Девочка, ты попала!

И тогда я решила действовать. Ну, как действовать? Воплощать в жизнь план, обещанный отцу Макса.

Влюблять в себя Макса.

О боже! Даже в голове это прозвучало как — то не очень адекватно. Ну, ничего. Надо просто привыкнуть, смириться, сжиться с этой мыслью. Думаю, в следующий раз она будет казаться более естественной. Просто мне нужно время. Впрочем, перед развёртыванием активных действий необходимо разработать план этих самых действий. Чему я и собиралась себя сегодня посвящать. Конечно, после увиденной вчера красотки — пассии босса я уже сильно сомневалась в успехе предприятия. Но ничто не мешало мне попробовать. Нет. Я просто обязана была попробовать в силу заключенного контракта с отцом Макса.

Влюблять в себя Макса.

Ого! Звучит уже явно получше. Я же говорила, что просто нужно больше времени. Глядишь, скоро я и вовсе свыкнусь с этой мыслью. Нет. Конечно, я не чокнутая. И не верю в реальность того, что Макс вообще может влюбиться в кого либо и когда либо. И уж тем более в меня! Он любит, холит, лелеет только себя единственного и неповторимого. На меня он смотрит вообще как на пустое место. Нет хуже! На меня он смотрит с отвращением.

Выходит, что я всё — таки чокнутая.

И так, что мы имеем. Ну да! Пока всё явно не в мою пользу. Но это пока. Пункт первый. Я мало верю в успех. Значит, надо заняться аутотренингом. Пункт второй. Я выгляжу недостаточно эффектно. Значит, надо заняться внешностью. Пункт третий. Мне не хватает стервозности. По крайней мере, я успела сделать вывод, что ему нравятся именно такие. Они его заводят.

И если первые два пункта не вызывали у меня особых сомнения, тут дело было только в технике, то с последним пунктом у меня намечаются явные сложности. Но не будем загадывать наперёд. Пока я ещё не справилась и с первыми двумя.

Однако сдаваться в мои планы точно не входило. Уж слишком я его ненавидела. А каждый день этот гад только добавлял в свою карму.

Итак, я выхожу на тропу войны. Держись, Макс!

Глава 6

Юля

Мы с Леной вернулись к себе домой. Если бы не ключи, которые подошли именно к этим замкам, которые они и открыли, я бы решила, что мы просто ошиблись адресом.

Квартира сияла чистой, новизной и свежесделанным ремонтом.

— Уютно, комфортно и прямо как дома! — прокомментировала удивленно Лена, не понимая, с чего вдруг хозяину взбрендило навести эдакий марафет. Естественно я понимала всё как есть, но помалкивала.

С Леной мы прожили вместе всего ничего — одну неделю. И то, возвращаясь домой сильно занятая и сильно уставшая, я не особо пускалась в пространные разглагольствования о себе любимой. Лена с расспросами ко мне тоже не лезла. Обычно кормила меня ужином, садилась напротив, подперев руками подбородок, и жалеючи глядела на меня. Что мне приходится так вкалывать, чтобы иметь возможность учиться. Так думала она.

Мне было стыдно, что я не развенчиваю её страдальческую гипотезу о себе. Но правда было ещё хуже. Лучше с ней не лезть. Тем более, пока тебя о ней и не спрашивают. Была ещё одна скользкая тема между нами. Готовила Елена свежие вкусные аппетитные блюда на постоянной основе. Готовила исключительно из своих продуктов, не предъявляя мне никаких претензий. Я нагло, с отличным аппетитом, уминая за обе щеки и нахваливая, поедала её запасы. Было ли мне стыдно? Не без этого. Но я успокаивала в такие минуты обоих — себя и свою вдруг проснувшуюся совесть, что вот получу аванс и вложусь по полной в общаг.

Но аванса ждать не пришлось.

Очутившись на этот раз дома, мы с Ленкой синхронно ахнули. Ну, ладно. Прямо — таки завизжали. Она на кухне, открыв дверцу холодильника. Я в комнате, открыв дверцу шкафа — купе. Большинство моих шмоток, гордо оставленных в гардеробной дома отца, ввиду приобретения их на отцовские денежки, благополучно перекочевали в этот шкаф. Нет, вру. Не всё поместилось. Оставшиеся шмотки притулились упакованными в соседнем шкафу. Я так и стояла в шоке с округлившимися глазами и приоткрытым ртом перед распахнутыми шкафами.

— Юля, иди сюда! — донесся до меня переполошенный голос Ленки из кухни.

Я притопала на кухню. Юля не хуже меня стояла с челюстью, упавшей на пол прямо перед открытой дверцей холодильника. Холодильник был битком набит продуктами. А рядом с ним появился ещё один чуть поменьше. Ожидаемо тоже набитый под завязку. Чего уж там! Мог появиться и побольше, но явно габариты кухни позволили втюхнуть в себя только такой размерчик.

Я сморщила нос, почесала озадаченно затылок и повращала глазами, осматривая запасы на ближайший месяц, а то и на все три. Смотря, как будем справляться.

— Юля, — строго глянув на меня, вопросила Елена, будто я в чём — то перед ней провинилась. — Говори, честно, что всё это значит?

— Мой папа позаботился о нас, — невинно проговорила я.

— Нет. Я говорю обо всём этом! — демонстративно воскликнула Лена, будто я не понимала, о чём она говорит. Смешно взмахнув руками, как птица крыльями, она указала на всю обстановку кухни в целом и содержимое теперь уже двух холодильников в частности. В отчаянии, наверное, чтоб глаза её не видели, позакрывала дверцы холодильников, и устало опустилась на стул.

— Он кто такой?! — спросила она таким возмущенным тоном, будто мой папа был какой — то там мафиози. Наверное, стоило её заранее подготовить к грядущим изменениям. Папа же с этой целью и выселял нас на уикенд в пансионат. О переменах я знала. Не думала, конечно, что до такой степени! Но ведь знала. А Лене не обмолвилась ни словечком. Теперь вот надо как — то выкручиваться и успокаивать подругу.

— Бизнесмен, — ровно ответила я, честно глядя ей в глаза.

— Так ты у него работаешь? — мне показалось, у подруги вроде как даже пазлы начали понемногу сходиться в голове.

Но я решила не врать, иначе запутаюсь ещё больше.

— Нет. У чужих людей, — ответила я, не дав сойтись пазлам в её голове.

6.2

— Зачем? — спросила ошарашенная Ленка.

— Что зачем? — решила уточнить на всякий случай я.

— Зачем ты вообще работаешь? — её глаза округлились, и её вопросительный взгляд, как я понимала, должен был усилить мощь её недоумения.

Я поморщилась как от зубной боли, снова почесала затылок, пожала плечами. Короче тянула паузу как могла. Но Лена оказалась упрямой и настырно ждала моего ответа. Вот, оказывается, как она умеет! Из милой хозяйственной заботливой подруги вмиг преобразилась в строгую, правильную пытливую училку. Надо было что — то отвечать.

— У нас с отцом непростые отношения. Сегодня он помогает, а завтра неизвестно, что ему взбредёт в голову, — вымученно выдала я.

Да простит меня отец!

***

Макс

В понедельник с утра я пришёл на работу в твёрдой уверенности изменить свои отношения с Юлей. Нет, не приударить за ней, а для начала просто прекратить измываться. Быть предупредительным вежливым и очень внимательным. Я это умею. Когда чего — то очень хочу. Я даже улыбнулся сам себе, какой я умный. Да уж! Никогда не поздно всё начать сначала. Так сказать, с чистого листа.

Едва успел дать поручение службе безопасности — выяснить всю подноготную Юли, как в кабинет ворвался взбудораженный Женька. Он безобразно раскраснелся, ловил ртом воздух, вытирал пот со лба. Я даже присвистнул.

— Ты чего, Женька, накануне дозу горячительного не рассчитал? До сих пор глючит! — хохотнул я. Женька пропустил моё приветствие мимо ушей. И, тяжело дыша, плюхнулся в кресло напротив.

— Макс, ты знал, что твоя Юлька не та за кого себя выдаёт? — вдруг выпалил он.

— Вообще — то она ни за кого себя не выдавала, — опешил я. — Мы подобрали её на улице. В смысле на дороге. И если память тебе не совсем ещё отшибло, то вспомнишь, мы сами едва не совершили на неё наезд, — популярно постарался объяснить я взбаламученному другу положение дел.

Женька, послал моё объяснение куда подальше. Он явно был не в себе.

— Нет. Макс, ты знал о том, что она дочь бизнесмена Александра Богопольского? — нервно шипел он.

— Ты что несёшь?! Реально, что ли вчера перебрал? У нее фамилия Лапина. Я сам подписывал приказ о её приёме на работу. И пока ещё не ослеп.

— Макс. Ты реально ослеп! — тяжело выдохнул он. — А ещё я видел, как ты гонял девчонку как гончую по всем углам нашей прославленной шарашки. — Он выразительно постучал кулаком себе по лбу, демонстрируя, что я круглый идиот. И явно подставился.

Я хотел нажать кнопку вызова, чтобы ускорить запрос безопасникам. Но Женька меня опередил.

— Стоп! Спешить теперь уж точно некуда. Надо всё обдумать. Только ты ещё не всё знаешь, — произнёс он более спокойным тоном, понимая, что внимание моё зацепил.

— Что ещё может быть хуже того, что ты уже озвучил? — упавшим голосом спросил я. — Хотя я ещё надеюсь, что она не его дочь. Ну, разве что внебрачная?

— Ох, Макс, не хочется тебя расстраивать больше, чем оно уже есть. Только дочь она его, что ни на есть «брачная». И ещё какая!.. Родная дочь. От первого брака. А фамилия её то ли матери девичья, то ли отчима. Я уж не вникал во все детали. Тебя «обрадовать» торопился. Тут ещё похуже дела есть.

— Женька, да не тяни ты. Выкладывай уже! — в сердцах воскликнул я.

— Помнишь, при устройстве на работу она поставила условие — требовала встречу с твоим отцом?

— Помню, — пожал я плечами.

— Так вот ушлая девочка — то наша оказалась. И не говори, что я тебя не предупреждал! — торжествующе поднял указательный палец вверх Женька.

— При чём здесь встреча с моим отцом? — недоумевал я.

6.3

— А при том. Он гарантировал ей, что ты не сможешь её уволить без его ведома, — безапелляционно выложил друг.

— Откуда ты всё это знаешь? — вконец ошарашился я.

— С людьми надо уметь дружить, Макс! С людьми. Первую инфу — особист знакомый подбросил, вторую — руководитель отдела кадров. Его лично предупредил твой отец.

Это было как холодный душ. Нет. Это вообще было ни на что не похоже. От возмущения и ярости потемнело в глазах. Я даже не находил слов, чтобы выразить своё бешенство.

— Да твою… — скрипел я одними зубами.

— У тебя всё нормально? — спросил обеспокоенно Женька.

— С фига ли!! Вот су…! — простонал я.

— Что будешь теперь делать? — нервно спросил друг, заглядывая мне в глаза.

— Подожду официальный отчёт отдела безопасности. Потом решу, — мрачно ответил я.

— Чего решишь — то? Если она теперь неприкасаемая, с какой стороны на неё ни глянь, — с сарказмом произнёс дружок.

— Слушай, Жень, — вдруг осенило меня. — А на кого говоришь, она у нас там учится?

— Вроде, как на маркетолога… Да ты чего сдурел? Совсем спятил. Учится…без году неделя!

— Если всё подтвердится так, как ты доложил, я её переведу в отдел маркетинга. Ассистентом…Ирэн, — зло проговорил я.

— У тебя, что совсем крышу снесло? — вопил Женька на весь кабинет.

— Ты чего разорался?! Что ещё не все услышали? Пусть весь офис будет в курсе нашей заварушки.

— Нет, Макс. Серьёзно, — сбавил обороты друг. — У этой мегеры Ирэн пятый ассистент за год уволился! Она со свету сживёт нашу девочку. А мы теперь с тобой в свете последних открывшихся обстоятельств пылинки должны с неё сдувать.

— Скажи ещё, носится с ней как с фарфоровой вазой! — с издёвкой процедил я.

— Типа того. Иначе прилетит нам с тобой от двух папашек разом. Мало не покажется. Ты не спеши, Макс. Успокойся. Приглядись. Подумай. Не руби сгоряча.

— Хорошо. Успокоюсь. Пригляжусь. Подумаю, — хмуро пробубнил я вслед уходящему из кабинета Женьки.

Через час на мой стол легло досье Лапиной Юлии Александровны. Ну, что тут можно было сказать? Всё подтвердилось. Более чем. Злой на себя, отца, а заодно и Юльку я вызвал к себе руководителей отдела кадров и службы безопасности. Обоих взгрел по самое не хочу. Делу это никак не помогло. Их я выгнал из своего кабинета. Других не принимал.

Сидя в кресле, расслабившись, расставив ноги, ослабив узел галстука и откинувшись на спинку кресла, я думал.

Что это было? Почему мне об этом не сказал сам отец?

Из невеселых дум меня вытащил звонок мобильника. На дисплее улыбающееся лицо сестрёнки. Я принял вызов.

— Добрый день, Макс! — услышал радостный голос Ланки.

— Хорошо, хоть у кого-то он добрый! — проворчал я в трубку.

— Брось, Макс! Не порти мне праздник, — проворковала дружелюбно Ланка.

— Так день у тебя не просто добрый, он ещё и праздничный? Везёт же некоторым! Ну, давай, колись, что там у тебя? — спросил я, зная, что всё равно не успокоится, пока не сообщит мне свою новость.

— Кирюша сегодня защитил диссертацию! — торжественно объявила сестрёнка.

Кирюша — супруг Ланки. Уже целых как полгода. И это несмотря на то, что Ланка младше меня на целых два. А вот уже благополучно замужем. И все прожитые полгода семейной жизни Ланка летает в облаках, что её Кирюша самый, самый во всех отношениях. Кирюша то… Кирюша сё. Тьфу ты!

— Поздравляю! — как мог радостнее проговорил я.

6.4

— Нет, дорогой братец. Так не пойдёт! Поздравишь лично в девятнадцать — ноль, ноль. Сегодня. Дома у родителей, — заверила меня Ланка.

— Напомни — ка мне не менее дорогая, сестрёнка: А с каких это пор ваше семейное торжество вдруг проводится в отчем доме? Я что — то пропустил, милая?

— Брось, Макс! Ну, честное слово! Чего ты цепляешься ко всякой ерунде. Не с той ноги встал?

— То есть ответа не будет. Я правильно понял? — докапывался до неё я.

— Ну, почему же? Если ты такой настырный, спроси об этом у нашей мамули. Это её предложение. Ты же знаешь, как она любит по поводу и без, собирать всех нас под своё крыло. И, кстати, очень обижается, что ты редко их навещаешь. Думаю, именно из-за тебя — болвана она и захотела отметить Кирюшину защиту у них. А я что? Я, в отличие от тебя, послушная любящая правильная дочь, — Ланку прорвало. Похоже, я сам своим занудством вынудил её высказать всё, что у нее накопилось. А теперь уже её не остановить. И придётся слушать её проповедь до конца. — Я не перечу. Я её радую. Как могу. За двоих. Пора и тебе чем — то порадовать родителей.

— Ты о чём, родная? Я и так безвылазно сижу в фирме. Впахиваю не по — детски. Пока ты там милуешься с молодым муженьком!

— А ты не завидуй! Вот, кстати, и яви под родительские очи свою собственную девушку, — не на шутку разозлилась Ланка. Зря я её упрекнул в том, что она не удел. Это её больное место. Она ещё как хотела рулить компанией. И я не возражал. Возражал отец. Сильно возражал. Лучше об этом даже не вспоминать.

— Какую девушку? — опешил я.

— Любую. Бывшую, настоящую, временную. Да хоть какую — нибудь приведи. А то предки уже не знают, что и думать про тебя! — расхорохорилась Ланка.

— В моей ориентации, что ли сомневаются? — захохотал я. — Если хотят в ней убедиться, могу привести им целый легион девушек!

— Слушай, Макс! Приведи хотя бы одну, — упрямо требовала Ланка.

Меня осенило. Нет. Меня прямо озарило. Ланка, ты гений! Но об этом тебе я не скажу. А то зазнаешься.

— Возможно, даже сегодня приведу, — задумчиво произнёс я.

— Ты серьёзно? — теперь уже опешила сестрёнка.

— На все сто не обещаю. Но попробую, — произнёс я. В моей голове завертелись пазлы, складываясь в единый файл. План был готов. Теперь только оставалось воплотить его в жизнь. И надо было очень постараться. — До вечера, сестрёнка!

Нажав отбой, я занялся делами…

Время пролетела незаметно. Наконец, вспомнив о своём решении, я позвонил в приёмную.

— Юля, принеси мне кофе. Пожалуйста, — предупредительно вежливо мягко произнес я. Постарался, как мог.

Ну, Девочка, ты попала! Я усмехнулся.

***

Юля

Я решила приступать к исполнению своего плана прямо с понедельника. А чего тянуть? Встала я раньше обычного, аж на целых полчаса. Настроение отличное. В смысле, боевое. Уже с самого утра я была готова к встрече с любыми трудностями, препятствиями, соперницами на своём пути. Короче, готова к любым сюрпризам. Таков был мой бойцовский настрой.

Надо же! Аутотренинг-то работает.

Наряд покруче я приготовила себе ещё с вечера. А для боевого раскраса — мейкапа и были предназначены вот эти утренние полчаса. Хотя мне хватило и пятнадцати минут. Но это были важные пятнадцать минут. Ну, это прям чтоб сразу атаковать противника уж, если не наповал, то хоть как — то парализовать частично.

Так что на работе я появилась вся из себя. При виде меня, даже у Ольги брови взлетели вверх. Так слегка. Но ведь до чего же тактичная женщина — ничего не спросила. А то на этот случай у меня даже домашняя заготовка была, дескать, мероприятие вечером.

6.5

Босс как назло в приёмной не показывался. На всякий случай, я даже уточнила у Ольги — на месте ли он? Ответ был утвердительным. Значит, рано или поздно перестрелка глаз состоится. Обязательно.

Я расслабилась. Забыла. И звонок босса как всегда застал меня врасплох.

— Юля, принеси мне кофе. Пожалуйста, — голос его прозвучал ласково, нежно, практически сексуально.

Я так и зависла. Это что было? Обычно он добавлял — И ждать я не привык! А тут — Пожалуйста!

Может, я ослышалась? Или он попутался? Да нет. Вроде Юлей назвал. Наверное, всё — таки это прозвучало у меня в голове, так сказать, плод моего воображения. Всё из — за боевого настроя. Перебор пошёл. Ну ладно. Буду поаккуратнее.

Пожав недоуменно плечами, я приготовила кофе. И понесла к боссу в кабинет.

Входила в его кабинет я грациозной походкой в тёмно — вишнёвом узком платье от Кардена и на своих стервозных десятисантиметровых шпильках (вчера тренировалась весь вечер). Лёгкая улыбка играла на моих губах, накрашенных ярко — вишнёвой помадой (с целью походить на его возлюбленных женщин — вамп). Увидев меня, босс сверкнул ослепительной улыбкой. Его лучистые серые глаза взирали на меня с нескрываемым восторгом. А, главное, его ничего во мне не удивляло. Будто он прям знал, звал и ждал меня именно такую.

Это что за метаморфоза произошла с боссом? Удивилась я. Ну ладно. Я прям обалдела, что чуть чашку с кофе не выронила из рук. Нет. Я, конечно, мечтала, чтобы моё эффектное появление вызвало в нём бурю, шквал, ураган эмоций, но не так же скоро. Я ещё даже не успела своей красотой сразить его наповал. Что происходит?..

Дальше уж всё было совсем как в кино.

— Юля, присядь, — Макс сорвался со своего кресла, мгновенно обогнул стол и подвинул мне кресло поближе и поудобнее. Я поставила на стол кофе. И уселась в кресло, закинув ногу на ногу (этот счастливый момент я тоже вчера отрепетировала перед зеркалом). Он вернулся на своё место напротив меня.

— Мне надо с тобой поговорить, — вкрадчиво начал он.

— Я слушаю, — улыбнулась я, одарив его томным взглядом.

— Как ты смотришь на то, чтобы стать моей девушкой? — его глаза смотрели на меня пристально, ясно, умоляюще.

Он серьёзно? Это именно то, что я услышала? Или он этого не говорил?.. Нет. Походу я вчера сильно перевозбудилась, фантазируя, каким замечательным образом всё устроится. И теперь мне всё это чудится. Я ущипнула себя за мягкое место. Но виденье в образе Макса никуда не исчезло. Более того, послышался низкий мужской голос.

— На один вечер. Сегодняшний. Это деловое предложение, — дошёл до меня смысл его слов.

Нет. Я не спала, не была в трансе и даже не грезила. Это был Макс. Собственной персоной. В своём дурацком амплуа. И он сказал — Деловое предложение. Вот это его почерк. Интересно как быстро он используют любой шанс, обратить ситуацию в свою пользу. Ну, что ж! Мне есть, у кого поучиться. Учитель ты мой ненаглядный! Только у меня свой план на тебя.

Ну, Макс, ты попал! Я продолжала мило улыбаться.

***

Вот и наступил час икс. Макс подогнал чёрную бэху к дверям бизнес центра. Я легко запорхнула на сиденье рядом с водителем. Пристегнувшись ремнём и откинувшись на спинку кресла, ровно спросила:

— Что входит в мои обязанности, Макс? — улыбка играла на моих губах. Пока всё шло в штатном режиме.

— Юль, ты прости (оказывается, он знает такие слова), что сегодня вышел такой нежданчик. Понимаешь тут такое дело…

— Понимаю, — вставила я загадочно и очень понимающе.

Я же должна ему поддакивать, во всём соглашаться и понимать его. Ах да! Ещё хвалить (это я прочитала в инструкции по соблазнению). Правда, пока хвалить его было не за что. Но я что — нибудь придумаю. И похвалю обязательно.

— У меня нет девушки…

6.6

Тут я не выдержала. И косякнулась.

— Это у ТЕБЯ нет девушки?!! — с издёвкой воскликнула я.

Казалось, у меня даже глаза полезли из орбит. Что явно не соответствовало моему сегодняшнему имиджу: ни образу загадочной красотки, ни женщины — вамп, ни шоу звезды, на худой конец. Слава небесам! Он смотрел прямо перед собой на дорогу, и моё фиаско не заметил. Но мой тон с чарующего явно съехал. И это без его внимания не осталось.

— Прости (не часто ли он извиняется?). Я хотел сказать — нет постоянной девушки.

— А-а-а! Ну, я так и поняла, — снова перешла я на воркующий птичий язык.

— Сегодня в доме родителей состоится семейный ужин. Я никогда ещё не знакомил предков ни с одной из своих девушек. Все мои бывшие не очень подходили для этой роли. Как бы это сказать тебе помягче…

— Не утруждайся, Макс. Я всё поняла, — помогала я ему изъясняться с собой.

Я же должна мужчину поддерживать в любых начинаниях. Какими бы идиотскими они не были. Я это тоже вычитала в той таинственной инструкции.

— Ну, вот, — облегчённо вздохнул Макс, вдохновлённый тем, какая я вся из себя понимающая и сопереживающая. — Хотелось бы на их суд представить приличную девушку.

Ого! Он меня назвал Приличной девушкой! Мои ставки растут, как доллар на бирже. И мой статус Приличной девушки взлетел прямо на глазах. Я даже села поудобнее. Могу себе позволить.

— Понимаешь, родители люди старой закалки и они в печали, — закончил он как — то туманно свою пространную речь.

— Боятся, что ты голубой что — ли?! — прыснула я, снова не сдержавшись.

— Нет. Я, конечно, не думаю, что всё так запущенно. Но пора уже представить им хотя бы одну девушку, — поспешил уточнить мой собеседник.

— Не волнуйся, Макс. Спасём мы твою репутацию. Подыграю по всей классике жанра. Никто подделку и не заметит, — заверила его я.

— Юля, рад, что мы договорились. Я теперь твой должник, — вздохнул он с большим облегчением.

И ты даже и не представляешь, какой ты мой должник!

***

— Приехали, — произнёс Макс и заглушил двигатель.

Я выглянула в боковое окно машины. И увидела, что прямо перед входными дверями огромного трехэтажного особняка собралась толпа встречающих. Сначала я растерялась. И ощутила себя так, словно перед прыжком в холодную воду. Затем глубоко вздохнула. И приготовилась к низкому старту. Макс первым вылез из машины, проворно обежал её со стороны капота и предупредительно вежливо так открыл дверцу с моей стороны.

Ну, Юлия Александровна, ваш выход! Растянув губы в очаровательной улыбке, я начала свой манёвр.

И элегантно так выставила вперёд ножку, не забывая тянуть носок. Где — то я такое видела в кино. Затем я протянула Максу ладошку, предварительно очень изящно свернув её трубочкой. Нет. Поклона он к ней не сделал и не поцеловал. Но сориентировался мгновенно. Галантно протянув свою руку и взяв протянутую мою, помог выбраться из машины. А затем повёл меня в сторону дома.

Вскинув голову, я обвела взглядом встречающих.

Офигев, родственники Макса наблюдали за этим невиданным зрелищем. Больше всех походу была потрясена мама. Её глаза округлились больше, чем у всех остальных. Отец Макса даже поддерживал её за локоток. Остальные частично были готовы к такому маловероятному, но в принципе возможному явлению в жизни. Макс, тоже поддерживая меня за локоток, вёл. Нет. Не к алтарю. На встречу всё с теми же родственниками.

Забавно. Но уже в том, что такое происходило вообще — была маленькая техническая победа. Счёт был 1:0. Только вот в чью пользу?

Глава 7

Юля

— Знакомьтесь, Юля, — представил меня Макс членам своей семьи. — Моя девушка, — добавил лукаво он, поддерживая меня за талию. Может, боялся, что у меня голова закружится от счастья при присвоении мне очередного статуса — Моя девушка. И я могу запросто упасть.

Не спорю. Конечно, фраза «моя девушка» ужасно резанула слух. Но не настолько, чтобы я падала без чувств. Я хвалила себя за сообразительность: Как вовремя я провела себе вчера сеанс аутотренинга! И теперь была в соответствующем тонусе, настрое и вообще держала себя в руках. Не знаю, конечно, хватит ли меня на весь вечер? Но пока ничто мне не угрожало, не раздражало, не смущало. Пока мне всё нравилось и всё устраивало.

Я мило улыбалась, хлопала ресницами, расточала елей, старательно запоминала, кто есть кто. Зачем? Не знаю. На всякий случай. Присутствующие со мной знакомились, а я в ответ старательно и очень доброжелательно реагировала. Ну, типа, вы же мои будущие родственники! И я рада! И мне очень приятно с Вами познакомиться!

Я так вошла в раж, что опомнилась только тогда, когда Макс, уже не выдержав моих реверансов, наклонился к моему уху и прошептал:

— Всё, Юля! Родственники закончились. Пойдём в дом.

Мне показалось, или он действительно ухмыльнулся? Но я взглянула на Макса, ничуть не смутившись, и лучезарно улыбнулась. Ну, типа, видишь, как я стараюсь для тебя, милый!

Главное, чтобы не происходило вокруг, не забывать свою главную цель. Иначе в нашей игре: Кошки — мышки быстро окажусь в роли — мышки. А это в мои планы точно не входит.

Мы зашли вслед за всеми в дом. На мгновение мне даже показалось, что мы оказались в доме моего отца. Огромный фешенебельный дорогущий особняк, что собственно было очевидно ещё при внешнем его созерцании, так сказать, с фасада. Но предыдущий мой опыт трёхмесячного проживания в подобном коттедже, сделал мне отличную вакцинацию. Так что я глаза не таращила, рот не открывала, и вела себя так, будто только в таких богатых домах и тусуюсь. Ну, это так, на всякий случай, дабы презентовать себя подороже.

Правда, в этом доме в отличие от отцовского, жила настоящая семья. Дружная любящая сплоченная. Отмечающая любое событие, произошедшее с одним членом своей семьи, как общий праздник. Ну, вот хотя бы как сегодня — защиту кандидатской Кирилла. Я уж не говорю о том, что узнав от Ланы, дескать, Макс привёз в отчий дом свою девушку, даже высыпали все встречать.

Но вот уж точно говорят, семья не без урода. Этот придурок — то привёз им фальшивую девушку. Нет. Он точно заслужил самой ужасной кары!

Ожидаемо нас с Максом за столом посадили рядом. Ну да! Как же ещё? Мы же пара.

— Юля, давай, я за тобой поухаживаю, — улыбаясь, Макс заботливо накладывал в мою тарелку закуски. А в бокал на длинной ножке наливал красное вино.

— Да, дорогой, — ласково промурлыкала я.

В глазах Макса что — то мелькнуло едва уловимое. Словно его удивила интонация моего голоса, его тональность. Вот так, значит, его цепляет мой голос! Наживку сглатывает. Но подсекать ещё рано. Что я там читала? Возбуждает голос пониже. Ну, это ничего. У меня вообще — то тоже не писклявый. И судя по его реакции, вполне сойдёт.

Насколько я помнила из таинственной инструкции (жаль прочитала только один раз, её учить надо как таблицу умножения), что при этом ещё надо выглядеть сексуальной и стервозной синхронно. Что — то я не поняла. Это как? Как женщина с пониженной социальной ответственностью что — ли? Нет. Конечно, это мне не подходит. Ну, или я поняла неправильно. Да уж. Учи матчасть! Называется.

За столом звучали поздравления Кирилла. Тосты в честь его защиты. Тосты и в мою честь. Ну, как в мою честь? Так за знакомство. Болтали, веселились, пили вино. Я тоже немного выпила вина. Чуть — чуть, чтобы повыпендриваться. Изящно держа двумя пальчиками тонкую ножку бокала (остальные пришлось оттопырить), слегка продегустировала. Терпкое вязкое ядрённое.

— Выглядишь сногсшибательно! — наклонившись ко мне и касаясь моей руки, прошептал Макс. — Ты украшаешь собою сегодняшний ужин! — Теперь уже его рука не просто касалась меня, она уже уверенно обнимала меня за талию. Прям в точь в точь как вчера ту вампиршу в красном. Фр-р-р.

7.2

Вот, оказывается, как банально снимает себе он девушек! А я — то думала, они сами на шею красавца мажора вешаются. А оно вон как!

Но не всё было так однозначно. От его руки, крепко обнимающей меня за талию, импульс электрического тока прошивал буквально насквозь. Казалось, что меня даже парализовало частично. Нет. Слава небесам! Оказывается, я уже развернулась к нему и очаровательно улыбаюсь, косясь на оживлённо беседующих между собой родственников Макса. В голове мелькают мантры из инструкции: Я самодостаточная самоуверенная высокомерная стерва! О, да! Чуть не забыла. Я ещё красотка! И мне плевать на него! Это я от себя добавила, для большей убедительности. Что ты там промяукал — сногсшибательная? Не ожидал? Привыкай. И наслаждайся по полной! Ни в чём себе не отказывай. Вот только без рук!

Лучезарно продолжая улыбаться, я потянулась к нему поближе и прошипела куда — то в область его шеи:

— Макс, убери, пожалуйста, руку. Мы так с тобой не договаривались!

Он тут же исполнил мою просьбу. Вот как! На него действуют мои приказы? Или все-таки мой голос? Надо это запомнить, наработать, пользоваться. Походу у меня прямо — таки волшебный голос! Какая во мне туча талантов. И кто бы мог только подумать.

Вот и пиршество закончилось. Родители Макса выглядели вполне себе довольными, радостными и счастливыми родителями Макса. Наверное, при виде его с девушкой, и вовсе вздохнули с большим облегчением, наконец, чётко определившись с его сексуальной ориентацией. Вот только мне показалось, или на самом деле отец Макса мне подмигнул?

Я не стала грузиться, было это или не было. И чтобы это значило. В любом случае, я двигаюсь на пути к успеху. Пусть сегодня — это было только техническим продвижением вперёд. Но это было лучше, чем ничего. Ведь до сегодняшнего дня Макс мне предлагал только роли домработниц и помощниц. А сегодня я играла роль его девушки. Ого! Я стремительно неслась вверх по карьерной лестнице.

Вся молодёжь поднялась на третий этаж в зал для игры в бильярд. Я играла в русский бильярд вполне сносно. Поэтому не тушевалась. И когда пришла моя очередь, я уверенно взяла в руки кий. Покосившись на Макса, увидела, что он очень внимательно наблюдает за моими движениями. И ждёт моего провального шага. Я про себя ухмыльнулась. Не дождётся! Сейчас мы ему покажем класс! Изящно изогнувшись настолько, насколько мне это позволяли узкое платье и высоченные шпильки (а они мне это позволяли), выбрала цель и послала сразу три шара в лунки. Вот так — то, господин Ольховский. Наслаждайтесь!

Сильно заблуждающийся Макс даже не подозревает, на что я ещё способна. Я, конечно, и сама с большим трудом обнаруживала в себе доселе дремавшие таланты. Но сейчас речь шла не о бильярде, а о предстоящей другой игре, к которой мы все дружно потопали. И тут его ждал настоящий сюрприз.

Меня тоже ждал. Но на то он и сюрприз, чтобы быть неожиданным. А ведь у меня был чёткий контракт с отцом Макса, чёткая цель и чёткий план. И никакие мои слова, действия и поступки не должны были этому противоречить. Тем более, само деловое предложение Макса весьма успешно способствовало моему активному продвижению на этом скользком извилистом, да чего уж там скромничать, петляющем пути к цели. Так сказать, оно выступило благоприятной средой — для общения с Максом в непринужденной, естественной, домашней обстановке.

И пока я играла в бильярд, я прекрасно помнила поставленную перед собой цель. И умело вела свою партию. Красотка. Своенравная. Высокомерная. Неприступная. Но вместе с тем очаровательная и обольстительная. Это было крайне важно. Тяжело ли было изображать из себя такой офигенный микс? Да практически нереально. На грани фола. Но я держалась. И была наплаву.

Хуже стало, когда мы перешли в соседний зал к теннисному столу.

Я вылезла из своего умопомрачительного тёмно — вишневого платья и облачилась в шорты с майкой, которые любезно мне притащила Ланка. На ноги обула кеды. Размер оказался в самый раз. Всё я была готова. Выигрывать. Не меньше. Не то, что на меня так повлияла смена прикида, на меня так повлияла сама предстоящая игра.

Увлекшись своим долгожданным любимым обожаемым настольным теннисом, я начисто забыла, кто я, что я, зачем я здесь и что из себя представляю.

7.3

Играли мы пара на пару. Ланка с мужем. А меня естественно поставили в одну пару с Максом. Я помалкивала. Но у меня была своя тайна — имелись по настольному теннису ранги и регалии. В смысле, спортивный разряд. И не последний! Ожидаемо моя игра была на должной высоте. До моего уровня дотягивал разве что только Кирюха. И если ещё Ланке всё сходило с рук со стороны драгоценного её супруга. А мне и вовсе её игра на среднем уровне была на руку. То вот я не собиралась ничего спускать своему напарнику. Тем более, он демонстрировал уровень и того хуже — ниже среднего. Более того, мне показалось это очередной подставой с его стороны!

В сумасшедшем азарте вокруг него я бегала, прыгала и вопила:

— Макс, ну ты лопух! Как можно пропустить такую лёгкую подачу?!

— Да бери же ты, бери!

— Макс, подсекай!

— Да откуда у тебя только руки растут?!

— Макс, это что было?!

— Ты что двигаешься как черепаха? Побыстрее нельзя?!

— Ты что сюда поспать пришёл?..

Результат. Мы бесславно продули.

Злая я стояла с ракеткой в руках, готовая в любую секунду отшлепать ею Макса по мягкому месту. А что? Заслужил! Вскинув глаза на своего напарника, натолкнулась на его виноватый взгляд. Этого не может быть. Потому что этого не может быть никогда! Человеческий взгляд Макса?

Нет. Я не настолько глупа, чтобы верить в транслируемые им эмоции. Но странным образом, наигранные его эмоции вернули меня обратно в игру — в роль девушки Макса. Тем более, что напротив нас радостно обнималась семейная чета победителей. В конце концов, не стоит забывать и про свою «стервозность». Так что все мои недавние выпады можно легко списать на это всеобъемлющее качество. Что там оно подразумевает — высокомерие, выпендривание, вседозволенность? Вот в самый раз! А теперь надо включить милашку. Ну, чтобы не отпугивать кавалера явным перебором стервозности. Всё должно быть в меру.

— Макс, прости меня, пожалуйста. Увлеклась, — мягко проворковала я. — Чёрт с ним, с этим теннисом! Не будем из — за него ссорится, дорогой.

И мило улыбнувшись, нежно прижалась к нему всем телом. Надо же было как — то демонстрировать, что мы пара. Ну, откуда я могла знать, что не стоило этого делать! Тем более, так ласково и нежно. Едва обрадованный Макс, бросив ракетку на стол, обхватил меня своими ручищами, как я тут же ощутила что- то явно лишнее между нами, и ловко выскользнула из его объятий.

Не люблю, когда нарушают личное пространство.

Я мило улыбнулась и потопала в душ. Стоя под душем, я вспоминала этого любвеобильного сердцееда. Сегодня он превзошёл сам себя. Весь вечер был галантен, предупредителен, внимателен. Временами даже казалось, что это не он.

Но, к сожалению, обольщаться не приходилось. Это был он. Просто филигранно методично искусно выполнял свою роль — Моего парня. И в отличие от меня, ни разу не косякнулся. Понятное дело. Это же были его родители! И он был весьма заинтересован, втюхнуть им фальшивку, дабы они оставили его в покое. Хотя бы на время. Да уж. Предприимчивый парень. Недаром успевает крутиться на всех фронтах. И в фирме отца, и на своей компьютерной «ферме», и от девушек отбоя нету.

Ну, как этот не вылезающий из тренажёрки недоспортсмен умудрился запороть сегодня игру! Да я не помню, когда уж и проигрывала в теннис последний раз. По-моему в классе шестом. А тут и противники были слабее. Но нет. Этот гад всё испортил. Но вот кто он после этого? Нет. Даже, когда, казалось бы, ничего не предвещает, он успевает утяжелить свою карму. Как он меня бесит!

Ненавижу!

***

Макс

Юлька легко взлетела на сиденье в машину рядом со мной. Я вздохнул с облегчением. Хорошо, что не передумала. У меня на эту поездку были большие планы. В том смысле, чтобы наладить, наконец, наши с ней отношения. Перевести их в нормальные, деловые, возможно, даже в дружеские. В последнем, конечно, я сильно сомневаюсь. Но мечтать не вредно.

7.4

Расчёт я делал на то, что в доброжелательной, естественной, домашней обстановке девочка расслабится. Ну, а тут и я подоспею. Раскроюсь, так сказать, с самых лучших своих сторон. Буду вежлив, предупредителен, заботлив. Глядишь, и дрогнет девичье сердце.

У девочки, конечно, крышесносные данные. К тому же и сама далеко не дура. И дёрнуло меня не с того начать при знакомстве. Ведь сразу же вызвала у меня интерес. Хотя, если честно, может, поэтому не с того и начал. Чтобы выстроить барьер между нами. Не готов я к серьёзным отношениям. А морочить голову молоденькой девчонке, не в моих правилах. И слава небесам, что хватило ума не связываться! Ведь я тогда и не знал, кто её папаша. А то сейчас положение дел было бы куда хуже, чем оно есть.

Я вёл машину, глядя перед собой на дорогу, но ни на секунду не забывал о той, что была рядом со мной. Обычно девушки своим присутствием в моём пространстве раздражали, конечно, если это не касалось постели. Но за её пределами — я терпеть не мог женщин рядом с собой. Исключения составляли, разве что деловые отношения. Там другое дело. Ничего личного, только бизнес.

А тут рядом сидела Юля. А меня не только не раздражало, мне было чертовски приятно то, что тут рядом сидела Юля. Поймав себя на этих эмоциях, я даже засомневался, была ли вообще хорошая идея эта наша поездка? Мои сомнения прервал факт того, что мы уже благополучно прибыли на место.

Вот Ланка балаболка! Успела всех известить. Семья встречала нас прямо на пороге дома…

Ужин проходил великолепно. Всё шло как по маслу. Юля вела себя непринужденно мило очаровательно. Я залюбовался ею. Увлёкшись созерцанием её такой домашней обаятельной и близкой, обнял за талию. Мне вдруг этого очень захотелось. Почувствовать в своих руках её трепетное теплое податливое тело.

Облом! Юле это не понравилось. Может, оно к лучшему. Я же не собираюсь переступать черту. Не собираюсь. И контролирую себя. Вот какой я молодец! Похвалив себя, я хмыкнул.

Ребята пошли наверх. Меня окликнул отец:

— Макс, подожди!

Я пошёл в его сторону. Весь вечер я избегал разговора с отцом. Боялся наговорить лишнего. Но сейчас я выпил, успокоился, расслабился и был настроен благодушно. Мы перекинулись с отцом несколькими деловыми фразами. Но, похоже, отца сейчас интересовало другое.

— Максим, я рад, что ты, наконец, остепенился. Хорошая девочка. Смотри, не упусти её, — произнёс отец и похлопал меня по плечу.

На какие — то доли секунды мне стало стыдно перед отцом, что я обманываю его. И нет никакой девочки Юли. У меня её просто нет! Но я быстро взял себя в руки. Он ведь тоже, как оказалось, не всё мне рассказывает. Так что как — то так.

Я поднимался по ступеням наверх. Сегодня Юля меня сильно удивила. После прошедшего уикенда в ней произошли разительные перемены. И дело было даже не в том, что она кардинально поменяла свой имидж, превратившись в знойную красотку, она и без этого была очаровательна, но в том, что в ней поменялось что — то внутри. Звериным чутьём я учуял произошедшую в ней внутреннюю трансформацию. Стала ли она от этого хуже? Или лучше? Не знаю. В любых ипостасях она была хороша.

На неё что так повлиял тот баскетболист?!? Я офигел. Я что ревную? Пора признаваться. Да. Я ревную. И с этим уже надо что — то делать.

Я входил в бильярдную, не сводя взгляда с Юлии. Мгновенно забыв все свои увещевания о том, что у нас с Юлей ничего не может быть. Но я не мог оторвать от неё взгляда. Вот она уверенно взяла в руки кий. Вот наклонилась над столом. О, как изящно она это сделала! Её точёная тонкая фигурка в платье цвета спелой вишни с разрезом на боку, напряглась. И вот уже она ловко послала шары в лунки. Кадр достойный кинематографа. Респект, Юля!

Она сегодня превзошла сама себя. Выглядит шикарно. Вспомнил свою первую реакцию, как я прямо обалдел, когда она вошла в мой кабинет, держа в своих руках чашку с кофе. Нет. Если я буду и дальше так облизываться и пускать слюни, дело не пойдёт. В конце концов, я уже почти как две недели со дня нашего знакомства только и занимаюсь тем, что борюсь сам с собой, пытаясь рассеять морок влюблённости. А эффект равен нулю. Чтобы я не предпринимал, хоть контры с ней, хоть заигрывания — эффект один и тот же. Я втрескиваюсь в неё по уши как пацан.

Засада. Что она делает со мной?

7.5

Эта девочка превратила меня в мальчишку, мечтающего о ней день и ночь. Навязчивые мысли о ней преследуют меня. Мешают работать. Мало того, я даже отказался от выгодного контракта по Играм, на который претендовали десятки продвинутых крутых программистов. А мне его предлагали просто так. Словно я тендер выиграл. Я совсем потерял голову. Идиот! Мне думать о ней нельзя вообще. А я только и делаю, что думаю о ней. Слишком много думаю. Постоянно хочу быть к ней поближе. Я сам не узнаю себя. А про свои сокровенные желания боюсь признаться даже себе самому. Я думал просто так. Позабавлюсь и всё. А тут крышу снесло окончательно…

Мы перешли в следующий зал. Зачем? Оказывается, мы сейчас играем в настольный теннис. Терпеть не мог с детства эту глупую забаву. Обычно отец резался здесь с Ланкой. А я игнорировал принципиально. Сейчас меня поставили играть в пару с Юлей. Надо отказаться. Позвонить отцу, пусть поднимается наверх. С большим удовольствием он заменит меня. Его любимая игра со студенческих лет. Но самолюбие не позволило признаться, что я попросту не умею играть. И объявить о замене. Ерунда какая. Если девчонки тут прыгают и визжат в предвкушении и Кирюха руки потирает, я что лох последний? Справлюсь. Успел заметить круглые глаза Ланки взирающие на меня, дескать, я что теннисист подпольный? Невозмутимо проигнорировал её ошарашенный взгляд. И взял в руку ракетку.

Юлька мгновенно преобразилась. Играла она превосходно. От неё мячи только так отлетали. Их Кирюха — то брал с трудом. Какие крученные мячи она подавала. Какие безнадёжные подачи брала. Как ловко обманывала соперника. Казалась, короткой будет подача, а она длинная. И вроде бы вот она длинная. Бац! Нет, короткая. Как ловко. Частенько она успевала сгладить и мои промахи. Отбивала за меня мячи где — то сзади, снизу, сверху, сбоку, на дальних и ближних подступах.

Насколько я восхищался Юлькой, настолько был недоволен собой. Я мазал, пропускал, отбивал мимо стола. Одним словом, лучше бы сразу признался — позора бы было меньше. Юлька вела себя со мной, то снисходительно, подбадривая меня. То высокомерно, ругая, на чём свет стоит. Я всё молча глотал. Заслужил.

Хуже было другое, я вспомнил о том, как сам ругал её в те злополучные два дня, когда гонял по фирме. В отличие от меня, она тогда не заслуживала всех тех эпитетов, которыми я её награждал. Ну, что мне оставалось теперь делать — признать, что вот такой я ублюдок?! Впервые мне было не всё — равно. Мне было не по себе. Я вдруг обнаружил, что не хочу выглядеть таким конченным уродом в глазах Юли. Вот это была новость! Обычно меня не волновало ничьё мнение. Я всегда думал, говорил, делал только то, что хотел я.

Игра закончилась.

Я виновато смотрел на Юлю. И что я видел — она не верила мне. Её глаза метали молнии. Я понял, она решила, что я специально её подставил. Увидев, как она рвётся победить, вставлял ей палки в колёса. Вот дурак! Зачем не признался сразу, что в жизни не держал ракетку в руках? Боялся, что пострадает моё эго, что я чего — то в этой жизни не умею?

А в результате сработал мой непререкаемый авторитет заносчивого сноба. Он повлиял на её выводы. А мой план по восстановлению наших отношений попал под угрозу. Да какую там угрозу?! Он позорно сдох!

Да что со мной не так? Эта девочка вытащила из меня то, о чём я даже не подозревал…

А сейчас я искренне чувствовал свою вину. И не скрывал этого. Она смотрела на меня. Она видела мои глаза, в которых шли титры — Прости. Но она не верила мне. И я это чувствовал. Очень остро.

Мы возвращались в город. Я был вежлив, внимателен, галантен. Юля была мила, очаровательна, восхитительна. Но она не верила мне. После того, что произошло там наверху, когда мы играли в теннис, между нами словно что — то сломалось. Снова сломалось.

Засада. Нет. Настоящая катастрофа. Я хотел с ней наладить отношения. Но снова всё испортил.

Глава 8

Юля

Мы возвращались в город. И эмоции мои были таковы, — чтоб глаза мои его (Макса) не видели! Но они его видели. Он был рядом. Никуда не делся. И вёл машину. А ещё он время от времени очень вежливо так обращался ко мне с какими — то дурацкими вопросами. Приходилось реагировать и не менее вежливо отвечать ему. Короче поддерживать нашу «светскую» беседу изо всех сил. Потому что главное было не забывать о своей «миссии». А значит не демонстрировать своё фи объекту «вожделения». И тут я вспомнила, что заблокировала свой мобильник, чтобы ничто не мешало процессу охмурения нашего гения. Теперь же моим единственным желанием было отвлечься от своего распрекраснейшего спутника. С этой целью я и обратилась к своему мобильнику. Включив его, обнаружила непринятые звонки от отца в количестве, аж, целых двух штук. Набрала его номер.

— Пап, привет! — мягко произнесла я. Кое-кто рядом напрягся и обратился весь вслух. Да пусть подслушивает, коли охота! Пусть знает, какая я внимательная ласковая и любящая дочь. Какая я правильная девушка, с какой стороны на меня не глянь.

— Добрый вечер, Юля, — каким — то уж очень официальным сердитым недовольным тоном отозвались на том конце трубки. Папа явно не попал на мою волну — любящего в ответ родителя. Ну, это ничего. Строгий папа. Это тоже неплохо. У такого не забалуешь. А уж обидеть его дочь, я бы и вовсе никому не советовала.

— Па, что — то случилось? — невинно поинтересовалась я.

— Нам надо с тобой встретиться, — категоричным тоном произнёс он. Походу точно что — то случилось.

— Хорошо. Я готова в пятницу. В девятнадцать — ноль, ноль, — быстро согласилась я, стараясь выкроить себе время, дабы навести справки, что там могло произойти такого, что папа был вне себя. А то, что он был не норм — это точно. Обычно голос отца ровный. В отличие от меня, выдержка у него была стальная. А тут такое! Но самое неприятное было в том, что то, что произошло как — то связано со мной. Ведь таким строгим тоном он говорил со мной.

— Ладно. Мой водитель заедет за тобой в это время, — бесцветным голосом произнёс отец. Всё указывало на то, что я провинилась перед ним.

— Договорились, папуль, — ласково проворковала я.

— Договорились, дочка, — наконец, в его голосе послышались тёплые нотки. Отцовское сердце не камень. И мой откровенный подхалимаж его всё — таки тронул.

— Что — то случилось? — участливо спросил Макс, едва я нажала отбой.

— Возможно, — пожала я плечами. — Я пока ничего толком не знаю. Сам же слышал — надо встретиться, — добавила я и тяжело вздохнула, демонстрируя, как сильно я переживаю на эту тему.

После моего телефонного разговора с отцом Макс напрягся. Сильно напрягся. Это меня даже отвлекло от мыслей, что там могло приключиться, и почему отец так недоволен мной. Но чтобы это ни было, Макс- то тут при чём?! Почему он так загрузился? В руль вцепился, аж, костяшки пальцев побелели. Да и вообще, то, что он так сильно загрузился, я чувствовала прямо кожей и всеми фибрами своей души. Это напряжение висело в воздухе салона машины как наэлектризованный заряд.

О боги! Да что ещё с этим Максом не так?!

Прибыв домой, быстро раздевшись, я юркнула в кровать. Закинув руки за голову, я лежала в постели, вспоминая события этого вечера ровно до того момента, когда позвонила отцу. Тут я натыкалась на непреодолимую преграду — что всё — таки произошло? К сожалению то, что могло не понравиться моему отцу, напрашивалось само собой. Но меня это не устраивало. Ответ мне не нравился. Я сопротивлялась. И откровенно его банила. Но даже я понимала, что это временно. И рано или поздно его придётся принять. В таком случае необходимо ускориться в охмурении объекта. Ну, как ускориться? Сильно ускориться. И тут я вспомнила, что в таинственной инструкции был пункт о том, что надо временно исчезнуть из поля зрения партнёра. Дескать, пусть соскучится!

Легко сказать. Как синхронизировать такие два взаимоисключающих понятия, как «ускорить» и «исчезнуть» одновременно? А в результате получить «соскучился». Уравнение из одних неизвестных! Ломать голову было бессмысленно. В том плане, что мыслей на этот счёт не приходило. И я уснула. Однако проснувшись на следующий день с утра, ответ на заданное уравнение я уже обнаружила у себя в голове. И была удивлена, каким простым оказалось решение.

Главное, надо было вовремя вспомнить о том, что Макс теперь мой должник! А значит, должен…Нет. Обязан выполнить мою просьбу.

8.2

Макс

Утром день начался как обычно. Звонки. Переговоры. Совещание. Встречи. О вчерашнем старался не думать. Но видно избежать неприятных воспоминаний не удастся. В кабинет ввалился Женька, демонстративно выпучивая свои глаза. Что означало, с людьми он дружить умеет и о том, что вчера я увозил Юлю на своей бэхе в «неизвестном» направлении, он уже в курсе.

— Ну, что, Макс, — произнёс он, падая в кресло напротив. — Удалось вчера помириться с Юлей? — как — то криво усмехнулся он.

— Нет, — хмуро ответил я. Глаза Евгения начали округляться.

— Она так сильно обиделась на тебя, что не захотела простить? — обалдел Женька, зная мои способности подкатывать к девушкам, которые мне были нужны. Как говорится, выбиваю сто из ста.

— Типа того, — мрачно проговорил я.

— Ладно. Рассказывай, как дело было. Сейчас сделаем работу над ошибками, — заверил меня друг. И, поудобнее устраиваясь в кресле, приготовился слушать.

Я вскинул глаза на друга. В отличие от меня Женька в социуме прямо — таки преуспевал. Недаром улаживать свои конфликты с отцом отправлял именно его. Понятное дело, я доверился и рассказал ему вчерашнюю историю. Теперь я сидел и ждал его подсказок. Евгений сидел напротив, нахмурившись, что должно было демонстрировать мне, что в его голове идёт сложный мыслительный процесс. И что он обдумывает какую — то многоходовочку, не меньше. Я молча ждал, «не перебивая» его.

Так мы и сидели молча, тупо сверля друг друга глазами. В дверь постучали.

— Войдите! — крикнул я. В кабинет вошла Юля.

Красивая легкая дерзкая она прошла через весь кабинет, и на мой стол спланировал белый лист. Заявление. От волнения я несколько секунд не мог прочесть текст. Нет. Почесть мог. Понять не мог. Наконец я пришёл в себя.

— Юля, но почему? — спросил я и уставился на неё.

Повисла долгая пауза. Юля не отвечала. Я ждал ответа.

Женька не выдержал неизвестности и, перегнувшись через весь стол, схватил этот лист бумаги. Пробежал глазами, и лист спланировал обратно на своё место. Женька решил мне помочь.

— Видишь ли, Юлия, это не совсем подходящее для тебя место, — умным тоном заявил он.

— Почему? — брови Юли поползли вверх.

— Ты хочешь знать правду? — уточнил с деловым видом Женька.

— Конечно, — ещё больше удивилась Юля.

— У Ирэн тяжёлый характер, — объявил он таким тоном, словно раскрывал страшную коммерческую тайну. — К слову, за последний год у неё уволилось пять ассистентов. Хочешь быть шестой? — многозначительно вопросил он.

— Я не хочу быть шестой, — ровно ответила она. — Я хочу поработать по своей будущей специальности.

— Нет. Конечно, Ирэн первоклассный специалист. Но своими знаниями она ни с кем не делится. Это её фишка. И она знает, что именно благодаря ей она может делать всё, что захочет. А ей за это ничего не будет. Так что, Юлия, нет. Можешь забрать своё заявление и возвращаться на своё рабочее место.

Я молчал, переводя взгляд с Женьки на Юльку и обратно. Стремительно обдумывал, как уговорить её не делать этот опрометчивый шаг.

— Максим Леонидович, — вдруг твёрдо проговорила Юля. — Во — первых, вы мой должник. Во — вторых — это временно. Стажировка. Я обязательно вернусь на своё рабочее место. Подписывайте. — Она подвинула своё заявление мне прямо под руку.

Скрепя зубами, я подписал. Она взяла своё заявление и гордо вышла из кабинета.

— Это что сейчас было? — простонал Женька. — Слушай, Макс, я не узнаю тебя в последнее время!

— Во — первых, я ей был должен. Во — вторых, я сам себя не узнаю в последнее время, — в шоке проговорил я.

Женька ошалелыми глазами уставился на меня.

8.3

Юля

Воплотить свой план — «ускорить» и «исчезнуть» синхронно, в результате которого я должна была получить — «соскучился», я решила в отделе маркетинга в роли ассистента Ирэн. Вроде как исчезла, а вроде, как и не очень недалеко. Так сказать, наблюдательный пункт — «зреет» ли клиент будет находиться поблизости.

Другое дело, о том, что Ирэн — мегера и все отсюда вытекающие, знала я не понаслышке. Имела неосторожность на эти вот самые «вытекающие» напороться по долгу службы. В те самые горячие деньки, когда летала по офису как ведьма на метле. Босс требовал от меня. Ну, а я в запарке потребовала заявленную презентацию от Ирэн. Ключевое слово — потребовала. Могла, конечно, и повежливее обратиться. Но Ирэн начала возмущаться, возражать, спорить и заявлять, что уже передавала её лично в мои руки. Переполошённая я запамятовала, не признала и не сознавалась. Скорее, резкая форма изложения мыслей Ирэн как — то затормозила мой мыслительный процесс. Зато сработала защитная реакция. Я упёрлась. А Ирэн походу решила, что взять с тупой дуры (меня)? И нервно вручила мне копию. Назидательно наставляя, не потерять её по дороге и благополучно вручить в руки босса.

В результате в её глазах я уже имела статус Тупицы, она в моих глазах — Мегеры. Справедливости ради нужно отметить, что её статус только что был подтверждён Женькой. И не только им. Но легче от этого не становилось. Надо же было такому случиться. Только вроде как угомонился босс, как меня снова бросает на амбразуры. И иду я туда практически добровольно. Вот тут ключевое слово — практически. Потому что, если бы не разговор накануне с отцом, тон которого подразумевал его серьёзнейшие намерения в отношении меня, то мне бы и в голову не пришла такая бредовая идея.

Ну, а если уж быть до конца честной, то я эту неделю могла бы «пересидеть» и в любом другом отделе. Но я — то ведь хотела «ускорения» по полной программе. А вот получить стажировку по стервозности, такой вожделенной нашим Избранником, я могла только в одном единственном месте, где она процветала бурным цветом. В отделе маркетинга, возглавляемом главной стервой фирмы Ирэн. У неё было чему поучиться во всех отношениях.

Я отнесла заявление в кадры. И начала собирать свои нехитрые офисные принадлежности в коробку.

— Что случилось? — удивлённо спросила Ольга.

— На неделю меня переводят на стажировку в отдел маркетинга, — отчеканила я.

— Что за дела?! Подожди. Я сама поговорю с Максимом Леонидовичем, — Ольга решительно поднялась со своего места.

— Нет, Оля. Не надо. Я сама попросилась туда, — ровно произнесла я.

От неожиданности она прямо упала обратно на своё место.

— Юля, ты в своём уме? — воскликнула обычно спокойная Ольга. — Ты не знаешь Ирэн…

— Уже знаю, — поспешила заверить я коллегу. — Пять минут назад, когда Татьяна из кадров представляла меня в качестве её временного ассистента на проект, ещё раз могла убедиться в её вежливости, такте и выдержки. — Глядя в округлившиеся глаза Ольги, я уточнила: — Ну, да. Это я с сарказмом. Разумеется, убедилась в её беспардонности, наглости и высокомерии… «Вы кого мне тут подсовываете? Очередную по счёту — шестую кретинку?» — декларировала я, изображая жесты, мимику, кривляния Ирэн. — Другие эпитеты мало чем отличались. Ну, а когда я уходила, Ирэн схватила трубку и, не стесняясь в выражениях, проехалась по моей кандидатуре напрямую уже босу. Так что, как — то так.

— И ты после столь горячего приёма не передумала? — растерянно вопросила Ольга.

— Нет. Не волнуйся за меня, Оля. Это ненадолго. — Я улыбалась. Я понимала, что все, кто сейчас был в курсе моего загадочного добровольного перемещения, считали, что я попросту камикадзе. Ну, это в лучшем случае. О том, что они считали в худшем случае, я предпочитала не думать.

8.4

Итак, я временно исчезала с глаз «вожделенного» объекта в отдел маркетинга. Пусть скучает, страдает, ищет со мною встреч. Ну, может, конечно, до поиска со мною встреч и не дойдёт. Но эффект моего отсутствия точно на нём должен сказаться. В эмоциональном плане. По крайней мере, так было обещано в инструкции для стервозных красоток. А за неимением других путеводителей перед глазами, я свято верила тем, что были.

Кроме того, теперь ещё начиналась и настоящая практика по усвоению «пройденного» материала. В том смысле, что у меня отныне будет настоящий наставник — живой пример перед глазами. Нет. Конечно, о том, что она будет моим наставником и живым примером лучше самой Ирэн не знать. Так будет лучше обеим сторонам. Ну, в смысле, я буду целее.

***

Я сделала глубокий вздох. И, крепко прижимая к своей груди коробку со своими офисными принадлежностями, переступила порог большой комнаты студии.

Ирэн никак не отреагировала на моё появление. Но я уже понимала, что в ответ на её гневную тираду босс доходчиво объяснил ей, что решение по моему переводу в отдел принято. И обжалованию не подлежит. Я стояла посреди помещения, оглядываясь по сторонам, выискивая для себя свободный стол. Увидев таковой, уверенно потопала в дальний угол.

— Лапина! Стой! — услышала за спиной раздраженный голос Ирэн. Я замерла на месте. — Сюда иди! — грубо позвала она. Я развернулась и молча пошла к её столу. — Лапина, ну, как ты думаешь? Если ты мой личный ассистент, то и сидеть, наверное, должна рядом. — Она кивнула головой на соседний пустой стол.

Нет. Я, конечно, прекрасно знала, какой стол был предназначен для её ассистента, но интуитивно выискивала себе другой — подальше. Походу срабатывала защитная реакция — находиться подальше от источника повышенной опасности. Я опустила коробку на указанный начальницей стол. И уселась в офисное кресло. На моё счастье кто — то ей позвонил. И она отвлеклась от моей скромной персоны.

У Ирэн был сильный характер. Она умела добиваться своего. Её беспрекословно слушались подчиненные и свои, и чужие. Как ей это удавалось? Было ведомо только ей одной. При этом она была самоуверенной высокомерной презирающей всех остальных… женщин. Для неё в мире существовали только мужчины. Естественно ещё она сама. Ну, а презренные ею женщины составляли остальную серую безликую массу. Она была прямо — таки отражением Макса в женском обличии. Интересно, они узнают себя друг в друге?! Может, поэтому их так и тянет друг к другу? Ухмыльнувшись, я принялась разбирать коробку.

Звонивший был явно представителем мужского пола. Ирэн преобразилась буквально на глазах. Загорелась. Расцвела. Спинку выгнула. На губах её заиграла загадочная улыбка Джоконды. Интонации её голоса теперь даже отдалённо не напоминали те, которыми она только — что строила меня непутёвую. Они обалденно потеплели, размягчали, стали упоительно флиртующими. Такую её можно было слушать вечно…Да чтоб её!

И я вынесла свой окончательный вердикт. На том конце трубки был точно мужчина. Нет. Больше, чем мужчина. Там был заказчик!

Она беседовала с ним в непоколебимой вере, что она такая вся из себя распрекрасная обаятельная и привлекательная. Короче, самая красивая и самая умная. Это ж надо было так преобразиться!

Скосив глаза, я изучала сам «процесс». Наблюдала за её мимикой, жестами, ужимками. Казалось, ей было все — равно, что клиент не видит такой её офигенный образ. Она его буквально транслировала в телефонную трубку! Казалось, её чары прямиком проникая в мобильник, окутывают, опутывают мужчину на том конце связи, не оставляя ни малейшего шанса спастись. В подтверждение моих догадок уже через несколько минут едва заметная улыбка Ирэн расползлась в самодовольную улыбку победителя. Есть! Заказчик дрогнул. В смысле, согласился с её доводами, аргументами, обоснованиями.

На минуточку! Это был тот самый недовольный клиент, который вынес мозг боссу за провальные эскизы проекта на прошлой неделе. И отдел сейчас в авральном режиме штурмовал (воплощал) пожелания этого самого клиента.

— Принеси мне кофе! — произнесла Ирэн, закончив свой разговор с заказчиком. Тон её был как обычно холодный и надменный. Он даже отдаленно не напоминал тот, которым она только что беседовала с мужчиной заказчиком.

8.5

Я вздрогнула. Это она обращалась ко мне? Да я, конечно, в приёмной носила кофе боссу. Но сюда я перешла на другой функционал. И в мои обязанности не входило обслуживание личных потребностей Ирэн. Целых несколько секунд я судорожно думала, как мне поступить.

— Лапина! — презрительно фыркнула Ирэн. Судя по озвученной фамилии, обращалась она именно ко мне. Сомнений больше не оставалось. Ну, все — таки.

Может, ей моя фамилия так понравилась? Или она не запомнила моего имени?

— Меня зовут Юля, — неуверенно решила напомнить я своё имя. Ну, так на всякий случай.

Шоколадные глаза Ирэн потемнели, округлились, и мне даже показалось, заискрились. Непроизвольно я втянула голову в плечи. Наверное, снова на всякий случай. Не знаю. Подумать я не успела. Но вместо ожидаемых криков, послышалось змеиное шипение:

— Юля…принеси мне кофе. Я понятно — изъясняюсь?

А-а! Оказывается, в силу навешанного ею же на меня ярлыка тупой девочки, она решила, что я просто не поняла её команды. Ну, что ж тут делать. Я поднялась с места.

— На, вот, — протянула Ирэн мне свою кружку. — Не люблю пить из одноразовых стаканчиков.

На боку белой фарфоровой кружки внушительного размера красовалась прекрасная дева. Наверное, эта мегера ассоциирует себя именно с такой прекрасной юной девой. Я ухмыльнулась.

Кофе, как оказалось, Ирэн пила много. После своего первого внутреннего протеста я смирилась, решив, что ничего в этой жизни не бывает просто так. За всё приходится в этой жизни платить. А за те уроки, которые, не ведая того сама, преподносила мне Ирэн, не грех было и заплатить. Не знаю, конечно, пригодится ли мне такое «мастерство» в дальнейшей жизни, но в отношении Макса оно точно пригодится. Он заслужил именно такое к себе отношение — неискреннее неестественное фальшивое. Представив его холёную физиономию перед глазами, от ненависти я даже заскрипела зубами…

Всё изменилось на третий день моего пребывания в отделе. Оказывается, Ирэн наобещала заказчику чёрт — те что. Но вот только это чёрт — те что никак не рождалось в просветленных головах сотрудников отдела. Срок неумолимо тикал. И впереди маячил самый настоящий провал: срыв сроков, выговора, возможно, даже кое — чьё увольнение (?). Одним словом, полный копец.

Ирэн нервничала не на шутку. И без того в своём обычном состоянии она была нервная. А теперь она была нервная — нервная. О том, что я без конца бегала за кофе, можно было даже не упоминать. Но я без конца бегала за кофе.

Вернувшись в очередной раз со знаменитой кружкой (с кофе) с рисунком прекрасной девы на его боку, я думала, как бы мне протиснутся через столпившихся сотрудников возле её стола.

Но делать этого не пришлось.

Внезапно как по команде толпа расступилась, оставляя мне довольно приличный проход к столу руководителя. При этом все синхронно уставились на меня. Нет. Все не просто глазели на меня. Все, офигев, глазели на меня. Я опешила не меньше их. Что это было?

В нависшей мгновенно тишине был слышен еле различимый звук работающих компов в нашей студии. Поставив молча кружку на стол Ирэн, я вскинула глаза. Вот с этого места, нужно поподробнее. Ну, как поподробнее. Просто впервые изменился взгляд Ирэн, адресованный лично мне. Обычно он был холодным. И не выражал ничего, кроме презрения. Даже когда я ставила кружку с кофе на её стол! Слово «спасибо», казалось, она не знала вообще. А тут такое!

Шоколадные глаза Ирэн смотрели на меня с удивлением, подозрением…и минуточку, с восхищением. Я несколько удивилась. Хорошо ещё успела кружку поставить на стол. В противном случае, неминуемо бы та выскользнула из моих рук.

— Ты сама это придумала? — как ни странно, но голос её звучал заинтересованно.

— Что придумала? — спросила ошарашенная я не меньше всех остальных, и, входя в шок, в котором все остальные уже благополучно пребывали.

— Макет ты придумала? — повторила свой вопрос Ирэн в более настойчивом тоне.

Сначала я хотела сказать: Какой макет? Нет ни я! Но тут вспомнила, что полчаса назад, проходя мимо компа Вероники, я зависла, с любопытством наблюдая за её спиной, как она работает над макетом. Внезапно в моей голове необременённой никакими условностями возникло дерзкое дизайнерское решение.

— Ты так думаешь? — обернулась ко мне Вероника.

Я что сказала это вслух? Выходит, сказала. Вероника довела моё предложение до ума. И предъявила Ирэн.

— Это вышло случайно, — промямлила я.

— А-а! — облегчённо вздохнула Ирэн, словно это меняло положение дел.

Оказалось, меняло. Типа, случайно — это было не в счёт. Ирэн присвоила все лавры себе. Меня это даже не удивило. Тем более, я тоже в накладе не осталась. Ирэн перестала смотреть на меня как на пустое место. И даже стала давать более серьёзные поручения, чем отксерить документы или сбегать за кофе.

А на следующий день в пятницу произошло и вовсе нечто из ряда вон выходящее. Увлечённая очередным заданием, я ничего не успела понять. Но по оглушительной тишине вдруг наступившей в студии до меня стало доходить, что — то происходит. Я развернулась всем корпусом в сторону Ирэн. Ну, типа наше «солнце» там. Но я прогадала. Как и сама Ирэн, так и весь отдел дружно смотрели на кого — то за моей спиной. Ну, конечно. Какая же я дура. Этот умопомрачительный запах парфюма принадлежал только одному человеку.

Я медленно развернулась обратно. И вскинула глаза на Макса.

Глава 9

Макс

Я не находил себе места. Нет. Конечно, я занимался делами. Рулил фирмой. Женька приходил ко мне ежедневно и докладывал, как обстоят дела у Юльки в отделе. У Женьки, как всегда там нашлись свои люди, которые информировали его по дружбе, что да как. Сначала, как я понял, взаимоотношения у Юли с Ирэн не складывались. И я даже хотел идти выручать её оттуда. Но потом Юлька неожиданно (?) двинула какую — то там идею, и Ирэн, сменила гнев на милость. И приняла ту в свои ряды. Несмотря на такой благоприятный исход, к концу недели такое положение дел перестало меня устраивать.

Нет. Оно не устраивало меня с самого начала. Но я терпел. Терпел столько, сколько мог. А к концу недели терпежу моему пришёл копец.

О том, что я забросил писать свои Игры, я даже уже и не вспоминал. Как отрезало. Я был недоволен собой. Злился на себя. Но поделать ничего не мог.

Я загружал себя работой. До предела занимался в тренажёрке. Загонял себя до упора. Домой возвращался поздно. Но ведь возвращался. И вот тут — то и начиналось самое интересное. В том плане, что уже ничто не мешало предаваться мне мыслям и мечтам о Юле. Её лёгкий воздушный виртуальный образ прочно обосновался в моей квартире. Уже, проворачивая ключ в замке входной двери, я знал, что откроется дверь. А там…Юля…

О боги! Эта девочка сводит меня с ума! Она — причина моей нервозности. Я хочу думать о ней как о вредной строптивой дерзкой девчонке, которая достала меня. Собственно так оно и было. Но я думаю о ней как о красивой очаровательной соблазнительной девушке с тонким станом, длинными стройными ногами и с синими пресиними глазами. К слову, эти её невинные широко распахнутые глаза цвета синего моря на поверку оказались бурным омутом — топью, затянувшим меня с головой. И я уже не знал, что мне делать с этим наваждением по имени Юля!

Женька всё уже давно понял. Можно сказать, раньше меня самого. Слишком давно мы дружим. Слишком хорошо он меня знает. Нет. Я, конечно, тоже догадывался. Но не принимал всё это всерьёз. Всё ждал, когда морок влюблённости рассеяться и мне откровенно надоест эта забава. Но эта чёртова заноза — девчонка только глубже проникала мне в душу. И даже то, что она исчезла с моего поля зрения, ничуть не давало мне передышки. Скорее, наоборот. Я соскучился.

Хорошо, ещё Женька понял меня, моё состояние и не ни о чём меня не спрашивал. Вот что такое друг.

Нервозность моя усугублялась ещё тем, что наладить отношения с Юлей так и не удалось. Попытка номер один (знакомство с родителями) не удалась. А другой попытки мне не представилось. Не успели вернуться в офис, как Юля пришла ко мне с этим дурацким заявлением. И теперь она гордо восседает в отделе маркетинга. И, по — прежнему, считает меня конченным ублюдком. Реабилитироваться в её глазах, какой я хороший правильный и порядочный человек я так и не успел. И чтобы дать себе шанс произвести на неё именно такое впечатление я должен был вернуть её на законное прежнее место.

Я вошел в отдел маркетинга. Все сотрудники вывернули свои шеи и уставились на меня — своего босса. Я вежливо поздоровался. Поблагодарил отдел и лично его руководителя Ирэн с успешным согласованием с заказчиком макета проекта (другой более веской причины прийти сюда лично я не нашёл). И повернулся к Юле. Она смотрела на меня широко открытыми удивлёнными, как мне показалось, глазами.

Я тут же признал, что был не прав. И её глаза никакой не омут, а самое настоящее синее море. Я так и сказал:

— Юля, в понедельник жду на своём основном рабочем месте. — И пошёл на выход.

В спину я услышал недовольное бурчание Ирэн. Кто бы мог подумать, обычно та была недовольна своими ассистентами, а тут шипела: Дают нормального ассистента, а потом забирают. Делают, что хотят! Я ухмыльнулся. Это было, что — то новенькое.

***

Юля

Есть! Волшебная инструкция сработала. Надо же какие умные люди её написали. Ну, конечно, возможно я тороплю события. И выдаю желаемое за действительное. Но уж очень хочется, проучить этого гения. Пусть немножко побудет в шкуре обычных людей. Ему это полезно.

9.2

И тут я вспомнила, что сегодня у меня состоится свидание с папой. И заторопилась домой.

Ровно в девятнадцать — ноль, ноль приехал папин водитель, и мы отправились, как оказалось, в роскошный ресторан в центре города. Конечно, папуля мог бы меня и предупредить. Не каждый день мне удаётся очутиться в подобном заведении. А если быть честной, то впервые в жизни я попала в элитный ресторан. В результате неосведомленности о месте встречи в шикарном ресторане я оказалась одета не по дресс — коду. А была я в своих любимых узких чёрных джинсах, футболке с принтом Билли Айлиш, джинсовой куртке и кроссах.

И почему мне в голову не пришло, что вряд ли папа назначит мне встречу где — нибудь в кафешке? И о чём я только думала? Да понятно о чём, о всякой ерунде, потому что понимала, что предстоит серьёзный разговор с отцом. Скорее, даже очень серьёзный. Но думать об этом тоже не хотелось. Разговор же всё — равно состоится. И вряд ли удастся его избежать. Хотя. Может, я не пройду фейс — контроль на входе?

Нет. Прошла. Ну, как прошла? Стоило водителю сообщить охране — к кому я пожаловала, как передо мной не только широко распахнулись двери, но также мне широко улыбнулись сразу два огромных как глыбы охранника в безупречных строгих мужских костюмах (где только такие размеры шьют?), и один из них даже галантно проводил меня к столу. Может, просто хотел убедиться, что девица в таком «прикиде» действительно пришла по адресу? Убедился. Папа уже был на месте. Он радостно улыбался мне.

— Юля! Наконец — то. Как долго я тебя не видел, — произнёс он, не отрывая от меня глаз.

Я, тоже не отрывая взгляда от папиных синих глаз, упала в кресло напротив. Глаза я унаследовала от папы. Мне всегда было забавно смотреть ему в глаза, вроде как в свои заглядывала. Порою даже злилась, что чаще всего они были нечитаемые. Тогда же я ещё не знала, что унаследовала от него и это. И что смотреть так я тоже умею. И тоже буду.

Едва принесли заказ, как у нас с папой завязался милый непринуждённый семейный разговор. Он спрашивал, как у меня дела в универе, как живётся на съёмной квартире. Всё ли удобно? Всё ли меня устраивает? Не нуждаюсь ли я в чём? А ещё очень подробно расспрашивал, чем занимаюсь в свободное от учёбы время.

Я отвечала тоже подробно, старательно, продуманно. Всё удобно. Всё устраивает. Ни в чём не нуждаюсь. Такая обалденная беседа папы с дочкой. Походу я расслабилась. И как гром среди ясного неба прозвучало:

— Объясни мне, Юля. Если у тебя всё так замечательно. И ты ни в чём не нуждаешься, зачем ты работаешь у Ольховских?! — спросил меня отец, мне показалось, несколько удивлённо и обиженно.

А вот и он — его нечитаемый взгляд. Именно такими глазами он сейчас смотрел на меня. Я едва не поперхнулась от неожиданности. Могла бы и нормально прожевать кусок мяса. Чувствовала ещё после его звонка, куда ветер дует. Чувствовала и понимала, если отец узнает, что я устроилась куда либо на подработку, то ему это не понравится. А тут, оказывается, он ещё и точно знал — куда я устроилась. И вот это, похоже, особенно ему не понравилось.

— Дочка, ты ещё молодая и не понимаешь, — видя, что я молчу (а ответить мне было нечего, и я старательно делала вид, что жую — жую), пустился отец в объяснение своей позиции. — Во — первых, для тебя сейчас важно учиться, а не просто числиться в университете. Важно получать знания. Во — вторых, я уверен, что служба безопасности компании Ольховских выяснила, что ты моя дочь. И своим поступком ты бросаешь тень на меня как на отца. Что я не помогаю собственной дочери. Ну, а в третьих, если у тебя возникла такая уж большая охота почувствовать себя взрослым самодостаточным человеком, то я всегда рад принять тебя в своей компании. Ну, так с курса третьего — четвертого.

Я начала путанно оправдываться, изворачиваться и что- то там сочинять.

— Юля, а как ты думаешь, у меня нет других детей, кроме тебя, и кому я мечтаю передать дело всей своей жизни, уходя на покой? — спросил меня вдруг отец.

Я снова поперхнулась теперь уже куском пирожного. Ну ладно. Я специально много ела, чтобы подольше жевать и делать паузы для обдумывания ответов. Меня потряс вопрос отца. И я впала прямо — таки в полную прострацию. Не успела я из неё выйти и уж, тем более, прожевать кусок десерта, что был у меня во рту, как впала ещё в более глубокую фазу той прострации. То, что я увидела, не могло случиться здесь в ресторане в центре столицы. Ни при каких обстоятельствах. Шанс такого события был равен нулю. Но он случился.

9.3

Я увидела Макса. Как всегда Макс был великолепен. Красавец. В безупречном мужском темно — синем костюме, идеально сидящем на нём и подчёркивающем его атлетически сложенную фигуру. Голубоватая в тон костюма рубашка. Верхняя пуговица расстёгнута. Без галстука. Улыбается, доволен, счастлив. Я смотрела на Макса. Он шёл между рядами столов. И… он был с дамой. Выходит, я видела Макса с очередной дамой. Он нежно поддерживал свою пассию за локоток, что-то оживленно говорил ей на ушко и прошел за соседний столик. Официант услужливо убрал со столика «бронь» (оказывается, этот кобель бронировал столик заранее!) и выдвинул им кресла.

Макс сел ко мне вполоборота. При желании он мог меня видеть. Но это при желании. А сейчас он так был увлечён беседой со своей жгучей шатенкой с большими шоколадными глазами, где уж ему было смотреть по сторонам. И уж, тем более, видеть меня.

Зато я рассматривала его спутницу в упор. Очень красивая девушка. И явно старше Макса лет на десять. Не знала, что ему нравятся женщины постарше. Хотя чего уж тут удивляться, тот ещё джентельмен! Вот она что — то сказала и улыбнулась. Мило так улыбнулась. Руку опустила на стол. Макс тут же погладил её руку так нежно, что у меня даже помутнело в глазах.

Вот дура! И что я только вообразила себе. Инструкция работает… Макс запал…Макс соскучился…Откуда я только всё это взяла! Походу рядом с этим придурком у меня самой уже крыша поехала!

Не знаю, почему меня так задело увиденное. Нет. Меня прям взбесило увиденное. И это решило всё.

— Папа, можешь считать, что я уже там не работаю. Обещаю, — твердо сказала я. — С понедельника.

***

Макс

Вечер пятница. Я поехал прямиком домой. Некуда сегодня не хотелось. Просто поужинать. Поискать хороший старый фильм по телику. Поваляться. Посмотреть.

Не успел я зайти в квартиру, как затрезвонил мобильник. На дисплее высветилось лицо Джанет. Я так обрадовался и принял вызов.

— Добрый вечер, Макс, — услышал её приятный немного низкий голос.

— Добрый, добрый, Джанет! Какими судьбами? — нетерпеливо поинтересовался я.

— Да вот проездом в Москве. На один вечер. Ровно в двадцать четыре ноль — ноль мой рейс в Лондон.

— Отлично. Давай встретимся…

Джанет была единственной женщиной, с которой у меня был длительный, аж, трёхмесячный роман. Тогда, когда я жил и учился в Лондоне. Я был юн, беззаботен, горяч. Джанет была замужем. И у неё была дочурка. Потом я устал от наших отношений. А у неё появилось чувство вины перед семьёй. И наш разрыв с ней произошёл по обоюдному согласию и желанию. Но мы с ней остались хорошими друзьями. Периодически, вот как сейчас мы пересекались с ней в разных городах и странах. Нам всегда было о чём поговорить, что вспомнить и что обсудить. Джанет понимала меня как никто другой. Она была настоящим другом. И сейчас я спешил на встречу с ней, хотел поделиться тем, что со мной происходит в последнее время. И услышать её мнение об этом. Её советы. И подсказки.

Я выбрал этот ресторан неслучайно. Джанет, бывая в Москве, предпочитала его всем остальным. И я постарался, как мог. Ну, ладно. Мне тупо повезло. Какой — то постоянный посетитель сего заведения отказался от брони в самый последний момент. И мне перепало. Я встретился с подругой в холле отеля, в котором она остановилась. И оттуда мы поехали в ресторан.

— Джанет, ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! — говорил я, изумляясь, как вовремя она свалилась на мою голову. Теперь есть с кем обсудить мою личную проблему.

Джанет была такая понимающая умная женственная, что я просто выложил ей всё про себя. Всё, в чём не признавался до этого себе, о чём не говорил и с лучшим другом Женькой. Сейчас это всё я вывалил на Джанет.

9.4

— Макс, — улыбалась она в ответ. Глаза её светились. — Это называется любовью. Я рада за тебя. А то я уже боялась, что тебя никогда не настигнет это светлое всепоглощающее чувство. Не потеряй свою любовь. Держи её крепко. Признайся ей во всём, — вот мой совет. — Она протянула мне руку через весь стол. Благодарный я положил сверху свою.

Мне стало легче. Словно гора упала с плеч. Я смотрел на Джанет. Но она смотрела куда — то в сторону.

— Что — то не так? — поинтересовался я.

— Какая — то странная девушка… Едва мы здесь появились, как она стала за нами следить. Сначала я не придала этому значения. Но она не сводит с нас глаз. Я её никогда не встречала раньше и не понимаю…

Я обернулся.

Нет. Это просто невозможно. Почему из бесчисленного множества ресторанов города они выбрали именно этот?..

***

Юля

В понедельник явившись на работу в положенное время, я тут же зашла в кабинет к боссу и молча положила на стол своё заявление об увольнение. Макс ознакомился с ним и вскинул на меня глаза.

— Юля, что случилось? — тон его был обеспокоенным. Но я не собиралась ни верить ему, ни быть тут подопытным лягушонком. Теперь я не верила не только ему, но и его отцу.

Папа ничего не объяснил, но был крайне недоволен тем, что я работаю именно у Ольховских. Получается, отец и сын Ольховские оба знали, что Александр Богопольский мой отец. Но никто ни разу не обмолвился ни словом. Типа, это неважно. Я тоже не придавала этому никакого значения. Но почему — то это оказалось важным для моего отца. И для меня это было приоритетом. Отныне приоритетом. В конце концов, отец и сын Ольховские мне никто.

— Юля, ты можешь объяснить мне всё — таки, что случилось? — настойчиво повторил Макс свой вопрос.

Я взглянула на него почти — что с ненавистью.

— Кстати, я в курсе, что находясь на испытательном сроке, — твёрдо произнесла я. — Должна быть уволена без отработки. То есть с сегодняшнего дня.

— Юля! — простонал он. Осталось только руки заломить, Какая я для него тяжёлая потеря. Играться что ли будет не с кем? Другую найдёт.

— Подписывай! — грубо сказала я.

Он опустил глаза. И нервно подписал.

— Юля, мы ещё увидимся? — вдруг мягко спросил он.

Я офигела.

— Это вряд ли, — подхватив со стола подписанное заявление, бросила я на ходу.

Отнесла заявление в кадры. И уже через час свободная я закрывала за собой двери офиса.

Настроение у меня было так себе. Паршивое. Собственно такое оно у меня было уже с вечера пятницы. С того самого момента, когда я увидела господина Ольховского младшего с очередной красоткой в ресторане. Обидно признаваться себе, что ты оказалась последней дурой между этими двумя великими игроками — отцом и сыном. Зачем им переигрывать друг друга? Им достаточно, что поиграли со мной. При том оба! Вот потешили своё самолюбие. Нет. Прав папа, походу мне надо ещё учиться, учиться и ещё раз учиться. А ещё не факт, что поумнею. Может, я тупая такая?..

С невесёлыми мыслями вернулась я домой. Лена очень удивилась.

— Юль, что случилось? — испуганно спросила она. — Тебя что уволили? — дошло до неё.

— Типа того, — пожала я плечами.

— Это даже к лучшему. Больше времени будет для учёбы, — деловито рассудила она. — Я раздевалась в небольшом холле квартиры. — Ой! — всплеснула Лена руками. — У меня там рыба в духовке печётся. — Она кинулась на кухню. Уже оттуда до меня донесся её голос. — Юлька! У меня тут бутылка сухого вина припасена. Мы сейчас отметим с тобой это дело. Твою свободу! — почему — то радостно кричала подруга.

9.5

Мне не было так радостно как ей. Мне плакать хотелось. Я улеглась на кровать поверх одеяла и предавалась грусти. Почему? Ну, почему? Он так со мной поступил? Я же не кукла. Я живой человек. Выходит, он всё время играл. Заменил свою компьютерную игру на живую. Развлекался в реале. Не удивлюсь, если этот гад ставки на меня ставил!

Ненавижу!

Я резко поднялась с постели и направилась на кухню.

***

Макс.

Началась моя новая жизнь. Жизнь без Юли.

Я много и усердно работал. Качался в тренажёрке. Загружал себя по полной. Странное дело. Я перестал писать игры. Перестал ходить в клубы. Перестал проводить время с красотками. Никто меня не заставлял. Я просто так хотел. Точнее, не хотел. Не то, чтобы я завязал с девушками вообще, но одноразовые отношения поставил временно на паузу. Мне нужно было время подумать, понять, разобраться в себе.

О Юле я старался не думать. Отвлекал себя как мог. Боролся с её образом всяко разно и очень изобретательно. И мне это почти удавалось. По крайней мере, когда я бодрствовал и контролировал себя. Хуже было, когда я спал. Юлька нагло и вероломно приходила ко мне во сне…

Нет. Конечно, я не был так принципиален и пытался ей звонить. Нет. Она не заблокировала мой номер. Но трубку не брала. И тогда я писал ей короткие смски: Как дела? Как учёба?.. На мои послания она не отвечала. Самое смелое моё послание было: Я соскучился. На большее я не решался. Если буду более настойчив, тогда она может заблокировать мой номер. А ведь это была единственная тоненькая нить, связывающая нас.

Родители, Ланка, Женька — никто ни о чём меня не спрашивал. Но по их сочувствующим взглядам я понимал, что они всё про меня понимают и сочувствуют. Молча. И только однажды Ланка проболталась, что она беременна и тут же осеклась. Словно ей было стыдно передо мной быть такой радостной и счастливой, когда я в такой печали. Надо же, какие все чуткие мои родные и близкие люди. Я тоже их всех очень люблю.

Я не терял надежды переболеть своим наваждением по имени Юля. Пока не очень успешно. Но как говорят, время лечит. Ничего не оставалось, как ждать это время.

***

Юля

Началась моя новая жизнь. Жизнь без Макса.

Я всецело отдавалась учёбе. Ликвидировала все долги. Свободное время проводила с Леной и Жанной.

На личном фронте всё было так себе. Но я не унывала. Я же студентка. Для меня сейчас главное учёба. А всё остальное потом.

Звонил баскетболист Саша. Оказывается, он хотел позвонить раньше, но его задержали сборы. Мы даже встретились пару раз, сходили в кино, в кафе. Но дальше этого отношения не получили своего развития. Парень был очень хорошим. И я не хотела его обманывать, потому что у меня не возникало никаких чувств и эмоций. Кроме одной — хороший парень. Но для романтических отношений этого явно было мало.

Довольно часто я вспоминала Макса. Как мы с ним познакомились. Как начала у него работать. И как включилась в игру «Проучи Макса». В результате которой победителем вышел он. А я, что называется, зря старалась. Я дразнила, дерзила, отталкивала. Ах, да! Я ещё исчезала с поля его зрения. И чего я добилась? Ничего. Он даже особо не заметил. Так пришёл позвать обратно, выполнять свои основные обязанности — кофе ему подавать. Фр — р- р. Он что считал, что на большее я не способна?

Но почему я всё время думаю о нём? Почему его вспоминаю? Как он вскидывает головой, распыляя вокруг себя умопомрачительный запах парфюма. Как поворачивается и смотрит на меня удивлённо, словно впервые видит. Как обегает стол в своём кабинете и выдвигает мне кресло поудобнее. Подаёт мне руку, помогая выбраться из машины. Обнимает меня за талию…ну, там за столом. Нет. Если я буду так продолжать, то сойду с ума! Но я не знаю, как это прекратить. Как заставить себя не думать о нём.

Я пыталась выкинуть его из головы. Но ничего из этого не выходило. И у меня появилась смутная догадка. Я что запала на Макса? С чего это вдруг я без конца думаю о нём? Но это было так. Больше предположение, чем утверждение.

Макс время от времени присылал мне невинные смски. На которые я не отвечала. Но ничто не мешало мне перечитывать их: Как дела? Как учёба? Я соскучился… Эту смску я прямо зачитывала «до дыр».

А ровно через месяц случилось и вовсе из ряда вон выходящее событие. Мне вдруг пришла смска из банка. С приглашением посетить уважаемое заведение в связи с открытым на моё имя счёте.

Я очень удивилась. С чего вдруг папа сделал мне такой подарок? И даже не предупредил меня об этом. Тем более, что он и так регулярно подкидывал мне деньги на кредитку. И прекрасно был осведомлён о том, что деньги практически целиком были на месте. Куда мне их тратить? Походу в банке что — то перепутали. Завтра схожу и всё выясню.

Назавтра заинтригованная я после пар в универе отправилась в банк. Каково же было моё удивление, когда оказалось, что счёт для меня открыл не мой отец. А отец Макса! И перевел на него ровно ту сумму, которую и обговаривал в случае успешного завершения нашего с ним «проекта».

Я офигела.

Зачем он это сделал? Нет. Конечно, я понимаю, что как всегда виновата сама. Отнеслась к этому пункту договора как к приколу. Очень несерьёзно отнеслась. Потому что была уверена, что ничего из нашей затеи с ним не выйдет. Зато думала, у меня появится вполне официальный шанс проучить этого гения за все его издевательства и насмешки над собой.

Но я точно знаю, что не заработала этих денег.

Или… Что он этим хотел сказать? Что Макс влюбился в меня? О-о! Только не это! Нет, конечно, если это правда (в чём я сильно сомневаюсь), то эти деньги только усложняют ситуацию.

Какую ситуацию? Какую! О чём я? О боже! Я совсем запуталась…

И почему я только не сказала Ольховскому старшему, что деньги меня не интересуют?! А может, сказала? Нет. Точно, не сказала. Помню, ещё подумала, что я такая же предприимчивая, как и мой отец. Дескать, прям вся в отца пошла. Вот дура! Нет, я точно дура. И как только я ещё учусь в универе?

Глава 10

Макс

Прошел месяц. Месяц без Юли. Я всё обдумал. Проанализировал. Взвесил. И принял твёрдое решение встретиться с Юлей и расставить все точки над i. Я долго думал над тем, стоит ли ей звонить перед встречей. Но потом решил, вдруг она откажется. Она же не знает, каким хорошим парнем я стал. Поэтому нагрянуть стоило без предупреждения. Так сказать, обрадовать её собой.

Конечно, я не знал, сколько у неё сегодня было пар и когда она выберется из универа на свободу. Поэтому слинял с работы прямо с обеда. Сообщив удивлённой Ольге, что после обеда меня не будет.

— Максим Леонидович, вы задержитесь или как?

— Вот именно, Оленька, или как. Я же сказал — меня не будет! У меня возникли срочные дела.

Я приобрёл букет красных роз и подкатил на машине к университету, где училась Юля. Мне повезло, машину я припарковал удачно. Обзор центрального входа был идеальным. Включил музыку, откинулся на спинку сиденья и уставился на двери заведения. В них беспрестанно входили студенты, педагоги и работники уважаемого учебного заведения. С такой же частотой они выходили. Интересно, если придётся ждать до вечера, я что так и буду сидеть в засаде как пацан? Похоже, на то.

Но ждать долго не пришлось. Через полчаса на парадном крыльце университета появилась знакомая фигурка. Юля. Надо же! У меня прямо что — то ёкнуло в области сердца. Наверное, всё — таки сердце. Я не видел Юлю месяц. А она ничуть не изменилась. Такая же лёгкая летящая воздушная. Я быстро выбрался из своего укрытия — машины. Пискнула сигнализация. Двери защёлкнулись. И тут я вспомнил про свой букет. Сделал шаг назад. Пока я возился с сигнализацией, с букетом, потерял время. Выпрямившись, с букетом в руках, я глянул на крыльцо. Уже спустившись с него, Юля в компании однокурсников шла прямо мне навстречу. Лучше было не обольщаться. Скорее, шла она не ко мне, а на саму парковку, где стоял весь транспорт.

— Юля! — окликнул я её, когда она подошла ближе.

— Макс?! — воскликнула ошарашенная она. И обратилась к своим друзьям: — Идите. Я вас догоню. — И снова ко мне: — Что ты тут делаешь?!

— Жду тебя, — мягко произнёс я.

— В смысле, ждёшь? Зачем? — продолжала удивляться она.

— Хотел увидеть, — просто сказал я.

Я смотрел на неё. По— прежнему, красивая очаровательная сногсшибательная красотка. Мило морщит носик, она так всегда делает, когда думает. Как я скучал по её мимике, привычкам, жестам. Как я скучал.

— Ты хочешь со мной о чём — то поговорить? — растерянно спросила она.

Мне показалось, что она занервничала. Нет. Наверное, мне это просто показалось.

— Поговорить? Да я очень хочу с тобой поговорить, — обрадовался я, что Юля шла на контакт, а не отшила меня с ходу. Это был мой шанс. И я его не упущу. И тут же вспомнил про букет, что был в моих руках. — Это тебе!

— Мне? Но у меня сегодня не день рождения, — опешила Юля.

— Держи! — всучил я букет ярко — пылающих роз ей в руки. — Чтобы девушке дарить цветы необязательно ждать праздников. — Я улыбался. Хоть и растерянно, но букет она приняла. Осмелев, я сделал следующий шаг. — Юля, как ты смотришь на то, чтобы поехать куда — нибудь и вместе пообедать?

Повисла пауза. Юля молча обдумывала моё предложение. Я ждал, не решаясь торопить. Пока всё шло нормально, и своей настойчивостью я боялся спугнуть едва уловимую тонкую нить связывающую нас. Я разблокировал свою бэху, демонстрируя, что готов её везти.

— Хорошо, — сказала Юля. — Я согласна. В конце концов, чем раньше мы всё это обсудим, тем лучше. — Она обошла мою машину, открыла дверцу с той стороны. И села на сиденье рядом со мной.

Я был так рад, что всё идёт по плану, что быстро уселся на своё сиденье, завёл двигатель и выехал со стоянки университета. Типа, пока она не передумала. Правда, я не совсем понял, о чём она говорила. Но сейчас это не имело никакого значения. Главное, она согласилась, мы ехали в ресторан и впереди нас ждал шикарный обед. И я, наконец, смогу с ней нормально пообщаться.

10.2

Юля

На следующий день после злополучного похода в банк случилось событие и того хуже. Собственной персоной нарисовался Макс. В разгар рабочего дня! Он поджидал меня на стоянке универа. Этого высокого статного стильно одетого красавца я увидела сразу же, как только вышла на крыльцо универа. Как так я его увидела? Сама не знаю. То ли ждала, то ли боялась его появления после вчерашних шальных денег, вдруг свалившихся на мою бедную голову.

Я его увидела. И офигела. Мне кранты! Спрятаться абсолютно негде. Так что ничего не оставалось, как тупо делать вид, что я его в упор не вижу. Но номер не прошёл. Меня видел он. И этого оказалось достаточно.

— Юля! — ласково окликнул меня Макс.

Я замерла на месте, лихорадочно соображая, что делать? Но что тут сделаешь?

— Макс?! — воскликнула я…

Я села в машину. Единственное чего я не понимала в этой ситуации, если Макс приехал на разборки, то зачем он всучил мне этот великолепный букет алых роз? Я чего — то явно не понимаю. А значит, надо подождать, когда это прояснится.

Мы подкатили к ресторану. И выбравшись из машины, вошли внутрь. Несмотря на то, что было время обеда, свободных столиков было много. Думаю, здесь предпочитают ужинать, да отмечать юбилеи, и только те, у кого тугие кошельки. Официант нас проводил за столик возле окна. Мы уютно устроились друг напротив друга.

Я начала изучать меню. Тщательно, долго, упорно. Результат — ничего так и не выбрала. Потому что, на самом деле моя голова была забита ворохом мыслей, что всё это значит? А, главное, как из всего это теперь выкручиваться?

Подошёл официант.

— Юля, ты не против, если я сделаю заказ сам? — вежливо поинтересовался Макс, видя, как я с пустыми глазами захлопнула папку с меню.

— Да, конечно, — машинально ответила я, думая о своём.

Помимо шикарного букета, врученного мне (как на свидании), меня смущал ещё и его взгляд. Его серые глаза смотрели на меня тепло, дружелюбно, заинтересованно. Вот это последнее, конечно, смущало особенно. Казалось, он реально соскучился по мне…А как же я? Как оказалось, я соскучилась так же. Соскучилась? Да, соскучилась. И пора это признать. Другое дело, мне страшно мешало то, что я всё время ждала разборок: претензий, объяснений, повышенных тонов. Но вместо этого мы ели обалденные блюда, оживлённо болтали обо всём на свете и весело хохотали.

Макс смотрел на меня с такой нежностью, что, уже не оставалось никаких сомнений, что он испытывал ко мне больше, чем просто интерес, больше, чем просто соскучился по забавной девочке.

Я тоже давно забыла все свои страхи и откровенно любовалась Максом. Я слушала его, не сводя с него глаз и приоткрыв рот. Макс старался сильно. Он прямо превзошёл самого себя. Не знаю, когда это произошло (может, даже и не сейчас), но мне показалось, что мы с Максом давно уже вот так понимаем и чувствуем друг друга.

Ой! Я это сказала? Нет. Слава небесам! Это в моей голове.

Макс был в своих темно — синих джинсах и светло — сером свитшоте, который так шёл к его глазам. Подчёркивал их лучистый светло — серый свет. Он что заезжал домой переодеться? Ах да! Зачем ему домой. У него же гардеробная при кабинете. Как быстро я обо всём забыла. Но сейчас он сидит напротив меня. Смотрит на меня. И мне это приятно. Чертовски приятно. Что со мной происходит?

— Юля, да ты слушаешь меня? — дошёл до меня смысл его слов.

— Прости, Макс. Повтори, пожалуйста, — я улыбнулась.

— Встретимся снова в субботу? Сходим куда — нибудь, — ровно произнёс он.

— Хорошо, — ответила неуверенно я.

Внутри меня всё ликовало. Но я боялась выплёскивать это наружу. Слишком всё было неожиданно. Да и последствия были непредсказуемы. Но это явно означало начало нашего романа! Наверное, после всего, что было раньше между нами, я должна была бы сто раз подумать. Нет. Тысячу раз! Взять время на это самое раздумье. Но я этого не сделала. Закралось ли сомнение в мою голову хотя бы на секунду? Закралось и даже больше чем на секунду. Прислушалась ли я к его доводам? Нет. А как я могла это себе позволить? Я безумно соскучилась по Максу. И не могла отказать себе в удовольствии видеть его, встречаться с ним, быть вместе с ним.

10.3

В субботу Макс подъехал вечером прямо по адресу, где я жила. В прошлую нашу встречу, он не просто подвёз меня до дома. А ещё и проводил до двери квартиры.

— Юля, я хочу знать про тебя всё! — так он сказал.

Я тоже не была против, в смысле того, чтобы он провожал меня до квартиры. Дома была Лена. А значит, ничего такого мне не грозило. А насчёт «знать про тебя всё» я усмехнулась. Ну, это как получится.

Сегодня я услышала звонок в дверь, находясь в ванной, и крикнула:

— Лен, ты чего не открываешь дверь?

— Да уж открыла, — услышала я удивлённый голос соседки. И cразу же наступила тишина.

Едва я вышла из ванной в махровом банном халате, с тюрбаном из полотенца на голове, то сразу же услышала голоса, доносящиеся с кухни. Войдя на кухню, я увидела Макса восседающего за кухонным столом и попивающим чаёк вприкуску с печеньем. Вёл он себя по — свойски. И это ему шло. Я тоже уселась напротив него и приступила к чаепитию.

— Юля, я достал билеты на модную постановку в Большом. Так что поспеши.

Я улыбнулась. И двинула в комнату. Через полчаса высушив волосы феном и переодевшись, я явилась снова на кухню. Лена с Максом, по — прежнему, оживлённо о чём — то беседовали. Я даже не удивилась. Знала, что Макс умеет быть таким эрудитом, когда хочет оказать впечатление.

Постановка ошеломила. И заслуживала самых грандиозных похвал. Присутствие Макса рядом впечатляло не меньше. Так близко с ним, казалось, мы ещё никогда не были. Нет. Были, конечно. Но тогда между нами были воздвигнуты баррикады. К тому же, с обеих сторон. А сейчас всё было не так. Сейчас мы оба хотели быть вместе. Нас тянуло друг к другу с неимоверной силой. И когда Макс касался меня, вроде как невзначай, моё сердце начинало бешено колотиться, и пульс зашкаливать. Меня это смущало и будоражило синхронно…

Прощаясь возле моего подъезда, Макс внезапно наклонился и коснулся губами моих губ. От неожиданности я вошла в шок и замерла. Он это принял как сигнал к действию. И начал целовать меня в губы. Теперь уровень шока заметно увеличился. Хотя за секунду до этого казалось, куда уж ещё…Мир уплыл куда — то далеко…Возможно, даже прямиком улетел в космос. Коленки подогнулись. Но Макс крепко держал меня, практически навесу. И я забыла, как дышать. А вокруг меня взрывались золотистые фейерверки…

***

Макс

Роман с Юлей набирал обороты. Я был счастлив. Впервые в жизни у меня был настоящий роман с девушкой. Оказалось, что это совсем нестрашно. А наоборот, очень даже занимательно. Мне с Юлей было очень хорошо. Я заботился о ней, ухаживал и просто общался с ней столько, сколько было душе угодно. Я гонялся за билетами на все модные показы. Следил за событиями, происходящими в городе, чтобы везде успеть и всё показать Юле. Она всегда радовалась этому как ребёнок. Мне нравилось за ней наблюдать. Я любовался ею. Я любил её. И с каждым днём моя уверенность в этом только росла и крепла.

Но было одно «но» в наших отношениях. Юля была девочкой. И я не трогал её. Нет, конечно, я целовал, обнимал, ласкал её. Но я безумно хотел Юлю…И мне не нужен был никто другой, никакая другая девушка, кроме Юли. Но Юля провела черту — табу. И я за её пределы не лез. Вёл себя как школьник. Ну, что тут попишешь! Очень хотелось быть с ней в постели. Засыпать, обнимая её. Просыпаться с ней вместе. Я так размечтался, что даже представлял, как завтрак несу ей в постель. А она просыпается, потягивается и мило улыбается, увидев меня с подносом в руках.

И тут я вспомнил, как уже носил поднос с едой Юле. Там в «охотничьем» домике, и что из этого вышло. Как всё содержимое опрокинулось на меня самого. И глаза Юли огромные распахнутые и очень напуганные. Теперь вспоминать это было забавно. А ведь это было практически нашим знакомством. Нет. Конечно, я видел Юлю накануне, когда нёс её на руках и зашвыривал в машину. Но она была без сознания. А назавтра, когда она пришла в себя, практически и состоялось наше знакомство. Ну да. Немного смазанное. Ну ладно. Сильно смазанное. Чего уж теперь об этом вспоминать.

Сегодня мы отправляемся с Юлей на каток в парк Горького. Девочка оказалась очень спортивной и заводной. Она любила многие виды спорта. Нет. Я, конечно, тоже много чем увлекался. Но, в основном экстремальными видами спорта. Остальное считал баловством. Вот и на коньках стоял только в детстве. И то пару раз, не больше. Но разве можно было Юльке отказать?

10.4

— Макс, ну, пожалуйста…пожалуйста. Я очень хочу! Ты не бойся, я тебя не брошу. Буду помогать, — говорила она, заглядывая мне в глаза и мило морща носик.

Разумеется, на катке я был как слон в посудной лавке. Спотыкался. Наезжал на всех. Ну, или они на меня. Понять не успевал. Главное, было удержаться самому на ногах. Что мне максимально удавалось. Упал один раз. Ну ладно. Два. Но в целом держался молодцом. Зато Юлька была весела, радостна, да просто на седьмом небе. И ради того, чтобы видеть её такое счастливое лицо, я был готов на многое. И чего мне этот лёд! К тому же тело потихоньку вспоминало и восстанавливало свои не очень уверенные, но навыки. И к концу катания, можно было сказать, я вполне сносно стоял на ногах. Но когда Юля подъехала ко мне в очередной раз, похоже, мои глаза смотрели на неё с мольбой о пощаде.

— Ладно, ладно, Максик. Заканчиваем мы твои мучения. И валим с катка, — её слова лились бальзамом на мою израненную душу и тело.

Переодевшись в раздевалке, мы шли к машине, обсуждая, где бы нам перекусить. После выплеснутого мощного потока энергии на катке, на свежем морозном воздухе, хотелось только одного — плотно поесть.

— Макс, я ни разу не была у тебя в гостях. Ты что стесняешься водить к себе девушек? — вдруг выдала Юля.

— Почему стесняюсь, — возразил я. — Просто ты первая девушка, с которой у меня романтические отношения. Раньше мне было некого водить.

— Понятно. А первую девушку, с которой у тебя романтические отношения, можно пригласить? — продолжала улыбаться Юля. Я даже не понял, всерьёз она или шутит.

— Ты действительно этого хочешь? — опешил я.

— А чему ты удивляешься? — продолжала улыбаться она. — Ты у нас, можно сказать, пасёшься день и ночь на кухне. А меня покормить у себя не хочешь, — засмеялась она.

— Ловлю на слове! В следующую субботу ужин за мной. У меня дома. Так что не передумай, милая. Отказа я не приму. Меню уже составляю, — довольный и ошеломлённый я засмеялся. — Ну, а сейчас отправляемся в ближайшее кофе.

После этого разговора я загрузился не на шутку. Это то, что я думаю? Конечно, я несколько раз намекал Юлии, что пора бы наши отношения перевести на другой, более взрослый уровень. Но Юлька была как кремень. Я не давил, не форсировал. Слишком сильно боялся её потерять. Она была для меня всем. Такое было со мною впервые. И я был готов ждать. Ждать сколько угодно. Веря, что в конце туннеля забрезжит свет обязательно.

А в следующую субботу исполняется ровно два месяца нашим отношениям. Практически день рождение нашего романа. И, похоже, оно будет ярким и незабываемым.

***

Суббота

Я любил в Юле всё. Каждую чёрточку её лица, поворот головы, изгиб тела, каждый пальчик на её руках. И давно уже перецеловал на тысячи раз. Её жесты, мимика, улыбка всё радовало меня и доставляло огромное наслаждение. А её заливистый смех как звонкий колокольчик заводил меня не на шутку. Когда она смеялась, запрокидывая голову, я смотрел, как вздымалась её маленькая аккуратная грудь. И всегда в такие моменты старался ненароком её коснуться. Я больше не представлял жизни без неё. В моей жизни всегда должна быть Юля…

Я съездил за Юлей и привёз её к себе домой. Сегодня был особенный день. А Юля мне показалась ещё более красивой, чем обычно. Хотя, чего уж там. Юля всегда была для меня самой красивой, самой очаровательной, самой лучшей. Я любовался ею. Однако от моих глаз не укрылось, что она сегодня странно притихшая и, как мне показалось, даже неуверенная. Может, она уже решила, что погорячилась и передумала?

Я суетился, показывал ей квартиру. Юльку немного отпустило внутреннее напряжение. Она ходила по комнатам. Удивлялась, как много пространства. Наконец, она даже начала улыбаться. И меня отпустило тоже.

— Юля, пойдём к столу. Я же старался, — я взял её за руку, и мы направились на кухню.

— Это всё приготовил ты сам? — округлила глаза Юля, уставившись на роскошный ужин на столе.

— Нет, дорогая. Врать не буду. Заказал в ресторане, — засмеялся я. — Но замечу, не всё так запущено. Я бы мог и сам. Но не решился рисковать именно сегодня. Ведь ты впервые у меня в гостях. А мне хотелось, чтобы всё было на высоте.

— Ты так рад, что я, наконец, у тебя дома? — испытующе Юля взглянула на меня.

— Ты даже не представляешь — как рад, — я обнял её за плечи и поцеловал.

Мы ужинали. Типа, ужинали. Оба волновались. Оба почти не притронулись к еде. Так по чуть-чуть дегустировали разные блюда. Я выпил два бокала вина. Юля лишь слегка пригубила. Я не настаивал. Не хотел, чтобы потом возникло недоразумение. Сам я выпил лишь, чтоб немного расслабиться.

Глядя на прекрасную Юлю я поражался сама себе. Как хватало терпения целых два месяца держать свои руки подальше от её роскошного тела. Зато сейчас, наверное, я раздевал и пожирал её глазами прямо за столом.

Юля вдруг поднялась со своего места и подошла ко мне. Она обняла меня за шею. Я потянул её к себе и впился страстным поцелуем в её мягкие влажные губы. Она отвечала мне взаимностью. Моё возбуждение росло. А скоро от перевозбуждения меня уже было не остановить.

10.5

— Юленька, ты согласна стать моей? И только моей? — шептал я ей на ухо, как будто кто — то посторонний мог услышать наши с ней секреты.

— Да я согласна, — прошептала она мне в ответ, словно смущаясь своей решимости.

— Ты точно обдумала своё решение? — из последних сил я пытался дать ей ещё шанс. Последний шанс к отступлению.

— Да, да, да… — почти вскрикнула она.

Я больше не колебался.

Взяв любимую на руки, я понёс её в спальню. Там поставив её на ноги, я медленно начал её раздевать. Расстегнул молнию платья сзади на спине. Снял с неё платье. Бюстгальтера на ней не было. Восхитительные два бугорка её груди стояли и так торчком, глядя на которые, я только начал ускоряться. Колготки и трусики полетели в сторону. Я откинул покрывало и снова взяв Юлю на руки, уложил на постель. Скинув на ходу с себя одежду, я в одно мгновение оказался рядом с ней.

Пока я раздевал свою любимую, она не проронила ни слова. Всё время смотрела на меня широко распахнутыми синими глазами. Я пытался читать её по глазам. Но они были нечитаемые. А я был слишком возбуждён от предвкушения…

Ощущения были настолько острыми и яркими, что мне казалось, что никогда ещё в жизни я не испытывал ничего подобного. Её такое совершенное идеальное тело мягкое и упругое отзывалось навстречу моим настойчивым ласкам. Прогибалось, пульсировало, отвечало взаимностью. Я зацеловал его, не оставляя ни одного сантиметра. А мысль о том, что Юля досталась мне невинной, просто сводила меня с ума. И придавала моим рукам такой нежности, на которую я только был способен. Я был её первым мужчиной…

— Я люблю тебя, — без конца повторял я.

— Я люблю тебя больше, — вторила она мне в ответ.

Эта была самая прекрасная, самая лучшая ночь в моей жизни. Я был в постели со своей любимой, желанной, с самой восхитительной женщиной на свете. Со своей Юлей.

***

Юля

Я стала всё чаще оставаться у Макса ночевать. Он просил меня переехать к нему жить. Но что- то меня останавливало. Я даже не могла себе это объяснить. Наверное, не хотела, чтоб он чувствовал свою вину за произошедшее. А в связи с этим какие — то обязательства со своей стороны. Он ничего мне не должен. Я сама пошла на это. Осознанно. Макс любил меня. Я — его. Я сама хотела, чтобы мой любимый стал моим первым мужчиной. Я была счастлива. Я любила и была любима. Что нужно ещё? Встречались мы с ним часто. Дважды в неделю. Иногда, когда позволяли обстоятельства и чаще.

Я любовалась его безупречным телом, увитым накаченными мышцами, роскошным задом, когда он соскакивал с постели и устремлялся в душ.

— Я первый — выкрикивал он и смеялся. Я оставалась в постели, мечтательно закатывала глаза и ещё долго ощущала тепло его ласковых нежных рук и поцелуи на себе.

По утрам он ловко готовил вкусный кофе и поил меня им по утрам. И смотрел на меня долгим влюблённым взглядом своих лучистых серых глаз. Я была так счастлива, что просто летала в облаках.

А потом случилось это.

У меня были ключи от квартиры Макса. И я сама приходила к нему. В этот мой приход в квартире было тихо.

— Макс, ты дома? — крикнула я. Но никто не откликнулся.

Я удивилась, потому что ещё с улицы видела свет на кухне. Поэтому скинув верхнюю одежду, прямиком направилась туда.

Мрачный Макс сидел за кухонным столом. Перед ним на столе стояла початая бутылка коньяка и наполовину пустой бокал. Бутылка тоже была наполовину пустой. Что меня насторожило.

— Что случилось? — спросила я, не сводя с него взгляда.

— Это ты скажи — это правда? — хмуро спросил Макс.

— Что правда? Ты о чём? — опешила я.

Не глядя на меня, он долил в свой бокал коньяк и начал пить. Воздух, насыщенный парами коньяка, вдруг стремительно устремился в моё нутро. И меня затошнило. Я бросилась в туалет. Меня вырвало. Нет. Меня прямо выворачивало наизнанку. Бледная я спустя полчаса выползла из санузла и вернулась на кухню. Ничего непонимающая я села напротив Макса.

Плохие новости. Бутылка была пуста. Да что, чёрт возьми, происходит?!

Макс поднял на меня свои глаза. Меня напугал его взгляд. Такие любимые серые глаза сейчас смотрели на меня с ненавистью и презрением. Я съёжилась под его ледяным колючим взглядом.

— Ты, правда, спала со мной за деньги? — выпалил он таким тоном, что я вошла в шок.

Хотела сжаться в комок. Хотела стать невидимой. Хотела исчезнуть.

— Макс, я сейчас всё тебе объясню… — начала было я.

— Нет! — не дал сказать мне он, и ударил кулаком по столу. Я вздрогнула. Такого я его не видела ещё никогда. — Ты действительно получила от моего отца деньги? — выкрикнул зло он. — Я тебя спрашиваю. Да или нет? Отвечай! — глаза его метали молнии. Я физически ощущала, как жёг его взгляд мне кожу.

— Да, — еле слышно прошептала я. — Но…

— Убирайся прочь су…! — перебил он меня. — Я думал, ты моя единственная. А ты такая же, как все! Дрянь.

— Макс, позволь я всё тебе объясню, — взмолилась я.