Буря по соседству

8

— Арт-директор одной небольшой конторки, значит? — прищурившись, уставилась на него с враждебностью.

Я не могла сдержать чувств, которые бурлили внутри, как вода в кастрюле на огне. Думает, что можно меня просто так выставлять дурой? Хотя, впрочем, именно ею я и являлась, раз повелась на этого наглого, самовлюбленного и абсолютно беспринципного соседа.

В голове мелькали мысли о том, как же я могла так легко попасться на его уловки. Других мужиков что ли вокруг не могла найти? Выходит, не могла…

— В масштабах страны моя компания действительно не может похвастаться размерами, — произнес Виктор с легкой усмешкой, словно это было чем-то забавным. Он говорил это так уверенно, что у меня возникло ощущение, будто он наслаждается этой игрой.

— Штат три тысячи сотрудников, очешуенные зарплаты, щедрые премиальные за переработку, оплата больничных и отпусков… Ой, да перед кем я распинаюсь? Ты и так в курсе! — выпалила я, чувствуя, как злость накрывает меня волной.

— И чего ты ждёшь от меня сейчас? Считаешь, что мне стоит начать оправдываться? Этого не будет, — произнес он с таким спокойствием, что это лишь подливало масла в огонь моего гнева.

— Ну, конечно, этого не будет! Чего ещё стоит ожидать от такого, как ты! — ответила я резко, мои слова звучали как выстрелы в тишине.

Виктор изогнул бровь в скепсисе и посмотрел на меня с легким недоумением.

— Кажется, ты раздуваешь проблему из ничего.

— Я раздуваю? — переспросила с сарказмом. — Тебе необходима была работа. И, раз уж так совпало, что ты подала резюме в отдел кадров моей компании, я решил помочь, — его голос звучал убедительно, но я знала, как он прекрасно умеет притворяться.

— И что теперь? Будешь трахать меня в обеденный перерыв в пыльных подсобках? — выпалила я с нажимом, не удержавшись от колкости.

Виктор рассмеялся — этот звук был одновременно и притягательным, и раздражающим.

— К твоему сведению, наши уборщицы честно отрабатывают свой хлеб. А ещё… — его пальцы ласкающе прошлись по коже моего живота, отчего меня усыпало мурашками. Это было одновременно приятно и раздражающе. — У меня есть прекрасный комфортабельный кабинет с довольно прочным столом и мягким диваном… — его голос понизился до почти интимного шепота, а глаза вновь приобрели цвет темного предштормового неба.

— Ну уж нет! — взвилась я, подскочив с нашего ложа. Тьфу, моего. С чего бы вдруг мне после одной ночи страсти считать его “нашим”?!

— Зря отказываешься. Я бы мог, скажем… научить тебя вбивать гвозди, — произнес он игриво, что я не могла удержаться от усмешки.

Ага, научить. Он уже показал, как может вбивать… не только гвозди в тела наивных соседок!

— Придурок! — бросила я и, подхватив мобильный, скрылась в ванной комнате. Нужно было привести мысли в порядок.

Ну вот как? Как я могла так вляпаться?

Сквозь звук включенной воды отчётливо услышала хлопок входной двери. Видимо, Виктор ушел. Что неудивительно. Свое он получил — оставаться и дальше в моем “бомжатнике” смысла для него не было.

Вот же… расчетливая скотина. Как знала, что ему нельзя доверять. Он ведь обманул меня уже раз, заманив к себе в квартиру. Почему не догадалась, что это повторится вновь?

Да я тоже молодец. С чего вообще решила, что он увлечется мною настолько, чтобы вот так взять и… не знаю, предложить мне что-то более серьезное? Мужик вот только с бывшей расстался. И то не факт, что сделал бы это, не вмешайся в их конфронтацию я.

Для него наш секс — всего лишь попытка отпустить душу. Разрядка, не более. И для меня это, впрочем, тоже должно было стать подобным же. Тогда почему внутри так больно?

Наспех сполоснувшись в душе, я ещё некоторое время стояла у раковины, уставившись в отражение в зеркале. Мои глаза, полные сомнений и недоумения, искали ответы, но находили лишь пустоту. Чёрт побери, как же я могла так легко попасться на его уловки?

Словно в ответ на мои внутренние метания, на левом плече зашевелился мой внутренний демон, шепча искушающие гадости. Работа мне действительно нужна была. Может, стоило согласиться? Подумаешь, буду иногда перерабатывать в качестве любовницы шефа?

Тьфу! Ну и глупости!

Я, Маргарита Ковалева, никогда не опущусь до банального статуса любовницы! Во всяком случае, служебные романы только в книжках да фильмах заканчиваются хорошо. А в реальной жизни? В реальной жизни всё гораздо сложнее и запутаннее. Я вспомнила истории своих подруг, которые пытались наладить отношения с коллегами и в итоге оказывались на грани увольнения или, что ещё хуже, с разбитым сердцем.

Пребывая в этих противоречивых мыслях, покинула ванную, с тоской обведя взглядом оставшийся фронт работы. Картину так и не удалось повесить, она стояла у стены на кухне среди кучки теперь уже собранных в кучу кривых гвоздей. От взгляда на это становилось тошно.

Я чувствовала себя не только неудачницей в ремонте, но и в жизни. Виктор же более не объявлялся, и это злило до зубного скрежета. Не могла понять, почему его отсутствие вызывает во мне такую бурю эмоций.

Наверное, поэтому, вместо того чтобы отправиться спать, я выудила из своего гардероба более-менее приличный наряд и отправилась на поиски приключений. В ночной клуб, то есть. Нет, я не была легкомысленной идиоткой, намеревавшейся забыть одного мужчину с помощью другого случайного знакомства. Просто накануне получила от одной из давних универских подруг приглашение на день рождения. Не то чтобы мы с Дашкой были не разлей вода; скорее, мы просто делили воспоминания о беззаботных студенческих годах.

Сначала ведь хотела отказаться от приглашения, но настроение было слишком уж скверным. Таким, что не хотелось ничего, кроме как напиться и забыть о своих заботах хотя бы на одну ночь.

В клубе пробыла отсилы три часа, влив в себя пару тройков шотов и несколько коктейлей. Поздравив Дашку от всего своего дурного сердца, я почувствовала себя чуть лучше — хотя бы на время забыла о своих проблемах. Хорошо, что хоть не отчебучила чего-то на пьяную голову и не устроила сцену из-за Виктора.

Домой доехала на такси, вся дорога ловя вертолеты — ощущения были странные и немного забавные. И только оказавшись возле своей новостройки, поняла, что знатно перебрала. Язык заплетался так, что можно было смело выходить на сцену стендапа и веселить публику своими «внятными» речами.

Еле как в развалочку доволочившись до подъезда, отдала честь сонному консъержу, пьяно хихикнув над его недоумением, и потопала к лифту. Ужасно хотелось спать, но мысли о Викторе всё равно не покидали меня.

Загрузившись в жестяную коробку лифта, я прижалась к прохладной стене и прикрыла глаза. Даже не сразу поняв, что не нажала кнопку этажа. Двери съехались с характерным щелчком. Но одиночество моё продлилось недолго.

— Марго? — раздался приятный баритон Виктора. Я замерла на месте, сердце заколотилось быстрее.

Сначала мне показалось, что это игра воображения — возможно, побочный эффект выпитого алкоголя.

Я улыбнулась, воображая себе сценарий: мы случайно столкнулись в лифте и схлестнулись в безумном танце страсти. Но реальность была другой: он стоял прямо передо мной, хмурый, серьезных и с недовольством во взгляде.

Как же так? Почему он здесь? Судя по папке в руках и костюму, видимо, только вернулся домой с работы?

— Ты что, пьяна? — его голос прозвучал с легким укором, словно ему было стыдно за мое состояние.

А я наоборот просияла. Сделала гадость!

— Ага, — хихикнула, стараясь скрыть растерянность.

В лифте рядом со мной действительно стоял Виктор. Настоящий, живой, правда, без привычной ухмылки, но с тем же проницательным взглядом.

Злость захлестнула меня с головой, как холодная волна в бурное море.

— Я была в ночном клубе, — произнесла с вызовом, стараясь придать своему голосу уверенности, хотя внутри всё сжималось от напряжения.

— Понятно, — равнодушно отозвался он, нажимая на кнопку нашего этажа. Лифт плавно двинулся вверх, и я почувствовала, как пространство между нами стало невыносимо тесным.

— Тебе насрать? — вырвалось у меня, и я поняла, что не могу сдерживать свои эмоции.

— А я должен переживать? — его голос звучал так, будто он был совершенно равнодушен к тому, что происходит между нами.

— Мне было бы приятно, — вздохнула опечаленно, как будто сама себе объясняла, почему это так важно.

Тишина окутала нас, и я почувствовала себя словно в ловушке — зажатой между стенами лифта и собственными мыслями. Так и доехали в молчании: я мысленно проклинала соседа за его безразличие, а Виктор… Черт знает, о чем думал он. Может быть, о том, как легко было меня обмануть?

Лифт остановился с характерным щелчком, и я пискнула «пока», стоило дверям разъехаться. Хотелось поскорее сбежать в свою квартиру, укрыться от этого неловкого момента.

Но ничего у меня не получилось. Не успела сделать и пары шагов, как Виктор ухватил меня за запястье, потянув на себя. Я больно впечаталась в его грудь, ощущая тепло его тела и резкий запах парфюма.

— Эй! — вырвалось у меня в недоумении.

— Не ори, — произнес он с лёгким раздражением.

— Отпусти меня. Я хочу домой, — жалобно потребовала, хотя вроде как собиралась строить из себя леди со стальными яйцами. Но сейчас все мои амбиции рассыпались в прах.

— Я тоже много чего хочу, — произнес он таким тоном, что меня бросило в холод. Этот голос вызывал во мне мурашки — от страха или от желания? Холод, впрочем, довольно быстро сменился жаром, растекающимся от уха к затылку и шее из-за шёпота мужчины. — Но одна легкомысленная девица решила, видимо, поиграть на моих нервах, оставив с носом.

— Это ты обо мне? — спросила я наивно, глядя ему в глаза. Вопрос вырвался сам собой.

— Ответ очевиден, — произнес он ровно.

— Я с тобой… не играла, — попыталась оправдаться, но слова звучали слабо и неубедительно.

— Я тоже. Пойдем ко мне, проспишься, — настойчиво заявил Виктор.

— Нет. Подожди! Я хотела сказать, что… все было ошибкой. Глупой. Прости. Не стоило нам с тобой, ну, вчера… — слова вырывались из меня с трудом, как будто я пыталась прокричать что-то важное сквозь шум бушующего моря эмоций.

— Согласен, не стоило, — его ответ был коротким и резким.

Я приуныла ещё больше от этого признания.

— Но ты все равно идёшь ко мне, — проговорил он, его голос звучал как команда, лишённая возможности для обсуждения.

Я почувствовала, как внутри меня нарастает протест.

— По какому праву?! — тут же взорвалась, не в силах сдержать гнев. Внутри меня бушевали эмоции, как шторм в открытом море. Его уверенность злила и притягивала одновременно.

Он прижал меня к себе сильнее.

— Не думаешь же ты, что я позволю своей девушке и дальше спать на том неудобном матрасе? — произнес он с легкой ухмылкой, будто это было самым естественным делом на свете.

Девушке? О чем он? В голове пронеслось множество вопросов. Не было же никаких предпосылок к этому! Да и вообще, как он мог так просто навязывать свои решения?

— Но ведь ты же ушел! — выпалила я, осознавая, что в моем голосе звучит не только недоумение, но и обида. Как будто он взял и вырвал из моей жизни нечто важное, а теперь снова пытался вернуть, словно ничего и не произошло.

— Конечно, я ведь имею работу, в отличие от некоторых, — ответил он с легким недобрением.

— И что дальше? — спросила я, пытаясь понять его намерения. Вопрос прозвучал скорее как вызов, чем как искренний интерес.

— А дальше мы попробуем построить отношения. Если не хочешь работать на меня — пожалуйста. Найдёшь другую ванкансию. Я в целом не особо люблю, когда моя женщина работает. Да и зарабатываю я достаточно, чтобы обеспечить свою женщину, — произнес он с самодовольной улыбкой, словно это было единственно правильное решение.

Я посмотрела на него с недоумением. Его слова звучали так смело и уверенно, что мне стало не по себе.

— Что? Думала я так просто сдамся? Вижу, что да, — он говорил это так, будто знал меня лучше, чем я сама.

— И что дальше? — спросила я потерянно.

— Семья, дети. Всегда мечтал о близнецах. Но если не выйдет, в целом, не сильно обижусь, — произнес он с легким смехом.

Не могла поверить в то, что он говорит о подобных серьезных вещах на лестничной площадке. Прямо напротив двери в его квартиру, до сих пор сияющей насыщенно жёлтым цветом, словно заманивая в свои сети.

— Ты не врешь? — спросила я с недоверием, глядя ему в глаза. Его уверенность пугала и притягивала одновременно.

Он улыбнулся, покачав головой так, будто мои сомнения были детскими капризами.

И что-то в его взгляде заставило меня поверить. Я поддалась его уговорам и послушно зашла в его квартиру.

А следом и в его кровать.

Ночью ничего не было. Едва ли секс с женщиной, от которой довольно сильно разит, являлся мечтой всей жизни Виктора. В темноте, когда мысли о том, что произошло, всё ещё кружили в голове, я пыталась понять, как я оказалась здесь.

Виктор был рядом, но его присутствие вызывало не столько волнение, сколько недоумение. Я не могла отделаться от ощущения, что это всего лишь странный сон, из которого мне нужно было проснуться.

Утром Виктор принялся убеждать меня в реальности происходящего с особой охотой. Не словами — действиями. Смогла ускользнуть от него, только скрывшись за дверью ванной комнаты, где шум воды позволил мне немного собраться с мыслями.

Стоя под тугими струями, я пыталась принять новую реальность. Вода обдавала меня теплом, но внутри всё равно было холодно от осознания того, что произошло. Я и он? Вместе? Это казалось абсурдным.

— Ты долго, — вдруг раздалось позади. Я вздрогнула, когда на мою талию легли горячие руки… моего мужчины. Он стоял там, как будто это было самым естественным делом на свете.

— Я ещё не помылась, — ответила я, стараясь сохранить хоть каплю достоинства.

— Я помогу, — произнес он с игривой ноткой в голосе и поцеловал меня в плечо, прижимаясь сзади. Его дыхание было горячим и навязчивым, и я почувствовала, как по спине пробежали, а тело охватывает новой волной возбуждения.

— А что будет с моей квартирой? — спросила я, пытаясь отвлечься от ощущений и вернуть разговор в более привычное русло.

— М? Ты сейчас хочешь это обсудить? — он отстранился, заглядывая в мои глаза.

В его взгляде читалось недовольство и легкое любопытство. Он же, заметив в моих решительность, вздохнул, словно понимая, что упрямство — это часть моего характера. — Ничего. Закончим ремонт нормально. Будешь жить у меня. Потом, может, начнем сдавать?

— Ни за что! — выпалила я, чувствуя, как внутри меня закипает протест.

Виктор хрипло рассмеялся, его смех звучал так уверенно и беззаботно, что это только подстегивало моё раздражение.

— Хорошо. Поговорим об этом после свадьбы, — Виктор произнес это так легко, будто речь шла о чем-то совершенно тривиальном.

Я хотела было возмутиться, но не успела. Он наклонился ко мне и поцеловал, сметая все вопросы с моего языка. И не давал им появиться ещё очень-очень долго, нагло повторяя этот трюк.

На работу я всё-таки устроилась. Не к Виктору, а к его конкурентам — шаг, который он воспринял как предательство. За это он несколько недель дулся на меня, проклиная мою упрямство и заставляя молить о прощении об этом в постели. Я чувствовала себя виноватой и одновременно свободной — такая двойственность эмоций порой сводила с ума.

Не спасали даже мои попытки время от времени ночевать в своей квартире — это же и стало причиной моей скорой беременности и ухода в декрет.

Я поняла, что от свадьбы отвертеться уже не смогу: вскоре обзаведусь новой фамилией и перестану фантазировать о всяких непотребствах в своей голове.

Зачем? Если мой муж — ходячий секс.

А мысль о том, чтобы повесить на стену ту картину, я окончательно выбросила из головы, предпочтя любоваться морской бурей в глазах любимого.