Без обязательств

Глава 22. Дамир

Я выхожу во двор, поднимаю взгляд в небо и наблюдаю за тем, как на свету переливаются снежинки. Холода почти не чувствую, несмотря на то что в одной рубашке. Алкоголь разливается по венам, поднимая температуру тела.

Завтра у меня встреча со старым другом. Я собственно поэтому сюда и приехал. Ну, и еще потому что захотелось вдруг ностальгию почувствовать. Бабушкина дача в горах — это огромнейший особняк, в котором я в детстве проводил много времени и который так сильно любил.

Малым я был обиженным на весь мир за несправедливость, а шрам на пол-лица не давал влиться нормально ни в одну компанию пацанов. Помню мне лет семь было, на речку поплелся за местными ребятами, а те обзывать меня начали уродом.

Я взбесился, началась драка — шестеро на одного — мне тогда хорошенько досталось. Из драки меня выдернул парень постарше, который рыбачил рядом. Пригрозил мальцам расправой, если еще раз меня обидят и в тот момент в моих глазах Станислав Богданов был настоящим героем.

У нас было семь лет разницы. Это почти ничто, когда тебе уже за тридцать, но когда тебе всего семь лет — разница кажется невероятно большой. Ведь я только первый класс закончил, а Станислав уже готовился к вступительным экзаменам в училище.

После того случая я таскался за ним все лето. Он брал меня с собой на рыбалку, вместе ходили в горы. Каждые каникулы я ждал с нетерпением и просил бабушку провести их на даче. А потом Станислав вырос, у него появились совершенно другие увлечения, жена и маленькая дочь… Голубоглазая кнопочка с редкими белыми волосиками. Я ее даже немного невзлюбил, потому что из-за нее не стало любимой рыбалки с другом, построек домиков на дереве.

А потом так вышло, что бабушка отправила меня на учебу за границу и мы со старым другом встретились лишь спустя лет десять, когда оба уже занимались серьезными делами.

Завтра нам тоже предстоит серьезный разговор. Богданов один из немногих, кому я могу доверять и кого я бы хотел протащить вместе с собой в большую политику. Себя стоит окружать надежными людьми, которые всегда будут знать чью сторону выбрать.

Я возвращаюсь в дом, уже почти четыре утра. Стоит хотя бы несколько часов вздремнуть. Сегодня снова слишком много думал об Авроре. Не вовремя это все.

Лежа в кровати верчу в руках телефон. Сдаюсь. Печатаю короткое и, как по мне, слишком сентиментальное: «Сладких снов, котенок. Не забудь прикупить красивое бельишко для нашей встречи.»

Усмехаюсь, когда понимаю, что ответ приходит почти сразу же.

«У меня для тебя найдется несколько горячих комплектов. И не только…»

А следом летит фото, от которого в трусах тут же тесно становится.

Автора перед зеркалом в черном топе и трусиках.

«Это мой подарок на Новый год? Если да, то мне очень нравится. Но без топа было бы лучше».

Я жду от котенка, что она стушуется. Аврора очень стеснительная и смелой становится лишь когда от возбуждения голову теряет. Поэтому я очень удивляюсь, когда я получаю фото, где она в одних трусиках. Грудь рукой прикрывает конечно, щеки раскрасневшиеся, глаза горят. Такая сексуальная, желанная, что я готов примчаться к ней прямо сейчас.

«А ты мне что-нибудь пришлешь?» — спрашивает, совсем осмелев.

«Подарок тебе сделаю. Есть что-то, чего бы ты хотела?».

«Тебя. Это все».

«Хорошо. Тогда на свое усмотрение выберу. Сладких снов, котенок».

«И тебе».

Отставляю в сторону телефон и прикрываю веки. Сложно не думать о ней, не крутить в голове грязные картинки того, чтобы я сделал с ней, будь она сейчас в моей постели.

— Дамир, давно не виделись, дружище! — Станислав поднимается со своего места и делает шаг мне навстречу.

Я крепко пожимаю его руку в ответ. Разглядываю друга, которого не видел, кажется, года два. Он все такой же довольный жизнью сытый кот. Примерный чиновник, любящий муж и отец.

— Как у тебя дела? Как бизнес, как работа? — спрашиваю, занимая место напротив него. К нам тут же подскакивает официант, принося еду, которую заранее заказал Богданов.

— Все движется, крутимся как можем.

— Хороший отель отгрохал, не помню чтобы раньше его видел в городе.

Осматриваюсь по сторонам. Разместить ресторан на последнем этаже с видом на заснеженные горы, а не на первом, как это бывает обычно в отелях, было отличной идеей.

Сейчас здесь почти никого нет. После бурного празднование скорее всего постояльцы либо отсыпаются в номерах, либо покоряют лыжные трассы.

— Это жена моя всем заправляет здесь. Нравится ей это дело. Но скоро придется ей положится на управляющего во всем, мы пополнение в нашем семействе ждем.

Стас улыбается, с гордостью сообщая мне эту новость.

— Поздравляю. За такое дело можно и выпить, — тянусь к бутылке виски и разливаю по стаканам.

Какое-то время мы говорим о том, о сем, вспоминаем прошлое, потом Богданов спрашивает:

— Так что заставило тебя приехать в такую даль? Чувствую, не просто так ты вдруг время на меня нашел и на встречу позвал.

Я откладываю в сторону столовые приборы, поднимаю взгляд на друга. Склоняюсь к нему ближе, говорю негромко:

— Я на решил политикой заняться, выборы весной. Мне нужен доверенный человек по твоему региону. Лучшей кандидатуры, чем ты, найти невозможно. Что скажешь об этом? Конечно, с перспективой, что я тебя потом перетащу в столицу.

Улыбка Богданова сразу слетает с лица, он становится предельно серьезным.

— Не знаю, Дамир. Мне подумать нужно. У меня, как ты понял, жена беременная и роды на носу. Сейчас меня вполне устраивает место, на котором я сижу.

Его ответ меня немного разочаровывает. Я рассчитывал на уверенное «да».

— Ну, ты подумай, время еще есть. Мне нужно собрать команду из людей, которым я могу доверять.

— Твоя бабушка все еще имеет достаточно большое влияние на «больших» людей. Ты с легкостью сможешь с ее помощью расположить к себе кого-угодно.

— Моя бабушка пока что не в курсе моего дебюта в политике, — отбрасываю в сторону салфетку. — Мне придется немного отойти от семейного бизнеса, ей это не понравится, — усмехаюсь я. Бабуля много сил и денег вложила, чтобы воспитать достойного себе приемника в моем лице.

— Хорошо, я подумаю над твоим предложением. В принципе, мне это даже выгодно. Новая власть скорее всего меня уберет сразу же после выборов и поставит на мое место кого-то другого.

— Подумай. Я буду на тебя рассчитывать, — киваю ему и делаю глоток янтарной жидкости.

— Неужели это Дамир Железнов? — За спиной раздается мелодичный женский голос. Я оборачиваюсь и брови вверх взлетают.

Жена Богданова, кажется, нисколько не изменилась за последние десять лет. Стала даже еще краше, чем была. И не скажешь, что у этих двоих дочка уже взрослая есть.

Я поднимаюсь с кресла и приветствую хозяйку отеля. Отвешиваю ей несколько комплиментов. Она садится рядом с мужем. Какое-то время мы проводим за приятным разговором и я даже немного завидую Станиславу. Столько лет вместе, а во взгляде обоих все еще искрится любовь и нежность друг к другу. Им удалось создать настоящую семью. Во рту появляется горечь, когда вспоминаю о своих родителях. Их ссоры вызывали во мне приступ паники, я был испуганным маленьким ребенком, который прятался в шкафу, когда в доме накалялась атмосфера.

— Дамир, а ты когда в столицу-то? — внезапно спрашивает Станислав, вырывая меня из неприятных воспоминаний.

— Послезавтра скорее всего, — в мыслях сразу же образ Авроры вспыхивает. Два дня осталось и увижу ее, прикоснусь к ее сладкому телу.

— У меня просьба к тебе есть. Дружеская, — Стас смотрит на меня, прищурившись. Немного медлит, словно раздумывает стоит ли просить о чем-то.

— Говори, помогу если это будет в моих силах, — откидываюсь на спинку кресла и расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки, так как после выпитого немного душновато становится.

— Дочку мою сможешь подвезти до города? У нашего водителя жена родила и он отпуск на две недели взял, не хочу чтобы она в такую погоду на автобусе тащилась.

— На автобусе? Неужто ты, друг, так обнищал, что дочке машину купить не можешь или… погоди, ей же нет еще восемнадцати?.. — пытаюсь вспомнить, сколько там его дочке сейчас должно быть, но не могу. Даже имя ее не помню.

Станислав и его жена начинают смеяться.

— Есть у нее машина. В гараже стоит. Водит она отвратительно. Поэтому дальше нашего городка не решается выезжать. Так что, выручишь?

— Без проблем. Только я рано выезжаю. В часов шесть. Обратно, если нужно, могу с водителем отправить ее, чтобы чадо ваше в целости и сохранности домой вернулось.

— Обратно не нужно. Она в университете учится.

— Это сколько ей лет уже? — мои брови удивленно вверх взлетают.

— Двадцать.

— Да быть не может, — хмурюсь, рассматривая Богдановых. Никак в голове не укладывается, что у этих двоих дочь двадцатилетняя есть. — Когда вырасти-то успела? Я помню как она по дороге на трехколесном велосипеде гоняла. Потом еще нес ее на руках домой, вместе с тем велосипедом, потому что она коленку расцарапала, падая.

— Свои дети быстро растут, Дамир, а чужие — еще быстрее, — глубокомысленно заключает Станислав, словно познал смысл этой жизни.

Мне остается лишь удивиться и покачать головой. У нас с ним семь лет разницы, но у меня даже младенца нет, а тут взрослая дочь…

— Смотри как бы дедом молодым не стал, — смеюсь, но Богданову, кажется, шутка моя не заходит.

— Еще чего. Пусть сначала выучится, в жизни устоится, а потом уже о детях думает. Это мы с Милой молодые горячие были, а она наша полная противоположность. Даже не встречается ни с кем еще, вся на учебе зациклена.

— Конечно, ты последнего его ухажёра так запугал, что теперь к ней никто не решается подойти, — смеется Мила и на моих губах тоже непроизвольно улыбка растягивается.

Вдруг понимаю, что дочка Богданова ровесница моей Авроры. Если б у нее папашка такой как Стас был, меня бы с одного удара по полу размазали бы.

— Ладно, рад был повидаться, мне еще нужно в несколько мест заехать, — мы прощаемся и я покидаю гостеприимный отель Богдановых, делая себе пометку, что нужно было бы не забыть за их дочкой заехать.

Шофер ведет машину по нужному адресу, я же пялюсь в экран своего телефона. На фото Авроры. Оторвать взгляд почему-то не могу, еще и улыбку погасить не получается.

Сегодня вечером мы встретимся с котенком. И я планирую не выпускать ее из постели до завтрашнего дня.

Внедорожник замирает напротив нужного дома, водитель несколько раз жмет на сигнал.

Я прячу телефон в карман, тру переносицу. Спать хочется неимоверно, еще и с дочкой Богданова нянчится всю дорогу, но не откажешь ведь старому другу?

Наконец-то калитка открывается и появляется Стас с чемоданом. Я тянусь к ручке двери, чтобы выйти и поприветствовать его, но резко замираю, не веря своим глазам.

Мила и Аврора, держась под руки и смеясь, выходят из двора и направляются к моей машине.

Я моргаю несколько раз, решая что мне почудилось.

Но нет: Аврора и в самом деле здесь. Обнимает Стаса, что-то говорит Миле. Меня словно штормом к берегу прибило. Я пытаюсь осознать какого черта происходит, пытаюсь найти хоть какое-то логическое объяснение тому, что Аврора здесь, кроме того, что она и есть дочь моего друга. Дочь, которую я уже третий день трахаю в своих мыслях а до этого в реальности.

Если он узнает об этом — можно забыть о каких-либо партнерских отношениях. Он уроет меня в том самом лесу, где мы в детстве на деревьях скворечники прибивали.

Я с трудом справляюсь со своими эмоциями, чтобы выйти наконец-то из салона автомобиля и поприветствовать Стаса и Милу. Главное, чтобы Аврора не подвела. Ее отцу лучше не знать, кто трахал ее дочь.

Мой водитель помогает с чемоданом Стасу, Аврора остается с мамой у капота внедорожника, и сразу же реагируют на звук открытия дверцы.

— Дамир, доброе утро, — Приветствует Мила и я киваю ей. Перевожу предупреждающий взгляд на Аврору, замечаю удивление в ее глазах, улыбка очень быстро исчезает с ее губ. Котенок догадливая девочка, сразу понимает кто перед ней. Как и то, что не стоит говорить родителям о нашем знакомстве.

Она вмиг бледнеет. Пялится на меня не отрываясь.

— А дочь у вас настоящая красавица. Вся в маму, — говорю бодро, стараясь не реагировать на близость девушки, которую еще несколько минут назад мысленно трахал на столе в собственной гостиной. — Я Дамир. Приятно познакомиться.

Протягиваю руку перед замершей Авророй.

— А…Аврора, — она касается пальцами моей руки, легонько сжимает в приветственном жесте. Вся дрожит. Мы друг другу в глаза смотрим, не отрывая взгляда.

Я не преувеличиваю, они с Милой и в самом деле очень похожи. Словно родніе сестры, но никак не мать и дочь.

— Дамир, спасибо что согласился подвезти Аврору, — к нам подходит Стас и мы резко отстраняемся друг от друга.

— Да не за что, обещаю что довезу вашу принцессу целой и невредимой.

Я наблюдаю за тем, как Аврора прощается с родителями, придерживаю дверцу для нее, ныряю следом в салон. Между нами напряженная тишина, которую разбавляет лишь негромкое урчание мотора.

Она не решается ничего сказать, я и сам не знаю с чего начать. Знаю лишь одно — мы со Стасом друзья, я его всегда уважал как человека, и он вряд ли обрадуется, узнав новость о том, что я с его дочкой сплю. Поэтому нужно заканчивать это пока не произошло трагедии.

— И что теперь? — тихо спрашивает Аврора. Я поворачиваю к ней голову, замечаю в уголках глаз застывшие слезы.

— Я отвезу тебя домой, как и обещал отцу.

Аврора дышит часто-часто, не выдерживает, всхлипывает.

— Ну, не плачь, — я борюсь с желанием прикоснуться к девушке и проигрываю. Обнимаю ее, притягиваю к себе. Глажу по волосам. — Успокойся. Ты ведь понимаешь, что рано или поздно это все-равно закончилось бы. Это даже к лучшему. Мы не успели привязаться друг к другу и натворить ненужных глупостей.

Но Авроре мои аргументы совершенно не нравятся.

— Пожалуйста, Дамир, давай просто никому ничего не скажем, — просит, поднимая на меня заплаканные глаза. Облизывает пухлые губы и мне приходится использовать всю свою выдержку, чтобы не впиться в них поцелуем.

Я не отвечаю, перебираю пальцами ее волосы, прокручиваю в голове варианты. Но как мне другу в глаза после всего смотреть? Черт, да я ее мелкой беззубой помню! Издевательство какое-то.

— Останови, — приказываю водителю, когда мы выезжаем за город. Вокруг лишь лес, высокие сосны, припорошенные снегом. — Оставь нас одних.

Дверца открывается, в салон проникает морозный воздух. Легкий хлопок — и мы остаемся одни, отгороженные от всего мира.

Аврора дышит прерывисто, даже не представляя как мне сейчас тяжело произносить все эти слова.

— Я ведь с самого начала, Аврора, предупреждал тебя, что не могу ничего обещать. Нечастые встречи, секс без обязательств — это мой максимум. Это очень хреново, что ты оказалась еще и дочкой Стаса. Ты понимаешь, что будет, если он узнает о нашей связи? У наших отношений нет будущего, котенок, и как бы мне не хотелось, придется тебя отпустить.

— Не отпускай, — она цепляется пальцами в рукава моего пальто. — Почему у меня все так? Почему у меня не может быть нормальных отношений? Я даже в универе не смогла продержаться! Меня отчислили. И что мне теперь делать? Ты был единственным человеком, который мог отвлечь меня от всего этого…

Я резко отстраняю ее от себя.

— В смысле тебя отчислили, Аврора? Из-за пропусков? Доработалась?

Она качает головой, всхлипывает.

— Это долгая история.

— Ну так расскажи ее мне. Я уже никуда не спешу. Я ведь тебе еще в прошлый раз сказал: возникнут проблемы с учебой — обращайся ко мне. Неужели так сложно было сделать это, если ты ни черта не училась?! — завожусь я.

— Я училась! Училась! Да я лучшей на курсе все это время была, пока ко мне не пристал Мирон! — вскрикивает Аврора, а потом сбивчиво рассказывает историю об ублюдке, который ее подставил перед всем преподавательским составом.

— Я все решу, — обещаю ей, обхватывая заплаканное лицо ладонями. — Перестань только плакать, сердце на куски своими слезами разрываешь. Успокойся, приведи себя в порядок и поедем дальше.

— Не хочу никуда ехать, Дамир. Это ведь означает, что я тебя никогда больше не увижу. А я так не хочу.

Аврора тянется к моей ширинке, пытается расстегнуть на мне штаны. Ею движет отчаяние.

— Эй, стоп-стоп, — перехватываю ее за кисти. Я ее безумно хочу, несмотря на то что только что узнал чья она дочь, но совершить очередную ошибку не позволю. — Остынь, пожалуйста, и не нужно никаких необдуманных действий принимать.

— Я не хочу без тебя. Я уверена, папа все поймет… — я не даю ей договорить, пальцами к губам прикасаюсь, заставляя замолчать.

— Знаешь что сделает твой отец, когда узнает о нас с тобой? — понижаю голос до шепота, не отрываю взгляда от ее глаз. — Возьмет свое охотничье оружие и прострелит мне яйца. И я сейчас не шучу. Пройдет несколько дней и ты обо мне забудешь. С учебой я помогу, не волнуйся.

Аврора бледнеет, резко отстраняется от меня, отодвигается к окну. Надевает на лицо непроницаемую маску равнодушия.

— Позови водителя, я домой хочу, — говорит холодно и больше не смотрит на мне.

Я какое-то время наблюдаю за ней, пытаясь понять правильно ли сделал, но прихожу в выводу, что я прав — будущего у нас нет. Лучше пусть сейчас немного пострадает, чем через год, когда наши жизни успеют плотно переплестись друг с другом.