Будешь моей

Глава 3

Эля

Прикусив губу, чтобы не разреветься, смотрю на проплывающий за окном машины город. Пейзаж то и дело размывается, когда слёзы застилают обзор. Названная сестрой сумма баснословная. Мы никогда не сможем её заработать. Отчаяние вновь накрывает меня с головой. После смерти мамы нас с Есенией воспитывает бабушка. Она всегда зорко следила за нашим здоровьем, заставляя каждый день пить витамины и даже строго наказывая, если вдруг одна из нас забудет их выпить. Я как-то смыла их в унитаз, а бабушка вечером как-то поняла, что я их не пила. Она выглядела такой испуганной и потерянной. Бабушка в этот раз не кричала, не хваталась за ремень, а просто побелевшими губами попросила немедленно выпить витамины. Её выражение лица я запомнила навсегда. И после этого пила витамины каждый день. Независимо от того, где нахожусь. Если бабулечке это так важно, что мне стоит выпить их? Вреда же они мне не принесут.

Когда Сеня упала в обморок в ванной комнате наша жизнь изменилась на «до и после». Её увезли в больницу, после чего сообщили неутешительный диагноз — лейкемия. И начались изнурительные химиотерапии, приёмы лекарств, процедуры и обследования. Сестрёнка похудела, осталась без волос, ресниц и бровей. Она не могла смотреть на себя в зеркало. Плакала, стоило ей увидеть своё отражение. Лечение проходило за счёт государства, и мы были не готовы к тому, что придётся делать операцию.

Я снова прикусила губу, чтобы не всхлипнуть. Почувствовала, как мою ледяную ладонь перехватил Кир и чуть сжал, подбадривая. Когда машина остановилась у подъезда, я повернулась к нему лицом, чтобы поблагодарить. Красивое лицо парня оказалось невероятно близко к моему. Увидела, как Кирилл опустил взгляд на мои губы и чуть подался вперёд. Не к месту я вспомнила Макса. Его запах и тёмный жадный взгляд. И отпрянула, положив ладошку на плечо парня:

— Прости. Давай мы не будем спешить.

— Как скажешь, — парень мягко улыбнулся и вышел из машины, чтобы открыть мне дверь.

Он только мягко коснулся губами моей щеки. Так тепло. Даря поддержку.

— Всё обязательно наладится, Эля.

— Спасибо, — я всё же улыбнулась и поцеловала его в ответ. — Ты чудесный, Кир.

Парень слегка засмущался.

Когда я уже заходила в подъезд, мне показалось, что по спине побежали знакомые мурашки. Обернулась, но никого не заметила. Мотнула головой. Дура я. Всё-таки запала на Максима.

На следующее утро поехала в больницу до того, как проснулась бабушка. Я никогда не умела ей врать. А по моим опухшим глазам она бы поняла, что я плакала.

В коридорах больницы, где пахнет хлоркой, а белые стены давят и вызывают желание поскорее сбежать, столкнулась с лечащим врачом Сени.

— Доброе утро, Николай Михайлович, — схватила его за рукав белого халата, чтобы привлечь внимание мужчины.

— Здравствуй, Эльвира, — врач едва заметно улыбнулся. — Есения сейчас на процедурах.

— Я знаю. Я хотела поговорить с Вами, — я с силой сцепила пальцы за спиной. — Есть ли шанс, что операцию сделают бесплатно?

Мужчина виновато качает головой.

— Где нам взять такие деньги? — в голосе звенят слёзы.

— Обратитесь в профильный благотворительный фонд помощи, Эльвира. Я дам Вам контактные данные, даже помогу отправить запрос. Но не стоит ждать чуда, — я киваю, глотая слёзы. — Вытираем слёзы, Эльвира, — мягко улыбнулся мужчина, — сестру расстраивать нельзя. Главное что? — кладёт руки мне на плечи и заглядывает в глаза своими добрыми, лучащимися заботой и мудростью глазами.

— Позитивные настрой, — шмыгаю носом и вытираю слёзы со щёк. — И спокойствие и поддержка со стороны близких.

— Правильно, девочка, — мужчина вдруг приобнимает меня за плечи и увлекает по коридору в сторону палаты сестры. — Расскажу тебе одну историю из своей жизни. Мне было тридцать два, когда мне диагностировали рак четвёртой стадии. Я всецело отдавался работе, забыв о своём здоровье. Пока ехал домой, обдумывал, как сказать своей жене, с которой мы состояли в браке на тот момент всего два месяца, что я тяжело болен. Но едва я ступил на порог нашего дома, я узнал о том, что моя женщина ждёт ребёнка. Имел ли я право умереть и оставить любимую жену одну, с ребёнком на руках? Мог ли я оставить своего сына без отца? Любовь к жизни и близким, Эля, заставляет бороться. Не просто верить в то, что лечение поможет, а знать. Твоя сестра сильная, Эльвира. Очень сильная. Но я вижу, что она чувствует обречённость. Говори с ней. Говори ей о своей любви. Напоминай о том, как прекрасна жизнь.

— Обязательно буду, — кивнула я, смотря снизу вверх в добрые глаза мужчины, которые полны сочувствия. — Каждый день.

— Вот и отлично.

Мы вошли в палату, где на койке лежала Сеня. Бледная и истощённая. Снова сердце сжалось от боли. Вновь захотелось разрыдаться. Почему именно Сеня? Николай Михайлович молча выходит из палаты. Я присаживаюсь на край кровати и перехватываю тонкую ладонь сестры, подношу её к лицу и целую тонкие пальцы. Даже они пахнут лекарствами.

— Как ты себя чувствуешь, Весна? — спрашиваю тихо, вглядываясь в бледное лицо.

— Будто поезд переехал несколько раз, — горько усмехается девушка. — Но послезавтра отпустят домой. Дома лучше, — её пальцы касаются в ласке моей щеки. — Где ты вчера была? Бабушка говорит, что ты с Настей гулять выбралась.

Я тут же краснею, вспоминаю о Кире. И о Максе. Перед глазами его лицо появляется, с кривой и наглой улыбочкой.

— Вау, — тихо смеётся Сеня, — что я вижу. Не могу поверить своим глазам. Ты влюбилась!

— Нет, — я отрицательно мотаю головой.

— Да-а-а, — тянет довольна сестра. — И кто он? Как его зовут?

— Кирилл, — опускаю глаза. — Я с ним познакомилась вчера на вечеринке в честь дня рождения его брата. Он напоил меня какао и отвёз меня домой.

— Он мне уже нравится. Сильно он тебя зацепил?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Он очень хороший. Очень. И красивый, как с обложки журнала. И даже немного застенчивый, не несёт его с внешностью. Просто мне нужно привыкнуть, узнать его поближе, тогда я влюблюсь. Знаю, что такого человека я полюблю быстро. Его невозможно не полюбить.

— Но полюбишь ли ты его, как мужчину? — рука старшей сестры легла на мою щёку. — Не торопись с выбором, Эльфёнок. Потому что потом просто может снести крышу, когда ты встретишь того, кто одним взглядом будет вышибать почву из-под ног.

Кажется, уже встретила. Но я слишком боюсь потерять голову, а после остаться с разбитым сердцем.

— Так говоришь, будто тебе это знакомо, — бурчу я.

— Знаешь ведь, что незнакомо, — сестра отводит волосы с моего лица. — Просто на процедурах я разговариваю с разными людьми. И мне рассказывали столько разных историй, — фыркает, — что мне самое кажется, что я всё это пережила. Мудрость из меня прям прёт, — Сеня хохотнула. — Но что-то мне кажется, что ты мне что-то не договариваешь.

Пальцы сестры проходятся по рёбрам. Я хохочу и изворачиваюсь.

— Тебе только кажется, — пожимаю плечами я.

— Ну, как знаешь. Захочешь, позже сама расскажешь. Как бабушка? Сильно переживает?

— Очень, — выдыхаю. — Я ей её не говорила, что нужна будет операция. И не знаю, как сказать. Николай Михайлович обещал дать связаться с центром, где проводят сбор средств на операции. Вдруг повезёт. Я сегодня хочу пойти устроиться на работу, чтобы хоть что-то накопить.

— Эльфёнок, — сестра качает головой, — ты в месяц сможешь заработать не больше шестидесяти тысяч. Даже если все сбережения мы потратим. Даже если продадим квартиру и дачу. Этого недостаточно.

— Нужно найти отца. Я знаю, что бабушка не любит о нём говорить. Но, если он жив? Если он сможет помочь?

— Не стоит, Эля. Бабушку в дрожь бросает, стоит только заикнуться об отце или других родственниках. Я понятия не имею, что они за люди, но судя по её реакции, они там чуть ли не бандиты. Ей вечно кажется, что за нами следят. Лишний раз заставлять её нервничать я не хочу. Ей и так забот хватает. Нам всем хватает.

— Ну, а где тогда деньги взять? Девственность продать?

— Не городи чепухи, Эля. Посмотрим, как будет продвигаться сбор средств. Кто знает, вдруг мне хоть раз в жизни повезёт…

— Повезёт, — шёпотом сказала я, обхватывая её ледяные ладони. — Обязательно повезёт.

У сестры я просидела до позднего вечера. Когда вернулась домой, меня встретила радостная бабуля, которая с порога меня огорошила:

— Твой парень тебя ждёт на кухне. Скорее раздевайся.

Быстро мою руки и спешу на кухню. С замиранием сердца выглядываю из-за угла и чуть разочарованно выдыхаю, тут же одёргивая себя. За столом сидит Кир с чашкой в руках, которая кажется ничтожно маленькой в его руках. Он внимательно слушает бабушку и кивает.

— Привет, расплывается в улыбке, едва замечает меня. Поднимается из-за стола, подходит и оставляет поцелуй на щеке. Я вспыхиваю и кидаю быстрый взгляд на бабушку, которая с улыбкой смотрит на нас.

Хватаю Кира за руку и тащу в свою комнату, где захлопнув дверь, тыкаю пальцем ему в грудь:

— Ты что здесь делаешь? Зачем ты сказал бабушке, что ты мой парень?

— Так и есть, — пожимает плечами. — Зачем долго тянуть? Ты мне нравишься. Очень. Я хочу с тобой встречаться.

— Кир, разве так делается? Нам нужно узнать друг друга поближе!

— Так давай узнавать! — пожимает плечами.

— Кирилл, — я устало тру лицо ладонями, — мне сейчас не до этого. У меня серьёзно больно сестра. Смертельно больна. Ей нужна дорогостоящая операция. Ей нужно найти донора. У нас нет таких денег. И мне нужно думать, как их найти. Не об отношениях.

— Я понял, — кивает серьёзно. — Эль, — сокращает расстояние между нами и обхватывает моё лицо ладонями. — Девочка моя… Я не знаю, как правильно это делается. Что нужно говорить, как себя нужно вести. У меня не было отношений. Никто не цеплял так, как ты… Ты мне нравишься… Очень сильно нравишься. И я хочу видеть тебя рядом. И готов помочь всем, чем смогу.

— Кир…, — шепчу растерянно. Не могу поверить в то, что такой красивый парень никогда прежде не встречался. Это за гранью фантастики. — Кир, я тоже не знаю, как нужно себя вести. До тебя никто не проявлял внимания… Ты мне нравишься, правда. Но… — договорить парень мне не дал. Склонился и мягко коснулся губами моих.

— Давай просто попробуем, Эль, — большие пальцы его рук гладят мои скулы и щёки.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Давай попробуем, — шепчу.

Вновь губы парни прижимаются к моему рту. Я привстаю на носочки, чтобы быть к нему ближе. Чтобы зажмурить глаза и прислушаться к себе. Почувствовать тех бабочек в животе, о которых так часто пишут в любовных романах. Но я только слышу дыхание парня на своём лице и чувствую, как затекла шея. Кир разрывает поцелуй и прижимается горячим лбом к моему, удерживая лицо в чаше своих ладоней.

— На него ты реагировала иначе, — с горьковатой улыбкой на губах, пробормотал он.

— Что? — хлопнула глазами.

— Ничего, — улыбнулся криво. — Мне нужно уйти, Эль.

— Ты не хочешь попить чаю? — попыталась быть гостеприимной я.

— В другой раз, — парень отстранился и вышел в коридор.

Я посеменила следом, смотрю на широкие напряжённые плечи парня. Меня не покидает ощущение, что я его чем-то зацепила и обидела. Только сама понять не могу, чем. Я же ничего лишнего не говорила.

Парень надевает кроссовки, прощается с улыбающейся бабушкой, целует меня в лоб и уходит, оставив меня стоять в коридоре в смешанных чувствах.

— Какой чудесный мальчик, — услышала голос бабули с кухни.

— Он давно пришёл? — поинтересовалась, опускаясь за стол.

— Где-то минут сорок назад. Такой вежливый и умный. Принёс продукты, помог мне почистить картошку.

— Ба! — я возмутилась, когда увидела ведро чищенной картошки у стола. — Ты его картошку заставила чистить?

— Так до него другой парнишка заходил, — хитро улыбнулась бабушка и лукаво стрельнула на меня взглядом.

— Какой? — я замерла.

— Красивый, — бабушка покачала головой. — Голубоглазый, высокий.

— Кир тоже красивый, — заметила справедливости ради.

— Конечно, — согласно кивнула головой бабуля. — Но Кирилл твой настоящий ангел во плоти. А тот полная противоположность. Ну, пока я ему про Сенечку рассказывала, картошку он и чистил.

— Ба, а как его звать-то?

— Я не поинтересовалась, — бабушка махнула рукой.

— Бабуль? — я вскинула брови и сложила руки на груди. — Ты мне врёшь. Ты всегда слишком настороженно относишься к незнакомцам. А тут… Даже имени не спросила.

— Ты, Эля, не ругайся на меня. Я лучше знаю, что делать нужно. Больше на свете прожила. И знаю, девочка моя, что ты сейчас неверный выбор делаешь. Вопреки и назло. Боишься потому что.

— Бабуль?

— Не перебивай, — строго, — но не одна ты ошибаешься. Всё не случайно. И даже болезнь Сенечки скоро поможет обрести ей счастье.

Бабушка замолчала. Я с непониманием продолжаю смотреть на неё. А она отвернулась к раковине и стала мыть посуду.

— Парня, который приходил, Максим зовут? — спросила тихо.

— Не знаю. Но он явно тебе понравился больше, чем его друг.

— Откуда?…

— Девочка моя, я слишком хорошо тебя знаю. Ты разочаровалась, когда увидела Кирилла. Ты ждала увидеть совсем другого парня. Твои глаза загорелись, стоило тебе упомянуть того загадочного Максима. Если сердце тянется, то не стоит сопротивляться.

— Бабушка, такого как он, я могу заинтересовать только на время. Пока азарт не пропадёт. Он никогда не будет верным. А Кирилл надёжный. И я ему нравлюсь.

Бабушка только загадочно улыбнулась и ничего не ответила. Я собралась спросить, что хотел Максим, как из коридора донёсся звонок моего мобильного.

— Привет, Настюша, — улыбнулась я, радуясь тому, что подруга позвонила.

— Привет. Прости, что я вчера ушла, мне стало плохо, я тебя не смогла найти в доме.

— Ничего страшного, меня Кирилл подвёз. Как ты себя сейчас чувствуешь?

— Прекрасно. Слушай, Эля, я у тебя вчера забыла свою косметичку, а ты знаешь, как она мне дорога. Можешь мне привезти её в отель?

— Куда?

— На Охотничую. Там подойдёшь к ресепшену, попросишь проводить в зал для вип-клиентов. Я сегодня там работаю.

— Хорошо. Конечно.

— Ты поторопись. Я жду.