Глава 8

Это случилось несколько дней назад. Я увидела мой будущий подарок Виргу Сафину в небольшом магазинчике на Петровке. Прошла всего несколько шагов, как буквально наткнулась на небольшой магазинчик эзотерических товаров с интригующим названием «Колдун». Всю жизнь терпеть не могла мистику и никогда не верила в приметы. И в магазинчик, подобный этому, я не зашла бы никогда в жизни, если бы не одно обстоятельство.

В окне витрины среди прочих забавных вещиц мой глаз наткнулся на вещицу, очень похожую на найденный мною медальон и на медальон, который я видела на шее Вирга Сафина – кельтский крест. Более того, подобные кельтские кресты были нарисованы в четырех углах окна этого магазинчика. Пораженная странным совпадением, я вошла.

В магазинчике было сумеречно и холодно, пахло экзотическими пряными благовониями, от чего стоял воздух был тяжелый. За прилавком перед ноутбуком сидел парень лет 25-ти с поражающей внешностью – абсолютно лысый. На его лысом черепе блестела какая-то ярко-зеленая татуировка. Его пышная черная борода, спускавшаяся ниже шеи, закрывала всю нижнюю часть лица. В ушах были тяжелые металлические серьги-круги из обычного железа. Несмотря на холодный ноябрь, он был в летней черной футболке. Руки же его в сплошную были покрыты разноцветными татуировками, в которых ярче всего выделялись три цвета: черный, красный и зеленый.

Мое появление в магазинчике оповестило приветливое звяканье колокольчиков. Парень оторвался от ноутбука и уставился на меня. Слава Богу, глаза у него были человеческие, нормальные без татуировок.

– Привет, – сказал парень густым басом, – хотите подобрать крутой талисман?

– Нет, – вздохнула я, сама не понимая, что хочу.

– Тогда осматривайтесь, – парень кивнул, как будто все понял, и сказал, – можете не спешить.

– Я… Я вошла потому, что… у вас в витрине… Понимаете, я увидела у вас в витрине один медальон, и еще такие же знаки на стекле, и…

– И этот медальон вас позвал?

– Не совсем. Этот знак… Это же кельтский крест?

– Совершенно верно. Кельтский крест.

– И этот медальон продается?

– Разумеется. Только это не медальон, а талисман. Зачем он вам?

– Один человек… носит такой знак. И я подумала, что это хороший подарок.

– Совершенно верно, – парень порылся под прилавком и вытащил точно такой же медальон, как тот, что я видела в витрине, – вот он.

На нем была указана цена, к моему удивлению, довольно большая. Заметив, что я смутилась, парень пояснил.

– Сам крест сделан из чистого серебра, а шнурок – из натуральной кожи. Все материалы для талисмана должны быть настоящими, иначе он не будет работать.

– А как он работает? – поинтересовалась я и добавила, – я все равно его куплю, но мне хотелось бы знать.

– Хотите больше узнать о кельтском кресте? Да ради Бога! Надеюсь, вы знаете, что кельты родом из Ирландии? Есть версия, что в Ирландию этот символ привез Святой Патрик. Но на самом деле символ кельтского креста берет свое начало в язычестве, и смысл его гораздо глубже.

Кельтский крест – это амулет управления судьбой. Он нужен тому, кто хочет взять судьбу в свои руки или, наоборот, решительно ее изменить. Иногда его называют крест Ионы или круглый крест. Выглядит он всегда одинаково – это равнолучевой крест, крест в круге. Его называют так же символом тамплиеров, своими корнями он уходит, как я уже говорил, в язычество. Это солнце веры. Расширение сознания. Узел сложной работы, который никогда не начинается и никогда не заканчивается, сплетенный из одной единственной нити жизни.

В своей символике его часто используют националисты и скинхеды. И, конечно, готы, так как это готическая символика. Несмотря на то, что его часто называют солнечным крестом, он символизирует также полную замкнутость. Человек, который предпочитает этот символ, хочет замкнуться, отгородиться от мира. Такой человек часто живет тайной, не понятной для окружающих жизнью, и сам прекрасно понимает, что общество не поймет, осудит его за такую тайную жизнь.

Что касается татуировки, то татуировка в виде кельтского креста несет дословный смысл – перевод и означает следующее: солнце или вспышка, развитие, перерождение, бесконечность.

Как амулет и талисман кельтский крест очень сильный, мощный магический символ. Он соединяет реальный и потусторонний миры и всегда защитит и спасет в трудной ситуации.

– Я куплю его. Но есть ли другие символы, похожие на этот?

– Что вы имеете в виду?

– Вот это, – я аккуратно сняла найденный медальон со своей шеи, – вы когда-нибудь видели такой символ?

Парень с огромным интересом взял мой медальон и с серьезным видом принялся изучать его, даже достал из-под прилавка самую настоящую лупу.

– Где вы это взяли?

– Вы не поверите! Просто нашла, – я пожала плечами.

– Честно говоря, я никогда не видел ничего подобного. Это кельтский крест, но в какой-то очень необычной вариации. Орнамент сразу можно связать с магическим использованием… Да, без сомнений, это кельтский крест. Видите вот эти знаки? А вот это расположение линий и лучей означает, что этот крест предназначен для использования в магических целях. Возможно, раньше он принадлежал человеку, который практикует черную магию. Вы не боитесь его носить? – парень прищурился.

– Нет, – я покачала головой, – на самом деле этот знак уже полностью изменил мою судьбу, но в хорошую сторону.

– Откуда вы знаете, что в хорошую? Потусторонний мир обманчив. Вы не хотите заменить его на тот, что купили?

– Нет. Пока нет. Этот я беру в подарок.

– Лучше бы вы оставили его себе.

– Всегда успею зайти к вам и купить еще один, если что-то пойдет не так.

– Ну, смотрите – дело ваше. Мое дело – предупредить.

Я расплатилась за свою покупку. Парень даже положил медальон в красивую подарочную коробочку и перевязал ярко-красной лентой. Я не сомневалась, что Виргу Сафину понравится мой подарок, раз уж он так сильно любит кельтские кресты. И еще я была очень довольна тем, что столько узнала про этот символ. Все, что я узнала, очень подходило Виргу Сафину.

Все это я вспоминала на вечеринке, приходя в себя. Количество подарков у его ног все увеличивалась. Моя скромная коробочка с кельтским амулетом не вписывалась среди них, как и я не вписывалась в толпу вокруг.

Когда я приблизилась к Сафину, его лицо стало бледнее. Но это единственное, что можно было заметить. Во всем остальном он не изменил себе, даже равнодушное выражение глаз было прежним.

Я протянула свою коробочку, буркнув что-то под нос. Сафин равнодушно взял ее, и, не глядя, швырнул к другим подаркам, но не рассчитал. Коробка была слишком маленькой, поэтому она соскользнула с верхушки пирамиды и скатилась на пол.

Сафин уставился куда-то вдаль, глядя словно через мое плечо, и лицо его стало еще более бледным. Потом тихо сказал:

– Я думал, ты уйдешь. Почему ты не ушла?

– Я хотела поздравить тебя с днем рождения.

– Я тронут. Но, право, не стоило. Тебе лучше уйти. Тебе лучше уйти отсюда прямо сейчас.

Я все еще не понимала, что происходит, и по-прежнему стояла перед ним. Сафин нервно передернул плечом, показывая, что мое присутствие стало его раздражать.

Я оказалась в какой-то прострации. Сафин так и не повернулся ко мне – я вдруг перестала для него существовать, и он демонстрировал это слишком открыто не только мне, но и окружающим.

Нагнувшись над подарками, нашла свою коробочку с кельтским амулетом, лежащую на полу, забрала ее и спрятала в свою сумку. Вирг Сафин был не достоин моего подарка, он вообще не был достоин подарков. С моей точки зрения, никаких. Резко отвернулась и быстро зашагала к выходу.

* * *

Слез не было. Все мои слезы ушли, когда я вышла из такси возле подъезда дома. Едва стащив с себя вечернее платье, сразу стала собирать вещи. Я прекрасно понимала, что не останусь в этой квартире ни одной лишней секунды, ни за что, никогда.

Выйдя из душа и забрав всю косметику с ванной полочки, я наткнулась на Вирга Сафина, неподвижно стоящего посередине комнаты возле моей открытой дорожной сумки. Я собирала вещи, не утруждая себя соблюдением порядка и не пытаясь складывать их аккуратно. Просто хватала и в сердцах швыряла в сумку – одну за другой. От неожиданности все баночки и флаконы полетели на пол. Помню, я даже вскрикнула, страшно испугавшись, увидев его в своей комнате в той же самой одежде, в которой он был в ресторане.

– Как ты сюда вошел? – резко крикнула я.

– Ты забываешь, что это моя квартира, и у меня есть ключи, – спокойно сказал Сафин.

– Тогда убирайся отсюда!

– Что это такое? – Сафин указал на сумку, – Ты не посмеешь это сделать!

– Еще как посмею! Убирайся!

Я бросилась вперед с явным намерением его ударить, но Сафин спокойно оттолкнул меня в сторону, и я упала на стоящее поблизости кресло.

– Я все равно отсюда уйду!

Я ненавидела его до какой-то чудовищной степени. Помню багровое марево, вдруг закрывшее мне мозг. Эта плотная пелена боли и ненависти накрыла меня с головой. Я бросилась вперед. Наверное, я хотела выцарапать ему глаза или хотя бы ударить. Да просто поцарапать, чтобы почувствовать на руках своих его кровь.

Это было бешеное, безумное мгновение. Особенно когда он схватил мои руки, точнее перехватил на лету и крепко прижал к себе, сжал словно стальным обручем, захватив меня в эти плотные, не прорываемые объятия.

Пол вдруг уплыл из-под моих ног, все закружилось перед глазами, потом вспыхнуло огненной радугой безумия. Он оторвал меня от пола, подняв на руки, и схватил так крепко, словно пытался раздавить. Я оказалась на кровати, крепко придавленная его телом, а надо мной были его черные, бешеные глаза.

Потом мы долго лежали без всяких движений, обнявшись крепко-крепко. Почувствовав, что я дрожу, он накинул на меня плед. Я приподнялась на локте и увидела его глаза, сверкающие необыкновенным, немного забавным блеском. Рассмеявшись, он в шутку поцеловал меня в кончик носа.

– Знаешь, ты первая и единственная женщина, с которой у меня был такой восхитительный ванильный секс!

Несмотря на весь его задор, я поморщилась от его слов, так как уже знала (вычитала в интернете), что ванильным сексом поклонники БДСМ называют секс без всяких подручных средств, игрушек и без насилия. Просто секс, даже в разных позах. Но мне не понравились его слова. Мне стало не по себе от них.

– Разве ты никогда не занимаешься таким… обыкн… то есть ванильным сексом?

– Нет. Мне никогда это не нравилось. Сегодня понравилось в первый раз. С тобой.

Тут уже требовались уточнения, и я послала все благоразумие к черту.

– А почему ты решил так сделать?

– Это был объяснительный секс, чтобы все тебе объяснить. Если сказать честно, ты первая в мире женщина, которую я пытаюсь удержать таким способом, которую я вообще пытаюсь удержать.

Я задумалась над его словами. Тут действительно было над чем подумать. Я думала так долго, что Сафин легонько толкнул меня в плечо.

– Эй, верни мой подарок. Я хочу получить его назад.

– Ты его выбросил.

– Ничего подобного! Я хочу его, он принадлежит мне.

– Я думала, ты не заметил.

– Не правда. Я специально бросил его в сторону, так, чтобы он отделился от остальных. А ты забрала его самым наглым образом. Я все видел. Я вообще весь вечер не спускал с тебя глаз.

Я рассмеялась. Но возвращать подарок у меня не было никакого желания. Так я и сказала, что, может быть, отдам потом. Сафин нахмурился.

– Нам нужно поговорить. И я хочу, чтобы ты выслушала меня очень серьезно.

– Не знаю. Я еще не решила, нужно ли мне тебя слушать. И еще не знаю, хочу ли здесь остаться.

– Невозможно серьезно разговаривать с человеком, который валяется в постели. Немедленно вставай и одевайся!

Сначала я решила, что он шутит, но, посмотрев на него, быстро и молча вскочила с кровати и стала одеваться. Так мы и одевались – в полном молчании, не глядя друг на друга. Я даже умудрилась кое-как застелить кровать.

Он сел на кровать и властным жестом велел мне сесть в кресло напротив. Я повиновалась, шокированная своей покорностью. Он велел мне сидеть спокойно и помолчать.

Честно говоря, мне самой было интересно: что можно сказать в такой ситуации? Что можно сказать после всего, что я видела? Но лицо Вирга Сафина было таким серьезным, что его стоило выслушать. Но то, что он сказал…

Загрузка...