Глава 33

Понедельник в противовес хорошим выходным выдался скандальным. Хорошо, что хоть проносились они мимо меня. Наша достопочтенная Елена Александровна выясняла отношения с Ириной, которая руководила организацией праздника. Нет, ну вот что за гадюка! Не нравится — делай сама. Нет же, проще покритиковать уже утвержденное меню, что его тут же начинают корректировать, то программа развлечений ей не такая — извините, симфонический оркестр будет всего лишь в урезанном составе, а потом будут пляски под зажигательную Сердючку, когда народ дойдет до кондиции и ослабит галстуки. Высокое руководство отмахивалось от поздних инициатив, что только распаляло нашу звезду.

— Я не доживу до праздника, — жаловалась умученная спорами Ирина, сидя за столиком в комнате отдыха.

— Не волнуйся, всё будет отлично, вот увидишь. А на ее запросы плюнь, вон бухгалтерия уже пообещала не вносить в смету рацпредложения, — успокаивала я ее.

— Ага, и она посчитает это саботажем.

— Наплевать и растереть.

— Ирина, цветы уже заказаны? — вошла в комнату Елена Александровна.

— Похоронные венки прибудут вовремя, — буркнул Андрей из своего угла.

— Да, и уже оплачены, — ответила твердо Ирина.

Елена Александровна не отреагировала на реплику Андрея:

— Вот и хорошо, — развернулась и вышла.

— Представляешь, она в последний момент заказ поменяла, так что местами у нас будут алые розы.

— На… кой? — опешила я.

— Вот и у меня была такая же мысль.

Андрей просто закатывался в своем углу.

— Да что тут гадать, — отсмеявшись, сказал он, — загонная охота на Сергея Геннадьевича началась.

— А алые розы тут причем? — удивилась Ирина.

— Ну… представьте, вся из себя такая огненная шатенка в черном платье и с алой розой в зубах, — не прекращал посмеиваться он

— А ты откуда знаешь, в чем она будет? — поинтересовалась я.

— Профессиональная тайна, — хмыкнул айтишник.

— Только не говори, что вы в одном магазине отоваривались, — подколола я его.

— Чур тебя! Я по логам посмотрел, где она шарилась. Могу заверить, нас всех ожидает незабываемое представление. Запасаемся попкорном.

— Не волнуйтесь, закуска будет подстать представлению — на высшем уровне, — улыбнулась Ирина.

Вот в такой дружеской атмосфере я дожила до вечера вторника. После работы забежала в клуб, чтобы забрать видео у Кати.

— А Олега сегодня нет, — чуть ли не с порога заявила она мне.

— А я и не к нему, я за видео.

— А жаль, — вздохнула она. — Хоть телефонами обменялись?

— Нет, — я хитро улыбнулась.

— Ты что ли не дала?

— Он не просил, но, думаю, он меня найдет… если захочет.

Катя скептически на меня посмотрела, но не прокомментировала. Она скинула мне файлы, и я пошла домой.

Дома искупалась в душе, кинула стираться одежду и стукнулась к соседке:

— Элла Степановна, добрый вечер. Не заняты сегодня вечером?

— Нет, Валерия, внуки уже разбежались, только после них ничего не осталось.

— Саранча особо прожорливая? — пошутила я.

— И не говорите. Хотели что-то предложить?

— Да, и рассказать забавную историю.

— Тогда сейчас, у меня там мороженое вроде было.

Уже через 5 минут мы сидели на кухне, наслаждаясь мороженым с фруктами, а я рассказывала о танцевальном сюрпризе, который сюрпризом оказался не только для Олега, но и для меня.

— А как же Иван? — поинтересовалась Элла Степановна.

— Не-не-не, даже не приписывайте мне его, — отмахнулась я ложкой. — Ничего кроме одного… нет, двух танцевальных проектов между нами нет и не может быть. Я еще с ума не сошла воспитывать себе молодого человека, пусть вон на девочках своего возраста тренируется.

— А Олег?

— Он мне нравится.

— Тем, что у него свой бизнес?

— Ой, рассмешили. Еще до бизнеса, тот только всё может усложнить, — поморщилась я. — Хотя его целеустремленность мне нравится. Да, сейчас покажу, что вообще получилось у нас, — спохватилась я.

После просмотра Элла Степановна сказала:

— А первый ролик я видела с неделю назад, еще подумала, что на тебя девушка очень похожа.

— Это откуда же?

— Внуки просвещают бабушку о всех мало-мальски интересных событиях в городе, — улыбнулась она, вновь потянувшись к мороженому.

— А я только сегодня забрала у Кати видео в нормальном качестве себе на память, — присоединяясь к уничтожению лакомства.

И кто бы мог подумать, что с женщиной преклонных лет можно так бурно обсуждать танцы. Я тут же полезла в Интернет в поисках самых зажигательных роликов. Разошлись мы достаточно поздно, пожелав друг другу хороших снов. Элла Степановна шутливо буркнула, что после тех страстей на паркете, которых мы обсмотрелись, ей остается только вспоминать молодость, а мне она желает таких снов, чтобы завтра же мне захотелось их воплотить в реальность. Вот тебе и старушка.

Среда ознаменовалась очередной разборкой, но тут уже вмешалось руководство повыше. Всё банально — кого-то куда-то не туда посадили. Шеф поставил жирную точку, заявив, что один из гостей настаивал именно на такой рассадке. Елена, шипя что-то нецензурное, проходя мимо меня, попыталась убить меня взглядом. Я-то тут причем? Я вообще стараюсь не лезть в организацию чего-либо, дабы не быть покалеченной или убитой. Я даже не знаю состав приглашенных лиц. Единственное, что грело — это письмо от Олега, обнаруженное утром: «Продолжаем?» Я ответила лишь в обед: «Сообщу позже».

Домой я прилетела воодушевленная, судорожно соображая, что бы одеть. Комбинезон! И завлекательно — мягко облегает тело, и недоступно — достаточно закрытый, чтобы дать простор воображению. Что сегодня будет? Я не знаю. Да и зачем загадывать?

В кафе я летела на крыльях любви? Нет, меня несло предвкушение и подстегивало любопытство.

Переступила порог и сразу же нашла глазами столик — Олег уже был там. Обернулся на звук моих шагов, встал навстречу.

— Добрый вечер.

— И тебе добрый, — откликнулась я.

— Здесь посидим или куда-нибудь пойдем?

— Давай немного посидим — неделя выдалась суматошной.

Он мне помог сесть без делано галантных движений, как-то естественно, и устроился напротив. Подошедшему официанту я заказала сок.

— И что тебя так уже умотало среди недели? — поинтересовался Олег.

— Беготня по окопам, чтоб не зашибло шальным снарядом. Корпоратив намечается, стараюсь не попасть под раздачу и не быть припаханной. Жаль, что посетить его всё же придется.

— Не любишь гулянки или коллектив не нравится?

— Коллектив за редким исключением хороший, а гулянки в обязаловку не люблю.

— А кем работаешь?

— Девочкой на подхвате у великого и ужасного юриста, — отшутилась я.

— Не любишь работу?

— Вообще или конкретную? — я засмеялась.

— А как ответишь.

— Я занимаюсь тем, что приносит удовлетворение в любой форме.

— Девиз счастливого человека?

— Почему нет.

Пока мы мило болтали, я заметила, как Олег периодически разминает правую кисть.

— Что теперь с рукой? — поинтересовалась я.

— Да мышкой переклацал, учитывая, что она еще из особо маленьких, так вообще удовольствие малоприятное.

Я удивленно приподняла брови.

— Пасьянсы на скорость раскладывал, — буркнул Олег.

— Обычно на досуге в контру играют или что-то подобное, — осторожно заметила я.

— Я с сестрой поспорил, неделю тренировался, кто ж думал, что она свой ноут подсунет с ошибкой технологической мысли.

— Что проспорил?

— Поход по магазинам с ее приятельницей, — нахмурился он.

Это меня не порадовало, но я не подала вида.

— Ты не любишь походы по магазинам?

— Я не люблю проигрывать и когда мне навязывают неизвестно кого.

— Проигрывать тоже надо уметь, — банально заметила я, а в душе чертыхнулась на Люду — надо будет зайти к ней в салон и прояснить ситуацию.

Я достала из сумочки крем, подсела к нему ближе и попросила:

— Давай сюда руку.

Олег протянул ее ладонью вверх, я шаловливо улыбнулась, выдавила крем, перевернула его кисть и пробежалась пальчиками. Олег некоторое время следил за моими движениями: каждый палец проходился ласкающими массирующими движениями, то перебирающими, то обхватывающими. Мизинец, безымянный, средний… кто сказал, что эротический массаж — это массаж спины или еще какой-то большой поверхности тела? Тень улыбки на губах, когда заканчиваю с большим. Обхватываю его руку своими, массирую тыльную часть большими пальцами, незаметно лаская мизинцами ладонь, от чего по его руке проходит ощущаемая мной дрожь. Поднимаюсь до запястья, надавливая чуть сильней, и тут же возвращаю пальцы обратно, едва касаясь. Переворачиваю кисть — Олег чуть напрягается.

— Расслабь, — шепчу я, не отводя глаз.

Не сразу, но под моими легкими разминающими движениями он снова расслабил руку. Широкая ладонь с чуть грубоватой кожей. Провожу, едва касаясь, по центру ладони — судорожный вздох и взгляд, обещающий… — Явственно представляю, каково почувствовать его руки на своей коже… саму чуть не бросает в дрожь, но надо держать лицо. Вопросительно приподнимаю бровь — его прищур — переплетаю наши пальцы и с оттяжкой прохожусь по всем суставам пальцев, чтобы тут же в качестве извинения скользнуть по его ладони легкими круговыми движениями.

Думаю, пока хватит, прежде всего, мне. Переворачиваю его руку тыльной стороной вверх и уже с последней лаской-прощанием оставляю его кисть лежать на столе.

— Я сейчас приду, — едва подавив хрипловатые нотки в голосе, сказала я и, подхватив сумочку, отправилась в туалет, чтобы вымыть руки и самой чуть прийти в себя.

Буквально через пару минут вернулась обратно.

— Легче стало? — поинтересовалась я.

— Разве что руке, — улыбнулся Олег.

— Чего и добивалась, — и тут же сменила тему. — Гулять пойдем или еще посидим?

— Сейчас счет принесут, — он сделал знак рукой официанту.

Счет принесли быстро, Олег расплатился и мы вышли в сумерки, разгоняемые огнями города. Спокойная прогулка по аллее, уже знакомой до последнего куста. Посмотрели на ребят, танцующих капоэйра под ритм, призывающий присоединиться.

Прощались мы опять же перед кафе. Олег слегка провел пальцами от запястья к сгибу локтя:

— Приятных снов.

— И тебе.

Загрузка...