Байки о любви, семье и теще

Но и в этот вечер никакой стыковки не получилось. Федя после такого надлома даже не пошел провожать Марину - сослался на боль в голове. Хотя болело вовсе в другом месте. Тем более - как идти? В раскорячку? Так он не кавалерист, а без пяти минут филолог.

- Что делать-то? - спросил Федя, когда на кухню на цыпочках вошел Славка. - Спрыгнуть с дерева теперь, что ли?

- Болят? - догадавшись об очередной неудаче, спросил расстроенный за друга Славка.

- Они болят, а сердце стонет.

С минуту сидели молча, а потом Славка, словно уколотый ежиком, стукнул себя по лбу и подпрыгнул.

- Ты что делаешь, когда у тебя зуб или горло болят?

- К врачу иду. - не принимая восторга друга, понуро ответил Федя.

- К врачу-у! Сначала, наверное, содой или солью полощешь!

Федя измерил товарища издевательским взглядом:

- Думай, что лепишь! Что ж я тебе яйца в соли буду полоскать?

- А ты что - барышня кисейная? Впрочем, мне-то что - твои яйца и делай с ними, что хочешь!

Но, посмотрев на совсем сникшего друга, принялся за дело. Из кухонного шкафа на стол вылетели банки с содой и солью, рядом стукнулся небольшой пластмассовой тазик.

- Айда в ванную - сказал тоном, не принимающим возражений.

Федя махнул рукой и подчинился.

- Начнем с содовой ванны, - предложил хозяин квартиры, разводя порошок в тепловой воде - Я сначала всегда содой больной зуб полощу.

"Бассейн" был готов.

- Как, полоскать-то?

- Пригнись в коленях и запускай.

Федя послушно притопил. Продержал минут десять. Ругался, что вода горячая. Что после этой процедуры вообще ни с одной девчонкой у него больше ничего не получится. Как и следовало ожидать - не помогло. Тогда заменили содовый соляным. Приседал, макал, водил из стороны в сторону. Как мертвому припарка. Наконец, надел штаны и, чертыхнувшись, раздосадованный вышел из ванны: "Тоже мне лекарь нашелся!" Следом вывалился Славка.

- Может анальгинчику?

- Я и без твоих советов уже три пачки сожрал. - отмахнулся Федя.

Но Славка снова воспрянул духом:

- Слушай, у меня есть знакомый, который учится в медицинском на четвертом курсе. Может ему позвоним?

Федя поднял глаза на кухонные ходики.

- Что в два часа ночи твой знакомый будет мои фиолеты обхаживать?

- Ничего! - успокоил неунывающий Славка, - Я ему когда-то тоже помогал. Всю ночь стилистику в курсовой выправлял. Писать он не умеет, зато в медицине голова у него варит в правильном направлении. Тем более он всю жизнь мечтал на скорой помощи поработать. Практики набраться.

Набрал номер и переключил аппарат на громкую связь, чтобы и Феде слышно было. Трубку сняли только через минуту.

- Зиновий? Извини, что поднял. Но вопрос у меня неотложный. Посоветуй, что надо делать, когда яйца болят и синеют?

- Тогда кастрируют, - раздался с другого конца провода недовольный голос, - Ты что утром не мог позвонить?

Никак не мог, Зиновий, - подмигнул Славка совсем впавшему в отчаяние дружку.

Из-за его болят-то? Застудил? - уже более миролюбиво произнес голос будущего врача.

Обнимушки, обжимушки, поцелуйчики... А дальше...

- Можешь не досказывать, - хихикнув, перебил телефонный аппарат, Есть одно средство... - голос замолк.

- Ну говори же какое! Не тяни кота за...

- Разве кота? - сыронизировал Зиновий, - Ну да ладно, записывай. Необходимо, согнувшись в поясе, попробовать поднять что-нибудь тяжелое. Несколько раз.

- Что?

- Ну, штангу, например, килограммов в двести.

- Медик-педик! Какая штанга! - стал терять терпение рассудительный Славка.

- Сам ты... Слушай внимательно, ловелас. - тоже рассердился Зиновий, Дураку понятно, что в таких случаях следует направить поток крови к другим органам. Практикой подмечено - прием срабатывает практически на сто процентов. А чтобы у тебя, неудачника, не сломался твой хилый позвоночник, лучше не наклоняйся, а приседай и в то же время поднимай штангу, используя мышцы ног. Понял? Могу я теперь лечь спать, а то семинар завтра?

Славка понял, что медик нисколько не шутит. И тут же почти закричал, нагнувшись над телефонным микрофоном:

- Так где ж, я тебе среди ночи штангу найду?

- Что ты к этой штаге привязался? Любую тяжесть можно использовать. Лю-бу-ю! Попробуй приподнять машину за бампер. Рывок на 3-4 секунды. Не больше. Если после твои яйца болеть не перестанут - ещё один раз повтори подход. Все - гудбай! - донеслось прощание и от телефонного аппарата стали исходить заунывные гудки.

- Ну что, пойдем на улицу тягать батькину "Тайоту"?

- Твой медик - не шизанутый? - прослушав разговор, вопросом на вопрос ответил Федя.

- В отличие от некоторых у него с мозгами как раз все в порядке.

...После второго подхода к серебристой "Тайоте" боль в Фединых яичках, к удивлению, угомонилась. Практически её совсем не стало. Федя даже повеселел.

- Надо же - сексозаменитель какой! Может ещё раз попробовать? - глянул на Славку.

- Остынь. Пока не ясно, сколько раз тебе в жизни придется проделывать это упражнение, - охолодил его товарищ. - Ненароком сломаешь позвоночник, тогда уже и яйца лечить не придется.

Через пару дней Федя, у которого не было своей машины, снова силился приподнять "Тайоту" за бампер. И через неделю сделал несколько подходов. С регулярной периодичностью упражнения повторялись в течение двух месяцев. И всегда чудодейственный способ приводил к положительному результату. А потом Федя с Мариной стали мужем и женой.

Славка был на свадьбе шафером. Там и познакомился с подругой Марины.

Прошло ещё два месяца, и бампер у почти новой "Тайоты" отвалился. Славка не стал прибегать к полосканию солью и содой. Как отказ, неудача сразу к машине. Лишь его отец долго удивлялся и на чем свет стоит материл японскую известную автомобильную фирму: "Качество, видите ли у них, качество. Между ног бы бить за такое качество..."

1999 г.

ЗА ДЕРЖАВУ ОБИДНО!

За неделю до выборов предприятие посетили два кандидата в депутаты экономист и космонавт. Рабочие приветствовали обоих равнозначно. Не Гагарин же приехал и не Терешкова. И кто сегодня может побожиться, что космонавтов по-прежнему меньше, чем экономистов? Вот Синюхин, например, не может.

Доктор юридических наук минут десять впудривал всем в мозги, что вот если он, с помощью того же Синюхина и его товарищей, получит депутатский мандат, то всем, непременно, станет жить легче и лучше. Потому что курс доллара по шкале Доуна Джонса сразу упадет как хозяйство у импотента, дефолт прижмут к стенке как американского контрреволюционера, а с общим валовым продуктом всерьез разберутся люди из службы безопасности. Как в один момент разобрались с организованной преступностью. Было такое...

Короче с экономистом и его программным выступлением всем все было понятно. И коллектив бурно выразил свою готовность поддержать кандидата в депутаты. Тем более не кто-нибудь, а доктор наук!

Непонятно было с космонавтом. Ну такую ересь нес, такую лапшу на уши всем накручивал, будто перед ним не рабочий класс находился в актовом зале, не гегемон, а так - лесные ежики без мозговой корки. Но, извините, разве пролетариат не понимает, как разворачиваются солнечные батареи на орбитальных станциях; не может отличить одноразовый космический корабль от многоразового, не понимает, как и в какое время отваливаются ступени аппарата по мере удаления его от Земли?

Антон Синюхин в пол-уха слушал весь этот бред, одновременно раздумывая: сразу после "лекции" направиться домой или сначала прогуляться до пивной точки?

От жизненно важных дум его отвлек крик заместителя директора по сбыту.

- Товарищи, друзья, ну неужели ни у кого нет вопросов к кандидату в депутаты? К космонавту, наконец? Ведь перед вами представитель такой почетной профессии! Когда вам ещё повезет пообщаться с таким человеком?

- А ему когда? - спросил, не вставая со стула Синюхин.

- Что, когда, Синюхин?

Антон поднялся:

- Удастся с нами пообщаться...

На лацкане пиджака космонавта дрогнула покрытая золотом медалька, и он, посмотрев на заместителя по сбыту, добродушно улыбнулся Синюхину:

- Я каждый день по два, а то и по три раза встречаюсь с рабочим классом.

- Ха! - съязвил Синюхин, - Выдвигайте меня кандидатом в эти самые, и я даже во вред своему здоровью хоть по десять раз на дню готов общаться с классом космонавтов.

- Интересная личность, - кивнув в сторону Антона, вполголоса сказал космонавт заму по сбыту, не теряя на лице обвораживающей улыбки.

- Тот ещё му... - Зам недоговорил, лишь тяжело вздохнул и подпер голову кулаком.

- А вы думали, что здесь одни напильники сидят? - словно подтвердил недосказанное замом по сбыту выражение спросил Синюхин.

Космонавт смутился:

- Ну зачем вы так. Я ведь вас не обижал.

Зам по сбыту густо покраснел и поднялся на выручку покорителю космоса:

- Синюхин у тебя конкретный вопрос есть?

- А как же?

- Надеюсь по теме?

- Конечно. У нас тут с ребятами из бригады даже спор зашел по поводу космических полетов.

- Ну, так задавай, чего тянуть кота за... Тьфу! - зам вытер лысину и снова опустился на стул.

- Я не знаю, как бы это культурнее сформулировать...

- Да не стесняйтесь, - подбодрил космонавт, казалось, готовый ответить на любые вопросы. - По-моему в этом коллективе женщин не наблюдается. Давайте по-свойски.

- Ну в общем, мы тут с товарищами на досуге долго спорили, чуть до драки дело не дошло, даже Пантелеич, наш бригадир, может подтвердить. Помнишь, Пантелеич, газету, в которой ты подлещиков вяленых приносил под пиво...

- Вопрос-то в чем? - постарался перезаключить внимание от пожилого рабочего к своей персоне космонавт.

- Ах, да! Вопрос. Так вот... были ли у мужчин с женщинами в космосе интимные отношения?

Синюхин склонил голову на бок, прищурил глаза и стал смахивать на крестьянина из фильма "Чапаев". Того самого, который говорил, что и красные грабят и белые. Зам по сбыту тут же посмотрел в глаза космонавта и во всю мощь гаркнул в сторону Антона:

- Ты что, совсем трахнулся, Синюхин?

- Не совсем, - поправил начальника представитель пролетариата, - а систематически или по мере возможности. Если сам не устал, если жена в распорядке, если, наконец, настроение есть... А вот как там, в космосе, мужики по году без бабы проводят, мне бы и хотелось узнать. Ведь были же интимные связи? Были?

- А как же! - бодро заулыбался космонавт, - И разнополых крыс с собой на борт брали для экспериментов, и рыбок, и лягушек. Скрещиваются, знаете ли...

- Вы нам тут ещё про мух дрозофил дифирамбы пропойте, которые до Юрия Гагарина туда летали и исправно плодились.

- Было и такое. А вы-то что хотите? Чтобы я в который раз сказал, что между людьми в космосе интима пока не было...

- Между людьми не знаю. Я спрашиваю были ли между мужчиной и женщиной?

Космонавт заметно покраснел. Он, видимо, совсем не был готов к такой откровенности. Он закусил нижнюю губу, выдержал паузу и спокойно ответил:

- Вот я и говорю вполне серьезно. Не было. Ни на наших кораблях и станциях, ни на американских. Может быть, в скором времени и будут. Но пока такое не возможно.

- А если серьезно, то чем же полгода на орбите в кругу мужчин занималась одна наша космонавтка? Зачем другую послали вместе с четырьмя пилотами? Так, за красивые глазки? Есть же, наконец, потребность! В космосе побывало около четырех десятков здоровых баб и свыше двухсот натренированных мужиков! Что же все святыми вернулись?

- Так к Нему и летали. - Отшутился кандидат в депутаты, Очищаться от земных грехов. Но если серьезно, то в космосе о женщинах не думаешь работы полно. Режим строгий. Да и без экспериментов понятно, что в условиях невесомости заниматься сексом невозможно.

- О, уже теплее! - похвалил за маленькую откровенность космонавта Синюхин и с гордостью поглядел на товарищей в зале. Те поняли, кто теперь владел инициативой. Подбодренный Антон снова обратился к гостю, - А как же тогда занимались сексом американские космонавты?

Тот откровенно расхохотался:

- А кто вам сказал, что они там этим самым сексом занимались? Сами космонавты или президента Америки?

Синюхин снова повернулся к рабочим:

- Мужики, обратите внимание, как нас тут за полных дураков держат, как кандидаты в депутаты с нами могут разговоры вести! Мы им верим, выбираем, а потом они нам - по ушам, по ушам... - Он артистично и в одно мгновение развернулся на месте и строго ткнул пальцем в грудь космонавта, - Вы и впрямь думаете, что здесь напильники! А я вам докажу обратное. В 1992 году американское космическое агентство запустило в космос мужа и жену. Это были Марк Ли и Джан Дэйвис! Но перед тем как их послать на орбиту....

- Но между ними не было никаких половых отношений! Там! - космонавт выразительно поднял глаза к потолку. - Тем более я основываюсь на высказываниях самих же американцев. Мы с ними тоже обсужадли эту тему. Тет-а-тет...

- Ну как же, скажут они вам. Даже тет-а-тет. Тут самим надо делать выводы. Мы ведь головы на плечах имеем, а не гайки. Перед тем как послать на орбиту мужа и жену, - понизил голос Синюхин, - американцы затратили на трехлетнюю подготовку сотни миллионов долларов. А они, капиталисты, сами знаете, денег на ветер не бросают. По вашим же словам выходит, что Марк и Джан в турпоездку отправились, прокатиться...

- Космонавт тяжело вздохнул:

- Ну пусть. Да летали. Муж и жена. Но сексом не занимались. Вы понимаете о чем я веду речь - людям это пока не-воз-мо-жно!

Синюхин ехидно дернул правой щекой.

- Невозможно?

- Нет.

- Тогда скажите, вы где готовились к полету?

- В центре подготовки, разумеется.

- И в бассейн вас в специальных скафандрах выпускали?

- Да, есть такой способ привыкания к работе в невесомости.

На лице Синюхина появилась восторженная улыбка. Он снова повернулся в зал и громко задал вопрос:

- Мужики, кто из вас в море или озере занимался любовью с женщиной, поднимите руки!

Зал дружно загоготал и вверх поднялось несколько рук. Синюхин торжествующе посмотрел на своего оппонента, заверив:

Большинство занималось. Просто стесняются признаться. Но я вот к чему: если работа в воде отождествляется с работой в космосе, почему случка мужчины и женщины невозможна в невесомости?

Видно было, что космонавт очень хотел что-то возразить. Не знал, как бы это сделать поделикатнее. Но Антон под общее одобрение товарищей не дал выговорить кандидату в депутаты ни слова:

- Поверьте, мы и газеты выписываем и научные обозрения почитываем. И знаем, что той же самой наукой установлен факт о возможности секса в невесомости.

- Что вы говорите! Это какой же наукой? - задергался от смеха космонавт, даже медалька на пиджачке затряслась.

- Не ерничайте, уважаемый. Вам это не к лицу. А вот всему миру известно, что не получается любовь в невесомости только традиционным способом. Когда, извините, нос к носу. Это - чистая правда.

- Что тогда неправда?

- Все ещё каламбурите? Ну-ну! А "неправда" в том, что американцы с успехом использовали шесть способов. Два с помощью приспособлений, чтобы паре лишние силенки поберечь, и четыре, так сказать, самые "натуральные" земные позы.

- Силенки, говорите, поберечь? - удивился космонавт, - Так там же вообще сил не надо прикладывать. Невесомость...

- Еще как надо! Эта самая невесомость и заставляет вовсю пахать, чтобы друг дружку от себя не отталкивать. Огромная, надо заметить, мышечная сила требуется! А для этого они, американцы, в три раза больше, чем мировые рекордсмены три года и тренировались у себя в центре подготовки полетов. Неужели вы этого не читали в газетах и журналах, товарищ космонавт?

- Такой бред первый раз приходится слышать. - Ответил кандидат в депутаты и демонстративно посмотрел на часы. Потом обратился к Синюхину, У вас все? А то у меня сегодня ещё одна встреча на металлургическом...

- Да у меня-то все. Теперь понятно, что вы и в своей-то области человек не компетентный человек, а туда же - в политику.

Кандидат в депутаты, готовый было уже с помощью заместителя по сбыту, поддерживающего его за руку сойти с трибуны, снова остановился. Стараясь скрыть раздражение и держать себя в руках, он снова обратился к Синюхину: Хорошо, Пусть будет по-вашему. Секс в космосе есть. Не важно - какой. Но есть. Но почему у вас к этой теме на Земле очень нездоровый интерес? Вы кто, маньяк? Или на себе хотите испытать космические перегрузки? Но сами-то, уверяю вас, никогда в космос не полетите!

Теперь уже всем стало видно как разозлился космонавт.

- Я туда и не собираюсь. Мне за державу обидно. - Усаживаясь на место с самого края ряда, ответил Антон Синюхин, - Вы что дожидаетесь, когда французы смастерят свой космический корабль, запустят его на орбиту с группой мужчин и женщин и первыми всему миру покажут, как надо там заниматься любовью? Этого хотите?

Космонавт посмотрел на зама по сбыту так, будто ему срочно требовалась психологическая разгрузка. Но Синюхин уже разошелся во всю. Подскочил с места, схватил бригадира под руку.

- Мне за державу обидно! Разве ты, Пантелеич, не радовался, когда по радио сообщили о спутнике, в котором, как потом оказалось, с успехом размножались дрозофилы. И за этих лесбиянок, Белку и Стрелку, тоже нужно поднять бокалы. И здесь мы первые! Хотя по нашему трудовому разумению, запускать нужно было, к примеру, Белку и Дружка, а потом Стрелку и Бобика. И животным приятно и науке. И первого человека мы запустили, и первую женщину... Обида берет, что за Америкой не уследили, когда они своих на Луну. А теперь ещё и в сексе первыми станут. Глядишь, какая-нибудь мамаша-янки первой на орбите ребеночка родит...

Космонавт выдохнул из себя воздух так, как будто собирался выпить целый стакан спирта.

- Ну все, товарищи, мне пора. Интересной у нас получилась беседа. Хотелось бы вам пообещать, что став спикером, обязательно займусь вопросом о проблемах российского деторождения на орбитальных станциях. Но, увы...

- Увы-ы, - тихо передразнил Синюхин и бросил взгляд на стенные часы. Пивной ларек, где он всегда покупал дешевое пиво уже был закрыт. Он поймал за руку бригадира, - Слышь, Пантелеич, где сегодня будет выступать ещё наш герой космоса?

- У металлургов. А что?

- Айда к металлургам, Пантелеич! Покуражимся...

- Да пошел ты, Синюхин. Тебе и прошлый раз, как человеку доказывали, что нет там никакого сексу. А ты сразу в драку. Чего ж с кулаками к космонавту не полез. Знаешь, что он бы тебя быстро образумил...

Старик заковылял к выходу из актового зала.

2000 г.

ОТТЯНУЛСЯ

После туристической поездки в Петербург, одного мужика, он слесарем работал на машиностроительном заводе, жена совсем заела. В городе на Неве посетили они знаменитую кунсткамеру, где "блатной" экскурсионной группе, в которую они случайно попали, за дополнительные деньги показали два легендарных экспоната - человеческие фаллосы. Один голландский, из рюйшевской коллекции. Второй - русский, петровского времени, от какого-то кузнеца. То были всем фаллосам фаллосы! Несколько женщин аж завизжали от восторга.

Мужик со своей женой из музея вышли и, пока добирались до гостиницы, супруга все не могла прийти в себя. Только чуть слышно повторяла: "Колоссальные штуки!"

А дома началось: ну, что у тебя за член! Так, перышко для чернильницы Слово за слово и оказалось, что на протяжении десяти лет женщина не испытывала во время интима никакого удовольствия. Сколько не пытался он доказывать, что вовсе не в длине дело, баба твердила совсем обратное...

В общем понял мужик, если что-то не предпринять, то в скором времени обязательно лишиться он своей скверной бабы. Скверная-то скверная, но любил он её без ума.

Где-то в газете вычитал, что какая-то клиника пластической хирургии гарантирует после некоторого вмешательства стопроцентный успех: член чуть ли не вдвое увеличивается. Нашел клинику, сунулся к администратору и вышел ошалелый. Таким, как его баба после посещения злополучного запасника в кунсткамере. Столько, сколько просили за операцию он мог заработать только в течение двух лет.

Повздыхал и пошел на работу. Благо дружок немного успокоил, рассказал, что одному мужику за 10 тысяч долларов тоже сделали операцию на детородном органе. Только желаемого эффекта не получилось: член не увеличился, а, наоборот, уменьшился. До сих пор тот мужик с клиникой судится...

- Ты вот, что, - вдруг посоветовал эрудированный товарищ, совсем отчаявшемуся дружку, - Попробуй его оттянуть.

- Как ты себе это представляешь?

- Повесь на него что-нибудь тяжелое и ходи. Только не свинец - вредно. Вытягивают же хирурги ноги и руки своим пациентам таким образом. А член без костей ведь. Его и подавно можно оттянуть...

Мужик послушался дельного совета, заперся в слесарной мастерской и решил прикрепить к своему хозяйству подшипник. Граммов двести весом. Да вот беда, сколько не закреплял лейкопластырем металлическую штуковину, все она норовила соскользнуть и пришибить пальцы на тогах. Подшипник для оттяжки явно не подходил.

Обшарил мужик всю слесарную мастерскую, но в качестве "отвеса" нашел только огромную ржавую гайку, диаметр отверстия которой точь-в-точь совпадал с диаметром причинного места.

Помыл её мужик в керосине и накрутил на то, что нужно было оттягивать. Гайка, словно обручальное кольцо, впору пришлась. Как будто тут и была.

Несколько часов в раскорячку переходил мужик от верстака к верстаку, а к обеду его по нужде потянуло. Вытащил свое хозяйство в туалете и обомлел. Член-то не только удлинился, но и округлился - стал гораздо шире. Опух и покраснел. Попробовал мужик оправиться - не получается. Боль дикая! Понял: гайку надо сию же секунду снимать. Да не тут-то было!

Два часа по производству бегал, то и дело прикладываясь к гайке. Пенис на глазах толстел и багровел, а гайка, сколько не мазали её кремами и вазелинами, даже не думала "сворачиваться".

Тот же товарищ - хирург, мать его! - и посоветовал: дескать, пока не поздно пора неотложку вызывать.

Дежурная по "Скорой помощи" долго уточняла симптомы болезни по телефону, затем хихикнула и сказала, чтобы через четверть часа встречали около проходной машину.

Хирург, симпатичная моложавая женщина, осматривая травму, во что бы то ни стало старалась быть серьезной, но когда поняла, что от её знаний и способностей мало чего зависит, все таки улыбнулась:

- Вас срочно надо везти в институт урологии. Может быть там что-нибудь придумают. Хотя, навряд ли! Давайте лучше службу спасения вызовем. Снять гайку уже не получится, а вот если попробовать перекусить или распилить... Словом, иного способа не вижу.

Приехали спасатели. Один из них, долго ходил вокруг мужика с огромными гидравлическими ножницами, но так и не решился их использовать: а ну как соскочат! Тогда вместе с гайкой и...

"А если электропилой - болгаркой? - подал идею кто-то. - Оставляем полмиллиметра металла, а потом собьем! Кто возьмется пилить?" Смельчак отыскался.

Товарищ-советчик, дабы за глади свою вину, уже за водкой сбегал и перед операцией поднес дружку стаканчик.

Как струей рассыпались искры из-под "болгарки", мужик не видел. Он смотрел совсем в другую сторону. В время, казалось, совсем остановилось. Но все-таки дождался заветного момента, когда почувствовал невероятное облегчение. Как будто кто-то его тянул, тянул, а потом взял и отпустил.

Рассыпался в благодарностям медикам и спасателям. А когда домой вернулся и хотел сказать своей бабе все, что о ней думает, она к нему голову на грудь положила. Кто-то из "доброжелателей" уже позвонил и доложил ей об операции. "А я и не думала, дорогой, что ради меня готов пожертвовать собой. Только не делай больше ничего. Мне и так с тобой хорошо..."

А член, казалось мужику, и в самом деле оттянулся. Конечно, не так, какие они видели в кунсткамере, но жене хватать стало.

2000 г.

ЛЮБВИОБИЛЬНАЯ

В одном поселке городского типа жила незамужняя женщина. Незамужняя потому, что уж больно страшненькая была. С лицом как у Фантомаса, с фигурой, которую только и сравнить что с огуречной бочкой. Мужики на неё в карты играли. Кто проиграл, должен идти к ней и... сами понимаете, что делать. Но никто не смог это сделать, кроме одного, который был в стельку пьян, да и ко всему прочему шапку-пидорку себе на лицо натянул.

А уж эта самая тетка как только ни старалась, чтобы заманить к себе в гости мужиков! Надеялась, наверное, может что и получится? Тоже ведь живой человек и тоже сексуальных радостей хотелось. И надо заметить, мужики к ней заходили. Только не за этими самыми радостями, а когда денег не было, а выпить уж очень сильно хотелось. Дело в том, что эта тетка гнала первоклассный самогон. Так вот, приходили мужики, выпивали, а когда дело доходило до расплаты, на карачках, но как реактивные выползали из квартиры.

Между прочим, многие жены в том поселке отлично знали, где за бутылкой тусовались их мужья. Но никаких карательных мер к радушной хозяйке не применяли. А за что на неё ругаться, если их мужики боялись постели в той квартире больше чем атомной войны! Мало того, жены даже между собой соглашались: мол, пусть лучше пьют у Фантомасихи, чем за углом. Да и семейный бюджет не страдал - там-то на халяву!

А когда встречались на улице с Фантомасихой, здоровались как ни в чем не бывало и спрашивали с усмешкой?

- Мой-то вчерась у тебя был?

- Где ж ему ещё быть? - принимала позу женщины-покорительницы Фантамасиха, - У меня.

- Ну и как?

- Очень даже весело порезвились...

- Любвиобильная ты наша! - ехидствовали женщины. - Всех наших мужиков через себя пропустила. Пора тебя убивать!

- Какая есть! - отвечала Фантомасиха.

После таких разговоров ей становилось до боли обидно не за то, что эти козлы без яиц пьют и закусывают даром, а за то, что женщины не видят в ней соперницу и ко всему прочему ещё и издеваются. И решила она отомстить и мужикам и их насмешливым женам.

Однажды по утру всю шею себе украсила искусными засосами с помощью йода и губной помады и отправилась в булочную, где имели обыкновение собираться поселковые женщины и обсуждать последние новости. По счастливой случайности в магазине встретилась с двумя самыми язвительными бабами, мужья которых накануне побывали у неё в гостях и нажрались как свиньи. Те пошушукались, посмеялись в платочки и подходят к Фантомасихе:

- Ну как наши мужики? Горячие?

- Устала от них, - ответила Фантамасиха, - Всю ночь как заведенные. То один, то второй. Вся шея и грудь в засосах...

- Да откуда у тебя грудь-то? - засмеялись тетки.

- А это видели, - оттянула она ворот кофточки и обнажила шею с искусственными засосами, - Сказали сегодня после работы опять забегут...

Тетки вмиг перестали смеяться и подозрительно оглядывали испещренную мужской страстью шею конкурентки. По их широко раскрытым глазам было видно, что закралась в их сердца червоточинка по поводу благонадежности своих мужей.

А Фантомасиха, обрадованная тем, что смогла заронить тень сомнения в женах-хохотушках, вернувшись домой, растворила в трехлитровой банке с самогонкой пачку димедрола и стала поджидать халявщиков.

Мужики, как и обещали, постучали вечером в дверь. Обрадовавшись фантастической дозе спиртного, потерли руки и уселись за стол. А через пару часов уже спали мертвым сном.

Тут и началось главное действо. "Любвиобильная" стянула с них штаны и рубашки, оставила, как говорится, в чем мать родила, перетащила голые тела к себе на кровать, разделась. Затем отперла все задвижки и засовы с двери, раскрыла шторы и бух в постель между двух мужиков. Одному свою голову на грудь положила, другому на живот ноги забросила. Не успела принять позу, как в квартиру кто-то грозно и настырно начал стучать. Поняв, что открывать никто не собирается, незваные гости начали долбить в дверь ногами. Та, под напором нескольких ног, естественно, открылась, и две женщины, чьи мужья почивали в постели Фантамасихи, ворвались в комнату.

Даже двоим теткам тягаться в силе с Фантамасихой, было бы делом безуспешным. Поэтому они под насмешливые взгляды любвиобильной, стащили мужей с кровати и принялись хлестать их по щекам. Но так как разбудить мычащих существ не удалось, стали натягивать на них штаны и рубашки. Через полчаса сцена по вытаскиванию санитарками раненых с поля боя окончилась, и когда дверь за гостями захлопнулась, Фантамасиха достала с антресоли бутылку самогона, налила полный стакан, выпила и... горько расплакалась. Ей не нужна была такая победа.

1998 г.

МОЛОЧНЫЕ БРАТЬЯ

У Мишки Мочалина случилась любовь. На колхозном рынке, куда он пошел, чтобы купить огурчиков на закуску, познакомился с девушкой. Она там уборщица работала. Пришли вместе в мореходное общежитие. Вот здесь и случилось любовь.

После, когда они скрепляли свой любовный союз водочкой и закусывали огурчиками в гости - вполне возможно что даже случайно - зашел сокурсник. Славка Гримов. Якобы, узнать о времени зачета по ночной навигации. Его пригласили к столу. А чего же отказываться, если радушно приглашают?

Так вот, стали они втроем готовиться к зачету. В конце концов Мишку что-то развезло, он лег на койку и уснул. А Славка с девушкой пошли прогуляться. До магазина и обратно. По дороге Славка и почувствовал томление в сердце. К девушке. Когда купили "Смирновочки" Гримов и пригласил её к себе в комнату. Чего Мишке-то мешать? Пусть спит, раз так устал.

И у Славки с девушкой любовь случилась.

А потом Славка познакомил девушку с Колей Лузгановым. И Коля влюбился. Такая вот девушка была. Не сказать, чтобы уж слишком красивая. Но привлекла же чем-то будущих мореходов.

На другой день после зачета по этой самой навигации три товарища решили вспрыснуть это знаменательное событие и снова купили водочки. И как это бывает за столом в непринужденной дружеской беседе вдруг выяснилось, что стали они, так сказать, молочными братьями. И никто друг на друга не обиделся. Ребята они были современные, женится на девушке с колхозного рынка никто не собирался, да и как настоящие моряки придерживались они ленинского завета, который всем советовал делиться.

Прошла неделя и вдруг Мишка Мочалин обнаружил у себя на причинным месте болезнь. Как в туалет по-маленькому идти, так настоящие муки наступали. Он, умный парень, сразу "Популярную медицинскую энциклопедию" стал листать. Зачем раньше времени врачей беспокоить? Через десять минут изучения умной книжки понял: моряк без триппера, что судно без шкипера.

И стал Мишка, нервно прохаживаясь по комнате, грустную думу думать: идти врачам сдаваться или самопальный вариант лечения применить? Не успел прийти к какому-то мнению, как в комнату вбежал встревоженный Коля Лузганов.

- Ты, как брат?

Мишка в долю секунды определил по лицу товарища о его тревоге и, засунув руки в карманы, ехидно ответил:

- Так же как и ты, брат.

Побежали к Славке Грымову.

- Слав, у тебя ничего не болит?

- Не-е-ет, вытаращил на них глаза коллега по мореходному делу.

- И ничегошеньки тебя не беспокоит?

- А что меня должно беспокоить? - вопросом на вопрос ответил Славка.

- А писаешь ты как? - поинтересовался Мишка.

- Как-как? Струей, естественно.

- А девушку с базара ты любил? - отбросил всякую дипломатию Лузганов.

- Еще как...

- Врешь, гад! - закричал Мишка и, одержимый обидой, съездил Грымову в ухо. - Ты с ней не спал!

- Че руки-то распускаешь! - схватился Славка за ухо, - Спроси у неё самой! Да объясните же, в чем, собственно, дело?

- Вот в чем. - сказал Коля Лузганов и показал пальцем на ширинку.

Больше они не стали разговаривать с вруном Грымовым и пошли на колхозный рынок искать девушку.

Нашли в подсобке, где хранились разные ведра, метлы и швабры. На грязном диванчике девушка охмуряла очередного жениха. Под водочку, естественно. Ухажеру дали пинка и выгнали из помещения.

- Что ж ты, стерва, заразные болезни по городу разносишь?

Молочные братья хотели силу применить, но девчонка разрыдалась, мол ничего не знала, не ведала. Моряк, естественно, ребенка не обидит. Сжалились, присели на диванчик, выпили по сто граммов водочки, а потом каверзный вопросик задали:

- А со Славкой у тебя любовь наблюдалась? С третьим нашим другом?

- Да, - закивала головой уборщица.

- Не врешь?

- А чего мне врать? Легли мы с ним. А перед этим самым делом он резиночку достал. Пошутил еще, дескать, "Минздрав предупреждает..."

- Вот, мерин! - с досадой стукнул кулаком по столу Мишка.

- Крестьянин он! - сказал Колька, разлил оставшуюся в бутылке водку по стаканам и добавил, - Ну, чтоб дети СПИДа не боялись...

1998 г.

УВЯЛ ЦВЕТОК

Каждый день она благоухала новым ароматом. Позавчера источала запах весенней сирени, а вчера ему так хотелось петь: "Лаван-да-а! Белая лаван-да!" От её волос пахло лавандой. А сегодня она держала его под руку, и он просто млел от, казалось бы, обволакивающего всю округу запаха жасмина. А когда они с ней познакомились, она пахла розой. А когда впервые поцеловались в покосившейся санаторной беседке, ему казалось, что лежат они посреди огромного фиалкового поля.

Ох, этот жасмин! Его трясло от желания. Даже руки дрожали, даже губы тряслись и язык заплетался. Дурманящий запах жасмина, исходивший от нее, пьянил и призывал к решительным действиям. Но здесь же, ни в столовой! Ни сейчас же во время обеда!

Она втягивала в себя алыми губами длинную макаронинку, как бы намекая на то, что он ей тоже нравится. Он расправил плечи, казалось, пошевелил могучими мускулами. И она нарисовала в глазах томное желание...

- Сегодня, сегодня вечером! - с жаром сказал он и постарался накрыть своей узкую ладонью её пальцы, крепко держащие кусок санаторного хлеба. Ровно в двадцать один ноль-ноль! Я буду ждать вас около нашей беседки.

- Я боюсь! - тревожно посмотрела она на него, - О, боже, как страшно!

- Чего? Чего, а вы боитесь? Я буду с вами рядом. И никому, слышите, никому не дам вас в обиду!

- Нет-нет! Их много! Их тучи, полчища и вы с ними не справитесь! Как только мы встретимся, они сразу же набросятся на нас...

А запах жасмина делал свое дело. Он волновал, возбуждал, он влек и заставлял забывать о последствиях.

Она пришла в беседку в розовом кружевном платье без рукавов. С глубочайшим декольте. С таким глубоким, будто бы и не было его вовсе этого декольте. И через ажурные кружева розовело её упругое тело.

Они срывали друг с друга одежду. А когда срывать стало нечего, он прошептал ей:

- Вы мне нравитесь! Я от вас без ума!

- Я вижу! - ответила она и закрыла глаза.

И он занялся тем, о чем мечтал целых четыре дня. Он покрывал её плечи, грудь, живот поцелуями. Но от её тела больше не пахло ни сиренью, ни лавандой и даже жасмином. Ее, ещё несколько часов назад такое желанное тело, теперь исторгало запах сивухи. Отчего язык и губы теперь горели и, казалось, вот-вот потрескаются.

Он посмотрел на её возбужденные соски и... поднялся с колен.

Она испуганно смотрела на него:

- Что? Я уже не привлекаю тебя, любимый? Я вижу, что уже не нравлюсь тебе?

Он собрался с духом и честно признался:

- Твое тело источает яд!

- Ах, - она часто заморгала глазами. - Но я же говорила тебе, говорила...

- Что говорила?

- Что я их боюсь!

- Кого боишься?

- Их, - она сделал круговое движение обнаженной рукой, - Всех их, гнусных кровососов, комаров и мошек. Вот поэтому и намазалась специальной мазью.

Он одевал свои брюки не обращая внимания ни на нее, ни на яростные укусы рассвирепевшего гнуса. А как хорошо все начиналось - сирень, жасмин. "Лаван-да-а! Белая-я-я лаван-да-а!"

Увял цветок...

2000 г.

В РОЩЕ

Бомж Витя сразу приметил эту парочку и понял, что вскоре будет чем поживиться. Парень, крепко обняв двумя руками девушку за талию, так и шел в неуклюжей позе в направлении к роще. Она же то и дело откидывала свою рыженькую головку ему на плечо, мягко целовала в щеку, губы. На плече у неё на длинном ремешке колыхалась сумочка. Витя, соблюдая безопасную дистанцию, перебегал от куста к дереву, от дерева к кусту.

Раздеваться они начали сразу как только вошли в лесополосу. Она незаметно стряхнула с ног босоножки, а ещё через несколько шагов он уже помогал ей стянуть через голову тонкий джемперочек, который тут же был безжалостно брошен на нефритовую мягкую траву. В трех метрах от него упал лифчик, и Витя впервые за долгие годы увидел настоящую девичью грудь. Вздернутую к кронам деревьев, не помятую, с розовыми сосками-кнопочками. Затем самопроизвольно упала юбка упала, и её владелица грациозно перешагнув через неё осталась в одних снежно-беленьких ажурных трусиках. Сколько такие могли стоить? Да и будет ли Витя продавать трусики? Скорее всего подарит Томарке. Впрочем, налезут ли такие на её задницу? Навряд ли...

Жалко было рубашку, которую парень не стал расстегивать. Освободив девушку из своих объятий рванул рубаху так, что перламутровые пуговицы искрами разлетелись в разные стороны. А ещё через несколько метров парниша, высвободив девушку из своих объятий, уже босой долго прыгал на одной ноге, нервно стаскивая с себя узкие джинсы. Когда все-таки ему удалось от них освободиться они слились в страстном поцелуе и медленно оседали на траву, мягкую, шелковистую.

Витя присел на пенек метрах в двадцати от влюбленных, достал из кармана на половину выкуренную папиросу, подкурил и принялся дожидаться своего часа. Теперь, когда парень совсем утонул в траве, а обнаженное тело девушки с откинутой назад головкой было видно только на половину, он и не думал хорониться. Знал: счастливые никого вокруг не наблюдают. Хотя голову терять не стоило и нужно было дождаться момента, когда страсть влюбленных сделает их совсем незрячими.

Вот уже раздался первый стон полный неги и неземного удовольствия, и Витя поднялся со своего пенька. Он вытащил из кармана огромный полиэтиленовый пакет, смело сделал несколько шагов в сторону скачущей парочки и забросил в него босоножки, продвинулся ещё на три шага и поднял желтый джемпер. За ним в пакет перекочевали юбка и лифчик, рубашка без пуговиц...

- Остановись, слышишь! Замри! - раздался приказной крик девушки.

И Витя на секунду замер. Поймали? С поличным? Он выпрямился, виновато глянул из-под густых бровей на парочку и понял - команда предназначалась не ему. Девушка с полуоткрытым ротиком и закрытыми веками замерла. Сидела без движения и что-то шептала.

Витя негромко чертыхнулся и сплюнул. Он был уже совсем близко от ложа страсти и удовольствий. Но не на спектакль же он сюда пришел! Резко зашвырнул в пакет мужские туфли и огляделся: где джинсы то? Небось самая настоящая фирма, за которые на толкучке отвалят пару сотен рублей. Джинсы валялись метрах в трех от влюбленных, снова затеявших лихие скачки. Конечно, взять штаны было совсем небезопасно, но Витя решился. К тому же и момент был благоприятным: девушка уже не сидела на своем дружке, а слилась с ним в объятиях. Голубки, закрыв глаза и не останавливая движений, лизали друг друга и ничего вокруг не могли видеть.

Витя резким движением забросил джинсы в пакет и, развернувшись, уверенно зашагал к светлой солнечной полосе, откуда начиналась роща. В его пакете было товару рублей на тысячу. Это если продавать его по самым низким ценам. Это же сколько бутылок беленькой получится, делал он в уме свои расчеты. Если покупать самую недорогую водку, то хватит бутылок на тридцать. В день по две - на полмесяца счастливой жизни...

- Ну-ка подойди сюда! - негромко приказал Вите кто-то из кустов.

Витя повернул голову на голос и увидел трех милиционеров. Двое с неописуемым удовольствием наблюдали за действиями влюбленной парочки, а один манил его к себе указательным пальцем.

- Что там у тебя в пакете?

- Да вот, - пожал плечами Витя, прекрасно понимая, что его вычислили, - Кое-какая одежонка.

- Давай-ка сумочку сюда, - грозно потребовал страж порядка и, не дожидаясь выполнения приказа, вырвал пакет из рук Вити.

Тут же Витя ощутил на своей заднице увесистый пинок и сообразил, что его отпускают на все четыре стороны. Если не брать в расчет удар тяжелым сапогом по заднице, то Вите страшно повезло. Он мелким шажками засеменил из рощи, услышав за спиной голос милиционера, который обращался к одному из своих коллег:

- На-ка отнеси пакет и подбрось к ним поближе.

- А разрешите мне отнести, товарищ лейтенант.

- Ты молод еще, Карпухин. Вон, уже трясешься, а что будет, если окажешься рядом. Я тебе после дежурства лучше какой-нибудь порнофильм дам посмотреть. Пойдем-ка к машине, от греха подальше...

... - Милый, - ворковала раскрасневшаяся, но счастливая она, - Когда ты успел сложить нашу одежду в пакет?

- Я? - удивлялся милый, смахивая капельку пота с кончика носа, - Не было у меня никакого пакета.

- Лгунишка! - проворковала она, продевая руки в бретельки лифчика, Но я тебя все равно люблю.

- И я тебя! - целуя её в висок, отвечал он.

2000 г.

ТОЛЬКО УДОВОЛЬСТВИЯ РАДИ

У одного мужика жена в деревню уехала. Погостить к родителям, на целый месяц. Ну и мужик, как это принято в среднестатистических семьях, ударился во все тяжкие по принципу на "во" - водка, вобла, возня с бабами.

Но то ли скучно и одиноко стало в деревне женушке, то ли с конфликт с родственниками произошел, но вернулась она раньше положенного срока. Благо, муженек за час до её приезда успел очередную пассию из квартиры выпроводить.

Ну, при встрече с женой как это принято - поцелуйчики, обнимушечки, слова признания типа "милый", "дорогой", "как я без тебя соскучилась". А потом последовали и выражения пока мягкого упрека: "А почему это у тебя так грязно и посуда не помыта?" "А почему кровать не застелена?" И уже совсем без упрека, а с негодованием и возмущением:"А чьи это трусики под подушкой?"

И перед самым носом мужика в вытянутой руке жены "нарисовалось" вещественное доказательство в виде ажурных женских трусиков 50-го размера.

Понял мужик, что влетел по-крупному. И стал лихорадочно искать объяснение столь унизительному происшествию.

- Видишь ли, дорогая, - промямлил он, совершенно не рассчитывая, на понимание со стороны собственной жены, - Но я эти трусы для себя купил.

- Для себя? - брови жены дугами загнулись от такого странного признания.

- Исключительно для себя. Понимаешь ли, мне очень нравится нежное нижнее женское белье. И когда тебя нет дома я его надеваю, - нагло врал мужик. - Оно меня возбуждает.

- Уж не голубой ли ты? - только и нашлась что спросить благоверная.

- Нет-нет, успокойся. Только удовольствия ради. Я, пока ты была в деревне и халат твой надевал, и ночную рубашку.

- Бедненький! - сказала жена и повисла у мужика на шее, - Ну, а почему же ты мне раньше о своих наклонностях ничего не говорил?

- Стеснялся...

На этом инциденту быть бы исчерпанным. Но жена очень любила своего мужа и не могла не сделать ему приятное. На следующий же день отправилась в универмаг.

- Вот, - радовалась она, выкладывая на стол покупки, - Это все тебе. Пара трусиков, шелковая ночная рубашка, коротенькая маечка, колготки. Примерь-ка? Все эти вещи можешь носить нисколько не стесняясь.

Отступать было некуда. Мужик облачился в трусики и маечку, неумело натянул колготки и к своему удивлению почувствовал "высокое напряжение". Женская одежда и в самом деле его возбудила.

Он поднял жену на руки и понес в спальню. И произошло второе чудо: доселе инертная жена вдруг словно с цепи сорвалась. Сама нежно сняла с мужа майку, трусы, оставив колготки, и предалась любовным наслаждениям. Да как! Она была - порыв, неутомимость! Она делала с ним то, что никогда в жизни себе не позволяла.

"Боже мой! - думал мужик, - на хрена мне теперь все эти любовницы вместе взятые!"

Прошли месяцы. Мужик по бабам больше не шастал. Когда уж сильно приспичивало - надевал женские трусики. А когда появлялось желание у жена, она давала распоряжение:

- Ты колготки-то надень, дорогой!

И он с радостью выполнял её желание.

2000 г.

СУТЕНЕР

Один мужик решился свое дело открыть. Сам, недавний дембель, понимал, как трудно приходится молодому и здоровому человеку без женского тела. Два года, понимаешь, только в сапогах, без ласки, и, чтобы совсем не рехнуться, - наедине с самим собой. Некоторые, кто до службы в армии, жил активной, почти супружеской жизнью от вдруг обрушившегося дефицита, чуть ли головой в петлю не лезли. Куда ни шло, если полк или дивизия в каком-нибудь населенном пункте размещались. Но не редко случалось и так, что кроме войсковой части в округе не только женщины - ни одной живой души не сыскать.

И решил мужик помочь служивым в плане сексуально-эротического дефицита. Но проституток же в войсковую часть не повезешь! Да и к тому же, эти самые продажные шлюхи, торгующие своим телом, - девки жадные, корыстные, цены на свои услуги для малоимущих слоев населения снижать не согласные, не говоря уже о меценатстве в плане гуманитарной помощи.

А тут мужику пришла совсем другая идея. Заглянул он как-то в секс-шоп, увидел надувных кукол со всеми эротическими местами по сто баксов за штуку, и сразу же сообразил, Что с этими неживыми, но привлекательными девицами, секс-бизнес можно развернуть на широкую ногу.

На другой день он снова был в интимном магазине и, к радости скучающих продавцов, закупил пять надувных женщин. Двух брюнеток с большими грудями, двух блондинок с бюстом поменьше и одну шатенку - для разнообразия. В тот же вечер нес его скорый поезд в направлении карельских тундр, где дислоцировались ракетные части стратегического назначения.

Желающих срочной службы переспать с женщиной всего за пятьдесят рублей было хоть отбавляй. Конечно, кто-то намеривался устроить группой секс. Кто-то платил только за себя. А бизнесмен сидел на контрольно-пропускном пункте с блокнотом в руках и деловито бросал короткие вопросы:

Блондинку, брюнетку, шатенку? С большими грудями или нормально-средними? На час или на всю ночь? Для себя берешь или на всю компанию?

Почти всем нужны были блондинки с офигенными сиськами, округлыми бедрами, длинными белыми волосами и непременно ласковые, заводные и неутомимые.

Когда вечер окутал войсковую часть около КПП собралась группа солдат, жаждавших секса.

- Кто заказывал блондинку с большими грудями? - спросил сутенер через окошечко, куда караулу предъявляли отпускные и увольнительные.

В комнату вошел невысокого роста сержант и сутенер показал на подготовленную к работе развратную женщину:

- Забирай.

Служивый, увидав надувную куклу, несколько секунд не мог вымолвить ни слова.

- Так они не живые? - наконец выдохнул он.

- Да тебе-то какая разница? Ты бы с пьяной женщиной, которая в полной отключке, переспал?

- Переспал.

- Ну и эта такая же.

Сержант ткнул пальцем в грудь:

- Так ведь все ж не живое!

- Дурак, ты дурак. Только потрогай! На этих - интимные места в десять раз лучше чем у живых.

Служивый нерешительно положил руку на грудь и улыбнулся:

- И в самом деле - упругая.

- Что я тебе говорил! - с облегчением вздохнул сутенер, - А когда овладеешь, на седьмом небе от счастья будешь! Забирай, а через два часа принесешь обратно.

С остальными желающими женского тепла и ласки разговор происходил по одному и тому же сценарию, но никто из солдат не отказался от надувных подруг. Мало того, после полуночи на КПП заявились два молоденьких и пьяненьких лейтенанта, бросили на стол перед сутенером пятисотрублевую купюру и забрали шатенку, которая почему-то не пользовалась спросом у рядового состава, до утра.

Ночь принесла полторы тысячи рублей чистой прибыли. На день двух блондинок и брюнетку выкупили холостые прапорщики, сменившиеся с ночного дежурства. Лейтенанты доплатили ещё четыреста и также не пожелали расставаться с шатенкой в течение дня. Только брюнетка с нормально-средним бюстом, не теряя румянца и сохраняя вполне здоровый вид, была возвращена на КПП.

Все неделю личный состав ракетной части стратегического назначения оттягивался с надувными женщинами по полной программе. Мужика-сутенера даже зачислили на кухонное довольствие - только бы не уезжал. А потом провожали всей частью и очень просили, чтобы через месячишко-другой, когда пройдут намеченные учения по ликвидации натовской группировки противника, он вновь посетил краснознаменную часть со своими девочками.

А отчего же и не посетить? Даже несомненно и обязательно, потому как секс-группа во главе со своим сутенером отправлялась дальше - на побережья карельского севера, где размешались морские и пограничные части. А на обратном пути, можно и к ракетчиком заскочить. Поди, проголодаются после учебных стрельб...

1999 г.

НАШЛО ВДРУГ

Дед Степан совсем один-одинешенек остался. Старуха померла, дети разъехались. Разве что на месячишко-другой в летний сезон внук приезжает. Как говорит - оттянуться на свежем воздухе.

Внучок - гордость деда Степана. Продолжатель рода. Институт иностранных языков заканчивает, уже и по заграницам ездит. Помрет дед Степан - вся усадьба Витьку и достанется. Уже и завещаньице у нотариуса оформлено. Но внучок только смеется: "На хрена мне дед твоя изба? Неужели ты думаешь, что я в земле буду копаться?"

Э, да что он понимает!

Правда, дед Степан на тот свет пока не собирается. Не молодой уже, да вроде бы и не совсем старый. Всего-то 67 годков. Но здоровье и силушка ещё имеются. Свои приусадебные двенадцать соток сам по весне лопатой копает. А сколько навозу с фермы в огород на своем горбу перетаскал - тонны. Соседка Наталья порой облокотится на забор и с завистью наблюдает, как дед со своим хозяйством управляется. Степан тоже иногда поглядывает на неё с вожделением. Баба - кровь с молоком. Только-только полтинник разменяла. Все при ней и внизу и вверху. Эх, скинуть бы деду Степану годика три-четыре, тогда похлопал бы он Наталью по ягодицам.

Наталья тоже одинока. Муж, пьянь, ни дня без стопки не проживший, погиб под колесами собственного трактора. Как-то в разгар посевной нажрался самогону, полез в тенек под "Белорусь" соснуть часок, а трактор возьми и покатись. Да задним колесом глотку-то этому непутевому и прижал. Видимо, так Богу было угодно. А то ведь с чего бы это трактор на ровном поле сам собой покатился?

- Заходи вечерком на чаек, Степан! - игриво звенит с крыльца Наталья.

- Отходился я уже, Натуша. Чего зря-то чаи хлебать у такой бабы как ты, если тяги нету. Да и времени в обрез - Витька завтра приезжает. Картошечки накопать надо, яблочков снять.

- Ну, как знаешь, Степан, как знаешь. Мое дело предложить...

Витька приехал под вечер. На собственной иномарке. Говорит, купил по дешевке в какой-то Голландии. Приехал с тонюсенькой как ивовый прутик девчонкой. "Невеста она ему или так, баловства ради? - думал дед. - Вместе им стелить или порознь спать будут?" И решил погодить с выводами: если обниматься станут - значит в одну кровать и лягут.

На стол скатерть постелил. Картошка, огурчики, сало, колбаса домашняя, "фирменный" самогон на клюкве, вино рябиновое для гостьи, двухлитровая банка с сидром.

- А это дед тебе от меня подарок. Настоящий скотч. - Витька водрузил на середину стола прямоугольную бутылку.

- Что за скотч? С чего его едят?

- Шотландский виски. Можешь в него кусочек льда бросить.

Сели, разлили вискарь по рюмкам.

- Ну, с Богом, внучок. Спасибо, что хоть ты приезжаешь. А то твои мать с отцом, видимо, забыли, в какой стороне их отец проживает. - Сделал большой глоток, - Ба! Да это же самый настоящий самогон! К тому же плохо очищенный, да вдобавок и разведенный.

Внук положил руку на плечо своей зазнобы, задорно рассмеялся:

- Вот и я им там говорил, что наши российские умельцы могут такой вискарь тоннами штамповать. Только гораздо крепче и вкуснее. Ну, ничего. Ты, дед, этим напитком Наталью лучше угости.

У старика появились смешливые искорки в глазах.

- Ну, угощу. А дальше-то я с ней что буду делать?

- А то забыл, что мужик?

- Нет, Витюша, - не стыдясь девчонки, ответил дед, - Отстрелялся уже. Ах, ты, черт седой, парник на ночь забыл закрыть!

Дед кузнечиком соскочил с табурета, ласточкой выпорхнул из избы.

- Отстрелялся он, слышишь, Маринка? Но это дело-то поправимое. Давай-ка, мы ему таблеточку в самогоне разведем. Я для этого дела купил в Германии упаковку "Виагры".

Дед вернулся, держа в руках четыре розовых огромных помидора.

- Ну, что, дедуля, ещё по стопочке?

- Я - последнюю.

- Ай, ли?

- Больше двухсот граммов в неделю не употребляю. Это вам, молодым, и литр за раз уговорить труда не составляет.

Выпили, посидели. Дед что-то на табурете заерзал. А потом стал подскакивать, суетиться, подкладывая в тарелку ивового прутика разносолы, да маринады. Витька, глядя за ухаживаниями, улыбку в воротник рубахи прятал. А потом чуть ли не требовательно выпалил:

- Так соседку пойдешь вискарем угощать?

- Ах, понимаю, понимаю, - с готовностью оживился старик, - Одни хотите остаться. Дело молодое. А я и в самом деле схожу. Тряхну стариной.

Скоро надел пиджак, засунул в него заморскую посудину и вышел.

- Ну, держись тетка Наталья! - покатился со смеху Виктор.

...Утро солнечное выдалось, ласковое. Витька, нежно прикоснулся губами к щеке спящей девушки, спрыгнул с кровати, помчался во двор по ведру. Уборная в самом конце яблоневого сада.

Облегчился и хотел было уже снова к мягкой кровати бежать, да стал невольным свидетелем нервного разговора. Соседка налетала, дед оправдывался.

- Ошалел, ты что ли, черт старый. Заездил за ночь. Раздавил как трактор.

- Извини, Натальюшка, нашла на меня какая-то бесова сила. Сам себе удивляюсь.

- Два года импотентом прикидывался. А тут, видите ли, нашло на него! Сказал бы уж честно, что два года на молочную ферму не ради навоза бегал. Небось каждой доярке удовольствие доставил.

- Да о чем ты! Говорю же - нашло! Наверное, все дело в этом виски.

- Как же поверила! Выпил две стопки - и четыре раза. Без передыху. И ещё ему давай! Ты что, Степан, обалдел?

- Натальюшка!

- Иди, иди. Я тебе не мотороллер. Все болит с непривычки-то.

- И у меня болит. Тоже с непривычки.

- Иди. Потом.

Дед долго ходил по кухне. Как арестант: руки за спиной, голова опущена. Наконец сказал в сторону комнаты, где находились молодые:

- Вот что, Витька. Ты мне этого скотча ещё бутылок десять привези. Шибко понравился.

- Да не в виски дело, дудуля, - из за шторок выглянула улыбающаяся физиономия внука. - Дело в Виагре. Импортные таблетки есть такие, влияющие на потенцию мужчины. Я тебе вчера одну в самогон и подбросил.

Деду захотелось шлепнуть негодника по макушке. Уже и руку занес, да вдруг передумал.

- Ну так ты мне таблеток купи. Побольше.

- Дорогие они, дедуля. Пять упаковок стоят больше, чем моя иномарка.

Дед насупился, снова заходил из угла в угол. Потом сам заглянул за шторки.

- Ты, Витька, только купи! Я дом продам, к Наталье жить переберусь. Купи, слышишь. А то без этого дела и жизнь - не жизнь. А так, хотя бы раз в недельку и то благо.

Витька вышел из комнатки, положил на стол золотистую упаковку.

- Если раз в недельку - то этих на пару месяцев хватит. А там ещё привезу. Только дом не продавай. Нравится мне в деревне.

2000 г.

БЛАГОДАТЬ

Двух инженеров из столичного НИИ автоматики и механизации в командировку направили в небольшой провинциальный городок. Даже не городок, а что-то типа поселка, в котором и гостиницы-то никогда не было. Исследовательский институт для местного завода, который перерабатывал баклажаны и кабачки в консервы закаточную линию сконструировал. Но что-то в этой линии барахлило. Вот ребят и послали разобраться.

Администрация завода, в лице женщина лет сорока, заместителя директора по общим вопросам, предложила: хотите - заселяйтесь в барак, там мужское общежитие. А не желаете, можем отправить на постой в частный дом. К какой-нибудь бабульке. Благо, изб, где живут одни старики почти полпоселка.

- А в женское общежитие нельзя? - спросил один из специалистов, который был женат и уже имел двух детей.

Не поняв юмора, администраторша посмотрела как на сумасшедшего и строго ответила:

- Как это в женский? В женский барак - никак нельзя. Сраму потом не оберешься.

В мужское общежитие, где обитали сезонные рабочие, инженеры вселяться не захотели. Согласились пожить у старухи, чей дом размещался на окраине поселка. И бабка была рада гостям. Поговорить с кем будет, да и рассчитала подхарчиться за чужой счет. Пенсии-то с гулькин нос, вот и питалась тем, что росло в огороде. А из города командировочные и колбаску-сервелат привозили, и балычок солененький, и консервы вкусные. Да ещё и водочкой всегда угощали.

Довольная старуха взбила новым жильцам толстые перины и громадные пуховые подушки. Женатому, весельчаку, в дальней комнате. А совсем молодому, стеснительному и молчаливому уступила свою кровать в своей крохотной спаленке. Сама перебралась на кухонную кушетку.

В постояльцах не ошиблась. И рыбки они с собой захватили, и колбаски копченой. Слышала, как в сумке у женатого бутылки позвякивали, - значит и сто граммов нальют.

Накрыла на стол, что огород послал:

- Давайте вечерять, гости дорогие!

- А что, бубуля, девки-то в поселке красивые водятся? - спросил женатик, косясь на своего покрасневшего товарища.

- Красивые? Красивые-то все замуж повыскакивали, да детей наплодили. И те, кого мордой Бог обидел, самогонку жрут, да вечерами песни похабные горланят.

- На безрыбье и рак рыба, - с усмешкой сказал женатый.

- Это так, - подхватив вилкой кусок семги, ответила хозяйка, - А вы что, никак свататься сюда приехали? Так, может, и я ещё на что-нибудь сгожусь!

Бабка, довольная своей шуткой, до слез рассмеялась, обнажив желтые стершиеся от времени зубы. Попросила подлить ей ещё в рюмочку.

Когда поужинали, семейный инженер предложил товарищу по улице прогуляться - себя показать, других посмотреть. Но молодой, сконфузившись, глянул на бабку и отказался. Спать, мол, пора. И скрылся в спаленке.

Ночь душная выдалась. Да ещё эти перины пуховые - словно жаровни. Женатый инженер подушку на холодный пол кинул, улегся на половичок. И уснул бы, если б не услышал негромкий голос бабки, полный неги блаженства:

- Ах, ну ещё разочек и все! Ах, ох! Оторваться невозможно.

На сколько мог напряг слух - чмоканье какое-то, опять блаженный выдох. Да уж не напарник ли с бабкой любовью занимается? Вот так тихоня! А из кухни снова:

- Эх, ну-ка ещё разок! Чего уж там, аль не заслужила?

И снова чмоканье.

Сгораемый любопытством и желанием увидеть своего товарища в действии, женатик тихонько пополз на четвереньках к входному проему. Медленно приоткрыл занавесочки и увидел бабку. Та в ночной рубашке сидела в огромной жестяной ванне, до краев наполненной водой, рядом на табуретке стола бутылка водки, колбаска и балык в тарелке.

- Ах, как хорошо, - опрокинув в рот содержимое стопки, чмокая губами, закусывала она красной рыбкой. - Блаженство!

Сколько не пялил в сумрак глаза женатик, но товарища своего в кухне так и не увидел. Смахнул пот со лба и полез к себе на коврик. А ведь, старая, что придумала, в такую духоту в прохладную воду забралась. И кайфует под водочку...

2000 г.

ЗАВТРА ЗАМУЖ

Вика замуж выходит. У Вики настроение грустное, впору напиться. Нет, жениха она своего любит. Даже очень любит. Подающий надежды бизнесмен. Красив, аккуратен, внимателен. Чего, казалось бы, ещё надо? Но Вика подходит к буфету, достает бутылку коньяка и наливает в стакан. Грустно. Завтра - прощай, свобода. Привет борщи, котлеты и пеленки. Будущий свекор обещал на свадьбу подарить молодым стиральную машинку. Обрадовал, черт лысый! Хоть плач. И Вика, вытирая кулачком нахлынувшие слезы, снова идет к буфету.

Совсем грустно. Хоть бы кто-нибудь позвонил, что ли? Ага, легок на помине. Звонок. Жадно хватает трубку. Подруги.

- Ну, как настроение, невеста?

- Девчонки, милые, - навзрыд рыдает Вика, - Я, наверное, на себя руки наложу.

- С ума сошла, дурочка! Чего дома-то сидишь? Тебе развеяться надо.

- Развеваюсь. Почти стакан коньяка выпила. Не помогает.

- Да разве так развеваются? Накануне-то свадьбы! В ресторан надо или в бар. Хочешь, устроим девичник? Как в старые времена?

- Девичник? - Вике не хочется сидеть одной дома и дожидаться жениха, А что это мысль! Где?..

В ночном баре "Атлант" народу не много. Но почти одни женщины. На гнусавую певичку-шансонетку никто не обращает внимания. Статные красавцы официанты снуют между столиками, разносят дамам в огромных количествах джин и виски, водку и коньяк. Шампанское тут почти не пьют. Дамы предпочитают крепкие спиртные напитки.

- А когда спектакль начнется? - хватает официанта за рукав Галка.

- Ровно в одиннадцать, - галантно улыбается красавчик в белой рубахе.

- Какой ещё спектакль? - с недоумением оглядывает подруг Вика.

- Скоро увидишь, - у подруг заговорщицкие, хитрые лица.

- Это что за заведение? - оглядывается Вика, - Куда вы меня привели?

- В стриптиз-бар. Пусть это будет тебе нашим подарком к свадьбе. Говорит Галка.

- Не последним подарком, - уточняет белокурая Татьяна.

- Стриптиз? - с удивлением поднимает брови Вика, - Ну и что, между нами, девочками говоря, тут такого?

- Узнаешь, не дергайся...

Свет в зале разом отключился. Шансонетка куда-то испарилась. В сцену уперлись оранжевые и бордовые лучи прожекторов. В ту же секунду помещение наполнилось многотональным визгом, и Вика увидела на подиуме кучерявого парня в маечке и плотно обтягивающих бедра брюках - то ли лосинах, то ли штанах, которые носили французские солдаты времен бородинского сражения.

- Ну, как тебе, мальчик, нравится? - спросила Галка, отодвигая от себя пустой бокал. - Нет? Ну, подожди, сейчас раздеваться начнет. Тогда хоть в последний раз в жизни посмотришь на настоящего мужика.

Кудрявый улыбнулся визжащему залу, подошел к блестящему хромированному шесту и, играя мускулами, стал взбираться вверх, где под самым потолком находилась железная клетка.

- Чудо, а не мужик! - потягивая виски через соломинку, заметила Татьяна.

А на сцену выскочили ещё три парня. Один - метис атлетического сложения. Другой блондин с волосами до плеч. Третий - русый, почти ещё мальчик, но очень сильно похожий на известного американского киноактера. Пока они демонстрировали свои изящные тела, кудрявый добрался до клетки.

- Кого из четырех ты бы выбрала? - спросила Галка у Вики.

- А что, здесь можно и выбирать?

- Можно.

- И что я с ним буду делать?

- Все, что захочешь. Можешь уединиться минут на десять в специальную комнату, можешь станцевать с ним эротическое танго, а хочешь - он перед тобой голяком выпендриваться станет. Выбирай и оттягивайся! Это и есть наш свадебный подарок для тебя.

- Девки, вы что, дуры? - Вика отбросила соломинку и залпом выпила содержимое своего бокала, - Как я перед своим мужем буду выглядеть!

- Он тебе ещё не муж! - отпарировала Татьяна. - Лучше выбирай, скорее, пока красавцев не расхватали. Вон уже негра на приват-танец закупили.

И в самом деле, метис, бережно положив коричневые ладони на ягодицы какой-то толстушки, плотно прижался к её рыхлому телу, положил голову на плечу, и плавно кружился в такт музыке.

А под потолком, кудрявый, сбросил наполеоновские штаны и маечку и остался в черных ботинка и почти незаметных белых плавках, которые совсем не прикрывали место, на котором он должен сидеть. Зато спереди отчетливо вырисовывалось могучее хозяйство. Он под нарастающий визг посетительниц бара заложил ладони за резинку плавок, как будто хотел их с себя сбросить и, к всеобщему разочарованию, не сбросил.

Американский киноактер и блондин с длинными волосами разыгрывали на подиуме банную сценку. Вроде бы как они решили помыться. Почти голые намыливали друг другу сверкающие спины, грудь и руками делали пассы, как будто орудуют мочалками.

- С кем будешь уединяться? - торопила невесту Галка.

- Обязательно уединяться?

- А чего ты скукожилась? Никто против твоей воли насиловать тебя не собирается. Пообжимаетесь, поцелуетесь, получишь удовольствие и разбежитесь в разные стороны.

- Да вроде бы белокурый ничего. - Голова предательски кружилась.

- Только, Вика, он в твоем распоряжении ровно полчаса. Постарайся уж все успеть, а то нам доплачивать придется, - попросила подругу Татьяна и поманила пальцев менеджера, - Нам бы того, белокурого.

А кудрявый снова многозначительно засунул руки в плавки, и Вика подумала, если снимет, то уединюсь в отдельном кабинетике, а нет ограничусь эротическим танго. Была не была! Ведь пока, за неделю до свадьбы она ничего и никому не должна. Пока она свободна и может делать все, что ей заблагорассудится.

Кудрявый стал медленно приспускать трусики и, когда, казалось бы, должно было вывалиться то, что многие визжащие женщины хотели бы увидеть, он снова натянул их на прежнее место.

От блондина приятно пахло французским одеколоном. Он сам прижал Вику к своему атлетическому телу, а она почувствовала его жесткую мускулистую грудь. Ей казалось, что все женщины в баре с завистью смотрят, как они плавно движутся.

Одна мелодия незаметно перешла в другую, а они все кружились. Губы блондина прикоснулись к мочке её ушка, отчего по Викиному телу прошла дрожь. Она хотела думать, что танцует вовсе не со стриптизером в ночном баре, а со своим будущим мужем-бизнесменом. Но стоило ей это только представить, как в воображении возникало лицо свекра, который, покрываясь потом, тащит на третий этаж им в подарок стиральную машинку.

- Вам хорошо? - услышала она нежный голос партнера и почувствовала, как его губы прикоснулись к шейке.

- Ах, не спрашивайте ничего. Не спрашивайте!

Вика плакала. Прощай невинное девичество, прощай свобода, прощай стриптизер!

2000 Г.

МУЖ И ЖЕНА - ОДНА САТАНА

В столице нашей Родины социологи как-то столкнулись с небывалым парадоксом. При каких-то незамысловатых статистических подсчетах оказалось, что замужних женщин в Москве на 20 процентов больше, чем женатых мужчин. Уж не лесбейские ли семьи были подсчитаны, задались вопросом ученые. Разгадка оказалась проще пареной репы - совсем не лесбейские. Просто представители мужского пола, живущие в незарегистрированном браке, считали себя людьми холостыми. А дамы, наоборот, причисляли себя к замужним.

Бедные женщины! Им так хочется замуж и поэтому приходится расталкивать соперниц локтями, дабы запастись дефицитом. Как говорится, хоть хреновенький, но свой! И мало кто из них желает находиться даже в ранге любовниц. Но что поделаешь, ведь женщин в России гораздо больше, чем мужиков?

Замуж, только замуж! Пусть это хомут, пусть это ярмо! Пусть он бельмо в глазу! Только не унизительное положение пусть штатной и первой подруги. На этот счет существует поверье: дескать, если женщина находится на правах любовницы - это несомненный успех мужчины. А сумела окрутить и стать законной женой - это уже её собственная победа. Опять же в условиях тотального дефицита. Правда, водятся и такие "особи", кто успел урвать для себя не одного, а двух "законных" мужей! А если к этим двум прибавить ещё и пяток любовников, то скромным соперницам до конца жизни придется влачить статус девственницы. В подтверждение есть немало интереснейших фактов.

Один мурманский моряк вернулся из рейса раньше обычного. У жены в это время была большая стирка. Гудела стиральная машина, и моряк незамеченным прошел на кухню. Стал выкладывать на стол подарки для любимой. Цветы, шмотки импортные... Тут входная дверь снова неожиданно щелкнула, и в прихожей появился ещё один мужик в морской фуражке, в руках которого обозначалась авоська с продуктами. Уж не любовничек ли? Но разве любовники с кефиром приходят? Между "самцами" тут же произошел короткий диалог: "Ты кто?" - спросил моряк. "Я-то - муж. А вот ты кто?" - "Я тоже, между прочим муж. Законный". Заглянули друг другу в паспорта и увидели одинаковые штампики о законном браке, в которые была вписана девичья фамилия той единственной, которая все ещё стирала.

Мужики с юмором оказались. Заржали оба в один голос. Предприимчивая "двоемужка", кстати, занимала должность заместителя начальника отдела кадров в пароходстве и потому без особого труда могла направлять своих благоверных поочередно в длительные рейсы. Один, к примеру, четыре месяца в море, другой - дома. И наоборот. Мужики "не слабые" деньги закалачивали, а женушка меняла их на баксы и складывала в кубышку. На черный день. И такой настал. Суд, конечно, признал групповой брак недействительным, но заставить материально компенсировать издержки хитрую бабу не смог. Да и квартиру она успела на своих родителей переписать. И остались моряки ни с чем.

Я к чему? Это только нам, мужикам, кажется, что, занимая незыблемый статус хозяина дома, мы и сильнее, и умнее, и разворотливее. Как бы не так! На самом деле мы, женатики, гнемся под тяжестью негласного семейного регламента: зарплату на стол, о посещении хоккейного или футбольного матча - забудь, на мальчишник не ходи, а уж о том, чтобы привести подругу в дом и говорить нечего. Кругом несправедливость. Они, женщины, и пищи за свою жизнь съедают больше - 25 тонн, против наших-то мужицких двадцати двух. И воды, если не брать в расчет спиртное, выпивают на четыре тонны больше. Они - 37, а мы - 33. И оргазмов, если не совсем уж фригидные, они испытывают в три, а то и в четыре раза больше. А живут мужики лет на шесть-десять меньше.

Некоторые даже самые выносливые представители мужского пола такого неравенства не выдерживают. Требуют воли, подают на развод. И "процесс" проходит благополучно, если... вторая половина нашла достойную замену и сама согласна дать отставку использованному мужу. Один 80-летний дедок со своей пассией 50 лет промучился. Приближался день золотой свадьбы. На событие дети съехались, внуки, правнуки. А он возьми и объяви всем: не могу с ней больше, нет сил. Развожусь. Хоть последние денечки похолостякую. А 75-летняя бабка никаких препятствий старику чинить не стала. После развода в тот же день собрала свои вещички и перебралась на другую улицу, где жил её 60-летний воздыхатель.

Но этому деду несказанно повезло. Бабка-то не кочевряжилась, сразу дала "отлуп". А бывает так, что жена и слышать об этом не желает. Мало того, суд резину тянет, занимая сторону женщины. У нее, видите ли, имущественные и моральные претензии к мужу! Одного мужика баба по судам так затаскала, что он решил наложить на себя руки. Написал завещание на дочь после первого брака и решил отравиться. Хлебнул крысиного яда, но его тут же вырвало. Тогда он прижал ствол дробовика к подбородку, ногой нажал на курок - осечка. Но успокаиваться на этом не стал. Всю ночь думал, как быстро и без боли уйти в мир иной. А утром включил в розетку электрические щипцы, которыми жена завивала волосы, и прыгнул в ванну с водой. Так его даже током не ударило, только пробки перегорели. Под автомобиль бросился, но водитель успел отвернуть машину от жертвы, а потом ещё и по шее надавал. Тогда он снова решил уйти из жизни по-тихому. Заглотил полсотни таблеток сильнодействующего снотворного, лег на диван умирать, да в это время его благоверная домой вернулась и тут же вызвала неотложку. Когда мужика откачали, супруга с ехидством напомнила: мол, так просто от меня не отделаешься. Пока не перепишешь завещание на мое имя.

Ох, уж этот ядовитый женский язык! Хотя говорят, что средняя длина нашего человеческого и у мужчин и у женщин почти одинаковая - 9 сантиметров. И вес равный - 50 граммов. Да вот наш-то, мужицкий, видать, с костями. Не гибок, как у них, не изворотлив. Хотя до ЗАГСа потенциальные невесты больше помалкивают, разыгрывая скромность, невинность и покорность во всем. А после бракосочетания язык получает волю. Помните анекдот, когда жена поднимает трубку зазвонившего телефона и в течение часа с кем-то, о чем-то разговаривает? "Кто звонил?" - после отбоя спрашивает муж. "А не знаю. Ошиблись номером", - отвечает суженая.

Женский язык к тому же ещё и понимать надо. Потому как "нет" в их понимании скорее всего означает "да", а согласие трактуется, как отказ. "Ты постираешь мне сегодня рубашку?" - спрашивает разгневанную жену муж. "Да, только отстань!". Будьте уверены - рубаха останется мятой.

"Пусть я виновата!" - говорит ваша вторая половина, хотя в свое признание вкладывает совсем иной смысл: "Ты еще, подлец, пожалеешь!". "Делай, как хочешь!" - в её понимании равнозначно угрозе: "Ты за это обязательно поплатишься".

Можно привести ещё несколько фраз, которые для тупоумных мужей требуют обязательного перевода. "Нам нужно поговорить". Читай: "Мне нужно выговориться". Или, например: "Я хочу новые шторы..." Понимай: "И ковры, и обои, и вообще пора в доме сменить всю обстановку". Ну, а если женщина спрашивает: "Ты меня любишь?" - готовьтесь к тому, что дальше последует просьба о покупке дорогого парфюмерного набора или норковой шубы. Это ведь у нас, мужиков, все предельно просто: если говорим "голоден", хочу спать" или "устал", значит так оно и есть.

Но вернемся к серьезным тезисам. Психологи в области семьи и брака утверждают, что если муж с женой ссорятся, то дело вовсе не в подгоревших котлетах, не в грязных носках и не в производственном совещании, на котором "задержался" муж. Дело в обыкновенном "прости" и в похолодевшей супружеской кровати. Именно она, супружеская постель, имеет необыкновенные возможности созидать и разрушать, мирить и ссорить. А душевное "прости", от кого бы из супругов оно не прозвучало, никогда ещё и никого не унижало. Даже если кто-то из двоих действительно был не прав в последней размолвке. "Прости" не унизит достоинства, ведь каждому из нас всегда найдется за что-нибудь попросить прощения у второй половины.

Так что я - за гимн "Прости!". Я за теплую супружескую кровать. Я за то, чтобы мужа и жену по-прежнему называли "одной сатаной". И тогда все будет в порядке. И тогда будет над чем посмеяться...

ПОРНОФИЛЬМ

Один мужик прочитал в столичном журнале, как делаются отечественные порнофильмы. Но это, в общем-то, его мало интересовало. Что он, порнофильмов не видел , что ли? "Другое дело, - подумал он, - вот если бы самому принять участие в какой-нибудь групповухе! Да кто ж возьмет?" С другой стороны, утешил он себя, СПИД гуляет, другие заразные болезни... Стремное это дело.

Но привлекли того мужика несколько строк из статьи, из которых он узнал, что один профессиональный оператор, а по совместительству и режиссер, может за умеренную плату заснять, на пленку доброжелательный половой акт и сделать из этого настоящий порнофильм. С музыкой, с сюжетом. Многие семейные пары прибегали к его услугам.

И решил мужик, так сказать, тряхнуть стариной.

Когда супружница того самого мужика - продавщица гастрономического отдела местного универсама - притащилась в десятом часу вечера с полными сумками домой, мужик неожиданно принял облик довольно-таки услужливого и заботливого супруга: сумки с порога подхватил, и что ещё больше удивило женщину - ужин был уже разогрет.

Жена-продавщица, отужинав цыпленком табака, попивала душистый цейлонский чаек и подозрительно посматривала на свою вторую половину: с чего у этого дармоеда появилась вдруг такая прыть? Уж не согрешил ли с кем? Но после успокоилась - куда ему!

А мужик ей журнальчик со статейкой подсовывает: на вот, мол, почитай на сон грядущий.

Она пробежала статейку глазами, словно ознакомившись с торговым отчетом, и пренебрежительно фыркнула - надо же какая пошлость!

- Пошлость-то она пошлость, - согласился мужик, - Но ты ещё раз внимательно прочитай то, что я подчеркнул.

Она опять взяла журнал в руки:

- Оператор-профессионал из Останкино снимает порнофильмы у себя на дому. В основном работает с супружескими парами. Сюжетный фильм монтируется под классическую музыку...

- Ну и что? - подняла на мужа удивленные глаза жена-продавец.

- Не усекла?

- Нет.

- Объясняю. Может быть и нам заказать кино? Видак есть...

Женщина посмотрела на суженого, как на человека потерявшего рассудок.

- У тебя с головой-то все в порядке?

- Подумай, один раз живем...

- Дурак ты, - сказала она, встала из-за стола и стала готовиться ко сну.

Но тот мужик обладал завидным упрямством и, когда требовалось, мог быть очень настойчивым. В кровати, обхватив необъятное тело жены, снова подлез к ней с тем же вопросом.

- Пойми - это же память у нас на всю жизнь останется. Мы с тобой и классика. Григ, а лучше Дебюсси! Когда-то состаримся, захотим о былом вспомнить, вжик кассетку в видак - Дебюсси и мы с тобой занимаемся любовью...

- Не знаю, как ты, а я и на пенсии без кассетки смогу наслаждаться любовью. Было бы с кем, - ехидно парировала разомлевшая от ласк мужа женщина.

Другой раз мужик на такую колкость страшно бы обиделся, но поставленная им цель требовала решения вопроса. Он не обратил на её слова никакого внимания, ласкал, что было очень редко и удивительно и, наконец, между ними произошло то, что бывало все реже и реже.

Словом, уломал он её и супружница уступила его просьбе сняться на видеокассету. Конечно, поставила ряд условий: оператор должен быть человеком благонадежным, при съемке не должно быть никаких ассистентов, фильм сразу после монтажа должен быть отдан лично ей в руки, и, что, особенно казалось ей немаловажным, обстановка салона, где должно происходить действо, должна обязательно ей понравиться. При этом ей представлялись шелковые простыни, персидские ковры, шикарная тахта и другая атрибутика в том же духе.

Мужик все обещал устроить лучшим образом.

Бог знает какого оператора отловил в Останкино настырный мужик - того о котором писали в журнале или совсем другого, но мастер порносъемки, еле улыбнувшись, согласился поработать с сюжетом за полста долларов, а затем положить на видеопленку любовные утехи супружеской пары.

В назначенное время мужик со своей вздыхающе-пунцовой женой с трудом одолели пять этажей какой-то хрущевки на окраине столицы и позвонили в заветную дверь.

В проеме появился молодой человек лет двадцати пяти, и продавщица была уже готова сделать, как говориться, от ворот поворот.

- Ни о какой съемке не может быть и речи. Этот оператор нам в сыновья годится. Ты совсем охренел! - напустилась она на мужа.

Но у мужика на этот случай тоже были припасены веские аргументы.

- А ты что, желаешь, чтобы тебя разглядывал мой ровесник? Пусть уж лучше молодой снимает - он о твоих прелестях уже через пару часов забудет. А пожилой ещё в ухажеры начнет набиваться...

Женщина ещё несколько секунд постояла в нерешительности, но после смело перешагнула порог киносалона.

В зале, где должна была происходить съемка, был уже разложен видавший виды диван-кровать, который, как можно было догадаться, достался молодому оператору в наследство от родителей. На полу затертый ковер. На стенах обои не первой свежести.

Пока оператор возился в другой комнате с кассетами, мужик опять заметил, что его баба засомневалась в продуманном проекте и, желая вернуть инициативу в свои руки, ткнул пальцем на треногу, на которой была установлена видеокамера.

- Черт с ней, обстановкой. Главное кровать есть. Зато смотри огромная камера. "Сони-Битокам". Знаешь, такой президентов снимают, знатных артистов. Аллу Пугачеву, например, или Газманова...

Услышав фамилию своего любимого певца продавщица махнула рукой:

- Черт с ним! Как говорят, обратной дороги нет. Чего начинать-то? обратилась она к мужу.

В комнату вошел оператор, который услышал концовку разговора порнопартнеров.

- Раздевайтесь. Ложитесь. И...

Тут наш мужик не на шутку возмутился:

- Как это раздевайтесь и ложитесь? Мы же кино с сюжетом заказывали, с музыкой, а не какое-то обыденное сношение женщины и мужчины. Вы что сюжет не продумывали, как мы договаривались?

- Ах, да! - нехотя согласился оператор-режиссер, которому хотелось поскорее закончить съемку порнофильма и получить деньги, - Конечно, продумал. Значит, сюжет такой. Партнерша сидит на диване и разглядывает снимки в порнографическом журнале. Видите, я его уже даже подготовил. Картинки я возьму потом крупным планом и смонтирую в канву фильма. Потом, вдруг появляется гость и медленно с достоинством подходит к женщине, садится рядом и они уже вместе перелистывают страницы журнала. Какая-то иллюстрация особо привлекает их внимание, они сначала прижимаются плечами друг к другу и в это время их обоих охватывает непреодолимое желание. Мужчина медленно раздевает женщину, она в то же время снимает одежду с него. Укладываются на кровать и дело пошло. Ну как, согласны?

Продавщица-жена равнодушно пожала плечами, мол, снимайте как хотите. Она не умела писать сценарии, зато отлично умела взвешивать масло, сыр и колбасу. Но её мужик ни с того ни с сего вдруг взъерепенился:

- Нет какого-то антуража здесь. Куража, так сказать...

- Какой же вам антураж и кураж нужен? - с пренебрежением посмотрел на него молодой оператор.

- Ну, к примеру, я ей снимаю кофточку и лифчик, а она потом встает с дивана и медленно снимает один чулок, потом другой...

- Я же в колготах, дурак! Когда это женщины чулки носили? - остановила фантазию мужика продавщица.

- Точно! Об этом я не подумал. Хорошо, тогда ты их сразу сними, дописывал словесно уже свой сценарий мужик, - А я с тебя долой кофточку, ну, а бюстгальтер сама, сама... Мне кажется так эротичней. Вы как на это смотрите? - обратился он к оператору.

- Отлично задумано! - поддержал просиявшего мужика молодой человек, И юбку ваша партнерша должна сама снимать. Только медленно, медленно. Будет ещё эротичней. И останется в одних трусиках.

Мужчины обрадовались найденным совместно поворотом необычного сюжета, женщина оставалась безучастной к их радости. Быстрее бы это все закончилось - было написано на её лице. Она, как ей и посоветовал мужик, сняла колготы и бросила их куда-то под стол.

Вспыхнули софиты. Замигала "Битокам", которой, возможно, снимали и самого Газманова.

Она сидела на диване и с кислой миной листала десятилетней давности "Пентхауз. Мужик с пунцовыми щеками пританцовывал вне поля съемки, с нетерпением ожидая своего выхода.

- Улыбайтесь, улыбайтесь! - командовал режиссер-оператор, - А то можно подумать вы не наслаждения ждете, а изнасилования.

Продавщица гастрономического отдела вспомнила, как однажды кто-то ей говорил, что перед съемкой американские фотографы просят своих клиентов сказать слово "Чиз", что на русском гастрономическом языке переводится как сыр. "Чиз" говорят для того, чтобы улыбка даже у несчастливого человека получалась самопроизвольно. Она еле слышно прошептала "чиз" и оставила мышцы лица в этом положении.

- Отлично, - похвалил режиссер, и не отрываясь от камеры, махнул рукой в сторону мужика, - Ваш выход сэр!

Мужик сразу сообразил, что эта команда предназначалась ему.

Камера мигала лампочками, софиты слепили, сюжет начинал раскручиваться.

Мужик подтянул брюки, которые то и дело спадали с его худющих бедер, и чуть ли не бегом затрусил к ложу любви.

- Чем интересуетесь, мадам? - спросил он свою супругу с дрожью в голосе. Он очень волновался: побаивался не предстоящего акта любви, а того момента, что окажется перед камерой. Сниматься-то ему никогда в жизни не приходилось!

- Да так, один интересный эротический журнальчик просматриваю...

- Очень должно быть занятно? - играл свою роль мужик.

- Ужасно занятно! - вошла в образ и женщина, - Можем просмотреть некоторые снимки вместе.

У мужика выступила испарина на лбу, и он тут же плюхнулся рядом с предстоящей сексуальной партнершей. Немедля прижался к её плечу и сразу полез расстегивать кофточку.

- Не спешите! Куда торопитесь? - попросил оператор только для того, чтобы поддержать значимость момента. Вообще-то ему было глубоко наплевать, как быстро его герои станут разбираться между собой. Но он ведь как-то должен поддерживать марку режиссера из Останкино. - Что же вы как трактор претесь по борозде? Прямо насильник какой-то, а не любовник.

- А чего это вы в кадр вмешиваетесь? - в свою очередь встревожился соавтор сценария.

- Не беспокойтесь. При монтаже мой голос уберется. Работайте, работайте!

Мужик продолжал нервно выдергивать пуговицы из петель. И когда кофточка была уже полностью расстегнута, он резко потянул плечико на себя. Женщина податливо высвободилась из рукава, побаиваясь, что партнер по сексу может и вовсе разорвать новую кофточку. От другого рукава она освободилась сама.

- Прекрасно! - сдерживая смех, похвалил оператор.

Когда актриса осталась в черном атласном бюстгальтере пятого, а может быть, и шестого размера, мужик резко ткнулся носом в то место, которое называют ложбинкой между грудями. Но она резко отбросила его голову и поднялась с дивана, помня канву сюжета - ведь она сама должна снять лифчик.

Несколько мгновений ей было неловко, но за огромной камерой и ярким светом софитов она совсем не увидела кого-либо постороннего, и, ловко закинув руки за спину, в долю секунды расстегнула бретельки, как это делала уже тысячи раз в своей жизни. Когда предмет верхнего купальника был снят, оператор резко потянул камеру на себя - объектив просто не мог захватить того богатства, которое называлось грудями.

Дальше действие развивалось по стремительному плану. Актриса, конечно, все ещё испытывала некоторую неловкость, но тем не менее отступать уже было некуда и она быстро стянула с себя юбку. В это время мужик скинул брюки. Словно по армейской команде "Отбой" они плюхнулись на ветхий диван. Партнер, забыв о любовной прелюдии, тут же залез на женщину, хотя та ещё все находилась в трусиках типа "девять с половиной недель".

- Не спешите! - прикрикнул оператор, - Партнер помогите партнерше освободиться от нижнего белья. Только нежно. Нежно, я говорю!

Мужик, выполняя команду режиссера, вскочил на колени и обеими руками с двух сторон ухватился за "девять с половиной недель", резко стараясь высвободить на свободу огромные бедра продавщицы гастрономического отдела.

- Нежно, я сказал! - снова прикрикнул оператор, но команда запоздала.

Трусики улетели на ковер и попали как раз в ракурс съемки. А мужик, словно впервые увидев женщину, после долгой отсидки в лагерях, навалился на свою партнершу, проделывая движения червяка, которого накалывают на крючок.

Камера, как говорится, стрекотала. Время эротики закончилось, и наступила пора переходить к конкретным порнографическим действиям.

Мужик прозрачными ладонями хватал актрису за груди, ерзал, подпрыгивал, но... эрекции не случалось.

После десяти минут диванной борьбы, оператор остановил камеру и выключил софиты.

- Так дело не пойдет! Вы бы хоть подготовились к съемке-то!

- Да как к ней подготовишься-то? Не выход из-за печки снимаем! упавшим голосом ответил мужик.

- Чудило! - посмотрела в его сторону жена, - Нечего было накануне ко мне приставать. Воздержался бы - глядишь и к съемке готов был бы.

Оператору стало жалко своих актеров, и он постарался предотвратить назревающую ссору:

- Надо было попросту сходить в секс-шоп, купить специальную возбуждающую мазь или крем. Такого добра в этих магазинах навалом. И все было бы нормально.

- А есть даже такие средства? - не поверил мужик и тут же встрепенулся с новой надеждой, - Может быть сейчас сбегать? Какие мази нужны?

- Лучше займись онанизмом в сортире, а режиссер заснимет на пленку, с сарказмом сказала жена, - Вот и будет тебе порнографический фильм с одним главным героем.

- Стоп! - опять скомандовал парень. Он вспомнил, что однажды очередная пассия подарила ему какой-то сексуально-возбуждающий бальзам, которым он, правда, так ни разу и не воспользовался, - Есть у меня одно средство.

Он оставил своих поникших героев, сидевших голышом на диване, и ушел в другую комнату искать заветный бальзам.

- И зачем я тебя, охламона, послушалась? - тряхнув грандиозными грудями, совсем печально вздохнула женщина.

Но мужик снова воспрял духом:

- Успокойся, все будет нормально. Я же тебе говорил, что это настоящий специалист по порнофильмам, у которого в случае чего найдется средство...

- "В случае чего"! - передразнила мужика супруга, - Это самое "в случае чего" в штанах готовым нужно носить!

- Не было такой необходимости, - уже со злостью ответил мужик.

Быть бы крупной ссоре, но в это время в комнату-студию вошел оператор. В руках он держал небольшой тюбик.

- Вот возьмите и натрите свой.. этот...

- Прямо перед камерой? - засуетился мужик.

- А что? Это идея! Можно и перед камерой. Еще лучше, если эту процедуру проделает ваша партнерша. Будет очень эротично.

Но актриса возмутилась и наотрез отказалась участвовать в дополнении к сценарию:

- Сам пусть натирает.

Она демонстративно легла на диван животом вниз, уткнувшись, видимо от позора, в подушку.

- Ван момент! - сказал мужик и начал раскручивать тюбик.

Оператор пошел на кухню выпить рюмку водки. Но через пару минут услышал из комнаты восторженный голос мужика:

- Скорее шеф! Все готово, я в боевом порядке!

Когда молодой работник Останкино вернулся к объекту съемки, герои уже сотрясали диван порывистыми движениями.

"Битокам" включился и исправно работал минут двадцать. Актеры мычали, скулили, кряхтели, изображая стоны наслаждения и сексуальной истомы, переворачивались, меняли позы. То мужик подскакивал на своей суженой, словно на крупе буденовского скакуна, то героиня придавливала любовника к дивану так, будто скручивала только что пойманного торговца наркотиками, пытаясь вырвать у него поличный товар.

То они, следуя неписаному сценарию, закручивали действо лежа на боку. Но когда на переднем плане находилась героиня, то даже могучий объектив японской видеотехники не мог запечатлеть актера, который терялся за огромным торсом партнерши. Очень сексуальным получался сюжет, когда партнеры менялись местами и на передний план выдвигался герой фильма. Лысеющая голова мужика прыгала между двух грудей продавщицы, и оператору даже казалось, что перед ним трехгрудая женщина.

Наконец, камера прерывисто замигала, показывая, что часовая кассета "Панасоник" заканчивалась. Но порыв и желание у героев только усиливалось. Оператор, не прерывая игру актеров, вставил новую кассету и предупредил:

- Будем снимать вторую серию.

- Это как? - спросил мужик, резко притормозив, но не отпуская на волю своего скакуна.

- На ковре. Передвигайтесь на пол.

- Только я под неё не лягу, - тут же запротестовал мужик, - Чревато последствиями, понимаете ли...

- Хорошо, - согласился уже уставший оператор, - Я представляю вам полную свободу действий. Ведите канву фильма по вашему внутреннему обоюдному сценарию...

Камера снова мигала лампочками, сцены происходили на полу, потом около стены, на столе, в ванной, опять на диване. К окончанию второй кассеты стала вырисовываться кульминация, и, наконец, наступила развязка. Актеры, теперь уже больше походившие на замученных каскадеров, тяжело дышали и благодарили судьбу за то, что режиссер не требует нового дубля.

- Молодцы! - равнодушным голосом поблагодарил своих героев режиссер, Никакая западная порнушка не сравниться с нашим фильмом. Это я вам обещаю. Ночью сделаю монтаж, озвучку, а завтра получите свое произведение в собственную видиотеку.

- Нет. Мы так не договаривались, - заправляя груди в черный атласный бюстгальтер запротестовала актриса, - Фильм мы должны получить только сегодня!

- Но монтаж дело не одной минуты. - попробовал возразить оператор.

- Плачу за скорость ещё пятьдесят баксов, - накинув кофточку, сказала женщина.

Деньги для молодого оператора были немалыми, и он согласился тут же приняться за работу в присутствии актеров.

Но монтаж оказался довольно-таки несложным. Герои попросили убрать только ту часть, которая была запечатлена на пленку до появления чудодейственного бальзама. Конечно, оставив часть с просмотром эротического журнала. Остальное, по их мнению, не требовало никаких изменений и ремарок.

Сложнее оказалось с озвучиванием. То есть с подбором музыкального сопровождения.

Мужик, как и мечтал раньше, повторил свой заказ:

- Хорошо бы в прелюдии запустить Чайковского - "Танец маленьких лебедей". А уже когда дело пошло - "Времена года" Дебюсси. Есть у вас такие пленки? - спросил он у оператора с мольбой в глазах.

- У меня все есть. Как пожелаете, так и сделаем. Можно и лебедей в прелюдии...

Но тут героиня фильма, до этого молча слушавшая разговор мужчин по поводу музыкального сопровождения, вдруг резко вмешалась в беседу:

- А Газманов? Газманов есть?

Мужчины недоуменно переглянулись:

- А причем тут Газманов? - спросил мужик.

- Порнофильм под Газманова? - вытаращил глаза на актрису молодой оператор, - Оригинально!

- Это не порнуха, - обозлилась продавщица, - В порнухе участвуют люди случайные, которым за это платят. А в данном случае мы платим вам. Этот фильм о пути слияния двух любящих сердец.

Она посмотрела на своего мужика и добавила:

- Может быть о конце пути. Короче, есть Газманов?

- Найдем, - кивнул головой оператор, - Но как вы это видите?

Продавщица гастрономического отдела устремила свой задумчивый взор в потолок.

- Значит, сначала, или как вы называете, в прелюдии, - идет "Путана", Потом, когда действие закрутилось - песню про "Бархан". Можно и "Морячку" вставить. Начало второй серии открывается композицией про "Эскадрон". Ну, а в конце что-нибудь о смысле жизни...

- Что о смысле жизни?

- Ну, например... - и она нежно пропела, - Офицеры, офицеры, офицеры...

Мужик махнул рукой, зная, что спорить в данном случае бесполезно пусть Газманов, пусть офицеры.

Через пару часов пленка была озвучена.

- Ну, а название фильму дадим "Слияние двух сердец"? Я так думаю? оператор в упор смотрел на женщину.

- Нет. Пусть фильм называется "Этот день". Есть такая песня у Газманова.

- Мне все равно, - пожал плечами оператор.

...Заказчики остались удовлетворенными. Как-никак, а память на всю жизнь.

Глядишь, через пару лет - вжик кассету в магнитофон...

1997 г.

БРАКОДЕЛ

У одного мужика жена забеременела. В шестой раз. В первые дни думала: может быть пронесет? Но прошло две недели, а этих самых критических дней не наблюдается. И поняла - не пронесло.

Вечером, когда муж с работы вернулся, стала к нему ластиться:

- Знаешь, Костик, наверное, я в очередной раз залетела...

Мужик в это время щи хлебал, но, когда от любимой услышал, что аисты вновь должны прилететь, поперхнулся и закашлялся. Лицо кровью налилось, рот раскрыл, щи по подбородку текут, а он лишь глазами хлопает, давится, а сказать ничего не может. Женщина испугалась, вскочила и принялась его по спине колотить. Когда прокашлялся, вытер пот со лба и улыбнулся:

- Ну и шуточки у тебя, Катерина, идиотские. И шутишь ты не к месту!

- Да какие шуточки! - чуть не заплакала жена, - Две недели прошло, а месячных нет.

Муж отложил ложку и отодвинул тарелку:

- И кто же это тебя, боженька надул? Или Карлсон прилетал?

- Ну, что ты мелешь, Костик! Какой Карлсон!

- Толстый! - заорал муж, - Откуда ты могла забеременеть, если я с презервативом чуть ли не на работу хожу? Не говоря уже о том, что четверть зарплаты на них тратим!

Жена всхлипнула:

- Ты что ж думаешь, что я могла тебе изменить?

- А что ж, в гондоне дырочка оказалась?

- А разве такого быть не может?

- У тебя, Катерина, с головой все в порядке? Я же только импортные покупаю! Самые надежные! Те, что по телевизору рекламируют. Аль не пробовала? И с усиками, в в виде бегемотика, с запахом клубники. И...

- Костик, а не в Новый ли год я залетела? Помнишь, мы тогда порядком выпили. Может быть, ты в тот раз и не надевал резинку-то?

- Как же! Не надевал! Сама попросила с усиками.

- А на рождество?

- А тогда был розовенький, в виде бегемотика.

- А на старый новый год?

- С запахом клубники. Да что я совсем пьяный был и ничего не помню! Что ты из меня дурака делаешь?

Костик в гневе отшвырнул тарелку со щами, та упала на пол и разбилась Катерина разрыдалась:

- Ты и есть дурак! Думай сам, что говоришь. Когда мне налево ходить? Днем с пятерыми, как белка в колесе, а ночью, сам знаешь, никуда не уходила, только с тобой спала...

Костик положил локти на стол, уставился на трехлитровую банку с мариновыми огурцами. И в самом деле: жена ни разу не отлучалась. В этом месяце даже тешу не навещала. Он закурил сигарету и сдержанным голосом стал рассуждать:

Так, до нового года у меня была упаковка американских презервативов с усиками и шариками. После праздника, третьего числа, я в палатке купил араматизированные, французские. Ну-ка посчитай, какого числа ты могла залететь?

- Катерина всхлипнула и стала загибать пальцы на руке:

- Тридцать первое, второе, третье... Пятого! Точно - пятого января. Пятого, ты как раз первый день после праздников на работу пошел. А вечером такой ласковый был!

- Значит, в суд тебе надо на французов подавать.

- В какой суд? - брови жены полезли на лоб.

- Ясно в какой. В наш, народный!

- Зачем?

- Ну, если ты нигде и ни с кем не гуляла, значит, все-таки бракованный презерватив попался? Так?

- Так.

- И ты залетела.

- Залетела.

- А шестого ребенка мы не планировали.

- Нет. Не было такого уговора.

- Вот подавай в суд на французскую фирму и требуй компенсацию. Иди в общество защиты потребителей и пиши исковое заявление, мол, в результате бракованной продукции...

- Так почему я? - перебила его жена, - Что, я эту самую продукцию тебе на причинное место натягивала? Ты пользовался - ты и подавай. А я здесь ни причем.

Мужик опешил: такого отпора от своей супруги он не ожидал. И опять его начала душить злоба. Надо же, кучу денег на презервативы перетратил, удовольствие свое от близости с женщиной в резиновую оболочку упрятал, а теперь он ещё и расхлебывай! Она залетела, а он виноват! Ну, ни наглость?

Лицо снова кровью налилось, и как хрястнет он со всего размаха кулаком по столу:

- Говори, с кем дитя нагуляла! Не признаешься - подаю на развод.

Женщина снова стала кулаками глаза протирать. А мужик не унимается:

- Это надо же что придумала: дырка в презервативе была!

До утра мужик шумел. Даже не позавтракав, на работу подался. И не думала, женушка, что у неё муж может быть таким ревнивым. Жалко ей его стало. Один ведь спину гнет, старается всю семью обеспечить.

А через неделю принесла ему справку. С помощью инспекторов из общества потребителей удалось определить, что партия французских презерватив, которую раскидали по коммерческим киоскам, была с браком. Какая-то отечественная фирма закупила за рубежом эти самые резинки без сертификата качества. А какой может быть сертификат, если у тех срок годности ещё в прошлом десятилетии закончился, и французы эти резинки на помойку везли. А тут наши коммерсанты подвернулись...

Мужик справку-то прочитал, закурил сигаретку и улыбнулся:

- А я не против шестого. Может мальчишка будет?

- Навряд ли, - ответила женщина, - Ты ведь бракодел. На мальчишку не способен.

- Но, но! Не бракодел, а ювелир. Знаешь, девчонку не так легко сделать...

1998 г.

А ВОКРУГ ТОЛЬКО СЕРОСТЬ

Жил-был один мужик, которому, как считали его родные и знакомые, очень не повезло в жизни. Умницей он был, можно сказать, с золотой головой, быстро продвигался по служебной лестнице, легко решал тяжелейшие производственные задачи, но вот беда - никогда не улыбался. И шутить ведь мог неплохо, но из-за зловещего выражения лица его юмора никто не понимал. Словом, он всегда выглядел каким-то угрюмым и сердитым. По телевизору о стабилизации рубля говорили, а он словно горевал и вспоминал времена социализма. Даже тогда, когда он пребывал в хорошем расположении духа, лицо у него все равно получалось хмурым и недовольным. "Улыбнись!" - просили его. Он улыбался, лицо сразу приветливым становилось, добрым, но через минуту снова принимало недовольный вид. Забывал, наверное, что постоянно улыбаться надо.

А сколько проблем он нажил из-за своей хмурости! Теща, раз в квартал наезжавшая в гости, чуть не плача жаловалась дочери: "Чего твой благоверный на меня набычился? Чем я ему не угодила?" "Да не сердится он нисколько, отвечала дочь. - Просто у него выражение лица такое".

Иногда и с высоким начальством получались инциденты. Однажды на предприятие министр заглянул, похвалил работу его подразделения и, пожав руку, пошутил: "Такими темпами шагать будешь, скоро в моем кресле окажешься". А мужик брови нахмурил, губы поджал и ответил: "Буду стараться". Хотел бодро сказать, весело, а получилось угрожающе, так, как будто он уже на другой день хотел занять министерское кресло.

В транспорте, в магазинах, на улице - всюду люди его сторонились. Кому приятно иметь дело с вечно недовольным? Надо сказать, и платили тем же. Продавцы с презрением кидали покупку на прилавок. Пассажиры, когда он с угрюмым видом пробирался к выходу, бросали вдогонку: "Сам дурак!". Даже, когда он купил автомобиль и стал ездить на работу на личном транспорте, его преследовали неприятности. Остановит гаишник для проверки документов, а из салона выходит сердитый мужик, ну и милиционер тоже в позу становится: "А огнетушитель у вас есть? А аптечка? А анальгин в аптечке?" Трижды останавливал его один и тот же гаишник и трижды штрафовал. Не за то, что чего-то там не было, а за то, что не нравилось ему лицо мужика.

Но однажды в жизни угрюмого мужика произошли большие изменения. Его старый школьный товарищ, будучи в Америке, не пожалел двадцати долларов и купил "улыбку" - такое своеобразное приспособление. Там, в специальном магазинчике много всяких забавных штук продается. Привез её мужику и объяснил, дескать, это такая штукенция, которая решит все твои проблемы. Засовываешь её в рот, регулируешь специальный рычажок и улыбаешься хоть до ушей. Специальные зажимы могут держать на лице улыбку даже во сне.

На другой день на предприятии все обалдели: начальник, не переставая, улыбался. Даже когда в конце смены директор вызвал всех на производственное совещание и понурым голосом объявил о снижении показателей и задержке заработной платы, мужик, несмотря ни на что, улыбался. Все, потупив глаза, нервно пальцами перебирали, а он улыбался. Ему было совестно вытаскивать на виду у всех диковинное приспособление.

По дороге домой он опять незначительно нарушил правила дорожного движения. Все тот же знакомый милиционер остановил его и стал, как говорят, читать мораль. А мужик лишь улыбался в ответ. И тогда за наглость страж дорог забрал у него права.

Домой приехал, и там на неприятность нарвался. Приехавшая в гости теща сидела около телевизора и слушала обреченный голос диктора, который рассказывал о страшном экономическом кризисе, который ни с того ни с сего на нашу страну обрушился. Когда речь зашла об обесценившихся пенсиях, зятек, радостно улыбаясь, присел рядом: "Плохо твое дело тещенька?". Хотел спросить с сочувствием, а получилось словно с издевательством. Через пару часов постоянного "улыбания" мамаша отозвала дочь в сторонку и спросила: "Чего это он все скалится? Чем я в этот раз ему не угодила? То - сердится, то - лыбится. У него с головой вообще-то все в порядке?".

Вытащил он чудную штуковину из рта, в сердцах швырнул её в угол и задумался: как жить в этой стране? Улыбаешься - плохо. И в самом деле многие не понимают, как в таких экономических условиях, когда ни зарплаты нет, ни жратвы, ещё и улыбаться можно? Не улыбаешься - тоже не хорошо. Писсемистов и зануд в России никогда не любили. У всех на сердце и без его кислой мины кошки скребут, а тут ещё и он с недовольным видом.

Почти всю ночь они с женой думали-гадали, как ему жить дальше - с улыбкой или без нее? И так и не придумали. Очень все сложно в нашем государстве: ни смеяться нельзя, ни отчаиваться. Ни черного, ни белого одна серость кругом...

1999 г.

БОЕКОМПЛЕКТ

Игорек - летчик, восемь лет служит в военно-воздушных силах России. Знаете, дальняя авиация, это не хухры-мухры. Это даже не истребители: полетал часок другой - и обратно на аэродром. Разве небом, гулом реактивных двигателей, полетом, наконец, насладиться не успеешь? Дальняя авиация - это сегодня Певек, завтра Краснодар, послезавтра Владивосток. А в случае государственной необходимости и до Вашингтона рукой подать...

Летчик дальней авиации должен быть физически здоров, обладать опрятной выправкой, собачьей выдержкой, моментальной сообразительностью и феноменальной памятью. Не на последнем месте и морально-психологический климат, который по мнению Игорька, создается в семье.

Но сегодня Игорек далек от отличной физической формы, да и с памятью туговато. А что вы думаете, звание майора каждый месяц присваивают. Поменять четыре маленькие капитанские звездочки на одну большую - это весомый шаг в служебной карьере.

Зато с моральным климатом в семье все в полном порядке. Игорек только голову с подушки поднял, а теща с женой возле него уже как воздушные заправщики забегали. "Пивка, Игорек?" - заглядывает в глаза супруга. "А может рассольчику огуречного?" - перебивает теща.

Игорек морщится, встает с кровати и смотрит на себя в зеркало: "Боже мой, как же они вчера надрались!" Но что поделаешь! Суровый армейский обычай требует прополоскать звездочки в стакане с водкой, а затем до дна, до дна, до дна...

А парадный мундир! На что он похож! Никогда не замечал Игорек за собой, что его может так стошнить.

Жена! - летчик с трудом выдавливает из себя слово и пальцем показывает на пиджак с погонами майора.

- Поняла, Игорек. Через десять минут все будет сделано.

В доме Игорька всегда строгий порядок. Как в эскадрилье. Он по праву носит звание командира, и любое его пожелание выполняется беспрекословно.

Он жадно пьет рассол и чувствует, как отступает предательская тошнота.

- А это что такое, Игорек?

Одной рукой жена держит наперевес мундир, а в другой серебристый пакетик с иностранной надписью "Кондом". По-русски, значит, презерватив.

Но память и мгновенная находчивость, которые в любой ситуации должны не покидать летчика дальней авиации, уже вернулись к Игорьку. "Вот, сволочь этот Совраскин! - думает он о своем приятеле, - Только Совраскин мог сыграть с ним глупую шутку. И когда успел подложить в карман эту резинку?"

- Это? - спокойно отвечает Игорек, - Этот предмет входит в боевой комплект. Два дня назад летали в один из городков Прибалтики. Разведка всех оповестила - там свирепствует жуткий сифилис. Так вот полковой врач накануне вылета в целях возможного заболевания и выдал каждому летчику по презервативу. Видишь, дорогая, я свой не использовал...

Супруга, довольная откровенным ответом и верностью мужа, принимается за чистку мундира. А вечером, когда Игорек уходит на боевое дежурство, присаживается к телефону и набирает номер лучшей подруги Совраскиной, муж которой является однополчанином Игорька.

- Привет!

- Привет.

- Ты знаешь, я у своего в кармане мундира нашла презерватив.

- Боже мой! - слышится испуганный ответ на другом конце провода, - Ты думаешь Игорь тебе изменяет?

- Сплюнь! - весело отвечает женщина, - Презервативы, в качестве боекомплекта, раздавали всем. В Прибалтику они летали - а там сифилис. Так вот, чтобы морально-неустойчивые не подхватили... У твоего-то презерватив цел?

- Секунду...

Но собеседница так и не подошла к телефону. Зато из трубки отчетливо слышались лобовые вопросы:

- Куда дел свой презерватив, вражина? Успел-таки использовать!?

Кстати, летчик дальней авиации Совраскин тоже получил звание майора. А зря! Смекалки и находчивости у него явно не хватало. Мог бы сказать, что подарил неженатому пилоту...

1999 г.

ДОМОГАТЕЛЬ

- Лиза, - с просящим взглядом сказал Гусаров жене, - Я тебя хочу...

- Перетопчишься, - ответила Лиза и, разложив гладильную доску, принялась утюжить белье.

Гусаров, закусив губу, жадно смотрел на супругу, которая так интенсивно двигала утюгом, так вертела талией, что её груди, чуть ли не вываливающиеся из халатика с откровенным декольте, аппетитно амортизировали и ещё больше нагоняли страсти.

- Лиза, так нельзя. Я же не кусок деревяшки, а живой человек, Гусаров положил ладонь на мощную ягодицу жены.

В ту же секунду рука была отброшена, и жена без всяких усилий подняла гладильную доску вместе с утюгом и переставила её подальше от Гусарова.

- Еще раз дотронешься, залеплю утюгом в ухо, - с угрозой произнесла несговорчивая супруга.

По гневному выражению её лица Гусаров догадался: так оно и случиться. Поэтому от последующих прикосновений вынужден был отказаться. Только от прикосновений...

- Я ведь в таком состоянии и глупостей могу наделать!

- Ты их делаешь уже на протяжении десяти лет. А я все терплю. Хватит!

Гусаров решительно поднялся:

- Тогда я пошел.

- Куда же, разрешите поинтересоваться? - не без издевки ехидно улыбнулась Лиза.

- Найду проститутку. Только учти - это не прихоть, а сексуальный голод гонит меня на улицу.

Лиза выплеснула на Гусарова очередную порцию яда:

- Я тебе бесплатно доставалась, а шлюхе платить надо!

- Вот, - вынув руку из кармана, разжал кулак Гусаров.

На ладони лежала изрядно помятая сотенная купюра.

Жена истерично захохотала:

- Иди к вокзалу. Может быть, за такие деньги что-нибудь и подхватишь!

Гусаров хлопнул дверью и вышел на улицу. Около часа безрезультатно прошатавшись по пустынным улицам, он снова вернулся домой. Жена в прозрачной ночнушке лежала на кровати, и Гусарова даже прохватил озноб. Он присел на краешек и потянулся к телу женщины.

- Лиза, дорогая...

- Гуляй туда, откуда вернулся.

Мощный пинок отбросил его на пол.

- Ах так! - закричал Гусаров, - Значит не дашь?

- Никогда! И ты ничего не сделаешь, хиляк!

- Подумай о последствиях!

- Пошел ты корове в трещину! - Лиза накрылась одеялом и отвернулась к стенке.

Гусаров схватил трубку телефона и набрал "02".

- Милиция? Приезжайте срочно, иначе произойдет кровопролитие! Гусаров назвал адрес.

- Ты что, совсем дурак? Или претворяешься?

Через пять минут в прихожей раздался звонок. Гусаров открыл, и в квартиру ввалилось четверо людей в камуфляжной форме с автоматами на груди. Старший по званию, смерив взглядом Гусарова, спросил:

- Что здесь происходит?

- Вот, она отказывается исполнять супружеские обязанности. - Гусаров указал пальцем в сторону жены.

- Сколько он выпил? - спросил старший, сверля взглядом ночнушку гусаровской жены.

- Я вообще не пью, - ответил за супругу Гусаров.

- А что полагается за ложный вызов, догадываешься?

- Это не ложный вызов. Если она не пустит меня к себе в постель, я весь дом разнесу. - пообещал Гусаров.

- Разнесет? - снова забрался глазами под женину ночнушку старший.

- Кишка тонка, - махнула Лиза рукой и состроила милиционеру глазки.

- Ну, если что, тогда звоните, - улыбнулся оперативник и увлек за собой подчиненных.

- Дашь? - снова спросил Гусаров, когда они остались вдвоем.

- Как же разложилась!

- Тогда пеняй на себя! - Гусаров выскочил на лестничную площадку и стал колотить кулаками во все двери. - Граждане, жена мучает, изнуряет!

Лиза в ночнушке устремилась за мужем, но тот уже поднялся на этаж выше. Не снимая цепочек, из проемов дверей выглядывали сонные жильцы:

- Пожар? Горим?

- Это мой дурак с жиру бесится, - отвечала Лиза.