Глава 27. Себялюбцы

Потому что у нас есть Ларри, ему пошел шестой год, и это черт знает какой замечательный парень, вылитый Сид! Они даже ходят как-то одинаково, не говоря уже о других привычках и пристрастиях, включая вредные. Например, они страшные себялюбцы. Им почти удалось засадить меня дома за пяльцы, хотя я и могла бы продолжить свою адвокатскую практику, которую с блеском начала, открыв контору и терпеливо заманив первого клиента, не поладившего с окружным прокурором. Прокурор утверждал, что мой подзащитный залез в чужую машину якобы с единственной злонамеренной целью ее угона и дальнейшей перепродажи, дескать, за ним и раньше такое легкомыслие водилось.

Но мне удалось, переговорив с потерпевшим, владельцем машины, который оказался разумным человеком, сначала заронить сомнение в это поспешное, поверхностное суждение, а потом склонить забрать иск после того, как он подробно разузнал от меня о трудном детстве подзащитного за ужином в ресторане отеля «Хилтон», куда потерпевший предложил зайти для лучшего ознакомления с существом дела, которое мы продолжали еще какое-то время обсуждать у моего дома, пока в дверях не выросли Сид с Ларри, выглядывавшим из-за отцовской ноги.

Я представила их потерпевшему и он, сославшись на час ночи, откланялся.

Утром он мне сообщил о прекращении дела против моего клиента и спросил, не могу ли я взяться за другие его дела, которые, он уверен, я доведу с моим профессионализмом до такого же блестящего завершения.

Я, конечно, с радостью согласилась и дома без ложной скромности поделилась о профессионализме и новом клиенте. Вот тут-то они и показали себя страшными себялюбцами: Сид заявил, что мой профессионализм не вызывает у него сомнений, однако ни о каких новых клиентах и речи быть не может.

– Почему это не может? – удивленно спросила я. Он ответил:

– Гм…– потом еще раз, – гм…– а потом, что и Ларри такого же мнения.

Ларри это подтвердил и добавил, что я буду получше мисс Спенсер, которая мало чего смыслит в настоящей дикой охоте и всегда сильно пугается, когда кто-нибудь от чистого сердца посадит ей на колено свежеотловленного паука. Она тогда как взвизгнет, как вскочит, и ну трясти его, допытываясь, за что он ей достался, когда она еще так молода и не замужем. Он пообещал поговорить со мной; как-никак я замужем, к тому же ему не больно-то по душе, когда посторонние хватают меня за руку, которая принадлежит им одним. Им уже надоело поджидать меня и беспокоиться. От этого он не может заснуть, как другие пацаны, а вынужден отвлекать Сида игрой в шашки, чтобы тот не ходил бы, не прислушивался и не хлопал бы входной дверью.

Я растерянно спросила:

– Но как же быть, я дала согласие. Он на меня надеется.

Ларри напомнил, что мисс Спенсер тоже надеется, а Сид сказал, что он уверен, тот парень передумает к завтрашнему полудню.

Так и вышло, клиент позвонил и сказал, что сожалеет, но обстоятельства вынуждают его отказаться от вчерашнего предложения.

Я, не скрывая, огорчилась и, разворачивая носовой платок, пожаловалась Сиду, что да-а, я столько лет училась и без практики могу быстро дисквалифицироваться. Целуя мою склоненную голову, Сид сказал, что мои опасения беспочвенны, он будет покупать «Юридический вестник» и будет регулярно подкидывать мне каверзные дела из своей конторы.

Он и подкидывает, теперь все мои, даже не каверзные. Я успешно справляюсь, но ни о каком расширении моей клиентуры он не хочет и слышать. Ларри тоже не хочет, хотя я и нашла детский сад, где миссис Филлипс не надо выходить замуж; однако Ларри заявил, что, сомневается, сможет ли миссис Филлипс поднять и потрясти его, чтобы спросить: «За что он ей достался?». Я внимательно пригляделась к миссис Филлипс, и она мне показалась действительно не слишком крепкого сложения, и позволила Ларри забраться обратно в машину, и отвезла домой.

Загрузка...