Апокалипсис начнется в 12:00. Часть 3

Глава 6

Мы же с Ирой и Олегом с Машей спускаемся вниз.

Сами занимаем привычный пикап, Олег лезет в грузовик, Маша в легковушку, сразу же выдвигаемся в полной темноте в сторону поселка.

Я бы с удовольствием повоевал в центре или рядом с супермаркетом, уничтожая развитых монстров и спасая людей. Но есть более неотложные дела у нас, от которых не отвертеться и никому пока не перепоручить.

И главное из них – сопроводить грузовик в поселок, пока наши подчиненные присматривают за новичками и качаются вместе с ними. Можно сказать, что вместо нас качаются.

Я нужен везде, но в поселке нужнее всего, еще просто необходим перед воинской частью.

«Кто, кроме меня, может пройти невидимым, чтобы почувствовать возможную засаду?»

Ира везде со мной, у Олега и Маши дети в поселке и еще кому-то придется вести грузовик. Поэтому пока начальству группы приходится пахать на общее благо, а не качать уровни в свое удовольствие, посылая подчиненных на подобные задания.

Ничего, если удастся перевести оставшуюся часть бывшей Росгвардии под совместное управление, тогда у нас появится полная свобода маневра. Будет кому поселок охранять, кому мародерить магазины и охранять грузовики. А я спокойно начну качаться и чистить от монстров и им подобных существ городские районы.

Перед объездной дорожкой я снова вылезаю и иду в темноте впереди каравана, прощупывая умением дома и сады с огородами.

Как я и думал, никто нас не ждет, Старшие зализывают раны и готовятся к похоронам своих товарищей, я некоторое время думаю о потерянных возможностях.

«Не могли ли мы миром договориться с ними, чтобы разделить, так сказать, зоны ответственности и просто жить мирно рядом?»

«Нет, вряд ли, на самом деле», – насколько я что-то понимаю в жизни и в привычке доминировать у некоторых групп товарищей.

У них в строю почти шестьдесят бойцов, обученных и сплоченных, шесть или семь БТР с полными боекомплектами и еще на складе неизвестно сколько боеприпасов.

И в нашей команде семь человек с одними автоматами и пистолетами, уже даже без единой гранаты, отягощенные многочисленными гражданскими, своими женами и детьми.

Никто бы с нами разговаривать не стал, это однозначно. А про свои умения и так рассказывать нельзя никому, тем более, узнав про мои способности, нас бы подстерегли где-то и снова просто тупо расстреляли из засады.

Так что нечего переживать и ломать голову, завтра проберусь в часть и еще как следует уменьшу численность Старших. У них теперь каждый воин на счету, а против меня нет никаких таких особых возможностей.

По словам новичков, качаться с саперными лопатками джигиты начали всего пару дней назад всего. Поэтому смогли освободить не больше сотни зараженных на всех, так что самые крутые у них пока на втором-третьем уровнях и мне никак не опасны.

Пройдя всю дорогу, полтора километра с прибором ночного видения на голове, я заметил несколько зараженных. Еще обратил внимание, что у них температура тела явно ниже, чем у моих спутников, не такая интенсивная по свечению.

Поэтому они могут подолгу находиться в анабиозе каком-то и не умирают и-за отсутствия пищи, во всяком случае за первую неделю не умирают.

Посмотрим еще, как они переживут вторую неделю.

Вскоре подъезжают наши, я запрыгиваю в пикап и через двадцать минут мы заезжаем в поселок, с которым у нас нет теперь связи по прежним номерам телефонов. Только в нем самом на вопросы по рации отвечает один из наших парней, оставленных в поселке:

– Все нормально у нас. Убежала одна баба с мужиком из-под стражи и все.

Я даже сразу догадываюсь, что за баба убежала и не собираюсь оставить такое гнилое дело просто так.

Наверняка, сам мужик, который за нее хлопотал, помог ей сбежать. Поэтому, если оставить данный залет без последствий, то данный побег окажется первой пробоиной в корпусе нашего корабля, собирающегося в большое плавание по водам бескрайнего моря жизни.

Вот почему-то мне так кажется, есть предчувствие больших неприятностей в связи с этим побегом. Как раз – удобный случай провести показательное расследование и посадить мужика под замок, пока не сознается.

А свою женщину он спрятал где-то на территории поселка, как пить дать, собирается ей носить еду и воду. Но вскоре исчезнет сам на время отсидки, а она вылезет из тайника в поисках пропитания.

– И на хрена нам такое счастье? Матерая преступница на свободе? Да еще мужик сбежавший? – говорю я всем.

Ладно, завтра будем разбираться, но меры предосторожности предпринять стоит уже сейчас.

Грузовик заезжает во двор, помощники быстро закатывают сетки с продуктами в подвал, и я говорю нашим женщинам, что до завтра сетки придется освободить. Мы снова вернемся с ними в город, чтобы удобнее оказалось собирать продукты и перекатывать полные сетки в кузов грузовика, а не таскать тяжести на руках.

Понятно, что в само производство на кухне и выдачу еды я не лезу, попрошу Иру присмотреться, все ли там в порядке. Впрочем, все женщины и подростки теперь стоят на страже дома и продуктов. Осталось еще наблюдателей перевезти из города, тогда мы будем в курсе всего происходящего в поселке.

И на его окраинах со временем, придется около моста пост ставить для скрытого и явного наблюдения за проезжающими, информирования властей в моем лице и лице Совета поселка.

Скоро наш поселок превратиться в местную Швейцарию или Норвегию, по сравнению со остальным миром, стремительно скатывающимся в Сомали. Придется ставить таможню и миграционную службу, чтобы отбирать нужных людей по имеющимся навыкам и нужности поселению поселка.

В нашем доме дочки Олега прибираются, сразу же приносят еду для нас с общей кухни. Все решили жить без отдельной готовки, чтобы привыкать меньше тратить энергии и ресурсов, а главное – своего времени.

Кстати, вспомнил про спасенных в центре города Борю с Леной, которых давно уже не видел и никакой информации от них не получал. Пора у Олега узнать, что они такого полезного делают и не зря ли мы их вообще кормим.

Времени у нас с Ирой очень реально на все не хватает, потому что я еще иду вечером к Виталию разобраться с происшествием и узнать, как и кто убежали из-под стражи.

Стучусь в дверь его дома и вскоре прохожу внутрь красивой прихожей.

– Отвлеклись на секунду и двоих как не бывало, – хорошо видно, Виталий и сам понимает, кто теперь главный подозреваемый.

– Слушай, я данный вопрос просто так не спущу, – внушительно говорю я ему и его жене. – Мужик то тот сбежал, на котором большего всего крови?

– Он, конечно.

– Ладно, эти двое сговорились, кто им помог – я и сам знаю.

С собой прихватил нашего парня, который помогал в охране пленных. Он подтверждает, что со смазливой бабенкой постоянно общался ее поклонник из охраны, да еще второй беглец терся рядом постоянно.

– Да и пропали они с той стороны, где он стоял, – уверенно заявляет Виктор.

– Ну, Жанну эту он мог еще пропустить, но, чтобы и преступника – точно не должен был, – в подобном Виталий тоже уверен. – Я могу с ним еще раз поговорить.

– А если он вместе с его подругой бросился бежать, даже рядом с ней? Стал бы он поднимать шум? – на такой вопрос Виталий не может уверенно мне ответить.

– Ладно, говорить с ним больше не стоит, дело уже сделано. Я сам разберусь, – обещаю я и мы уходим с Виктором.

– Как вообще ситуация с пленными? Есть что-то общее между ними и охранниками? – спрашиваю я его по дороге.

– Нет, они друг друга сильно ненавидят, – уверен наш парень. – Вчера было пару раз, когда пленные ерепенились что-то делать, трупы таскать и подвал мыть, так наши сразу же подобное фиксировали. Уже готовились кого-то отправить за тобой, чтобы совсем закрыть вопрос. Пленные сразу же уступают, понимая, что шутить никто не будет. Но этот мужик все время терся рядом с красоткой и давал ей поменьше работы постоянно. Потом после обеда к ним тот прибился, как бы невзначай, – продолжает вспоминать Виктор. – Затем, раз и он один стоит за углом, делает глупый такой вид, что не понял, как эти сбежали и куда.

– Еще понятнее стало, он точно виноват в побеге, – говорю я и мы расходимся.

Придется завтра сурово поступить с приятелем Виталия, иначе здесь нельзя никак.

У него, вроде, только дочка осталась, вот завтра его вместе с ней к пленным определим на выселение в город. Пусть тогда подумает, что ему важнее – жизнь дочери или эта блядская бабенка. Поработает пару дней под прицелами охраны и подумает о своем будущем.