Аукцион

Глава 7

— Сейчас-сейчас, я только лапки помою, и начнем работать, — проговорила Аленка и проскочила в ванную комнату.

А я прикрыл глаза, готовясь к самым приятным и в тоже время самым ужасным мгновениям в своей работе.

Алена будет наносить грим, и я получу свою дозу ласки от неё. Легкие касания, поглаживания и даже массаж — настоящее блаженство. Но это же и настоящая пытка для меня. Можно наслаждаться всем этим, но прикасаться нельзя.

Не сосчитать сколько раз я представлял, как усаживаю Алёну на стол, развожу её ноги в стороны и прижимаюсь к ней всем телом, чтобы она четко могла почувствовать, как я её хочу. Миллионы раз в своей фантазии я целовал её сладкие губы.

Но нельзя! Она под запретом. У каждого из нас четверых четко прописано правило — любые отношения запрещены. Потому что у группы рейтинг, мать его так. Потому что холостяки хороши для пиара.

И это не просто правило. Это строгий закон, который карается штрафом в целое состояние.

Вот и остаётся сдерживать себя, любоваться запретным издалека и лишь в фантазиях предаваться наслаждению с желанной девушкой.

А когда нет сил терпеть — всегда можно обратиться за "помощью" к девушкам, которые согласны на все.

Этих девок я не целую, не ласкаю, возбуждаю только для физиологической необходимости. Меня не волнует, получают ли они свой оргазм, мне даже их стоны слушать неприятно.

А я… Я всегда представляю Алену. Да, вот такой я мудак. Трахая очередную бабу, представляю самую красивую и желанную девушку.

Потому, что мой идеал под запретом.

— А вот и я, — Алена вышла из ванной и застенчиво улыбнулась.

Сжал подлокотники, да с такой силой, что костяшки побелели. Потому что это самая настоящая пытка. Хотелось подойти, сжать ее в объятиях и целовать страстно, горячо, пошло. Чтобы и она почувствовала, до какого состояния каждый раз меня доводит.

Но внешне я оставался спокоен, холоден и безразличен. Да, профессия научила надевать маски, играть роли… Но эта — самая тяжелая и ненавистная.

Алена отвела взгляд, а мне захотелось закричать: “Нет! Не смей отворачиваться! Смотри на меня!”

Но я молчал. Потому что нам нельзя.

Если для меня еще будет посильно оплатить штраф за отношения, то девушке — нет. Вдобавок ко всему еще и уволить могут. И тогда у меня не будет даже таких мгновений побыть с ней рядом.

— Начнем? — тихо спросила она.

Кивнул, удобнее устроился в кресле и прикрыл глаза.