Черничное мороженое

Глава 8

Ноги сами принесли его в городской парк. Илья не знал, зачем, просто шел и не сопротивлялся. Он снял номер в гостинице, быстро принял душ, переоделся, а там и опомниться не успел, как обнаружил себя сидящим на скамейке у новенького павильончика, бойко торгующего мороженым. Черничным, его любимым.

Когда он увидел павильон с надписью «Черничное мороженое», стоящий на месте старого киоска, сердце бешено забилось. Вдруг почудилось, что стоит только подойти ближе, и все вернется. Он увидит за прилавком Софию, такую юную и нежную, улыбающуюся ему и по-прежнему любящую. Дышать стало тяжело, Илья подошел к павильону, и ноги отказались его держать — незнакомая рыжая девчонка выдавала очередному покупателю его порцию. Чуда не случилось, Шевелев подошел к ближайшей скамейке и упал на нее, вытянув ноги.

— Извините, пожалуйста, а у вас не найдется монетка? Мне нужно пятьдесят копеек, — раздался звонкий голосок, и Илья поднял голову.

Перед ним стояла светловолосая девочка — маленькая, лет пять, не больше. Большие серые глаза смотрели доверчиво и открыто. Илья вглядывался в лицо девочки и не мог понять, почему вдруг засосало под ложечкой, неясная тревога поднялась изнутри, а вместе с ней и глухое раздражение.

— Тебя папа с мамой не учили, что попрошайничать нехорошо? — строго спросил он, тщетно пытаясь его подавить.

— Мама не учит меня плохому, — мотнула головой девочка, отошла, а потом обернулась, взметнув пышное облачко светлых волос. — И мой папа хороший.

— Почему ты тогда здесь сама ходишь? — крикнул вдогонку Илья, сам себе удивляясь.

Ну какое ему дело до маленькой попрошайки? Да может, папа с мамой ее этому и учат, вон сколько таких развелось. Шевелев никогда не давал детям деньги, предлагал что-то купить из еды, и мелкие попрошайки всегда разочарованно крутили носом. Девочка тем временем, будто в подтверждение его мыслей, направилась к соседней скамейке, где сидела пожилая пара.

Женщина что-то спросила, девочка ответила и обернулась к Илье. Ему стало жутко интересно, о чем они говорили, и он тут же себя отругал. Женщина достала кошелек и протянула девочке монетку, та радостно кивнула и побежала к павильону.

Шевелев почувствовал укол совести — а ведь ребенок просто хотел мороженого, может быть, ей в самом деле не хватало денег, с чего он так взъелся? Можно было расспросить…

— На, возьми! — перед ним возник рожок, доверху наполненный мороженым, который держали не очень чистые детские пальчики.

— Зачем? — не понял Илья. Он поднял голову, серые глаза теперь смотрели очень серьезно.

— Тебе плохо. Если ты съешь мороженое, тебе станет лучше, — объяснила девочка, — я его больше всего на свете люблю. После мамы. И после папы, — подумав, добавила она.

Кровь бросилась в лицо Илье, он потрясенно рассматривал девочку.

— Так зачем ты мне мороженое отдаешь, если сама его любишь?

— У меня на два не хватило денег, — снова объяснила девочка, — а тебе нужнее. Ты же любишь черничное мороженое?

Душная волна стыда затопила с головой, никогда еще Шевелеву не было так стыдно.

— Очень люблю, — прохрипел он, беря из маленьких пальчиков десерт. Девочка кивнула и пошла по аллее, Илья тупо смотрел ей вслед.

— Даже «спасибо» ребенку не скажешь? — сердито спросил Бес, выходя из-за дерева. Он чувствовал себя выспавшимся и отдохнувшим, хоть все до единой мышцы ломило, будто по ним проехались катком.

Илья метнул растерянный взгляд на Беса, вскочил и побежал за девочкой.

— Постой, погоди… Девочка!

Она остановилась и обернулась в ожидании. Илья подлетел и присел рядом на корточки.

— Я тебя не поблагодарил. И не извинился. Извини. И спасибо. Я правда, очень-очень люблю черничное мороженое.

— Как мой папа? — засмеялась девочка.

— Твой папа тоже его любит?

— Да, мне мама рассказывала.

Теперь он почувствовал укол в самое сердце. Да что вообще происходит? Почему глядя на этого ребенка, внутри у него все переворачивается?

— Тебя как зовут?

— Ева. А тебя?

— А меня Илья. Почему ты сама гуляешь по парку, Ева?

— Я не сама, я с Викой. Мы пришли гулять, она встретила подружку, это надолго, а я пришла сюда.

— Будешь мороженое? — спросил Илья. Ева кивнула, светлое облачко волос колыхнулось, а для него будто время остановилось.

Они ели мороженое, сидя на скамейке, как вдруг по всему парку разнеслось громкое и отчаянное:

— Евочка! Ева, где ты?

— Я тут, тетя Вика, — крикнула Ева и замахала руками.

— Евочка, что же ты снова сбежала! — чуть не плача, воскликнула стройная шатенка с короткой стрижкой, метнулась к ним, а потом с изумлением уставилась на Шевелева.

— Илья! Ты?..