясь по лестнице.

— Ты сделала растяжку? — он остановился, чтобы спросить меня.

— Да. Уолт наорал на меня в первый день за это. И я больше никогда не повторю эту ошибку, — я попыталась улыбнуться, но не смогла заставить себя.

Он странно посмотрел на меня, но не прокомментировал мою неудавшуюся попытку пошутить.

— У тебя была разминочная пробежка в первый день и вчера, и ты едва поспевала. Как твое самочувствие?

— Мышцы болят.

— Ладно. Сегодня попытайся бежать так, как можешь, — он уже вырвался вперед меня. Мое тело закричало в знак протеста, но, игнорируя ноющую боль в мышцах, я побежала рядом с ним по улице.

Так же, как и Уолт, он не разговаривает со мной во время бега. Они оба приостанавливаются, чтобы убедиться, что я не отстаю. Может, дело в музыке, которую я слушаю, или, может быть, тот факт, что Тео бежит медленнее специально, но у меня внезапно появилось желание к соперничеству. Неважно в чем причина, но я рванула вперед, чтобы обогнать его.

Тео с легкостью догнал меня. Вновь я настойчиво вырвалась вперед, и он опять оказался рядом со мной.

Он выдернул один из моих наушников.

— Ты же понимаешь, что не сможешь обогнать меня, да?

— Я и не пыталась, — солгала я.

— Тогда почему ты продолжаешь бежать впереди меня?

— Поскольку из-за тебя я чувствую себя неловко, — как только произнесла эти слова, я сразу же пожалела, поскольку это прозвучало так, будто я не покончила с ним.

Тео улыбнулся, когда мы завернули за угол.

— Не пойми меня неправильно! — я перебежала на другую дорожку. — Я имею в виду, что чувствую себя неловко, когда ты находишься рядом со мной и не разговариваешь. С кем угодно я чувствовала бы себя неловко.

— Ты говоришь бессвязно с кем-то еще?

Черт, это самодовольное выражение на его лице.

— Не думай, что ты особенный. Я покончила…

— Думаю, что мог бы полюбить тебя.

Я остановилась.

— Что ты только что сказал? — прошептала я.

— Я сказал, что думаю, что мог бы полюбить тебя.

У меня отвисла челюсть.

— Ты не можешь вот так просто и внезапно сказать что-то вроде этого и продолжать бежать.

— Почему? Мои чувства не имеют никакого значения для тебя, помнишь? — ответил он, продолжая бежать на месте. Я мечтала, что… подождите, разве это не стало бы кошмаром? — Но видимо ты не до конца покончила со мной, иначе отшила бы меня прямо сейчас, вместо того, чтобы задуматься над этим. Теперь продолжай двигаться, иначе мышцы на ногах забьются.

Не сказав ни слова, я побежала. Но не смогла выкинуть его слова из головы. Думаю, что мог бы полюбить тебя. Вот так просто он сказал это. Даже с сочетанием «думаю, что мог бы» перед теми двумя словами, разве не должно быть сказано что-то, подготавливающее к такому? Какой-нибудь значимый драматический момент? С другой стороны, это ведь не кино. И он, вероятно, сказал это, чтобы спровоцировать мою реакцию. Если Тео подразумевал именно это, то у него получилось.

Что еще хуже, я почувствовала себя счастливой. После сегодняшнего утра… после последних дней, я была уверена, что мне не суждено быть с кем-либо. Но я хочу этого. И теперь могу смириться с этим. Мне хочется прийти в себя самостоятельно, и, возможно, я больше не буду той сломленной девушкой.

— Тео, — сказала я, не глядя на него. — После гала-представления пригласи меня на свидание.

— И почему я должен это делать?

— Потому что ты думаешь, что мог бы полюбить меня, — усмехнулась я. — И я стану на один шаг ближе к тому, чтобы быть лучше, — я побежала быстрее.

— Фелисити! — Тео погнался за мной, и я рассмеялась.

Я хочу быть лучше.


13:04

— Еще раз, Фелисити. Мне нужно, чтобы ты подпрыгнула выше. Грег, ты должен ускориться. Ты опаздываешь на полсекунды. Кристина, ты выглядишь потерянной, что странно, поскольку хорошо справляешься. Дуайт, подними Мелроуз выше на повороте, — Уолт выкрикивает указания, пока мы танцуем на сцене.

Пот капает с меня, ступни и бедра горят, но в хорошем смысле. Я помню это чувство, и даже не понимала, что упускаю так много. Некоторые движения вспоминаются сами собой, такие как вращение, подъемы, но прыжки… мое тело сейчас ощущается гораздо тяжелее, чем в подростковом возрасте.

— Пять минут, ребята. Отдышитесь, затем мы продолжим с начала, — прокричал Уолт, отходя от группы танцоров.

Хотелось просто упасть на пол и ничего не делать. Но единственный подходящий вариант для меня, это заняться растяжкой. Во-первых, другие танцоры меня недолюбливают. Они не говорят этого напрямую, но держатся на расстоянии. С этим я могу жить. Во-вторых, если окажусь на полу, потом, скорее всего просто не найду сил, чтобы встать. В первый день Уолт подверг меня всему. А вид всех этих кресел в зале вызвал у меня чувство тошноты и нервозности. Не знаю, смогу ли сделать это.

Дыши. Фелисити, ты справишься. Ты не новичок в танцах…

— Ты, должно быть, шутишь!

Мы все повернулись и увидели Вайолет, опирающуюся на свою трость и с негодованием смотрящую на нас. На ее ноге была ортопедическая шина. Она подстригла волосы покороче и окрасила их в более светлый оттенок.

— Вайолет, ты не должна находиться здесь…

— То, что я не могу быть на сцене, и так достаточно плохо, но ты заменяешь меня ею! — закричала она на Уолта, указывая на меня. — Существует тысячу танцоров в этом штате, но ты выбрал бывшую официантку. Как ты смеешь так оскорблять меня.

Я заметила, что многие танцоры согласились с ней. Они хмуро смотрели на меня, качая головами.

Я знала этот взгляд. Я видела его в своих кошмарах.


Тео

Думаю, что мог бы полюбить ее. Лишь об этом я размышляю последние пару дней. Наблюдать за ее тренировками, смехом и улыбкой, за тем, как она час за часом старается изо всех сил. Я счастлив за нее, но в то же время и расстроен, поскольку мне хочется, чтобы мы вернулись в Амблер, Северную Каролину. Хочется провести с ней больше времени. Поэтому этим утром я сказал Уолту, что отправлюсь на пробежку с Фелисити вместо него. И мне было приятно просто находиться рядом с ней. Даже если бы она не произнесла ни слова, меня бы это устроило, но я ляпнул: «Думаю, что мог бы полюбить тебя». Как только слова прозвучали, их уже невозможно было вернуть. Мне не оставалось ничего, кроме как смириться с тем, что я сказал. Я увидел, как она задумалась над этим всего мгновение, а затем попросила о свидании, ну, скажем, я даже не предвидел такого исхода.

— Почему ты улыбаешься? — спросила Тори, когда вошла в зал, где будет проходить гала-представление. Персонал уже развешивал баннеры, украшал помещение. Все будет в белых, золотых и черных цветах в этот вечер.

— Я не улыбаюсь. Это место должно быть украшено до воскресенья, — пробормотал я. Каждый год наше ежегодное благотворительное гала-представление устраивалось для сбора средств в пользу искусства. Однако в скором времени оно стало вечером демонстрации для знаменитостей, так как все наши клиенты посещали его. На красной дорожке творилось безумие, все наряжались для камер. В этом году число артистов и актрис достигло отметки в двадцать пять человек.

— Ну, у нас проблема, — пробормотала Тори.

— Что за проблема?

— Ничего серьезного. Все идет согласно плану…

— Но?

— Вайолет здесь.

Тяжело вздохнув, я последовал за ней в репетиционный зал. Мне следовало предугадать, что Вайолет не отступит. Если она не может танцевать, то захочет контролировать все остальное. В этом вся она.

— Вайолет, не тебе решать, кто будет танцевать в моем представлении! — Уолт огрызнулся ей в лицо. — Понимаю, ты расстроена, но каждое мгновение, потраченное впустую в попытке усмирить твое эго, лишь лишает меня времени тренировать их.

— Она недостаточно хороша, чтобы заменить меня, — прошипела Вайолет сквозь стиснутые зубы.

— А кто, по-твоему, достоин?

Она сжала трость в руках так сильно, что я подумал о том, что она собирается бросить ее.

— Мисс Харпер, шаг вперед, — выкрикнул я, садясь в одно из красных кресел в переднем ряду. Все внимание обратилось на меня. Карие глаза Фелисити округлились, но она поставила бутылку с водой и выполнила указание. Кажется, все бывает в первый раз.

— Мелроуз, ты дублерша, верно? — спросил я рыжую девушку, стоящую рядом с Фелисити. — Вы обе, продемонстрируйте всю первую композицию нам.

— Тео, мы не…

— Сейчас же, — я прервал Уолта, подав сигнал включить музыку.

Фелисити выглядела так, словно сердится больше на меня, чем на всех остальных.

Уолт сел рядом со мной, а Вайолет рядом с ним.

— Если она облажается хоть немного, то остальные танцоры порвут ее на кусочки, — прошептал он.

— Разве ты не веришь в нее? — тихо спросил я.

На счет три заиграла музыка, Фелисити и Мелроуз начали танцевать синхронно. Если принять во внимание, что Мелроуз обучалась в течение многих лет, то тот факт, что Фелисити добилась успехов за такой короткий период времени, просто ошеломлял. Она танцевала на том же уровне — вот почему они так негативно настроены по отношению к ней. Тяжело простить кого-то, кто так естественно выполняет движения, когда остальные всю жизнь стараются изо всех сил, чтобы добиться успеха. Еще хуже, когда этот человек затмевает вас… как Фелисити сделала только что, подпрыгнув в воздух чуть выше и изящно приземлившись, в то время как Мелроуз сбилась на долю такта. Если бы я не видел эту композицию тысячу раз, то это осталось бы незамеченным. И если я смог заметить, то и Мелроуз тоже. Она так разозлилась на себя, что начала медленно сдаваться… пока совсем не перестала танцевать. Она не плоха, но не лучшая, и поэтому остановилась.

Фелисити этого даже не заметила. Она не обращала внимания ни на что и танцевала посреди сцены одна. Она так прекрасна.

Я взглянул на Вайолет, чтобы увидеть ее реакцию. Она прикусила губу так сильно, будто хотела прокусить ее до крови.

— Фелисити, достаточно! — Уолт встал. Но она не останавливалась. — Фелисити.

— Фелисити! — выкрикнул я, и она замерла.

Ее грудь вздымалась и опадала. Она положила руки на талию, глубоко и часто дыша.

— Фелисити, отдохни несколько минут и возвращайся. Все остальные, ваш перерыв окончен. Приступаем к тренировке снова. У нас всего три часа, прежде чем музыкантам потребуется сцена для репетиции, — Уолт вернулся к ним, лишь Вайолет и я остались сидеть в креслах.

— Меня не волнует, как хорошо она танцует, — ухмыльнулась Вайолет, глядя на меня. — Она не лучше меня и…

— Если бы это была Мелроуз, то ты, вероятно, сказала бы то же самое, и поэтому она облажалась. Никто не пытается быть лучше тебя, Вайолет. Она просто танцует.

— Мистер Дарси, организатор мероприятий желает встретиться с вами, — сказал сотрудник.

— Иди, Вайолет, и отдыхай.

Фелисити заняла ее место. И Вайолет ничего не сможет с этим поделать.


Фелисити
16:50

Я находилась за кулисами, разминая ноги, когда ко мне подошла Мелроуз. Тяжело вздохнув, я отвела взгляд, но она села передо мной.

— Ты меня бесишь, — пробормотала она.

«Это звучит, как личная неприязнь», — именно это я хотела сказать, но мне не нужно сегодня больше никакого дерьма. Поэтому пришлось промолчать.

— Я занималась танцами всю свою жизнь. Ты же просто позанималась несколько лет в школе и внезапно…

— Не только в школе, — закричала я на нее, выпрямившись. — Я начала танцевать раньше, чем научилась ходить. Моя мама была танцовщицей в Американском театре балета. Она тренировалась со мной на руках. И я наблюдала, желая стать такой же, как она. Мама научила меня танцевать. Черт возьми, она обучила меня каждому движению. Когда она умерла, все, что у меня осталось, это музыка и танец. Я тренировалась каждый день и каждую ночь в течение шестнадцати лет. Это была не просто школа танца, это был «Джульярд». С тех пор прошло много времени, и прямо сейчас каждая часть моего тела болит, поэтому, пожалуйста, дай мне передохнуть. Я уяснила, что вы ненавидите меня.

Она схватила свою сумку и вытащила флакон.

— Это от боли. Я собиралась сказать тебе, что ты бесишь меня, но надеюсь, что ты станцуешь на гала-представлении так же, как сегодня. Когда ты блистаешь, то и мы тоже. Я предпочитаю быть дублершей великой танцовщицы, а не второсортного лидера. Но остерегайся. В следующий раз тебе придется побороться со мной за место.

Еще несколько человек кивнуло, после чего они собрали свои вещи и ушли один за другим. Когда никого не осталось, я рухнула на пол.

Всего несколько дней и все закончится.

— Твоя мать была танцовщицей в Американском театре балета?

Повернувшись, я увидела ортопедическую шину на ноге Вайолет, и только потом перевела взгляд на ее лицо. Мысленно простонав, я поднялась с пола. Меня никак не могут оставить в покое сегодня.

— Да, — пробормотала я, поднимая свою сумку.

— Как ее звали?

— Зачем тебе знать? — я попыталась пройти мимо нее, но она схватила меня за руку.

— Кто ты? — Вайолет уставилась на меня. — Ты появляешься из ниоткуда, охмуряешь Тео, а теперь еще и украла мое место.

Вырвав свою руку из ее хватки, я отошла.

— Я ничего не крала. Твое колено повреждено, поэтому ты и не можешь танцевать. Сожалею. Это отстойно, но я не виновата в этом.

— И ты сблизилась с Тео, чтобы у тебя появилась возможность танцевать, да? Ты спланировала это с самого начала…

— Знаю, что у вас с Тео когда-то были отношения, но их я тоже не разрушала.

Ее челюсть напряглась. Она подняла руку, чтобы ударить меня, но я опередила и схватила ее руку.

— Мы что в телесериале? Теперь ты бьешь людей? Возьми себя в руки, Вайолет. Мир не вращается вокруг тебя, — отпустив ее руку, я направилась к выходу.

— Что-то не так с тобой, и я выясню что…

— Пока, Вайолет!

Загрузка...