Джеззет

Довольно долго оба узника хранили молчание. Дрейк исчез в задней части своей камеры, изредка шлёпал по воде, но в остальном вёл себя тихо. Джеззет стояла на коленях в холодной воде, уставившись в пространство. Несколько тихих слезинок скатились по её лицу и затерялись в озере вокруг неё.

Она была разгневана и расстроена. Больше разгневана, но она не знала, на кого направлен её гнев – на императрицу, за то, что её арестовала, на Дрейка за то, что обвинил её, или на Танкуила за то, что ей не поверил.

Казалось, мрак сгущался вокруг неё, и вскоре она стала дрожать. Но Джез почти не обращала внимания на холод, она была слишком потеряна, чтобы думать о таких незначительных материях. "Ты уже оказывалась во всяких дерьмовых ситуациях, Джез. И намного хуже этой… удивительно, что именно эта кажется концом света".

– Думаю, мы уже достаточно похандрили, – сказал Дрейк. Его голос звучал так, словно он вернул себе часть своей обычной весёлости. – И к тому же нам надо немного поболтать. Время не терпит.

Джеззет не ответила.

– Ты хочешь отсюда выбраться? – спросил Дрейк.

– Как ты ему солгал? – мрачно спросила Джез.

– Я не лгал.

Она подняла глаза и одарила пирата своим самым пристальным взглядом. Она не знала, видит ли он её лицо в этом мраке, впрочем, ей было плевать.

Дрейк рассмеялся.

– Ладно. Я соврал, но ты же знаешь, что это возможно, ты ведь сама раньше лгала арбитру.

Она лгала. В Сарте она солгала арбитру, чтобы раскрыть личность инквизитора-еретика. Танкуил сделал ей кольцо, и с тех самых пор Джез никогда его не снимала. Она посмотрела на левую руку и обнаружила, что кольцо исчезло. В том месте, где оно обычно сидело, кожа была немного светлее. Она посмотрела на Дрейка.

– Интересное украшение, – сказал он, улыбаясь ей и держа кольцо большим и указательным пальцем.

– Когда ты…

Дрейк бросил ей кольцо, а Джез схватила его и надела обратно на палец.

– Итак, Джеззет Вель'юрн, – сказал Дрейк. – Ты хочешь выбраться отсюда?

– Мне и не нужно. Мне надо лишь дождаться, пока вернётся Танкуил. Я всё ему объясню. Он снова спросит тебя, потом спросит меня, и у твоей тупой суки-императрицы не останется другого выбора, кроме как отпустить меня.

Дрейк снова рассмеялся.

– Как всегда, всё та же Джеззет. Влезает в неприятности, а потом ждёт, что тот, кто сейчас её трахает, придёт и спасёт её.

– Иди в пизду!

– Неудачный выбор слов, с учётом моего предложения, – сказал Дрейк. – И к тому же в твоём плане ожидать спасения я вижу две проблемы. Я не собираюсь здесь находиться к тому времени, как вернётся твой арбитр, так что не будет больше никаких допросов капитана Дрейка Моррасса. С учётом этого, останется лишь твоё слово против моего, и думаю, моя сука-императрица решит приговорить тебя к смерти. Ну, знаешь, просто на тот случай, если это правда.

– Как ты собираешься сбежать? – спросила она.

– Сначала главное. Ты со мной? Или остаёшься здесь, чтобы предстать перед гневом Рей Чио? Полагаю, она скормит тебя своему дракону.

"Лучше быть живой и в бегах, чем мёртвой и… мёртвой".

– Уверен, твой арбитр помчится за тобой. Чтобы дать тебе шанс объясниться, но к тому времени ты будешь уже вне досягаемости Рей, и даже её чёртовы драконы не смогут до нас дотянуться. – Дрейк расхаживал по камере, его ноги пускали маленькие волны по стоячей воде. – Можешь взять ещё время подумать, но не слишком много, Джеззет. У нас кончается время… ну, у тебя.

Она смотрела, как пират шлёпает по камере, улыбаясь сам себе. Она знала, что это плохая идея – бегство лишь послужит топливом для пламени, добавит подозрений к её вине, но если Дрейк прав, а он раздражающе часто оказывался прав, то пребывание здесь, скорее всего, закончится её безвременной кончиной.

В голове звенела одна из поговорок Юрия. "Когда люди ждут от тебя неожиданного, удиви их и соверши то, что они ожидают".

Всплески прекратились, и Дрейк прижался к прутьям камеры, изучая её лицо с яростной напряжённостью, которая заставила бы покраснеть большинство женщин. Джеззет определённо не принадлежала к большинству.

– Как мы отсюда выберемся? – спросила она.

Пират ухмыльнулся.

– Подождём.

– Чего?

– Хаоса.

Стоило Джез согласиться принять участие в побеге, как Дрейк отказался конкретизировать план и впал в нехарактерное для него молчание. "Бесит" – вот единственное слово, о котором могла думать Джез, вот только оно совершенно не описывало её чувств. "Блядь, да это будет чудо, если в итоге ты его не пришьёшь, Джез", – подумала она. Но она знала, что не пришьёт, сейчас она нуждалась в нём даже сильнее, чем хотела знать его мотивы. Он впутал её в преступление, за которое их обоих приговорят к смерти, хотя этого преступления никогда не было. И теперь он собирался вытащить её из тюрьмы, чтобы они могли сбежать и быть навсегда изгнанными из Драконьей империи. Что-то здесь не сходилось, и отказ Дрейка удовлетворить её любопытство лишь распалял в ней любопытство ещё сильнее.

– Пора, – наконец сказал Дрейк, подходя к прутьям камеры и крепко за них вцепившись.

Джез поднялась на ноги и скептически посмотрела на пирата.

– Ты собираешься согнуть прутья? Чугунные прутья?

Дрейк серьёзно посмотрел на неё.

– Пожалуй, тебе лучше за что-нибудь взяться.

– Зачем?

И тогда мир преобразился. Всё подземелье так наклонилось набок, что вся вода вместе с Джеззет перестала держаться на полу и врезалась в каменную стену. Удар был достаточно сильным, чтобы все её раны закричали от боли, и она закричала вместе с ними. Где-то поблизости Джез услышала чудовищный треск, за которым последовал звук хлынувшей воды. Какая-то её часть отметила, как жутко опасен этот звук, но её разум старался разобраться в том, что только что произошло.

По-прежнему лёжа плашмя на стене камеры, Джез хватала ртом затхлый воздух подземелья. Её глаза с трепетом раскрылись, и она увидела, как мимо неё течёт вода, заливается в темницу и несётся в сторону единственного выхода.

Если она и думала, что раньше сталкивалась со сдвигом опор, то этот доказал ошибочность её мнения. От такого сильного сдвига, должно быть, полгорода покосилось, а масштабы разрушений и паники Джез не осмеливалась и представить. Ей пришло на ум, что большая часть города может уже оказаться под водой. Повсюду будет хаос, который предоставит походящий момент для побега.

Джез с трудом поднялась на ноги, стараясь удержать равновесие между стеной и полом. Она услышала хрип, и в следующее мгновение Дрейк Моррасс, каким-то образом освободившись, прыгнул и схватился за прутья её камеры.

– Ты знал, что это случится. Как? – крикнула она.

Он ухмыльнулся, уже возясь с замком двери её камеры.

– Неужели это так важно прямо сейчас? – Снова раздался треск, на пол посыпались камни, и ещё больше воды потекло в сторону выхода из их тюрьмы. – Думаю, у нас есть более неотложные вопросы. – Он посмотрел на неё. – А теперь, прежде чем я тебя выпущу, как насчёт поцелуя?

Джез злобно уставилась на него.

– Попытаться стоило. – Дрейк с лязгом открыл дверь её камеры и немного отполз, чтобы она могла выбраться наружу. – Возможно, стоило спросить тебя раньше, но ты умеешь плавать?

Джез пожала плечами.

– Выбираешь направление и дёргаешь ногами.

– Сойдёт. За мной. – С этими словами Дрейк отпустил прутья и упал в увеличивающееся озеро воды на дне темницы.

Джез чуть подождала, но пират на поверхности не появлялся. Тюрьма быстро наполнялась, и Джез не собиралась тонуть здесь, или где-либо ещё. Она вздохнула и упала в воду в нескольких дюймах от того места, куда нырнул Дрейк.

Холодная вода набросилась со всех сторон, и Джез утратила контроль. Тело хватало воздух, вопреки её страстному желанию этого не делать. Изумрудное море хлынуло в лёгкие, она запаниковала, начала брыкаться и биться в тёмной воде. А потом почувствовала воздух на лице. Она закашлялась и попыталась взять себя в руки. Джез всё ещё была в тюрьме, в увеличивавшемся озере воды, и это значило, что нужно нырнуть вниз, чтобы отыскать выход. Откуда-то сверху донёсся очередной сильный треск, и этого Джез хватило. Она опустила голову, подняв задницу, и задёргалась, проталкиваясь в воде и надеясь, что сможет найти выход.

Впереди она увидела размытую фигуру Дрейка и направилась в ту сторону. Пятно, похоже, махало ей, а потом повернулось и поплыло прочь. Джез последовала за ним так быстро, как только могла, пытаясь не думать о чёртовых голодных монстрах, называвших Изумрудное море своим домом. Для них вода была их стихией, но точно не для неё.

Джез плыла за пятном Дрека до небольшой изогнутой лестницы, через почти чернильно-тёмную комнату, и вверх, мимо такой же лестницы. А потом пират исчез из вида. И снова её стала охватывать паника, да ещё лёгкие запротестовали, настаивая на том, что она задыхается, и пытались убедить её в том, что она может дышать под водой.

Её лицо поднялось над поверхностью воды, и Джез инстинктивно начала хватать ртом воздух задолго до того, как глаза прочистились и смогли сфокусироваться. Сильные ладони схватили её под руки, помогли выбраться из воды, и она рухнула на кого-то, одновременно глотая воздух и выкашливая воду. Джез смутно понимала, что они лежат на уклоне, и только благодаря усилиям человека, на которого она упала, она ещё не катилась по полу комнаты.

Джез вытерла глаза ладонью, выкашливая последнюю воду, и оглянулась. Она лежала на Дрейке, который, следовало отметить, выглядел насквозь промокшим. Он ухмыльнулся и посмотрел на неё в ответ. Джез поняла, что до сих пор на ней почти ничего не надето, а всё, что надето, прилипло к телу. Она почувствовала, как под ней что-то шевелится, и Дрейк подмигнул ей.

Скатившись с возбудившегося пирата, Джез с трудом поднялась на ноги, поскользнулась, но смогла выпрямиться в отчётливо наклонившейся комнате. С потолка под опасным углом свисала бумажная лампа, по-прежнему зажжённая и окрашивавшая комнату в зловещий голубой оттенок. Комната была похожа на прихожую, с оружейной стойкой, приделанной к стене. В углу между полом и стеной лежали два стражника с перерезанными глотками. Джез взглянула на Дрейка, выгнув бровь.

Пират закашлялся.

– Вот это удача! Похоже, стражники к счастью совершили самоубийство. И доложено об этом будет лишь через некоторое время после нашего побега. – Он посмотрел назад на лестничную шахту, из которой они приплыли. – Или просто решат, что мы утонули. В любом случае, нам пора убираться.

Джез уставилась на оружейную стойку. Все мечи там были изогнутые, ей такие не очень нравились, но они были острыми, а Мастер Клинка без клинка – это мастер ничего.

– Оставь их, – приказал Дрейк, уже с трудом пробираясь к выходу в коридор. – Оружие лишь привлечёт внимание. Пусть лучше люди думают, что мы безобидные иностранцы, которые пытаются спастись от беспорядков.

Джез немного подумала и уступила, последовав за пиратом и молясь всем безымянным Богам о том, что он знает, что делает.

Дрейк не ошибался, говоря, что ожидает хаоса, и, хотя Джез до сих пор не знала, как он предсказал сдвиг опор, хаос он определённо получил. Везде виднелись свидетельства сильных и разрушительных изменений. Повсюду была вода, как и чёрный дым, который всегда сопутствует неуправляемым пожарам. Джеззет слышала отдалённые крики людей, а кто-то молил о помощи или отдавал приказы. Джез и Дрейк пробежали по коридорам мимо людей, которые явно были в шоке: некоторые бормотали себе под нос, свернувшись клубочком, другие неистово и бесцельно метались, но Дрейк и Джез не останавливались помочь им. У них была миссия: спасти собственные шкуры, и Джеззет с радостью предоставила жителям Соромо возможность самостоятельно позаботиться о себе. Этот город осточертел ей уже много недель назад, и теперь она, наконец, покидала его – хотя и без Танкуила.

Она позволила Дрейку вести, и он с радостью тащил их по переходам, иногда срезая путь через комнаты в тех местах, где дорогу перегораживали упавшие обломки. Время от времени он оглядывался, явно проверяя, следует ли за ним Джез, и изредка подбадривал её короткими восклицаниями. Джеззет продвигалась вперёд молча. Она чувствовала себя мокрой и несчастной, и никакие подбадривания её обвинителя и спасителя не могли поднять мрачного настроения.

Наконец Дрейк вышиб покосившуюся деревянную дверь, и они оказались снаружи. Их встретил приятный свежий воздух, тёмный и тяжёлый от моросящего дождя, и Джез задрожала, что в свою очередь вернуло к жизни всю её боль.

Дрейк сделал глубокий и чересчур театральный вдох, а потом радостно выдохнул.

– Говорил же, что вытащу нас.

Джез обдумывала возможность бросить пирата, сбежать, найти Танкуила, умолять его поверить ей и убежать вместе с ней. Но она не была уверена, что он так и сделает, не могла наверняка знать, что он не вернёт её назад в застенки императрицы. Сама мысль о том, что она не знала, может ли ещё доверять ему, ранила сильнее физических повреждений. Джез понимала, что всё это вряд ли делает её приятной спутницей, но Дрейк не выказывал признаков разочарования.

Воды Изумрудного моря заливались на крытые дорожки, а садик поблизости был полностью затоплен, но даже с такой низкой точки обзора Джез видела, что город превратился в хаос. Некоторые секции так сильно наклонились под неуклюжими и неестественными углами, что она не понимала, как ещё стоят здания. Другие секции остались совершенно нетронутыми. Словно половина опор города сместилась, а половина осталась на своих местах. Это было всё равно, что смотреть на целый город сбоку.

Во многих частях города пылали пожары. Пламя охватывало целые здания, и чёрный дым гигантскими столбами извергался в тёмное небо. Повсюду виднелись люди. Солдаты, простолюдины, торговцы, воры и знать забыли свою жёсткую классовую структуру и брались за тушение пожаров, расчищали завалы, спасали близких, и все трудились, стараясь вернуть порядок в свой любимый город. Даже женщины помогали, как могли, хоть и не снимали при этом своих тяжёлых одежд.

Всюду сновало множество лодок – от маленьких яликов и плотов до гигантских плавучих домов развлечений и грузовых барж. Они перевозили раненых в безопасные места, доставляли ещё больше людей на помощь и эвакуировали народ из секций, которые казались уже потерянными.

Изумрудное море поглощало город. "Неужели Дрейк приговорил всех, только чтобы освободить себя… и меня?"

В деревянную дорожку поблизости ударилась маленькая лодочка длиной не больше двадцати футов в длину. Ей при помощи шеста управлял человек в тёмном плаще с низко натянутым капюшоном – лицо оставалось в тени. В лодке сидело ещё трое человек, одетых, как и человек с шестом. Дрейк зашагал им навстречу.

– Как раз вовремя, – сказал он, сияя своей обычной золотой улыбкой.

– С точностью до минуты, капитан, – сказал человек с шестом. Он оказался коренастым, мускулистым мужчиной с длинными грязно-светлыми волосами, которые свисали мокрыми клочками вокруг лица под капюшоном. – Привезли вам плащ и шляпу.

Дрейк взял великолепный плащ королевского синего цвета и забросил на плечи, застегнув его плавным движением. Потом взял поношенную треуголку, слегка отряхнул от пыли и водрузил себе на макушку. Впервые с тех пор, как Джез увидела его, Дрейк выглядел как тот легендарный пират, которым все его считали.

"И это отлично ему подходит".

– Спасибо, Принцесса, – подмигнув, сказал Дрейк человеку с шестом.

Джез фыркнула от смеха. Оба мужчины с любопытством посмотрели на неё.

– Ты всех в своей команде называешь принцессами? – спросила она пирата.

– Только тех, кого так зовут, – с серьёзным лицом ответил Дрейк.

– Тебя зовут Принцесса? – спросила она, самодовольно ухмыляясь. – Наверное, твой папаша сильно хотел девочку.

Принцессу это не позабавило. Он стиснул зубы, сильно нахмурил лоб, сплюнул на деревянную палубу и посмотрел на Дрейка.

– Капитан?

Дрейк пожал плечами.

– Можешь попытаться, Принцесса, но шансы у тебя невелики. Она крепче, чем выглядит… Да и выглядит она довольно крепкой.

Принцесса кивнул и оценивающе взглянул на Джез.

– Мамашка моя так меня назвала, и вряд ли ты хошь марать её память. И к тому ж, – мужчина вытащил меч из ножен на поясе – меч Джез, тот самый, который подарил ей Танкуил, а Дрейк потом спас, – ещё раз так пошутишь, и не получишь назад эту чудную железяку.

"Чтобы вернуть его, стоит побыть вежливой, Джез. Лучший меч из всех, которыми ты владела. Не говоря уже о…"

– Ты прав, – сказала она. – Извини.

Принцесса ещё немного подержал меч, а потом убрал в ножны и протянул ей. Джеззет с радостью взяла его, желая лишь, чтобы у неё был пояс, на который можно повесить ножны. Танкуила она, может, и потеряла, но будь она проклята, если снова потеряет меч, который он ей подарил.

– Великолепно. Рад, что все мы вежливы, – сказал Дрейк, глядя на небо. – Я бы сказал, у нас есть часа два.

– Меньше, – сказал Принцесса. – Шторм надвигается быстро.

– А мы же не хотим здесь оказаться, когда он грянет, – закончил Дрейк. – Такие шторма приходят раз в десять лет, или около того. Скажем прямо, Соромо нынче изведал ещё не все горести. Принцесса, бери шест. Парни, на вёсла. Джеззет, ты тоже.

Она недоверчиво посмотрела на него.

– На твои надутые губки мне плевать, хоть и выглядишь ты с ними великолепно. На моих лодках никто бесплатно не катается, какими бы маленькими они не были. Ты или гребёшь, или плывёшь.

Джез мрачно посмотрела на него, но уступила – взобралась на маленький ялик, села возле одного пирата и взяла весло.

"Насколько это тяжело?"

Дрейк взобрался на лодку последним. Он занял место на носу лодки, поставив одну ногу на борт и глядя вперёд. Замечательная поза, Джез и самой она нравилась, хотя она сомневалась, что выглядела в ней так же хорошо.

– Ну ладно, парни… и Джеззет, сил не жалейте, гребите, блядь, вовсю!

Той ночью Джеззет на собственном горьком опыте узнала, насколько тяжело грести на лодке. Тренировки Мастера Клинка сделали её сильной, намного сильнее большинства женщин её размера, и научили, как лучше всего пользоваться мышцами, которые она нарастила. За годы с тех пор, как она закончила обучение и стала Мастером Клинка, сразившись в поединке с Юрием и убив его, она, возможно, растеряла часть той силы, но в целом держала себя в хорошей форме. При гребле, похоже, задействовались мышцы, о существовании которых она даже не подозревала. Не прошло и десяти минут, а руки уже ныли, и спина горела огнём. Миновало почти два часа, когда они наконец добрались до берега Изумрудного моря, и Джез была измотана до предела, и хотела лишь свернуться калачиком и отдохнуть под бдительным и нередко бессонным взором Танкуила. К несчастью, у неё не было ни арбитра, ни времени на такую роскошь.

– С ним всё будет в порядке? – спросила она, когда они вытащили ялик на берег. – Я имею в виду с Соромо.

Город сильно пострадал от сдвига опор – это стало ясно, когда они отплыли на достаточное расстояние. Многие районы пострадали, и все наклонялись в разные стороны. Слово "хаос", как назвал это пиратский капитан, лишь частично могло описать то, что происходило. Крики, паника и разрушения преследовали их ещё долго после того, как они покинули пределы города и направились в сторону суши. Они по-прежнему находились на окраине шторма, и тогда Джез впервые мельком увидела настоящую опасность Изумрудного моря.

Вода стала бурлящей массой чёрных волн и холодных брызг. Некоторые волны были вдвое больше самого высокого человека из всех, что она когда-либо видела, и только уверенные приказы Дрейка и мастерское управление Принцессы позволили им добраться до берега, не перевернувшись. Не раз Джез мельком замечала что-то неизмеримо большое, плывущее под водой, но не давала разуму надолго задумываться об этой угрозе.

– Город не утонет, – сказал Дрейк. – Но ему придётся туго. – Пиратский капитан выглядел усталым. От дождя волосы прилипли к его лицу, в глазах сквозила усталость, но он по-прежнему улыбался. – Выглядишь ты хреново, Джеззет.

– Как ты сдвинул опоры? – требовательно спросила она. "Осторожнее, Джез. Ты окружена, и не в состоянии драться с пятью вооружёнными людьми".

Но Дрейк не выглядел оскорблённым. Он громко рассмеялся, и в его смехе слышалось неподдельное веселье.

– Я всего лишь человек, Джеззет Вель'юрн. Как я мог бы совершить такой подвиг и сдвинуть целый город?

Его глаза странно блестели, но Джез это проигнорировала.

– Но ты знал. Ты знал о сдвиге ещё до того, как тот случился. – Она поняла, что кричит, стараясь перекричать усиливающийся шум дождя, который лил вокруг них всё яростнее.

Дрейк снова рассмеялся и кивнул, а потом повернулся к двум мужчинам, которые ожидали их на берегу – двое мужчин и восемь лошадей.

– Принцесса, Джез, вы со мной, – объявил Дрейк, крича на ветру, который пытался унести его слова прочь. – Остальные скачите изо всех сил, и каждый из вас, кто доберётся до Фортуны, получит полный мешок монет, каких пожелаете.

Пираты завопили и помчались к лошадям, а потом разъехались на них в разных направлениях. Джеззет бросила на Дрейка вопросительный взгляд.

– Это чтобы сбить драконов с нашего следа, – прокричал он. – Как только шторм поутихнет, они явятся за нами.

– Довольно щедро давать им золото, чтобы увести от нас драконов, – прокричала в ответ Джез.

Дрейк рассмеялся, хотя из-за ветра Джеззет этого уже не слышала. Он наклонился так близко, что она почувствовала его жаркое тяжёлое дыхание и закричал:

– Никто из них не доберётся. Драконы проследят за этим.

– А как же мы? – перекрикивала она ветер, когда Дрейк вёл их к трём ожидавшим их испуганным лошадям.

– Не волнуйся, – крикнул он в ответ, запрыгивая на лошадь. – Уже не в первый раз я ускользаю от драконов этой чокнутой суки. А теперь хватит болтать, блядь, и поехали!

Пиратский капитан ударил лошадь пятками по бокам, и та рысью направилась в ждущую темноту. Принцесса ухмыльнулся, натянул капюшон и поехал следом. Джез повернулась в седле, чтобы взглянуть на Соромо, но город был слишком далеко и скрывался за темнотой и штормом, и Танкуил был скрыт вместе с ним. С тяжёлым вздохом она тоже ударила пятками по бокам лошади и последовала в ночь за Дрейком Моррассом.


Загрузка...