День, когда он сошел с ума

Глава 4

У входа в психиатрическую клинику Бостона собралось более ста пятидесяти представителей аккредитованных средств массовой информации. Все они ждали хоть каких-то данных, чтобы тут же выйти в эфир со срочными новостями. На три часа дня была назначена пресс-конференция, на которой доктор Дженкинс должен был сообщить о состоянии «обезглавливателя» и предоставить какие-либо сведения, которые могли бы пролить свет на мучивший всех вопрос: кто он?

Доктор Дженкинс посмотрел на часы на запястье – 9:47, и он находился в изоляторе лицом к лицу с заключенным.

– Мне кажется, ты многое можешь рассказать. Мотивы, очень часто недооцененные, это двигатель человеческого поведения. Я видел сотни случаев, в которых главным мотивом убийства были деньги, власть или какая-либо заинтересованность в целом. Однако мне кажется, что с тобой дело обстоит иначе. Ты мог бы оказаться человеком без средств, который потерял документы, не смог справиться со сложившейся ситуацией и начал действовать, не думая о последствиях. Если это так и это будет доказано, вскоре ты сможешь вернуться к нормальной жизни, – объяснял доктор Дженкинс.

Заключенный опустил взгляд и… залился смехом.

Доктор Дженкинс забеспокоился и обвел взглядом комнату, проверяя, насколько близко выход. Принятые в центре меры безопасности гарантировали, что ни один пациент не сможет причинить вреда ни докторам, ни медбратьям. Однако доктор только что осознал, что с самого начала разговора он пренебрег теми правилами, которые сам же установил.

Эти правила были пересмотрены после смерти медсестры несколько лет назад, когда она пришла в палату к одному из пациентов. Он начал с улыбкой отказываться принимать успокоительные препараты, которые до этого принимал каждый день. Когда женщина подошла к нему, больной вцепился ей в шею зубами и перегрыз сонную артерию. Она умерла всего несколько минут спустя. Когда в палату вбежала охрана, они увидели больного, одетого в окровавленную форму медсестры, с красными от крови руками и ртом. Сама женщина, раздетая, неподвижно лежала на кровати, а пациент делал вид, будто пытается дать ей лекарства. Для всего центра это стало настоящим потрясением.

– Не хочешь говорить? – настаивал доктор, отступая к двери.

– Полиции не удалось вытянуть из него ни слова, доктор, – вмешался женский голос, донесшийся со стороны входа в камеру.

– Я думал, что ясно дал понять, чтобы меня оставили с ним наедине, – ответил директор, переводя взгляд на дверь.

На пороге стояла стройная молодая женщина с каштановыми волосами и светлой кожей, на вид ей было тридцать с небольшим лет. Щеки ее покрывали веснушки, которые в детстве наверняка были поводом для насмешек, но сейчас они придавали ей необыкновенную красоту.

– Думаю, вам понадобится моя помощь, доктор Дженкинс, – сказала она.

Заключенный сел на мягкий пол, улыбнулся и опустил взгляд.

Директор успокоился и подошел к двери, неотрывно глядя на девушку с чувством собственного превосходства. Он вышел к ней за порог и быстро закрыл за собой дверь палаты.

– Кто вы? – спросил он.

– Меня зовут Стелла Хайден, специалист по профилированию, ФБР, – ответила девушка, доставая удостоверение. – Меня прислал инспектор Харбур, чтобы помочь вам в проведении психологической экспертизы. Мне был дан приказ присутствовать при каждом допросе и каждой беседе, которые будут проводиться с «обезглавливателем».

– Инспектор Харбур? Он уже несколько лет не вмешивается в мои дела.

– Как вы понимаете, это особый случай. Полмира говорит о нем. Полагаю, вы и сами хотели бы прикрыть себе спину и крепче держать контроль над следствием.

– Не понимаю. Даже когда у нас был Лэрри-насильник, который привлек к себе достаточно внимания прессы, он позвонил мне только один раз. Наверное, инспектор просто стареет и не знает, чем бы ему заняться, – съязвил директор.

– Позвоните ему и обговорите это с ним лично. А пока я должна выполнять свою работу. Мне нужны материалы дела, а еще интересно послушать о ваших первых впечатлениях. Что вы о нем думаете? Есть какие-то идеи по поводу его имени или места происхождения? Судя по чертам лица, он может быть из любой страны западного мира.

– Мне кажется, вы слишком торопитесь, агент, – ответил директор, зашагав по длинному коридору в сторону своего кабинета. – Единственное, что я могу вам сейчас сказать, это то, что на этой первой встрече он показался мне необычайно смелым. В его взгляде нет ни проблеска раскаяния. Но больше всего меня тревожит эта проклятая улыбка. Для меня все еще неясно, действительно ли он не понимает наш язык или пытается играть с нами.

– На который час назначено интервью? Насколько я понимаю, у вас в три часа пресс-конференция. Что вы там будете рассказывать? Вам по-прежнему ничего не известно о нем, – сказала Стелла, провожая директора в его кабинет.

– Всему свое время, агент Хайден. Мне еще есть над чем подумать. Пресс-конференция может подождать, – ответил он.

– Вы хотите отменить ее? – спросила Стелла, встревожившись.

– Ни в коем случае, агент. Эту пресс-конференцию я поручаю вам. А мне нужно понять, что за бесы роятся в голове этого ублюдка.