Полный оборот. 4. Дрёма

Часть 2 В объятиях зверя Глава 12

Меня часто похищали. Я даже перестала сопротивляться похитителям. В большинстве случаев меня убить не хотели, максимум, угрожали мужу. Если мне надо, я постараюсь сбежать, но делать это буду, не навредив себе. У меня дети, я себя холю и лелею. На рожон не полезу. Биться и сражаться - это удел самцов, и, благодаря расчётливой природе, я без защитника не осталась.

Это похищение было самым восхитительным и незабываемым в моей жизни!

В микроавтобусе ехали десять бойцов Высших, принадлежащих Питерскому клану, и мы с Мартой, зажатые между широкоплечих мужиков. То покуривали, то пили портвейн из пластиковых стаканчиков, то грызли куски вяленой оленины. Одним словом, влились в дружественную атмосферу, ни чуточки не переживая за происходящее. И если я иногда думала, как там Дрёма пережил моё отсутствие, то Марта ловила полный кайф и, похоже, о Стёпке не вспоминала.

Группа товарищей в задней части автобуса была чёрными бушлатами. Поставленными голосами пели песни Великой Октябрьской революции. В особенности нам с Мартой понравилось, когда волки полушёпотом затянули: «Вихри враждебные веют над нами…». Аж, мурашки по коже.

Господа сидели впереди, в битве хоров они исполняли «Боже царя храни» и «Славься, славься ,ты, Русь моя». Интересно, как бывшие враги спустя долгое время спокойно смотрят на события давно минувших дней и делают вполне разумные выводы.

Мужчины шутили и заигрывали с нами, а это очень нравится девочкам даже в пятьдесят лет. Поэтому, когда мы добрались до КАДа, стало даже жалко, настолько душевным было наше путешествие.

Въехав в город, притихли. Покатали нас по старинным улицам. Нам показали бывший особняк княгини Юсуповой, уютно так, красиво. Ощущение невероятное.

Дальше подъехали к зданию, которое особо не отличалось от остальных. Много окон, отремонтированный кое-как фасад. Арка была загорожена сплошными воротами, которые открылись, и микроавтобус въехал во внутренний двор особняка, где в белоснежной чаше огромного фонтана журчала вода, а вокруг красивых клумб стояли изваяния.

-Ах,- выдохнула восхищённая Марта. На её заблудшем личике отобразилось полное забвение своего супруга и яркое желание перебраться вот в такой домик в центре северной столицы.

Белые ночи, особый запах большого города и ночная тишина. Странно, город крупный, а здесь было тихо.

Из больших деревянных дверей, покрытых красным лаком, нам навстречу вышла красивая блондинка. На каблуках, в обтягивающем зелёном платье, она улыбалась приветливой улыбкой, протягивая ко мне руки.

-Здравствуйте, Алёна Ярославна,- я руки не тянула, но и не отворачивалась, когда блондинка начала меня целовать.- Я Виктория. Дамка.

-Это Марта, - представила я свою спутницу, которая с отвращением и надменностью рассматривала молодую ухоженную женщину в дорогих одеждах и украшениях. Невыбиваемая деревня дала о себе знать, Марта хмыкнула, типа я не хуже, дайте приодеться только, и не стала здороваться.

-Пойдёмте, Куприян Тарасович скоро приедет, я покажу вам ваши комнаты.

О, да! Вот это лестница в парадной! Вот это потолки! В доме было прохладней, чем на улице, пахло сыростью и вкусной едой.

-Ужинать будем в торжественном зале через час,- улыбалась Виктория, и были в её лице напряжённость и неискренность.

Она повела нас наверх, в просторную комнату с нереальными окнами, метра три в высоту, что выходили на узкую улочку. Кровать двуспальная, застеленная голубым шёлковым покрывалом, рядом тахта с бархатными подушками разных цветов, с другой стороны кресло. В дальнем углу медная ванна на изогнутых маленьких ножках в виде шахматных коней. За ширмой в углу, я так поняла, унитаз.

Виктория подошла к большому пузатому шкафу, открыла створки, на которых внутри были прикреплены зеркала, и рукой провела по шикарному гардеробу.

-Куплено для вас, Алёна Ярославна, если вашей Дамке что-то нужно, мы можем принести ещё один шкаф.

-Я поделюсь,- ответила я.

-Зайду за вами,- она поклонилась. Я уже к такому почтению привыкла.

Мы остались с Мартой одни. Я смотрела в окно, где в белой ночи на велосипеде, смеясь и падая, ехали две весёлые, пьяные девицы.

-Чиконуться можно,- копалась в шкафе Марта,- тут косметика, она звучно вдохнула,- парфюм, обувь. Великовато. А вот эти розовые? Вау! В самый раз. Алёна, к розовым туфлям какое платье подойдёт?

-Розовое?- усмехнулась я. Ей хорошо, она попала в шмоточный рай, а у меня такая тоска, будто в этой комнате расстреливали народ, или кто-то умирал от голода. Нехороший клан, дурное предчувствие. – Ты вымойся для начала.

Марта замерла в неглиже с розовым платьем в руках:

-Точно! Очуметь, Алёна! Я хочу здесь остаться!

-Не хочешь, - скептически отозвалась я, когда она с новым нижним бельём пошла к ванной.- Это место опасное, Виктория не очень-то счастливой выглядит.

-Потому что дура, наслаждаться не умеет. Вот найду мужика нормального и останусь здесь.

-Хорошо, что Стёпа не слышит, - усмехнулась я, наблюдая за смешной девушкой.

Ей тридцать два года, выглядит на восемнадцать, потому что Дамка при оборотне. Вымылась, надушилась, волосы уложила. Красиво оделась и принялась наводить вечерний макияж. Действительно, хороша собой. Дамки почти все красавицы и мужики их красавцы. Даже Дрёма с его чёрными космами видный парень, а что до его тела…

Внизу, между ног, стало неудовлетворённо потягивать. Я попыталась отвлечься от воспоминаний, откидывала наваливающуюся тоску. Не хватало к хозяину дома в возбуждённом состоянии выйти. Если у этого Куприяна нет истинной пары, меня могут изнасиловать.

Вернулась Виктория в длинном бордовом платье с распущенными волосами. Рассмотрев меня, испугалась. Сдавила челюсти, выпучила глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Вам ничего не понравилось?

-Всё очень понравилось,- поправляя платье ответила Марта.- Алён, может тоже стоило длинное надеть? А то я как в клуб.

-Не стоит, отлично выглядишь, - я вышла из комнаты.

Я даже сомневаюсь, что буду кушать в этом клане, не то что их вещи носить. Зная властных альф, могу с уверенностью заявить, больше двух дней я здесь не проведу, муж не позволит. Так что замызганный голубой сарафанчик, что пропах Дрёмой и его домом, мне подходит больше.

Шикарный дубовый паркет огромного зала, хрустальная люстра в сотню свечей и лёгкая музыка.

Десять широкоплечих, высоких бойцов, что везли нас сюда пришли на званный ужин с жёнами. Чёрные костюмы, разноцветные вечерние платья. Думаю, они живут вместе со своим альфой.

Разочарованию Марты не было предела, ни одного свободного кавалера, и никто не взглянул на неё , такую красавицу.

Мне кланялись, улыбались. Женщины прикасались к моим рукам. Я королева волков, имею для Дамок и самок притягательный запах, распространяю вокруг себя материнскую любовь, королевское спокойствие и влекущее чувство защищённости. Девушкам, присутствующим на банкете, этого не хватало явно. Против здравого смысла, они тянулись ко мне, иногда покидая своих мужей.

В конце зала широкий стол на двадцать персон, сервированный фарфором и серебряными приборами. На белой скатерти стояли бронзовые подсвечники, зажигали свечи.

-Хринасе, да тут бомонд,- шептала мне на ухо Марта, пялясь по сторонам.

Стихла музыка, к столу подошла Виктория с худощавым, бритым налысо мужчиной. Лицо его было злым, на котором ярко поблёскивали салатовые глаза. Марта невольно спряталась за моей спиной.

-Доброй ночи, Алёна Ярославна,- мужчина в дорогом чёрном смокинге улыбнулся и стал выглядеть ещё опасней, чем без эмоций. Складки на лице распределились в волчий оскал, показались клыки.- Позвольте представиться, Куприян Тарасович Кощей.

Марта-дурильда хихикнула, не заметила, как блеснули глаза альфы и остановился взгляд на её губах.

-Представляю, что кричат вам враги при встрече,- усмехнулась я.

-«Ты что бессмертный?»- рассмеялся Куприян.- Именно это они и кричат. Прошу к столу.

Он глянул на Викторию, та втянула голову в плечи. Осудил одним взглядом, но ничего про мою одежду не сказал.

Мы сели с Мартой с правой стороны от хозяина дома. Напротив нас села Виктория, и на высокий стул прислуга, мужчина в молочных одеждах, принёс маленькую девочку лет семи, безвольно валяющуюся на его руках.

Ребёнка усадили на стул, уложили голову на подголовник, привязали за талию, чтобы не падала. Поправили розовый сарафан и тонкие ножки в белых гольфах.

-Это наша дочь,- опустила глаза Виктория.- Её зовут Марина.

Мама блондинка, папа блондин. Девочка ни в мать, ни в отца, а в заезжего молодца. Чёрные кудри, карие глазки бессмысленно уставились на Марту, смуглая кожа и приплюснутый носик.

-Марина заболела,- продолжил Куприян.- Педиатров, способных общаться с волчатами внутри ребёнка у нас нет… Нигде нет, вы уникальны, Алёна Ярославна. Мы очень просим вас о помощи.

В его голосе действительно была мольба. Строгий хрип дрогнул и стих. Он беспокоится искренне, от всего сердца. Но меня это не тронуло. Было в сложившейся ситуации что-то мерзкое и отвратительное. Я начала напряжённо думать и гадать, что здесь происходит.

Мой вид с прищуренными глазами заставил оборотней и Дамок замолчать. Я крутила в руке вилку глядя на ребёнка.

-Марина,- позвала я.

Ни ребёнок, ни волчонок не отреагировали. Обычно, даже если человек запуган и страшно болен, зверь отзывается. А тут тишина. Задачку мне подсунули. Ладно. Я детей люблю, даже очень. Я настоящая волчица, всех выкормлю, кого поймаю. Взрослые могут делать, что им вздумается, а за детьми присмотрю. Моя святая обязанность, как ведущей самки.

-Это не её имя,- догадалась я и кинула взгляд на Куприяна, который ничем не выдал своё негодование. А вот присутствующие женщины ахнули.

Виктория сильно побледнела под толстым слоем тонального крема. Она ей не мать, я стала глядеть то на альфу, то на его Дамку. Они не родители! Девочка чужая. А чужой ребёнок, о котором искренне беспокоится взрослый самец, это истинная. А замкнулась она от того, что не по доброй воле здесь. А не грохнул ли Кощей её родителей?

Ведь именно так собирался поступить Морок, когда шестилетняя Проша попала в его лапы. Папу убить, маму продать, а девочке гувернантку нанять. И, если мразь Морок с девочкой своей истинной общался, и Прасковья, дочь моя ненаглядная, не ушла в себя, то малышка, напротив, полностью отказалась от реальности, не пережив жестокость Питерского альфы.

А почему Кощей не общается с истинной? Ведь это могло способствовать душевному здоровью. А потому что гиперсексуален и боится навредить… А вдруг?! Не должен, не должен. Я себя уверяла в этом. Вон у него Дамка, и может не одна, а десяток. Теперь несчастные Дамки, как бросовый товар, низшая ступень в иерархии. Оборотни-самцы к ним привязываются, и даже могут умереть без пары, но только до тех пор, пока не встретят истинную, потом все Дамки побоку.

-Тварь,- не выдержала я и отшвырнула вилку, которая в гробовой тишине брякнула об тарелку. – Почему у неё руки исколоты?

-Кормим через капельницу,- оправдался Куприян.

Я встала со стула, и альфа тут же поднялся, следом все его беты с жёнами. Обошла подонка и встала у стула с девочкой. Напряжённо стала думать, вылавливать хоть какие-то мысли ребёнка.

-Коти-коти,- позвала я волчонка внутри человечка. Подошла впритык, чтобы зверёк уловил мой запах. - Коти-коти, иди ко мне. Иди к мамочке, малышка.

У меня слёзы на глаза навернулись и капнули на грудь. Мне этот животный мир порой очень противен. Хотя, если рассуждать трезво, люди ведут себя не лучше.

Девочка дёрнулась и подняла на меня глаза. Ахнула публика.

Я аккуратно, чтобы не спугнуть ребёнка, отцепила её от стула. Когда нагибалась, малышка обвила меня своими ручками, и я выпрямилась прижимая её к себе.

-Ужин в мою комнату,- бросила я альфе, прожигая его злым королевским взглядом. Это я уже научилась так смотреть, что вожаки глухо сглатывают.

Развернулась на носках и гордо с ребёнком на руках пошла прочь. Марта припустила за мной.