Библиотека царя Бабуина III, или Приключения в Бронсонии

Глава вторая, в которой читатель продолжает знакомиться с Бронсонией, а также узнаёт о разновидностях оркестровых балалаек

Новый пассажир был в чёрном фраке и с большим футляром от балалайки. Его лицо украшали подкрученные кверху усы и бородка-эспаньолка.

Всё это произвело на Пёсика Фафика сильное впечатление, и он завилял хвостом.

– Позвольте представиться, – сказал незнакомец. – Заяц Сыротрики́л, балалаечник-виртуоз. Заяц – это фамилия. Сыротрики́л – артистический псевдоним.

– Фафик Барбосович! – поклонился Пёсик, а потом тихо повторил: – Сы-ро-три-кил.

Он очень любил неизвестные длинные слова.

– Звучит несколько странно, – продолжал новый пассажир, – но объясняется просто. В детстве я на спор съел три кило сыра и с тех пор стал для приятелей Сыротрикилом. Позднее, когда я начал выступать на сцене, давнее прозвище пригодилось. Да и вообще, оно мне очень дорого как память о детстве.

– Вы, наверное, в Бронсонию на гастроли? – спросил Семён Семёнович, убирая со столика свою шляпу.

– Да. Только одно выступление в столице Мёфе. В главном концертном зале «Бабуин-холл». Как говорится, спешите видеть… то есть слышать.

Заяц Сыротрикил открыл балалаечный футляр и достал оттуда три яйца, варёную курицу в фольге, полбуханки чёрного хлеба и соль в маленькой пластиковой баночке из-под таблеток.

Нет, там была и балалайка, но футляр был гораздо больше неё. Остальное место занимали разные полезные в дороге вещи.

– Очень удобно в гастрольных странствиях, – привычно пояснил артист. – Не надо таскать с собой чемодан. В оркестре народных инструментов существует пять видов балалаек.

Самая маленькая называется прима. Дальше по величине идут секунда, альт, бас и контрабас.

Я играю на балалайке-приме, а футляр – от «альта». В футляр от «контрабаса» уместился бы я сам. Вместе с вещами и, например, Фафиком Барбосовичем… Но, кажется, я прервал вас? Пожалуйста, продолжайте, а потом закусим.

– Да-да, Семён Семёныч, продолжайте! – встрепенулся Фафик, не отрывая глаз от варёной курицы. – Как там? Про зелёных монахов!

Господин К. опять начал читать:

– Всего за историю Бронсонии на её престоле восседали около четырёх с половиной тысяч царей и цариц. Ни один из них не процарствовал как положено, до своей мирной кончины. Вообще, всё это были достаточно вздорные люди и скандалисты.

Поэтому, повторяем, только удобное географическое положение позволило царству просуществовать тысячу шестьсот лет. К нему было никак не подступиться из-за океана и гор. А может, просто никто не хотел связываться со склочниками.

Уже в стародавние времена к пристаням Бронсонии причаливали иностранные корабли. Они начинали палить из пушек, приветствуя местное население. Но этого грохота окрестные жители настолько пугались, что разбегались по кустам и начинали выть…

– Прямо как я по ночам! – опять вырвалось у Фафика.

– Да уж! – Семён Семёнович перевернул страницу. – Они выли так истошно, что от воя поднимался ужасный ветер с берега и буквально сдувал иностранные корабли прочь, в открытое море.

С некоторых пор никто из заморских гостей этого воя слышать не хотел, как будто пения сирен. И, несмотря на желание завязать дружественные связи и торговлю с Бронсонией или, наоборот, завоевать её, иностранные корабли уходили. А их матросы рассказывали в тавернах портов всего мира неприятные вещи про странную и дикую страну.

А беда-то вся была в том, что в Бронсонии тогда ещё не изобрели пороха. Поэтому бронсонцы так боялись грохота пушек.

В конце концов мефский химик Б. Пивняк-Зотов открыл секрет создания пороха. С тех пор бронсонцы перестали бояться громкой пальбы и не воют от неё.

Неизвестно точно, высаживались ли в Бронсонии инопланетяне на своих летающих тарелках.

Профессор Тарзанов в труде «О вредности зелёных монахов» намекает на возможный факт. По его словам, в Аль-Строчинских горах зелёные монахи якобы тщательно скрывают следы неопознанных летающих объектов. Монахи поклоняются им, как и всему, прилетевшему из космоса.

Что касается животного и растительного миров Бронсонии, они очень многообразны.

Среди зверей выделяются львы, слоны, носороги, медведи, бабочки и удоды. Среди деревьев – баобабы, ёлки, сикоморы и кактусы.

Надо отдать должное местным жителям, они берегут свою природу, и даже цари никогда не устраивают своей царской охоты. Среди почти четырёх с половиной тысяч государей Бронсонии больше половины оказались вегетарианцами. Может быть, поэтому они были скандалистами и склочниками?

Среди простого народа вегетарианцев гораздо меньше. Поэтому, наверное, простой народ гораздо спокойнее и добрее… – на этих словах Семён Семёнович захлопнул книгу. – Ну, как вам всё это нравится? Надо заметить, что автор книги Савелий Мартышко – действительно авантюрист и, как все авантюристы, любитель приврать.

– Про вегетарианцев, скандалистов и склочников – абсолютно согласен! – сказал Фафик.

– И я тоже. – Заяц Сыротрикил оторвал от варёной курицы ножку и протянул Пёсику.

Тот немедленно впился в неё зубами.