Экскурсия выпускного класса

«Даты и господа! В обзоре новостей мы уже информировали вас об инциденте на границе, в результате которого двое молодых пограничников лишились жизни, а третий оказался прикованным к больничной койке. Сейчас мы связались с господином министром внутренних дел, который, несмотря на чрезвычайно напряженный день, любезно согласился ответить на наши вопросы.

Мы встречаемся с вами, господин министр, по печальному поводу.

– Увы, это так, господин Кёниг. Об этом тяжелом преступлении меня проинформировали сегодня утром, когда я направлялся в министерство. Насколько глубоко я был потрясен, не стоит говорить. В Бонне я немедленно отдал распоряжение, чтобы к расследованию происшествия подключилась особая комиссия федерального криминального ведомства.

– Какие конкретные шаги предприняты, господин министр?

– Ну прежде всего мы установили контроль на дорогах во всей Рейнской области, а позже и в Вестфалии…

– Извините, что перебиваю, вас, господин министр, но на это вам потребовалось больше часа.

– Господин Кёниг, вы прекрасно знаете, что в условиях демократии нет и не может быть тотального наблюдения за гражданами. Мы не полицейское государство. С другой стороны, мы, конечно, проанализируем в деталях наши действия и постараемся впредь не повторять собственных ошибок.

– Кто, по вашему мнению, господин министр, стоит за данным преступлением?

– Как известно, наше министерство еще до телефонного звонка в газету «Билъд» заявило, что скорее всего мы имеем дело с левоэкстремистской террористической организацией. Все обстоятельства происшествия подводили к подобному предположению.

– А не мог быть телефонный звонок фальсификацией?

– Исключено. Звонивший указал такие детали, которые на тот момент прессе еще известны не были. Кроме того, характерен выбор слов. Говоривший бегло упомянул фамилии Баадера и Майнхоф, а затем сделал явное ударение на их именах – Андреас и Ульрика. Такая подчеркнуто интимная манера характерна для левых.

– Господин министр, многие в нашей стране полагали, что с терроризмом давно покончено…

– Увы, господин Кёниг, увы. Я и возглавляемое мною министерство, а также весь Христианско-Демократический Союз не разделяем подобных иллюзий. Еще прошлой осенью любой разумный человек должен был понять, что в левых кругах вновь вспыхнула готовность к насилию…

– Хотелось бы, чтобы вы пояснили это нашим слушателям, господин министр.

– Ну, стоит только вспомнить о четко организованных акциях так называемого движения в защиту мира, о насильственной блокаде подъездов к военным казармам, о психологическом терроре против сторонников укрепления военной мощи. За этим, господин Кёниг, стоят не только коммунисты, «зеленые» и другие экстремистские партии.

– Кого вы имеете в виду?

– Давайте называть вещи своими именами. Когда полтора года назад у нас сменилось правительство, многие ведущие политики социал-демократов присоединились к так называемому движению сторонников мира, не останавливаясь даже перед действиями на грани закона. Разве это не подстегивает экстремистские левые круги…

– На мой взгляд, это слишком сильно сказано, господин министр!

– Господин Кёниг, пора перестать видеть вещи в розовом свете. С насильственных акций по отношению к предметам материальной культуры начиналось все в шестьдесят седьмом и шестьдесят восьмом годах, затем последовали насильственные акции против тех или иных должностных лиц в семидесятом и семьдесят первом. И сейчас мы имеем то же самое. Между покушением на американского генерала в Хайдельберге, минированием казарм американской армии в районе Франкфурта-на-Майне и выстрелами в Лихтенбуше существует прямая взаимосвязь. Мы располагаем информацией, что террористические акции будут и дальше иметь место. Главными их объектами являются наши американские друзья и НАТО, незыблемая гарантия нашей свободы.

– Какие выводы мы должны сделать, господин министр?

– Мы не вправе допускать в вопросах внутренней и внешней безопасности либерализма, махровым цветом распустившегося при прежнем правительстве. Социал-демократам предстоит решить, в поддержку демократии или террора они выступают!

– А какой вклад могли бы внести вы, ваше правительство?

– Что нам нужно, так это расширение возможностей полиции по выявлению террористических акций в зародыше, с целью их предупреждения. Бесконечным рассуждениям на тему, допустимы ли в правовом отношении тайные агенты, то есть переодетые полицейские, в уголовной и экстремистской среде, должен быть положен конец. Подобная мера необходима. И я хотел бы подчеркнуть еще раз: необходим федеральный закон о полиции, дающий нам возможность совместных действий в особых случаях, позволяющий оснастить полицию новыми видами оружия и избавляющий от юридического крючкотворства, мешающего нашим парням в чрезвычайных обстоятельствах немедленно вытащить пистолет. Законы должны защищать государство и верных его слуг, но не врагов государства.

– Господин министр, благодарю вас за интервью».