Будешь моей

- 24 Диана -

Кровь и крики. Чьи-то липкие руки и сальные ухмылки. А вокруг становится все темнее и холоднее. И я пытаюсь вырваться, бежать, но тело не слушается, а с губ вместо крика срывается тихий хрип.

Ужас пронизывает каждую клеточку, и я из последних сил стараюсь дернуться, а затем…

Просыпаюсь.

От своего крика.

- Тише, тише! - раздается рядом знакомый голос. А горячие руки сжимают меня так, что я с облегчением понимаю - все позади. Очередной кошмар.

- Карим…

- Все хорошо, родная. Это просто сон. Плохой сон.

Он успокаивает меня, убаюкивает, и чувство опасности отступает. Я расслабляюсь и могу уже нормально дышать.

- Спасибо, - шепчу едва слышно.

- Ничего не бойся. Я рядом, малыш.

И я верю. Знаю. Потому что он пришел за мной. Не бросил, не отказался, а спас. Вытащил.

Резко отстраняюсь и стараюсь осмотреть его лицо, руки и тело. Судя по тому что я вижу, досталось ему нехило.

- Ты чего? - усмехается он. Не отвечаю - осторожно прикасаюсь пальцами к рассеченной брови, затем к ссадине на скуле. И это еще самое безобидное. Боюсь думать, что там под одеждой.

- Тебе сильно… больно?

Карим улыбается еще шире и, кажется, даже кайф ловит от моей реакции.

- Позаботишься обо мне? После, когда вернемся домой.

- Домой?

- Да, Диана, домой. Ко мне. К нам.

- К нам?

Мехдиев хмурится и придвигается еще ближе. Так, что все мое пространство заполняется им.

- Ты же не думаешь, что я тебя отпущу?

Я, признаться, вообще в эту сторону сейчас не думаю. Только-только пришла в себя. И меня куда больше беспокоит состояние мужчины.

- А как же… - осекаюсь под его взглядом. - Как же твоя невеста?

- Ревнуешь? - игриво спрашивает он. Но заметив, как я теряюсь и отвожу взгляд, заставляет снова посмотреть ему в глаза. - У меня нет другой невесты. Только ты.

- Но твой брат сказал…

- Амиран сказав, не подумав, - мрачно произносит Карим. - Он ошибся.

- Но он сказал… - Договорить не выходит - поцелуй прерывает мою попытку объясниться. И я сама тянусь к Кариму, прижимаюсь ближе, наслаждаясь его теплом и жаждой, которую чувствую даже так, через одежду.

- Послушай, я тебе все объясню. А ты должна пообещать, что услышишь меня и не станешь верить кому-то другому. - Я медленно киваю, завороженно глядя в его темные глаза. - Мой отец и правда хочет меня женить на дочери друга. Но я давно ему сказал, что не стану этого делать.

- Почему?

- Потому что не хочу, чтобы моей жизнью распоряжались. Потому что не хотел семью. Потому что Ася мне, как сестра. Причин достаточно.

- Ясно…

- Диана, я говорю тебе правду. Знаю, что тебя много раз предавали. Но я клянусь, что это правда.

- Я тебе верю, - сдавленно возражаю. - Просто… Может, ты делаешь ошибку?

- О чем это ты? - недовольно спрашивает боец.

- Вы с ней очень хорошо смотритесь, - вынужденно говорю очевидное. Мне больно озвучивать это, но разве не должна я думать не о себе? Карим и так сделал для меня невозможное. Так разве имею я право и дальше портить ему жизнь? - И может быть…

- Так, хватит! - неожиданно перебивает он меня и берет лицо в свои ладони. - Послушай-ка меня внимательно, Ди. Ты - моя женщина. И мне нужна только ты, поняла? И невестой моей будешь только ты. Усекла?

Шокировано смотрю на него, не в силах выдать ни слова. Какой еще невестой?

- Да, можешь упираться и сопротивляться. Но я тебя не отпущу.

- Почему? Зачем тебе я? - едва не плача спрашиваю у него. - Я же…

- Ты - вот здесь, - он кладет мою ладонь себе на грудь. - Понимаешь? Думаешь, я бы рванул за тобой, если бы ты не была мне важна?

- Спасибо, что спас, - бормочу чувствуя вину за то что втянула его в неприятности.

- Дурочка, - вздыхает он, прижимая к себе. - Я не мастер красивых слов, Диан. Наверное, правильнее сказать, что я тебя люблю. Но в этих делах я полный профан. Так что принимай таким, как есть. Ладно?

Я киваю и с трудом сдерживаю слезы. Мне так много хочется сказать ему, я столько всего испытываю в этот момент, но не могу выдавить ни слова. Кажется, я и вовсе разучилась говорить. Поэтому только обнимаю крепче, надеясь, что хоть так смогу выразить глубину своих чувств.

- Мы теперь вместе до конца, родная. Запомни это.

Он целует меня в макушку, а я позорно хлюпаю носом. И чтобы как-то сгладить неловкий момент перевожу разговор:

- А почему мы в больнице?

- Тебе стало плохо, когда мы уехали из дома Юсупова. Ты странно себя вела и была такой горячей, что пришлось везти тебя в клинику.

- Мне кажется, мне что-то подмешали в еду, - признаюсь, стыдливо пряча глаза. События в доме этого ублюдка я помню довольно смутно. Только то, как молилась всем высшим силам какие только есть, чтобы с Каримом все было в порядке.

- Так и есть. А еще у тебя было переохлаждение.

- В подвале было холодно, - говорю не подумав, что вообще-то не стоило бы это упоминать. Потому что Карим стискивает зубы, а его лицо искажается злостью. - Но теперь все в порядке.

- Тебя держали в подвале? - словно и не слышит уточняет боец.

- Д-да…

Заметив, как я напрягаюсь, он шумно выдыхает.

- Прости, все время забываю, что ты плохо переносишь агрессию. Но ты же понимаешь, что причина этого не ты?

- Понимаю, а что… - Не сразу набираюсь смелости, чтобы закончить вопрос. - Что с ним? Он может еще раз…

- НЕТ. Нет, Диана. Больше он тебя не побеспокоит, - уверенно произносит Карим, и я ему верю. Безоговорочно. Даже не уточняю, почему он так уверен. Самое главное, что в моей жизни больше не будет Самира Юсупова.

Так мы и сидим в обнимку, периодически целуясь, пока в палату не приходит врач. Осмотрев меня, он оставляет названия лекарств и отпускает долечиваться домой под обещание тщательно соблюдать все его назначения.

Когда мы уже собираемся покидать палату, у Карима звонит телефон, и по выражению его лица понимаю, что разговаривать он желанием не горит. Но тем не менее отвечает.

- Что-то случилось? Нет, Мир, сегодня не смогу. Да, давай завтра. Хорошо. Приеду, но не один.

Он завершает разговор и убирает телефон. Я же просто жду, чувствую, что сейчас что-то да будет. И точно…

- У моей матери скоро день рождения. Поедем вместе, - выдает Мехдиев, а затем берет меня за руку и ведет за собой…

Шок - это слишком слабое слово, чтобы описать то что со мной происходит.

День рождения мамы? Но ведь это же… Это значит, поехать домой к родителям Карима! То есть там будет его отец, который… Он наверняка не будет в восторге от моего присутствия.

- Боишься? - спрашивает боец, когда мы садимся в машину.

- Честно? Мне не стоит туда ехать.

- Да? И с чего ты это решила? - нейтральным тоном спрашивает он.

- Может, потому что твои родители вряд ли мне обрадуются?

- Ты - моя женщина. Моя будущая жена. Им придется принять мой выбор. - Заметив мой ошарашенный взгляд, он усмехается. - Что такое? Я думал, мы все выяснили уже.

- Слушай, для меня это все слишком… быстро.

- А я и не давлю. Просто сообщаю, что тебя ждет, - довольно спокойно произносит Карим. - Или ты против?

Отвожу взгляд, пытаясь не показать своего страха. Однажды меня уже сделали невестой, не спросив. Понимаю, что Мехдиев - не Юсупов. Он не станет меня мучить или унижать. Наоборот. Но воспоминания прошлого все же пугают и не дают полностью расслабиться.

- Я… Я очень благодарна тебе, что ты помог мне, что не оставил, и… - сбивчиво объясняю, но, кажется, чем больше пытаюсь подобрать слова, тем мрачнее становится мужчина.

- То есть ты просто благодарна? - напряженно уточняет он. - Дело в том, что ты чувствуешь себя обязанной?

- Да, то есть нет. То есть не только это… - Я беспомощно вздыхаю и отвожу взгляд. - Прости, я только все порчу…

Он ничего не говорит, только прижимает к себе и оставляет невесомый поцелуй.

- Отдохни. Обсудим это дома.

Удивительно, но я и правда засыпаю. Несмотря на не самый приятный разговор, на тот осадок, который остался после него. Рядом с Каримом я могу расслабиться. И довериться.

Эта уязвимость перед ним меня очень пугает.

Просыпаюсь я уже в квартире, точнее, когда боец заносит меня в спальню. Сонно моргаю, пытаясь понять, как оказалась здесь.

- Ты слишком сладко спала, - поясняет он, видя мое недоумение. - Не стал тебя будить.

- Спасибо, - растерянно говорю, приподнимаясь и осматриваясь. Вроде меня не было здесь всего ничего - несколько дней, но ощущение, что это было в прошлой жизни.

- Голодная?

- Немного.

- Скоро приедет доставка. Отдыхай пока.

Он уходит, а я сажусь и пытаюсь понять, что чувствую. Прислушиваюсь к себе и ищу подсказки - как же быть дальше? Остаться с мужчиной, рискнуть и довериться полностью? Но что если тем самым я усложню его жизнь? Как долго он сможет сопротивляться своей семье? И будет ли от этого счастлив?

Это у меня с родителями не сложилось доверительных отношений. А у Карима?

В итоге, собравшись с духом, иду искать хозяина квартиры, чтобы попробовать еще раз поговорить. Но нахожу того в кухне. Перед ним лежит аптечка, а сам обнажен по пояс и занят тем, что меняет повязку.

Теперь я в полной мере могу оценить все последствия того боя с близнецами. Горло сдавливает, а в глазах мгновенно появляются слезы.

Боже, если бы я могла сделать так, чтобы ему не пришлось…

- Ты чего? - спрашивает он, заметив мою реакцию. - Диана, все в порядке.

Он тут же подходит ко мне, не обращая внимания, что повязка спадает. - Родная моя, я тебя напугал? Не бери в голову, бывало и хуже. Это так, мелочи…

- Карим… - выдыхаю я и в ужасе закрываю рот ладонями. Видеть его в таком состоянии - выше моих сил. В голове набатом бьет мысль - это я виновата. Это из-за меня ему досталось…

Мехдиев же вместо того, чтобы успокаивать меня, запускает руку в волосы и жадно целует. Можно даже сказать подавляет. Отчего моя истерика сама собой сходит на нет.

- Ну, все, ромашка, все, - шепчет, едва оторвавшись от меня. - Все, расслабляйся. Лучше помоги мне.

- К-как?

- Повязки поменять - у меня криво как-то выходит.

Он выжидающе смотрит на меня, и я несмело киваю в ответ. Мы возвращаемся за стол, и я полностью сосредотачиваюсь на его “трофеях”. Стараюсь не думать, не скатываться снова в панику и чувство вины. В конце концов, он же мужик, да? Он же не маленький и понимает, что делает?

- Ты слишком много думаешь, - раздается его голос совсем рядом. Оказывается, так задумывалось и снова занялась самокопанием, что вместо того, чтобы продолжить, туда сюда перекладывала бинт и пластырь.

- Я не…

- Как же я соскучился… - Он проводит носом по моему виску, жадно вдыхает и словно кайфует. - Хочу тебя, родная… Можно?

Мы встречаемся взглядами, и я словно проваливаюсь в темную бездну мужского желания.

Жажда. Потребность. Влечение.

Но вместе с тем в его глазах столько всего…

Нежность. Тепло. Любовь…

Я купаюсь в его эмоциях, и с каждым вдохом становлюсь чуточку свободнее. Чуточку ближе к тому, чтобы признаться - он нужен мне.

Нужен, и дело вовсе не в благодарности.

- Если тебе неприятно… - сдавленно шепчет Карим. Он хочет меня. Хочет так, что напряжен до предела, но все равно готов отступить. И, мамочки, как же я боюсь оказаться недостойной его!

- Пожалуйста, я тоже… - шепчу, подавшись к нему. - Тоже… Хочу…

Вопреки ожиданиям он не набрасывается на меня, едва получает согласие. Напротив. Продолжает нежно ласкать, пока еще не переходя черту. И когда я окончательно расслабляюсь, слышу слова, от которых теряю дар речи окончательно:

- Будешь моей, ромашка? Будешь моей женой?