Глава 25. Проблема


План имел огромное количество косяков. Основным из которых было применение летательного аппарата, ведь тот же Престняков явно поинтересуется, откуда у нас такая птичка, и это в лучшем случае. В худшем, попросту отожмет беспилотник, потому как «пятерка», не смотря на малые габариты, является весьма грозной машиной для сеяния хаоса с попутным уничтожением легкой бронированной техники. А все из-за подвесной системы с противотанковой управляемой ракетой калибро сто двадцать миллиметров и крупнокалиберного пулемета под патрон 12,7х108, с боекомплектом в сто пятьдесят снарядов. Осколочно-фугасными авиационными боеприпасами, этот огрызок творил настоящую грязь. И все это чудо, с теплаком, ночником и возможности работать с высоты в километр. Грозное орудие с применением передовых технологий, о которых лет тридцать назад могли только мечтать, приматывая обьективы обычных фотоаппаратов на старенькие модели Орланов.

Это только в пропагандонских роликах показано как сотни дронов без лишних проблем штурмуют аулы боевиков, в реальности же, когда начинает работать РЭБ, в бой идет пехота и древняя техника. Как было на переправе например. Сейчас уже глушить связь некому, поэтому нормальный беспилотник будет отличным решением. Против бандитского сброда с различного рода обрезами и иными гром-палками, крупнокалиберный пулемет вполне справится. А на случай появления техничек, пары заходов с ПТУРами должно хватить. Времена такие, что техника почем зря не катается и вывод из строя хотя бы одной единицы бронетехники, уже может послужить поводом к отступлению для перегруппировки. Хотя, бандитам перегруппировка не нужна. Те, как правило, либо с голодухи, либо от дурости, лезут напролом до талого. Правда, порой попадаются и более хитрые…

Одну такую банду мы встретили как раз по пути до лазарета, еще когда я с Зябой не покинул компанию Сергеича и Полины. Не знаю на что надеялась группа молодых парнех, но как минимум наша дедовская троица была весьма неплохо вооружена. Сергеич тащил полноразмерный калаш, к которому уже привык, я нес укорот под бушлатом и винтовку прицепленную к рюкзаку, да еще и Зяба, со своим пистолетом-пулеметом. Вообще, мы хотели раздобыть ему нечто вроде ПП-19, но пока что их не было видно в продаже. Впрочем, он и с Кедром вполне сноровисто управлялся.

И вот на такую, пускай и стариковскую, но неплохо вооруженную группу, решила налететь стихийно собранная банда. Пятеро парней примерно одного возраста, около двадцати лет. Вооружены чем попало. Двое с какими-то ножами, у одного спереди карман джинс топорщится, явно пистолет, владелец неумело прикрывал рукоять полами кожаной куртки. Самым опасным был паренек в стареньком шлеме СШ-40 и накинутой поверх одежды плащ-палатке. Этот псевдо боец красной армии, гордо сжимал в руках охотничью сайгу. При более детальном рассмотрении, стало ясно, что это Сайга-410к, во втором исполнении, с закосом под АКС-74. Будь это реальное весло с рамой, было бы куда опаснее. Хотя и крупная картечь может наделать бед. Особенно если палить по мне. Это вон, проворные Сергеич и Зяба смогут сныкаться, я-то с тростью поиграть в боевую акробатику не смогу.

— Какие люди, — довольно ухмылялся главарь, единственный не вооруженный в пятерке, по крайней мере припервичном осмотре, признаков наличия огнестрела я не обнаружил.

Банда разошлась перекрывая улицу, причем парняга с сайгой, сместился к одной из машин. Идиот, что Сергеич, что я, прошьем эту консерву с легкостью. Да даже 9х18 у Зябы сможет пробить те же двери. Современные машины, пожалуй, наихудшее из возможных укрытий в городской перестрелке и прятаться за ними можно только от безнадежности.

— А ты, ничего не спутал, уважаемый? — спокойно поинтересовался я, не обращая внимания на попытки взять нас в полукольцо. — Может обознался?

Первыми агрессию мы не проявляли, разве что Сергеич сместил Полинку себе за спину, с недоверием косясь по сторонам. Даром что военный врач, стрелять он умеет.

— Слышь, дед, я че, свою одногруппинцу не узнаю? Слышь, Тиханова, ты чего ныкаешься? Мы ж за тобой пришли, — усмехнулся центровой.

— Нет… — дрожащим голосом прошептала девушка, нервно сглатывая. — Не надо…

— А ты, собсна, кто? Похож на будущую жертву Карателей, чего мирный люд стопоришь? — сохраняя внешнее спокойствие, продолжил диалог я. — Вашего училища уже месяц с лихом как нет. Все, последний звонок прозвинел, группы распущены, вот и иди себе с миром, со своими дружками.

Парняга хищно оскалился, видать воспринял мое миролюбие как проявление слабости. А зря, я всего лишь не хочу пачкать и без того гниющий город. Вот убьем мы пятерых, затрофеим пару стволов, но стоит ли оно того. Мы ведь от этого не станем лучше или хуже, а вот эти пятеро уже никогда не смогут исправится. Они ж, если одногруппники Полины, значит студенты-медики. А медики, даже и недоучки, сейчас ежели и не на вес золота, то на вес тушенки так точно. Так что стоит хотя бы дать парнишкам шанс.

— Ну и че? Тиханова наша одногруппница, а ты, дед, видать ее как подстилку используешь! Так что отпусти-ка ее по-хорошему, — довольно усмехнулся главарь. — Иначе заберем си…

Дожидаться я не стал, я просто молча выдернул из-под бушлата укорот, чисто машинально скинув переводчик огня в среднее положение. Патрон в патроннике я и так таскаю, на случай если действовать нужно тихо, без лишнего лязгания металла.

— Слушай, малек, — я по-доброму улыбнулся ему. — Я же тебе сказал, звонок был, вот и катись к черту отсюда со своей кодлой. Я тебя за борзоту прямо здесь не кончил, потому что ты хоть что-то в медицине смыслишь…

— Не смыслит, — прошептала сзади Полина. — Это Егорочкин, он с ребятами все пары прогуливал… а в мед поступил, чтоб от армии откосить и к девчонкам приставать…

— Проверим, — тихо согласился я, держа главаря на прицеле. — Слышь, студент, под каким углом ставится подкожный укол и какая средняя дозировка вводимого под кожу вещества?

Прогульщик, выбитый из колеи поворотом событий, изобразил бурную мыслительную деятельность.

— Понятно, в чем отличие наложения повязок чепчик и шапочка? — добил я, тихо посмеиваясь. — У тебя должен быть чисто спинно-мозговой ответ на рефлексах, если ты хоть сколько-то являешься фельдшером, но как я вижу, тебе лишь бы погулять, да баб помять. Твоим дружкам тоже?

— Чепчик завязывается еще снизу, а шапочка выполняется двуглавым бинтом без фиксации под челюстью, — внезапно ответил парень с сайгой.

— Это кто? — тихо спросил я, обращаясь к Полинке.

— Женя Смирных, — так же тихо ответила она. — Он нормальный, но очень… подвержен влиянию…

— Будем исправлять, — согласно кивнув, повернулся к парню. — Послушай, Женя, сейчас от тебя зависит, либо мы похерачим всю вашу кодлу с автоматов и тебя в первую очередь, как наиболее вооруженного, либо сейчас, ты переходишь под мое командование и вместе со мною конвоируешь этих бандитов до лазарета, а потом, даю тебе слово офицера, я пристрою тебя в взвод моего хорошего товарища и ты станешь настоящим военным фельдшером, со всеми почестями, оплатой труда, нормальным питанием и женщинами. Сейчас женщины смотрят на того, кто реально может их защитить, а не на понторезов по типу этого недомедика.

Времени на подумать Смирных не получил, поскольку задетый за живое главарь начал орать благим матом, призывая товарищей гасить нас, оборзевших дедов. И в принципе, у него почти получилось подбить дружков, если бы Зяба в своей типичной раздолбайской манере, не прервал его спич.

— Мордой в землю, работают урукхаи! — заорал он, выстрелив в воздух из Кедра. — Заманал, балабол, следующий полетит в тебя. Старый, хуле с этими чертями базарить, время теряем, на перо всю комепашку и в овраг. Или под шконку, они ж внатуре черти.

— Можно и так, — согласился я, все еще косясь в сторону единственного адекватного студента в этой бандитской компании. Тот, понимая, что выбора-то у него собственно и нет, спокойно отпустил Сайгу, позволив той повиснуть на оружейном ремне, после чего поднял руки на уровень головы.

Уже через пару минут, Евгений вышагивал впереди процессии, конвоируя бывших товарищей до лазарета. Бывший главарь, получив прикладом укорота в челюсть, теперь лишь тихо завывал от боли, то и дело брыкаясь и поправляя накинутый не шею хомут. Вели как рабов, связав руки веревками, в цепь и при этом накинув еще по петле, чтобы если один предпринял попытки к бегству, остальные бы удушились.

Полинка все продолжала держаться подальше от них, хотя парни, уже разоруженные, продолжали то и дело на нее оборачиваться. Даже смешно, они на наш отряд полезли, имея при себе лишь два травматических Макарыча, охотничью сайгу, пару перцовок, ножи и пусковухи «Сигнал охотника». Фактически для нас представляло угрозу разве что последнее, ибо Смирных улетел бы в расход в первую же секунду боя.

Может для многих и кажется, что тот же «сигнал охотника» это бесполезная фигня, но по факту это пусковая установка для различных снарядов. Зарядить с близкой дистанции звездочкой в лицо и вот уже противник валяется на земле, хватаясь за обожженую рожу и пытаясь унять боль. А ведь снаряд легко пробьет тонкую кожу лица и встрянет в мышцах, обжигая все, к чему прикосается. Да и помимо осветительных, есть куча других зарядов. От просто шумовых патронов, чтобы зверье отпугнуть, до полноценных ослепляющих снарядов, предназначенных как раз для самообороны. Короче, страшная вещь, раскрывающая весь потенциал в умелых руках.

К нашему счастью, руки у этих студентов были явно из жопы, да и смекалка отсутствовала. При наличии двух травматов, они не удосужились заняться грубым напилингом, чтобы переделать их под боевые. Да я б на их месте еще в первую же неделю, перебрал бы патроны, сам бы отлил свинцовые пули и заимел бы относительно нормальный огнестрел, а эти придурки все еще таскались с резинострелом. Но ничего, трудотерапия в штрафных уборочных бригадах имени Федьки Сапога, наставит их на путь истинный, а там, того и гляди, остальные из банды этого прогульщика, перейдут на светлую сторону.

Все таки, хорошо, что я решил их сразу под нож не пускать, моральный долг перед Федькой закрыл, притащу ему в отряд еще одного медика, пускай и недоучку. Все таки, Сапог меня уже ни единожды выручал. Пора бы и мне ему подсобить….


Загрузка...