Актриса (СИ)

Глава 23

Кирилл

Утро наступило так же незаметно, как и пролетела вся ночь. Я был уверен, что в Авроре проснулось это чувство, и медлить уже не мог. Потому что она покорила меня. Я впервые встретил такую девушку, которая так реагировала. Она была необычна с самой первой нашей встречи, и с каждым днем все больше и больше убеждался, что я правильно поступаю. Она еще спала, такая нежная и легкая. Никогда не думал, что так просто и без всяких преград можно общаться с человеком, лишенным чувств. Но она как бабочка летела на малейшее их проявление. Она тянулась ко мне сама, и это радовало.

В дверь позвонили, я быстро поднялся, чтобы не разбудить девочку, и пошел открывать раннему визитеру.

— Привет, пап, — за дверью стоял отец, хмурый и, скорее всего, уже в курсе моего заявление прессе.

— Сын, я думал ты умнее, — он прошел в открытую дверь, и его громкий бас эхом прозвучал в еще сонной квартире.

— Потише, я не один.

— С ней? Ты понимаешь, что творишь? Она тебе не пара. Я никогда тебе не советовал с кем быть и что выбирать, но здесь… — он был решительно настроен, но я оборвал его.

— И здесь тоже не требуется твое вмешательство, — строго ответил ему.

Раньше у нас никогда не было таких проблем. И сейчас, в то время, когда я уже сам готов заводить своих детей, он против. Но меня не так воспитывали, между прочим, он сам. И если я ввязался в дело и решил, что так будет правильно, значит — это истина. И по-другому уже не будет. Мое слово твердо и железно, оно не требует обсужденийили сомнений.

— Это непрофессионально, — настаивал на своем отец.

— Я сам решу, что к чему. Спасибо, что переживаешь, но не стоит.

Я понимаю его: он хочет, чтобы у меня все было как можно лучше, и неважно, сколько мне лет. Возможно, для своих детей я буду таким же, но мне не стоит что-либо говорить.

— Я предупредил тебя.

— Вас нужно официально представить, с ней мы теперь надолго. И лучше сделать раньше журналистов. На выходных приедем к вам на ужин.

— Хорошо, если ты так решил, я приму твой выбор, но не одобряю. Ты сделаешь больно.

— Не сделаю.

— Когда она узнает правду, будет так, как я говорю. Не спорь с моим опытом.

— Отец, я знаю, как это исправить.

— Надеюсь, сын. Она хорошая, но ты должен быть готов ко всему.

На этом он ушел, закрывая за собой дверь. Надеюсь, Аврора еще не проснулась, еще не время ей знать правду.

Аврора

Я проснулась, но Кирилла не было рядом. Из прихожей раздавался мужской шепот. Кирилл с кем-то спорил, и его слова я слышала отчетливо. Но никак не могла уловить суть разговора. О какой профессии идет речь и почему я должна чувствовать боль, которую он может исправить.

«Он не тот, за кого себя выдает», — всплыли слова мамы, и я уже не знала, что думать. Мама знает, кто он?

Этот превосходный момент был испорчен, дверь захлопнулась, а я испуганно отвернулась и закрыла глаза.

Кирилл вошел в комнату, и кровать продавилась под ним. Он сначала ничего не делал, но потом провел пальцами по моей руке. От его касаний я вздрогнула, и кожа покрылась мурашками. Изображая сонливость, я помычала для убедительности и потянулась.

— Доброе утро, — немного суховато поздоровалась.

Первый звоночек — я не справилась с эмоциями, и обида пробивалась наружу. Нужно над этим поработать. Теперь нужно не только чувствовать, а еще и контролировать это. Мне нужен док. Без него мне не справится, нужен совет.

— Мне нужно на работу, но не мог не поцеловать тебя. Ты можешь оставаться здесь. Я быстро вернусь.

В том месте, где он только что проводил пальцами, теперь ласкали губы и язык, оставляя влажные следы. Я проглотила комок в пересохшем горле, но нараставшую волну успокоить не получилось.

— Мне нужно по делам. Отвези лучше домой. Я заодно со своими поговорю. А то вчера мы произвели фурор, нужно узнать последние новости.

— Тогда давай собираться.

Наспех собрались и вышли. До моего дома ехали, держась за руки, а у меня из головы никак не уходили слова мамы и обрывки подслушанного разговора, и вопросы только множились, но сейчас задавать их не хотелось. Освободится от работы, тогда все узнаю. Не хочу, чтобы меня обманывали.

— Я позвоню, как освобожусь. Держи ключи, теперь это наш дом. Можешь собирать вещи.

Я перехватила ключи и сжала в руке, он торопливо поцеловал меня и отстранился.

— Наберешь мне, — про переезд ничего не ответила — для начала нужно все прояснить.

Дома было тихо, я поднялась к себе и приняла душ. Странно, но нет прислуги. Очень интересно, что это значит? Я вышла из ванной в полотенце, меня ждала мать. Я сразу насторожилась и настроилась на скандал — от нее другого ожидать просто невозможно.

— Дочь, давай поговорим.

Я устроилась на кровати и прикрыла ноги одеялом, чтобы чувствовать себя комфортнее.

— Давай, — прошептала, не сводя с нее взгляда.

— Нашли убийцу моего бывшего ухажера. Им был конкурент. Убрали, потому что мешал. Такая глупость — лишать человека жизни, потому что он не угодил, — мать искреннее была расстроена этим. И я вновь не видела в ней фальши.

— Сочувствую, хоть он и был мелочным, но ты права — он был человеком.

— Ты правда чувствуешь?

Я впервые видела в ней интерес ко мне и моими достижениям. Как будто появление Платона и на ней отразилось изменениями.

— Да. Я многое теперь ощущаю, и это прекрасно, — скупо растянула губы в улыбке — приятно, что мама интересуется.

— Это здорово. Платон был прав, — как-то грустно добавила она.

Чувствовала ли она себя виноватой, или ее грызла совесть — не могу сказать, но она казалась расстроенной.

— Да, ты знала, что и он был такой, как я?

— Знала. Только с этим жить не смогла. Я любила его так сильно, что забывала дышать, когда видела. А представляешь, что для молодой девушки значит не чувствовать отдачу? Это унизительно и больно. Особенно, когда каждый в тебя тыкает пальцем и старается полить грязью. Когда я узнала, что беременна, на меня снова вылилось ведро помоев от родных, близких подруг, знакомых… Я не вытерпела и порвала отношения с твоим отцом, потому что ждать, когда он сможет нормально чувствовать, не могла. Давление было очень сильным. Избегала твоего отца, боялась, что история повторится. Так и жили. Дальше ты сама знаешь.

— Я не знала об этом, — растерянно прошептала, пораженная ее откровенностью.

— Многие не знали, родители умели скрывать важные моменты. Только меня пугает то, что ты сейчас почти повторяешь мою историю. Меня Кирилл настораживает. Мне кажется, за этой напускной заботой стоит плохой человек. Не бывает таких людей.

— Он существует. И он такой, какой есть. Он на выходных познакомит меняс его родителями. Давайте соберемся вместе. Ты, папа и они? И ты сама поймешь, что он такой. А Леон просто друг, он не вызывает во мне эмоций. Даже если с Кириллом не сложится, я с ним не буду. Потому что не люблю.

Надеюсь, родители Кирилла будут такими же открытыми.

— А Кирилла любишь? — мама затаилась, прислушиваясь к моему ответу.

— Да.

— Хорошо, но все равно помни мои слова. Присмотрись к нему.

Она вышла из комнаты, и меня вновь атаковали эти мысли. Время поджимало, нужно было ехать к доку. Вот с ним обо всем поговорю. Может, все же у него получится расставить все по местам в моей голове. Он же врач, да и человек он прекрасный. Ох, жалко, что не док отец моего Кирилла, было бы проще — отношения налаживать не нужно, уже все давно наложено.

Добралась я до него быстро, так же как и собралась.

— Доброе утро, док, — я присела на кресло и рассматривала хмурое лицо врача — что-то у него случилось. — С вами все хорошо?

Док внимательно смотрел на меня и тяжело выдохнул.

— Да, Аврора. Не переживай. Присаживайся и рассказывай, как твои дела?

И я рассказала, утаила лишь волшебную ночь с Кириллом.

— Твои отношения с родителями налаживаются — это хороший знак, теперь нужно закрепить. Съездите на выходные или на неделю отдохнуть, это больше сплотит вас. Я знаю, как Платон и Злата постоянно заняты, им тоже не помещает развеяться.

Мне понравилась эта идея. Я давно хотела к океану.

— Ой, а я забыла. Мы же должны в эти выходные с родителями моего парня знакомиться.

— Не страшно. Если парень любит, то подождет. Сейчас главное, чтобы в твоей семье настала гармония, тогда уже с чистым сердцем сможешь пойти дальше.

А ведь он прав, теперь пойду с Кириллом поговорю. И его с собой возьмем, так проще будет всем сразу наладить общение.

Я вернулась в квартиру к Кириллу. Решила сделать ему приятный сюрприз — приготовить обед. Только вот повариха из меня так себе. Психанула и заказала еду из ресторана, а пока ждала ее, наконец, пошла осмотреть остальные комнаты.

Зал, который мне приглянулся в лунном свете, и днем выглядел потрясающе. Я подошла к фотографиям в рамках, и у меня пропал дар речи — на меня смотрели Кирилл, взрослая женщина, наверное, его мама и… док.

Очуметь!

Почему они молчали? Слегка отошла от шока и начала лихорадочно искать хоть что-то личное, что могло мне рассказать об этом человеке, но ничего не находила. Перешла в спальню: в комоде только вещи, а в комоде нашлись документы, корреспонденция, вырезки из медицинских журналов, амбулаторные карты… Он врач? Открыла второй ящик, и сверху увидела толстую папку с моим именем.

Сердце будто сковало льдом. Руки дрожали, мне было страшно открыть эту папку. Хотя и так все стало понятно, что она тут делает. Все же открыла первую страницу. Стопка моих фотографий с разных ракурсов, личная информация, родословная и полный анамнез. Значит, все то, что он со мной проделывал, это всего лишь эксперимент?

Входная дверь открылась, в квартиру вошел Кирилл.

— Аврора? — удивился он, будто неожидал меня тут увидеть.

Но он же сам дал ключи и предложил к нему переехать! Значит, это для него все не по-настоящему и только игра…

Он вошел и молча наблюдал за мной, конечно, понимая, что я держу в руках.

— Значит, я для тебя всего лишь эксперимент?

Мне нужен простой ответ — «да» или «нет». Настолько больно видеть эти записи, которые никак не могли к нему попасть.

— Нет. И мои слова, что я люблю тебя — не ложь. Но ты должна понять — это моя работа, — как всегда спокоен, а я боялась на него взглянуть и увидеть в его глазах другие эмоции, не те, о каких он сейчас говорил.

— А почему ты раньше мне не сказал? — слова довались с трудом, гнев почти затмевал сознание, хотелось кричать и ударить его, но я из последних сил держалась, стараясь не выплескивать обиду.

— Когда твой отец пришел к моему, я присутствовал при их разговоре — они старые друзья. Отец в свое время очень помог твоему, а когда они со Златой расстались, помог перебраться в клинику за границу. Твой просил помощи для своей дочери, которая унаследовала его ген, и ей в срочном порядке нужна реабилитация. Я пошел по стопам отца, мне всегда был интересен мозг человека. Мы уникальны, только вот манера лечения немного отличается.

— Он был против наших отношений? — с трудом переваривая его слова, уточнила важный для меня вопрос.

— Да, он сторонник не смешивать работу и дом, но вчера он увидел наши фотографии и мое заявление, и пришел сказать мне, чтобы я был осторожен. Не хочет делать тебе больно. Но я знаю, как исправить этот момент.

— Чтобы ты сейчас ни говорил, это не оправдает твоего поступка. Ты ставил эксперименты надо мной, — зло сказала ему.

— Да пойми ты, если бы не мои эксперименты, вы бы долго с отцом маялись с его подходом. Он не плох, больше научных исследований, но занимает много времени… Но я тебе помог, я тебя вытащил. Не этого ли ты хотела? — теперь он был взволнован и даже взбешен.

Я глубоко вздохнула.

Не хочу быть с ним.

— Ты мог в любо момент мне рассказать, а не ждать, когда сама все найду.

— Ты была не готова, и сейчас не готова.

— Мне нужно время, — я все же взяла себя в руки. — Сейчас я не могу понять, как к этому мне относиться.

— Хорошо, оно у тебя есть, — смиренно согласился Кирилл и немного отступил, давая мне пройти.

А я и не стала задерживаться, просто вышла. Ну вот почему он не удержал меня, не поцеловал? Или правильно сделал, что дал мне время? В голове жуткая каша, которую срочно нужно разгребать…