Дневник 1917–1924. Книга 1. 1917–1921

Октябрь 1917

13 (пятница)

Поговорив вчера вечером о делах, мы оба расстроились. Я жаловался на холод и что утром мешают работать. Юр. сказал: «Сидите пишите». Сам забрал хорошие книжки, которым вчера так радовался, и под дождик побежал. Стыдно мне стало ужасно. У меня топили печку, обедали дома. Юр. притащил мне Араго¹. Стыд ужасный. Пошли еще по букинистам. Пили чай у Филиппова². Зашли к Мелентьевичу. Сидят дремлют, ждут гостей: Ясного и Щеголева. Пили хорошо чай с сладостями. Тухло электричество. Думали, что цеппелины³. Домой зашли. Юр., голубь, побыл. У Леви картеж.Они ухаживают за Юр. и сторонятся меня. В «Привале» репетиция отменена⁴, чаем нас не попоили, так домой и пошли. Граф и Шапорин меня угнетают немного. Евреинов шутовался и пополз к Л. Андрееву⁵. Ольг<а> Аф<анасьевна> сиротливо сидела, приплелась под дождем. Какой-то наглядный развал. Лурье все-таки какой-то свинятка.

14 (суббота)

Писал хорошо, хотя разбудили меня и поздновато. Звонили разные личности. Пришел Феликс. Планы разные. Боюсь его визитов в Павловск. Евд<окия> Ап<оллоновна> всех со мною ссорит. Вышли купить бумаги, и только. Весь вечер дома, мирно и хорошо. Луна светит. Юр. наклеивал картинки в альбом⁶. Хозяева запираются на два ключа. Читали Диккенса⁷.

15 (воскресенье)

У Юр. был Морозов. Один он гораздо лучше. При нем пришел Петров. Не очень понравился он мне и торговался, как жид. Мамашу заарестовали в кухне. Не знаю, как вывернусь. Писали вечером, купили к чаю кое-чего. Пришел Мелентьич с Кондыревым, Феликс, Петников и Петров, очень милы. Только чая не было. Спорили. Юр. читал «Одухотворенность»⁸. Пошли в «Привал». Бобиш мечтает о «Безумцах»⁹. Звонил еще Лурье и Анненковы. Сологубы приехали¹⁰. Новостей масса. Писать, писать!

25 р.

16 (понед<ельник>)

Юр. побежал с утра. С Ал. Петр<овичем> разминулся; заболел зуб; пришел, лег. Чацкина звонила. Звала Елиз<авета> Кл<авдиевна> в цирк, масса удовольствия¹¹. Пришел Феликс. Юр. наклеивал. Двинулись. Вера Ал<ександровна> не поехала из-за глаз. Борис весел и ничего себе. Обед приятен очень. Бобиш поехал относительно «Сольвейг»¹². Были 2 жида, потом Альтман и Гранди. Елен<а> Ал<ександровна> оживляла. Вернулся Боб с успехом, пили красное шампанское и ликер. Планы, планы. Ночь дивная. Такая луна и тепло. Швейцара не дозвонились¹³.

300 <р.>

17 (вторн<ик>)

С утра пошли к Филиппову, потом они покупать, я домой. Вернулся Юр. Обедали у Чацкиной. Юр. торопился домой, я на репетицию, которая не состоялась. Были там мальчики.

18 (среда)

Что было? не помню. Печально как-то в лавке, было холодно и пусто. Плелись с Феликсом. Репетиции, кажется, не было опять, т. к. у Павловой нога болит¹⁴.

19 (четверг)

Писал, писал без памяти. Кожеб<аткина> все не мог поймать. Чудная погода. Ходил к Софье Ис<ааковне> за чаем, завтракал и толковал о страстях. Юр. созвонился с Бриками, а к нам пришел Хлебников. Вместе отправились. Они переезжают. Квартира большая, хозяйственная. Привольное житье¹⁵. Поели у Филиппова. Картиночки у Юр. не купили. Дома писали и дописали.

20 (пятница)

Поправляли. Солнце светит. Феликс пришел. В «Вене» сидели ждали, а Мелентьич ждал в другой комнате. Всё порешили. С Юр. они толковали. Заезжали за сладким. Пили весело чай. Юр. всё хотелось вина, но в кабинеты нас не пустили нигде¹⁶. Ели в «Ярославце». Потом были в кинемо¹⁷. Не побыл Юр.

125 <р.>

21 (суббота)

Ходил немного. Юр. тоже улетучился. Натащил массу книг. Поехали обедать. Я заходил в «Привал». Там в нужде, но милы и строят планы. И культурные вкусы есть. В Мих<айловском> театре было скучно немного¹⁸. Уж очень плохо играли. Рано, рано кончили. Юр. купил мне еще Бальзака. Пили чай, работа<л>, но не побыл, бродяжкин.

15 <р.>

22 (воскресенье)

Что было? Ждали Феликса. Обедали. Видели американскую драму¹⁹. Утром был у Матвея, говорил о политике.

23 (понедельник)

Встал еще со светом. Чаю не пил. Идти было не неприятно, но далеко. Целый день сидел. Юр. ходил к Брикам. Всё отлынивал, но к вечеру вдруг побыл отлично. Как-то наши дела!

24 (вторник)

Опасно и тревожно. Я люблю все-таки такие дни. Ничего нигде нет. Сидели в темноте у Веры Александровны. Планы в силе. Феликс прийти побоялся. В<ера> А<лександровна> согласилась.

25 (среда)

Топились печи. Юр. выспался. Сведенья: банк занят, предпарламент распущен, Керенский бежал. Премьер – Ленин, иностранных дел – Троцкий. Объявления к народу уже от большевиков. Пальба. У Чацкиных уныние. Я<ков> Л<ьвович> приехал. С<офья> И<сааковна> вдруг говорит, почему я большевик²⁰ и что неприятно, чтобы в доме бывали большевики. Какая глупость. У нас были Феликс и Морозов, спорили. Юр. не хотел идти ни в «Привал», ни к Брикам. Вышли только купить кое-чего и пили дома чай. Писались. Тихо, тепло, вдали стреляют, будто пушки. Только бы мир!²¹

26 (четверг)

Чудеса свершаются. Все занято большевиками. Едва ли они удержатся, но благословенны. Конечно, большинство людей – проклятые паники, звери и сволочи. Боятся мира, трепещут за кошельк<и> и готовы их защищать до последней капли чужой крови. Ехал к Мейерхольду. Встретил его: идет на перевязку. Подождал. Какая Италия у него в комнатах, легкость и детская уютность. Звонят гимназисты. Сочинения все Гоцци на бюро. Пили чай, толковали. Юр. приуныл о денежках. Пришли Петников и Артур. Артур кисел, а Петников страшно мил и привлекателен. Пили чай. Потом пошли к Брикам. Тепло и хорошо. Маяковский читал стихи. Юр. что-то зауныл. Вообще дела наши нехороши. «Привал» совсем в отчаяньи. На улицах тепло и весело. Дух хороший.

27 (пятница)

Действительно, всё в их руках, но все от них отступились, и они одиноки ужасно. Власти они не удержат, в городе паника. Противные буржуи и интеллигенты всё припишут себе, а их – даже не повесят. Идет Керенский, Корнилов, Каледин, чуть ли не Савинков²². С кем только, интересно знать. Кто-то был. Да, Ленечка. Хорошо рассказывал о Зимнем дворце. Почти большевик²³. У Шайкев<ичей> тоже паника, хотя сидели довольно мило. Идти темно и тепло. Тихо, как в постели. Опять не исполнится надежда простых, милых, молодых солдатских и рабочих лиц.

25 <р.>

28 (суббота)

Ходил к Соф<ье> Ис<ааковне>. Демократические газеты призывают к гражданской войне²⁴. Какая сволочь. Сплошная истерика. Но никто не признаёт и не признáет Ленина and C-ie. Артур прибегал <нрзб>, почти большевик, но вывертывает что-то. Вышли погулять. Потом Феликс пил чай у нас. Хорошо. Был Иван Платонович. Он уютный, хотя с хитрецой²⁵. Вечером были на какой-то хламной драме в «Солейль»²⁶. Всё спокойно, а все твердят: «На Невском стреляют».

30 <р.>

29 (воскресенье)

Коля пришел, сидел, сидел. Что еще. Зашли к Феликсу. Развешены бюллетени, декреты. У Феликса тихо и уютно. Пили чай. Не поспели в кинемо. У Бриков уже был кое-кто. Потом было чел<овек> 11. Блинов ел много, но вино было плоховато. Юр. бегал за Асей, всех почти рвало, дамы были целованы, Кнакфус, музыкант, вдруг заинтересовался мною, но хотел задушить Кричевского.

13 <р.>

30 (понед<ельник>)

Ничего не прислали. Матвий не дал. Юр. убит, совсем. Говорит: «Как и вы, себя чувствую», – но побыл. После еды пошел в «Привал». Темно, холодно, прячутся. Савинк<ов> где-то сидит под спудом. Сав<инков>, Филоненко и офицеры. Вечер был романтичен. Татьяны нет. Шел, как пьяный. Юр. что? Не знаю. Все один, больной, оборванный, грязный, немного злой. Пошли к Брикам. Л<иля> Ю<рьевна> танцует²⁷. Ася там. Жак спит. Играли в винт и вели политические разговоры.

3 р.

31 (вторник)

Ни сахару, ничего нет. Погода прелестна, ясно, весенне. Гукасов живет в саду за решеткой, прелестный дом. В такую погоду хотелось бы путешествовать, вести беззаботное существование. Зашел к предс<едателю> комитета; жид в халате, перепуганный и наглый. Черт с ними. Зашел к Кричевским, но <тот> ничего не сказал. Сидела Бельтер, очень мило одета, вышивала, рассуждая о русской душе, социализме и важности крови. Чирикала Любовь Исидоровна. Все вышли. Опять в <нрзб>. Спит. Поперся к Матвию. Пришел Рославлев. Сделался комиссаром от большевиков, реквизирует муку. М<атвей> И<ванович> скучно и теоретически рассуждал. Боже мой! Юр. ждет. Опять идти. Гуляют матросы, красная гвардия. Гукасов удивлен, любезен, почти польщен. Купил пастилы. Юр. сидит у меня, пишет. Солнце во всю мочь. Хозяйка ворчала на меня, что если нет средств, незачем нанимать такие комнаты. Юр. вышел спорить, но они стали повеселее. Пошли обедать. Заходили к Клочкини, он утешителен и заветен. Обедали со свечами, но хорошо очень. Юр. что-то уныл. Да, конечно, какое его житье! Нам бы иметь много денег и достаток. К Ив<ану> Пл<атоновичу> не пошел. Дома приглашение на дежурство²⁸. Вот гадость! Пили чай, но не читали. Юр. заброшен, хандрит и уединяется. Спаси его, Боже!

400 <р.>

Ноябрь 1917

1 (среда)

Всю ночь сегодня колобродили. Юр. вставал на дежурство, беднягин, будил меня, но я не был сегодня в списках. Пили чай, мамаша ворчала на буржуев. Потом объявили, что печь будет 2 раза в неделю. Я загрустил, вспомина<я> 1906 год, печку, которая у меня треснула от жара, Сомова, Сапунова, свечи, начало известности, Казакова, эскапады¹. Будто 100 лет тому назад. Погода опять хороша. Матвей дал кое-что. Дома Юр. вставал. Поели немного. Вышел. Веселый ветер. Разводят мосты. Ввели целую эскадру к Обухову². Очень весело. Какая-то Александрия. Татьяны не было и, что еще удивительнее, в «Привале» не было ни души³. Дома сидел Феликс и при свече читал рассказ под А. Толстого. Я не пишу ничего. К Кричевским в подъезд еле пустили. Я сам с такой охраной охотно бы устроил погром, так эта трусость противна. Бриков не было. Было мирно и буржуазно. Играли в тетку⁴, в граммофон слушали Шаляпина, все-таки звук его голоса вне сравнений, колдовской и очень русский. Выиграли. С Г. Б. не поговорил. Вот. Голодновато, и дома начали меня уничижать.

35 <р.>

2 (четверг)

Топили печи. Денег не прислали. Пошел один к Татьяне, она выходила искать денег, все продает. Едет в Москву, испугана и болтлива. У нее не всё в порядке, но известная прелесть светскости есть. В «Привале» вставали, были очень милы, вспоминали прошлое, мечтали о будущем. Не очень паничны. Деньги – вопрос 1-2 дней. Брился. Офицер в ужасе, ч<т>о мастер оказался большевиком. Юр. с зубами, сердитый и мрачный. Пошли к Фридам. Угодили на рожденье. Обед, пирог, крендель. Ясный, Елиз<авета> Клавд<иевна>. Ничего было. Картинок Юроч<киных> никто не хочет. Вот так. Вечером мирно говор<или>. Ночью Юр. приходил и побыл.

3 (пятница)

Приуныл. Газеты закрыты⁵. Театрам грозят, все разъехались или боятся. Шел к дружочку. Удрал неизвестно куда. Всю дорогу зевал, не мог отзевнуться. Вспоминал 1907 год. Юр. все спал. Сердитый встал. Отправился к Кричевс<кому>; папирос нет. Из Москвы ничего нет. Расстреляли, что ли, или разбежались⁶. Кричевского нет дома. Вернулся. Юр. навязал книжки⁷, побежал к Клочкову. Долго ждал Кричевского, смотря Ропса и Росетти⁸. Беспокоит нас Люба, ужасно, она добрая девушка. Приехал, дал немного, ссылаясь на военное время. Что еще? Юр. сидел у Филиппова. Купили кое-чего, ели у Лейнера⁹. Хотели было пойти к Брикам, но зашли в кинематограф. Чаплин бесподобен¹⁰. Дома устроились с дежурством, с Любой. Пришел Феликс и пили чай.

60 <р.>

4 (суббота)

Что же мы делали? Юрочка убежал куда-то. Я удрал от Паскарихи бриться. Паскарь и Семенцов – два кошмара, но первая в 100 раз хуже и назойливее. Юр. явился с Тенкате и книжкой. Звонили Клаше, они всё ходят по знакомым с ночевкой, боятся дома, но жаждут репетиций. Феликс мрачно явился без денег. Темно. Электр<ичество> не горит. Свечки мало. От дежурства откупились. Вечером никуда не ходили. Читали и писали.

5 р.

5 (воскресенье)

Еле поспели к Ясному. Было ничего. Пироги. Вино паршивое. Дома пили чай.

6 (понед<ельник>)

Утром был у Матвия. Вышли с Юр., бродили. Масла нет. Купил свечей, сыру. Ели у Лейнера и к Ел<изавете> Кл<авдиевне> пришли до нее. Юр. спорил. Приват-доценты были скучноваты. Ночью Юр. с зубами. Дежурить должен. Колобродили.

80 р.

7 (вторник)

Снег и чудная погода. Юр. с зубами. Ходил бриться. На почту. У В<еры> А<лександровны> долго сидел с Шурочкой. Просили зайти в 5 ч. Дома приш<ел> Семенцов, он будто не в своем уме, бестолков, но известная светскость и порода есть, особенно когда в фуражке. Пели, потом читали. У В<еры> А<лександровны> долго было ждать. Были дети, пили чай. Юр. убежал. У Каннегисеров было уютно, чуть-чуть уныло. Сакеры убитые какие-то. Дежурить мне сегодня.

8 (среда)

Все капризничал, хотя Юр. с утра побыл. В<ера> А<лександровна> прислала. Пирог испекли с маком, невкусный. Ходили к переплетчику и Лебедеву. Снег, и лежит. Настоящая зима. Я спал. Утром было очень хорошо. Проспал Феликса. Потащил меня Юр. в кинемо; я хныкал, но потом обошелся. Пили чай дома.

50 <р.>

9 (четверг)

Что было? Звонит вдруг Ел<изавета> Кл<авдиевна>, не нужно ли денег от неизвестных личностей. Утром был в «Привале». Сомова не было, к Анненкову не попал. Юр. все спал. Кто-то был. Пошли к Брикам. Был банк. Играли в карты¹¹. Были Лурье и Петников, очень похорошевший. Что еще?

10 (пятница)

Рано Юр. вернулся с дежурства. Являлся к нему полоумный проп<оведник> Васильев с объяснениями. Пошла мамаша. Все расстроились. Я побежал к Канторовичу, но его, к счастью, не было дома. Долго спал Юр. Есть невыразимая нежность, когда он спит, и мамаша, немного плачущим голосом, говорит: «Юрочка!» Топили печи. Вдруг еще прислали деньги. Ходили бриться, купили меду, обедали. Я пошел к Каннегисерам и в «Привал». Юр. в кинемо и ждал меня с чаем. Тихо и хорошо, хотя деньги и истратили.

200 <р.>

11 (суббота)

Утром являлась хозяйка и грубо опять кричала на меня за деньги. Господи, что нам делать. Ты мне помогаешь чудесами, но я сам все порчу. Мамаша права. Хотя бы маленькую, но свою квартиру, где бы не нужно было трепетать. Пошли на выставку. Пустыня и очень скучный vernissage¹². С Щербаковым поехал обедать. У него выезд. Я все спал. Заходили еще в лавки.

12 (воскресенье)

Вечер<ом> были у Бриков. Были там Кушнеры и играли в карты.

13 (понед<ельник>)

Что было. Ходил на репетицию. Не обещали наверное денег. Продавали книги у Клочкова. Зашли к Брикам, они звали к Кричевским. Юр. не пошел. Погода обворожительная: луна, мягко, сухо. Он еще не спал. Пили чай. Дежурил я, читал Лескова.

15 <р.>

14 (вторн<ик>)

Что было. Репетиция не состоялась. Денег нет. Я будто умираю. Юр. встретил. Сходил к Чацкиной. Ее встретили, гуляли, зашли домой. Спорили. По дороге к Шапориным Юр. ругал меня. Там ничего, уютно и скучновато. В<ера> А<лександровна> ничто мне не прислала. Юр. опять бранил меня, что я мамаше ничего не даю, а обедаю тем не менее. Легли поздно, а он встал на дежурство.

2 <р.>

15 (среда)

Проспал и совсем болен. Погода прелестна. Мягкая и сухая. Ходил к С<офье> И<сааковне>, нет дома. Матвий не дал. Юр. собирается выскочить. Опять лежал. Юр. притащил денег. Пил шоколад с Философовым, был у Жеверж<еева>¹³, его брат имеет до меня дело. Пошли опять. Я брился и сидел в темном «Привале», где никого не дождался¹⁴. Юр. туда заходил. Я опять лежал. Юр. опять с деньгами. Кричал на меня. Отдал хозяйке. Пили чай, сидели и рано легли спать. Всё что-то жевали. Господи, спаси нас.

60 р.

16 (четверг)

Писал. Вышли к Ясному. Юр. продал кое-что. Уютен и мил. Купили книг, сластей, завернули в «Привал», все спрятались. А<лександра> Сем<еновна> даже потушила огонь в кухоньке. В<ера> А<лександровна>, говорят, больна и в бреду звонит по телефону. Борис внизу аппетитно говорит, что наверху – чай, камин и разные прелести, когда все прячутся. Погода мягкая. Пили чай дома. Читали Франса. Все повеселели немного, но Саблин весь сгорел¹⁵. Это грозит. Юр. побыл. На дежурство, вероятно, не пойду. Вот так. Рад, что начал писать¹⁶. Господи, благослови.

17 (пятница)

Погода прелестнейшая. Отправился к Форесте. Нагнал меня Пронин. У них потоп опять¹⁷. Ждут денег. К Рубинштейнам вместе со мною явились ударные офицеры¹⁸. Выбежал сынок, кривлялся, изображая дофина. Евг<ения> Генр<иховна> не так мила, как я предполагал, и рассказывала мало утешающие случаи, что Митька теперь, мол, отказывает даже друзьям детства. Юр. вставал. Солнце. Работал. Чернявский пришел, забрал у Юр. Флоренского¹⁹, на которого Юр. так радовался еще вчера. Пили чай. Я безобразно ворчал на мамашу. Юр. навязал громадный тюк книг Ясному и принес все почти домой. Играли Глазунова до беспамятства. Милое, ничего себе. Луна зелена ужасно. Дежурил, читал Порфирьева²⁰. А вдруг Митька откажет? Умирать опять?

18 (суббота)

Погода чудная. Встал очень рано, все ждал телефона, нет. Посланных нет. Юр. мрачнеет. Собрал книжки. Пошли вместе продавать. У Соловьева масса книг эротических. Брился. Дома пили чай. К Кричев<скому> пришли первыми. Масса народа, все евреи, положительно Иродов пир, эллинизированный, вроде Филона. Брат Л<юбови> И<сидоровны> говорил о Париже, Дягилеве, Баксте и т. п. Юр. все время был в библиотеке, смотрел книжечки, сидел близко. Подпили все; были блины. Снег выпал. Звали нас Персиц<ы>, Бельген и Левины.

15 р.

19 (воскресенье)

Разбудили меня поздно, да и то все спал. Юр. мрачен. Он не терпит, что я сижу дома, вообще не любит, чтобы я писал. Фореста молчит как убитая. Мамаша провалилась. Едва поспели к Персиц. Юр. мрачен и бранится как не знаю кто. Там мило и любезно. Планы издательства²¹. Гржебин заседает. Все хорошо. По мокроте пошлепали в «Привал». Расстроены донельзя. М<ожет> б<ыть>, завтра. Вечером Юр. объяснялся. Ему обидно, что ведет себя лучше, а игрушек каких-то нет. Опять ругал, что плохо хожу, мало спрашиваю, что моментально не дают, не пристаю с ножом к горлу. Печку топили.

20 (понед<ельник>)

Отправился к Евг<ении> Генр<иховне>. Лакей, как из фарса, уже покровительственен. Ничего не вышло, всем отказ. Руманову отказал. Ал. Льв<ович> вышел, его переехал автомобиль. Граммофон пел Дорой Строевой, «интеллигентным» басом²². Фореста звонила Чацкиным. Просили зайти. Там сочувственно, кисловато и продолжительно. Племянник, мальч<ик> от Гуревича, третировал Якова Львовича. Камин трещал. Всё об переводах для «Огней»²³. Юр. выбегал, оставив записку, мил и раскаян. Писал. Опять побежал. Темно. Света не дают. Пили чай. Видел он массу людей. У Ленечки. Отнесся крайне официально и отрицательно к моей просьбе. Обедали. Сенатор Блуменфельд очаровательно уютен, как из Франса. Всем стало бодрее и веселее. Снег идет. В «Привале» уходят. Только завтра. Господи, что нам делать. У Бриков была Любавина и Венгров. Мило очень. Л<иля> Ю<рьевна> надевала розовые пачки и показывала танцы. Было винцо. Поздно засиделись.

45 р.

21 (вторн<ик>)

Не помню, что было. Без денег. Вечером читали Mirabeau²⁴, и Юр. побыл, голубь.

22 (среда)

Проспал. Адски болит голова. Ничего не прислали. Леви не тормошат. Юр. ходил куда-то продавать что-нибудь. Принес мармеладу и книжки. Я выспался, и голова прошла. Ходили к Брикам. Они на отходе к Кушнерям <sic!>. Сидит Альтман и Гартевельд. Она – мусорная какая-то и слушает лекции у Зубова²⁵. Дома что делали, не помню.

23 (четверг)

Что было? ничего не присылали. Выходил к Матвию, – ничего не дал. Юр. что-то делал. Пили чай дома. Да, Юр. ходил попусту. Помчался к Юрьевскому. Я сидел дремал. В<ера> А<лександровна> звонит. Теплее, но дрожь пробирает. Репетиция. Сидит Филоненко в бороде. Алекс<андр> Сем<енович> злится. Ольга Аф<анасьевна> и Лурье слегка надуты. Юр. продал модные картинки. Дома долго читали, делали чай.

150 р.

24 (пятница)

Утром прислали от Сабашниковых²⁶. Вышли покупать кое-чего. Немецкие книги. Обедали. Встречали разных редких людей. Снег валит. Скоро будет таять. Зашли в «Привал», но сегодня все на «Черной Пантере»²⁷. Ужасно не хочется идти завтра к Андреевой²⁸. Вечером мирно сидели. Я тянул было Юр. в разные места, но он не хотел, поспал. Сидели читали «Мечтателей»²⁹. Еще разбудил меня почитать, что он написал о мечтателях.

200 <р.>

25 (суббота)

Пошел далеко пешком в Нар<одный> Дом³⁰. Юр. рано встал; пил чай из самовара и убежал куда-то. Снег успокаивает, но у меня болела голова жутко. Персиц не была. Юр. нанес книжек. [После обеда пошел с письмом к Перс<иц>. Юрочка отказался идти к Шапор<ину>, но отправился к Л<иле> Юл<ьевне>. Скучно было без него очень.] Дома пили чай. Персиц<ы> обедали, был Гржебин, но с нами не поехал. У Ремизов<ых> тепло, но уныло несколько. Была Кассандра. Назад нас завозили по Петроградской. Персиц очень мила, но что-то мне скажет?

26 (воскр<есенье>)

Юр. поздно встал, и я его почти не видел, т. к. пошел относить письма, а он к Шапор<ину> отказался идти и поплелся к Брикам. Скучно мне было без него очень. Погода хорошая. Зашел к Олет; сидели у камина, пили чай по-старому, болтали. Артур все бродит. Уныло все-таки как-то это сожительство. У Шапор<ина> кисловато, сначала был я один, потом пришел Борис. Чек действительно есть, и действительно по нём не платят. Ехали в траме довольно весело. Юр. не спал, но печальный какой-то. Огня нет. Посидели, он писал, я читал половую книжку³¹.

2 р.

27 (понед<ельник>)

Что было. Сговаривался с Андреевой, от которой получил письмо. Это о народных развлечениях³². Юр. ходил куда-то, но вернулся ни с чем. В «Привале» ничего. Позвонились Ясному. Играли, пили чай. Вот так.

28 (вторн<ик>)

Чудное солнце. Юр. рано встал. Топили печи. Все закрыто, дурацкие плакаты, но настроение будничное до крайности. Лейнер заперт. Весело завтракали в «Франции»³³. Брился дома. Зашли к Феликсу. Он женился, оказывается, на Магдалине. Вот так история! Ехали к Персиц. Она согласна. Слава Богу. Мечтали об издании. Играли. Пили. Ели. Лурье был доволен. Лизетта была, Альтман, Гржебин, Шерлинг. Очень мило.

3 р.

29 (среда)

Холод и ясно. Звонился. Долго не слали. Юр. выбегал. Пришел Сашá, уютный и милый. Обедал с нами. Поехал. Марьи Ф<едоровны> нет. Встрет<ился> знакомый, не то актер, не то художник. Был Замятнин. Просто. Занимал. Показывал медали, рассказ<ывал?> из жизни. Про дело ничего. Обедал. Не дождался Андреевой. Юр. дома с книжками, но что-то кисленький. Пили чай. Мамаша пекла хлеб вкусный. Юр. положительно что-то скучает.

410 <р.>

30 (четверг)

Выбегал куда-то. Или нет. Юр. ходил. Поехали обедать. Покупали кое-что и зашли к Брикам. Там Шурка Израилевич и Гранди. О<сип> М<аксимович> уехал. Л<иля> Ю<рьевна> устроила комнату. Играли в карты. Сидели раньше в café. Вечером долго сидели. Утром Юр. побыл, но Оля помешала.

Декабрь 1917

1 (пятница)

Сегодня первое число, новый месяц, а я проспал безбожно, зол и с головною болью. Тепло и сыровато. Пошел к Лизетте. Тихо, печка топится. Посплетничали, ели макароны. Муки у нее уже нет. Еле плелся. У нас сидит Саша. Я лег. Юр. отправился. Я все спал. Юр. принес книг, масла, сыра. Веселый. Пили чай. Поехали втроем весело. Там ничего, хотя Олет и Артур тайно пикировались. Читали и играли. По улицам стреляют¹. Из Англии разбирают, можно ли выпустить Чичерина². Какой-то он приедет, зайдет ли ко мне³. Юр. люблю без меры, хотя ленюсь.

2 (суббота)

Что было-то. Заходили к Феликсу. Пили чай. Морозов туда звонился. Потом к Лизетте. Всех отгласила. Мы звали Персиц, но оне не приехали. Было ничего себе, чуточку скучно, был Смирнов. Поливанов не приехал. Вот так.

3 (воскресенье)

Что делали? Рано обедали. Потом ходили в кинемо. Зашли к Брик. Там Эльза и Альтман. Волнуются, будет ли театр. Был Козлинский, Андреев и француз⁴. Л<иля> Юр<ьевна> не совсем в духе. Юр. книжки продал. Стреляют⁵. Темно. На выставку не ходили. Утром был Артур. Все-таки он ханжа какой-то.

4 (понед.)

Ходил, ничего не выходил. Юр. писал. Солдаты идут с музыкой, мальчишки ликуют. Бабы ругаются. Теперь ходят свободно, с грацией, весело и степенно, чувствуют себя вольными. За одно это благословен переворот. Брился. У Матвия был типограф-немец. Насилу наскреб. У Персиц было страшно мило. Читал Юр. Хорошенький, мой, талантливый и ласковый. Все стреляют. Их тетушка едет в Америку, потом в Палестину. Будто из кинематографа.

40 <р.>

5 (вторник)

Туманно. Звонил Саше насчет Уконина, а он сам пришел с дивным колье из опалов и старых сафиров. Планы довольно спекулятивные. Отправился к Радлову. Любезны и дали. Звал к себе. Юр. дома. Весел, ничего себе. Пришла племянница. Хорошо обедали. У Бриков играли в карты. Дали масла. Насчет камней подождать.

25 р.

6 (среда)

Юр. бранил мои стихи. Я обиделся и защищался. Юр. даже прослезился. Но я был очень обижен. Как-то очень чужо и одиноко почувствовал себя. Были в кинемо, по-моему. Утром была у нас племянница Вер<оники> Карл<овны>.

7 (четверг)

Что было? не помню. Саша приплелся поздно, да и то мы его встретили. Я продал Казанову и т. п. книги, и Юр. продавал. Сидели у мрачного Филиппова, где заседал и Философов. Дома пили чай. Звонили всюду. Чудновские пришли поздно-поздно. Юр. читал. Не так было уютно. Сашенька у нас ночевал.

40 р.

8 (пятница)

Саша явился с каким-то господином, который покупает колье. Не знаю, купит ли. Юр. мрачно спит. Пекли пирог и хлеб. Я брился. Юр. побежал. Я его совсем не вижу. Сашан приволок кружева. Я в них ничего не понимаю. Сидели у печки, мечтали. Юр. поздно пришел. Был в кинемо, лавках, все без меня. Чай пили. Но как-то не сердечно. Потом выпроводил меня. Беднягин, тяготится он необходимостью быть со мною. Вот так. Взял я денег. Я даже плакал от холодности Юр.

115 <р.>

9 (суббота)

Что-то делал. Пошел к Брикам. Ждал. Юр. обещал зайти. Нет. Л<иля> Ю<рьевна>, м<ожет> б<ыть>, и возьмет кружева. Пошел, обещав вернуться. Дома Саша и Юр., немецкие платки, книги. Софронов колье не берет. Сашà плачет. Я хотел есть. Зовут Жуковские. Там барышни и мол<одые> люди. Пили, ели, ничего было. Вернул<ся>. Юр. не позвал меня. Я ходил и злился. Скрипел дверями: он не ждал меня. Пошел к нему. Лежит, бедный, в красном одеяле, говорит, что болен, а я его мучаю. Так жалко его, пусть он и капризен, и иногда дрянцо. Люблю его без меры.

10 (воскр<есенье>)

Звонил Софронову и Уконину. Уконин обещал заехать и звал обедать. Заехал, но мало чего взял. Поехали к Альтману. Там много знакомых. Мне нравятся художн<ики>. Пили, показывали номера, Гранди трогателен, как мастеровой. Все танцевали. Сара Лебедева пела солдатские песни. Лизетта и Тамара Мих<айловна> оделись в мужской наряд. Ос<ип> Макс<имович> танцевал бачей⁶, а Ясный играл на барабане, Юр. читал англичанином. Ничего было. Поехал я с Персиц. Красногвардейцы требовали пропуск. Был от «Новой жизни»⁷. Там<ара> М<ихайловна> говорила, что полюбили нас. У Уконина какой-то толстый поставщик вина и две немки-дурки, с которыми обращались зверски. Обед и бесконечная традиционная смена вин. Мои иконы выложены. Гравюрки Ходовецкого⁸. Но и гадость есть. Пел я без конца. Дело устроил. Нечего было и думать идти к Переплетник<ам>, где был пирог и милый Юр. Все напились. Тихо, выстрелов нет. Юр. не спит. Подарили ему Diegas.

198 р.

11 (понед<ельник>)

Ясно и холодно. Юр. пил чай с нами в одеяле. Поехал за свечами, чуть не замерз. Потом Юр. отправ<ился>. Сашан был у нас. Юр. притащил книг о<т> Софии Исак<овны>. Обедали. Степлело. Поехал в «Привал». Там довольно уютно. К Феликсу пришел, еще не было ни Юр., ни Саши. Сидели мирно, но скучновато, я все засыпал. Был Хлопин. Степлело очень.

12 (вторник)

Что-то все визиты. Сначала, Господи благослови, Богуславская от Васьки⁹, с просьбою дать стихи, потом Егорушка Иванов, затем Морозов. Он очень мил, но скучноват и обижен чем-то. Солнце светило. Говорят, что мороз. Юр. побежал к Залшупен <sic!>. Обедали у Чацкиных. Читались. Юр. спорил о политике. Заехали к Брикам. Идут к Ясным. Мы дома сидели и писали.

13 (среда)

Топился. Писал лениво. Не выходил. Юр. ходил. Были Саша и Мосолов. Эстетические разговоры. Пили чай. У Ясных вчера был народ, сегодня только Персиц и Гранди. Юр. все задирал Ясного и спорил с ним. Сидели у камина, было чуть-чуть скучновато.

5 р.

14 (четверг)

Не помню, что было. Ходил бриться и еще куда-то. Вечером были у Персиц поздно. Был Альтман. Читали и пели. Все разъезжаются. Вот так. Домой шли хорошо.

15 (пятница)

Пошел с утра к дружочку. Погода очень мягкая. Просил зайти вечером. Плелся домой. Юр. спит мрачный. Пришел Юрьевский. Я топил печь. Юр. ушел к Брик<ам>, которые его обидели чем-то. Меня удручают концерты¹⁰. Прибежали Саша с Бобкой, новые комбинации. Юр. расстроенный, но с медом. Чай пили, к Руманову опоздали. Рано пришли в «Привал». Юр. ушел. Я досидел до Григоровича и взял денег. Юр. не спал еще. Не побыл.

110 <р.>

16 (суббота)

Всё пререкались с мамашей чего-то. Юр. убежал. После обеда выходили в кинемо и кофейню. Утром брился. Вечером писали. Юр. не побыл. Целый день увозят вещи Литвина. Вот так. Хлопина прозевали.

17 (воскресенье)

Рано обедали. Руманов зовет завтра. Уконин не хочет. Переплетник не было дома. Пошли, бродили. Потом были в «Splend palace»¹¹. Дома я собрался было писать у печки. Зашел часов в 11 к Юр. Спит уже. Темно. Даже не простился. И ничего, будто так и нужно.

18 (понедельник)

Встал рано, и Юр. встал. Вышел в прелестную зимнюю погоду, на западе полная луна, ясно и не холодно. Дружочек еще спал. Жена играла экзерсисы, мальчик привел пуделя, горничные убирали комнаты. Дал немн<ого>. У нас солнце, полотеры. Юр. за моим столом звонит Переплетник. Ничего я не делал. Рано обедали. Юр. лег. Я пришел к нему. Он хотел было меня отклонить, но не удалось. Лежал, спал как мертвый, даже не обнял. Я видел страшные сны. Мамаша ломилась с хлеб<ом>. Я все мрачнею. Уже понедельник. Звали в «Привал». Вышел за папиросами. Туман, ничего не видно, хоть глаз выколи. Саша звонил. Юр. позвал его. Я опять надулся. Конечно, он останется ночевать. Рано лег. Я ужасно расстроен. Ни буквы не написал.

20 <р.>

19 (вторник)

Я чего-то хандрил. Юр. побыл, голубь. Ничего я не сделал. Обедать у Переплетник<ов> было ничего. Кухарка ее предупреждена, что мне нужно мучное, служила у Зносок¹². Я писал. Потом был на репетиции. Ничего, но мрачновато.

20 (среда)

Сундука не взял. Пошел так к дружку, но ничего не вышло. Мамаша увлеклась и купила гуся. Юр. долго не вставал. Явился Саша. Юр. побежал. Я писáлся. Пили чай. Пошли все к Каннегис<ерам>. С<офьи> И<сааковны> там не было. Офицерик очередной Ленечкин был там¹³. Так себе было. Могло быть и скучнее.

10 р.

21 (четверг)

Топили печи. Спокойно. У Юр. столько дела, что не знаю, как поспеет. Вьюга и снег ужасные. Тепло, вероятно, но мамаша все охает. Саша приперся с чашкой и акварелями. Юр. нанес книжек и побежал к Ел<изавете> Кл<авдиевне>. Мы ждали. Персиц<ы> отгласили. К Брикам не пошли. Сидели пили чай и читали Диккенса. Мамаша слушала. Сашенька насилу ушел. Писал еще я.

3 р.

22 (пятница)

Скандалил с Юр. из-за дружочка и с мамашей из-за обеда. Поехал я к Персиц. В сумерках сидели. Обещали. Пошел к Ивану Платоновичу. Женат вроде <на> диаконовой дочке. Чай, яичница, варенье. Играл. Неплохо. Я думаю, его роман с Леонтович ему представляется вроде наваждения ведьмы. Плелся к Ландау, как на тот свет, чуть не вернулся. Юр. какой-то официальный приехал. Там был народ. Ночью ехали на траме, потом тащили Переплетник. Я даже обмочился и весь замерз. Дрожу все время¹⁴.

5 <р.>

23 (суббота)

Еще морознее. Юр. ворчал, почему я не ездил к дружочку. Потом немного обошелся, вышли вместе. Брился. Ждал, ждал, а О<льга> М<ихайловна> позвонила, что только вечером. Ели кое-как, ничего сладкого нет у нас. Юр. спал, я переводил. Поехали. О<льга> М<ихайловна> чем-то расстроена, вроде Веры Ал<ександровны>, гости, сидели мирно. Тетушка из Берлина так себе, привезла хлеб из Голландии, с тмином, аптечный. Сидели у печки, брат бродил. Опять О<льга> М<ихайловна> ничего не сделала. Шли домой. Леви уезжали дружественно, прощались, всего желали. Пусто без них, хотя я играл.

24 (воскресенье)

Холодно в комнате, и как-то неудобно спал. Заболела голова. Долго не ели еще. Юр. выходил. Ждал, ждал. Обедали. Наконец приехала Тяпа, посмотрела комнату, милая очень. Поехали покупать меду и т. п. Погода какая-то беспокойная. Голова болела. Остались дома. Ели, пили чай, спал я. Довольно рано лег. Развспоминался о маме, сестре, Чичериных. Все умерли, постарели, все благополучие как сметено, спокойная жизнь, прощай! Вот я стареюсь и делаюсь ненужен. Родной Юр., мамаша. Скоро о смерти думать надо.

300 р.

25 (понедельник)

Встал рано и очень весело. Пил чай, топили печи, подогревал самовар. Юр. играл Weber’а. Жак звонил, будто бы в «Привале» <нрзб>, но оказалось вздором. Юр. побыл хорошо очень. Пошли к Брикам. Сидят без денег, без сахара, без всего. Пришла Ал. Ал. с папашей и Козлинский. Играли в карты. Электрич<ество> потушили. Холодно было идти. Домой насилу попали, человек 8 ломились. Ели еще.

26 (вторник)

Что было. Заходил Сашенька. Притащил котелок. Мне не впору. Пошел искать папирос. В лавочке нет, в чайной нет, только милый малый за буфетом. У Чацкиной мрак, читает Фукидида. Вызвали Юр., было уютно. Пошел к Феликсу. Очень мягко. Там настряпано. Был Радлов и Хлопин. Юр. сцепился с Радловым из-за Бер<д>слея. Потом читал, голубь. Вся глава подряд немного effervescente*, польский винт есть, но как талантливо. Шли мирно. В темноте ели еще.

* Пылкая (фр.).

27 (среда)

Солнце. Вероятно, холод. Выходил за папиросами. Бриться. К Каннегисерам. Уже завтракали. Впечатление утра. Кто-то играл Моцарта. Юр. встал, но не вышел со мною. Дома ждали его. Опоздал. Поехали. Там были сладкие пироги и видимо-невидимо дам, обсуждающих встречу Нового года. Чудовский был. Муж Переплет<ник> – довольно представительный и бестолковый эстет. Брики отказались. Поехали в кинемо. Потом дома я поиграл немного. Пили чай. Я очень хотел писать, но потушили свет. Эти саботажники несносны.

28 (четверг)

Не помню, что было. Персицы отгласили. Вот так.

29 (пятн.)

Что было? были у Лебедевых, по-моему, на елке. Все те же: Альтман, Козлинский, Шухаевы, Радлов. Назад все пререкались, и я свалился. Юр. на меня, чуть не замерзли.

30 (суббота)

Утром перся к дружочку. Просил принести лубок. Вечером у нас были С<офья> И<сааковна> и Фокион. Юрочка что-то продал, купил сладкого. Играл я много. Спорили до темноты. Фокион дурак какой-то.

30 р.

31 (воскр<есенье>)

Что было. Ездил к дружочку, получил очень мало. Приготовл<ения> к Новому году. Дома что-то было. Звал Феликс и Чацкины. Зашли к Переплетник<ам>. Муж Кисы очень похорошел. Холод адский. Масса народа полузнакомого. Квартира, как у Карениных, прохладная. Расселись хорошо. Всего было довольно. Потом напились, целовались, валились, танцевали. Поехали кто в «Привал»¹⁵, кто к Переплетник<ам>, мы домой. Миклашевский без шапки убежал. Всего веселее было одной девице Минкиной, которая с начала ужина впала в истерику и так, не уезжая, и провела время, то на полу, то в передней, то на лестнице. Вспомнила о потерянной невинности.