100 великих шпионских уловок

ШПИОНАЖ В ДРЕВНЕМ МИРЕ

Вероятно, первое упоминание о шпионаже появляется в ветхозаветной Книге Бытия, когда Иосиф, второй после фараона человек в Египте, встречается со своими братьями. За давностью лет они его не узнали. И тогда Иосиф спрашивает их:

— Откуда вы пришли?

— Из земли Ханаанской, купить пищи, — отвечали братья.

— Вы соглядатаи, — обвиняет их Иосиф. — Вы пришли высмотреть наготу земли сей.

Под «наготой» он подразумевал слабо укрепленные участки вдоль северо-восточной границы Египта. Поэтому появление любого чужака в тех местах приравнивалось к шпионажу.

В Ветхом Завете, а точнее, в Книге Чисел, приводится и первое описание разведывательной миссии. Здесь Господь велел Моисею послать от себя людей в землю Ханаанскую по одному человеку от каждого рода. Моисей так и сделал: выбрал по одному представителю от всех 12 колен Израилевых и отправил их в Землю обетованную на 40 дней. При этом уточнив, чтобы лазутчики взошли на гору и осмотрели: «…землю, какова она, и народ, живущий на ней, силен ли он или слаб, малочислен ли он или многочислен?.»

И именно в этом случае Моисей также впервые сталкивается с извечной проблемой всех разведывательных служб: противоречивостью информации, которую доносят агенты. Так, из посланных двенадцати лазутчиков десять сказали, что в Ханаанской земле живут исполины, и были против военного похода. И лишь два лазутчика рекомендовали начать военные действия.

После смерти Моисея на смену ему приходит Иисус Навин и берет в свои руки помимо всего прочего также и руководство шпионскими операциями. Так, однажды он послал двух соглядатаев в Иерихон. Лазутчики остановились в доме блудницы Раав.

Но об этом узнал осведомитель и доложил царю Иерихонскому о неизвестных, которые прячутся в доме Раав. Слуги царя велели женщине выдать шпионов. Но хитрая Раав ответила, что израильтяне и впрямь останавливались в ее доме, но ушли. Воины царя кинулись в погоню, а блудница в это время отвела шпионов на крышу и спрятала их под вязанками льна.

Иосиф встречает своих братьев

Позже по веревке через окно она спустила их вниз за городскую стену. Перед побегом шпионы заверили ее, что, захватив город, израильтяне не тронут ни ее, ни ее семью…

А вот знаменитый полководец античности Сципион Африканский часто, чтобы до минимума свести потери своих и чужих воинов, прибегал к различным хитростям. Так, однажды Сципион вступил в переговоры с королем Нумидии Сифаксом.

Официальная часть переговоров состояла в заключении договора с африканским монархом. На самом же деле они велись для того, чтобы обеспечить римлянам возможность провести разведывательные действия.

Сципион назначил послом для переговоров Корнелия Лелия, и, согласно предварительной договоренности, в его свите не должны были находиться офицеры. На самом же деле все обстояло наоборот: Лелия тайно сопровождало большое число офицеров высокого ранга.

Уловка римского посла заключалась в том, что он разбил свои палатки возле лагеря самого Сифакса, а потом позволил лошади, которую предварительно напоили вином, сорваться с привязи и промчаться через линию пикетов. Тотчас же переодетые офицеры, многие из которых выдавали себя за слуг и конюхов, бросились вдогонку за умчавшимся конем и так избирательно преследовали его по всему лагерю Сифакса, что в результате их совместных наблюдений было получено точное представление о военной мощи нумидийской армии.

А через несколько дней уловка с переодетыми офицерами чуть было не провалилась. Как-то один из нумидийских военачальников остановил кого-то из свиты Лелия и начал подозрительно разглядывать его. Затем неожиданно нумидиец заявил, что тот является известным римским офицером, с которым он вместе учился в военной школе в Греции. Корнелии Лелий, наблюдавший за этой сценой, немедленно выступил вперед, поднял хлыст и наотмашь ударил римлянина по лицу.

— Как это низкое создание, собака и раб, осмелился одеться так богато, что его по ошибке приняли за римского офицера? — грозно спросил он, снова поднимая хлыст, тогда как римлянин раболепно склонился перед ним.

Нумидиец стоял пораженный. Он хорошо знал римские традиции: ни один человек не осмелился бы ударить офицера Латинской республики, как только что сделал это Лелий. А раболепная поза «раба» была настолько убедительна, что нумидиец тотчас поверил в свою ошибку.

ХИТРОСТЬ КОРОЛЯ УЭССЕКСА

Уникальная разведывательная операция была проведена в IX веке. Итак, май 878 года… Король датчан Гутрум вместе со своими воинами оккупировал юго-восточные районы Англии и раскинул лагерь у слияния рек Паррета и Тоуна. Предстояла решающая битва. Скандинавы, или варяги, не без презрения относились к врагу, который недавно считался непобедимым.

У англосаксонского короля Альфреда Уэссекса войско было немногочисленным, поэтому скандинавы были уверены, что поверженный противник больше никогда не вступит с ними в бой. Об этом и о многом другом беседовали варяги, собравшись у шатра своего предводителя Гутрума.

Неожиданно в их разговор вплелись нежные звуки арфы. На инструменте играл сакс, уже знакомый датчанам, поскольку он не первый день пребывал в их стане. У странного музыканта за плечами висел небольшой мешок, куда он складывал остатки еды, которую ему из милости бросали датские воины.

Играл арфист замечательно. Иногда он прикрывал глаза и, слегка улыбаясь, извлекал из своег о инструмента нежные мелодии, которые, судя по всему, варягам нравились. В этот раз тихие звуки тоже разнообразили беседу Гутрума и его приближенных. Правда, сейчас разговор шел серьезный: под аккомпанемент арфы обсуждался план разгрома армии короля Уэссекса. А поскольку датчане часто во время боя устраивали различные хитроумные ловушки, то и на этот раз они тоже решили не отказываться от уловок.

А вскоре варяги отправились в последнее, как им казалось, сражение с английскими воинами. Они были абсолютно уверены в своей победе. Но неожиданно навстречу им выступило многочисленное войско короля Уэссекса.

Альфред в лагере датчан. Иллюстрация 1904 г.

И тогда датчане осознали, что это сражение они проиграли. Оказавшись в безвыходной ситуации, король Гутрум со своими военачальниками отправился в лагерь сакского короля. И вдруг неожиданно для себя они увидели шокирующую сцену: король Уэссекс сидел на троне, и на его устах играла до боли знакомая улыбка. А в правой руке он держал арфу. И в этот миг Гутрум догадался, почему не сработали их уловки против врага и кто был причиной их поражения.

ШПИОНСКИЕ «ФОКУСЫ» С ПЕРЕОДЕВАНИЕМ

Об этой загадочной персоне — авантюристе, воине, шпионе, юристе, фехтовальщике, дипломате и шантажисте — можно было бы рассказывать долго и много, начав хотя бы с выяснения его половой принадлежности. Действительно, до сих пор неизвестно — мужчина то был или женщина. Впрочем, пусть этим занимаются другие. Мы же примем в качестве отправной точку, что это все-таки был мужчина (кстати, медики тоже придерживаются такого взгляда) с талантом уникального исполнителя женских ролей, и ограничимся в своем повествовании только его успехами на шпионском поприще.

Начнем с того, что звали эту таинственную личность шевалье д’Эон. Родился он в глухой французской провинции Тоннер в достаточно обеспеченной семье. И уже с юных лет показал себя довольно смышленым мальчуганом. Но когда ему исполнилось четыре года, мать неожиданно стала наряжать его девочкой, и до семилетнего возраста он ходил в платье.

Возможно, эта странная полоса в его детские годы определенным образом сказалась и на его поведении в будущем. Хотя он воспитывался как истинный дворянин и достиг немалых успехов в юриспруденции и фехтовальном искусстве. А о его мастерстве в фехтовании говорит хотя бы тот факт, что, будучи с виду хрупким и слабым, он был единодушно избран старшим фехтовального клуба. Что же касается его достижений в юридических науках, то о его успешной карьере на этом поприще говорит тот факт, что он, будучи еще достаточно молодым, имел степень доктора гражданского и церковного права и адвокатуру в родном городе Тоннере.

Безусловно, молодому человеку, обладавшему гибким умом и подвижным телом, места в Тоннере оказалось мало, и он отправился на поиски лучшей доли в Париж. Не теряя времени, в столице он издал трактат о финансах Франции при Людовике XIV. Эта работа шевалье д’Эона заинтересовала Людовика XV. Юноше уже предрекали успешную карьеру финансиста при королевском дворе, однако в его судьбе все вдруг кардинально изменилось. И причиной этого стали события, происшедшие в это время в Европе.

Поединок кавалера д'Эона с Сен-Жоржем, Гравюра 1787 г.

Не вдаваясь в детали, возникшую ситуацию в общих чертах можно описать так. Между Пруссией и Австрией вспыхнул военный конфликт. На стороне Пруссии выступили Франция и Бавария, на стороне Австрии — Англия и Голландия. Россия заняла нейтральную позицию. Поэтому каждая из противоборствующих сторон мечтала перетянуть Россию на свою сторону. Но в это время при дворе императрицы Елизаветы существовали две партии: одна поддерживала англичан, другая — французов. Первую из них возглавлял канцлер Бестужев-Рюмин, вторую — вице-канцлер Воронцов. Причем их значимость периодически менялась. Однако в какой-то момент стала набирать силу и оказывать большее влияние партия канцлера.

В это время Людовик, уже прослышавший о способностях шевалье выдавать себя за женщину, пригласил его к себе и предложил продемонстрировать свое умение, После представления король был в восхищении и тут же предложил д’Эону ответственное поручение: скрестить оружие с Бестужевым-Рюминым.

И вот в 1755 году в столице Российской империи появилась молодая симпатичная дама Лия де Бомон в сопровождении некоего Дугласа, представившегося ее «дядей». Как и каждого француза, прибывшего в Петербург, его взяли под негласный надзор люди Бестужева-Рюмина.

Зато на очаровательную Лию никто из сыщиков внимания не обращал. Поэтому, спустя недолгое время, она встретилась с самим вице-канцлером Воронцовым. О чем шел между ними разговор, история умалчивает, но зато достоверно известно, что через некоторое время прелестная «Лия» была представлена Елизавете.

Пожилая императрица любила развлечения и лесть и нередко с большим удовольствием слушала истории о беспечной жизни дам и кавалеров при французском дворе. И тут как раз в скучной столице появилась эта миловидная девочка, прибывшая из самого Парижа. И императрица тотчас решила, что теперь у нее появилась возможность узнать побольше о тайнах королевского двора, и назначила Лею сначала фрейлиной, а затем и своей чтицей.

За давностью лет сложно сказать, какие книги долгими зимними вечерами читала императрице «мадемуазель Лия». Но, несомненно, среди них не последнее место занимало и сочинение Монтескье «Дух законов», в котором было спрятано письмо французского короля Елизавете…

А спустя недолгое время английский посол сэр Вильямс отправил в Лондон следующее сообщение: «С сожалением должен уведомить, что канцлер Бестужев-Рюмин находит невозможным побудить ее величество подписать договор, которого мы так горячо желали».

Это значило, что миссия шевалье д’Эона в Россию благополучно завершилась, и ему можно было с чистой совестью возвращаться на родину. Что он вскоре и сделал. Впоследствии он успешно выполнил еще несколько деликатных поручений, за что признательный король назначил д*Эону годовой доход в три тысячи ливров.

Было в биографии шевалье еще множество самых разных приключений, в которых он с успехом исполнял роль симпатичной дамы, но это, как говорится, уже другая история.

ВСЕХ И… СРАЗУ!

В конце XIX — начале XX веков в Англии существовала широко разветвленная и хорошо замаскированная агентурная сеть немецкой разведки. Однако в самом начале Первой мировой войны она была почти моментально и полностью уничтожена Скотленд-Ярдом. И все это произошло по той причине, что все немецкие шпионы связывались с Берлином через один и тот же «почтовый ящик», который однажды попал под негласное наблюдение англичан.

А начало этому событию положила… смерть английского короля Эдуарда VII, случившаяся за четыре года до того, как вспыхнул военный пожар. На похороны монарха явились делегации из многих государств, а также ряд коронованных особ. Со своей пышной свитой прибыл и германский кайзер Вильгельм II. Английская контрразведка, «просветив» окружение кайзера, без труда обнаружила в нем знакомую персону — организатора немецкого шпионажа барона Ростока.

Тщательно устроенное за ним наблюдение выявило, что барон проявил особый интерес к военным объектам Лондона. Более того, в центре столицы Росток вроде бы случайно встретился и пообщался с мужчиной, которого английская контрразведка давно подозревала в шпионаже.

А вечером того же дня Росток и его знакомый снова встретились, но теперь уже в кафе. После недолгого разговора первый из них, оставив своего собеседника в одиночестве коротать время, отправился в отель. Но трое профессиональных контрразведчиков, которые следовали «по пятам» за опасным гостем, решили все-таки проверить, не покинет ли он гостиницу. И интуиция англичан не подвела. Около 12 часов ночи немец осторожно выскользнул из черного хода отеля и сразу же сел в стоявшее неподалеку такси. Англичане последовали за ним.

Через какое-то время машина остановилась на темной второстепенной улице. Росток вышел из такси и направился в сторону маленькой парикмахерской, которую покинул только через час. Пройдя несколько сот метров по длинной Календонской улице, шпион опять сел в такси, доехал до гостиницы и исчез за ее широкими дверями.

Что толкнуло Ростока зайти в столь поздний час в небольшую уличную парикмахерскую в стороне от аристократического отеля, — для английских контрразведчиков тайной не было. Но агента не арестовали, а позволили на следующий день мирно отправиться в Германию.

Сделано это было, во-первых, потому, что арест Ростока мог вызвать международный скандал, а, во-вторых, барон, скорее всего, посещал один из немецких агентурных центров в Англии. И возникла необходимость выяснить, какую же роль он играл во всей шпионской сети немцев.

А чуть позже сотрудники английской службы безопасности выяснили, что владельцем парикмахерской был немец, занимавшийся импортом оборудования для парикмахерских. По этой причине к нему на дом приходило по несколько десятков писем в служебных конвертах различных иностранных фирм. Владелец заведения вскрывал эти пакеты и находил в них другие конверты, адресованные в различные части Англии, особенно в главные гавани и места дислокации военного флота. После этого на вложенные конверты он наклеивал английские марки и опускал в почтовый ящик. Таким путем отправлялись инструкции всем немецким агентам в Англии.

Перед Первой мировой войной одна из лондонских парикмахерских стала центром германского шпионски

Установив сей любопытный факт, Скотленд-Ярд, тем не менее, владельца парикмахерской не побеспокоил, а стал использовать его втемную, тщательно переснимая всю приходившую на его адрес корреспонденцию. Эта великолепно разыгранная партия позволила английским спецслужбам выяснить фамилии и адреса большинства германских шпионов, проживающих в Англии.

Но, как ни странно, узнав, казалось бы, всю необходимую информацию, Скотленд-Ярд, тем не менее, не торопился проводить аресты. И в этом был тонкий расчет. Ведь вместо арестованных агентов их место могли занять новые. И сделать это было совсем нетрудно в мирное время. И английская контрразведка благоразумно решила дождаться начала войны, чтобы одним махом уничтожить агентурную паутину противника.

И действительно, как только прогремели первые взрывы, сразу же были арестованы десятки германских шпионов (их число колеблется от двадцати до пятидесяти). Для Берлина это был удар ниже пояса: в решающий момент он перестал получать необходимую информацию об английских вооруженных силах.

Более того, в военное время немецкой разведке так и не удалось снова создать в Англии шпионскую сеть, подобно уничтоженной в первые дни войны. Это, как показали дальнейшие события, имело для Германии самые серьезные последствия.

АЛЕКСАНДР ЦЕК — ЧЕЛОВЕК, ВЫИГРАВШИЙ войну

Война специалистов по шифровке и дешифровке секретных текстов ведётся не одно столетие и не менее ожесточённо, чем схватки на полях сражений. Особо широкий размах битвы криптологов приобрели в годы Первой мировой войны, когда стала активно использоваться радиосвязь.

Еще накануне 1914 года для передачи секретных сообщений немецкими криптографами был разработан очень оригинальный код, который практически не поддавался расшифровке. Он состоял из двух книг: «толстой» и «тонкой». В «толстой» буквы алфавита, а также определенные слова были зашифрованы условными числами. Однако эту книгу без второй — «тонкой» — «читать» было нельзя, поскольку в ней находилась информация о том, в какой день года и каким ключом необходимо воспользоваться, чтобы прочитать сообщение. А связано это было с тем, что числа в «толстой» книге каждый день имели другое значение…

Но в октябре 1914 года русские моряки в Финском заливе потопили немецкий крейсер «Магдебург», на борту которого находилась книга кодов германского военно-морского флота, которая вскоре оказалась в руках российских спецслужб. Но немцы об этом не узнали и продолжали пользоваться прежним кодом. Впоследствии своей находкой русские поделились с союзниками. И почти всю войну англичане читали шифровки немецкого командования. Однако намного сложнее обстояли дела с дешифровкой германского дипломатического кода. Но, несмотря на все старания английских специалистов, открыть его тайну не удавалось.

Рассекретил же эти дипломатические коды радиолюбитель, а впоследствии — криптолог Александр Цек. Первое время он собирал аппараты для радиотелеграфа. На этой работе он проявил завидное трудолюбие и редкие способности техника. Поэтому спустя недолгое время, заслужив полное доверие руководства, Цек был переведен в секретный отдел, который занимался расшифровкой правительственных телецтщдьуда стекались радиограммы из различных штабов с театра военных действий.

Но, помимо своей основной работы, Цек в течение многих ночей, во время своих дежурств, слово в слово скопировал обе книги и передал их англичанам. Правда, в обмен на секретные коды ему пообещали, что его горячо любимой матери будет обеспечена безопасность, а также возможность перебраться в Англию после удачного завершения операции.

Впоследствии эти копии оказались в руках шефа английской разведки в Роттердаме майора Оппенгеймера. А уже он передал их адмиралу Холлу. С этого времени союзники смогли читать важнейшие секретные шифрограммы германского руководства.

Снятые, а затем переданные англичанам копии подтолкнули вступить в войну американцев. А это, безусловно, во многом предопределило поражение Германии. Вот поэтому историки нередко называют Александра Цека человеком, который выиграл Первую мировую войну.

Почти всю войну англичане читали шифровки немецкого командования

Правда, судьба самого героя до сих пор неизвестна. Он пересек границу и… исчез. Никто никогда его больше не видел. Александр Цек словно в воду канул: даже малейших следов его гибели или существования не обнаружено.

Впрочем, историки Первой мировой войны полагают, что его убили англичане, а потом тело Цека переправили в Брюссель, чтобы немцы убедились в его гибели. После этого немецкие криптографы продолжали пользоваться прежними шифрами.

УЛОВКА ЛАКАЗА

Люсьен Лаказ в годы Первой мировой войны, являясь секретным агентом французских спецслужб, играл довольно активную роль в операциях французской военной разведки, которые осуществлялись вдоль восточной границы Франции, а позже — и в нейтральной Швейцарии.

Лаказ, будучи богатым эльзасским землевладельцем и французом по происхождению, также прекрасно знал немецкий язык. Поэтому в годы войны в регионах Вогезы и Юра он смог успешно провести ряд разведывательных операций. Впоследствии его заслуги были высоко оценены правительством Франции: Люсьен Лаказ удостоился звания капитана и стал кавалером Почетного легиона.

Так вот, во время одной из своих разведывательных миссий он изобрел поистине оригинальный способ сбора секретных сведений на территории, где смыкались границы Франции, Германии и нейтральной Швейцарии.

Как-то случайно разведчик узнал, что итальянец Каваньетто, чтобы заработать лишнюю копейку на жизнь, посещал приграничные французские деревни, в которых проживало немало эльзасцев, чья родня служила в немецкой армии, и собирал письма для отправки в Германию.

Затем Каваньетто пересекал швейцарскую границу и собранные письма передавал знакомому хозяину бара, который отправлял их адресатам. Тот же путь, но уже с письмами немецких солдат, он совершал обратно.

Вот этой ситуацией Лаказ и решил воспользоваться. Ведь фронтовые солдатские письма содержали весьма ценную информацию: все они имели печати с указанием номера дивизии, корпуса и армии.

Правда, в этом механизме присутствовал один не очень хороший момент. Дело в том, что большинство эльзасцев проходили службу в 14-м армейском корпусе, а французам требовалась информация и о других соединениях. Но со временем положение стало меняться, поскольку часть эльзасцев после госпиталя распределялись в другие воинские подразделения.

Письма немецких солдат нередко содержали важную информацию

Немцы спохватились только летом 1915 года. Теперь на штемпелях номера соединений, а также адреса частей появлялись все реже, пока не исчезли совсем. Однако Лаказа это не слишком огорчило. К этому времени на каждого солдата он завел специальную карточку, куда заносил добытые о нем сведения: часть, где он служил, имена родных и знакомых и так далее. Пользуясь этой картотекой, Лаказ, имея перед собой лишь открытку, подписанную только одним именем, но адресованной уже известной семье, мог без особого труда определить, где в данное время находится та или иная воинская часть.

ФИРМА «ЗИНГЕР» — ГНЕЗДО ШПИОНОВ

В России немецкий капитал надежно закрепился еще в петровский период. При финансовой помощи немецких переселенцев не только велась разработка пахотных земель в Поволжье, но и строились сталелитейные заводы. Однако при этом немецкие фирмы и граждане вели активную разведывательную деятельность на территории России.

Особенно широко развернулась шпионская работа иностранными коммерческими организациями в годы Первой мировой войны. Именно в это время в поле зрения российских спецслужб попали такие известные немецкие компании, ведущие свой бизнес в России, как «Зингер и К°» и ряд других фирм. Поскольку германские бизнесмены наладили обширные связи с русскими промышленниками и аграриями, они не только получали конфиденциальные сведения о военных заказах русской армии, но также имели достоверную и довольно полную информацию о всех отраслях экономики русского государства. А так как русская контрразведка вовремя не оценила важность противодействия промышленному шпионажу, обороне России был нанесен огромный ущерб.

Широкомасштабную шпионскую деятельность вела на территории России накануне войны и знаменитая фирма «Зингер и К°», производившая швейные машины. Причем объем производства был огромным — примерно 600 тысяч машинок в год. Также активно шла и реализация товара. И, конечно же, этот бизнес приносил огромные прибыли.

Здание фирмы «Зингер» в Санкт-Петербурге. Фото 1910-х гг.

Компания «Зингер» имела широко разветвлённую структуру: 51 центральное отделение (ЦО) в наиболее крупных городах и сотни мелких магазинчиков. Во главе же каждого ЦО стоял управляющий, причем обязательно немец. В свою очередь центральные отделения были разделены на ревизорские участки, которые возглавлялись тоже немцами, и на районы (депо), во главе с заведующими. Каждое депо подразделялось на участки городских и уездных сборщиков (агентов). Например, Нижний Новгород на этой схеме был разделен на 3 ревизорских участка (Верхняя, Нижняя и Заречная части) и имел 3 депо (Покровка, Нижний базар и Канавино). Правление же фирмы «Зингер» находилось в Москве и в Санкт-Петербурге.

Причем, как было установлено российскими контрразведчиками в ходе разработок, фирма сформировала очень четкую и сложную организацию дистрибьюторов, как сказали бы сегодня. Но на самом деле это была сеть шпионов.

В соответствии с инструкцией, каждый агент, работавший в фирме «Зингер», должен был тщательно изучать местность, которую он курировал. При этом несколько раз в год обязан был составлять списки жителей и количества дворов в том или ином поселении и отправлять их резиденту.

Руководители же центральных отделений навещали заведующих депо и отмечали на специальных картах места дислокации воинских соединений, расположения складских помещений, железнодорожных станций, адреса проживания чиновников администрации. Во время этих встреч в устной форме сообщалась и особо важная информация.

В одном из отчетов российского генштаба было отмечено следующее: «Таким образом, при посредстве своих агентов компания “Зингер" всесторонне изучала Россию, располагая полными сведениями об экономическом положении страны, о состоянии фабрично-заводской промышленности, о средствах обороны, о количестве ее населения, способного носить оружие». В свою очередь, полиции стало известно, что в 1912 году в Иркутск для проведения ревизии прибыли два сотрудника «Зингер» из Гамбурга. Однако в сфере их интересов была не бухгалтерская отчетность, а артиллерийские склады и расположение войск.

Наконец в июне 1915 года во всех подразделениях фирмы «Зингер» были проведены обыски. Правда, они не коснулись московских офисов компании, поскольку они ранее были разгромлены и разграблены во время антигерманских выступлений населения столицы. Правда, в двух конторах все-таки удалось обнаружить инструкции по сбору сведений о промышленных объектах России. Тем не менее выдворить из страны компанию «Зингер» тогда не удалось якобы из-за отсутствия убедительных доказательств сотрудничества фирмы с немецкой разведкой. А в какой-то момент, чтобы остаться в России, «Зингер» добилась заказа на пошив обмундирования для русских солдат.

Накануне же октябрьского переворота руководство петроградского отделения компании предоставило свой офис для заседания ЦК большевиков, на котором обсуждалась подготовка вооруженного восстания. Когда же к власти пришли новые силы, компания «Зингер» из России ушла. Вероятнее всего потому, что свою роль она выполнила!

СОЮЗ КРИМИНАЛА И РАЗВЕДКИ

Днем 25 сентября 1915 года итальянский порт Бриндизи потрясли несколько огромной силы взрывов. Практически моментально пошел ко дну линкор «Бенедетто Брин», считавшийся одним из лучших в итальянском флоте. Поблизости загорелись еще три военных корабля. В этом аду погибли 456 матросов и офицеров.

Эта трагедия произошла спустя четыре месяца после вступления Италии в войну. Газеты, подконтрольные цензуре, поместили лишь краткое коммюнике военного министерства, в которой сообщалось, что причиной гибели линкора стал взрыв на находившемся рядом корабле «Санта-Барбара». Не нашла причин взрывов и следственная комиссия Министерства обороны. А водолазы, тщательно исследовавшие порт, также никаких доказательств диверсии не обнаружили.

А спустя несколько месяцев в порту Ливорно был уничтожен транспортный корабль «Этрурия», на котором находилось несколько тонн динамита. В городе Анконе, к которому примыкал порт, взрывы уничтожили и частично повредили авиационные ангары. В это же время в порту Генуи сгорело здание таможни, а в Неаполе — огромные пакгаузы, заполненные военной амуницией и оружием.

Вывод из этой серии взрывов напрашивался сам собой: за ними стояла глубоко законспирированная организация, наносившая удары в самые болезненные точки, в основном — в объекты военной промышленности.

Но неизвестные совершали диверсии не только в портах. Так, в итальянской Специи был пущен под откос товарняк с огромным количеством боеприпасов. От взрыва пострадали не только железнодорожные пути, но и близлежащие портовые строения. Эта диверсия унесла жизни 256 солдат и гражданских лиц…

Гибель линкора «Бенедетто Брин» в Бриндизи 25 сентября 1915 г.

Наконец, невдалеке от города Терни полиция арестовала человека, который пытался заминировать плотину гидроэлектростанции Марморе-Альте. Он был итальянцем. А спустя несколько дней в полицейский участок с повинной пришел человек и тоже — итальянец. Он признался, что получил задание взорвать плотины еще двух гидростанций. Но поскольку его замучила совесть, он решил во всем признаться. Основываясь на показаниях задержанных, а также на другой информации, сотрудники органов госбезопасности пришли к выводу, что центр диверсионной организации находится в Швейцарии…

В конце весны 1916 года в кабинет итальянского консула в Цюрихе вошел элегантно одетый мужчина, представившийся адвокатом Ливио Бини. Заявив, что родился в Италии, но уже много лет проживает в Швейцарии, он неожиданно признался, что является агентом австрийской разведки. Но, чтобы искупить свою вину, хотел бы оказать посильную помощь своей родине.

В ходе разговора адвокат заявил, что поддерживает приятельские отношения с австрийским консулом Майером и порой заходит в австрийское представительство в Цюрихе. И именно там, на рабочем столе Майера, он заметил план линкора «Леонардо да Винчи». А вскоре итальянская контрразведка выяснила, что консул является офицером австрийских ВМС и возглавляет группу профессиональных шпионов, которые заняты разработкой диверсионных операций в Италии.

Чтобы раскрыть агентов, а также поближе ознакомиться с работой диверсионного центра, в Цюрих был командирован офицер итальянской разведки Помпео Алоизи. Но получить необходимые сведения ему не удалось.

В то же время, чтобы раскрыть секреты центра, он предложил проникнуть в австрийское посольство и похитить из сейфа списки шпионов и планы диверсий. Однако осуществление этого плана сопрягалось со значительным риском.

Так, чтобы добраться до сейфа, в котором хранились секретные документы, требовалось открыть как минимум 16 дверей, которые периодически проверялись ночным дежурным. Казалось, шансов на успех у этой операция не было.

Однако очередная диверсия, случившаяся 2 августа 1916 года в Тарентском порту, приведшая к гибели линкора «Леонардо да Винчи» и смерти 248 офицеров и матросов, заставила итальянскую разведку действовать более решительно.

И по происшествии недолгого времени агент Бини смог получить слепки ключей от всех дверей, ведших в секретную комнату с сейфом. Но сразу же появилась новая проблема: как вскрыть сейф. Ведь среди разведчиков не было специалистов по вскрытию сейфов.

Однако вскоре разрешилась и эта проблема. Дело в том, что спецслужбы решили привлечь к операции профессионального «медвежатника» Папини, который в это время находился в тюрьме. Но, будучи достаточно сообразительным, Папини сразу догадался, что его услуги для военного ведомства очень важны, и не преминул выставить ряд встречных условий: убрать из его биографии все судимости, освободить от воинской службы и выплатить денежную премию, соответствующую стоимости драгоценностей и наличных денег, которые будут находиться в сейфе. Кроме того, Папини потребовал, чтобы помощника он выбрал сам.

И контрразведчики со всеми его условиями согласились.

Первая попытка добраться до сейфа оказалась неудачной: помешал не вовремя появившийся сторож. Взломщики вынуждены были ретироваться. Вторично провести операцию было решено в последнюю ночь Масленицы: разведчики полагали, что охрана в это день будет менее бдительной, чем в обычные дни.

И этот расчет оказался верным. Взломщики без особых сложностей добрались до помещения с сейфом и начали его вскрывать.

С помощью газосварки они распилили стальную обшивку сейфа и добрались до секретных документов. Кроме них, в сейфе находились 3 тысячи швейцарских франков, более 20 тысяч австрийских крон, 1008 наполеоновских золотых, а также драгоценности и значительное количество редких монет.

Что же касается похищенных секретных документов, то им в прямом смысле не было цены, так как они содержали журналы с кодами, карты минных полей итальянского побережья, донесения действующих в Италии агентов. Самой же ценной находкой оказалась картотека с именами, кличками и адресами шпионов, которые находились в Италии. Эта операцию считается самой удачной, которую провели итальянские спецслужбы в годы Первой мировой войны. Именно она в значительной степени ослабила австро-венгерскую разведку того времени.

НАРКОТИЧЕСКАЯ ЛОВУШКА ДЛЯ АГЕНТА

Сотрудник английской разведки Р. Сет в своей книге «Тайные слуги» писал: «Если Доихара назвать Лоуренсом Маньчжурии, то некоторые могут посчитать это за оскорбление памяти Лоуренса. Однако достижения этого человека по размаху, значимости и результатам превосходят деятельность пяти Лоуренсов». Действительно, японский разведчик полковник Кэндзи Доихара (1883–1948) — выдающаяся личность в истории японских секретных служб, к тому же очень рано проявивший способности, которые в будущем помогли ему стать опытным и изобретательным шпионом.

Так, еще в годы учебы он получил известность среди своих товарищей как мастер маскировки. Доихара, например, мог до неузнаваемости изменить походку, за несколько дней сбросить двадцать килограммов веса. А гримировался он настолько умело, что постоянно менял свой внешний облик. Ко всему этому, он еще великолепно владел тремя китайскими наречиями и несколькими европейскими языками…

Однажды, будучи уже опытным разведчиком, он довольно эффективно использовал в Маньчжурии губительное пристрастие местного населения к наркотикам. Сначала Доихара создал пункты для бесплатной раздачи лекарств людям, страдающим туберкулезом. Однако в небольших коричневых пузырьках, которые распространялись десятками тысяч, находилось не лекарство от тяжелой болезни, а опиум.

А вскоре благодаря его стараниям так называемые китайские клубы и салоны превратились в публичные дома. Но в первую очередь они являлись также и опиумными притонами. Чуть позже по рекомендации спецслужб японские табачные фабрики стали производить новый сорт папирос «Золотая летучая мышь». Поскольку они предназначались исключительно для экспорта, в Японии их не продавали. И связано это было с тем, что в папиросах находились незначительные дозы опиума или героина.

Кэндзи Доихара в Пекине. Фото 1935 г.

В результате ничего не подозревавшие курильщики становились наркоманами.

И резиденты Доихары весьма плодотворно использовали это обстоятельство. Первое время за оказанные услуги они расплачивались с агентами деньгами и частично — опиумом. Однако впоследствии полностью рассчитывались опиумом. Безусловно, вскоре все эти наркозависимые люди становились безотказным орудием в руках японского шпиона.

Но Доихара использовал наркотики не только чтобы узнать секретные сведения. Он также активно применял опиум для покорения других народов, к тому же бескровного покорения. И это «оружие» тихой агрессии широко применялось для захвата Маньчжурии, Северного, Центрального и Южного Китая. Причем без выстрелов и взрывов бомб и снарядов, без уничтожения инфраструктуры.

Наркотизация основных районов Китая — это война особого рода, которую организовал и проводил полковник Кэндзи Доихара. Она развёртывалась в мертвой тишине опиумных и героиновых притонов, а её жертвы не кричали и не стонали, а умирали тихо и постепенно, и не на полях сражений, а в собственных домах. Причем умирали за много лет до реальной смерти. В этой войне не было разрушенных городов и сожжённых сел. А агрессор не нёс расходов, а, наоборот, получал гигантские доходы.

О масштабах наркотизации Китая говорит следующее признание Ку Ю-сана — управляющего двумя опиумными притонами в Пекине с мая 1944 года до января 1945 года. «Насколько я знаю, — заявил он, — в Пекине во время японской оккупации было 247 опиумных притонов, 23 тысячи зарегистрированных и легализованных наркоманов, 80 тысяч незарегистрированных наркоманов и сотни тысяч людей, которые случайно приходили курить опиум. Через несколько месяцев после японской оккупации продажа опиума была легализована… Все опиумные притоны получали приказы от японской жандармерии. Ни одному японцу не разрешалось курить опиум. Количество наркоманов после оккупации увеличилось в десять раз».

И эта беззвучная война целиком соответствовала девизу опытного разведчика Доихара: «Лучшее из лучшего есть разгром и подчинение противника без единого сражения!»

ГАЗЕТЫ КАК ИСТОЧНИК ВОЕННЫХ СЕКРЕТОВ

В начале 1930-х годов из фашистской Германии в Англию эмигрировал известный журналист и военный эксперт Бертольд Якоб. Спустя какое-то время он издал в Лондоне книгу, в которой подробно рассказал об организации немецких вооруженных сил, охарактеризовал ее высшее военное руководство, ведущих работников Генерального штаба и 168 генералов.

Гитлер тотчас обязал одного из своих опытнейших разведчиков — полковника Николаи — выяснить, из каких источников журналист получил закрытую информацию, и найти его сообщников.

Особая роль в этой операции отводилась агенту германской секретной службы Ваземану. Он должен был заманить журналиста в ловушку. Для этого Ваземан в Базеле открыл книжный магазин и стал афишировать себя как издателя, перебравшегося из Германии в Швейцарию.

А спустя какое-то время он вышел на Якоба и предложил посетить Швейцарию. Основанием для встречи Ваземан назвал обсуждение книгоиздательских дел. Якоб согласился и прибыл в Базель. За завтраком немецкий агент незаметно всыпал в фужер журналиста приличную порцию снотворного. Тот выпил вино и сразу же погрузился в сон…

Проснулся Якоб уже в Берлине. Его доставили в кабинет Николаи. «Все, что опубликовано в моей книге, — заявил Якоб на допросе, — я почерпнул из газет. Основание для утверждения, что генерал-майор Гаазе командует 17-й дивизией, расположенной в Нюрнберге, я извлек из сообщения, помещенного в местной газете. В нем говорилось, что на похоронах присутствовал генерал Гаазе, командовавший 17-й дивизией. В ульмской газете, — продолжал Якоб, — среди светских новостей я нашел данные о свадьбе дочери полковника Вирова с неким Штеммерманом. В заметке упоминалось, что Виров командует 306-м полком 25-й дивизии. Майор Штеммерман был назван офицером службы связи этой дивизии. В газете сообщалось, что он приехал из Штутгарта, где расквартирована его дивизия…»

Бертольд Якоб извлекал из нацистской прессы важную военную информацию

На этом встреча журналиста и аса шпионажа завершилась. О ее результатах Николаи доложил Гитлеру. И фюрер тотчас распорядился воспользоваться этим опытом. И спустя недолгое время для изучения иностранных газет и журналов, постоянного прослушивания радиопередач и чтения литературы в абвере был создан особый зарубежный отдел, тесно взаимодействовавший с Министерством иностранных дел Германии.

Завершилась же эта история дипломатическим скандалом. Вскоре супруга профессора Якоба обратила на этот инцидент внимание общественности. И правительство Швейцарии вынуждено было выразить Германии официальный протест в связи с нарушением суверенитета страны. При этом оно потребовало освобождения Якоба. Но немцы отвергли это обвинение, заявив, что такой человек на территории страны не проживает. И лишь через полгода немцы передали швейцарским пограничникам истощенного и измученного Якоба со следами шрамов от перенесенных им пыток…

Но, оказывается, Якоб был не первым, кто черпал из прессы информацию, проходившую под грифом «Совершенно секретно». Например, еще Наполеон из английских газет узнал о передвижении армии Веллингтона на Пиренейском полуострове.

И во время Гражданской войны в США правительство президента Линкольна столкнулось с фактом выдачи газетами многих секретных сведений о передвижении войск. Так как на значительной части территории, на которой велись бон, сплошная линия фронта отсутствовала, эти газеты незамедлительно оказывались в руках южан.

Впрочем, северяне также получали много секретных сведении из газет южан. Так, в начале войны «Нью-Йорк геральд» опубликовала данные не только о количественном составе армии южан, но и списки офицеров. Причем эти сведения оказались довольно точными.

В годы Франко-прусской войны 3-я армия немцев после битвы при Верте, перемещаясь в западном направлении, разминулась с французскими войсками Мак-Магона, которые передвигались на восток.

И как раз в это время неожиданно в руках немецкой разведки оказалась французская газета, в которой был напечатан материал, в котором сообщалось, что войска Мак-Магона находятся во французском городе Реймсе. Опираясь на эти сведения, немецкое военное руководство незамедлительно направило войска на север, тем самым воспрепятствовав осуществлению планов французов.

Многие военные историки описывают и такой, поистине невероятный факт, что будто бы накануне сражения при Седане немецкий генерал-фельдмаршал Мольтке узнал из английских газет почти точную картину дислокации французских войск.

Еще одним примером разглашения секретных военных сведений является «Вестник маньчжурской армии». Эта газета издавалась во время Русско-японской войны. В ней печатались информация о прибытии на Дальний Восток воинских частей и об их дислокации, приказы, содержавшие сведения о составе и материальном обеспечении корпусов и дивизий. «Вестник» также публиковал объявления о розыске военными своих родственников и однополчан. Безусловно, в объявлениях, которые давали военнослужащие, сообщались их адреса, что позволяло противнику иметь довольно полную картину расположения русских войск на Дальнем Востоке.

Судя по приведенным выше примерам, случаи сообщения газетами военных секретов довольно многочисленны. И конечно же, спецслужбы противника не отказывались от подобного рода сведений.

Правда, разведку чаще всего интересовали не сами данные, попавшие на страницы средств массовой информации или книг, а тот, кто придал их огласке. И в первую очередь военные обозреватели и журналисты.

Предполагалось, что кое-кого из этой пишущей братии можно было завербовать. И если это удавалось, то человек мог использовать свои контакты в соответствующих структурах для сбора конфиденциальной информации. Тем более что его повышенное любопытство чаще всего не вызывало излишних подозрений у спецслужб.

Охотились за кандидатами в агенты по-разному. Например, в Японии представители разведок социалистических стран часто посещали отдел военной литературы, который находился в столичном книжном магазине «Марудзэн». Обычно они покупали книги, которые их заинтересовали и в данный момент были выставлены на прилавке. Объяснялось это тем, что между сотрудниками ГРУ, КГБ и агентами внешней разведки стран Варшавского договора существовало довольно жесткое соперничество в вербовке в агенты иностранных граждан. Особенно авторов книг по военной тематике.

Не отказались спецслужбы от этой практики и в наше время. Более того, сегодня они получают не менее 80 % информации из открытых источников. Аналитики разведки считают, что из газет, журналов, докладов на научных конференциях можно выудить информацию, на основании которой нетрудно составить достаточно объективную картину о событиях, происходящих в различных государствах и в самых разных областях политики, науки, техники и т. д.

Особую роль в этой деятельности спецслужб играет Интернет. «Сегодня разведчики могут получать из Всемирной паутины практически все необходимые им сведения. Все дело лишь в том, чтобы правильно скомпоновать отрывочные данные в целостную картину. Поэтому значимость нелегальной агентуры, содержание которой достаточно дорого обходится государству и сопряжено с определенным риском, становится менее весомой. Хотя она, вне всякого сомнения, необходима, поскольку существуют секреты, которые просто невозможно добыть другим путем», — заметил один из экспертов ЦРУ.

КОРРЕСПОНДЕНТЫ — АГЕНТЫ СОВЕТСКИХ СПЕЦСЛУЖБ

Сразу после Октябрьской революции 1917 года В.И. Ленин выступил с предложением создать институт «рабкоров», или «народных журналистов». Идея вождя мирового пролетариата предполагала, что тысячи людей будут писать в газеты с разоблачением контрреволюционеров и саботажников.

А уже через десять лет, точнее в конце 1920-х годов, советские спецслужбы воспользовались идеей Ленина в интересах экономической и промышленной разведки. Активное участие в этой работе принимал один из лидеров Французской компартии Ж. Дюкло, создавший специальную группу из 6 человек, которая должна была читать и сортировать заметки рабкоров.

А спустя не долгое время в газете «Юманите» появилась рубрика «Рабкоры», которую учредил выдающийся французский энтомолог Андре Ремон, публиковавший свои материалы под псевдонимом «Пьер Рабкор».

Для эффективной работы при редакции была даже организована особая комиссия, члены которой сортировали многочисленные письма рабочих корреспондентов. А выжимки из этого огромного потока информации передавали Исайе Виру, получившего кличку Фантомас. Он-то и осуществлял связь между Французской компартией и советским посольством в Париже.

Сообщения, которые приходили со всех уголков страны в коммунистическую газету «Юманите», иногда печатались. А вот та информация, в которой имелись факты и цифры, интересовавшие советскую разведку, переправлялись Виром советскому военному атташе. Точнее, сотруднику посольства, который работал под дипломатическим прикрытием, поскольку до 1938 года кадровых военных атташе не было. Он тщательно изучал полученную корреспонденцию и, если в ней содержался важный материал, пытался встретиться с корреспондентом, чтобы получить более подробную информацию по заинтересовавшей его теме. Причем рабкоры совсем не догадывались, что их используют советские спецслужбы.

Курировал же эту цепочку советский разведчик И. Бир. Причем он не только занимался анализом сведений, изложенных в корреспонденциях рабкоров, но и периодически переправлял в Союз наиболее интересные образцы новой военной техники. Например, однажды, перевоплотившись в торговца бельем, он смог провезти в чемодане с дамскими аксессуарами мину, недавно поступившую на вооружение во французскую армию.

Возможно, налаженная связь между «Юманите» и советской разведкой продолжалась бы многие годы. Но в 1932 году один из шести членов особой комиссии донес обо всем в полицию.

Как раз в это время появились сведения, что на военном заводе в Туре пропали чертежи нового авиационного пулемета. В ходе пятимесячного расследования виновных так и не нашли. Однако за все прошлые грехи суд приговорил Бира к трем годам лишения свободы. Французские же агенты, как говорится, отделались легким испугом, получив от 13 до 15 месяцев тюрьмы.

В июне 1932 года во время массовых арестов членов сети «рабкоров» полиция задержала и «Фантомаса», Впоследствии он был осужден на три года. И после выхода из тюрьмы Вир перебрался в СССР. По имеющейся информации, судьба Вира сложилась благополучно. Он стал преподавателем Военного института иностранных языков…

Обложка журнала «Амеразия» за июнь 1947 г.

А эта шпионская история случилась уже в Соединенных Штатах. Именно там в ЗО-е годы прошлого столетия издавался журнал под необычным названием «Амеразия», Почти все его подписчики — а их насчитывалось около двух тысяч — и не догадывались, что инициировал это издание Советский Союз. Тематика же журнала — анализ политической, экономической и военной обстановки на Дальнем Востоке — была интересна не только американцам, но в первую очередь руководству СССР. Причем, в отличие от других подобных изданий, корреспонденты «Амеразии» свои аналитические заключения делали, основываясь на секретных документах, которые они официально получали из различных военных учреждений — армии, флота, Управления стратегической разведки (УСР) и даже из Госдепартамента.

Безусловно, тот факт, что журнал был создан по инициативе Советского Союза, да к тому же в нем печаталась секретная информация, не мог остаться вне поля зрения американских спецслужб, которые впервые обратили на него внимание в феврале 1945 года. Тогда один из аналитиков Управления стратегической разведки в одном из свежих номеров журнала наткнулся на отрывки из своего сверхсекретного обзора. В ходе оперативного расследования выяснилось, что кто-то изъял этот документ из архива Управления.

Это ошеломляющее открытие заставило спецслужбы более внимательно присмотреться к «Амеразии». В результате тщательной слежки о журнале была собрана довольно любопытная и труднообъяснимая информация. Например, оказалось, что все сотрудники редакции работали по ночам. Кроме того, выяснилось, что они часто посещали Институт тихоокеанских исследований и были сторонниками коммунистической идеологии.

Все эти факты вынудили руководство УСР провести тайный обыск в редакции журнала. Ждать удобного случая пришлось несколько дней. И лишь 11 марта 1945 года группа, в состав которой вошли в основном отставные сотрудники ФБР, проникла в офис «Амеразии». А там их ожидало немало сюрпризов.

И не только множество сверхсекретных документов, в частности, касавшихся исследований по атомной бомбе. В редакции обнаружили также лабораторию, мощности которой позволяли оперативно обрабатывать всю конфиденциальную информацию, регулярно поступавшую в редакцию. Именно этим открытием и объяснялась работа сотрудников журнала в ночную смену.

В марте 1945 года группа из 75 агентов, возглавляемая майором ФБР Гурнелом, приступила к расследованиям деятельности «Амеразии». Всего по делу, связанному с работой журнала, проходило шесть человек. И все они обвинялись в шпионаже.

Казалось бы, все виновные должны были понести суровое наказание. Однако масштабная кампания в защиту служащих журнала, развернувшаяся в прессе, а также давление на судей посредством публикаций в газетах привели к тому, что сотрудники «Амеразии» получили лишь штрафы за ненадлежащее хранение секретных документов…

Даже при беглом анализе деятельности «Амеразии» легко заметить, что этот журнал во многом напоминал сеть «рабкоров», действовавших в 30-е годы во Франции и в Англии. В этом же контексте следует рассматривать и работу Института тихоокеанских исследований.

Это учреждение было своего рода респектабельной гостиной, где сидели шпионы и агенты советской разведки. Институт был идеальной «крышей» и создавался для сбора секретной, и в первую очередь военной, информации. Причем не только в США, а во всем Тихоокеанском регионе. А возможность беспрепятственно передвигаться открывала сотрудникам уникальные возможности для разведывательной деятельности.

АГЕНТ АБВЕРА, ПЕРЕХИТРИВШИЙ ФБР

12 ноября 1940 года резиденция абвера в немецком Бремене получила сообщение от своего агента в Соединенных Штатах. Казалось бы, ничего особенного не произошло: это было обычное послание, которое регулярно поступало в Бремен. Однако именно оно стало первым звеном в цепи событий, которые, в конце концов, вылились в шпионскую операцию, продолжавшуюся четыре с половиной года.

В своем донесении агент, имевший в картотеке абвера код К-2232, докладывал, что несколько американских предприятий, производящих гелий, увеличивают производственные мощности. А это первый признак того, что в скором времени увеличится и выпуск продукции. Агент также акцентировал внимание на том моменте, что того объема гелия, который до сих пор производился в США, вполне хватало для удовлетворения всех потребностей этой страны. Но поскольку гелий использовался в основном для наполнения дирижаблей и как компонент воздушной смеси во время выполнении глубоководных работ водолазами, агент предположил, что увеличение производства гелия связано с какими-то неизвестными разработками.

К сведениям, которыми от имени Кёлера сотрудники ФБР пичкали своих коллег в Германии, абвер относился как к банальной «дезе»

Агент также заострил внимание на том, что «излучаемые радием альфа-лучи представляют собой ядра атомов гелия». В связи с этим он предположил, что увеличение производства гелия «может быть связано со значительными достижениями в ядерной физике». Возможно, полагал он, в США ведутся исследования по использованию атомной энергии в военных целях.

А теперь вернемся к агенту В-2232. Оказывается, под этим шифром проходил немецкий химик Адольф Хильхаус, работавший на военную разведку. И теперь, анализируя этот факт, можно уверенно заявить, что Хильхаус отправил в абвер первое Донесение, в котором обозначил начало атомной эры. В ноябре и декабре он отослал в бременскую резидентуру еще несколько похожих сообщений.

Однако информация, полученная от Хильхауса, интереса у руководства бременского центра не вызвала. И только благодаря упорству агента, оно разослало его донесения в вермахт, ВМС и люфтваффе. Но реакция на эти послания была более, чем прохладной. А весной 1941 года агент К-2232 получил распоряжение вернуться в Германию.

Явившись в Бремен, Хильхаус свои соображения представил в длинной записке, которую назвал «Производство тяжелого урана из гелия, предположительно, для ВВС США». При этом он убедил руководителя резидентуры абвера в Бремене Карлса отправить этот документ тем же адресатам, которым отсылались его предыдущие донесения.

Реакция была та же, что и в прошлый раз. Заинтересовал этот документ лишь руководителя разведки люфтваффе полковника Шмидта. И он отправил донесение Хильхауса начальнику военно-технического управления вермахта полковнику Рёдеру. Тот, ознакомившись с запиской, официально ответил Карлсу, что «донесения агента очень неконкретны, и необходимо добиться от него более точных данных относительно этих экспериментов». Но ничего нового Хильхаус добавить не смог. В конце концов Рёдер все же рекомендовал для сбора более детальной информации направить в США опытного агента, и желательно физика.

Отправить за океан было решено Кёлера. Для этого имелось ряд оснований: он работал в разведке еще со времен Первой мировой войны, хотя и не был ученым-физиком, но знал инженерное дело и, наконец, до 1941 года проживал в США.

Предполагалось, что за границу он отправится с супругой через Аргентину по визе, которую ему «сфабрикует» абвер. Но уже в Мадриде намеченный план не сработал, поскольку немецким агентам не удалось обеспечить Кёлера аргентинской визой. Тогда агенту предложили другой маршрут: выплыть в США из Лиссабона по американской визе.

Кёлер эту идею поддержал и вскоре отправился в американское консульство в Мадриде просить визы для себя и своей супруги. Для их получения он придумал довольно оригинальный и вместе с тем эксцентричный способ.

Вот его описание, изложенное в книге Фараго Ладисласа «Игра лисиц».

«Вообще-то, сэр, — заявил он вице-консулу, — на самом деле я сотрудник абвера и направлен в вашу страну со специальным заданием. Согласно моим инструкциям, в первую очередь я должен собрать там рацию для передачи немецкой разведке особо важных срочных сведений». Консул в ответ поинтересовался, в чем же заключается особая важность его задания. «Я должен сообщать о передвижениях войск», — последовал ответ.

В качестве доказательств, что он и впрямь агент, направляющийся в США, Кёлер предоставил шпионское снаряжение, выданное абвером: руководство по сборке и работе на коротковолновой рации, микропленку с шифром, а также ноты голландского национального гимна с записанными между строк симпатическими чернилами расписанием работы рации и позывными. Затем он показал молитвенник, который служил шифровальным блокнотом, химикалии для изготовления симпатических чернил, а также сильное увеличительное стекло, входившее в снаряжение всех агентов абвера. Кроме того, Кёлер выложил выданные ему 6230 долларов США наличными, дорожные часы, золотые монеты, кое-какие драгоценности и небольшую коллекцию редких почтовых марок.

И только после этого он начал рассказывать придуманную им версию, которая сводилась к тому, что он согласился поехать в США с заданием абвера только для того, чтобы спастись от нацистов, преследовавших его как голландца — патриота и набожного католика.

«Я хочу помогать союзникам, — заявил он, — И если мне разрешат поехать в США, я готов работать на вас, делая вид, что выполняю задание абвера», Предложение передали в Вашингтон, и ФБР решило рискнуть; по запросу Гувера просьба Кёлера была удовлетворена…

А уже утром 7 февраля 1943 года в эфире раздались первые сигналы рации голландца. Правда, на рычажок нажимал не он, а сотрудник ФБР, обученный имитировать почерк Кёлера. В первом донесении сообщалось: «Готов приступить к работе. Чувствую себя в безопасности, но соблюдаю осторожность. Буду слушать вас в 19.00. Если связи не будет, повторю попытку в это же время на следующий день».

Начиная с этого дня более двух лет проводились регулярные сеансы радиообмена между рацией Кёлера и абвером. Позднее Гувер вспоминал: «Неделю за неделей мы кормили немцев военной и экономической информацией, по большей части достоверной, но не представлявшей особой тайны». «Секретные сведения» включали метеосводки, графики перемещения кораблей через американские порты и т. д, И немцы, как считали в ФБР, с удовольствием «проглатывали» эту информацию. Вообще же в течение работы Кёлера в США от его имени была отправлена 231 радиограмма.

Однако позже выяснилось, что радиограмм было больше. Так, весной 1944 года федералами были отправлены сообщения под номерами 63,64,65. Однако, судя по немецким архивам, к этому времени Кёлер связывался с абвером 137 раз.

Это был первый, но не последний сюрприз в работе Кёлера. Второй был связан с кодированием донесений. Дело в том, что свои сообщения ФБР шифровало с помощью молитвенника, выданного ему в разведке и который он показал консулу. Однако во многих сообщениях Кёлера применялся совсем иной код.

Все это наводит на вполне логичное предположение, что голландец являлся агентом-двойником. И даже его визит в консульство США в Мадриде, где он разыграл сцену кающегося католика и патриота, был частью хорошо продуманной операции.

Выходит, что Кёлер вел тонкую игру, в которой он являлся посредником между ФБР и абвером. Это доказывает и тот факт, что подлинные сведения он отсылал по специальным каналам в парижское подразделение абвера. Более того, какое-то время Кёлер работал даже с племянником адмирала Канариса. А к тем сведениям, которыми от его имени сотрудники ФБР пичкали своих коллег в Германии, абвер относился как к банальной «дезе».

В таком случае возникает закономерный вопрос; как же Кёлер смог провести американцев, которые вели за ним практически круглосуточную слежку? А дело в том, что наблюдали за ним не столь тщательно, как можно было бы подумать, да и не круглые сутки.

К тому же и сам голландец был достаточно опытным разведчиком, чтобы при желании уйти от слежки. Кроме того, у Кёлера был коллега, тоже немецкий шпион, который помог ему собрать новую рацию. Пользовались же ею в исключительных случаях, когда требовалось срочно передать важные сведения. За ними приезжал агент, с которым Кёлер встречался в Нью-Йорке. Остальную же информацию голландец отправлял через курьерскую сеть, которую абвер создал специально для него на испанских торговых кораблях.

И все же своего основного задания Кёлер не выполнил; он не добыл никакой информации об атомном оружии. Тем не менее, по словам одного из высших чинов немецкой разведки, «это был лучший человек абвера в США».

ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ИГРЫ КУЭНОВ

В середине августа 1935 года в Гонолулу прибыла семья немецких эмигрантов, состоящая из 4 человек: доктора Бернарда Куэна, его жены, сына и дочери Рут, По прибытии на остров сам Куэн занялся этнографическими изысканиями, а Рут — историей Гавайских островов. В ходе поездок по Гавайям отец и дочь побывали почти на всех крупных и мелких островах. Они скрупулезно записывали в журнал и отмечали на картах все, что касалось их научной деятельности.

Жизнь семьи Куэнов текла спокойно и безмятежно. Они жили в симпатичном доме, который изнутри был украшен коллекцией произведений искусства, столовым серебром и прочими свидетельствами богатства и культуры семейства. Основу благосостояния Куэнов составляли доходы с их недвижимости в Голландии и Германии. Причем были они весьма приличные: так, только за первые три года пребывания на Гавайях им было перечислено семьдесят тысяч долларов.

Но в то время мало кто знал, что почти все члены скромного семейства находились на службе сразу двух разведок: японской и германской, которые, по сути, являлись теми источниками, откуда Куэны и черпали свои немалые доходы…

Но неожиданно в начале 1939 года Куэны продали свой особняк в Гонолулу и переехали в Пёрл-Харбор, поближе к месту дислокации Тихоокеанского флота США. Доктор Куэн продолжил свои этнографические изыскания, а Рут открыла женский салон красоты, куда часто наведывались жены морских офицеров. А салоны издавна являются лучшим местом для сбора информации, интересующей спецслужбы.

Из новостей, которыми делились женщины, Рут узнавала о перестановках в руководстве, вакантных должностях, о прибывших кораблях, а порой — и об их боевых характеристиках.

А вечером Рут и Фридель — супруга главы семейства, также работавшая в салоне, докладывали ему обо всех разговорах. А он, в свою очередь, передавал полученные сведения в немецкое и японское посольства.

Не остался в стороне от шпионских дел взрослых и десятилетний сын доктора. Веселый и бойкий, он пользовался неизменной любовью моряков. Он часто бывал на кораблях и с удовольствием слушал рассказы об «игрушках», которые там находились. Позже своими впечатлениями мальчик делился с отцом и Рут, которая уже потом умело выясняла необходимые детали у своих друзей-офицеров.

Незадолго до бомбардировки Пёрл-Харбора японский консул пригласил в посольство доктора Куэна и Рут. В ходе беседы он поставил перед ними задачу переключить все свое внимание на сбор информации о положении на флоте.

При тех связях, которые удалось наладить Куэнам, они без особого труда собирали необходимые сведения и передавали их по назначению. К тому же для более продуктивной работы Куэны приобрели недалеко от базы Перл-Харбор новый дом. Оттуда Рут по специальной методике передавала сигналы в японское консульство. Позже, после ее усовершенствования, сообщения стали принимать и корабли японского флота…

Куэны снабжали японскую и германскую разведки информацией о военной базе Перл-Харбор

А 7 декабря в 8 часов утра по местному времени сто пять японских самолетов атаковали Пёрл-Харбор. В это время на базе находились семь линкоров и примерно восемьдесят типов других судов Тихоокеанского флота США: крейсеров, миноносцев, минных заградителей.

Японские летчики точно знали каждую цель, которую требовалось атаковать. Их координаты накануне были получены от Куэнов. Более того, Рут также координировала весь налет, передавая в японское представительство с помощью светового кода весь ход атаки.

В результате бомбардировки, длившейся примерно 1 час 45 минут, все линейные корабли и большинство других судов были выведены из строя. Погибли и пропали без вести не менее трех с половиной тысяч моряков и примерно полторы тысячи получили разной степени ранения.

И только за пятнадцать минут до окончания бомбардировки в дом Куэнов вбежали три американских офицера, которые случайно обратили внимание на световые сигналы. Но их визит уже не мог изменить судьбу флота, мощь которого в акватории Тихого океана рухнула в одночасье…

ТАЙНЫ ПОБЕД РОММЕЛЯ

В когорте наиболее известных военачальников гитлеровской Германии генерал-фельдмаршал Эрвин Роммель, по мнению большинства историков, занимает одно из центральных мест. Приняв 6 февраля 1941 года командование африканским корпусом, он всего лишь через несколько месяцев за свой профессиональный «нюх» получил прозвище «лис пустыни».

Однако удача сопутствовала Роммелю лишь до середины осени 1942 года. А затем фортуна вдруг отвернулась от него: 8-я британская армия генерала Монтгомери разбила войска Роммеля сначала в сражении под египетским городом Эль-Аламейном, а затем в течение следующего полугодия корпус «лиса пустыни» был полностью разгромлен и капитулировал.

Основываясь на радиоперехватах информации Феллерса, Роммель планировал свои операции в Северной Африке

Что же случилось с непобедимым соединением Роммеля? Какие же причины привели его к бесславному концу? Одна из них была названа историком Д. Каном, который какое-то время смог поработать в архивах спецслужб Великобритании и США…

Начало этим событиям положил октябрь 1940 года. Именно в это время в английских войсках, сражавшихся в Северной Африке, появился американский военный атташе Боннэр Фелдере.

Прибыв в Египет, Боннэр незамедлительно приступил к инспектированию армии, которой в то время командовал генерал Уйвелл. Англичане отнеслись с должным пониманием к деятельности нового атташе и не создавали ему особых препятствий в работе. Полковник беспрепятственно разъезжал по всему театру военных действий, собирая на местах разнообразную информацию. Более того, англичане даже стали делиться с американцем планами операций по овладению египетскими городами. Возвратившись из очередной поездки, Феллере обо всем увиденном и услышанном с помощью шифрограмм сразу же докладывал в Вашингтон…

Неожиданно в январе 1941 года в распоряжение Роммеля прибыла группа радиоперехвата, возглавляемая капитаном Зеебомой. Вместе с техническим персоналом в немецкие войска были направлены и криптографы, имевшие опыт расшифровки военных и дипломатических кодов.

А вскоре криптоаналитики раскрыли шифр, которым Феллере кодировал свои сообщения в Вашингтон, Теперь донесения атташе, в которых содержалась подробная информация об английских войсках, их боеспособности и местоположении, после дешифровки сразу предоставлялись Роммелю.

Так, из донесений своего «информатора» генералу стало известно, что в начале марта 1941 года английская 7-я бронетанковая дивизия переброшена в Египет для доукомплектования и отдыха. Вместо же нее прибыли не имевшие боевого опыта части 2-й бронетанковой дивизии. Скрупулезный американец зафиксировал также, что части 9-й пехотной дивизии, прибывшие на смену 6-й, слабо подготовлены и слабо вооружены.

Основываясь на этих рассуждениях Феллерса, генерал сделал соответствующие выводы и решил атаковать ослабшие позиции противника. Эффект наступательной операции Роммеля был потрясающим. Английские войска стали спешно отступать и 3 апреля оставили Бенгази. В этом сражении бронетанковая бригада, входившая в состав армии генерала Уйвелла, потеряла практически все танки. Более того, следующий день превратился для англичан в новый кошмар: 2-я бронетанковая дивизия попала в «котел» и сдалась. Такой оказалась цена болтливости американского атташе.

Еще одну «услугу» он оказал немцам, когда сообщил в Вашингтон о намеченной англичанами операции парашютистов-«коммандос». По замыслу генерала, в ночной темноте они должны были приземлиться на девять немецких аэродромов и осуществить ряд диверсий.

Если бы эта задумка Уэйвелла воплотилась в жизнь, немцы надолго бы лишились снабжения по воздуху. Кроме того, эскадрильи бомбардировщиков больше не смогли бы хозяйничать над Средиземным морем.

Узнав о планах англичан, Роммель приготовил для британских «коммандос» неожиданную встречу. Каждая группа диверсантов, находясь еще в воздухе, была подвергнута шквальному обстрелу. Большинство парашютистов погибли, а оставшиеся в живых сдались в плен.

А утром с немецких аэродромов взмыли в воздух асы Геринга, чтобы атаковать плывший к Мальте английский конвой. В ходе этой воздушной атаки несколько судов с военными грузами и сопровождавшие их эсминцы были потоплены. После этого налета английские коммуникации в Средиземноморье на несколько месяцев были, по сути, выведены из строя.

Но однажды фортуна изменила немцам. Из-за перебоев в обеспечении запчастями специалисты Зеебома не успели подготовить аппаратуру пеленгования и прозевали танковую атаку англичан, которую они нанесли по позициям немцев 10 июня 1942 года. И как раз на пути этой атаки оказался лагерь Зеебома. Капитан и многие его сотрудники погибли, а оставшиеся в живых — взяты в плен. Но самое главное: англичанам достались почти все архивы группы Зеебома вместе с документацией, в которой раскрывались все механизмы радиоперехвата. В архиве были также обнаружены расшифрованные послания американского атташе.

После этих событий полковника Феллерса быстро отозвали из Африки, а новый американский атташе в Северной Африке прибыл в Каир с кодом, который так и не смогли взломать немецкие криптоаналитики. В результате этой рокировки «лис пустыни» лишился той информации, которая помогала ему бить противника наверняка.

В ноябре 1942 года, когда в Касабланке, Оране и Алжире высадились объединенные войска англичан, французов и американцев, африканский корпус Роммеля был обречен. И, понимая это, немецкое командование отозвало генерала в Берлин. Нашелся и предлог: Роммелю требовалось немедленное лечение.

ВАШИНГТОН ГОВОРИТ, БЕРЛИН ПОДСЛУШИВАЕТ…

Ранним утром 29 июля 1943 года немецкому генералу Йодлю вручили запечатанное письмо из министерства почты. Конверт был помечен буквой «II», обозначавшей, что в нем содержится расшифровка разговора по трансатлантическому кабелю Рузвельта и Черчилля.

А ведь и президент США, и премьер-министр Англии, скорее всего, полагали, что их разговор абсолютно конфиденциален и недоступен вражеским «ушам». Ведь эксперты уверяли, что особое кодирующее устройство настолько меняет речь собеседников, что невозможно разобрать, о чем идет разговор.

Для того чтобы исключить любую возможность перехвата и расшифровки переговоров, американская фирма «Белл телефон системе» разработала еще и специальное устройство, разбивавшее рабочую частоту на более мелкие диапазоны и тем самым искажавшее и изменявшее скорость человеческой речи.

И осенью 1939 года это изобретение, получившее обозначение «А-3», было установлено на радиотелефонном кабеле, по которому Рузвельт связывался с абонентами. Чуть позже устройство было значительно усовершенствовано; в него был вмонтирован преобразователь тона речи в сигнал, похожий на резкий и непродолжительный звон колокольчика.

Также были приняты и другие меры, обеспечивающие безопасность разговора. В частности, особая группа инженеров контролировала недоступность личной международной связи президента. Кроме того, еще один электронный блок автоматически изменял радиочастоту во время разговора.

Таким образом, даже если служба перехвата противника могла начать прослушивание, спустя непродолжительное время в эфире наступала тишина. Поэтому и в США, и в Англии были уверены, что связь по трансатлантическому кабелю не только очень быстрый, но и абсолютно безопасный канал переговоров.

В таком случае, как же немцы смогли перехватить и расшифровать закодированный конфиденциальный разговор руководителей двух великих держав?

Рузвельт и Черчилль полагали, что их телефонные разговоры недоступны врагу

Оказывается, еще в октябре 1939 года американский агент немецкой разведки почтой отослал своему шефу статью, в которой сообщалось об особом приборе — «скремблере», позволяющем вести зашифрованные разговоры Рузвельта с заокеанскими партнерами. И находится это устройство якобы в звуконепроницаемой комнате в подвале Белого дома.

Присланный материал заинтересовал ведомство, которое осуществляло перехват телефонных разговоров из-за океана. При этом изучался не просто радиоперехват, а высокочастотный сигнал непосредственно с кабеля.

К исследованиям в этом направлении приступили лишь летом 1941 года. А вести разработку было поручено почтовому ведомству. Занималась же конструированием прибора группа под руководством инженера Веттерлейна. Работа продвигалась быстро, и уже в сентябре были сделаны первые опытные образцы кодирующего и декодирующего устройств.

Меньше чем через год, в марте 1942-го, проект был завершен. И в голландском Эйндховене была построена станция перехвата, оборудованная особыми гигантскими антеннами. Устройство было столь совершенным, что позволяло расшиф-ровывать перехваченные разговоры в реальном времени. Причем во время перехвата терялось лишь несколько слогов после каждой переменны кода, которые происходили через 20 секунд-Такой незначительный временной интервал требовался устройству для того, чтобы подобрать новый шифр, применявшийся в переговорах.

Весь же процесс от момента перехвата разговора до получения его расшифрованного содержания в Берлине обычно занимал не более двух часов. Видимо, это был самый оперативный способ получения секретной информации и ее декодирования в практике разведывательных служб.

ТУННЕЛЬНАЯ РАЗВЕДКА

Еще на заре «холодной войны» иностранные спецслужбы, кроме сбора необходимых сведений с помощью агентуры и «кротов», пользовались также различного рода техническими средствами.

Например, в начале 50-х годов прошлого века английская разведка, основным направлением технического шпионажа выбрав Австрию, смогла подключиться к телефонным кабелям, которые связывали штаб советских войск в Вене с рядом соединений, аэродромами и другими стратегическими объектами.

Эти кабели частично были протянуты через английскую и французскую зоны оккупации. После их тщательного изучения эксперты установили, что наиболее удобным местом, где можно было разместить прослушивающее устройство, являлось здание британской военной полиции. Дело в том, что буквально в десяти шагах от него проходил телефонный кабель, связывающий советское руководство в Вене с аэродромом в австрийском городе Швехате.

Чтобы подключиться к линии связи, из подвала здания полиции был прорыт короткий туннель, в нем проведено ответвление от кабеля и установлено прослушивающее оборудование с записывающей аппаратурой. Операцию назвали «Конфликт». Ее успех был настолько потрясающим, что спецслужбы решили установить записывающую аппаратуру еще на двух советских кабелях.

Второе аналогичное устройство разместили в помещении английской фирмы, торговавшей бижутерией. Фирма служила лишь в качестве прикрытия и функционировала только благодаря финансовой поддержке спецслужб. Эту операцию назвали «Сладости».

Третье прослушивающее устройство установили на дорогой вилле в одном из богатых районов Вены. Ее хозяевами являлись молодожены, которые на самом деле были офицерами английской разведки. Этой операции дали название «Лорд».

Еще один записывающий аппарат был установлен в советском консульстве в лондонском районе Бэйсуотер. Во время ремонта здания, находившегося рядом с консульством, сотрудники МИ-5, одетые в форму строителей, пробурили полуметровое отверстие в стене, которая разделяла два здания. Один конец дыры выходил в конференц-зал. Там англичане и установили скрытый микрофон, который работал почти полгода. Сама же операция получила кодовое наименование «Хор».

В целом же все эти тайные мероприятия являлись элементами одного разведывательного проекта под кодовым названием «Серебро». Осуществляли же его английские спецслужбы против Советского Союза в начальный период «холодной войны».

Секретный шпионский туннель в Берлине. 1955 г.

И кто знает, как долго продолжалась бы эта операция, если бы весной 1953 года в Лондон не возвратился резидент английской разведки (СИС) в Сеуле Джордж Блейк, который весной 1951 года предложил свои услуги советским спецслужбам.

А вскоре Дж. Блейк был назначен заместителем начальника нового отдела британской разведки, занимавшегося операциями с применением техники подслушивания. Сотрудники отдела отслеживали телефонные разговоры советских дипломатов и во-еннослужащих, работавших как в Вене, так и в других странах Европы. Конечно же Блейк доложил в Москву об операции «Серебро», После чего центр принял решение о модернизации системы военной связи в советской оккупационной зоне в Вене…

Но этими способами прослушки западные спецслужбы не ограничились. Весной 1954 года сотруднику ЦРУ майору Шелтону один из осведомителей сообщил, что в полукилометре от границы американского сектора в Западном Берлине протянут телефонный кабель, связывающий главный военный штаб и административный центр советской зоны. Этот кабель позволял одновременно разговаривать с 432 абонентами.

Но, чтобы вклиниться в эту телефонную линию, требовалась довольно сложная аппаратура. Да и установить ее на глазах советских и немецких пограничников было невозможно. Но поскольку это был довольно заманчивый объект для сбора секретной информации, руководство ЦРУ все же решило изучить наиболее эффективные варианты подключения к телефонному кабелю.

Наконец летом 1954 года директор ЦРУ Аллен Даллес в соответствии с рекомендациями экспертов принимает решение о начале строительства туннеля. Для маскировки в месте его прокладки приступили к возведению новой радиолокационной станции ВВС США.

Туннель должен был проходить на 6-метровой глубине и соединить Рудов с одним из районов Берлина — Альтглинике. Сложнее всего при прокладке туннеля было избавиться от огромного объема грунта, выбираемого из штольни. Сначала его рассыпали по территории станции, а затем стали вывозить в контейнерах.

Для прокладки туннеля потребовалось около 7 месяцев: работы, начатые в августе, были завершены 25 февраля 1955 года. Диаметр этого «штрека» достигал 1,8 метра, а длина — 480 метров. Его стены были обложены листами оцинкованной жести и мешками с песком.

Этот подземный коридор был изолирован от наружных внешних шумов, оборудован лампами дневного света, кондиционерами. Кроме того, постоянно работали электрические помпы для откачки грунтовых вод.

В операционном помещении находилось несколько коммутаторов, записывающих информацию из трех кабелей. На стенах туннеля с промежутком в 20 метров были установлены подслушивающие устройства. Все перехваченные разговоры фиксировались на 600 магнитофонах. Ежедневно на эту работу уходило 1200 человеко-часов и использовалось 800 бобин пленки. В самом Вашингтоне 50 специалистов ЦРУ, профессионально владевших немецким и русским языками, прослушивали записи, из которых извлекали полезные сведения.

Согласно официальной версии, 22 апреля 1956 года на туннель наткнулся дежурный патруль, совершавший обход территории. Об этом сразу же сообщили руководству Советского Союза. И Кремль моментально отреагировал на этот шпионский сюрприз нотой протеста, отправленной в Вашингтон. Но ответа на заявление советской стороны не последовало.

Некоторое время СССР и ГДР использовали туннель в пропагандистских целях, демонстрируя его туристам, а также гражданам Восточной Германии как убедительное свидетельство вероломства Соединенных Штатов. Однако через полтора месяца туннель для «экскурсий» был закрыт.

Какую же пользу принес берлинский туннель американской разведке? Сказать сложно. Тем не менее в ЦРУ считали, что несмотря на непродолжительную эксплуатацию подземного коридора, а также — на значительные затраты на его строительство, проект полностью окупился: была собрана важная секретная информация, а также спасены от разоблачения многие агенты.

Однако позже выяснилось, что советские спецслужбы о туннеле узнали не в апреле 1956 года, а в 1955 году. Сообщил же о нем агент Джордж Блейк. И безусловно, КГБ эффективно воспользовался этими сведениями…

Но, оказывается, поднаторевшие в рытье подкопов американцы решили развивать свои успехи дальше: они прорыли туннель под советское посольство в Вашингтоне, Однако о существовании подкопа в полный голос заговорили только в 2001 году, хотя секретный туннель был построен в конце 1970-х — начале 1980-х годов. Он был предназначен для прослушивания разговоров в посольстве и перехвата получаемых и исходящих оттуда сообщений.

Вход в секретный тоннель находился в одном из расположенных поблизости жилых зданий. Само же его строительство и функционирование было связано с рядом инженерных и технологических трудностей. Например, с необходимостью скрытно вывозить выкопанную землю или с фокусировкой лучей лазеров, которые были «направлены вверх в здание посольства через стальные балки поддержки». Еще одной проблемой в тоннеле была протечка воды.

Пользовались американцы туннелем без малого двадцать лет, До 1995 года. И вдруг специалисты ЦРУ обнаружили, что информация, получаемая по его каналам, «не совсем достоверная».

Кроме ЦРУ, туннель использовали ФБР и АНБ, отвечавшие за радиотехническую разведку. Он был частью программы США по подслушиванию и контролю за советскими, а позже — российскими объектами и персоналом, работающим в США.

Этот туннель был своеобразной реакцией США на шпионский скандал в Москве, где в 1970-х годах в строившемся американском посольстве были обнаружены «жучки». Сначала здание хотели снести, но в конце 1991 года, когда КГБ официально передал США информацию о подслушивающих устройствах, объект заморозили.

Строительство и обслуживание туннеля вылилось для американцев в несколько сотен миллионов долларов и стало одним из наиболее дорогих шпионских сооружений. Однако он не окупил себя, поскольку не мог эффективно функционировать из-за ряда технических недоработок.

Вообще же строительство туннеля под посольством СССР в 70-е годы прошлого века не стало новым шагом в деятельности спецслужб. А так как гипотетическая возможность рытья таких сооружений в те времена наверняка допускалась, то соответственно спецслужбами СССР были приняты соответствующие контрмеры. Поэтому с большой долей уверенности можно предполагать, что американской стороной сотни миллионов долларов были выброшены на ветер.

Выдал же тайну тоннеля, по версии американских спецслужб, сотрудник ФБР Роберт Ханссен, арестованный и обвиненный в 15-летнем шпионаже в пользу СССР и России.

ГЕРБ-«СЛУХАЧ» В ПОСОЛЬСТВЕ США

В июне 1960 года в ООН была показана большая государственная печать Соединенных Штатов, которая висела в кабинете американского посла в Москве. Как оказалось, в ней находился замаскированный миниатюрный прибор, который во время работы передавал на советский пост контроля все разговоры в кабинете посла.

Ранее ни одна из известных спецслужб подобных подслушивающих приспособлений не знала. Это был уникальный «жучок»: в нем отсутствовали как элементы питания, так и провода, то есть все то, что могло бы помочь обнаружить это устройство с помощью средств, которыми в то время располагала контрразведка.

Этот миниатюрный прибор напоминал увеличенную запятую. Функционировать он начинал после того, как включался источник микроволнового сигнала. Голос человека оказывал воздействие на резонансные колебания устройства, позволяя записывать разговор. Микрофон мог работать практически все время благодаря микроволновым импульсам, которые передавались с удаленных энергоемких генераторов.

В разведывательных структурах устройство получило кодовое наименование «Златоуст», а сама операция по прослушиванию была названа «Исповедь». Оказался же уникальный прибор в святая святых американского посольства следующим образом…

Сначала планировалось установить «жучок» в большой щит древнего скифа, затем — в массивные бивни мамонта, потом — в телефонный аппарат фирмы «Эриксон», подаренный Николаю II шведским королем Густавом VI. И даже в метровой высоты корзину для бумаг, сделанную из части слоновьей ноги.

Но конструкторы все эти предметы отвергли, пояснив, что технические особенности микрофона таковы, что сувенир, куда следовало его поместить, должен был приспособлен к «жучку», а не наоборот. Следовательно, требовалось одновременно изготавливать подарок и монтировать в него микрофон. К тому же этот вариант исключал присутствие микроскопических следов на поверхности сувенира и, как следствие, его обнаружение.

В конце концов, проблема была разрешена. 4—11 февраля 1945 года в Ялте проходила встреча «большой тройки» — Сталина, Рузвельта и Черчилля. И тогда советские спецслужбы решили, что как раз в эти дни и следовало внедрить подслушивающее устройство в кабинет посла.

Американский герб исправно служил советской разведке

Проведение операции было назначено на 9 февраля: в этот день планировалось устроить праздник в честь двадцатилетия Артека и вручить ему орден Трудового Красного Знамени. Поэтому 8 февраля нарком иностранных дел Молотов в присутствии Сталина вручил Рузвельту и Черчиллю приглашения от детей побывать на юбилее пионерской здравницы.

При этом было понятно, что Рузвельт и Черчилль вряд ли согласятся отправиться в Артек, так же как и их министры иностранных дел. А значит, скорее всего, на торжество прибудут посол США в Москве Гарриман и его английский коллега.

Расчет оказался правильным. В тот же день американскому послу прямо в Артеке и был вручен огромный, отливающий лаком деревянный герб Соединенных Штатов, который вскоре на целых восемь лет занял почетное место на стене в секретном кабинете американского дипломата. При этом спрятанный в гербе «жучок» пережил четырех послов, выполняя свою секретную миссию.

Следует отметить, что принимались сигналы, раскодировались и записывались на магнитную ленту еще одним уникальным прибором, находившимся на одной линии с генератором. А чтобы исходящие и принимаемые импульсы не перекрывались, необходимо было все три устройства разместить на площади, напоминающей равносторонний треугольник.

Все эти конструкции были установлены на верхних этажах жилых зданий против американского посольства. Конечно же, жильцов из квартир выселили. Вместо них обосновались специалисты из технического управления НКВД, которые и обслуживали приемо-передающие устройства.

Хорошо известно, что каждый новый американский посол в Москве, прежде чем приступить к работе, полностью менял интерьер кабинета, в который он переселился. И только герб оставался на месте. Правда, следует отметить, что специальные службы посольства периодически обследовали и герб, но «жучка» в нем тоже не нашли.

И кто знает, как долго еще «служил бы» «Златоуст» в спецслужбах, если бы не предательство резидента советской разведки в Берлине Попова. Он-то и раскрыл секрет американского герба.

Но на этом история «Златоуста» не завершилась. Сначала в одной из секретных лабораторий американские специалисты попытались изготовить устройство, аналогичное «Златоусту». Но это им не удалось. Занимались «жучком» и англичане. Но и они тоже не смогли выяснить все секреты «Златоуста». Закончилась хе удивительная эпопея герба в музее ЦРУ в Лэнгли, где он и хранится по сей день.

ОХОТА НА ПОСЛОВ

Корни радиоэлектронной разведки теряются в 20-х годах минувшего столетия, когда одновременно в нескольких передовых странах появились первые компактные диктофоны и микрофоны для прослушивания помещений. Советские спецслужбы уже к концу 1930-х годов имели в своем распоряжении небольшие устройства, позволявшие получать секретную информацию из иностранных посольств. Курировал же это направление в разведке отдел по криптографии, руководство которого о результатах проделанной работы лично докладывало главе НКВД.

В 1964 г. в посольстве США были найдены примерно 50 жучков — секретных подслушивающих устройств

Уже в 1943 году в Тегеране и в 1944-м — в Ялте, на международных конференциях глав союзных государств, специальная группа радиотехников НКВД и НКГБ успешно подслушивала закрытые переговоры Черчилля и Рузвельта. Подробные расшифровки их разговоров ежедневно доставлялись Сталину, который поддерживал это направление. И, конечно же, именно с его подачи в МГБ СССР был создан 2-й особый отдел, занимавшийся прослушкой. В будущем он был преобразован в 12-е Главное управление КГБ…

В 1953 году США начинают строительство нового здания посольства на улице Чайковского. Безусловно, американцами были предприняты повышенные меры предосторожности: охрана тщательнейшим образом проверяла строительные материалы, неусыпно контролировала все монтажно-строительные работы с одной только целью — не допустить установки подслушивающих устройств. С этой задачей охрана справилась успешно. О чем и было незамедлительно доложено в Вашингтон.

Конфуз случился в 1964 году. Именно в это время американцы неожиданно наткнулись на примерно 50 «жучков», которые нельзя было обнаружить с помощью самых современных устройств. Еще на заводе по производству строительных материалов их поместили в несущие конструкции. Из завода они поступали на стройку уже в готовом виде…

В 1976 году также в американском посольстве в батарее отопления шифровальной комнаты была обнаружена уникальная антенна, благодаря которой КГБ не менее трех лет читало всю зашифрованную переписку американских дипломатов.

В 1984 году в 13 электрических пишущих машинках технические специалисты американского посольства тоже нашли электронные «жучки». После этого ЦРУ, АНБ и ФБР подвергли полной проверке весь посольский персонал и имущество, пытаясь определить, кто же установил радиопередающие микрофоны…

Очередной конфуз случился в 1987 году. В истории американской разведки он известен как дело сержанта Лоунтри и капрала Брейси. Оказывается, двое морских пехотинцев, охранявших здание посольства в Москве, были замечены в контактах с советской разведкой. На допросах Лоунтри и Брейси рассказали такое, что у посольской службы безопасности волосы встали дыбом. Пехотинцы сознались, что, отключив сигнализацию, допускали русских спецов в ПКП — в комплекс шифровальных комнат Госдепартамента, ЦРУ и АНБ. Они защищены изнутри металлическим экраном, генераторами шума и звукоизоляционными материалами. И располагаются эти помещения на девятом этаже. Отсюда через спутники связи информация транслируется в Белый дом, Лэнгли и Пентагон.

После случившегося из посольства была вывезена вся аппаратура, на что понадобилось более 120 контейнеров. На смену же ей доставили новую. А прибывшие в США контейнеры с оборудованием были определены на одну из военных баз АНБ, где специалисты агентства разобрали аппаратуру до винтиков и микросхем, используя при этом рентгеновские и инфракрасные лучи.

В ходе этой работы в принтерах и компьютерах эксперты АНБ обнаружили множество замысловатых «жучков», которые поставляли информацию о переписке ещё до того, как сообщения шифровались. Самое же удивительное заключалось в том, что работали они от батареек. А значит, требовали периодической замены.

А ведь ПКП охраняется настолько серьезно, что туда, по логике, даже муха не должна пролететь. К тому же сверхсекретные помещения находятся на 9 этаже, куда постороннему человеку попасть абсолютно невозможно. Поэтому вопрос, кто же менял батарейки, так и остался без ответа.

Позже в американском посольстве в Москве был обнаружен ещё один канал утечки информации. Оказалось, что «спецы» из 12-го управления КГБ каким-то фантастическим путем смогли заменить линию подачи электроэнергии в ПКП на внешне похожую проводку, с помощью которой собиралась и передавалась информация на пост прослушки КГБ в здании напротив. По сути, все, что печаталось на принтерах, в тот же день становилось достоянием советских спецслужб.

После столь грубых провалов Госдепартамент США принял решение всю секретную информацию передавать через курьеров в опечатанных сургучом пакетах. Мало того, спустя год США законсервировали строительство нового комплекса зданий посояьства в Москве, предполагая, что КГБ превратило его в одно огромное подслушивающее «ухо».

Американцы не отказались от своего решения даже после того, как в 1992 году по распоряжению тогдашнего председателя КГБ Бакатина им была передана документация о местах закладки подслушивающих устройств.

МЕДИЦИНСКАЯ РАЗВЕДКА

В разгар холодной войны в пятидесятых годах прошлого века ЦРУ каким-то образом сумело раздобыть из лаборатории образец мочи одного из ведущих членов Политбюро и при ее анализе выяснило, что советский туз страдал от серьезной болезни почек, которая вскоре должна была свести его в могилу. И хотя ведущий член Политбюро после этих предсказаний прожил еще много лет, ЦРУ долгое время это свое «приобретение» считало одной из успешных операций. Истины ради следует отметить, что ЦРУ старалось добыть и исследовать мочу и экскременты каждого из лидеров ведущих держав, используя для этого самые разные методы.

В ЦРУ существует даже особое подразделение, занимающееся анализом и оценкой медицинской и психологической информации. Оно было создано еще в 1947 году. В штате его сотрудников и консультантов есть врачи, социологи, политологи, которые на основании полученных данных оценивают состояние здоровья руководителей тех или иных государств.

Дело в том, что химия крови или экскрементов человека может многое рассказать не только о болезнях его внутренних органов, но и о состоянии психики, склонностях, темпераменте и т. д. И разведки многих стран мира не зря охотятся за медицинскими показателями государственных лидеров. Ведь принимаемые ими решения могут иметь далеко идущие последствия не только для отдельной страны, но и всего мира.

Например, академик Е.И. Чазов, долгое время возглавлявший 4-е Главное управление при Минздраве СССР, где лечились руководители государства, вспоминает, как в конце 1960-х годов внешняя разведка получила сведения о серьезном заболевании президента Египта Абдель Насера: «Меня вызвал Брежнев и сказал, — пишет Чазов, — что надо сделать все для восстановления здоровья Насера, ибо нет на Ближнем Востоке другой фигуры, которая могла бы объединить арабов в противостоянии США и Израилю. Если он сойдет с политической арены, то это будет большой удар по нашим интересам и по интересам арабов. Надо сделать все, что необходимо для его лечения».

С другой стороны, некорректная медицинская информация может нанести значительный урон противнику. Так, в 2007 году в одной из каирских газет появилась заказная информация об ухудшении здоровья египетского президента Хосни Мубарака.

Анализ мочи или крови может стать объектом интереса спецслужб

И в течение двух дней Египет лишился иностранных инвестиций на сумму 350 миллионов долларов…

Но тем не менее Центральное разведывательное управление не было первооткрывателем в той сфере шпионской деятельности, которая впоследствии получила название медицинской, или урологической разведки.

Дело в том, что еще 19 июня 1941 года в 20 часов 10 минут абвер получил сообщение первостепенной важности, поступившее из США. В нем говорилось следующее: «Надежные источники подтверждают, что Рузвельт страдает от уремии, повлекшей серьезные психологические проблемы в результате постоянного введения катетера в мочеиспускательный канал. Повторяющиеся сообщения о заболеваниях верхних дыхательных путей имеют целью сокрытие истинного состояния».

Это было одно из донесений немецкого шпиона в Вашингтоне Динтера, имевшего выход на персонального врача Рузвельта, а также доступ к амбулаторной карте президента. А пользуясь информацией агента, медицинские «светила» абвера предположили, что у Рузвельта «патологическое состояние крови, вызванное затрудненным мочеиспусканием». Нацисты очень ждали того момента, когда президент США сойдет с политической сцены.

Ноне только абвер и ЦРУ пристально «следили» за здоровьем лидеров ведущих стран мира. Этим занимался и КГБ. Так, Контора немало усилий затратила на получение физиологических выделений Мао Цзэдуна, в 1950 году посетившего СССР.

На сей счет существует даже история о том, что Сталин по несколько часов держал лидера КНР в своей приемной, причем с одной лишь целью: получить о китайском лидере побольше информации физиологического характера. Для этих целей был якобы создан особый унитаз, «материал» из которого отправлялся в специальный контейнер. После чего его содержимое подвергалось тщательному биохимическому анализу.

ДИППОЧТА РАСКРЫВАЕТ СЕКРЕТЫ

Существуют, как известно, самые разные способы сбора секретной информации. О некоторых из них в книге уже упоминалось или будет рассказано в дальнейшем. Например, об электронном и радиошпионаже, о перехвате радиограмм и почтовой цензуре.

Не остался без внимания спецслужб и такой способ получения секретных сведений, как вскрытие дипломатической почты. О таком не совсем традиционном методе сбора конфиденциальной информации рассказывает в своей книге «Моя тайная война» Ким Филби.

Правда, как пишет знаменитый разведчик, «эти методы невозможно было использовать против истинного врага (речь идет о кануне Второй мировой войны), поскольку немецкая и итальянская почта не пересылалась через английскую территорию. Однако почта нейтральных государств и младших союзников, вроде поляков и чехов, несмотря на определенные трудности, становилась законной добычей разведки.

Но прежде чем получить доступ к вализам (вализа — мешок с дипломатической почтой), требовалось как минимум оставить их на попечение англичан. Это оказалось не так трудно сделать, так как во многих странах курьерская служба была организована слабо, да и курьеры не отличались дисциплинированностью.

В то время Великобритания была отрезана от континента, и вся дипломатическая почта пересылалась по воздуху. Задержки в вылетах самолетов считались обычным делом. Поэтому можно было довольно легко придумать причину, чтобы задержать курьера в аэропорту на необходимое время: например, сообщить о нелетной погоде или сослаться на неисправность самолета.

Расстроенный курьер оказывался перед дилеммой: или сидеть на своей вализе в аэропорту, или отправиться в городскую гостиницу. В этот момент к задумавшемуся курьеру подходил офицер службы безопасности аэропорта и предлагал оставить почту в его сейфе, при этом он гарантировал ее полную сохранность. И многие курьеры попадались на эту дешевую уловку.

Но как только курьер удалялся, к делу приступали специалисты спецслужб. Прежде чем вскрыть вализу, ее тщательно осматривали, каждый узел и каждую печать измеряли, копировали и фотографировали, а при необходимости даже подвергали химическому анализу. Затем развязывали узлы, снимали печати, извлекали документы и снимали с них фотокопии.

Когда эта половина операции была проделана, предстояла самая трудная ее часть — сложить почту точно таким образом, как она была сложена до этого, и до мельчайших подробностей воспроизвести первоначальные узлы и печати.

Однако, несмотря на исключительные меры предосторожности, иногда возникали непредвиденные ситуации. Так, однажды красные печати на польской вализе стали после обработки фиолетовыми, и ничем нельзя было восстановить их первоначальный цвет. Пришлось с извинениями сообщить хозяевам вализы, что она утеряна. Правда, такой счастливый конец оказался возможным лишь потому, что в тот раз дипломатическая почта пересылалась без сопровождающего курьера»…

Дипломатические вализы не столь недоступны, как кажется

Занималась потрошением вализ и советская разведка. Например, на Дальнем Востоке. Повод для таких действий давали сами японцы, которые, считая себя хозяевами в Маньчжурии, явно приуменьшали потенциал разведок других государств и весьма беспечно относились к пересылке своей дипломатической почты.

Резидентура же советской разведки на Дальнем Востоке умело воспользовалась этой ситуацией и, завербовав соответствующих агентов, стала в огромных объемах вскрывать дипломатическую почту.

Курьеры японского МИДа доставляли диппочту, уложенную в вализы, во Владивосток, откуда документы безо всякого контроля отправлялись в поезде. А по прибытии в Москву прямо из почтового вагона дипломатическая почта передавалась сотрудникам японского посольства. Таким образом, появлялся уникальный шанс ознакомиться с содержимым японских вализ в пути от Владивостока до Москвы, который продолжался около недели.

И руководство советских спецслужб приняло решение в почтовом вагоне создать особую передвижную лабораторию, где бы вализы вскрывались, фотографировалось их содержимое и вновь запечатывались бы так, чтобы нельзя было обнаружить даже самых незначительных следов вскрытия.

Но для этого требовались все те материалы, которые применяли японцы при упаковке своей почты. К тому же внешняя разведка получила информацию, что проникнуть в японские вализы невероятно трудно. Так, сначала секретные документы укладывались в специальные пакеты и запечатывались особым клеем и сургучными печатями, которые изготавливались по специальному заказу японского МИДа. Кроме того, в дипломатических конвертах находилась подкладка из очень тонкой, легко повреждающейся рисовой бумаги. Вскрыть такой пакет без нарушения целостности подкладки было очень сложно.

Помощь советской разведке в решении этих проблем оказал агент, который, в свою очередь, был знаком с производителем клея, сургуча и особой рисовой бумаги. И именно благодаря этой связи он смог приобрести их в требуемом для работы количестве.

Имея на руках все необходимое, особая бригада из нескольких мастеров своего дела оборудовала отсек в почтовом вагоне, курсирующем между Москвой и Владивостоком. В небольшом помещении они должны были делать поистине ювелирную работу. Причем не в уютном помещении где-нибудь в здании института, а во время движения поезда, когда вагон дергается на стыках рельсов и во время поворотов поезда на путях.

По этой причине все самые тонкие и сложные действия при проникновении в вализу приходилось осуществлять лишь во время достаточно продолжительных остановок поезда на крупных железнодорожных узлах. А таких остановок было всего восемь-десять. И поэтому, как только японцы во Владивостоке или же в Москве бригадиру почтового вагона под расписку передавали вализы, ими сразу же начинали заниматься специалисты лаборатории.

В первую очередь на цветную пленку они во всех ракурсах фотографировали вализу, а также печати, пломбы и т. д. Затем без малейшей задержки проявлялись пленки. На следующем этапе самым тщательным образом изучались узлы, печати и прочие контрольные элементы на мешке с корреспонденцией. И только после этого осмотра вскрывались упаковки вализ. Если их было мало, сотрудники лаборатории еще до отхода поезда успевали сделать всю предварительную работу к их вскрытию. Однако Даже при самом благоприятном стечении обстоятельств само вскрытие вализ они начинали лишь тогда, когда поезд покидал станцию. Эта задержка служила страховкой на тот случай, если бы вдруг японцы попросили возвратить им диппочту. А это, в общем-то, не исключалось. Более того, однажды такой случай даже имел место.

Самая же трудная и ответственная часть работы начиналась тогда, когда необходимо было вскрыть внутренние упаковки. Перед началом этой процедуры уже были готовы новые пакеты. Их самым тщательным образом изучали, причем нередко даже с помощью специального микроскопа.

Когда не возникало ничего неординарного, на полдороге в Москву или Владивосток сотрудники лаборатории успевали добраться до самой почты, сфотографировать ее и приступить к возвращению пакетов в прежнее состояние. Это был, по сути, самый ответственный момент, поскольку даже на первый взгляд незначительное упущение могло вызвать у японцев подозрение, что валнзы вскрывались.

Поэтому перед началом этой процедуры у одного из членов группы уже были характеристики клея, сургуча и чернил, которыми пользовались при нанесении надписи на пакете. В штате лаборатории находился также специалист по почеркам. Он проявлял свой талант тогда, когда требовалось на новом пакете сделать соответствующую, идентичную старой, надпись.

Доведение вализы до первоначального вида было настолько сложным, что если бригада не укладывалась в срок, то в критической ситуации машинист вынужден был делать дополнительные задержки поезда. Нетрудно догадаться, что сотрудники лаборатории были истинными умельцами, способными творить буквально чудеса, причем за относительно короткое время.

«ПОТРОШИТЕЛИ»

Довольно успешно проникновением в дипломатическую почту ФРГ в послевоенный период занимались поляки, приобрети между прочим, в этом деле немалый опыт. А корреспонденция посольство ФРГ в Варшаве отсылало в Германию авиацией, но конечно же в тщательно упакованных и защищенных вализах, с особенностями которых поляки были хорошо знакомы.

Но однажды, вскрыв один из мешков, поляки обнаружили специальную, размером с дипломат, металлическую шкатулку с замком с особым шифром. Польские разведчики сразу догадались, что в ней находятся самые секретные документы.

Но как они ни пытались открыть замок, все их труды оказались напрасными. Тогда они обязали своих агентов в ФРГ приобрести такой же замок в специализированном магазине. И, тем не менее, даже имея в своем распоряжении аналогичное устройство, вскрыть шкатулку поляки не смогли.

Оказавшись в столь затруднительной ситуации, они обратились за помощью к КГБ, передав для ознакомления два замка. Кроме этого, поляки подготовили подробную информацию с описанием внешнего вида, размеров и материала, из которого изготовлена шкатулка.

А вскоре в Варшаву прибыл сотрудник КГБ, с небольшим рентгеновским аппаратом для просвечивания запорного устройства «шкатулки». Исследовав замок, он выяснил, что тот настолько сложный, что для расшифровки кода потребовалось даже разрабатывать особую методику.

Укрытие дипломатического багажа чревато различного рода сюрпризами

И спустя всего пару часов шифр замка был раскодирован и польские разведчики наконец его вскрыли. Но там их ожидал очередной сюрприз. Внутри шкатулки находился счетчик, который фиксировал, сколько раз ее открывали и закрывали. Возник естественный вопрос, как быть дальше. Ведь если немецкая разведка выяснит, что шкатулку открывали посторонние люди, то это могло привести к провалу операции.

Исследуя счетчик, специалисты выяснили, что он закреплен на внутренней стенке шкатулки с помощью винтов, которые можно было открутить. Сняв счетчик и досконально изучив его, инженеры смогли изменить его показание на нужное. Правда, вализу в Германию отправили с небольшим опозданием, объяснив задержку вылета незначительной неисправностью самолета.

Этот непредвиденный случай заставил польских разведчиков дать поручение своим агентам в ФРГ приобрести аналогичные счетчики, рассчитывая подменять ими счетчики в шкатулках, с которыми им придется работать в будущем.

Резиденты с этим заданием успешно справились. Однако в следующей шкатулке стоял уже совсем другой счетчик. Позже выяснилось, что данный тип замков использовался в НАТО и, естественно, продавался лишь по специальным разрешениям. Поэтому, чтобы вскрыть очередную шкатулку, опять приглашали умельца из КГБ.

Еще один сюрприз, который преподнесли полякам шкатулки, был связан с винтами крепления. Оказалось, что их головки заварены металлом. Но на этот раз польские специалисты эту проблему решили сами. Они научились расплавлять сварку и извлекать винты, не оставляя следов. Это позволило полякам и в дальнейшем вскрывать диппочту ФРГ…

А вот вконце марта 1961 года, когда над западногерманским городом Форхгеймом потерпел катастрофу чехословацкий пассажирский лайнер ИЛ-18, с вализами произошла другая, не менее любопытная история. Дело в том, что в результате прослушивания телефонов советского представительства было установлено, что в самолете находится диппочта советского посольства (8 мешков и два ящика общим весом 330 килограммов).

Естественно, что для немцев наибольший интерес представляли не дипломатические документы посольства, а содержание переписки с центром резидентур КГБ и ГРУ в Германии. Благодаря оперативно принятым мерам германской разведке удалось похитить почту, груз, мотор и запасные части к самолету и доставить их в центр БНД.

При этом немецкая контрразведка пристально следила за всеми действиями советских официальных представителей, стремившихся незамедлительно получить доступ к пропавшему на территории Германии дипломатическому грузу.

Диппочта с некоторой задержкой, которая потребовалась для ее вскрытия и копирования, а затем и для квалифицированного приведения в первоначальный вид — «запечатывания», была «любезно» возвращена советским представителям.

0 содержании переписки резидентур КГБ и ГРУ с центром в Германии публикаций в открытой печати не появилось, однако события, которые последовали непосредственно вслед за аварией самолета, невольно наводят на кое-какие выводы.

Созданная в Бонне комиссия, которая должна была разобраться с «содержанием диппочты», анализировала материал несколько лет. За этот период лучшие аналитики пытались вычислить по обезличенным обзорным документам, направленным в Центр Резидентурами КГБ и ГРУ советской разведки, вероятные источники и каналы утечки актуальной политической, военной иэкономической информации, наносящей ущерб интересам ФРГ.

В результате 1 мая 1968 года глава германской разведки Рейнхард Гелен, пользовавшийся до этого неоспоримым авторитетом, сдал дела генералу Герхарду Весселю.

После этого 2 октября 1968 года новое руководство БНД подготовило заключение, в котором были сформулированы приоритетные задачи национальной разведки, а правительство ФРГ подтвердило это предписание руководства БНД. Имелась в этом заключении и особая совершенно секретная часть, содержащая выводы аналитиков и дознавателей по поводу источников и каналов утечки особо важных государственных тайн.

Дальнейшее разбирательство грозило началом нежелательного для многих скандального судебного преследования и допросами свидетелей, показания которых могли бросить тень на слишком широкий круг членов политической элиты Германии, вызвав неуправляемую цепную реакцию.

А вскоре после этого в средствах массовой информации стали появляться сообщения, вызвавшие настоящий шок у общественности ФРГ. Так, 8 октября 1968 года в своем служебном кабинете в Пуллахе покончил жизнь самоубийством вице-президент БНД генерал Хорст Вендланд. Через три часа после самоубийства Вендланда в Эйфеле в Рейнских горах западногерманский контр-адмирал Херман Людке, заместитель главы отдела службы тыла НАТО, покончил с собой после того, как были обнаружены фотографии совершенно секретных документов НАТО, сделанные им с помощью камеры «Минокс». 15 октября 1968 года в ФРГ повесился директор федерального министерства лесного хозяйства, а через три дня в служебном помещении руководящего штаба вооруженных сил ФРГ был найден труп дежурного офицера.

Скорее всего, эти жертвы являлись результатом того самого особого расследования содержания диппочты советского посольства, которое, за неимением виновных, было закрыто.

Власти лишь ограничились увольнением на пенсию легендарного Рейнхарда Гелена.

Формальным поводом для этого явилось разоблачение внедренного в его «хозяйство» агента советской разведки Хайнца Фельфе, который еще 15 ноября 1951 года был зачислен в состав генерального представительства «Организации Гелена», находящегося в Карлсруэ, и затем за несколько лет сумел продвинуться до должности начальника контрразведывательного отдела центрального аппарата БНД.

8 июля 1963 года в ФРГ был начат процесс над Хайнцем Фельфе. 14 февраля 1969 года от Хайнца Фельфе избавились. Он был доставлен из тюрьмы на границу с ГДР в Херлесхаузене и передан властям ГДР в обмен на 21 агента западных секретных служб из числа осужденных в ГДР.

ЩЕЛЧОК-ЩЕЛЧОК… И ШИФР РАСКРЫТ

Долгие годы в ЦРУ существовал так называемый отдел «Д», который координировал весь электронный шпионаж. Его сотрудники занимались вербовкой шифровальщиков или установкой технических устройств, позволявших проводить раскодирование перехватываемой информации.

Именно в одной из таких операций в 1966 году в Монтевидео и был задействован сотрудник ЦРУ Филипп Эйджи, впоследствии рассказавший о ней в своих воспоминаниях.

Аппарат, используемый Эйджи, состоял из двух контактных микрофонов, которые фиксировали не колебания воздуха, что характерно обычным микрофонам, а непосредственно вибрации объекта. Эти микрофоны, в свою очередь, были соединены с миниатюрными радиопередатчиками. Все устройство крепилось к потолку поближе к тому месту, где стоял стол шифровальщика египетского посольства. При этом он пользовался малогабаритным шифровальным устройством швейцарского производства, которое представляло собой нечто вроде арифмометра в комплекте с пишущей машинкой, состоявшей из многочисленных дисков, которые менялись примерно раз в квартал.

Агент ЦРУ Филипп Эйджи

Чтобы закодировать секретное сообщение, шифровальщик набирал его на этой машинке обычным текстом, разбивая его на фрагменты из пяти буквенных знаков. При этом каждый раз, отпечатав очередные пять букв, он нажимал на кнопку, после чего диски начинали вращаться. Когда же они останавливались, то буквы уже имели иное, по сути хаотичное расположение, которое и являлось зашифрованным фрагментом сообщения из пяти букв. В дальнейшем набранный таким образом секретный текст отправлялся в Каир телеграфом.

АНБ не могло расшифровать эту систему кодирования, даже применяя принципы высшей математики. Но в то же время оно владело довольно эффективными способами дешифровки, если использовало высокочувствительные приборы для фиксации микроколебаний шифровальной аппаратуры в тот момент, когда диски, останавливаясь, издавали щелчок. Затем записанная вибрация передавалась на вычислительные машины, которые определяли положение дисков во время шифровки пятибуквенных фрагментов секретного текста. Полученные данные о положении дисков вводились в аналогичную машину, затем в нее поступал перехваченный текст, и машина уже выдавала раскодированное сообщение.

Правда, винить швейцарскую фирму в подобных проколах нельзя, поскольку, продавая свою продукцию, она предупреждала, что этими машинами следует пользоваться лишь в особых звуконепроницаемых комнатах со столами с пористым резиновым покрытием. Однако порой шифровальщики не всегда придерживались рекомендаций фирмы.

В Монтевидео они также допустили профессиональную халатность. Полученные от агентов данные позволили спецам из АНБ выяснить положение дисков в шифровальном устройстве и «расколоть» код египетского посольства.

КСЕРОКСЫ — «АГЕНТЫ» И ПРЕДАТЕЛИ

На пике холодной войны, в 1962 году, сотрудники ЦРУ провели на то время оригинальную операцию: вставили в единственный ксерокс, приобретенный советским посольством в США, устройство, позволявшее получать дополнительную копию каждого документа, который необходимо было распечатать в нескольких экземплярах.

Поскольку в те годы ксероксы были большой редкостью даже в Соединенных Штатах, а значит, имели немало недостатков, они нередко давали сбои. Специалистов по их ремонту и обслуживанию было немного. В Советском же Союзе они и вовсе отсутствовали. По этой причине примерно раз в месяц в советском посольстве появлялся американский электротехник, проводивший профилактический осмотр новинки. Вот американские спецслужбы и решили воспользоваться этими обстоятельствами. Они посчитали, что с его помощью в аппарат можно вставить специальное устройство, или, на жаргоне разведчиков — «закладку».

Для начала руководство ЦРУ с этой идеей поделилось с вице-президентом компании «Ксерокс». А вскоре для разработки устройства была сформирована группу из четырех инженеров. Один из них — Рэй Зоппот — о работе этой группы поведал корреспонденту журнала «Популярная наука».

В команду входили следующие специалисты; оптик, электротехник, электронщик и сам Зоппот. Учитывая, что группа проводила достаточно секретную разработку, ее разместили в помещении без окон.

Чтобы «украсть» секретные сведения, было предложено несколько различных идей. Однако все-таки было решено, что самый оптимальный способ добыть информацию — встроить в копировальную машину миниатюрную фотокамеру с большим объемом пленки. Это позволило бы делать фотокопии каждого листа в ксероксе.

Затем предложение с фотоаппаратом было немного «подправлено»: вместо фотокамеры, которую пришлось бы специально конструировать, конструкторы решили воспользоваться обычной любительской кинокамерой, которую приобрели в ближайшем магазине. В нее вставлялась пленка шириной 8 миллиметров. На ней можно было разместить примерно 2500 кадров размером 3,55 на 4,9 миллиметра.

Один из первых копировальных аппаратов

Правда, использовали не обычную, а специально разработанную для этой операции пленку. Она имела высокую разрешающую способность, что позволяло читать буквы на увеличенных кадрах заснятого документа.

Перемещение пленки в камере осуществлялось крошечным электродвигателем, работавшим от батарейки. А поскольку ксероксы того времени были довольно громоздкими, внутри них не составляло большого труда спрятать аппарат в хитросплетениях проводов копирующего устройства.

И даже опытные специалисты вряд ли могли обратить на него внимание, не зная о его существовании. Шум же работающей кинокамеры глушила работа механизма самого ксерокса. Включалась же кинокамера, настроенная на покадровую съемку, специальным фотоэлементом, который реагировал на вспышку лампы ксерокса.

Наконец, пришло время продемонстрировать работу «закладки» спецслужбам. По словам Зоппота, ему два раза пришлось посетить Вашингтон, где он готовил двух спецов из Лэнгли обращению с устройством, чтобы впоследствии они могли обучить работе с ним специалиста, обслуживавшего ксерокс советского посольства.

К несению своей «секретной службы» прибор приступил в 1963 году. А вскоре из управления поступило предложение той же группе установить кинокамеры уже в настольной модели ксерокса. Но для этого случая потребовалось разрабатывать особый миниатюрный фотоаппарат, перемещение пленки в котором происходило от механизма самого ксерокса.

Заказы на детали к этому фотоаппарату делали в разных мастерских, чтобы их изготовители не догадались, какой прибор получится после сборки. И опять же, если судить по заявлению Зоппота, получившего патент на свое изобретение, такие миниаппараты «закладывались» в ксероксы по всему миру, в том числе и в офисах стран — союзников США.

Прошло шесть лет. Прибор все это время работал лучше всякого агента. Правда, до тех пор, пока в 1969 году не была разоблачена одна химическая фирма, которая, независимо от ЦРУ, разработала свою «закладку» и поместила ее в ксерокс компании-конкурента. Разоблачение оказалось шумным и безусловно заставило большинство учреждений, использовавших в своей работе ксероксы, тщательно их проверить. И, конечно же, служба безопасности советского посольства сделала то же самое…

Но не только американские спецслужбы грешили «закладками» в офисные устройства. В январе 1983 года в МИД Франции поступила телеграмма следующего содержания: «Во время ремонта телекса было обнаружено, что в корпусе одного из конденсаторов находится сложное электронное устройство, предназначенное, по всей видимости, для передачи во внешнюю электросеть телеграфной информации». В телеграмме также указывалось, что такие же приборы были найдены во всех телексах, которыми пользовалось посольство Франции для связи с Парижем.

Когда секретную конструкцию изучили более тщательно, то выяснилось, что два дополнительных провода были напрямую присоединены к электрической сети. Таким образом, выходило, что силовой кабель телекса одновременно являлся носителем электричества к наружной цепи и определенным образом передавал секретные сведения за пределы посольского здания.

Эта новость шокировала руководство Франции. Получалось, что с октября 1978 года, когда был установлен телекс, и до 11 января 1983 года включительно, КГБ собирал все, даже самые секретные сообщения, поступавшие в посольство и отправляемые из него. А столь грандиозному успеху Контора была обязана прежде всего умению использовать в своих целях любую ошибку в работе спецслужб иностранных посольств. Это касалось и случая с посольством Франции.

Как впоследствии выяснилось, шесть телексов, которые предполагалось установить в посольстве, доставлялись в СССР по железной дороге в грузовых вагонах. В течение двух суток они без сопровождения и охраны перемещались по советской территории. И этой ситуацией сотрудники КГБ воспользовались на все сто процентов. За это время они вскрыли опломбированные ящики, заменили конденсаторы, а затем привели ящики в прежний вид, восстановив на них пломбы и печати.

Когда же груз прибыл в Москву и французы стали устанавливать телексы в кабинетах, никто из «секретчиков» посольства даже не снял с аппаратов крышки, чтобы выяснить, нет ли под ней шпионских «жучков». Не проходили телексы проверки на наличие «закладок» даже во время их последующей профилактики. И если бы не сбой в работе одного из телексов, возможно, еще не один год работала бы ловушка секретных сведений во французском посольстве на благо советской разведки…

Помимо приведенного случая были и другие, не менее хитрые «закладки». Миниатюрные устройства различными путями устанавливались в телетайпы, которые использовались в посольствах западных стран. Больше всего их «внедрили» в немецкие телетайпы «Т-1000» компании «Сименс».

Вот, например, как проходили операции, связанные с размещением жучков в телетайпах. Так, узнав, что вскоре в одном из посольств планируется установить «Т-1000», сотрудники КГБ начинали прорабатывать варианты, как вмонтировать в аппарат «закладку». И в зависимости от ситуации, применяли тот или иной способ. Так, иногда удавалось установить передающее устройство в тот момент, пока внимание водителя грузовика, на котором перевозилось оборудование, отвлекала молодая и весьма привлекательная особа.

Если этот вариант давал сбой, то специальная служба из Госбезопасности «устраивала» на дороге аварийную ситуацию. И во время выяснения с Госавтоинспекцией причин случившегося вставляла «закладку». При этом «жучки» были столь крохотными, что их едва можно было увидеть невооруженным глазом.

Порой закладки удавалось даже установить на заводе, где собирались телексы. В этом случае агент КГБ просто забрасывал датчик внутрь устройства, пока его не закрывали крышкой.

Случалось, что «закладки» вставлялись даже в пишущие машинки. Такое, например, произошло в 1984 году, когда «спецы» из КГБ снабдили «закладками» более десяти машинок, доставленных из США в американское посольство в Москве и консульство — в Ленинграде.

УНИКАЛЬНЫЕ ШПИОНСКИЕ «ШТУЧКИ»

Безусловно, сегодня диапазон технических устройств для получения секретных сведений огромен. Это — и различные миниатюрные фотокамеры, и сложнейшие подслушивающие приспособления, и приборы и программы для снятия информации с компьютеров и мобильных телефонов. При этом некоторые из современных электронных устройств вообще нельзя обнаружить с помощью даже самых новейших приспособлений.

Перечислять все современные «шпионские штучки» нет не только необходимости, но, главное, сделать это практически невозможно. Поэтому представим только некоторые из них, на наш взгляд, самые эффективные.

Начнем же наш разговор с направленных микрофонов. Существует несколько типов этих подслушивающих устройств.

Чтобы сузить контролируемую сферу, в подслушивающих устройствах используется длинная трубка

Они воспринимают и усиливают звуки, поступающие только из одной небольшой сферы пространства. В простейших из этих аппаратов, чтобы сузить контролируемую сферу, используется длинная трубка. В более сложных направленных микрофонах применяются несколько трубок различной длины или же параболические антенны.

Что же касается расстояния, с которого можно подслушать разговор, в среднем оно равняется 50—100 метрам. Правда, некоторые микрофоны с параболическим отражателем могут зафиксировать разговор в открытом месте на расстоянии в один километр.

И еще: с помощью направленных микрофонов нельзя снять разговор со стекол кабинетов и автомобилей. Осуществить этот процесс можно лишь при открытом окне, форточке или при опущенном стекле в автомобиле.

Однако существуют и более совершенные направленные микрофоны — лазерные. В них используется лазерный луч, с помощью которого фиксируются звуковые вибрации в объектах, расположенных на значительном расстоянии. Чаще всего предмет, на который направлен луч, находится в том же помещении, где происходит разговор. Им может быть все, что угодно: картина, часы, ваза с цветами и т. д. Главное, чтобы объект вибрировал в ответ на колебания воздуха во время разговора. Очень удобными считаются предметы с гладкой поверхностью.

Обычно лазерный луч направляется на поверхность оконного стекла или на аналогичную плоскую поверхность. Колебания этой поверхности меняют угол отражения луча, который, возвратившись к наблюдателю, трансформируется в речевой сигнал.

Следует заметить, что впервые луч света для прослушки был применен в СССР еще в середине 40-х годов прошлого века. Правда, в первых конструкциях использовался не лазерный, а инфракрасный луч. Историки шпионажа утверждают, что КГБ использовало эти устройства для слежки за западными посольствами в Москве.

А этот случай является убедительной иллюстрацией использования современных подслушивающих устройств. Произошел он в ноябре 1984 года. Тогда в вашингтонской квартире третьего секретаря советского посольства, который на самом деле являлся сотрудником внешней разведки, ночью выстрелом из ружья прострелили оконное стекло.

Мысли у резидента на этот счет вертелись самые разные. Но ответа на причины данного происшествия они не давали. Правда, через несколько дней после странного случая в посольство стали массово поступать иллюстрированные проспекты с рекламой оконных рам, стекла, а также с предложениями местных фирм за умеренную плату провести ремонтные работы.

Будучи профессиональным разведчиком, сотрудник посольства после анализа сложившейся ситуации пришел к выводу, что простреленные окна являлись первым этапом плана внедрения «жучков». А рекламные проспекты — следующим.

И действительно, проведенный в Союзе анализ окон показал, что внутрь стекла была помещена миниатюрная, диаметром в несколько микрон, призма. Благодаря ей чувствительность подслушивания «через стекло» возрастала во много раз. Более того, эта призма отправляла лазерный луч как раз в место расположения подслушивающего устройства, в то время как при обычном методе отраженный луч сдвигался на некоторое расстояние в сторону…

Очень важную роль в шпионаже играли и играют фотоаппараты. Их шпионы использовали и используют в самых разных целях: для съемок персон, которыми интересовались спецслужбы, военных объектов, секретных документов и схем, то есть всего, что интересует разведку. Причем необходимый результат мог быть получен лишь в том случае, если фотосъемка осуществлялась скрытно. И как раз для этого требовались миниатюрные фотокамеры, но в то же время обеспечивающие получение высококачественных фотоснимков.

Самым известным шпионским фотоаппаратом безусловно является «Мтох». Его совершенная конструкция, великолепная оптика, небольшие габариты сделали «Мтох» особенно подходящим для незаметной фотосъемки. С помощью этой фотокамеры можно было фотографировать как документы, так и различные объекты.

В ряду миниатюрных фотоаппаратов важное место занимали японская камера «Есhо-8», вмонтированная в корпус зажигалки, а также фотокамера в виде ручных часов. Их особенно широко применяли разведки западных стран в годы «холодной войны».

Обычно шпионы прятали мини-камеры в различные предметы или под одежду. Например, 35-миллиметровую швейцарскую фотокамеру «Теslа» можно было поместить в обычную пачку сигарет, широко распространенных в стране, где предполагалось проводить сбор информации. Особая рамка обеспечивала соответствующее положение объектива, а кнопка на боковой стенке пачки — спуск затвора. При этом можно было сделать десять снимков без дополнительного пружинного завода движителя фотокамеры.

Советские же спецслужбы довольно широко использовали фотоаппарат «Точка-58». Он находился на теле шпиона и производил съемку через булавку для галстука. Камера имела совсем небольшие размеры: 83 х 30 х 15 миллиметров.

Миниатюрные камеры прятали также в спичечные коробки, в ручку зонтика, в кожаный ремень, в авторучку, в ручные часы и т. д. Очень оригинальным камуфляжем для фотокамеры являлась губная помада. Эту уникальную «штучку» использовали в основном женщины-агенты, по достоинству ее оценившие: ведь этой камерой можно было одновременно и наносить макияж, и фотографировать. Сама же фотосъемка осуществлялась вращением нижней части тюбика. При этом во время поворота в одну сторону взводился затвор и пленка сдвигалась на один кадр. В противном случае затвор спускался — и документ фотографировался…

Современные же разведчики пользуются кинокамерами размером со спичечную головку. С помощью магнита ее можно прикрепить к определенному объекту и по инфракрасному лучу отправлять фотографии в офис, расположенный на значительном расстоянии…

В современном мире значительную помощь спецслужбам в сборе конфиденциальной информации оказывают мобильные телефоны. Ведь практически любой мобильный телефон — это не что иное, как сочетание в одном аппарате радиостанции и небольшого компьютера. Поэтому некоторые современные мобильные устройства можно даже использовать как приспособление для подслушивания телефонных переговоров по мобильнику. Кроме того, есть даже аппараты, позволяющие управлять функциями мобильного телефона извне с помощью компьютера. Это значит, что сегодня спецслужбам не составляет особого труда определить местонахождение владельца мобильника, а также незаметно для него включить микрофон телефона и слушать разговоры.

О тех возможностях, которые предоставляет мобильник для ведения слежки за определенным объектом, рассказал в одной из своих книг американский учёный в сфере информационной безопасности Цутому Симомура: «В 1992 году мне пришлось давать показания перед специальной комиссией Конгресса США по расследованию… именно этого неизвестного свойства радиотелефонов — писал он, — После того как председатель комиссии гарантировал мне неприкосновенность, я взял новый телефон, еще в упаковочной пленке, фирмы АТ&Т, собрал его и нажал несколько кнопок. Через короткое время члены комиссии смогли услышать разговоры по мобильным телефонам со всех углов и концов Капитолия».

Не менее уязвимы и компьютеры. Ведь и клавиатура, и процессор, и кабели, и монитор, и принтер излучают электромагнитные сигналы, которые специалисты называют «компрометирующими паразитами». Эти информационные импульсы без особого труда можно перехватить с помощью специальных, настроенных на определенную частоту, приспособлений. Причем с весьма значительного расстояния.

Кроме того, в компьютер можно «поселить» определенную шпионскую программу, которая, в отличие от компьютерного вируса, не будет вредить ни операционной системе, ни файлам. Ее задача гораздо шире: она периодически собирает информацию с жесткого диска, с почтового ящика и т. д. И все эти сведения пересылаются тем, кто внедрил в компьютер шпионскую программу. Как же попадает невидимый «шпион» в компьютер? Для этого существует немало способов. Но обычно это происходит тогда, когда в компьютер помещают новое приложение. Например, бесплатную программу из Интернета.

Таким образом, современные шпионские «штучки» настолько совершенны, что скрыть от них информацию — проблема довольно сложная. Но, как говорится, против любого яда есть и противоядие.

«ОПЕЛЬ» С «ЖУЧКАМИ»

После Второй мировой войны в разделенной на оккупационные зоны Германии при штабе американской группы войск во Франкфурте размещалась советская военная миссия связи.

Официально ее задача состояла в том, чтобы улаживать возникающие конфликты между советским и американским командованием. Однако в годы «холодной войны» миссия превратилась в передовую шпионскую квартиру Главного разведывательного управления советского Генштаба. Весь ее штат из четырнадцати человек был укомплектован офицерами ГРУ. Они не только вели визуальную и инструментальную разведку американских военных объектов, тайно проникая в запретные районы, но и поддерживали регулярные контакты с местными агентами на территории ФРГ.

Контрразведывательное противодействие им было возложено на 66-ю группу американской военной разведки в Мюнхене, но она явно не справлялась с этой задачей. Советские разведчики применяли различные хитроумные приемы, чтобы оторваться от «хвоста», после чего на несколько дней исчезали из поля зрения наружного наблюдения. Чем они занимались в это время, никто не знал. Но было ясно, что даром времени они не теряли. Во всяком случае, американское командование в Европе было весьма встревожено тем, что русские достаточно быстро узнавали обо всех перемещениях войск и прибытии в Западную Германию новой техники.

Разобраться в ситуации и принять надлежащие меры было поручено сотрудникам созданного в конце 1970-х годов отдела специальных операций (ОСО), которые для начала выехали на место для изучения обстановки. Отчет их был довольно пессимистичным. В нем говорилось, что завербовать кого-либо из офицеров невозможно, потому что они по вечерам никогда не покидают пределов миссии, где они и проживают. В свободные же дни русские устраивают только коллективные выезды. Установка «жучков» в их квартирах также нереальна из-за круглосуточного дежурства охраны. К тому же никого из посторонних туда не пропускают. Несколько человек обслуги — тоже русские, которые живут на казарменном положении.

Машины, на которых ездят сотрудники миссии, держат в гараже, находящемся на ее территории, куда также из-за сложной системы сигнализации проникнуть нет никакой возможности.

Благодаря успешно проведенной операции «Долговязая девица» удаюсь выявить значительную часть агентурной сети ГРУ в ФРГ

Ремонтируют их в одной и той же мастерской при обязательном присутствии кого-нибудь из русских. То есть все подходы к миссии были практически заблокированы.

Проблеск надежды появился, когда поступило сообщение о том, что миссия собирается заказать у фирмы «Опель» несколько машин. Но возникла одна проблема: русские решили брать автомобили прямо с конвейера, причем заключительные этапы сборки должны были производиться под наблюдением их представителя.

Для выяснения, можно ли за одну ночь разобрать и собрать автомобиль, ОСО в спешном порядке закупил у «Опеля» два серийных экземпляра, на которых и начались тренировки. Первый раз на всю операцию у техников ушло двадцать часов. Но вскоре эту работу они проделывали уже за одиннадцать часов. Впрочем, даже это рекордное время означало, что работать придется в условиях жесткого цейтнота. Но иного выхода не было, и операции под кодовым названием «Долговязая девица» был дан ход.

Теперь оставалось ждать того дня, когда русские приедут за новым автомобилем. В двух предыдущих случаях представители миссии только накануне вечером извещали руководство завода о том, что их человек приедет за очередной машиной. Он шел прямо к конвейеру и, чтобы не нарушить темп сборки, указывал на первую стоявшую на нем машину. Затем сопровождавший офицера русский механик тщательно проверял «опель» специальными приборами, рабочие заканчивали сборку, русские садились в машину и уезжали.

Наконец наступил долгожданный день икс. Заранее подкупленные охранники в восемь вечера беспрепятственно пропустили «осовцев» в сборочный цех к застывшему в конце конвейера «опелю». А уже через три часа новенькая машина превратилась в голый скелет, в который начали закладывать подслушивающне устройства: передатчик, долгоработающий аккумулятор, сверхчувствительные микрофоны. И к шести утра работа была закончена.

А вскоре машина, нашпигованная «жучками», была принята представителем советской миссии без всяких замечаний. Позднее таким же образом были «препарированы» еще несколько автомобилей.

Теперь за каждым «радиофицированным» «опелем» из советской миссии, куда бы он ни направлялся, следовала машина с сотрудниками ОСО. Все разговоры, которые вели между собой русские, записывались и немедленно передавались в США для детального анализа. В конечном итоге благодаря успешно проведенной операции «Долговязая девица» удалось выявить значительную часть агентурной сети ГРУ в ФРГ. Причем причины провалов агентов долгое время советским разведчикам оставались неизвестными.

ПОДСЛУШИВАЮЩИЕ ПНИ, КАМНИ И ЦВЕТОЧНЫЕ ВАЗЫ

Подмосковный город Троицк с населением немногим более 60 000 человек находится в 20 километрах к юго-западу от МКАД по Калужскому шоссе. В городе находится несколько исследовательских центров, работающих на военную прохмыш-ленность. Поэтому Троицк давно притягивал внимание американских спецслужб. И причины для этого были очень веские. Дело в том, что там находился лазерный центр, а недалеко от города — располагались линии правительственной связи, центрального аппарата КГБ и ГРУ. Но так как эти стратегические объекты находились в закрытой зоне, попасть туда американские шпионы не могли. И тем не менее американцы все-таки Добрались до заветной цели.

А предшествовала этому слежка за объектом с помощью спутников. Однако сначала ничего обнадеживающего она не давала. Но как-то раз на одной из фотографий эксперты заметили, что вдоль шоссе Москва — Троицк проводятся работы по прокладке подземного телефонного кабеля.

Основываясь на этом и серии других снимков земляных работ в наблюдаемом районе, сделанных разведывательными спутниками, спецы из ЦРУ решили подключить к телефонному кабелю аппаратуру, которая одновременно могла и подслушивать, и записывать разговоры.

А дальше, как говорится, дело осталось за малым: установить соответствующее устройство. Проделал эту работу 27 июня 1982 года американский дипломат Макмэхен. И хотя за ним велось наблюдение, он с тяжелым рюкзаком за плечами смог оторваться от слежки и возвратился в посольство лишь поздно вечером.

Операция прошла без сучка и задоринки: исполнитель нашел в небольшом лесочке колодец, забрался в него и прикрепил к кабелю необходимую аппаратуру. Она представляла собой датчик, состоящий из двух половинок цилиндра, которые были соединены кабелем с металлическим ящиком, в котором находилась соответствующая электроника. Она реагировала на телефонные разговоры, которые и записывались на магнитофонные кассеты. Их американские агенты меняли примерно два-три раза в год. Причем электроника фиксировала лишь те разговоры, которые могли представлять интерес для ЦРУ.

Американское записывающее устройство, замаскированное под пень

Когда информации накапливалось достаточно много, специальное приемо-передающее устройство автоматически отсылало ее в США с помощью спутника-шпиона, который пролетал над Советским Союзом, и в частности над Москвой. В ЦРУ мероприятие закодировали как «Бильярдный шар». И трудилась эта уникальная шпионская система в течение целых пяти лет. И только случайность позволила ее рассекретить…

А еще раньше, в начале 1970-х годов, в лесу под Можайском американские спецслужбы установили два шпионских прибора, замаскированных под пеньки от деревьев. С их помощью осуществлялся спутниковый перехват радиосигналов с военных объектов, которые находились в этом районе. Затем сигнал передавался в США через спутник или с помощью специальной аппаратуры, установленной в автомобилях сотрудников американского посольства. Причем устройства были смонтированы так, что, казалось бы, непрозрачная верхушка пня все-таки пропускала солнечный свет, который и заряжал солнечные батареи, установленные в приборах.

И все же в 1972 году чудо американской шпионской техники советские спецслужбы обнаружили. И в качестве трофея оставили себе. Поэтому в музее ЦРУ хранится лишь копия оригинального «Шпиона»…

А осенью 2005 года в одном из московских скверов российские спецслужбы обнаружили передатчик, спрятанный внутри искусственного камня. Задача этого устройства заключалась в сборе секретных сведений в пользу британской разведки. Вес камня вместе с электронной начинкой — около 4 килограммов.

Когда его просветили рентгеном, то выяснилось, что он полностью заполнен электроникой. В нем находилась аккумуляторная батарея, а также принимающее и передающее устройства. Агент, который передавал информацию, не знал, что прибор закамуфлирован под камень. Он должен был лишь пройти медленно около определенного места и произвести соответствующие действия…

ЦРУ хорошо было известно, что советские стратегические ракетные установки производились в западных и центральных районах страны, а затем по Транссибирской магистрали доставлялись в восточные регионы, где размещались и нацеливались на военные объекты на территории США.

В начале 80-х годов минувшего столетия американцы знали о расположешш значительной части советских стратегических ракет постоянного базирования. Однако у них отсутствовали сведения о передвижных ракетных комплексах, которые устанавливались на железнодорожных платформах и маскировались под пассажирские вагоны. И тогда американцы обратились за помощью к японцам…

В конце 1980-х годов в поле зрения контрразведчиков из Приморья попала коммерческая фирма «Сётику», зарегистрированная в Японии. Дело в том, что в течение полугода представители компании ежемесячно доставляли в Находку фаянсовые цветочные горшки и отправляли их в Гамбург…

Проверка документов ничего подозрительного не выявила. Да и сам груз вроде бы нареканий не вызывал: он находился в опломбированном металлическом контейнере на открытой железнодорожной платформе. И все-таки таможенники насторожились.

Действительно, по какой-то непонятной причине дешевые вазы отправляются в страну, которая производит знаменитый саксонский фарфор. К тому же провоз груза через весь Советский Союз — удовольствие достаточно дорогое…

А вскоре было установлено, что «Сётику» связана с одной из американских компаний, занятых в военно-промышленном комплексе США. Более того, «Сётику» являлась дочерней компанией американской фирмы. О подозрениях было доложено в Москву. И вскоре из столицы в Находку прибыла группа специалистов для досмотра загадочного груза.

Наконец, в ходе обследования контейнера было обнаружено скромное помещение, заполненное различной аппаратурой. Более тщательное ее изучение, проведенное уже в Москве, показало, что в контейнере находилось оборудование с системами регистрации гамма-излучений, блоком питания, сбора и обработки поступающей информации. Причем эти приборы могли бесперебойно функционировать на всем пути от Находки до Ленинграда.

Специалисты также установили, что уникальная разведывательная система фиксировала наличие мест, где проводилась выемка атомного сырья, а также производственные объекты по его переработке. Она была способна засечь транспорт, на котором перевозились компоненты атомного производства, и даже определить направление его движения.

Она могла фиксировать источники радиоактивности, собирать информацию об их основных параметрах, учитывать пройденное расстояние, определять географические координаты объектов, а также осуществлять панорамное фотографирование по маршруту следования поезда с «цветочным» контейнером.

С помощью этого устройства спецслужбы Японии и ФРГ Планировали провести скрытую разведку районов с повышенной радиоактивностью. И на основании этих сведений зафиксировать Места производства, хранения, а также маршруты транспортировки ядерных материалов. Иначе говоря, иностранные разведки этим хитроумным способом пытались определить военные объекты, оснащенные ядерным оружием.

ЭФИР ВЗБУНТОВАЛСЯ НЕ ЗРЯ

Одно время в зданиях советских посольств в зарубежных странах находились специальные помещения «Зенит», в которых «дислоцировались» специалисты оперативно-технического управления (ОТУ) КГБ. Они имели особые приборы, с помощью которых противодействовали подслушиванию разговоров в посольстве спецслужбами противника. Кроме того, эта аппаратура применялась для слежения за эфиром на волнах, которыми пользовалась местная полиция и служба безопасности.

Например, когда резидент КГБ уходил на встречу с агентом, технический сотрудник в комнате «Зенит» начинал прослушивать эфир. И если обнаруживал, что интенсивность переговоров резко возросла, или же в эфире появлялся какой-либо странный шум, он специальным сигналом предупреждал об этом резидента, который заранее прихватывал с собой миниатюрный приемник.

Контроль за эфиром иногда приносил немалую пользу и в других ситуациях. Например, в 1958 году сотрудники «Зенита» в советском посольстве в Осло смогли поймать волну, на которой вели разговоры норвежские контрразведчики. А вскоре криптографы КГБ рассекретили код, которым пользовались норвежцы, шпионившие за работниками посольства СССР.

Расшифровка этого кода в последующем позволила резидентам госбезопасности обезопасить амурные встречи сотрудника КГБ Евгения Белякова со своей возлюбленной — супругой премьер-министра Норвегии Гердхардсена, который находился на этом посту в 1945–1951 и 1955–1965 годах. Нет смысла разъяснять, насколько важно было для КГБ сохранить этот любовный роман в строжайшей тайне.

В 70-е годы минувшего столетия сотрудники комнаты «Зенит» смогли выполнить и важную разведывательную работу в Токио. После анализа радиопереговоров, а также наблюдений сотрудников местной резидентуры было установлено, что офицеры внешнего наблюдения, представленные работниками контрразведки и политической полиции, обычно ослабляли свою активность по выходным и праздничным дням. А с 11 часов вечера и до 7 часов утра вообще не появлялись на улицах. Такая ситуация объяснялась тем, что руководство токийских спецслужб не платило им сверхурочные. Безусловно, владение информацией о режиме работы японской службы наружного наблюдения позволило советским резидентам значительно повысить продуктивность разведывательных операций.

А однажды благодаря техникам из «Зенита» сотрудники ФБР не смогли идентифицировать будущего советского шпиона в США Рональда Пелтона. 14 января 1980 года он позвонил в советское посольство в Вашингтоне и предложил встретиться с представителем местной резидентуры КГБ.

Сотрудники комнаты «Зенит» обеспечивали работу советских разведчиков за рубежом

«Федералы» этот разговор записали. И когда на следующий день Пелтон явился в посольство, агенты ФБР перекрыли выходы из здания, чтобы выяснить личность звонившего, а затем, когда он окажется вне территории посольства, его арестовать.

Однако лишь Пелтон появился в здании посольства, как дежурный техник «Зенита» зафиксировал неожиданный всплеск переговоров по автомобильным радиотелефонам. После этой «бури в эфире» Пелтона переодели и загримировали под работника обслуживающего персонала. А позже вместе с сотрудниками посольства он ушел незамеченным через боковую дверь.

ВОЕННЫЕ СЕКРЕТЫ В ОБМЕН», НА СИГАРЕТЫ

7 мая 1991 года представители командования дислоцированной в Западной Европе американской военной группировки и руководства западногерманской разведки (БНД) поставили свои подписи под тайным «Соглашением о взаимопонимании», которое вошло в историю разведок под названием «Жираф». Это «Соглашение» представляло собой разработанный до мельчайших деталей план беспрецедентного расхищения военных секретов Советской армии. Но еще в 1990 году американская и западногерманская спецслужбы получили распоряжение активизировать сбор секретной информации, используя солдат и офицеров Западной группы войск (ЗГВ)„.

После того как «Договор» был подписан, в небольшой особняк на спокойной улочке Форенвег поселились немного странные жильцы. А спустя какое-то время в доме стали собираться сотрудники ряда западных разведок. Костяк же этой группы составляли спецы БНД и ЦРУ. Периодически для дележа советских секретов в особняк наведывались также и представители французской и британской спецслужб.

При этом в работе американских и немецких разведчиков наблюдалось четкое разделение обязанностей. Так, немцы отвечали за технику и анализ документов, американцы — за перевод добытой информации и ее оценку. В своем распоряжении участники операции «Жираф» имели мощные компьютерные базы данных. Основную же часть издержек по ее проведению несли американцы.

Вербовку советских солдат и офицеров немецкие агенты проводили в местах расположения воинских частей. В этой работе шпионам существенную помощь оказал детальный график вывода советских войск, который раньше был передан немцам. Благодаря этому плану шпионы знали, в каком месте и когда будут находиться солдаты и офицеры того воинского подразделения, которое их интересовало.

Следует сказать, что добровольных информаторов у агентов спецслужб в это время было предостаточно. Советские солдаты и офицеры передавали секретные сведения агентам БНД в каждом пригодном месте: в местном пивбаре, в кинотеатре, а чаще всего на одном из множества авторынков. Стоимость информации была пустяковой. Обычно за услугу «предатели» требовали видео-и радиоаппаратуру, одежду, запчасти для автомашин…

В 1991 г. в Германии началась вербовка советских офицеров и солдат

Иногда за особо ценную информацию немецкие агенты рас-считывались автомобилем «Жигули». В конце концов, этот «бартер» приобрел столь широкий размах, что в местах дислокации советских войск находилось около сотни «Лад».

В целом же в ходе операции «Жираф» были добыты столь уникальные по своей секретности и значимости сведения, о которых БНД и ЦРУ и мечтать не могли. Например, им попали новейшие бортовые компьютеры истребителя МиГ-29, образцы современного топлива, новинки ракетного вооружения, танковые лазерные прицелы, приборы ночного видения и другие секретные разработки. На Западе оказались и секретные шифры и коды вместе со стратегическими планами Генштаба…

Это только небольшой перечень из тех секретов, которые в те годы чуть ли не с благословения высшего руководства страны уплыли на Запад. Но и этого достаточно, чтобы показать тот размах, с каким работали тогда западные спецслужбы. Окончательные же результаты операции «Жираф» неизвестны до сих пор, как и детали ее проведения.

ЭКСТРАСЕНСЫ И ЯСНОВИДЦЫ В РАЗВЕДКЕ

Уже не одно десятилетие спецслужбы некоторых государств пользуются услугами экстрасенсов при организации и проведении секретных операций. Причем первыми на уникальные способности ясновидцев обратили внимание американцы.

А началось все почти 60 лет назад, когда в 1957 году президенту США Д. Эйзенхауэру был подготовлен доклад компанией «Рэнд корпорейшн». В нем, в частности, обращалось внимание на то, что современные средства обнаружения субмарин вынудили их опускаться на все большие глубины. А это, в свою очередь, не позволяет поддерживать постоянную радиосвязь с командными пунктами военно-морских сил. Чтобы устранить эту проблему, специалисты «Рэнд корпорейшн» предложили начать исследования новых каналов связи, в том числе и экстрасенсорных.

Но эксперты решительно высказались против такого необычного способа связи с субмаринами. Однако спустя всего год в газете «Геральд трибюн» появилась статья, автор которой настаивал, что Пентагону необходимо начать исследования для выяснения, как энергия, генерируемая мозгом одного человека, может передаваться другому, расположенному от первого за многие тысячи километров.

Статья, а также публикации некоторых известных специалистов произвели соответствующее впечатление. И после дополнительного изучения доклада компании «Рэнд корпорейшн» президент распорядился создать особую лабораторию для исследований энергоинформационной связи.

Чуть позже такие же исследовательские лаборатории были сформированы компаниями «Вестингауз», «Дженерал электрик», «Белл телефоун компани», Центром военных исследований и НАСА. Кстати, ЦРУ в 1973 году даже смогло получить кредиты на создание Института паранормальных феноменов со штатом в 1300 сотрудников.

В это же время ЦРУ начало заниматься и секретным проектом под кодовым названием «Сканирование по координатам». Его суть заключалась в следующем: человек, обладавший склонностью к ясновидению, должен был по географическим координатам определить, какой объект находится в заданной точке.

Одним из таких людей стал некий Пэт Прайс — полицейский из Калифорнии. Ему предложили по координатам Форт-Меда — секретной базы ЦРУ — описать ее. И Прайс не просто справился с этим заданием, но рассказал о базе настолько точно, словно видел все собственными глазами.

Сначала он обрисовал пейзаж, окружающий здание, и внешний его вид. Потом Прайс стал мысленно передвигаться по корпусам Форт-Меда, в подробностях рассказывая об их обустройстве: например, он называл модели компьютеров. Более того, ясновидец даже «прочитал» надписи на папках с секретными документами, находившимися в шкафу в одном из помещений.

Художник-экстрасенс Инго Сванн

Но, как оказалось, помимо Прайса были выявлены и другие экстрасенсы с уникальными способностями. Например, художник из Нью-Йорка Инго Сванн. Однако, несмотря на явные успехи, в 1975 году после смерти Пэта Прайса от сердечного приступа проект был свернут…

Более значимых результатов добились ученые Стэнфордского университета, которые в 1971 —1975 годах выполнили ряд экспериментальных сеансов дальновидения. В одном из них известные американские парапсихологи Гарольд Путхоф и Рассел Тарг, путешествуя по Европе, мысленно передавали виденные ими картины человеку, который в это время находился в штате Висконсин. Так, в одном из опытов тот изобразил контур собора, которого до этого никогда не видел.

Проанализировав отчеты об этих опытах, специалисты из ЦРУ пришли к заключению, что подобный «мысленный передатчик» вполне можно использовать в разведке. Но для этого исследователям требовалось выяснить, могут ли принимать информацию и обычные люди, а не только опытные экстрасенсы…

И хотя все эти исследования проходили под грифом «Совершенно секретно», скрыть их от общественности не удалось. И о поразительных успехах американских спецслужб заговорили журналисты. Более того, в прессе появились сообщения, что с 1977 года ЦРУ финансировало специальные операции с участием экстрасенсов.

Затем газеты проинформировали своих читателей о «шпионах-фантомах», якобы изобретенных в лабораториях ЦРУ. Журналисты, в частности, рассказали, что экстрасенсы Свои и Прайс мысленно проникали на секретные военные объекты и мысленно же передавали их изображения. Например, в одной газете сообщалось, что Прайс в течение минуты подробно описал новейшее военное устройство, созданное русскими, которое находилось на секретной базе ПВО в Сибири.

А ясновидец Джозеф Макмонигл определил на карте Советского Союза место, где находился секретный исследовательский центр. Подержав на нем палец около 20 минут, экстрасенс заявил, что на данном объекте проводились ядерные испытания. Так был «расшифрован» Семипалатинский полигон.

Эти публикации весьма серьезно воспринял конгрессмен Чарльз Роуз, являвшийся членом специальной комиссии по разведке. И вскоре в одном из своих выступлений он призвал Белый дом профинансировать соответствующие исследования в большем объеме, чем выделяемые ежегодно 6 миллионов долларов.

Эта цифра, которая ранее не афишировалась, породила в научных кругах волну противоречивых мнений. Например, физик М. Гарднер бюджетные ассигнования на эти исследования сравнил с черной дырой, в которую из-за «никудышных исследователей» засасываются приличные деньги.

Чтобы спасти репутацию военного ведомства, которое вместе с ЦРУ попало под обстрел газетной критики, начальник развед-управления Министерства обороны США генерал Д. Грэхэм публично заявил, что цифра в шесть миллионов явно завышена. А чтобы развеять сомнения в целесообразности проводимых экспериментов, он привел два якобы достаточно убедительных примера. Так, в одном случае ясновидцы определили точное место дислокации советских подводных лодок, которое не засекли даже современные спутники-шпионы. В другом случае экстрасенсы безошибочно назвали координаты примерно двух десятков туннелей, построенных северокорейскими военными рядом с демилитаризованными зонами.

Кроме того, якобы в 1984 году экстрасенсы сообщили ЦРУ о крушении в Африке советского бомбардировщика, перевозившего секретное оборудование. И сотрудники разведуправления первыми добрались до самолета.

А в 1985 году появилось сообщение журналиста из «Нью-Йорк таймс» об уникальном эксперименте в Форт-Меда. Когда одному из ясновидцев продемонстрировали несколько фотоснимков советских и американских субмарин, он практически безошибочно назвал координаты каждой из подлодок.

Спустя же полгода военно-морская разведка Соединенных Штатов с помощью примерно 30 экстрасенсов попыталась «прозондировать» земной шар, чтобы определить местонахождение советских подводных лодок.

Тем не менее, несмотря на, казалось бы, явные успехи использования способностей экстрасенсов в разведывательном деле, руководство ЦРУ вроде бы пришло к выводу, что, поскольку в настоящее время существует множество технологий, позволяющих не менее эффективно проводить разведывательные операции, расходовать деньги на экстрасенсов нерентабельно. При этом было заявлено, что работа пси-групп была прекращена еще в 1997 году. Однако, как позже выяснили журналисты, секретные исследования в этом направлении продолжили в разведке Пентагона…

Известно, что спецслужбы СССР тоже не брезговали услугами служителей оккультных наук. Например, еще в 1924 году руководство ОШУ стало плотно сотрудничать с известным исследователем телепатии, гипнотизером и писателем А.В. Варченко.

А спустя пять лет на Лубянке начала работать сверхсекретная лаборатория, занимавшаяся поиском 12—14-летних мальчиков с экстрасенсорными способностями. И самых одарённых из них обучали в секретных учреждениях НКВД по специально разработанной программе, автором которой был советский психофизиолог Леонид Леонидович Васильев. В соответствии с этой методикой было подготовлено несколько десятков агентов, которые имели уникальные психосенсорные способности. Эти разведчики без труда входили в контакт с определенными людьми, подчиняли их своему влиянию, а затем вербовали.

В 1950-х годах исследованиями в этой области стали заниматься специалисты из военной разведки. Они же по специальной программе готовили и будущих разведчиков. А секретная лаборатория, занимавшаяся поиском детей-экстрасенсов, перебазировалась на так называемый объект «14», находившийся в ведении Главного разведывательного управления (ГРУ). Согласно некоторым источникам, там экстрасенсорные эксперименты проводились вплоть до 1980-х годов…

В 90-х годах прошлого века интерес к ясновидцам снова возродился. В тот период при Управлении охраны президента РФ Бориса Ельцина было сформировано особое подразделение, сотрудники которого занимались исследованиями телекинеза и парапсихологии. Руководил этими работами Георгий Георгиевич Рогозин. За эту свою деятельность он получил псевдонимы «Мерлин Кремля» и «Нострадамус в погонах».

Особая группа, занимавшаяся людьми с экстрасенсорными способностями, была создана и при Министерстве обороны РФ. Существует она и в настоящее время.

ВТОРАЯ ПРОФЕССИЯ — ШИОНАЖ

По сей день многих волнует вопрос: мог ли знаменитый французский океанограф Жак Ив Кусто работать на американскую разведку? Во всяком случае, именно в этом его всерьез подозревали спецслужбы СФРЮ, утверждает в своих мемуарах бывший полковник югославской контрразведки Драгомир Иованович.

Дело же было так. В 1974 году судно исследователя «Калипсо-1» появилось вблизи югославского побережья Адриатики. Без всякого на то разрешения аквалангисты стали обследовать морское дно. Немедленно появились катера береговой охраны, и пограничники потребовали от ученого прекратить незаконные погружения. Кусто обиделся и поднял якорь…

Однако вскоре он уже официально обратился к югославским властям с просьбой дать разрешение провести исследовательские работы в районе островов Вис, Млет и Ластово. Именно там в то время базировались корабли ВМФ Югославии с передовыми вооружениями на борту. Еще большее подозрение вызвала следующая просьба Кусто, а именно: сообщать ему обо всех плавсредствах, которые будут находиться в радиусе 30 километров от «Калипсо». Контрразведчики всполошились и немедля доложили руководству страны о странном интересе французского океанографа. После этого ему окончательно запретили появляться в территориальных водах Югославии…

Страсть к морским глубинам зародилась у выпускника военно-морской школы еще в 30-е годы минувшего столетия. Во время Второй мировой войны Кусто руководил диверсионным отрядом подводных подрывников. Он лично возглавил террористическую операцию в итальянском порту Палермо.

После войны Кусто страстно желает продолжить исследования, но не имеет финансовых средств. Тогда-то, утверждает югославский контрразведчик, ему и пришли на помощь знакомые из разведки ВМС США. Немедленно строится прекрасно оснащенное для того времени судно «Калипсо-1», и одновременно на счет Кусто в швейцарский банк поступает сначала 100, а затем 50 миллионов долларов.

Работал ли выдающийся океанограф на разведку США или других стран НАТО? — вряд ли об этом станет известно в ближайшее время. Однако очевидцы утверждают, что на судах Кусто всегда находилось множество сверхсложной аппаратуры, доступ к которой имел лишь строго ограниченный круг операторов.

Если все же допустить, что он пошел на подобное сотрудничество, то ему было по силам фиксировать проходящие подводные лодки, выяснять их маршрут, некоторые технические особенно-, сти. Кроме того, он мог определять в морских глубинах места для возможного захоронения ядерных отходов, а также заниматься поиском полезных ископаемых.

Кстати, Кусто однажды помог США «отстоять» Берингов пролив. Весной 1986 года судно «Калипсо-2» появляется в этом районе» и его экипаж начинает активно исследовать дно. Кусто якобы сделал это по заданию ЦРУ, которое узнало о планах КГБ перекрыть проход по проливу в самом узком участке, так как Москву основательно раздражало свободное перемещение по нему атомных подводных лодок США.

Был ли известный океанограф Жак Ив Кусто шпионом?

А вскоре француз обнаруживает стратегическое сырье. Американцы предлагают СССР карту открытых Кусто месторождений в обмен на обязательство не закрывать пролив и… немедленно получают согласие.

А вот еще одна «оперативная новость» — на этот раз речь пойдет о Кубе. Вскоре после революции 1959 года американцы намеревались послать группу «командос», чтобы те под водой добрались до виллы Кастро, расположенной на самом берегу океана, и убрали Фиделя. Но Кусто будто бы отказался, предложив свои услуги только в качестве советника. Позже этот план так и не был осуществлен. Однако до сих пор поговаривают, что гибель сына Кусто — Филиппа — в непонятно отчего взорвавшемся вертолете могла быть местью спецслужб за срыв покушения на кубинского лидера…

Связь со спецслужбами СССР по сей день в некоторых публикациях вменяется в вину знаменитому русскому художнику Н.К. Рериху. Основываются же эти обвинения прежде всего на появлении Рериха в Москве 13 июня 1926 года. Именно сразу же после этого поползли слухи, что художник якобы «продался большевикам». К тому же в этот период он встречался с Чичериным, Свердловым, Луначарским.

Но, как оказалось, появился Рерих в Москве по двум причинам. Во-первых, ему требовалось получить разрешение на продолжение экспедиции по советскому горному Алтаю. Во-вторых, он привез «приветственные письма к советским властям», а также небольшую шкатулку со священной землей. Это были послания от Учителей. «Посылаем землю на могилу брата нашего Махатмы Ленина, — говорилось в одном из писем. — Примите привет наш».

Не вдаваясь в детали дискуссии о причастности Н.К. Рериха к разведке, приведем следующую цитату из статьи Александра Шальнева, появившейся в «Известиях» 22 октября 1993 года. Статья называлась «Николай Рерих не был агентом ОГПУ, свидетельствуют документы из секретных архивов». В ее основу положены документы Службы внешней разведки.

«Документы пролежали на тайных полках почти семь десятилетий, — пишет А. Шальнев. — Касаются они Николая Константиновича Рериха. И вовсе не свидетельствуют о том, что выдающийся русский художник был агентом ОГПУ, или о том, что, агентом формально не являясь, Рерих выполнял разовые задания органов». Этим, кажется, сказано все…

Среди актеров тоже были шпионы. Например, знаменитая Ольга Чехова. Она родилась 14 апреля 1897 года в семье обрусевшего немца Константина Книппера — министра путей сообщения. В 16 лет оказалась в Москве. И здесь же она поступила в студию при Художественном театре.

Зимой 1921 года, получив у Луначарского разрешение на полуторамесячную командировку в Германию для лечения, она покинула Россию. Существует предположение, что одновременно она должна была оказывать незначительные услуги НКВД. Действительно, накануне отъезда Чехова встречалась с начальником контрразведывательного отдела ГПУ Артуром Артузовым.

В Германии актриса познакомилась с известным продюсером Эрихом Поммером, при содействии которого снялась в фильме «Замок Фогелед».

В 1923 году в Германию приехала революционерка и журналистка Лариса Рейснер, квартировавшая у Ольги Чеховой. Не исключено, что именно в это время актриса и стала агентом советской разведки. А в 1930 году она получила гражданство Германии. В это же время звезда Ольги Чеховой все ярче и ярче разгоралась на небосклоне европейского кино.

Безусловно, у популярной актрисы и очаровательной женщины появилось немало поклонников, в том числе и среди нацистских лидеров. А в 1933 году она оказалось на приеме у фашистской верхушки, где познакомилась с Гитлером и Геббельсом.

Со временем Чехова свела дружбу с Геббельсом и его женой. А поскольку он любил красивых женщин, то был нередким гостем в салоне Ольги Чеховой, где мог знакомиться с симпатичными актрисами. И вполне вероятно, что там он мог выдать и кое-какие государственные тайны.

Конечно же актриса никогда официально не признавалась в том, что являлась агентом советских спецслужб. Тем не менее в книге советского разведчика генерал-лейтенанта МВД СССР Павла Судоплатова «Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годов» открыто говорится, что Чехова была советской шпионкой: «…хотя мы и потеряли временно связь с рядом ценных агентов, агентурным сетям в Скандинавии, Германии и в странах Бенилюкса повезло… Помимо этих источников, в 1940 году к ним добавились сотрудничавшие с нами, на основе доверительных отношений и вербовочных обязательств, знаменитая актриса Ольга Чехова и князь Януш Радзивилл, имевшие прямой выход на Геринга». Умерла Ольга Чехова 9 марта 1980 года в 82-летнем возрасте в Мюнхене, прожив насыщенную приключениями жизнь…

В рядах шпионов определенное место занимает еще одна актриса — Грета Гарбо. Об этом факте из ее биографии стало известно в 2000 году, когда Швеция рассекретила архивы военной разведки. Оказывается, в 1940-х годах Гарбо создала мощную агентурную сеть, члены которой осуществили многочисленные диверсионные акты. В частности, в Норвегии они вывели из строя завод, где производилось оборудование для атомного оружия.

Также благодаря Грете знаменитый физик Нильс Бор смог покинуть оккупированную Данию…

Известно, что знаменитый певец Фрэнк Синатра был связан с мафией. Но именно ЦРУ и завербовало его в качестве своего агента. Дочь Синатры также подтверждает связи отца с развед-управлением США. Поскольку певец летал на частных самолетах, ЦРУ обычно использовало его в качестве курьера. Дело в том, что его практически не досматривали таможенные службы, а значит, он без особых проблем мог перевозить что и кого угодно.

ПИСАТЕЛИ-ШПИОНЫ

Но, оказывается, шпионами были и некоторые писатели. Например, активное участие в шпионской деятельности принимал автор «Робинзона Крузо». Более того, он сыграл далеко не последнюю роль в создании британских спецслужб и даже считается родоначальником английской разведки.

Такой вывод следует из неопубликованной и недатированной рукописи, принадлежащей самому Дефо. В ней представлена схема организации английской секретной службы, деятельность которой позволяла королевским министрам получать достоверные сведения о лояльности к правительству жителей тех или иных городов страны.

В соответствии с этой схемой, государственный секретарь обязан был иметь списки всех дворянских и аристократических родов каждого графства. Но самое главное, он должен, по возможности, владеть полной информацией об образе мыслей и нравственности представителей церкви и судов в каждом подотчетном ему регионе.

Кроме того, государственному секретарю необходимо было иметь список самых уважаемых граждан каждого округа и знать, какую партию они будут поддерживать на очередных выборах. И наконец, у него должна быть хорошо налаженная служба осведомителей. Получить же подобного рода сведения, по мнению Дефо, можно лишь имея по всей стране сеть доверенных лиц.

Соммерсет Моэм тоже не избежал шпионского соблазна

Еще одним свидетельством в пользу того, что Дефо был английским шпионом, служат собственные слова писателя в его письме министру Харли, которое было написано в июле 1704 года. Это было как раз в то время, когда Дефо создавал шпионскую сеть. «Я твердо уверен, — писал он, — что эта поездка заложит основание такой разведки, какой еще никогда не знала Англия».

Известно также, что в течение восьми лет, с 1706 по 1714 год, Дефо, для изучения агентурной информации на местах, совершил семнадцать поездок в разные регионы страны, что, с учетом способов передвижения, которые существовали в те времена, и возможных опасностей, проделать было совсем непросто.

«Быть в курсе всего, что предпринимается различными группировками против нашей унии, и стараться помешать их попыткам. Беседуя со здешними жителями, а также с помощью других доступных способов, склонять сознание людей в нашу пользу», — эти свои задачи писатель изложил в записке лорду Гарлею, по поручению которого он совершил свой первый разведывательный вояж. Так что, учитывая все эти сведения, сомневаться относительно шпионской деятельности автора «Робинзона Крузо» вряд ли стоит…

Великий французский драматург Пьер Огюст Бомарше (1732–1799), перу которого принадлежат «Женитьба Фигаро» и «Севильский цирюльник», тоже известен не только своими пьесами, но также и активной разведывательной деятельностью…

За свою долгую — 91-летнюю жизнь — Уильям Сомерсет Моэм многое увидел и испытал. А однажды ему даже довелось побывать шпионом. Это произошло в 1915 году, когда писателю предложили поработать в британской разведке.

Свой первый шпионский опыт Моэм получил в Швейцарии. В городе Люцерне ему было поручено проследить за неким англичанином, поведение которого вызывали сомнения у руководства разведки. С этим заданием, вероятнее всего, Моэм справился, потому что вскоре отправился в Женеву, где должен был заняться передачей агентурной информации во Францию.

Но постоянные стрессы настолько измучили Моэма, что летом 1916 года он решил уйти из разведки. Его просьбу об отставке удовлетворили. Однако перед этим его предупредили, что его снова могут призвать на службу, если в этом возникнет необходимость. И писатель с этим требованием согласился.

А спустя всего год Моэм, находившийся в это время в Соединенных Штатах, вынужден был встретиться с сотрудником английской разведки в США Уизменом, который предложил писателю отправиться в Россию, чтобы, как впоследствии записал в своем дневнике Моэм, «предотвратить революцию». Писатель согласился не сразу. Он долгое время колебался. Тем не менее, 28 июля он отплыл из Сан-Франциско во Владивосток…

Однако после Октябрьской революции положение Моэма резко осложнилось. По крайней мере, вскоре он стал подучать Информацию, что находится под подозрением у большевиков и в любой момент его могут арестовать. Отправив очередную шифровку и получив разрешение на отъезд, Моэм срочно покинул пределы России…

В 2002 году произошло событие, заставившее совсем по-иному взглянуть на личность Э. Хемингуэя, которого советская пресса всегда изображала гуманистом и неутомимым борцом против агрессивной политики США. Дело в том, что в этом году в Америке был снят гриф секретности с архивов спецслужб 40-х — начала 50-х годов прошлого столетия. Именно из этих рассекреченных документов стало ясно, что Хемингуэй являлся штатным сотрудником американской разведки.

Писатель по распоряжению начальства даже создал подпольную организацию «Плутовская фабрика», в которую вербовал кубинских рыбаков, докеров и даже священников. Агенты сообщали ему сведения о людях, сочувствующих немцам, и о появлении в Карибском море германских подлодок. Эти данные Хемингуэем систематизировались и передавались в Соединенные Штаты.

Но этим деятельность Хемингуэя не ограничивалась. На его личной яхте «Пилар» находилось специальное гидроакустическое оборудование, которое позволяло вести наблюдения над перемещением субмарин противника. Так, согласно донесениям самого писателя, в июле 1942 года, маскируясь под рыболовную шхуну, «Пилар» обнаружила всплывшую немецкую подлодку У-175. Пока подводники с интересом наблюдали, как люди Эрнеста вытаскивали из воды голубых марлинов, сам он вызвал по рации самолеты береговой охраны США. А через полчаса, после мощной бомбардировки, лодка затонула. Еще через два месяца лжерыбаки обнаружили подлодку У-166, также потопленную бомбардировщиками.

Зима 1942/43 года на Карибах выдалась ненастной. Поэтому» не имея возможности из-за штормов охотиться на субмарины» Хемингуэй занялся агентурной деятельностью. В ходе этой работы он не только выявил сеть немецких шпионов на Кубе, н° и ряд местных фирм, снабжавших подлодки продовольствием, а также их секретные стоянки.

В сорок третьем году в войне произошел перелом, и немцы отозвали своих подводников от берегов Нового Света. И тогда писатель в качестве военного корреспондента отправился в Европу. Но это была официальная версия его командировки в Старый Свет. На самом же деле он появился в Европе в качестве сотрудника разведки Соединенных Штатов. Кстати, в 1947 году заслуги Эрнеста Хемингуэя на поприще секретной работы были признаны официально: его наградили медалью.

ПЕРВЫЕ ВОЗДУШНЫЕ «ШПИОНЫ»

Воздушная разведка началась не с самолетов-шпионов и космических спутников, а с воздушных шаров, которые в качестве средств разведки стали использоваться еще в конце ХУШ столетия. Например, во время Гражданской войны в Америке наполненные водородом воздушные шары, применявшиеся северянами для ведения тактической разведки, поднимались на высоту в 90 метров, откуда открывался обзор местности в радиусе 24 километров.

Конструировал воздушные шары для армии северян Тадеуш Лоуи. Он разработал и водородный генератор на конной тяге, способный накачать шар меньше чем за три часа. Лоуи также оборудовал свои шары телеграфом, чтобы можно было оперативно Передавать на землю результаты наблюдения.

В это же время пятьдесят белошвеек, находившихся в его подчинении, сшили семь воздушных шаров, составивших первую наблюдательную эскадрилью северян. У южан тоже имелось три шара, по в боевых действиях они себя так никогда и не проявили.

Этот вид разведки применялся и в Европе. Например, во Франции воздушные шары активно использовались в течение всего XIX столетия. А во время осады прусскими войсками Парижа в 1870–1871 годах французская столица поддерживала связь с внешним миром посредством воздушных шаров, да еще почтовых голубей.

Но в XX веке воздушные шары попали в «опалу»: в 1911 году командование французской армии посчитало их устаревшими и подлежащими замене на дирижабли. А в начале Первой мировой войны о них вновь вспомнили и для ведения тактической разведки стали применять как немцы, так и союзники. Причем некоторые модели могли подниматься на высоту до 1800 метров и выдерживать скорость ветра в 115 километров в час. Однако ближе к концу войны стало очевидно, что конкурировать с аэропланом воздушный шар не может, и его опять вычеркнули из средств разведки.

Вторую жизнь воздушным шарам дала «холодная война». В 1952 году американские спецслужбы разработали и приступили к осуществлению так называемой операции «Дженетрикс». Она предполагала в течение ближайших лет запустить в воздушное пространство СССР и других социалистических стран тысячи воздушных шаров для аэрофотосъемки интересующих объектов. А для ее маскировки американцы объявили о начале широкой научной программы метеорологических исследований.

Американский воздушный шар-разведчик эпохи Гражданской войны

Каждый такой шар мог поддерживать постоянную высоту и плыть по заранее известным воздушным течениям. Он имел грузоподъемность 600–700 килограммов и кроме 300 килограммов балласта нес аэрофотосъемочную аппаратуру, большой запас пленки (на 450–500 кадров) и технические устройства для определения координат снимаемой местности. Кроме того, на нем находился передатчик, периодически сигнализирующий о местонахождении шара.

На завершающем этапе полета по команде с земли от воздушного шара отделялся аппарат с собранной информацией и спускался на парашюте. Был предусмотрен также вариант с приводнением. В этом случае аппарат удерживался на воде и передавал в эфир аварийный сигнал, по которому он легко обнаруживался.

И можно сказать, что операция «Дженетрикс» имела определенный успех. По крайней мере, с мая 1954 по декабрь 1956 года в советское воздушное пространство были запущены тысячи воздушных «шаров-разведчиков». При этом только за январь 1956 года с американской базы в Турции их было отправлено в полет над просторами СССР более 500 штук.

Однако ноты протеста, последовавшие со стороны Советского Союза, а также высокая стоимость шаров — примерно 50 тысяч Долларов — и эффективная работа ПВО заставили американцев свернуть эту операцию.

Не обошли вниманием спецслужбы и воздушных Зхмеев. Врехмя от времени также предпринимались попытки использовать их для бдения военной разведки. С этой целью в конце XIX века в американской армии проводились эксперименты, во время которых змеи запускались как с наблюдателем, так и без него, а только с фотокамерой на борту. И хотя испытания прошли успешно, интерес к этому виду летательных аппаратов угас, так как их полет полностью зависел от направления ветра.

Снова идея использования воздушных змеев в разведке появилась во время Второй мировой войны у немцев. Тогда фирма «Фоке-Ахгелис» разработала воздушный змей Ра-ЗЗО, который буксировался всплывавшей на поверхность подводной лодкой. Имевшийся на змее 3-лопастный ротор при движении лодки поднимал его в небо, позволяя наблюдателю вести обзор с высоты. При этом аппарат легко разбирался и в сложенном виде не занимал много места на подводной лодке.

Рабочая длина троса при его запуске обычно составляла 60— 160 метров; сам же аппарат поднимался в высоту до сотни метров. Кроме того, в трос вплетался телефонный провод, с помощью которого наблюдатель поддерживал с лодкой постоянную связь.

Всего в Германии выпустили приблизительно 200 аппаратов. Некоторые из них были даже снабжены колесами и хвостовой лыжей и поднимались в воздух легкими самолетами. Однако, о чем и говорит их небольшое количество, воздушные змеи широкого применения в тактической разведке не нашли.

И ЖИВОТНЫЕ МОГУТ ШПИОНИТЬ

А об этих двух любопытных случаях рассказал в своей книге бывший сотрудник канадской разведки Майкл Фрос. В частности, он описал, как АНБ в разведывательных целях использовало голубей. В одном из вариантов специалисты агентства незаметно отлавливали птиц, мирно расхаживающих рядом с посольствами СССР и Китая, прикрепляли к их груди миниатюрные микрофоны-передатчики с крошечными антеннами и отправляли пернатых на прежнее место.

Голубь с фотокамерой для аэрофотосъёмки на службе у вермахта

Узнал же Фрос о столь оригинальном способе подслушивания абсолютно случайно. Однажды, посещая один из секретных объектов АНБ, он оказался в офисе высокопоставленного руководителя объекта и увидел на столе хозяина кабинета чучело голубя.

Заметив на лице Фроса нескрываемое удивление, американец пояснил, что эта птица когда-то постоянно дежурила у советского посольства. Фрост также узнал, что «голуби-разведчики» почти всегда прилетают на карнизы полюбившегося им здания и таким образом становятся невольными «слухачами», снабжая АНБ ценной информацией. Особенно эффективным этот способ был летом, когда сотрудники посольства, чтобы проветрить помещения, открывали окна.

Не менее замечателен и другой вариант, который использовали сотрудники АНБ для подслушивания разговоров служащих советского посольства. И вероятно, китайского тоже, а возможно, и других иностранцев во время их отдыха в парке.

Невдалеке от «облюбованных» послами скамеек агенты американских спецслужб разбрасывали искусственные веточки, внутри которых находились «жучки». И этот способ сбора информации вроде бы тоже давал хорошие результаты.

Кстати, голуби издревле использовались и для передачи секретных сведений. Так, способности голубей безошибочно ориентироваться в пространстве интересовали еще древних греков и римлян. И если первые были твердо убеждены, что сведения, передаваемые голубиной почтой, должны иметь только мирный характер, например, касаться результатов Олимпийских игр, то римляне на сей счет имели прямо противоположную точку зрения.

Например, легионы Юлия Цезаря имели огромное число голубей, предназначенных для доставки сведений о передвижениях противника. И даже став опорным столпом почтовых служб, пернатые марафонцы не утратили и военного назначения. В частности, в качестве секретных курьеров. Ведь один голубь может перенести на значительное расстояние довольно приличный объем информации, особенно если это микрофотографии.

А в начале XX века немецкий фотограф Юлиус Нойбронер доказал, что голубей можно использовать для аэрофотосъемки. Он привязал к птице фотокамеру весом всего в 2,5 унции (71 грамм), которая производила съемку автоматически через каждые 30 секунд. А пилоты воздушных шаров, поднимавшиеся для наблюдения за противником, брали с собой голубей и передавали с ними на землю свои донесения.

Особенно широко голуби использовались в годы Первой мировой войны. К примеру, одни только французы воспользовались в разведывательных целях более 130 тысячами этих птии Британская армейская разведка также использовала голубей-связных: к концу войны она имели на Западном фронте более 6 тысяч птиц.

До Первой мировой войны своей голубиной связью была известна и Бельгия. Поэтому, чтобы птицы не достались противнику-бельгийцы перед отступлением уничтожили более 30 тысяч голубей.

Некоторые из голубей совершали даже настоящие подвиги.

К примеру, один из них по кличке Милый друг, вовремя доставив до места назначения донесение, спас целый американский батальон, потерявший связь с основными силами. Будучи раненным, голубь пролетел 40 километров за 25 минут. За это он был награжден французским Боевым крестом с пальмовой ветвью. А после его смерти таксидермист сохранил его в виде чучела.

А вот голубь по кличке «Солдат» стал героем уже в годы Второй мировой войны. Как только английские войска захватили небольшой итальянский городок, об этом они отправили сообщение с «Солдатом». Тот успел как раз вовремя, так как командование уже хотело нанести по этому городу воздушный удар. За это «Солдат» получил медаль.

А в середине минувшего столетия разведка израильской армии, пытаясь в пустыне отыскать военные базы арабов, тоже использовала голубей, прикрепив к ним миниатюрные радиомаяки. Голубей держали какое-то время без пищи, а затем отпускали. Расчет строился на том, что в пустыне голуби смогут отыскать еду только поблизости от арабского военного объекта. С помощью маяков маршрут голубей наносился на карту, что позволяло определить местонахождение противника.

Кроме голубей для передачи сообщений шпионы использовали и собак. К животному прикрепляли депешу, и оно доставляло ее в определенное место. Так, немецкая овчарка Фриц много раз через линию фронта доставляла важные разведывательные донесения для немецкого командования. Когда же об этом стало известно противнику, Фрица решили поймать. Но сделать это Долгое время не удавалось. И лишь когда к этой операции «подключили» суку, Фриц был «задержан» с поличным…

Голуби-шпионы — это, конечно, оригинальная находка ЦРУ.

А вот в годы Второй мировой войны британские контрразведчики воспользовались услугами соколов. Как? А очень просто. Благодаря этим хищным птицам англичане добились значительных успехов в уничтожении немецких голубей, активно участвовавших в переправке донесений от агентов, действовавших на территории Великобритании. Вместо того чтобы отстреливать птиц, соколов обучили захватывать их и приносить назад сообщение, которое должен был доставить голубь.

Впрочем, помимо голубей обучить шпионажу пытались и ворон, и кошек. Например, ворон тренировали доставлять и забирать депеши, а кошек — подслушивать разговоры людей. Американцами был даже начат проект «акустический кот». В этом случае во внутреннее ухо животного имплантировал» специальное устройство. Оно соединялось с приборами, которые находились в грудной клетке кота. При этом с помощью особых сигналов можно было управлять движением животного. Судьба этого проекта неизвестна, хотя есть сведения, что и вороны, и кошки какое-то время в шпионаже все-таки использовались.

А это уже, наверное, из области шпионских курьезов. Судите сами. Оказывается, в 2013 году иранские контрразведчики «задержали» 14 белок, заподозрив, что на животных размещалось шпионское оборудование, которое используется для подслушивания.

В 2000 году Индия обвинила Пакистан в том, что спецслужбы этого государства отправляли ястребов как раз для разведки. И подозрения индийцев вроде бы были вполне обоснованными, поскольку на птицах и впрямь было обнаружено оборудование для наблюдения. Правда, хозяин соколов объяснил, что ястребы оказались в Индии потому, что «птицы не понимают международных границ». А по поводу оборудования он заявил, что оно предназначалось для того, чтобы ему было проще найти птиц, если они потеряются.

САМОЛЕТЫ-РАЗВЕДЧИКИ

Однако со временем в воздушной разведке все большую роль стали играть различные типы аэропланов и самолетов. Но рассказывая о летательных аппаратах этой категории, следует помнить и о самом универсальном и эффективном двухмоторном самолете Второй мировой войны — «Москито».

Ведь вопреки обещанию Геринга, что «ни одна бомба не упадет на столицу Рейха», британские ВВС нанесли такой удар уже в августе 1940 года. И первыми сбросили бомбы на Берлин не гигантские «летающие крепости», а легкие двухмоторные самолеты с «несерьезным» именем «Москито».

Его конструктор сэр Джеффри де Хэвилленд не был новичком в своем деле: он уже проектировал и военные, и гражданские самолеты. Но в данном случае в качестве материала для своего нового летательного аппарата конструктор использовал дерево, полагая, что такие самолеты не уступают цельнометаллическим.

Что же касается конкретно «Москито», то сначала эта модель существовала только на бумаге, поскольку военные с изрядной долей недоверия отнеслись к деревянному самолету. Хотя расчеты показывали, что если снять с самолета вооружение, он мог развить приличную скорость. И в конце концов де Хэвилленд получил «добро» на постройку прототипа. А на испытаниях 25 ноября 1940 года «Москито» произвел фурор: самолет смог развить рекордную скорость 631 километр в час.

Помимо невероятных скоростных качеств самолет имел еще несколько важных преимуществ: во-первых, он был невидим для радаров. Поэтому использовался не только для нанесения воздушных ударов по целям противника, но и для осуществления фоторазведки. К тому же самолет имел потолок полета 11 000 метров, а его экипаж состоял всего из двух человек.

Самолет-разведчик «Москито». 1942 г.

Разведывательный вариант «Москито» летал на европейском и средиземноморском театрах военных действий, а также над территорией Бирмы. Именно облеты «Москито» немецкой базы в Пенемюнде на Балтике в период с апреля по июнь 1943 года сорвали завесу секретности с немецкой программы создания ракетного оружия Фау-2.

В 1943–1945 годах английские «Москито» и пилотируемые американцами Р-8 держали под непрерывным наблюдением всю Западную Европу. В одном только 1943 году этими машинами было совершено свыше 3000 вылетов для ведения аэрофотосъемки.

Окончательными же разведывательными модификациями «Москито» стали РР-34 и РР-35. Самолет РК-35 был ночным фоторазведчиком, применявшим осветительные бомбы. На обо-их самолет было установлено по одной наклонной и по четыре вертикальные фотокамеры. Английский «Москито» к тому же стал первым в мире самолетом, оснащенным радиолокационной фотокамерой, позволявшей проникать за слой облаков и фотографировать в темноте.

Разведывательные варианты «Москито» оставались на службе в британских ВВС до конца 1955 года, когда они были заменены «Камберрой». Всего же было выпущено около 8 тысяч различных модификаций этого самолета, примерно несколько их сотен были специально предназначены для ведения разведки…

Но специальные разведывательные самолеты первыми стали использовать американцы. Их разработала компаниям «Локхид». Ее детищем стал У-2 — одноместный гибрид истребителя и планера, в конструкции которого было использовано немало технических новинок. Самолет имел 15-метровую длину при размахе крыльев 30 метров и взлетным весом 9300 килограммов.

Этот летательный аппарат мог находиться в воздухе около 10 часов, преодолевая за это время от 6000 до 8000 километров. Максимальная скорость нового самолета приближалась к 900 километрам в час. Но самым главным его достоинством было то, что он мог подниматься на высоту до 33 километров, что делало его неуязвимым для всех самолетов и ракет того времени.

Кроме этих технических характеристик корпус У-2, сделанный из специальных материалов и клеенной фанеры, был окрашен особой эмалью, которая поглощала лучи радаров, что превратило этот самолет-разведчик по сути в первый «самолет-невидимку». Он был оснащен восемью современными фотокамерами с высокой разрешающей способностью, которые, к тому же, могли «обозревать» территорию шириной в 780 километров. Также У-2 имел на борту сложную аппаратуру для радиоразведки.

Все работы по конструированию У-2 велись в атмосфере строжайшей секретности. Об этом говорит хотя бы тот факт, Что авиабаза Райт-Петтерсон в штате Огайо охранялась с той Хе тщательностью, что и ядерный центр в Лос-Аламосе. Курировал же все работы по созданию самолета-разведчика Р. Биссел — заместитель директора ЦРУ. Для эксплуатации «У-2» в Лэнгли была организована особо секретная группа воздушной разведки «10–10».

Первый разведывательный полет над территорией Советского Союза самолет осуществил 4 июля 1956 года. В воздух он поднялся с американской базы в западногерманском Висбадене и пролетел над Москвой, Ленинградом и Прибалтийскими республиками. В отчете сообщалось, что самолет-разведчик «прошел над двумя наиболее серьезно обороняемыми районами в мире. Полет был удачен. Советская система ПВО не открыла огня. Фотографии, сделанные новейшими фотокамерами с фокусным расстоянием 90 сантиметров, поразили специалистов качеством изображения». Впоследствии Р. Биссел с гордостью заявил: «Детали были видны настолько четко, что можно было прочесть хвостовые номера на бомбардировщиках».

После столь удачного полета немецкий отдел «10–10» в том же месяце организовал еще пять аналогичных полетов над советской территорией. Самолеты проникали в воздушное пространство СССР, находясь на высоте более 20 километров, при этом в основном летели с выключенными двигателями и не вели радиопереговоров. После анализа фотоснимков, сделанных во время этих акций, специалисты ЦРУ обнаружили немало элементов советской системы ПВО, установили принципы ее работы. Удалось также выяснить места дислокации аэродромов с истребителями-перехватчиками, размещение зенитной артиллерии и станций радиолокации. Кроме того, были отсняты базы советского ВМФ и ряд других секретных объектов.

А вот сколько раз американские самолеты-шпионы пролетали над территорией СССР? — сказать сложно, поскольку точные сведения об этом отсутствуют. Одни эксперты считают, что с 1956 по 1960 год произошло около 30 секретных пересечении границ СССР. А вот другие специалисты полагают, что начинал с 1950-го и по 1960 год американцы вторгались в воздушное пространство СССР примерно 81 раз. Причем 20 американских самолетов-шпионов на свои базы не вернулись. Однако руководство американских спецслужб считало, что игра стоила свеч, поскольку именно благодаря У-2 можно было проникнуть в те районы Советского Союза, которые для других средств шпионажа были практически недоступны.

Отечественные же специалисты считают, что «с 1956 по 1961 год американские разведывательные самолеты У-2 “Локхид” совершили до 30 секретных полетов над СССР. Они парили над сверхсекретными ракетными полигонами Тюра-Там (Байконур) и Капустин Яр, над Семипалатинским ядерным полигоном, над Сарышаганским полигоном войск ПВО, над стратегической авиабазой в Энгельсе, над базой подводных лодок в Североморске, важными объектами Подмосковья и Ленинградской области. Фотографировали как ракеты, так и самолеты, а также выходящие на дежурство подводные лодки. Что касается ракет, то американцы не просто сфотографировали ракеты Р-12 и Р-14, но и определили их дальность пуска — 900—4500 километров. Ракеты запускались в восточном направлении, что также контролировалось американскими самолетами».

В Военно-воздушном флоте СССР тоже имелись самолеты-шпионы. И одним из наиболее совершенных считался Ту-22, который задумывался как сверхзвуковой бомбардировщик. Оптимальная скорость Ту-22 равнялась 1480 километрам в час, потолок — 18 тысяч метров. На самолете были установлены Два реактивных двигателя. На вооружении Ту-22 находилась 23-миллиметровая скоростная пушка и пушка радарного наведения. Впервые самолет был испытан в 1959 году, однако противник зафиксировал его полеты лишь двумя годами позже. Но хотя Ту-22 не планировалось использовать в качестве стратегического разведчика, тем не менее эти самолеты, поднимаясь в воздух с баз под Мурманском, вели наблюдения за Атлантикой вплоть до Северного полюса, а взлетевшие на Сахалине — за северными районами Тихого океана.

Самолеты же, которые базировались в Эстонии, проводили разведывательные полеты над акваторией Балтийского моря, а те, что размещались на аэродромах в Украине, контролировав ли Средиземноморской бассейн. Эти же самолеты наблюдали за морскими учениями стран НАТО.

СПУТНИКИ-ШПИОНЫ

Околоземное пространство уже более 60 лет заселено рукотворными спутниками Земли, имя которым космические аппараты-шпионы. Они снабжены наблюдательной, измерительной и радиоаппаратурой, выполняющей специфические функции по исследованию земной поверхности. Выводятся эти аппараты с помощью многоступенчатых ракет-носителей на расчетную внеземную орбиту и затем вращаются вокруг Земли по сферическим эллипсам подобно искусственным лунам.

Первыми к созданию спутников-шпионов приступили американцы еще в 1946 году, когда от ВВС США компании «Капд» поступило предложение изучить возможные варианты проведения разведывательных операций с помощью спутников. В марте 1954 года результаты исследований были переданы заказчикам. А через два года США начали собирать космический аппарат оптической разведки под кодовым обозначением УС-117Ь. Эту программу курировали министр обороны и директор ЦРУ.

И вот наконец 18 августа 1960 года произошло долгожданное событие: после 12 неудачных попыток благополучно был выведен на околоземную орбиту и успешно провел фотосъемку части территории Советского Союза первый в мире разведывательный спутник серии «Корона». На его борту 900-ми метрами пленки находилась неподвижная фотокамера, которая автоматически включалась и выключалась во время облета заранее определенных районов.

Спустя сутки, то есть 19 августа, капсула с отснятой пленкой уже катапультировалась со спутника, и в ЦРУ были доставлены фотографии земной поверхности с разрешением в сотни метров. Причем одна эта операция дала больше фотоматериала, чем все 30 разведывательных облетов СССР самолетом-шпионом «У-2»: были получены фотографии более двух миллионов квадратных километров территории Советского Союза.

Это был гигантский успех в получении стратегической секретной информации. Военные Соединенных Штатов, а затем и Советского Союза получили в своё распоряжение незаметное и всевидящее средство разведки, для которого не существовало ни государственных границ, ни запрещенных для полетов территорий.

Капсула американского спутника-шпиона «Корона»

В общей сложности американцы отправили в космос 145 аппаратов серии «Корона», которые передали на землю более 800 000 фотографий советской территории, ранее не досягаемой для спецслужб США.

С этого периода и началась глобальная космическая разведка. В те же годы президент Кеннеди распорядился полностью засекретить программу УС-117Е, которая стала называться «SAMOS», или «Спутниковая система наблюдения». Было даже запрещено любое упоминание о ней. А все программы по работе над средствами космической разведки были объявлены «несуществующими». Запуски же космических аппаратов военного назначения маскировались под полеты для исследования околоземного пространства и никогда в открытой печати не упоминались…

В Советском Союзе первым спутником-разведчиком стал «Зенит», официально именуемый «Космос», созданный на базе пилотируемого космического корабля «Восток». Расчетный вес спутника составлял приблизительно 5 тонн. Для сравнения: «Корона» весила всего 851 килограммов. На «Зените» были установлены 4 фотокамеры — две с высоким разрешением и две — с низким, а также специальное оборудование радиолокационного контроля и прослушивания каналов связи.

Пленки с отснятыми кадрами отправлялись в заданные районы на парашютах в особых спускаемых контейнерах. Другая информация передавалась на наземную принимающую станцию. Таким образом, хотя шпионское оснащение «Зенита» было более сложным, но зато и более эффективным, чем у американской «Короны».

Первая попытка запустить «Зенит» 11 декабря 1961 года оказалась неудачной — отказала третья ступень ракеты-носителя. Вторая попытка, состоявшаяся в середине мая 1962 года, тоже не удалась. На этот раз спутник потерял ориентацию, и фотокамера не смогла сфотографировать необходимые объекты.

Наконец 28 мая 1962 года «Зенит», получивший официальное название «Космос-7», был выведен на орбиту. После почти четырех дней пребывания в космосе он катапультировал на советскую территорию с отснятыми фотопленками.

Судя же по неофициальным источникам, к 1972 году Советский Союз вывел на орбиту в три раза больше возвращающихся космических аппаратов «Зенит»/«Космос», чем Соединенные Штаты спутников-шпионов «Корона».

Со временем вокруг Земли порой перемещались сразу два советских спутника. Вероятно, в этот период специалисты смогли «научить» ориентироваться космические аппараты, изменяя их орбиты так, чтобы они фотографировали конкретные цели.

В последующем советская программа освоения космического пространства включала в себя все задачи спутников-разведчиков на околоземных орбитах, в том числе технические и медицинские исследования. Под эгидой программы «Космос» проводились испытания и дальнейшее использование разведывательных спутников различного класса. Их выводили на различные по высоте орбиты — от 120 до 500 километров, где они вращались со скоростью более 30 000 километров в час. Причем самая близкая к Земле дуга орбиты спутника находилась всего в 109 километрах от территории США. Следует отметить, что в серии «Космос» использовались ракеты-носители, которые могли вывести на примерно одинаковые орбиты сразу до 10 спутников…

Но сфотографировать объект — это еще полдела. Важно оперативно переправить фотопленки на Землю. И естественно, конструкторы искали способы, как это наилучшим образом сделать. Американцы, например, со временем изобрели для этой цели Чуть ли не акробатический номер: капсула, которую отправлял На землю спутник, была оборудована специальным устройством торможения, парашютом и радиомаяком, и еще в воздухе ее перехватывала обученная команда ВВС. Летчики похожим на крюк приспособлением захватывали стропы парашюта и втягивали капсулу внутрь. Этот маневр значительно уменьшал время на поиски и доставку кассет с отснятым материалом дешифровщикам.

Но все намного упростилось с развитием электроники. Теперь появилась возможность передавать снимки интересующих объектов или районов земной поверхности при помощи телевизионного передатчика, находившегося на спутнике-шпионе. Причем в реальном времени.

Более того, разрешающая способность оптики, установленной на разведывательных спутниках, позволяла фотографировать наземные объекты с высочайшей точностью. Например, еще в 1967 году США имели оборудование, которое могло зафиксировать объект площадью в 1 квадратный метр с высоты в 46 километров.

Но после того как американские спецслужбы стали использовать многоспектральные системы наблюдения, эти вроде бы фантастические способности фотоаппаратов потеряли свою актуальность. Эти конструкции позволяли в одно и то же время вести наблюдение в нескольких участках электромагнитного спектра. Для этого, например, одновременно делались три цветных фотографии интересующего объекта. Причем для каждого снимка использовалась пленка, чувствительная только к определенным участкам видимого или инфракрасного спектра. Кроме того, объект «рассматривался» еще и радиолокационной аппаратурой и устройством, фиксирующим тепловое излучение. Сравнив все эти изображения, можно было получить значительный объем № формации об объекте. Например, характеристики строительных материалов, из которых были сооружены здания, дороги и другие объекты, а также действующие шахты для ракет с входами, замаскированными дерном. Более того, эти данные содержали информацию о содержании влаги в грунте, о растительном покрове, о типах и характере залегания горных пород, о параметрах атмосферы на разных высотах и т. д.

А для работы в ночных условиях, а также при плохой освещенности уже в 70-е годы прошлого века стали применяться инфракрасные светофильтры и специальная высокочувствительная пленка.

МИНИАТЮРНЫЕ РАЗВЕДЧИКИ

Американские инженеры уже давно конструируют минироботов. А несколько фирм активно занимаются изобретением летающих мини-шпионов. В случае войны микро-роботы должны гораздо быстрее выслеживать передвижение противника, чем самолеты-разведчики или спутники-шпионы.

Перед конструкторами поставлены вполне конкретные задачи. Летательные аппараты величиной с ладонь должны иметь скорость 80 километров в час и дальность полета 10 километров. По величине и подвижности новые микро-шпионы ни в чем не должны уступать птице колибри.

Это очень высокие требования, потому что колибри — самая маленькая птичка на Земле, может зависать в воздухе или лететь назад. А для этого требуется совершенно новая техника. Невозможно просто уменьшить реактивный самолет до 15 сантиметров и ждать, что этот аппарат полетит. Ветер, дождь, вихревые потоки действуют на миниатюрные аппараты совсем иначе. Законы аэродинамики нельзя применять одинаково для больших и малых объектов.

Инженеры уже изобрели турбину размером около одного сантиметра. Однако необходимость обеспечения сложной электроники энергией все время упирается в проблему уменьшения веса. Все детали блока управления и моторчик должны весить не более 100 граммов.

Летающий прибор «Черная вдова», имеющий форму диска, весит всего 30 граммов (без камеры и датчиков). Более половины этого веса составляет масса батарейки, которая изготовлена из лития и имеет солнечную подзарядку. Для эффективного управления полетами «воздушных карликов» их крылья покрывают специальными керамическими материалами, которые позволяют под воздействием электрических импульсов изменять их профиль, а значит — и аэродинамические качества.

Пробные полеты «Черной вдовы» были удачны и вызвали прилив энтузиазма у заинтересованных заказчиков. Микро-робот летал в течение 15 минут и достиг скорости 70 км/час. Инженерам из Массачусетского технологического института даже удалось поместить на борту своего летательного микроскопического аппарата камеру на микрочипе…

А в одной из научных лабораторий Токийского университета «бегают полчища тараканов», И дело вовсе не в антисанитарии, а в научных изысканиях: профессор Исао Симояма делает из этих насекомых киборгов.

Даже насекомые с помощью современных технологии могут стать шпионами

Для этого у тараканов удаляются крылья, а вместо усов размещаются электроды. На спине у насекомых находится миниатюрный «рюкзачок», с которым и соединены новые «усы» таракана. Этот ранец — микропроцессор, позволяющий определять положение таракана в пространстве и, что самое уникальное, подавать ему команды как радиоуправляемой игрушке. И живет это необычное существо после модернизации до трех месяцев. Если же таракана снабдить еще и видеокамерой, легко можно представить, сколь опасным оружием он может стать. Например, такой таракан может совершить путешествие по карте противника, а затем доставить необходимые сведения заинтересованным лицам. В то же время, такое радиофицированное насекомое может находить людей, оказавшихся под завалами.

А вот американские специалисты сконструировали механическую муху весом около 43 миллиграммов. В «голове» у этого насекомого находится микроскопическая видеокамера. Заражаясь от солнечной энергии, муха-робот может бесшумно летать где угодно, снимать, что потребуется, и передавать изображения на землю. Безусловно, эту чудо-муху ждут не только спецслужбы, но и военные ведомства. Ведь она сможет залететь в любое место на земле, причем даже в самое секретное.

Мухи и тараканы способны стать и опасными диверсантами. Так, вонзив щуп с ядом в глаз неугодного человека, они могут лишить его жизни. А сотня тысяч тараканов на опоре моста, каждый с граммом тротила на брюшке — это гораздо эффективнее, чем бомба с лазерным наведением…

А для простого, «домашнего» шпионажа за людьми попроще, которые не прячутся в бункеры, есть другие методы. Например, изделия, созданные по технологии «Smart Dust», или в переводе «умная пыль». Они и впрямь напоминают если пока и не пылинки, то хлебные крошки — уж точно. Внутри же они устроены довольно сложно: в них есть и источник энергии, и миниатюрный компьютер, и лазерный приемник-передатчик, и множество сенсоров. И всю эту конструкцию в ближайшем будущем изобретатели планируют разместить в одном кубическом миллиметре. И возможно, скоро «умная пыль» станет настолько миниатюрной, что сможет, подобно пылинке, парить в потоке воздуха.

«ЭШЕЛОН» — САМАЯ СЕКРЕТНАЯ СЛУЖБА МИРА

Первые сведения об «Эшелоне» появились в 1980 году. Этот термин относился к группе из пяти англоязычных стран, которые создали глобальную систему электронного шпионажа, способную получить доступ почти к любым сведениям, передаваемым электронным путем.

Основой для «Эшелона» стали отделы технической разведки, созданные американскими и английскими спецслужбами во время Второй мировой войны. Именно они впоследствии и сформировали всемирную систему прослушивания.

Корни «Эшелона» скрыты в далеком 1947 году, когда Соединенные Штаты и Англия подписали секретное соглашение «UKUSA Agreement», в соответствии с которым оба государства объединяли свои технические средства и интеллектуальные ресурсы в области глобального шпионажа. Немного позже альянс расширился за счет Канады, Австралии и Новой Зеландии, некоторых стран НАТО, в частности, Норвегии, Дании, ФРГ и Турции.

Обязанности участников «Эшелона» были конкретизированы в соглашении от 1947 года. Согласно этому документу, США должны контролировать Латинскую Америку, Россию, Китай и в целом всю Азию. Великобритания отвечала за Африку и Европу от Атлантики до Урала. Канада — за северные и полярные области, Австралия — за Индонезию, Индокитай и Южный Китай, а Новая Зеландия — за Тихоокеанский регион.

Практически со дня возникновения курировали «Эшелон» американские спецслужбы. Они обеспечивали вновь созданную структуру новейшими компьютерами и программами. Да и штат сотрудников «Эшелона» состоял в основном из разбросанных по всему свету американцев. К тому же штаб-квартира альянса находилась в офисе АНБ США, расположенном в городке Форт-Мид недалеко от Вашингтона.

В настоящее время «Эшелон» — самая засекреченная, к тому же оборудованная совершеннейшими электронными устройствами, шпионская сеть в мире. Отсюда огромная армия агентов во всем мире получает приказы по проведению секретных операций. «Эшелон» включает десятки станций прослушивания в США, Канаде, Новой Зеландии, Германии, Японии и ряде других стран. На «Эшелон» работают более сотни спутников, а также десятки подлодок.

Появление компьютерных сетей сделало работу «Эшелона» еще более изощренной. К отслеживаемым способам передачи информации — телефонным разговорам, радиограммам, сообщениям через факсимильные аппараты — добавилась электронная почта.

Одна из наземных станций системы «Эшелон»

Перехваченные в этих сетях сведения фильтруются через особую систему, так называемый мозг «Эшелона». Этот гигантский комплекс находится в Лондоне. В соответствии с поставленной задачей, в него закладываются ключевые слова по контексту, источнику и даже по заданному тембру голоса. Через каждые полчаса «словарь» в состоянии обрабатывать более миллиона сообщений. Правда, двадцать из них будут прочитанными, но лишь только два — займут место в отчете.

Но, оказывается, «Эшелон», помимо сбора военных секретов, занимается и промышленным шпионажем. Очень широко эту тему осветил немецкий журнал «Штерн», который привел несколько примеров того, как американцы благодаря «Эшелону» сначала расстроили, а затем, по сути, украли несколько крупных контрактов.

Так, в 1990 году был сорван контракт на сумму в 200 миллионов долларов между Индонезией и японской компанией NEC — производителем электронной и компьютерной техники. А произошла отмена сделки после того, как АНБ зафиксировало переговоры ее участников. Причем об этой шпионской операции знал и Джордж Буш. В результате этой акции «Эшелона» контракт разделили между собой японская ИЕС и американская АТ&Т.

В 1994 году Бразилия объявила тендер на крупный проект по обновлению системы экологического мониторинга Амазонки. Его стоимость оценивалась почти в полтора миллиарда доллара. К этому проекту проявили интерес французские фирмы «Томсон» и «Алькатель», а также крупная американская корпораций «Рейтеон».

Но поскольку за переговорами внимательно следил «Эшелон» а значит, был в курсе переговорного процесса, то в результат контракт оказался у американцев, хотя, по мнению большинства французских экспертов, условия, предложенные «Томсоном», были значительно интереснее и к тому же более аргументированными. А «Рейтеон», зная все детали переговоров, в последний момент предложил более низкую цену, причем такую, чтобы переиграть французскую сторону.

А в 1995 году европейская многонациональная аэрокосмическая и оборонная корпорация «European Airbus consortium» потеряла сделку стоимостью в несколько миллиардов франков со странами Персидского залива на поставку аэробусов А-310. Случилось же это после того, как условия контракта стали известны сотрудникам «Эшелона». Эти сведения были переданы компании «Боинг», которая и перехватила контракт.

«КЛАДЫ» СО ДНА МОРСКОГО

Многие годы в британском адмиралтействе работал корабельным плотником мистер Эдвард С. Миллер. И, скорее всего, в этой незаметной роли он дождался бы пенсионного возраста, а затем тихо ушел бы в мир иной. Но этот человек оказался еще и мастером водолазного дела. Да к тому же он настолько хорошо знал свою вторую профессию, что в 1914 году ему предложили должность инструктора морской тренировочной базы.

А всего через год, когда Первая мировая война охватила почти всю Европу, Миллер получил приказ обследовать германскую субмарину, затонувшую у побережья английского графства Кент. Место, где она, по приблизительным расчетам, находилась, было зафиксировано буйком. Миллер должен был определить состояние подводной лодки и изучить ее внутреннее устройство, в первую очередь новейшее оборудование, которое находилось на ее борту.

В течение нескольких дней его инструктировали опытные инженеры-подводники. Они рассказывали ему, как устроена подводная лодка, а также примерное расположение отсеков и различных устройств. Кроме того, ему объяснили, что конкретно он должен искать и с какими опасностями и трудностями может столкнуться.

Наконец наступил день погружения Миллера под воду. Стояла ясная безветренная погода, на небе — ни тучки. Но когда водолаз оказался на дне, то никакой лодки, кроме остова старинного судна, он не увидел… Второй день тоже оказался безрезультатным. И лишь на третий день Миллер наткнулся на субмарину. Правда, он успел осмотреть только корпус подводной лодки. Но зато он разглядел пробоину, через которую можно было пробраться внутрь.

И только на четвертый день Эдвард смог проникнуть внутрь субмарины и приступить к выполнению задания. А когда Миллер оказался в капитанской рубке, то обнаружил металлический сейф. А чуть позже английские спецслужбы, ознакомившись с его содержимым, были приятно удивлены, поскольку в нем находились карты минных полей, два новых шифра немецкого флота и код, который использовался для связи с имперским Большим флотом.

Водолазы иногда доставляли весьма ценную разведывательную информаций

Столь невероятная удача с первой подводной лодкой стала важнейшим стимулом для дальнейшей работы в этом направлении. Оперативно был создан особый отряд для быстрой переброски знаменитого водолаза в те точки английского побережья, где были потоплены германские подлодки.

А ведь за годы войны были уничтожены десятки немецких субмарин. И почти каждую из них обследовал М. Миллер. И хотя минные поля, шифры и специальные инструкции периодически менялись, английская разведка все равно вовремя узнавала об этих корректировках и извещала о них заинтересованные ведомства.

Несомненно, что коды, добытые Эдвардом Миллером со дна морского, оказали немалую помощь союзникам в борьбе с германской подводной блокадой, которая из-за больших потерь подводных лодок со временем стала терять свою значимость.

ОХОТА ЗА СОВЕТСКОЙ ПОДЛОДКОЙ К-129

С 7 на 8 марта 1968 года в водах Тихого океана, приблизительно в пятистах километрах от острова Гуам, затонула советская субмарина ПЛ-574 типа К-129. В это же время на месте гибели субмарины американскими разведывательными спутниками была зафиксирована яркая вспышка. После кропотливого анализа информации, полученной со спутников, а также расшифровки радиограмм с К-129 специалисты ВМС США и ЦРУ пришли к выводу, что причиной гибели иностранной подлодки стал взрыв на ее борту. Оперативные поисково-спасательные работы, которые велись кораблями советского флота на месте гибели субмарины, оказались безрезультатными: подводная лодка так и осталась лежать на дне под пятикнломегровым слоем воды.

А через несколько месяцев в районе, где до этого работали советские спасатели, появилась американская подводная лодка «Хэлибат», оборудованная самой передовой на то время тех-никой. Особую надежду американцы возлагали на двухтонные подводные аппараты со сложнейшей поисковой аппаратурой. В узких кругах эти мини-субмарины назывались «рыбками». Кроме этих устройств, на «Хэлибате» размещались два дистанционно управляемых аппарата, способных удаляться от лодки на расстояние в несколько миль.

По прибытии на место катастрофы американцы сразу приступили к работе. И первое, что они сделали, выпустили «рыбок». В течение нескольких месяцев буквально сантиметр за сантиметром акустическая и видеоаппаратура обследовала морское дно. Казалось, шансов обнаружить подлодку у американцев не было. И вдруг в один из дней на проявленной фотографии оператор отчетливо увидел рубку подводной лодки.

Фактически сразу же были определены координаты точки, где на снимке была обнаружена субмарина. И началась активная работа. В ходе этой операции было сделано 22 000 снимков подлодки К-129, которые в сентябре 1968 года были предоставлены руководству военно-морской разведки США. Затем фотографии были отправлены в более высокие инстанции. И в конце концов они оказались на столе у президента Никсона.

Подводная лодка К-129

После достаточно продолжительных консультаций, в ходе которых, кроме технических, также обсуждались юридические и дипломатические тонкости продолжения операции, было принято решение поднять субмарину со дна и доставить на одну из баз Военно-морского флота США.

Впрочем, сама лодка американских спецслужб особо не интересовала. Им гораздо важнее было добыть хранившиеся на борту К-129 шифровальные книги, поскольку с их помощью можно было расколоть шифры радиообмена, а также прочитать всю информацию, накопленную к этому времени. Это позволило бы американцам разобраться с организацией шифровальной связи в ВМФ СССР.

Безусловно, чем раньше ЦРУ получило бы шифровальные книги, тем быстрее бы оно приступило к расшифровке кодов радиообмена. Однако бюрократические препоны, финансовые проблемы и, главное, поиски судна, оборудованного современными механизмами, постоянно сдвигали сроки подъема подводной лодки К-129. К тому же операцию требовалось провести максимально скрытно, чтобы не привлечь внимания журналистов и иностранных разведок. Поэтому к задуманной операции американцы приступили лишь летом 1974 года…

Сначала закрыли вопрос финансирования: на эту операцию ЦРУ решило пожертвовать 350 миллионов долларов. С появлением же денежных ресурсов упростилась и задача с поиском человека, который бы эффективно их использовал. Им оказался американский миллиардер Ховард Хьюз — владелец сети авиалиний и предприятий по добыче нефти. Поэтому его интерес к исследованиям тихоокеанского дна вряд ли у кого мог вызвать подозрение.

Но миллиардер построил не одно, а два судна, спроектированных исключительно для подъема советской субмарины: платформу и док-понтон. Причем они имели ряд конструктивных особенностей, которые во многом оказались необычными для своего времени. Например, понтон мог поднимать с большой глубины грузы массой до 800 тонн. Для этого на его борту находились огромные захваты-щупальца, способные обхватить корпус К-129.

Наконец, в 1972 году судно, названное «Гломар Эксплорер», было спущено на воду и в течение двух лет и впрямь было занято поисками полезных ископаемых в океане. Однако с 20 июня 1974 года оно занялось совсем другими работами. В этот день «Гломар Эксплорер» отплыл к Гавайским островам, чтобы приступить к подъему с океанического дна советской субмарины К-129. В состав экипажа входило 170 сотрудников ЦРУ. Всего же в этой операции участвовало более 4 тысяч человек.

В середине июля корабли находились над затонувшей субмариной. А вскоре и советские спутники зафиксировали американское судно в районе гибели К-129. Но определили его как плавающую платформу, предназначенную для бурения морского дна.

Скрыв свое истинное намерение, корабль ЦРУ приступил к самой операции. Увеличив до 5 километров длину труб, американцы спустили на дно док-понтон с захватывающими пальцами.

Эту сложнейшую операцию с помощью подводных телекамер контролировали сотрудники ЦРУ. А спустя какое-то время и стальные клешни «обняли» корпус субмарины К-129.

Но когда операция по подъему субмарины подходила к концу К-129 неожиданно в месте пробоины переломилась на две части и самая ценная — кормовая часть подлодки, где находились баллистические ракеты и рубка шифровальщика, снова погрузилась в океанические глубины. Но это непредвиденное происшествие американцев особо не расстроило, поскольку они решили довести начатую работу до конца.

Однако то, что случилось позже, стало настоящим шоком. Причем не только для ЦРУ, но и для руководства США. Дело в том, что одна из криминальных структур Лос-Анджелеса совершила ограбление офиса Говарда Хьюза. Вроде ничего особенного. Если бы в канцелярии не хранилась документация по подъему К-129. Вместе с полицейскими на месте преступления оказались и репортеры. И один из документов попал в их руки. А всего через пару дней — 19 апреля 1975 года — страницы мировых СМИ запестрели репортажами о секретной операции ЦРУ по подъему советской подлодки с ядерными боеголовками на борту.

Потрясенная случившимся, Москва вскоре заявила Вашингтону резкий протест. Более того, планировалось при необходимости пресечь любое продолжение операции по извлечению К-129. Конечно же после такого прокола от любой попытки поднять затонувшую субмарину американцы отказались.

АМЕРИКАНСКИЙ ДЕСАНТ ЗА СЕКРЕТАМИ В АРКТИКУ

Весной 1961 года американский самолет, проводивший магнитную съемку в западных районах Северного Ледовитого океана, наткнулся на советскую дрейфующую станцию «Северный полюс-9». Позже выяснилось, что полярники, работавшие на этом объекте, были спешно эвакуированы, поскольку неожиданно начавшееся перемещение льдов могла привести к гибели людей.

Специалисты из разведывательного управления давно пытаюсь выяснить, не оборудованы ли советские полярные станции специальной аппаратурой, позволяющей фиксировать американские подлодки во время совершения ими походов в Арктику. И вот теперь они могли попытаться найти ответ на мучивший их вопрос. Поэтому было принято решение высадить на покинутый объект парашютистов. А затем, когда они обследуют брошенную технику и документы, забрать их специально оборудованным самолетом.

Подготовка к операции затянулась до весны. И вдруг в начале марта 1962 года американский агент сообщил, что советские полярники экстренно оставили, причем по той же самой причине, еще одну дрейфующую станцию — «СП-8».

Для американцев это была двойная удача, поскольку они были информированы, что на «СП-8» работали не только гидролога, метеорологи и гляциологи, но также акустики и специалисты по радиоэлектронике. Самым же важным в сообщении агента было то, что практически вся аппаратура осталась на льдине.

На поиски станции «СП-8» потребовалось чуть больше месяца. И уже в первых числах мая американский самолет, поднявшийся в воздух с авиабазы на мысе Барроу, десантировал на обнаруженную станцию двух парашютистов и три контейнера с грузом.

Советские полярные дрейфующие станции вызывали серьезную озабоченность у западных разведок

На обследование станции десантникам понадобилось пять суток. Но пока они осматривали «СП-8», резко поменялась погода. Густая пелена тумана, которая заволокла небо и укрыла под серым слоем станцию, не позволяла специальному самолету снять парашютистов с льдины.

Казалось бы, куда спешить: ведь день-два можно было и подождать. Но как раз этого времени и не было, поскольку синоптики предсказывали, что в ближайшие две-три недели ожидается потепление, а значит, и разрушение ледяного покрова. А это могло угрожать жизни парашютистов.

В этой чрезвычайной ситуации и было принято решение направить в район бедствия атомную подводную лодку, предназначенную для плавания в ледовых условиях. Это была довольно трудная подводная экспедиция, особенно на заключительном этапе. Но когда наконец была обнаружена во льдах подходящая полынья и субмарина всплыла, то полярная станция оказалась всего в полутора милях от подлодки.

Результат операции «Холодный пот», так ее окрестили в штабе Разведывательного управления министерства обороны (РУМО), оказался потрясающим. В США было доставлено почти 70 килограммов очень важного груза: в том числе 21 образец техники, более 300 фотоснимков и 83 документа.

УНИКАЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ «КОКОН»

Впервые идею снимать информацию с советских подводных кабелей в конце 1970 года предложил Джеймс Брэдли — руководитель одного из отделов управления разведки Военно-Морского флота США. Одновременно для осуществления этой Идеи он счел необходимым использовать атомную субмарину «Хэлибат», благодаря которой накануне была обнаружена подлодка К-129.

Для проведения этой операции было выбрано Охотское море. Здесь, по данным разведки, был протянут телефонный кабель, который связывал базу подводных лодок в Петропавловске-Камчатском со штабом Тихоокеанского флота во Владивостоке, а также — с Москвой. А еще, по мнению Брэдли, такие сведения, скорее всего, передаются незасекреченными или же с невысокой криптографической стойкостью.

Если бы такая операция была успешно проведена, американские спецслужбы получили бы доступ ко многим секретным данным советской стороны: районами дислокации субмарин, графиками учений подлодок, сведениями о ядерных арсеналах и т. д.

Безусловно, предложение Брэдли было во многих отношениях интересным, однако для осуществления этой идеи требовалось разрешить немало проблем. Например, как в акватории Охотского моря, площадью 611 000 квадратных миль, причем на дне, обнаружить кабель диаметром около 13 сантиметров? Или же как подключиться к нему, если он находится на глубине 100–130 метров? Безусловно, для решения этих задач требовалось специальное оборудование.

Однако эти технические нюансы вскоре были разрешены Теперь оставалось самое трудное: убедить в целесообразности такой операции Г.А. Киссинджера — на то время помощника президента по национальной безопасности — и его военного советника генерала А. Хейга.

Тогда все секретные операции, проводимые спецслужбами США за пределами страны, должны были пройти «экспертизу» в так называемом «Комитете 40», как раз которым и руководил сам Киссинджер. И когда Брэдли довольно аргументированно изложил суть операции, Киссинджер решил, минуя «Комитет 40», лично доложить Р. Никсону — на тот период президенту Соединенных Штатов — о необходимости проведения подобной акции…

И вот в октябре 1971 года модернизированная «Хэлибат» взяла курс в Охотское море. И уже спустя месяц находилась в районе предполагаемой операции. Следует заметить, что об истинной цели похода в Охотское море знали лишь немногие члены экипажа: командир подлодки, несколько офицеров, а также водолазы и сотрудники ЦРУ, отвечавшие за техническое обеспечение операции…

Примерно в течение недели велись поиски знаков, предупреждающих о наличии кабеля. Когда же эта задача была решена, группа приступила к его поиску на морском дне. Эта работа проводилась с помощью дистанционно управляемого устройства с телевизионной камерой и прожектором на борту.

Наконец через несколько дней камера зафиксировала необычные бугорки, расположенные на определённом расстоянии друг от друга. Когда же кинопленка была проявлена и обработана, стало ясно, что эти холмики указывали на наличие кабеля.

Не вдаваясь в технические детали проводимой акции, сразу отметим, что операция, на подготовку и проведение которой ушло три месяца, была успешно завершена и субмарина вернулась в порт в Маре Айленд. По прибытии к месту назначения собранная информация была направлена в АНБ. Изучив ее, сотрудники агентства дали ей довольно высокую оценку.

Но устройство, прикрепленное к кабелю в Охотском море, лишь фиксировало сигналы в нескольких каналах связи и записывало их в течение небольшого отрезка времени. Брэдли же мечтал о том, чтобы информацию перехватывать на всех каналах в течение нескольких месяцев.

И вскоре его идея была реализована. Новая конструкция имела Цилиндрическую форму длиной примерно шесть метров и шириной около метра. Весила же она приблизительно шесть тонн. Этому устройству американцы дали название «Кокон».

Это прослушивающее приспособление обладало рядом важных конструктивных особенностей. Например, «Кокон» получал энергию от ядерной установки. Кроме того, в нем находилась электронная аппаратура, позволяющая перехватывать сообщения по десяткам каналов связи и записывать их в течение нескольких месяцев. Более того, в отличие от своего предшественника, оно не прикреплялось к кабелю, а размещалось рядом с ним…

И уже в августе 1972 года «Кокон» находился по соседству с кабелем в Охотском море. Проработало разведывательное устройство месяц. А затем собранная информация была переписана и опять отправлена АНБ. И в этот раз ее тоже очень высоко оценили. Не зря «Кокон» в разведывательных кругах получил еще одно название: «Золотая жила».

Экспедиции «Хэлибат» в Охотское море стали почти постоянными. А в конце 1975 года субмарину, отработавшую положенный ресурс, «отправили на пенсию». Ее заменила подлодка «Сивулф», которая в течение 1976 и 1977 годов совершила два похода в Охотское море.

Разведывательный контейнер «Кокон

Но поскольку эта подводная лодка, срок службы которой во флоте насчитывал около двадцати лет, имела несколько серьезных недостатков, было решено заменить ее современной атомной субмариной «Перч».

Для замены «Сивулф» был еще один повод. Дело в том, что американцы решили операцию «Кокон» проводить также и в Баренцевом море. К этому их подтолкнуло появление в ВМФ СССР подводных лодок «Дельта», с которых ракеты могли поражать цели на расстоянии в 8000 километров. И конечно же американским военным потребовались максимально полные и достоверные сведения об этих субмаринах. А получить их можно было только прослушивая кабельные линии в Баренцевом море, на побережье которого находилось большинство пунктов базирования подлодок «Дельта».

В конце августа 1979 года «Перч» направилась в Баренцево море. Не задерживая внимания читателя на самом походе и поисках кабеля, отметим лишь, что операция и в новом районе также была проведена успешно.

А завершил «Кокон» свою доблестную многолетнюю жизнь чисто случайно. В 1981 году на фотографиях, полученных со спутника-разведчика, американские специалисты неожиданно обнаружили в Охотском море группу советских кораблей. Причем как раз в том районе, где находилось подслушивающее Устройство.

Сначала американцы предположили, что рыбаки наткнулись на большой косяк рыбы и торопятся взять максимальный Улов. Однако, когда «Перч» в очередной раз появилась в этом районе, чтобы снять информацию с «Кокона», обнаружить его не удалось.

По поводу провала операции с «Коконом» существуют две версии. Согласно одной из них — на кабель наткнулись рыба-во время траления. И во время поиска повреждения была обнаружена и шпионская аппаратура. По второй версии — сведения о «Коконе» советской стороне передал советский шпион в США Рональд Пелтон.

Какая из этих версий наиболее правдоподобная — сказать трудно. Но при оценке эффективности «коконов» появляется ряд вопросов. Так, сигнал по правительственному кабелю всегда отправляется закодированным, а без специального ключа для его расшифровки могут потребоваться годы. Но это оптимистическая точка зрения.

Пессимисты же считают по-другому. Действительно, трудно предположить, что американцы несколько лет занимались пустой работой сначала в Охотском море, а потом и в Баренцевом. К тому же во всей этой операции ключевым звеном являлось АНБ — организация, как известно, весьма и весьма серьезная.

КОРАБЛИ-РАЗВЕДЧИКИ

Аббревиатура «ЭЛИНТ» в военно-морском флоте расшифровывается как «электронная разведка». Суда этого типа курсируют во всех морях и океанах. Они оснащены сложным оборудованием для выполнения разведывательных задач. Эти корабли прослу-шивают эфир, а также контролируют радиотелеграфные и телефонные сообщения.

Вся полученная информация расшифровывается и анализируется в соответствующих спецслужбах тех государств, который ведут морскую разведку. А затем на основе полученных данных определяется структура вооруженных сил противника, их местонахождение, боеспособность, численность и т. д.

С помощью бортовых гидрофонов корабли «ЭЛИНТ» фиксируют все подводные лодки, находящиеся в радиусе 150 морских миль. Для этих целей имеется специальное оборудование, работающее в инфракрасном диапазоне.

Электронные системы, установленные на судах «ЭЛИНТ», позволяют также засекать старты космических объектов. Кроме того, с помощью чувствительной аппаратуры, находящейся на «ЭЛИНТ», можно получать информацию о точности попадания, функциях управляемых объектов при возвращении в плотные слои атмосферы и т. д.

История же этих плавающих разведывательных лабораторий особенно бурно стала развиваться после окончания Второй мировой войны, когда рыболовные траулеры ряда государств стали широко использоваться для проведения разведывательных операций побережья СССР и деятельности советских кораблей в море. Например, в 1953 году у побережья Советского Союза был замечены английские рыболовные траулеры «Арктик Викинг» и «Лорд Эссенген», лежавшие в дрейфе с выпущенными рыболовными сетями. При этом на них работали радиолокационные и радиопеленгаторные станции.

Норвегия тоже систематически собирала информацию с помощью аналогичных плавсредств. Так, в середине 1950-х годов небольшой траулер «Эгер», оборудованный современной электронной аппаратурой, регулярно проводил разведывательные маневры неподалёку от Кольского полуострова.

А вот американцы, в отличие от СССР, Великобритании ^и Норвегии, для ведения разведки использовали в основном собственные боевые корабли и подводные лодки. Так, ^в 1964 году США направили эсминцы «Мэддокс» и «Тернер Джой» к берегам Северного Вьетнама для радиоэлектронного наблюдения.

Однако в условиях нарастающей «холодной войны» этих мер было недостаточно. Поэтому после 1960 года в США и были Переоборудованы транспортные суда, специально предназначение для ведения морской радиоэлектронной разведки в интересах Агентства национальной безопасности (АНБ).

Спустя же недолгое время ВМС США и АНБ сформировали еще и малый разведывательный флот. Для этих целей было решено оснастить рыболовные траулеры специальным электронным оборудованием. Предполагалось, что такие суда, в отличие от крупных или военных кораблей, смогут намного ближе подходить к разведываемым целям.

А в начале 1980-х годов, посчитав основной угрозой советские подводные лодки, США стали строить суда гидроакустической разведки, которые предназначались как для океанографических исследований, так и для дальнего гидроакустического обнаружения подводных лодок.

В течение 1984—1990-х годов было спущено на воду 18 таких кораблей. Оснащенные мощными гидроакустическими станциями, они существенно дополняли возможности морской разведки.

Однако в связи с тем, что в середине 1990-х годов минувшего столетия и в начале нынешнего угрозы подводных сил ВМФ РФ в Мировом океане уменьшились, необходимость в мощных разведывательных кораблях отпала…

Разведывательный корабль «Беломорье

Что же касается Советского Союза и России, то началом новой истории морской радиоразведки можно считать сентябрь 1951 года, когда военно-морской министр СССР вице-адмирал Н.Г. Кузнецов подписал приказ об организации отдельных морских радиотехнических дивизионов. В настоящее время в ВМФ России разведывательные плавсредства относятся к группе кораблей и судов специального назначения.

Первыми же разведсудами в ВМФ стали переоборудованные промысловые шхуны, траулеры и боты. Оборудование судов радиоэлектронными средствами обычно осуществляли сами экипажи. Однако из-за неудачных конструктивных особенностей большинство этих кораблей в море зарывались в волну…

Однако со временем ситуация с разведывательными кораблями существенно изменилась. Особенно после появления кораблей типа «Бальзам», которые стали первыми судами в составе ВМФ СССР, специально построенными для сбора и обработки разведывательной информации. Всего их построили четыре. Но к началу XXI века в строю остался только один — «Беломорье», базирующийся на Северном флоте.

Многочисленные антенны перехватывали радиосигналы, а соответствующая аппаратура обрабатывала и анализировала добытые данные. Затем обработанная информация передавалась через станции спутниковой связи на береговые пункты или на флагманские корабли оперативных соединений. Эти корабли отслеживали перемещение судов ВМС стран НАТО, а также сопровождали авианосцы ВМС США.

В свою очередь корабли типа «Океан» стали самыми многочисленными (15 единиц) среди советских разведывательных кораблей. Однако в настоящее время все они выведены из состава флота. Они часто плавали рядом с базами атомных подводных лодок стран НАТО.

А вот разведывательные корабли типа «Приморье», внешне похожие на небольшие пассажирские теплоходы, были первыми разведывательными кораблями из переоборудованных гражданских судов, на которых осуществлялся анализ добытой информации. Эти корабли-разведчики часто наблюдались у берегов США, особенно во время испытательных пусков с бортов атомных субмарин ВМС США и Великобритании. Кроме того, они постоянно следили за учениями ВМС НАТО и сопровождали авианосцы ВМС США.

НАЗОЙЛИВЫЕ КВАКЕРЫ

В отличие от неопознанных летающих аппаратов, которых наблюдали экипажи множества судов, этих объектов не видел никто. Но зато в определенных районах Мирового океана на больших глубинах их слышали команды многих атомных субмарин. Их сигналы напоминают кваканье лягушек, поэтому за сходство с голосами этих земноводных они получили название «квакеров».

Появлялись они внезапно и, судя по непрерывно меняющемуся пеленгу, какое-то время плавали вокруг подводных лодок, а потом неожиданно пропадали. Но проходило некоторое время, и они вновь давали о себе знать.

Эксперты считают, что существует несколько типов квакеров, отличающихся по частоте излучения. Они чётко реагируют на подводные лодки и надводные корабли. При сближении с ними звуковая частота меняется: становится более высокой. Когда же специалисты проанализировали частоту и тональность сигналов, посылаемых квакерами, то пришли к выводу, что они пытаются вызвать субмарину на контакт.

Первое время военные эксперты предполагали, что невидимые «квакающие» объекты — это специальные устройства, предназначенные для создания помех российским подводным лодкам. Но эту версию неожиданно опровергли сами подводники, заявив, что никаких особых помех квакеры им не создают.

Подводники часто слышат загадочное кваканье в океане

После этого военные выдвинули вторую версию: квакеры — это часть глобальной системы обнаружения подводных лодок или элементы американской навигационной системы. Однако расчеты показали, что такие объекты сконструировать можно, но массовое их производство будет слишком дорогим. И то при Условии, что объекты будут стационарными, а их количество не превысит нескольких десятков.

Подобное устройство в виде буя разработали и советские ученые. Но оно было очень громоздким и слишком сложным в техническом отношении. Для военной промышленности изготовление даже сотни таких буев оказалось бы непосильной Сдачей. Квакеров же в океанах обнаружены тысячи, и при этом они медленно передвигаются.

Как выглядят квакеры на самом деле — точно не известно, так как их никто не видел. Хотя, судя по некоторым данным, — это некий энергетический объект, вроде облака. Хотя для более тщательного исследования этого необычного явления были даже созданы специальные группы, но конкретных результатов они не получили. А в 1970-е годы была проведена еще и специальная научная конференция, посвященная квакерам. Но и она к каким-то серьезным выводам относительно этих объектов тоже не пришла.

Вообще же о том, что представляют собой квакеры, существует несколько гипотез. Одни считают их голосами неизвестных науке существ, другие — звуками от подводных НЛО, третьи — новыми разработками американских спецслужб, с помощью которых можно обнаружить подводные лодки противника в особо важных для США районах Мирового океана.

Впрочем, третья версия была выдвинута небезосновательно, Дело в том, что очень часто после того, как в эфире советских подводных лодок возникали голоса квакеров, в этом районе вскоре появлялись и американские противолодочные корабли. Более того, те участки Мирового океана, где появляются квакеры, представляют для ВМС США особый интерес, так как там находятся не только противолодочные рубежи, но и полигоны боевой подготовки американского флота. Время идет, квакеры квакают, а вот что они хотят сказать, пока никто не знает.