Джеззет

Город Соромо, столицу Драконьей империи, Джеззет Вель'юрн прежде никогда не видела. Он был построен на Изумрудном море – озере посреди континента, таком огромном, что противоположного берега не увидеть и в самый ясный день. Соромо держался наполовину на плаву, поддерживаемый гигантскими каменными сваями, которые уходили глубоко под бирюзовую воду в каменное дно. Джез решила, что это поистине чудо Соромо – город был не меньше любого из тех, где она бывала, только этот был плавучим.

Несколько месяцев она привыкала к жизни на том, что казалось ей лодкой размером с город. Даже дворец императрицы и самые богатые районы, построенные на каменных сваях, отчётливо поднимались и опускались, когда воды моря были особенно бурными. Однажды Джеззет спросила, как такое возможно, и ей объяснили, что сваи на самом деле состоят из прочного внутреннего стержня из твёрдого камня, и многих тысяч гигантских, плавучих каменных колец. Город покоится на этих кольцах, и поэтому может в некоторой степени справляться с волнами Изумрудного моря. Кто такое придумал, и кто потом всё это построил, было для Джез вопросом, от которого голова шла кругом.

Сказать, что Джеззет испытывала благоговейный трепет перед городом, было бы сильным преуменьшением, но поскольку она не знала других слов, чтобы описать своё изумление, то решила остановиться на благоговении и просто старалась об этом не думать.

Бедные кварталы Соромо были не настолько чудесными. Бедные кварталы строили на чудовищно больших деревянных плотах, сложенных во много слоёв, обработанных так, чтобы выстоять перед временем и гниением. Их связывали между собой и укрепляли гигантские дорожки, которые тянулись над открытой водой, соединяя каждый квартал с соседними. Бедные кварталы строили ниже, и поэтому они могли нести меньший вес, чем каменные. Они окружали богатые районы концентрическими кругами, становясь всё меньше по мере удаления от центра.

Отдельные кварталы соединяли гигантские деревянные или каменные мосты, способные выдержать толпы людей и по меньшей мере четыре повозки в ряд, предоставляя лёгкий, хоть и слегка ограниченный, способ перемещения. Другим распространённым способом были лодки – от маленьких пассажирских гондол и крупных плавучих домов развлечений, до тяжёлых грузовых лодок, низко сидящих в спокойных водах и неспешно передвигавшихся от одного пункта назначения к другому. Лодки считались ключевым транспортом в Соромо, и жадные чиновники, стараясь добиться для себя продвижения, собрав больше денег, чем коллеги, высасывали из владельцев лодок все соки. Также лодки были ключом к богатству множества торговцев, а где торговцы, там и конкуренция, а где конкуренция, там и работа для таких людей, как Джез.

Конечно, Джеззет знала, что работать ей не обязательно – денег, которые оставил Танкуил, хватило бы, чтобы существовать много месяцев, а то и дольше. Но это были деньги Инквизиции, а Джез не хотела быть обязанной кому угодно, и менее всего организации, так крепко державшей Танкуила за яйца. Для людей с её навыками работа всегда имелась, и особенно для людей, без колебаний желающих пользоваться этими навыками, а колебания Джез отбросила давным-давно. Вот так и вышло, и не в первый раз, что она взялась за работу для жирного торговца по имени Гок.

На грузовых лодках суровой необходимости в охранниках не было, но если уж торговец Гок настолько всего боялся, что готов был нанять такого опытного охранника, как Джеззет Вель'юрн, то, видимо, его груз являлся поистине ценным. В любом случае, она не собиралась спорить с решением нанимателя.

Небольшой тяжеловесный рыбацкий ялик плыл неторопливо. Рыбак – тощий, сильно загоревший мужчина – в изумлении открыто глазел на Джез, даже когда она пристально посмотрела на него в ответ. Вмиг она оценила уровень его угрозы и решила, что тот несущественный, а потом снова принялась обследовать нефритовые воды впереди.

– Вель'юрн, ты там, на носу, смотришься чертовски впечатляюще, – сказал Салли сзади. Здоровенный и грубый, с шеей толщиной с бедро Джез, Салли всё время улыбался. Он утверждал, что родился и вырос в Пяти Королевствах, и она верила в это. Джез немного времени провела в Пяти Королевствах, но видела, какими большими бывают северяне, и говорил он определённо как житель Пяти Королевств – всегда обращаясь к людям по фамилиям.

– В этом есть смысл, Сал, – сказала Джез, не оборачиваясь на здоровяка. – Лучше отпугнуть их, чем драться с ними.

Салли усмехнулся.

– Не уверен, что я согласен с этим.

"Я тоже", – подумала Джеззет.

Она глянула на себя и улыбнулась. В одном Салли был точно прав – выглядела она впечатляюще – поставив правую ногу на широкий поручень, который шёл по всему борту ялика.

Джеззет больше не носила кожаную одежду, давно решив, что безжалостное солнце Драконьей империи слишком жаркое. К тому же, как не раз отмечал Танкуил, эта защита ей не требовалась. Вместо этого Джез носила пару мягких лёгких сапог, плотно зашнурованных на лодыжках и икрах, простые коричневые хлопковые штаны, которые заканчивались чуть ниже колен, и безрукавную льняную рубашку цвета кости. Поверх на ней был надет лёгкий табард от шеи до икр, открытый по бокам, выкрашенный в глубокий тёмно-синий цвет. На талии она подвязала табард красным поясом. Торговец тканями, который продал Джез табард, спрашивал о её гербе, но она вынуждена была признать, что не знает его. Фамилия Вель'юрн на самом деле ей не принадлежала – Джез решила взять её после убийства старого ублюдка, когда закончила своё обучение на Мастера Клинка. Джез завершила свой внешний вид, связав чёрные волосы в короткий хвост красной полоской ткани того же цвета, что и пояс. Редко она отращивала волосы настолько, что приходилось их завязывать, но в последнее время она чувствовала, что ей нужны перемены, так что позволила волосам свободно расти.

Ещё у Джеззет были её мечи. Без клинка она всегда чувствовала себя неполноценно, и нынче носила три. Длинный меч, как всегда, висел в ножнах у левого бедра. Она одинаково хорошо владела обеими руками, но держать сталь правой было так же естественно, как дышать. На поясе за спиной висели в ножнах короткие мечи. Тонкие, острые как бритвы, и оба клинка можно было выхватить мгновенно, а Джез отлично справлялась с двумя мечами одновременно.

С учётом всего этого Джеззет не сомневалась, что выглядела впечатляюще. Даже с её стройностью и красотой, любой заметил бы присущую ей опасность по её позе, осанке и манере держаться. Хоть Джез никогда этого и не признавала, но она очень гордилась своим внешним видом и любила выглядеть опасной.

Мимо грузового ялика проплыло другое маленькое судно, на этот раз гондола с парой пассажиров со знаками высокородных на руках – Джеззет никогда не давала себе труда запомнить, какие татуировки означают принадлежность какому дому. Гондольер длинным шестом оттолкнулся от их ялика, чтобы избежать столкновения, и они разошлись без происшествий.

Джеззет сдержала зевок.

– Выпить не хочешь, Вель'юрн? – спросил Салли.

Она повернулась и увидела, что он поставил маленький квадратный столик на забитую палубу. Сал уселся на крошечный стульчик, а Лей, крепкий покрытый шрамами ветеран, который в хороший день и двух слов не говорил, сдавал карты. Из-за штабеля тщательно перевязанных ящиков показался Джерин – весьма дружелюбный начальник маленькой команды охранников, – и сел за стол, дав Джез знак присоединиться к ним. Пожав плечами, она оставила свой пост на носу и уселась на последний оставшийся стул. Сал ухмыльнулся и передал ей пенную кружку чего-то бурого и спиртного. Джез без церемоний набрала полный рот, к явному восторгу большого северянина.

– Сыграешь, Джеззет? – Спросил Джерин, указывая на карты.

Джез фыркнула.

– Ну уж нет. В прошлый раз я проиграла этому жулику половину платы за работу. – Лей в ответ просто пожал плечами, так что она продолжила. – Разве не должен хотя бы один из нас наблюдать?

– Капитан предупредит, если кто-нибудь приблизится к борту, – ответил Джерин раздражающе беззаботным тоном. – И к тому же, нынче вечером никто не нападёт. Солнце давно село, все уважаемые пираты уже в кроватках, отдыхают перед ночью дебоша.

Джез подняла бровь.

– А что насчёт неуважаемых пиратов?

И снова Лей пожал плечами, а Джерин сказал:

– Сай ам, ча ам.

Салли фыркнул, а Джез сплюнула за борт. В Соромо это была популярная поговорка, которая значила: "что будет, то будет". Но Джез была не из тех, кто оставляет всё на произвол судьбы или на прихоть Богов.

Где-то высоко вверху громогласно прорычал дракон, возвещая о своём прибытии. Салли подпрыгнул и вытаращился в небо широко раскрытыми глазами, но из остальных никто не обратил на шум особого внимания. Лей и Джерин были уроженцами Соромо, и летающих в небесах драконов видели с детства. А Джез со своей стороны просто привыкла к чудовищным тварям. Побочный эффект постоянного присутствия при дворе Драконьей императрицы – Джез повидала многих драконов, включая матриарха, мать их всех.

– Какая она? – спросил Салли, когда совершенно убедился, что дракон не собирается выхватить ялик из воды и хорошенько перекусить пассажирами.

– А?

– Императрица. Я слышал, она чудесная, и её красота может сравниться лишь с её характером.

Джез пожала плечами. Все члены их маленькой охранной команды знали о её регулярном доступе и вынужденном присутствии при дворе Драконьей императрицы. Этим фактом все они очень гордились – не многие команды могли таким похвастать, как и тем, что с ними работает один из немногих оставшихся в мире Мастеров Клинка. Команде это приносило немалую известность, которая, вместе с репутацией людей, справлявшихся с поставленной задачей, обеспечивало их постоянной работой.

– Наверное, симпатичная, – ответила, наконец, Джез, – очень симметричная, но, по-моему, я видела и красивее. Впрочем, не о ней надо волноваться, когда у неё плохое настроение, а о её чёртовом драконе. Я всякого повидала, – "например, мужчина восстал из мёртвых после того, как я проткнула кинжалом его сердце", – но когда сердится крылатая ящерица размером с дом, уж точно не захочешь, чтобы она сердилась на тебя.

– Я-то думал, Мастера Клинка бесстрашные, – сказал Джерин, широко ухмыляясь. Этот коротышка нравился Джез, но слишком уж много макияжа наносил вокруг глаз. "Да сколько угодно уже слишком много".

– Вот только бесстрашные – это глупые и мёртвые. Мастера Клинка знают, как победить страх, как его использовать и как не дать ему управлять собой.

Лей неприлично махнул рукой, и остальные засмеялись. Джез совсем чуть-чуть наклонилась вперёд и сурово посмотрела на него, вперившись своими тёмно-карими глазами в его нефритово-зелёные.

– Хочешь, продемонстрирую?

Лей закашлялся, закрыв рот руками, и решил, что карты ему куда интереснее. Остальные снова рассмеялись, и на этот раз Джез к ним присоединилась.

Немногие нынче желали бросить вызов Джез. Даже те, кто не знал о её мастерстве владения мечом, чувствовали в ней что-то, что заставляло их медлить и думать дважды. Как сказал Танкуил, всё дело в том, как она себя держала, что-то насчёт ауры опасности. Он сказал, что в прошлом году в Сарте, до убийства арбитра Коша, она была другой женщиной, и это было в какой-то мере верно. Много лет назад Джез закончила своё обучение на Мастера Клинка, но лишь в Сарте она по-настоящему приняла обучение.

– Так ты играешь, Вель'юрн? – спросил Салли, выводя её из задумчивости. Она подняла глаза, увидев, что Лей с энтузиазмом тасует колоду, и кивнула в знак согласия.

Спустя несколько мгновений она держала в руках карты, а спустя ещё несколько уже лишилась пары латов. То, как Лей избавлял её от немалой части оставшихся денег, убеждало её, что он как-то жульничает, но она, хоть убей, не могла понять, как он это делает.

"Танкуил бы понял. Он ограбил бы Лея в ответ". Так оно и было бы. Танкуил всегда раздражающе туманно отвечал о том, как он научился воровать, но получалось у него это неплохо. И, несмотря на сводящее с ума молчание по этому поводу, это была одна из тех вещей, которая Джез в нём нравилась.

В конце концов, капитан ялика крикнул, что они на месте, и грузовая лодка ударилась об маленькую деревянную пристань, которая выдавалась в судоходное русло. Джез первая соскочила на берег, потеряв уже латов более чем достаточно.

Пунктом назначения, похоже, была узкая полоска деревянного плота, которая некогда использовалась для публичных мероприятий, вроде объявлений или казней, прокламаций или аукционов. Но Соромо рос, и небольшие площадки вроде этой, слишком маленькие для любого полезного учреждения и обычно малопосещаемые, становились реликтами тех времён, когда столица была значительно меньше. Такие места пользовались в Соромо дурной славой, и криминалитет нередко находил им применение. Тут Джеззет на миг задумалась, что же такое они перевозят, но, сказать по правде, пока ей платили, её это не сильно волновало. Это не первая и не последняя нелегальная работа, в которой она принимала участие.

Покупатель со своей командой уже ждал их. Определённо он был из торгового класса, но сильно отличался от нанимателя Джез. Этот был тощим и угловатым, в то время как её наниматель жирным и рыхлым, и на его крючковатом носу сидели богато украшенные очки. Однако его одежда была очень похожей. Толстое шерстяное платье, снизу доверху застёгнутое на два ряда пуговиц, и тонкая шапка, которая, словно гребень, поднималась ото лба до макушки. Он выглядел как человек, который владеет цифрами так же, как воин владеет мечом. Торговец презрительно ухмыльнулся, когда Джез ступила на платформу, и она неуважительно посмотрела на него в ответ.

Команда покупателя проявила больше уважения – в конце концов, у Джеззет Вель'юрн в Соромо была репутация, и такая, какую многие охранники знали – и они знали, что с ней лучше не связываться.

Следующим с ялика сошёл Салли, и ему выказали почти столько же уважения, как Джез, хотя и по другой причине. Конечно, Сал был огромным, но в Драконьей империи большинство людей трепетали перед ним. Обычно здесь все были меньше – крепкие, но невысокие. Рядом с некоторыми из них даже Джез чувствовала себя дылдой.

Лей и Джерин сошли с ялика вместе – Лей молчаливый, как могила, а Джерин улыбнулся и приветственно развёл руки. Командир другой команды ответил тем же, и Джез показалось, что эти двое знают друг друга, хотя сложно было сказать наверняка.

Когда Джерин убедился, что здесь нет ловушки или обмана, он резко свистнул, сунув два пальца в рот и сильно дунув. Мгновением позже наниматель Джеззет вышел из трюма и подковылял к борту ялика. Сал подошёл, чтобы помочь горе жира слезть, но даже несмотря на помощь гигантского уроженца Пяти Королевств, жирный торговец фыркал и сопел, пересекая маленький промежуток между лодкой на платформой. Джез закатила глаза, глядя на это представление, и Лей по-приятельски ей ухмыльнулся.

– Арай, – сказал Гок, поклонившись другому торговцу, отчего его щёки затряслись.

– Арай, – сказал тощий торговец, с аналогичным поклоном.

Джеззет перевела взгляд на другую команду. Она уже давно поняла, что нет смысла слушать торговцев Соромо – они разговаривали на языке, отличном от языков всего мира, и известном только им одним. На нём велись все споры, заключались все сделки, и тем самым посторонние к разговорам не допускались.

Во второй команде было десять мужчин и ни одной женщины, хотя это не вызывало удивления. Как уверял Танкуил, в сельской местности Драконьей империи женщины принимали более активное участие в жизни общества, но в городах, и особенно в Соромо, женщин воспринимали скорее как украшение, висящее на руках мужчин. Что злило, отвращало и озадачивало Джеззет. Драконья империя управлялась исключительно женщинами, и так было с самого её основания – непрерывная линия императриц, уходящая вглубь веков дальше, чем Джез могла себе представить.

"Возможно, именно поэтому нынешняя императрица так чертовски тобой очарована, Джез. Ты, кроме неё, единственная женщина во всей этой чёртовой империи, которая не станет просто лежать и раздвигать ноги по приказу".

Один из участников другой команды подмигнул ей и поводил языком между жирными губами, похожими на червяков. Джеззет фыркнула и сплюнула, а мужик принял смущённый вид, отчего Джеззет едва не разразилась смехом.

Спор торговцев всё продолжался, и Джез казалось, что он тянется уже вечность. Богатые люди спорят о том, кто богаче, словно в цифрах есть какой-то смысл. Кто сильнее – человек с монетой или человек с мечом?

Джез вздохнула и занялась самой трудной задачей охранника: ожиданием. Спустя примерно час непрерывной болтовни об одном и том же два торговца, наконец, заключили сделку: каждый достал из-за пазухи маленькие серые таблички, на которых они нацарапали условия договора, подписались и обменялись табличками.

Тощий торговец и его команда погрузились на лодку, на которой прибыла Джез, капитан отчалил и вывел лодку на судоходный путь. Спустя несколько минут они уже стали лишь медленно исчезающим в сумерках очертанием. Тогда Гок повёл свою команду на лодку, на которой приплыл другой торговец – большой ялик, способный вместить двадцатерых. Толстяк забрался на борт и занял место впереди, ожидая, что его нанятая команда последует за ним и займёт места на вёслах.

– Наверное, за греблю нам заплатят сверху? – спросила Джеззет, подмигнув. Гок её проигнорировал, как обычно, зато остальные засмеялись, взявшись за вёсла, и отчалили от тайного места встречи.


Загрузка...