Чужая невеста для Снежного Волка (СИ)

11 Ягоды на снегу

Оля

Под утро мне снова приснился сон. Странный, тревожный, пугающий до дрожи. Впрочем, начинался он красиво…

Наверное, это было неудивительно. Я опять долго не могла уснуть, теперь уже от предчувствия скорой встречи. Разволновалась, растревожилась, полночи думала о том, что будет завтра — как он меня встретит, что скажет, обнимет ли, скучал ли?

И вот, когда наконец меня сморило, я вновь очутилась в лесу…

Ослепительно белый ковёр снега расстилался предо мной. Я шла босая по пушистым мягким сугробам, но холодно не было, и я почти не проваливалась, ступая легко и невесомо.

Лес вокруг раскинулся будто из сказки — кружева искрящегося инея на ветвях исполинских деревьев, звенящая тишина, и солнце… Рассветное солнце поднималось над моей головой, слепило белым золотом, превращало снежинки в россыпь драгоценных камней.

А меня вела вперёд дорожка из алых ягод… То ли брусника, то ли клюква…

Словно кто-то рассыпал коралловые бусины, указывая мне тайный путь. Я не знала, куда он вёл, но шла этой тропой. Красные спелые ягоды чётко выделялись на белом полотне, и это было так красиво, пугающе красиво…

«Словно капли крови…»

Эта жуткая мысль разрушила мгновенно всё чарующее волшебство.

Мне стало не по себе. Я вздрогнула, вдруг ощутив ледяной холод в закоченевших босых ступнях. Зимняя стужа мурашками рассыпалась по коже.

Нагнувшись медленно, будто сама того не желая, я зачерпнула пригоршню снежного сахара, украшенного алыми бусинами клюквы, поднесла к лицу…

И увидела, как в моих ладонях таяли вместе с белыми кристаллами и ягодки, превращаясь в размытые бордовые капли.

Я вскрикнула, брезгливо махнула рукой, и тотчас с ужасом поняла, что всё это время шла по кровавой дорожке. Подол моей белой сорочки пропитался и стал алым.

От жуткого предчувствия перехватило дыхание.

Я бросилась вперёд по алому следу, словно птица, подхваченная порывом ветра.

Через несколько мгновений я выскочила на перекрёсток. Одна из дорог, широкая и торная, уводила направо. По краю другой я бежала, рискуя сорваться в глубокий заснеженный овраг, на дне которого, кажется, протекала река. Сквозь толщу снега кое-где проглядывали тёмные пятна льда. Ещё одна дорога, огибая крутой берег реки, убегала влево, в Волчий Лес.

Да, я никогда не бывала в этом месте, но там, во сне, откуда-то знала, что это то самое перепутье у Чёрной речки, где пересекаются дороги в Снежный Замок, в столицу, в Волчий лес и на Зимний Тракт.

Но сейчас всё это проскользнуло в мыслях как мимолётное дуновение ветра.

Мой взгляд был прикован к другому. К алым брызгам на белом снегу, к чёрным птицам, деловито снующим меж бездыханными телами воинов на перекрестии дорог.

Я смотрела в немом ужасе на картинку жуткого кровавого побоища, не в силах больше сделать ни шагу, медленно переводила взгляд с одного павшего витязя на другого. То ли напрасно надеялась хоть в ком-то разглядеть ещё не угасшую искру жизни, то ли страшилась увидеть средь застывших навеки лиц то самое — единственное, любимое, самое дорогое…

Тихий звук, похожий на плач, заставил меня не просто сдвинуться с места, а броситься вперед. И вот… я увидела его…

Огромный чёрный волк лежал на боку, дышал тяжело и часто. Он жалобно заскулил, когда я упала рядом с ним в подтаявший алый снег. Прозрачные медово-жёлтые глаза с тоской заглянули мне в душу. Всхлипнув, я уложила его голову на свои колени, не желая признавать очевидное. Он лизнул мою ладонь шершавым тёплым языком и затих.

Пару минут я сидела неподвижно, глядя на мёртвого зверя, а потом закричала на весь лес так отчаянно и страшно, что стая воронья испуганно взметнулась ввысь.

Проснулась я от собственного крика, подскочила, схватившись за грудь — сердце бешено колотилось, его сдавило так, что не вздохнуть. Я хватала воздух ртом, пытаясь унять сердцебиение, успокоиться… Но с каждой секундой паника всё больше разрасталась.

Золотые лучи утреннего солнца уже заливали комнату.

— Мамочки, нет, нет, нет! — запричитала я, как безумная, соскакивая с постели, — Мамочки, мамочки, мамочки…

Я пыталась обуться, но ноги не попадали в сапожки. Наконец мне удалось. И это всё, на что хватило моих нервов.

Платье я просто схватила в руку и метнулась из комнаты в одной сорочке, не думая, как я сейчас выгляжу. Правда, уже на лестнице, на ходу, всё-таки кое-как натянула платье, рискуя свалиться со ступеней и убиться. Разумеется, про всякие там завязки-шнуровки я и не вспомнила. Вот так, в одном платье, я и вылетела на улицу.

— Ильд! Ильд! — с бешеными криками я ворвалась в ту часть замка, где проживала вся дружина князя и слуги.

Рыжий оказался рядом в одно мгновение, изумлённо глядя на меня.

Ещё бы! Растрёпанная, взлохмаченная, платье перекошено, взгляд безумный, лицо и вовсе…

— Ильд, скорее! — я дёрнула его на крыльцо, размахивая руками, лопоча сбивчиво. — Скорее! Поднимай всех! Надо скорее, скорее, туда!

— Говори толком! — Лис слегка тряхнул меня за плечи, останавливая истерику.

— Засада! На перекрёстке. Они его будут ждать там, у дороги на Волчий лес, в овраге у Чёрной реки… Сегодня, сейчас… Нужно успеть! Мы ещё можем успеть! — лепетала я сквозь слёзы, с мольбой глядя на Рыжего.

Больше всего я боялась, что Ильд сейчас спросит, откуда у меня такая информация, а я признаюсь, что мне приснился сон. Лис покрутит пальцем у виска, скажет, что все бабы — дуры, и пойдёт себе спокойно завтракать. И тогда всё, конец!

Но Рыжий ничего не спросил. Лишь страх и ярость полыхнули огнём в лисьем взгляде.

Он развернулся мгновенно, распахнул дверь и крикнул зычно, так что эхо покатилось по замку:

— Вир, поднимай дружину! Немедля! Карнак, коней седлать!

Всё пришло сразу в движение, завертелось, закружилось в водовороте. Люди в доспехах, с оружием, высыпали во двор. Крики, приказы, ржание лошадей…

Я стояла посреди этого хаоса в одном платье, не чувствуя мороза. В груди расползался стылый ужас, и он сковывал сильнее, чем ледяное дыхание зимы.

А в небе над замком стремительно разгорался золотой рассвет.

«Слишком долго, слишком… Времени нет, времени нет, времени нет!» — истерично отстукивало моё сердце.

Нельзя медлить!

Я отступила на шаг, потом ещё не шаг… в сторону распахнутых ворот. Все были заняты сборами, никто не обращал на меня внимания.

И рванулась туда, на свободу, на белую заснеженную равнину, понеслась так быстро, как не бегала никогда в жизни. Ноги вязли в снегу, морозный воздух обжигал лицо и горло, но я бежала, словно не замечая этого…

— Княжна! Вернись! Вернись! — запоздалый окрик Ильда ударил в спину хлёстко, как плеть.

Но кто бы его сейчас послушал!

Я должна успеть! Должна успеть!

Очень быстро я поняла, что сделала глупость. Мне не добежать. Я ведь не марафонец, я не дотяну.

Мелькнула мысль повернуть назад и взять лошадь…

Но, во-первых, ещё раз Ильд уже не даст мне сбежать, заставит сидеть в замке, в безопасности, просто сидеть и ждать, пока… Я всхлипнула, отгоняя жуткое видение из моего сна.

А, во-вторых, как далеко я ускачу?! Опять упаду с седла.

И тут меня осенило — четыре лапы точно лучше, чем две ноги.

Я до сих пор не знала, как происходит процесс обращения, не знала, что нужно сделать, чтобы перекинуться. Но, оказалось, что ничего знать и не нужно.

Тело само чувствовало, когда я нуждалась в облике рыси.

Стоило мне подумать об этом, как сугробы внезапно стали выше, а дорога ближе ко мне. Я с изумлением поняла, что я уже не я.

Теперь по дороге проворно неслась вперед грациозная дикая кошка, огромными размашистыми прыжками, на мягких бархатных лапах, почти не проваливаясь в снег.

«Держись, Аррден, я бегу к тебе!»

Вот только ликование моё было преждевременным. Оказалось, рыси не те животные, которые пригодны для забегов на дальние дистанции. Да, несомненно, кошка была быстрее и выносливее, чем человек. Но хватило меня примерно до того места, где я в прошлый раз свалилась в канаву возле дороги.

Я поняла, что выдыхаюсь, бежать так быстро уже не получалось. От отчаяния хотелось реветь горючими слезами, но рыси, к счастью, не плачут.

А потом я услышала топот копыт за спиной, и у меня будто второе дыхание открылось.

Нет, я не могу допустить, чтобы меня остановили! Там же Аррден, его надо спасти!

— Хельга! Стой! Княжна! Стой, дурная! — злой оклик Ильда лишь подхлестнул меня.

Я сорвалась с главной дороги, на одну из едва приметных звериных троп. Какой-то внутренний компас вёл меня — я знала, что так тоже попаду на нужное мне место.

— Хельга! — Ильд осадил своего жеребца совсем рядом, взметнув облако снежной пыли. — Стой! Давай в седло! Слышишь! Живо!

Лишь на короткое мгновение сомнение кольнуло душу…

Что, если это уловка? Сцапает меня сейчас, и в замок вернёт, чтобы неповадно было шкуркой своей рыжей рисковать. Но ведь Лис тоже понимает, что каждое мгновение сейчас на счету.

Он просто обязан это понимать! Это же Лис! Правая рука князя! На него вся надежда…

— Быстрее! — рявкнул Ильд.

И я одним прыжком выскочила обратно на дорогу, перекидываясь вновь в человеческое тело. Вцепившись в его могучую руку, через минуту позорной возни я оказалась-таки за спиной Рыжего.

— Держись крепче! — Лис ударил пятками по взмыленным бокам жеребца.

Я взвизгнула, вцепившись в своего приятеля всем, чем могла.

Держись! Мама дорогая, я даже из седла и стремян выпасть умудрилась, а сидеть практически на попе у бешено скачущей лошади, пытаясь удержаться за своего спутника — это просто восьмидесятый уровень экстрима!

Но мне некогда было думать о том, что я рискую свернуть себе шею. Я сейчас думала только о том, что надо успеть. Успеть любой ценой!

— А дружина? — пискнула я, захлебнувшись потоком ледяного воздуха.

— Вир приведёт. Следом… Он знает… куда… — Ильд даже не повернул головы, но ветер принёс мне его ответ. — Держись, княжна! Успеем…

Вскоре мы вылетели на перекрёсток, и я сразу узнала это место из своего сна.

Из груди вырвался облечённый вздох, в отличие от моего кошмара, выглянув с опаской из-за плеча Ильда, я не увидела сейчас ни крови, ни мёртвых тел.

Я даже успела обрадоваться на секунду — похоже, я действительно лишь впечатлительная истеричная девица, напугавшая всех без реального повода. Пусть будет так! Я готова пережить этот позор, лишь бы Аррдену ничего не грозило.

Но ровно в этот миг, что-то просвистело в воздухе, и Лис только успел крикнуть:

— Пригнись!

Интересно, как я могла это сделать, сидя на коне?

Но я честно постаралась, даже голову в плечи втянула, как черепашка.

И вовремя — стрела просвистела, едва не коснувшись моих волос. А вот вторая…

Вторая угодила Рыжему в левую руку, в плечо. Ильд охнул, дёрнулся, удержался в седле, но жеребца уже повело куда-то в сторону. Я поняла, что сейчас мы все завалимся.

А тут ещё парочка каких-то типов разбойного вида бросилась нам наперехват.

Ильд выхватил меч — повезло, что правая рука у него была цела. Отогнал первого из нападавших, но второй уже попытался стащить Лиса с седла.

Ещё пару мгновений шла борьба, а потом мы внезапно оказались на земле. Вернее, в очередном сугробе. Это слегка смягчило удар, и пусть и со стоном, но я тотчас вскочила на ноги.

А из леса уже выползали новые вражины.

— Беги! — грозно приказал Ильд, и я побежала.

Пригнувшись, нырнула под прикрытие — спряталась на миг за беспокойно метавшегося рядом жеребца, обернулась рысью и понеслась дальше по дороге — по той, что вела в столицу. Позади меня яростно рубился Лис, но мне даже оглянуться было некогда. Оставалось лишь уповать, что Рыжий способен отбиться от стольких ратников сразу.

Чуткие ушки кошки уже улавливали приближающийся топот копыт, ветер принёс запах лошадей и людей. Потом я увидела отряд, и, конечно, узнала его.

Будь я рысью или женщиной, а любимого сердце всегда почувствует на расстоянии.

Я сделала ещё несколько мощных прыжков, потом перекинулась обратно в человека, и побежала навстречу княжеской дружине.

— Назад! Засада! Засада! Назад! — я так громко кричала, что, кажется, меня сейчас должны были услышать даже в моём родном мире.

Я видела, как весь отряд витязей впереди пришёл в движение, ощетинился оружием, насторожился.

Они поняли, услышали, теперь их не застанут врасплох!

Это чувствовалось на расстоянии, и я даже шаг чуть замедлила…

Ничего ещё не закончилось, а только начиналось. Но самое главное — я успела, предупредила!

Враг лишился преимущества внезапного нападения. А уж в боевых навыках и силе моего князя я не сомневалась.

Дружина Аррдена, теперь уже готовая к бою, неслась мне навстречу. Я счастливо улыбалась — всё было не напрасно…

Засевшие в овраге противники стремительно выползали из укрытия, понимая, что им не удалось заманить ярл-князя в ловушку. И теперь им предстоит честный поединок.

Смертельно опасный свист я услышала одновременно с тем, как кто-то навалился грузно мне на спину, жёстко сбивая с ног. Я застонала, но, различив над ухом знакомое бурчание Ильда, поняла, что могла бы сейчас стонать по другому поводу, или вовсе уже не издавать звуков.

— Ух, княжна! Ты что творишь? Не стой под стрелами! В кусты живо прячься…

Рыжий отпихнул меня к обочине, а сам снова бросился в бой.

Да, самый настоящий бой!

Я словно попала эпичную историческую драму. Пока я находилась чуть в стороне, и на меня никто не нападал, зато я заняла лучшие места в зрительном зале.

Дружина моего князя схлестнулась с выбравшимися из оврага вояками. Зазвенели мечи, засвистели снова стрелы, кони храпели, мужчины орали что-то устрашающее.

А я взирала на всё это распахнутыми от ужаса глазами.

Разумеется, взор мой чаще метался вслед за Аррденом — я пыталась уследить за моим соколом, окаменев от страха за него. А тот, и в самом деле, сейчас походил на грозного хищника — взлетал и опускался сверкающий сталью клинок, да ещё ярче сверкал гневный взгляд ярл-князя.

И вот уже обагрилось смертоносное лезвие. Поверженные враги один за другим падали наземь.

Я на миг отвлеклась, услышав ещё больший шум, топот и крики — обернулась и возликовала…

Дружина из Снежного Замка, которую привёл Вир, так вовремя подоспела на помощь. Теперь люди князя теснили врагов с двух сторон, загоняя в овраг, из которого те выползли.

Я почти поверила, что победа будет за нами.

Метнулась взглядом по поляне, на которой продолжалось жуткое побоище, и с ужасом увидела, что Аррден уже бьётся не из седла, а пешим. Должно быть, кто-то стянул его с лошади.

Князя окружили, нападая сразу с трёх сторон. Мой Снежный Волк отбивался свирепо, но на него наседали всё больше. Слишком опасный момент.

Ужас пронзил моё сердце иглой.

Я видела, что Ильд это тоже углядел и бросился на помощь своему ярлу, но Лис был ранен, да и на пути у него стояли злобные недруги.

Раздумывать было некогда…

Я, конечно, совсем не воин, но… когти и клыки это тоже оружие.

Через мгновение разъярённая дикая кошка уже ворвалась в ряды врагов, пуская в ход всё, чем наградила природа.

Я запрыгнула на спину одному из противников Аррдена, терзая острыми когтями, плечи и шею. Соскочила, бросилась на другого.

Безумный звериный азарт разгорелся во мне на удивление быстро. Теперь я металась по полю боя, нападая на врагов и отвлекая их на себя.

— Хельга, берегись! — вовремя меня окликнул любимый, я едва увернулась от вражеского клинка. Правда, на этом Аррден не успокоился, ещё раз грозно велел: — Уходи из сечи!

Я бы, может, даже послушалась, но тут на меня ещё один изверг накинулся, я едва успевала от него ускользать, при всей моей кошачьей ловкости и гибкости. Уж не знаю, чем я так ему насолила, но этот упырь бородатый точно решил меня извести любой ценой.

Я решила не искушать судьбу и бросилась наутёк…

Но этот злыдень, позабыв обо всех прочих воинах, нёсся за мной, размахивая своей железякой и норовя порубить в капусту. И, как на зло, сейчас рядом со мной не было ни Аррдена, ни Ильда — меня угораздило убежать на другой край поля сражения, к реке. Ард, кажется, видел, что меня преследуют, но был далеко.

А мерзавец, объявивший на меня охоту, загнал бедную рысю уже на самый край оврага.

Отмахнувшись от него когтистой лапой, я запрыгнула на нависавшее почти горизонтально над оврагом дерево и отбежала подальше. Другого способа спастись я не видела.

Дерево молодое, ствол тонкий — человека не выдержит, а, значит, забраться следом за мной этот гад не сможет. Но он этого делать и не собирался…

Он просто стал раскачивать чёртово дерево! Меня зашатало и затрясло так, будто внезапно начался ураган. Я всеми своими рысьими когтями впилась в заледеневшую кору, но этот изверг не отступал.

Я с ужасом посмотрела вниз. Спрыгнуть — нереально, слишком высоко и страшно, да и чёрный лёд темнеет прямо подо мной.

Мамочки, что же делать? Спасите, кто-нибудь!

И Аррден услышал мой зов!

Я издала пронзительное «мяу», когда увидела, как мой защитник несётся прямо ко мне.

Ну, сейчас он этому мерзавцу покажет, как милых котяток обижать!

Досмотреть, как мой обидчик получит «а-та-та», я не успела. Аррден был уже совсем рядом, когда этот «редиска» добился-таки своего.

Тонкий сук подо мной отломился, и, нелепо взмахнув конечностями, я полетела вниз.

Говорят, кошки всегда падают на четыре лапы. Я надеялась, что и рыси тоже.

Но понять, на что именно я упала, оказалось не так-то просто. В первый миг своего приземления, у меня от удара потемнело в глазах.

А потом… я услышала странный треск…

Земля, уже оказавшаяся подо мной, неожиданно снова куда-то исчезла, и я… ухнула с головой в ледяную воду.

Вот это я попала! В очередной раз…

Тело мгновенно опалило обжигающим холодом, сковало льдом. Я проваливалась куда-то в темноту, и лишь над головой дрожало белое пятно — будто свет в конце туннеля.

Мне срочно нужно было выбраться из этого ледяного омута, мне нужен был хотя бы глоток воздуха. И я отчаянно рванулась вверх, туда, к свету.

Голова оказалась над поверхностью, и я забилась, заметалась, работая всеми четырьмя лапками, надеясь продержаться в ожидании помощи.

Спасать меня, правда, пока никто не спешил. Сквозь собственное испуганное мяуканье и плеск воды, я различала звон мечей выше по склону — должно быть, Аррден схлестнулся с этим гадёнышом, что скинул меня вниз.

Он непременно бросится ко мне, как только сможет, но успеет ли…

В невозможно холодной воде, среди прозрачных кусочков льда, я замерзала слишком быстро. Да ещё и чувствовала, как меня течением тащит в сторону, под лёд.

А вот это никак допускать нельзя — верная смерть!

Но сдаваться я не собиралась, бултыхаясь в полынье, я отчаянно пыталась удержаться за кромку льда или выбраться на хрупкую поверхность. Но ничего не выходило — холодное стекло, будто издеваясь над бедной рыськой, крошилось под моими лапами, когти срывались со скользкой поверхности.

Тогда я перекинулась в человека, надеясь, что руки мои окажутся более приспособлены для спасения из зимней реки. Вот только одного я не учла, что так ещё быстрее замёрзну. Кошку хотя бы шерсть грела, да и намокала толстая шкурка, очевидно, медленнее.

Сейчас же моя кожа посинела мгновенно, а мокрое платье, облепив ноги, потянуло на дно. Выбраться на твёрдый лёд я по-прежнему не могла, силы меня почти покинули.

Ещё немного, и…

И я увидела, как Аррден практически скатился по крутому склону оврага вниз, с отчаянным возгласом кинулся ко мне, но тут же затормозил, уставившись под ноги.

Я с ужасом слышала, как снова опасно потрескивал лёд.

Ард вскинул голову, и даже издалека я поймала его пронзительный взгляд и молящее:

— Хеля! Держись, держись!

А потом вместо моего белокурого князя на льду оказался знакомый чёрный волк. Он лёг на брюхо и пополз ко мне, осторожно, но проворно.

И, только добравшись до полыньи, в которой я барахталась из последних сил, он снова вернул себе человеческий облик. Лежа на животе, попытался уцепиться за меня и вытянуть…

Лёд затрещал, ещё кусок отвалился, Аррден едва удержался сам. Я окончательно запаниковала, цепляясь за его руки, чувствуя, что меня сейчас утащит подводным течением.

— Хельга! Давай в рысь, слышишь!

Несмотря на безумный страх, я его услышала и поняла. Обернулась кошкой.

И вот тогда, вцепившись в загривок, мой спаситель выволок меня из убийственно-холодной воды.

— Всё, всё, тише! — Аррден прижал меня — трясущуюся, перепуганную, готовую бежать, не разбирая дороги — к своей груди, удерживая, не позволяя наделать новых глупостей.

— Оставайся рысью! Слышишь? Так теплее будет, и мне легче… Всё, моя бесстрашная, всё уже позади…

Обратно по льду он полз будучи человеком, придерживая меня одной рукой, помогая из всех сил. Я так замерзла и вымоталась, что едва передвигала лапами.

Лёд время от времени угрожающе трещал, но всё-таки мы добрались до заснеженного берега без новых происшествий.

Здесь Аррден без лишних слов подхватил на руки моё мокрое, дрожащее тельце, прижал к тёплой груди и стал карабкаться наверх.

Я жалась к нему, урчала и мысленно всхлипывала. Самая не знаю, от счастья, что всё обошлось, что я его спасла и сама жива осталась, или же, наоборот, от всего этого ужаса…

Перекрёсток лесных дорог встретил нас тишиной. Побоище закончилось. Разумеется, в нашу пользу.

К нам подскочил Ильд.

— Жива… Замёрзла только… — успокоил его Ард. — Ничего, отогрею…

Лис набросил свой плащ на меня, помог укутать.

Я совсем разомлела, проваливаясь в какую-то полудрёму.

Но слышала всё-таки, как Аррден чётко отдавал распоряжения:

— Все целы? Серьёзные раны есть? Вот и славно! Хвала Великому Волку, что всех защитил! Вир, Моргот, забирайте всех, кто не ранен, и попробуйте нагнать тех четверых, что в лес удрали! Только в оба глядите — на новую засаду не налетите! Остальные в замок, к лекарке!

— Княже, а я что же? Я тоже с Виром на охоту хочу… — проныл знакомый голос Лиса.

— Удумал тоже! Без тебя справятся… Плечо езжай лечить! — не поддался князь. — Улв, мертвых надо бы по обычаю… Хоть и враги, а тоже люди… Отправь телегу из замка, проследи!

Кажется, он ещё что-то говорил, но я уже не слушала, ушки мои улавливали лишь взволнованный и гулкий стук любимого сердца.

Потом мы ехали на лошади, я чувствовала мерное баюкающее покачивание.

Потом он нёс меня на руках по лестнице, вверх, в мою комнату. Горячая, ласковая рука Аррдена непрестанно меня поглаживала, и чувствовала, как в меня проникает тот волшебный целительный жар, который князь называл живым огнём. И домашнее тепло замка тоже окутывало моё продрогшее тело, и становилось всё лучше и лучше.

Я всё ещё была кошкой… Надеялась, что так ему проще меня нести.

Странные мысли бродили в моём полусонном сознании — я отрешённо думала о том, что Аррден слишком часто носит меня на руках, спасает и греет.

Надо бы как-то перезагадать своё желание…

Ведь, несомненно, я хотела немного другое, когда просила кого-то, «способного согреть», «кто будет носить меня на руках и защищать от всех невзгод». А вот во всём остальном моё желание сбылось — получила и сказочный Новый год, и того, кто смог вернуть любовь в моё сердце.