1274

Глава 6

— Ты что, блядь, совсем свихнулся, Макс?

Я сама удивилась тому, что меня не вывернуло снова после того, как он изложил свой план насчет Клейтона.

Я уставилась на отцовскую огромную профессиональную черную сумку для гольфа на пять отделений, которая зловеще стояла в гостиной. Рядом с ней примостился мой новенький тоут¹ «Mini-Mee».

Макс постукивал своей платиновой картой по дорожке белого порошка, не поднимая на меня глаз. Он был сама невозмутимость.

Конечно, он не парился — это была моя гребаная работа!

— Макс!

Его глаза сузились, он посмотрел на меня и стиснул зубы.

— Не ори — если только не хочешь, чтобы я нашел твоему рту более подходящее применение.

Я замерла, чувствуя, как щеки обдает жаром.

— Макс, это серьезно. Это, блядь, убийство.

Он наклонился и втянул дорожку кокаина через свернутую купюру.

Ухмыльнулся мне и потер ноздрю.

— Иди сюда, детка.

Я покачала головой. Он рассмеялся и перешел к следующей дорожке.

Я смотрела на него и понимала: это место — Стэнфорд и наша квартира 1274 — не шло ему на пользу. За те восемь месяцев, что мы провели здесь, я потеряла над ним контроль. Я знала, что должна сделать, но сначала нам нужно было разобраться с Клейтоном.

Возможно, макабрический план Макса сработает.

— Макс, везде камеры. Нам нужно быть чертовски осторожными.

Он указал на сумку для гольфа.

— Она выдерживает пятьдесят фунтов веса. Думаю, если я упакую его как следует, его конечности туда влезут.

На этом моменте он осекся и разразился приступом смеха.

Я не смеялась — это ни капли не смешно.

Расчленить человека и вывезти его из пентхауса, сохраняя полное спокойствие и непринужденность — та еще задачка. Я свирепо посмотрела на Макса.

Он встал и подошел ко мне.

Его пальцы вцепились в мой подбородок; он наклонился и сильно меня поцеловал.

— Давай начнем, моя дорогая, — его язык коснулся моих губ. — Будь уверена: когда я закончу, я выебу тебя так жестко, милая Миа, что завтра ты, скорее всего, не сможешь ходить.

Он рассмеялся и направился на кухню на поиски топорика.

Я думала, что брошу Макса после того, как помогу ему оттащить труп Клейтона в гостевой санузел, но не бросила.

Жирная красная линия прочертила его путь от пола гостиной до места назначения. Лезвие топорика с деревянной ручкой, который мы использовали для камина, поблескивало на фоне синей ванной плитки. Рядом лежали отцовский изогнутый нож викинга, разделочный нож с кухни и молоток из ящика с инструментами.

Я уставилась в мертвый взгляд Клейтона, в горле запершило от остатков желчи.

Макс обнял меня за плечи и вдохнул запах моих волос.

— Я могу сделать это сам, детка. Серьезно, иди наверх.

Я повернулась к нему и накрыла его губы своими. Волна тепла захлестнула меня; я смотрела в его орехово-зеленые глаза.

— Ты с ума сошел? Никогда!

Макс сунул руку в карман и положил на кончик языка крошечную синюю таблетку.

Он прильнул ко мне и снова поцеловал. Его язык сплелся с моим, и я почувствовала горечь «Крыльев ангела», когда таблетка оказалась у меня во рту.

Я благодарно проглотила её, и он улыбнулся.

— Чтобы немного притупить остроту ощущений.

И это сработало.

Не будь я так обдолбана и накачана наркотиками, я бы никогда не выдержала эти четыре изнурительных часа.

Это было путешествие в садистский ад.

Забавно: когда занимаешься чем-то настолько неестественным и жутким, как разделка человеческого тела, всегда наступает момент потери чувствительности.

Мы смеялись, мы работали и — да, после всего мы трахались как ненасытные животные. Но до этого мы еще дойдем. Сначала — Клейтон Декстер.