Глава 30

Российская империя, г. Москва, гостиница Континенталь, княжеский съезд

Максим Романов хмуро смотрел на сидящего перед собой мужчину, и понимал, что того не переубедить. Зря его отец настоял, чтобы этим вопросом занялся он.

— Еще раз князь Морозов, такие вопросы не могут быть решены вот так, на скорую руку. Нужно созвать думу, изучить этот вопрос поподробнее. В конце концов есть договоренности, которые вы просто не можете нарушить. Или княжеское слово не имеет больше силы?

Находившиеся в зале князя разделились на два лагеря, и многие были согласны с молодым принцем. Были договоренности, подписанные договора, которые долгие века держали страну на плаву. Нельзя так с ходу разрушить все. В конце концов никто не хотел гражданской войны. Однако у князя Морозова были веские доводы.

— Скажи царевич, ты знаешь, что меня тут сегодня не должно было быть?

— Не знаю князь. Давайте просто успокоимся и обговорим все в конструктивном ключе.

— Так вот. Сегодня у меня радость. Должна была быть радость. У меня дочь замуж выходит. Только вот я не могу присутствовать на этой свадьбе, да и дочь моя мне уже не дочь. Мне объяснить почему это так, или все в этом зале и так все понимают?

Никто ничего не ответил, а сам принц лишь тяжело вздохнул. Он и сам отлично знал предпосылки.

— Ты говоришь про древние договоренности царевич. Твои предки тоже умели красиво говорить. Обозвали нас вассалами, уверили что войск нам не надо. Но вот когда в моем городе стоял целый легион, что-то я не увидел гусарских полков, которые спешили нам на выручку.

— Не было с вашей стороны требования исполнения долга сюзерена.

— А если бы я потребовал, значит император прям послал бы войска? Так?

— В любом случае он бы вмешался в конфликт.

— Царевич, видно, что дипломат из тебя не самый опытный. Да и я не намерен играть во все эти игры. Примите вы это или нет, но в течении следующего года я укомплектую свою гвардию до двадцати тысяч солдат минимум. И мне насрать на все бумажки, которые были подписаны.

— Князь вы понимаете, что это измена?

— Это была бы изменой, если бы я собрал эти войска тайно, как многие другие. А я сижу перед тобой и прямо говорю тебе об этом. И всем князям советую сделать тоже самое, чтобы не попасть в мою ситуацию. Хотя… Кому я говорю. Вот есть один княжеский род. Их сделали баронами, а они все равно ведут себя как истинные князя, наплевав на все и всех.

Конечно, про случай Киры Морозовой знали все. И по большой мере не от слов, а от горечи что в них чувствовалась, каждый находившийся тут человек подумал, что бы случилось с ним в такой ситуации. Как бы поступил именно он.

— Ну хорошо. Соберете вы все свои войска. Романовы тоже увеличат количество гвардии, а дальше то что? Что с этим войском делать? Развязать войну? Или просто кормить эту ораву просто так, в то время как можно было бы тратить эти деньги на развитие нашей страны. Или как в Поднебесной устраивать постоянные войны между собой?

— Да хотя бы так. Это намного лучше, чем терпеть унижения от каждого встречного. Лучше уж так.

— А на народ вам плевать.

— О народе пусть думает государство. У вас там куча министров, которые дружно пылят наши налоги. Создайте закон, по которому во время вечеринок бассейны можно будет заполнять дорогим шампанским не полностью, а на половину. Казна удвоится. Когда легионеры чинили беспредел в моем городе, о народе как-то никто не думал. Всем было наплевать. А как только какое-то действие князей не нравится Романовым, то все сразу же вспоминают про народ.

— Предлагаю оставить в сторону голословные обвинения и приступить к голосованию.

— Меня все услышали. В любом случае, я не оставлю все так. Что бы кто не решил. Нас уже не первое столетие пугают смутой, гражданской войной и прочими небесными карами. Только вот лично я устал чувствовать себя не князем, а каким-то слабаком, об которого каждый может вытереть ноги. Я промолчал, когда в мой город привели другого князя и создали эту базу охотников. Промолчал, когда десять лет назад налоги для кланов удвоили. Промолчал, когда на КНЯЖЕСКОМ съезде вдруг начали появляться всякие герцоги и маркизы. Но больше я терпеть не намерен.

Глядя на собравшийся народ, молодой Романов четко понимал, что довольно прямолинейная политика сдерживания и подавления предков, возможно, была не самой умной. Да и молодость давала о себе знать. Молодой царевич не успел зачерстветь и уплотнить кожу на лице, а ситуация с Морозовой для него так же была неприемлемой.

* * *

Трудно было не позволить грусти появиться на лице, просто потому что Кира не заслуживала такого. Но и сама девушка понимала, что предыдущая моя свадьба была… да что там, моя предыдущая свадьба была полноценной трагедией. Так что она сама попросила, чтобы все было максимально скромно.

Просто выехали утром только втроем: я, Кира и мама в храм в всех богов. Жрец Симаргла провел обряд, там же помолились предкам и вышли. К статуе Лады я даже не приблизился, хотя заметил, что у моей жены остались вопросы.

— У меня давняя история с богинями и богами любви. У нас взаимная неприязнь и холодная война. Была.

— Была?

— Да. Потому что если хоть одна сука еще раз посмеет повлиять на меня, то ее уничтожат, а душу сожрут.

Эти слова на лестницах храма были не самыми уместными. Парочка младших жрецов подумали, что я сумасшедший.

— А это не богохульство?

Мама в отличии от Киры сначала смолчала, хотя и ей были подсознательно неприятны мои слова.

— Александр, все же не стоит…

— Сказала та, кто больше всего пострадала от мелких пакостей одной похотливой шлюхи.

— Николай…?

— А как же иначе? Или ты думаешь, что у них нет нормальных психологов, или их можно проклясть? Какими бы баранами не были эти люди во многих аспектах, но о себе они тщательно заботятся. И, естественно, они не могли не заметить одержимость одного конкретного болвана.

— Но что я сделала плохого? За что?

— Тут два варианта. Либо воевали со мной, но это началось задолго до моего рождения, либо же одной особе не нравился конкретный род. В принципе с вашей особенностью в деле любви, это и не удивительно.

— Чем мешает то, что мы можем полюбить только одного человека за жизнь?

— А как же маневр для манипуляций? А если нужно, чтобы конкретная особа изменила своему мужу с конкретным человеком? И тут даже не важно, что ей это никогда и не может пригодится. Само существование фактора, что она кем-то не может вертеть, как ей угодно, нервирует. Понимаешь?

— Я правильно понимаю? Мы сейчас говорим про богиню любви и весны?

— Она предпочитает так себя называть. Любовь неподвластна богам, к их великому сожалению.

— Но как же?

— Вот влюбленность, это да. С этими дешевыми фокусами на гормонах они играют очень умело. А вот настоящая любовь не поддается контролю. Разве что создатель вселенной может управлять ею, но о нем никто ничего не знает.

— Понятно.

— Сменим тему. Все-таки у нас праздник.

За разговорами мы уже добрались до автомобиля и двинулись домой. Но я в отличии от дам хоть и вел разговор, но мое восприятие охватывало несколько сотен метров. А в трех метрах от нас в воздухе летели микроскопические частицы крови, насыщенные праной и пси. В случае опасности в любой миг эти частицы могли собраться в щит и отразить атаку. Но вот в таком распыленном состоянии я тратил минимальное количество пси энергии, что было важно.

Именно поэтому я заметил на другом краю площади несколько внедорожников, где сидела княгиня Морозова и издалека следила за нами. Было ли мне жалко старушку? Частично. Такова цена за слабость, в первую очередь духом.

Все произошедшее в этом городе, иначе как позором не назовешь. Город, где обитают тысячи охотников. Не заботься каждый из них лишь о себе, и легион порвали бы на части еще на перроне, когда горячие ребятки из Рима посмели только прибыть в этот город. Да и сами Морозовы могли тупо этот самый перрон заминировать и послать почитателей Марса на Марс, устроив большой бабах. И что бы те им сделали?

Но, Романовы за несколько столетий смогли сровнять русского князя с землей. Политика слабаков, в то время как враг спокойно расширяется, не зная преград. Тут ведь дело не только в политике Романовых. Сами князя не заботятся о своем усилении.

Что мешало тем же Морозовым как минимум половину своей гвардии сделать охотниками, которые смогли бы дойти как минимум до четвертого ранга, где охотник получает первую мутацию? Ответ настолько прост, что плакать хочется. Охотник четвертого ранга считается уже дворянином, без права передать титул наследникам. Такого уже нельзя выпороть на конюшне. А если вдруг слуга, получив силы мага ненароком станет более талантливым чем господин? Так-то среди слуг есть и маги, но все они как на подбор с паршивыми дарами, и развиться этот дар не может, так как к осколкам этих людей никто и никогда не подпустит. Одним словом, тут вопрос был в тщедушности и в банальном страхе.

Не сказать, что такое только в империи. Просто иные нации нашли свои способы справляться с этим. Например, в Риме легион не мог войти в город, а если бы зашел, то преторианцы просто стерли бы их с лица земли, ведь там служили только патриции. Римские сенаторы не имели права держать в городе больше пятидесяти гвардейцев. А все они естественно жили в основном в самом Риме, а не были разбросаны по огромной территории как у нас.

В Персии и в Мине, с другой стороны, аристократы тупо были сильны за счет древних техник, которые не были доступны простолюдинам. Знания, собранные за тысячелетия ведь тоже многое из себя представляют. Тупо благодаря маленьким завитушкам в плетении, которые появились благодаря модификациям десятков поколений, аристократ почти всегда будет на голову выше самого талантливого простолюдина.

У нас тоже такое могло бы быть, если бы не было многовековой диверсии всех древних устоев. Древних князей сделали баронами, дабы они не посягали на власть царя. Не малую роль сыграла банальная изоляция. Люди не могли обмениваться опытом из-за банального расстояния. В итоге имеем то, что имеем. Империю слабаков, которая жива лишь благодаря чуду. Иначе и не скажешь.

Кроме старой Морозовой были и другие наблюдатели. Тот же Гагарин с какого-то перепугу решил выставить наблюдателей. Про канцелярию и говорить нечего. С моей же стороны не было никого. Однако мое пси поле зафиксировало каждого наблюдателя, а мозг незаметно даже для меня оценивал риски и возможность атаки.

Бывает иногда такое, что мы не замечаем изменения в себе, которые впитываются в нас во время испытаний. Только оказавшись в машине я осознал для себя, что моя психика не избежала деформаций, как бы сильно я не опасался этого. Месяцы в джунглях, где за каждым кустом притаился враг, сделали из меня параноика, который постоянно неосознанно сканирует местность и постоянно готов к битве.

Но самое интересное, что это никак не мешало мне жить. Я мог смотреть фильм вместе с любимой девушкой, или же целоваться с ней под звездным небом, и искренне наслаждаться моментом, в то время как мое подсознание постоянно искало опасность. Обычно в таких случаях люди слетают с катушек и полностью меняют образ жизни. Но как я и сказал, мне это не мешало. Ресурсов сознания вполне хватало на все с лихвой, если конечно я придумаю способ нормального восполнения своей пси энергии.

Не только я погрузился в свои мысли. Пока я думал о многом, не забывая поглаживать руку моей жены, сама Кира с каким-то ошеломлением смотрела на родовой перстень, и кажется скалящийся демон на перстне просто гипнотизировал ее. Симаргл повел себя как всегда безупречно и материализовал перстень прямо на пальце Киры, хотя конечно же я на всякий пожарный держал в кармане запасной перстень из золота.

— А почему демон?

— Это знак нашего дома.

— Дома?

— Сними ее и прочитай на обратной стороне.

Девушка сделала это и посмотрела на меня с вопросом в глазах.

— Что значит дом и семья?

— Если перевести это на стандарты нашей планеты, то род это клан, дом это род, а семья это ветвь рода.

— Нашей планеты?

— Да. Род Аджгар живет в мире Адж.

— То есть на другой планете?

— Можно и так сказать. Только эта планета настолько далека, что там сильно все по-другому. Разве что физические законы совпадают, и то не всегда. Короче на ракете туда не полетишь.

— Подожди. Но ты ведь Волков? Какое отношение имеют Волковы к этому Аджгару?

— Даже не смотри на меня. Я сама вообще не понятна. Спрашивай у своего мужа, — открестилась мама, когда Кира посмотрела на меня.

— Просто так вышло, что меня приняли в этот род. Ну и вместе со мной приняли всех Волковых, даже тех, что сейчас в Нави.

— И вы так легко сменили свой род?

— Чтобы ты понимала, род Аджгар это правящий род империи Аджгар. А империя Аджгар по территории больше, чем вся наша планета, примерно в несколько раз. Но главное даже не это. Величие рода в том, что наши предки смогли возвысится.

— Как это?

— Ну ты читала про Геракла, который совершил подвиги и стал богом?

— То есть они стали богами?

— Бессмертными. Боги сильны, но они сильны лишь в своих мирах. Да и их могущество сильно зависит от количества и качества верующих, то есть от мира, где они правят. Бессмертные могут развиваться без таких ограничений. Так что некоторые мои предки могут легко стереть этот мир со всеми богами.

— То есть ты можешь…

— Нет. Тут дело в другом. Предки не будут вмешиваться в дела смертных. Но если какой-нибудь бог посмотрит в мою сторону криво, или в твою, то вот тогда пойдет совсем иной разговор. Это как с детьми. Если твоего ребенка избил другой ребенок, ты максимум сделает выговор и больше ничего не сможешь с этим поделать. Но вот если на твоего ребенка поднял руку взрослый, то ты сама его минимум изобьешь, верно? Так же и с предками.

— Это все похоже на бред, если честно.

— Я знаю. Но перстень на твоей руке создан самим вестником богов Симарглом.

— Все это как-то…

— Не грузись. Все это сегодня не важно.

Сидящая, с другой стороны, мама могла лишь умиляться, и скоро темы поменялись на более веселые, как и мое настроение.

На тот момент я даже не хотел думать о том, что происходит в этом мире. Хотя происходило немалое. В империи назревала гражданская война, если не полноценная смена власти.

* * *

В Римском сенате обсуждался вопрос насчет введения санкций и отправки карательной экспедиции, чтобы разные варвары знали свое место и не удивлялись.

* * *

Ситуацию с возвращением таинственного человека, который имел таинственные связи с повелителями неба, обсуждались в Запретном городе империи Мин не первый день. По этому поводу были созваны все главы кланов и знатнейшие мудрецы, дабы определить свое отношение к этому человеку.

* * *

А вот в Персеполисе ситуация была совсем иной. Шах шахов уже второй день праздновал уничтожение легиона. По этому поводу собрались все подконтрольные ему цари, шахи и раджи и тоже весело праздновали унижение древнего врага. Под выдуманным предлогом был объявлен праздник, ведь не каждый день проклятый враг из запад теряет своих орлов.

* * *

А где-то за тысячи километров в далекой Испании одна молодая девушка заперлась у себя в комнате и, наверное, в первый раз в жизни плакала. И было не понятно. Что послужило большим поводом для горя. То, что ее избранник был фактически казнен богами, ведь тому отрубили голову свои же родичи, когда он вернулся в Рим, или же то, что она сильно подвела своего боевого товарища и подругу, с которой они целый год охотились и прикрывали друг другу спины, или же то, что она предстала в таком свете перед Волковым, с которым она постоянно соперничала? И у родителей бедной девушки просто не было идей, как вывести ее из такого состояния.

* * *

Тем временем в далеких Карпатских горах, в мрачном замке, что был отдален от всех населенных пунктов, люди в балахонах беспрерывно приносили в жертву узников, вливая их кровь в огромную купель. Они участвовали в древнем ритуале пробуждения зверя, который должен был стать инструментом мести их князя, которого так сильно посмел обидеть какой-то выскочка.

Но все эти события мало волновали человека, который просто был счастлив в день своей свадьбы с любимой девушкой. А то, что есть враги, неважно скрытые или известные — так ведь идущему по пути Асуры демону резни они были только в радость.

Загрузка...