Чужак. Особый магистрат

Глава 21

Глава 21. Некрополь

Дорога была пологой, но ближе к холму стала забирать вверх. Я часто останавливался, чтобы передохнуть, а сопровождавший меня карлик выглядел довольно бодро. Это и не удивительно — в отличие от моего времени, здесь люди привыкли передвигаться на своих двоих. Остановившись у развилки, я умылся водой, стекающей с отвесной скалы, и посмотрел на возвышенность, где виднелись каменные стены домов. Город не был защищен привычным способом, достаточно было узкого каменного коридора, который выступал в качестве естественной преграды.

По правую руку тянулись отвесные стены из песчаника, испещренные дырами, вокруг которых кружили целые тучи ласточек. Тонкие, пронзительные крики разносились окрест, словно предупреждение. Птицы, словно предвестники беды, голосили во все горло. Чувство тревоги наполнило меня изнутри. Хотелось закрыть уши и не слышать этот пронзительный крик, сливающийся в один ужасный свист.

— Что это за место? — спросил я у Морганте.

— Оривето, — ответил тот. — Наш последний привал на пути в Вольтерру.

— Просто ночевка?

— Нет, — ответил карлик и двинулся по тропе, но не в направлении к городу, а чуть левее.

На встречу нам повстречались несколько груженных повозок с мулами. Люди, завидев монашеское обличие, низко кланялись и осеняли себя крестным знамением. А лица при этом оставались мрачные, без радостных эмоций.

— Разве мы не в город? — уточнил я, когда Морганте выбрал параллельную дорогу и направился к выступу.

— А я что-то говорил про город?

Время откровений закончилось и между нами, вновь возникла пропасть недоверия. Монах играл свою игру, не собираясь раскрывать мне свои планы. Что ж, я не первый раз оказываюсь в подобной ситуации. Зачастую, каким бы праведником не был человек, поступками его руководят лишь корысть и выгода. Схожие по понятиям и целям вещи. А моя цель как раз пересекается с конечной точкой нашего путешествия.

Остановившись возле невысокого холма, под которым виднелась небольшая деревянная дверь, Морганте присел на широкую скамью и устало вздохнул.

— Давно хотел спросить: как твои раны? — обратился он ко мне.

Я посмотрел на предплечье и бицепс — от недавних ран не осталось и следа. И это всего за пару дней. Регенеративная сетка работала безупречно.

— Спасибо, уже лучше.

— Очень быстрое восстановление, — заметил карлик. — Прямо не человеческое.

— Мы уже говорил на эту тему.

Морганте кивнул, покачал головой. Но разговор продолжился.

— Скажи, morgane, во что ты веришь. Нет, не так: в кого веришь именно ты?

— Если скажу, что в себя, это будет расценено как ересь?

Карлик улыбнулся:

— Конечно же нет. Но я имел ввиду новых и старых богов.

— Старых богов?

Указав на бугор, карлик начал неспешный рассказ:

— Место, в которое мы пришли — это древний Некрополь. Королевство бога Харума. Конечно, сейчас уже редко кто о нем вспомнит, но это не значит, что его присутствие здесь исчезла. Времена меняются: раньше христиане прятались по катакомбам и подвалам, а теперь древние боги затаились в своих норах, в ожидании лучших времен.

— Считаешь, они настанут? — спросил я.

— Если дьявол и его приспешники осуществят свои смелые планы, может статься, что лик Исуса и отца вседержителя заменят рогатый Хару, крылатый Усил, Менерва и многие другие.

— Ты действительно в это веришь?

— Верю я в победу добра над злом. Но наяву вижу совершенно иное.

Я улыбнулся. Морганте понял, что я ему не верю. Покинув свое место, он подошел к двери и подал мне знак рукой, чтобы я следовал за ним.

На деревянной поверхности не было замка — лишь круглая деревянная ручка. Но было понятно, что так просто внутрь не попасть. Морганте надавил на один из камней слева, а потом нажал на корень, что торчал из земли у самого порога. Раздался едва слышной щелчок. И в двери появился зазор.

— Мы ошибочно считали древних богов лишь мифом. Но на самом деле — они опасные противники, которые угрожают не только папскому престолу, а все людскому роду, — почти шепотом произнес карлик. — Ты, наверное, заметил, что люди жители Оривето весьма молчаливы. А знаешь почему?

Я покачал головой.

— Когда в городе была построена первая церковь, Хару запретил им говорить. И сохранится этот запрет до тех пор, пока старая вера не вернется в Оривето.

— Проклятие? — недоверчиво произнес я.

— Сила древнего бога.

— Хочешь, чтобы я в это поверил?

Морганте в очередной раз ушел от ответа: покачав головой, он открыл дверь и исчез в темноте.

Узкий коридор имел небольшую площадку — слева имелась большая бочка с тухлой водой, а над ним висели несколько небольших факелов. Карлик снял один подошел к противоположной стене и ударил верхней металлической частью о камень. Вспыхнуло крохотное пламя, которые быстро начало разгораться.

Подобная конструкция использовалась в магниевых факелах: жестяная трубка и пистон на конце, который и поджигал смесь. Очень странно — я считал, что в средние века использовали только смоляные или керосиновые светочи.

Стены покрылись потускневшими от времени красками — зеленые и бурые тона, некоторые части уже сильно потускнели или облупились. Морганте остановился возле одной из фресок и указал на рогатое чудовище с человеческим лицом, которое разрывало изнутри мужчину. А вокруг большое количество мертвых тел с измученными лицами. Довольно наглядное изображение превосходства бога над простым смертным.

— Бог загробного мира Хару, — произнес карлик. — Ему поклонялись те, кто сейчас выбрал к себе в хозяева Сатану.

Конечно, я мог ошибаться, но насколько я слышал Харум был перевозчиком через реку Стикс, а вот Хару — о таком я и не слышал. Впрочем, в скором времени, Морганте внес ясность в это различие.

На следующей фреске, свет вырвал тощего старика с длинной палкой вместо весла. Лодка его плыла по реке, заполненной человеческими черепами, а на другой стороне его ждал рогатый монстр с предыдущего рисунка.

— Красивые легенды представляют Хару великим властителем грешных душ. Но правда куда ужаснее вымысла. Хочешь услышать истинную историю старого божества?

Уверен, что, если бы я ответил отказом, карлик все равно рассказал бы мне эту историю. Поэтому я промолчал. Спустившись вниз еще один пролет, Морганте выглянул из окна — внутренняя часть туннеля представляла из себя трубу ведущую на много этажей вниз, а с внешней стороны располагалась винтовая лестница, причем настолько широкая, что здесь могли разойтись несколько груженных мулов.

— Если представить Хару как некоего одушевленного персонажа, например местного водовоза, тебе будет легче поверить в реальность всего происходящего. А случилось это несколько сотен лет назад. За долго до того, как местные люди узнали о спасители и отце Вседержителе. В Оривето тогда царствовала великая засуха, что приходила в долину не так часто. Но уж если она пришла, то куда тут денешься. Дома тогда в городе строили в основном из туфа. А материал брали прямо из подземных штолен. Образующиеся пустоты привели к тому, что дома и улицы стали оседать и могли начаться обрушения. Тогда городской совет решил использовать это пространство под водное хранилище. Обустройство поручили Харумусу — местного хозяину водовозов. Тот с радостью взялся за дело. Но когда работа была закончена, он установил на врата ведущие в подземную башню особые замки. И объявил, что теперь вода для горожан платная. Жители возмутились! Начался бунт, который закончился лучшим образом. Водовоза схватили и решили утопить в собственном резервуаре. Но когда спустились в подвалы, оказалось, что Харумус смог ускользнуть из клетки, куда его поместили. Вместо поисков, люди кинулись к воде и стали черпать её у кого чем было. Многие пытались утолить жажду прямо на месте.

— Ожидаю, что сейчас ты сообщишь про некую подлость водовоза, — прервал я рассказ.

Морганте кивнул:

— Совершенно, верно. Так просто не получают титул повелителя мертвецов. Вода в источнике оказалась отравленное. Многие умирали прямо на месте, и вскоре огромный башенный колодец наполнился мертвыми телами. Отсюда и лодочник, перевозящий душу по реке. Ну и как тебе рассказ, правдоподобный?

— Вполне себе реальная история, — согласился я без лишних споров. — А куда же делся Харумус?

— Сбежал, но правда недалеко. Вскоре его изловили и сковав цепями отправили в проклятые подвалы колодезной башни.

— Из которой невозможно было выбраться, — завершил я рассказал карлика.

Но тот лишь пожал плечами:

— Кто знает? Может быть, и удалось. Про то история, к сожалению, умалчивает. Только с тех пор прошло много времени. Предание стало легендой, а обычный водовоз примерил на себя божественный венец и стал кошмарным демоном Харум, повелителем мертвецов.

— Хорошо, только какое отношение он имеет к нам и нашему путешествию в Вольтерру?

Морганте внезапно остановился и осторожно посмотрев по сторонам, прислонил указательный палец к губам:

— А вот об этом здесь говорить не стоит. Мало ли куда твои слова унесет эхо.

Мы спустились еще на один ярус ниже и по узкому мосту миновали внутреннюю часть башни. Остановились у пролета. Карлик приблизился к бордюру и вгляделся в мутную поверхность. Никаких человеческих останков там, конечно, не было. Зато запах стоял просто невыносимый. Отчего ужасно першило в горле и постоянно хотелось пить. Откашлявшись, я отошел к стене и с интересом уставился на глубокие рытвины на неровной поверхности. Свет факела был не такой сильный и часть следов, уходящих вверх, мне видно не было. А еще углубления были черного цвета, в отличие от песочной поверхности. Словно маски красок на белом холсте.

Обнаружить их было не просто, поскольку большая часть стены была увита засохшими стеблями, прораставшими прямо из камня. Я сорвал один из листьев и принюхался. Так вот кто источает этот ужасный запах гниения. Но меня больше интересовали черные следы под этим плющом.

— Откуда это здесь? — спросил я Морганте.

Карлик обернулся. Стены тут же утонули в ярком свете — и я увидел, как рваные следы уходят в темноту, метров на пять-семь. И это лишь то, что можно было различить.

— Не знаю, — пожал плечами Морганте. — Может быть, камнееды или что-то в этом роде?

Мои пальцы легко легли в глубокую борозду, словно это я, а не кто-то другой карабкался наверх, пытаясь выбраться из колодца. Странная ирония — когда я попал в этот мир, то мне удалось выбраться на свободу. А что же стало с теми, кому повезло меньше?

Стены из туфа казались податливыми, словно глина, но, когда рука касалась шершавой стены, становилось ясно, что на самом деле этот материал крепче камня.

— Это следы от пальцев, — сказал я.

Встав с колен, карлик оказался рядом со мной и повторил мой жест приложив руку к рытвинам.

— Пальцы, — задумчиво повторил он.

— Что-то не вяжется твоя легенда с реальностью. Если люди были отравлены и умерли на месте, то кто же тогда пытался отсюда выбраться?

— Крысиный король, — прошептал Морганте и загадочно улыбнулся.

Я нахмурился:

— Что значит Крысиный король?

— Узнаешь.

В моем понятии Крысиным королем называли множество крыс, которые сплетались хвостами и до самой смерти существовали как пищащий комок. Потом грызуны начинали пожирать друг дружку, но в итоге их всех ждала смерть. Но это было в моем мире, а что вкладывал в понятие низкорослый монах, я даже предположить не мог.

Через коридор мы попали в огромный зал в галерею, представить истинные размеры которой было невозможно. Подняв факел вверх, карлик у казала на яркие люстры, подвешенные к высокому своду. Я присмотрелся и ахнул. Люстры были сделаны из маленьких крысиных костей.

— Что за ерунда?

— Чего только не сделаешь, чтобы убить время своего заточения, — произнес карлик.

— Ты имеешь в виду Харумуса?

— Подземный город этрусков, который из обычного колодца превратился в таинственный источник веданной силы есть много легенд. И скоро ты узнаешь самую правдивую.

Я кивнул, не став продолжать разговор. Этот маленький интриган все одно расскажет правду лишь тогда, когда посчитает нужным. Конечно, можно взять его за шкирку и просто вытрясти из него нужную мне информацию. Только, зачем мне она сейчас? Мне нужен сам Морганте в качестве проводника, и еще консультанта. Так что пока продолжим поддерживать его игру пока не доберемся до Вольтерры. А там уже будет видно.

Мы прошли одну галерею. Она была намного меньше предыдущей. Здесь имелись небольшие печи для обжига, ниши для хранилища, но что меня поразило, я заметил здесь окаменевшие дерево. Заметив мою реакцию, Морганте кивнул и тихо произнес:

— Нам необходимо найти ключ. Правда он имеет необычную форму. Поэтому внимательно изучи помещение и примечай все необычное. А я постараюсь отвлечь последнего узника подземного города.

— Что еще за узник?

— Сейчас это неважно, — огрызнулся карлик. — Важен ключ. Без него нам не попасть в Вольтерру.

— Не сможем попасть в город?

— Не сможем открыть новые стены города.

— Звучит, как-то странно, — недоверчиво ответил я.

— Поэтому эту часть легенды ты узнаешь чуть позже. Когда сможешь увидеть все собственными глазами.

В конце перехода, нас ждал узкий лаз — никаких дверей или других проходов, предназначенных для людей.

— Ты все запомнил? — поинтересовался Морганте.

— Запомнил.

Встав на четвереньки, карлик прислонил факел к стене и перекрестившись полез внутрь норы. Через какое-то время я последовал за ним. Правда вышло это не так ловко, как у него. С другой стороны: хорошо хоть не застрял. С моими габаритами, я вполне мог упереться плечами в отверстие на выходе.

Привстав, я уперся головой в потолок. Зато оказавшийся рядом Морганте стоял в полный рост.

— Впервые доволен своим ростом, — произнес карлик.

— Что мы здесь делаем?

— Пришли просить милости у старых богов.

— Что?

Яркий свет факела озарил каменный свод, стены и огромный каменный трон, на котором восседало нечто огромное, собранное из множества костей. Дождавшись, пока глаза привыкнут к свету, я сделал шаг в направлении самодельного алтаря.

Руки, ноги, туловище и огромная голова — все было сделано из крохотных крысиных костей. Уж не знаю, на чем они держались: возможно, на нитках или чем-то подобном.

— Что это такое? — обратился я карлику.

— Божество!

— Какое еще Божество?

— Пусть будет, Харум. Какая разница?

— И какое же будет подаяние? — без особого интереса спросил я

Карлик приблизился к костяному созданию, покопался в сумке и извлек оттуда ruby stiletto — небольшое широкое лезвие, напоминающее камень, и широкая рукоять с красным гладким камнем, по форме напоминающим слезу. Так просто расстаться с самым ценным артефактом ордена Черной Розы. Я понимал в этой истории все меньше и меньше.

Он размышлял лишь несколько секунд, а потом вложил в левую руку костяного короля, которая была повернута ладонью вверх, кинжал. Отошел в сторону и низко поклонился.

— И что дальше?

— Не знаю, — пожал плечами карлик. — Возможно, придется немного подождать.

— Чего?

— Когда нам будет позволено говорить.

— С кем? С этой грудой костей? А я-то считал, что поклонение идолам это и есть проявление ереси.

— Чтобы спасти тысячи невинных душ, я готов упасть в ноги к самому Сатане и просить у него помощи, — вполне серьезно ответил Моргнате.

Кинжал лежал на ладони костяного идола, и ничего не происходило. Скрестив руки на груди, я терпеливо стоял в стороне, прекрасно понимая, что наш странный обряд напоминает старания безумца. Но судя по одухотворенному лицу карлика, он слепо верил в наличие древнего божества. И мне стоило лишь посочувствовать ему.

Кинжал лежал на самом краю ладони — в какой-то момент он покачнулся и упал на каменный пол. Я хотел подобрать его и отдать обратно карлику, но тот остановил меня перехватив руку.

— Подожди!

За каменным троном что-то зашуршало, зашевелилось и я увидел, как огромная крыса осторожно выползает из своего укрытия, чтобы обнюхать дар, принесенный Крысиному королю. Выставив факел перед собой, карлик присел на колени и получше осветил грызуна.

— Святая Мария и сотни мучеников, — прошептал он.

А у меня с губ сорвалось лишь грязное ругательство.

Возле кинжала находилось существо напоминающее одновременно и крысу, и ежа, но самое удивительное, что оно имело человеческие руки.