2

Ощущение полета — или правильнее сказать падения — длилось недолго, но как всегда показалось, что в процессе тело несколько раз перевернулось и летело то ногами, то головой вниз. Приземление прошло почти неощутимо. Ни удара, ни потери равновесия. Просто в одно мгновение под ногами оказалась земля, а желудок подпрыгнул к горлу.

Стефани выронила сумку, сложилась пополам, упираясь руками в колени и упрямо сглотнула, пытаясь унять подступившую к горлу тошноту. После нескольких весьма неприятных секунд ей это все-таки удалось.

— Опыт не пропьешь, — пробормотала она себе под нос, выпрямляясь.

И сразу сфокусировала взгляд на огромных — в несколько человеческих ростов — дверях, а потом окинула им весь хорошо знакомый замок. Насколько хватило глаз, потому что здание было огромным, казалось, острые башни и венчающие их шпили пронзают висящее как всегда низко небо. Многочисленные горгульи скалились отовсюду, и пасмурным утром — а на Тумалоне две трети дней в году пасмурные — казались зловещими.

По коже пробежал мороз, но Стефани не призналась бы в этом никому. Засмеют ведь: в магических битвах участвовала и побеждала, а каменных чудовищ по-прежнему боялась, как в первый день.

Мимо прошла весело галдящая компания студентов, вырвав Стефани из неприятных воспоминаний о первом годе обучения в Академии, когда все казалось ей чужим, непривычным и пугающим. Она подняла с земли сумку и медленно последовала за ними.

В главном холле всех посетителей первым делом встречал герб Академии Метаморфоз. Никто точно не знал, почему основатели назвали ее именно так, но она существовала уже второе тысячелетие. На гербе переплелись символы четырех основных, самых древних Орденов, представители которых когда-то и заложили первый камень этого замка: каменный постамент оплетала огромная змея, по обе стороны стояли на задних лапах грифон и мантикора и все они как бы тянулись к фениксу, раскинувшему крылья над ними.

В прежние времена каждый Орден обучал адептов сам, но часто это приводило к тому, что через два-три года молодой маг понимал, что путь Ордена и его путь — не совпадают. И ему приходилось переходить в другой Орден и начинать все сначала. Когда такая практика стала казаться недостаточно эффективной, представители Орденов решили на время оставить распри и создать общую академию. Студенты поступали на факультеты, соответствующие названию Ордена, в который собирались потом вступить, но к концу обучения имели возможность передумать.

И сейчас Стефани очень радовалась тому, что когда-то умные люди это придумали. Потому что, поступив на факультет Мудрого Феникса, на котором предпочитали изучать механизмы магии во всем их теоретическом разнообразии, после недавно отгремевшей войны Орденов она решила, что хочет заниматься более практичным и приземленным врачеванием, которому посвящали себя члены Ордена Ядовитой Змеи.

Стефани и не заметила, как остановилась посреди холла, разглядывая герб академии, пока две узкие холодные ладошки не закрыли ей глаза. Над ухом прозвучал нарочито измененный голос:

— Угадай кто?

Но не узнать Алису, с которой они сдружились с первого дня учебы, было невозможно. Хотя бы потому, что Стефани хорошо знала, как от нее пахнет: всегда чем-то сладким, как будто девушка была конфетой.

Однако Стефани нарочито надолго задумалась и наконец неуверенно произнесла:

— Даже не знаю… Гран, это ты?

Алиса звонко рассмеялась, укоризненно хлопнув Стефани по плечу, и перепорхнула из-за ее спины, вставая рядом. Алиса всегда именно порхала, а не двигалась. Тонкая, звонкая, с копной ярких рыжих волос, она походила на легкомысленную бабочку даже сейчас, хотя от ее смертельных проклятий пал не один Пес. Но представить это, глядя на нее, никто не смог бы.

А вот ее брат-близнец Гран выглядел более внушительно: высокий, крепкий, он привлекал внимание половины девиц их курса и младше, невзирая на несерьезные веснушки, покрывающие лицо. Это объяснялось просто: большинство девочек-студенток любит спортсменов, а Гран еще до войны проявил себя как восходящая звезда академической команды по магическому гандболу. От обычного игра отличалась только тем, что игрокам дозволялось в процессе использовать магические приемы: левитацию, телепортацию и противодействие им.

— Ну ты даешь, Стеф, — фыркнула Алиса, после чего крепко обняла подругу.

И нервозность, появившаяся у Стефани еще во время завтрака, внезапно отступила. Она наконец почувствовала себя дома. Сердце радостно подпрыгнуло, когда Гран улыбнулся ей и наклонился, чтобы быстро поцеловать.

— Привет, — тихо поздоровался он. — Давно не виделись. Очень скучал по тебе.

— Я тоже, — призналась Стефани.

И это было правдой, хотя давно не виделись они по ее вине. Когда война закончилась, Стефани спряталась в мире людей и сидела в нем безвылазно несколько месяцев, совершенно не навещая Тумалон и друзей, которые родились и выросли здесь. На то были причины, и оставалось только порадоваться, что Гран оказался таким понимающим и терпеливым.

— А теперь объясни мне, что это за змеиный прикол? — изображая возмущение, поинтересовалась Алиса, уперев руки в бока. — Я всегда считала, что мы все вступим в один Орден, а тут вдруг узнаю в учебной части, что ты подала заявление на стажировку по зельям. Якобы она нужна тебе для вступления в змеиный Орден. Как так-то?

— Лиска, не приставай к ней, — осадил сестру Гран, покровительственно обнимая Стефани за плечи. — Все, война закончилась, можно больше не держаться зубами за орденский герб и не грызть глотки другим. Я тоже вряд ли вступлю в Орден Мудрого Феникса, как-то недостаточно я мудр для него.

— К тому же, Фениксы и Змеи не воевали друг с другом, — добавила Стефани. — Просто я поняла, что теория магии меня больше не прельщает. Я хочу заниматься чем-то более практичным и более полезным.

— Ну, остается только порадоваться, что профессор Кроу свалил из академии еще до войны, — вздохнула Алиса, театрально закатив глаза. — Не думаю, что тебе понравилась бы стажировка у него.

И Стефани не могла с этим не согласиться.

Загрузка...