Глава 4

Не оборачиваясь, бегу к такси, сажусь в салон, и оно уносит меня с этого праздника счастья и радости в холодную, пропитанную моим одиночеством и безысходностью квартиру. Чувствую, как приятные эмоции от прекрасного дня стираются, на смену им приходит черная, заволакивающая разум тоска. Стоило мне увидеть номер Захара в телефоне, как я вернулась с небес на землю. Не просто вернулась, а с силой ударилась о камни моей уродливой действительности. После его отъезда в командировку я слишком расслабилась, почувствовала обманчивую свободу, теперь предстоит расплата. Он вернулся на три дня раньше и снова натянул слегка отпущенный поводок, и я, как послушная собачонка, должна ждать появления хозяина, ведь он отдал команду "место". В душе поднимается слабая волна протеста, но она ничтожна по сравнению с волной липкого страха, как только услышала металлические нотки раздражения в его голосе. Теперь остается только сломя голову нестись домой и молиться, чтобы до его появления в моей квартире это раздражение прошло.

Но когда мне везло в последний раз? Я не помню. Вот и сегодня явно не мой день. Как только я подъезжаю к подъезду, уже вижу его машину. Он выходит из своего авто следом, и по взгляду я сразу понимаю, что все плохо. Руки начинают дрожать, внутри ощущаю мерзкое чувство ужаса, тело просит броситься и попытаться убежать, но оковы разума держат на месте, заставляя как в тумане передвигать ногами навстречу опасности.

— Привет, дорогая! Как погуляла? — тон его обманчиво мягок и только взгляд отдает злостью.

— Хорошо. Спасибо.

— Рад, что ты прекрасно отдохнула без меня. Пойдем домой, расскажешь, — он берет меня за руку и ведет в квартиру. Понятно, здесь на улице он не будет устраивать скандал.

Сердце отбивает нечеткий ритм, Захар сверлит меня взглядом, пока поднимаемся в лифте. Входим в квартиру, за мной защелкивается замок, и не успеваю я снять обувь, как получаю первую пощечину такой силы, что отлетаю к стене.

Захар молчит, только злое дыхание вырывается через раздувающиеся ноздри. Хватает меня за волосы, притягивает к себе и прямо в лицо буквально шипит:

— А теперь рассказывай, на каком там празднике ты была?

Не могу выдавить ни слова. Душат слезы и страх.

— У п-подруги б-был день рождения, — от волнения заикаюсь, голос дрожит.

Он отталкивает меня так, что я падаю на пол, хватает мою сумочку и вытаскивает оттуда белую ленту с серебряной надписью "Почетная свидетельница"

Тыкает мне в лицо и орет:

— А это что? — понимаю, что это конец.

— П-прости, — еле выдавливаю я, получаю еще один удар по лицу, меня снова хватают за волосы.

— Ты я вижу, вообще, ох*ела? Расслабилась совсем? Стоило мне за порог выйти и пошла шляться? Ты думаешь, я не знаю про твои танцульки? Я итак все для тебя! Самые лучшие шмотки, украшения, чего тебе еще надо? — отталкивает меня.

— Раз по-хорошему не понимаешь, будет по-плохому. Теперь отчитываешься мне о каждом шаге. Про детишек своих сопливых и танцульки — забудь!

Пинает меня ногой, отталкивая с дороги, идет к выходу.

— Даже трахать тебя сегодня не хочу, выбесила меня!

Уходит, хлопнув дверью. А я лежу и понимаю, что он в очередной раз растоптал меня, вытер ноги, и я не знаю где взять силы, чтобы снова собрать себя в кучу. По щекам текут слезы вперемешку с кровью, я не спешу их утирать. Зачем? Раньше я тщательно замазывала синяки, чтобы бежать к моим детишкам, теперь и это у меня отняли. Для чего моя жизнь? Я ведь никому не нужна. И никогда не была нужна. Даже матери. Она спилась совсем в своей деревне в последние годы и едва ли помнит, что у нее вообще есть дочь. Если бы был жив папа, может быть он бы попытался защитить меня. Но, как я уже говорила, в жизни мне редко везло. Папа умер около семи лет назад, а вместе с ним из моей жизни ушел самый близкий человек.

Не знаю, сколько времени я так лежу, бесцельно глядя в потолок. Когда поднимаюсь, за окном глубокая ночь. Иду в душ и бесконечно долго стою под горячими струями, пытаясь смыть с себя кровь, боль и грязь. Хотя знаю, что это бесполезно. Все это внутри, въелось в поры.

Выхожу из душа, надеваю халат, почему-то в памяти всплывает утро в квартире Андрея. Боже. О чем я только думала? Если бы об этом узнал Захар, то меня бы он просто убил, еще и Андрею проблем создал. А я в тот вечер напилась не просто так. Это была годовщина, когда я потеряла ребенка. Тот день я запомнила на всю жизнь, а хотелось забыть навсегда.

Вечер в баре остался в памяти смутным пятном, но почему-то четко запомнился момент, когда Андрей подлетел к сцене и стал отталкивать от меня навязчивых поклонников, пытаясь закрыть собой, потом еще и подрался из-за меня, легко раскидывая крепких мужиков. Уже утром, когда отошла от первоначального шока и поняла где я и с кем, смотрела на его крепкие мышцы, сильные руки и мечтала иметь такие же, чтобы постоять за себя. Глупо это и бесполезно.

Мысли об Андрее отзываются еще более сильной тоской. Почему-то рядом с ним было легко и хорошо. Хотелось улыбаться. Сегодня его улыбку тоже увидела впервые. Оказывается, он умеет это делать, и ему очень идет. Его суровое лицо сразу превращается в мальчишеское, задорное. Сегодня смотрела на эту улыбку, и хотелось провести рукой по его слегка небритой щеке. Странные мысли. Запретные. Поэтому гоню их от себя, но помимо воли перед глазами снова встает сильное мужское тело в облегающей мокрой майке, бугристые мышцы, блестящие от пота, и жаркий мужской взгляд, а потом сразу его голая задница, когда он переодевался. От такого зрелища я не смогла оторвать взгляд. "Что, мужскую задницу никогда не видела?" — спросил он. Таких не видела. Захару до него далеко, последние годы он вообще располнел, приобрел небольшое, но уже заметное пузико. Про спорт он никогда не вспоминал. Поэтому ничего удивительного.

Несмотря на то, что получила от Захара, я не жалею о последних днях. Ведь у меня остались приятные воспоминания о девичнике и свадьбе подруги. Теперь мои тайные вылазки и прогулки с Наташкой станут под большим вопросом. Я и раньше очень рисковала, когда выбиралась с ней куда-то. Теперь же я снова закрыта в клетке и должна о каждом шаге отчитываться проклятому тирану.

И все же засыпаю я с приятными мыслями, и главным героем в них выступает Андрей. Я всегда была мечтательницей, считала людей лучше, чем они есть на самом деле. Всегда надеялась на хорошее, поэтому и оказалась в плену надежд. Я понимаю, насколько мои мысли об Андрее неправильные, но мне нужно зацепиться хоть за что-то позитивное в жизни, чтобы не сойти с ума.

В детстве я, наверное, как и многие девочки, мечтала о принце, который спасет меня из плена злого волшебника. Причем это были не абстрактные мечты, а вполне конкретные. Я прокручивала в голове различные сюжеты, но все они были похожи. Принц спасает меня от всех бед и увозит в сказочную страну, где мы живем долго и счастливо. Даже тогда я понимала, что это глупо, конечно, я понимаю это и сейчас. Зачем я совершенно чужому человеку, которого еще и оттолкнула так некрасиво. Но эти мечты спасают меня от черных мыслей, что жизнь моя никчемна, и ее стоит остановить. Поэтому я как в детстве предаюсь мечтам, где прекрасный сильный принц, так похожий на Андрея, спасает меня и увозит в райский уголок.

Загрузка...