Будет ли закончено следствие?

Можно ли проникнуть в масонские тайны?

В 1922 г. выяснилось (выяснить это пушкинисты могли, кстати, намного раньше), что, расправляясь с Пушкиным, убийцы оставили после себя довольно странный, но очень отчетливый след. Речь идёт о сургучной печати, которой были запечатаны конверты с дипломами-пасквилями; последние были разосланы в ноябре 1836 знакомым поэта и ему самому. Один из таких конвертов, адресованный М. Ю. Виельгорскому, был обнаружен в секретном архиве III-го отделения после революции. Фотокопии этого конверта были опубликованы в 1922 и 1937 гг. Вот описание этой печати, сделанное А. С. Поляковым: «В середине стропила, в которых помечено прописное „А“, с левой стороны раскрытый циркуль с правой — пингвин щиплет куст, прикреплённый к решетке. Всё это имеет основанием подобие пера. Наверху изображение двух капель или пламенеющих языков с „оком“ внутри каждого». Печать необычная, особенно для тех, кто не знаком с символами, изображёнными на ней. Поляков рассказывает, как удивился этой печати сам Геккерен, которому она в своё время была показана. Она «довольно странная», — только и сказал интриган. Обратить внимание на эти символы уместно теперь, когда мы предположили за действиями Геккерена масонский заговор. Вне всякого сомнения (и это ясно даже для непосвящённого), что на печати изображены масонские символы и знаки. Достаточно указать на «всевидящее око» или циркуль — эти непременные атрибуты масонской символики. Разгадка совокупности изображённых на печати знаков — дело специалистов. Для нас важно одно: дипломы, разосланные по всему Петербургу, были помечены масонскими символами, смысл которых, конечно, был хорошо понятен тем, кто изготовлял эту печать. Для непосвящённых же эти знаки — нечто затейливое, невинное, случайное. Ясно также и то, что печать на конверте — не случайно оставленный след и не досадная ошибка великого стратега и тактика барона Геккерена. Это — заранее предусмотренное и обдуманное клеймо убийц (в данном случае — масонов), призванное, во-первых, напомнить «заблудшим» братьям об их обязанностях перед орденом, а во-вторых, послужить в назидание потомкам: так мы будем поступать с каждым отступником и непослушным.

Из истории с сургучной печатью видно, что масонская версия не такая уж недоказательная. На упрёки в том, что одной печати маловато для обоснования гипотезы, ответим: масонская версия до сих пор почти не прорабатывалась следователями от пушкиноведения, а потому, думается, все находки и открытия ещё впереди. Но и до того, как они будут сделаны, этот новый для пушкинистов взгляд может оказать всем тем, кто желает разобраться в причинах смерти Пушкина, немалую услугу.