Фомор

Глава 32

После внезапной помолвки и очень спешной свадьбы Катя и Брес поселились в доме неподалёку, что позволило девушкам ежедневно навещать друг друга, а мужчинам активно готовиться к скорому пробуждению фоморов. Дарина на церемонии вручила Катерине подарок от Домну, а Бресу передала слова богини, чем очень растрогала молодожёнов. Оказалось, что браслет был зачарованным и давал долголетие той, что его носила. Рину питала сила короля фоморов и особый ритуал, что они прошли на своей свадьбе, соединив свои судьбы, поэтому ей такие артефакты были без надобности. А Брес был фомором наполовину, потому такой возможности не имел, и был крайне благодарен прабабушке за заботу.

Вова уехал домой, а вскоре выяснилось, что проблемы, на которые он все время сетовал, были не с работой, а с одной замужней дамой, с которой он никак не мог выяснить отношения. В итоге управа нашлась и на этого ловеласа, и Володя стал третьим по счету мужем шикарной блондинки, с которой он работал в одном коллективе. Той самой, что стала причиной его разрыва с Дариной.

Маху Балор выводил из состояния сна лишь для того, чтоб покормить и вывести на прогулку по берегу. Она неизменно сыпала проклятиями в адрес всех фоморов, включая и собственного ребёнка. Король терпел это не долго и сократил её время бодрствования лишь на время приёма пищи, да и то, оставлял её сонной, чтоб она могла лишь жевать и глотать, а мысли путались в полудрёме. А дышала свежим воздухом она во сне, когда он выносил её на крыльцо и периодически заходил с ней в морские волны, чтоб его правнук не испытывал недостатка стихии.

— Я уже привыкла к её постоянному присутствию в виде недвижимого тела. И это пугает, — сказала Дарина, когда Балор зашёл в дом, неся Маху на руках.

— В ней мой правнук, я не могу его никому перепоручить. Я хочу исправить то, что было у нас с Лугом… — фомор занёс фейри в комнату, выделенную специально для неё.

— А с ней что будет? — спросила Рина, кивая на свою несостоявшуюся убийцу.

— С ней только одно решение.

— Главное, чтоб её ребёнок не узнал ни о ней, ни о Луге… ты же понимаешь, как бы ты ни был прав, но сам факт…

— Понимаю. Нам предстоят сложности.

Дарина и Балор решили, что будут воспитывать малыша, что рос в животе Махи, наравне с собственным сыном, хотя спор с Бресом ещё не утих. Рыжий фомор хотел взять племянника на воспитание в свою семью, мотивируя тем, что дядя ближе, чем прадедушка, и Катя активно поддерживала мужа. Она вновь стала шумной хохотушкой, но теперь к её непосредственности добавилась женственность.

А однажды в середине весны, когда поверхность моря искрилась солнечными зайчиками, она пришла с загадочным выражением лица и была непривычно тихой.

— Так, что у вас опять такое происходит? — спросила её Рина, идя в сторону кресла и, гладя свой внушительный живот, в котором ворочался наследник фоморского трона.

— Так заметно? — спросила с хитрой улыбкой рыжая.

— За километр видно, что ты аж лопаешься от желания что-то мне рассказать. Это то, что я думаю, и что подозрительно долго не происходило? — расплылась в улыбке Рина.

— Я беременна! Ты представляешь?! Я! Беременна! — запищала в восторге Катя и запрыгала, а потом резко остановилась и взялась за живот, — ой, я их там не взболтаю?!

Дарина, которая потянулась, чтоб обнять подругу, замерла с разведенными руками.

— Их?!

— Да, сначала Брес сам не поверил, всё время трогал мой живот, ну ты знаешь, как это у них… А потом всё же повез меня на УЗИ, сказал, что хочет не только почувствовать, а ещё и увидеть. У нас двойня!

— Ох, Кать… Весело нам будет скоро! — засмеялась брюнетка, целуя в обе щеки рыжую подругу.

***

Во второй половине июня Рина прохаживалась вдоль берега за руку с мужем, когда внезапно ей нестерпимо захотелось поплавать. Но к таким прихотям сына она уже привыкла.

— Слушай, я скоро вообще перестану из воды вылезать, — пожаловалась она Балору, снимая просторное платье, под которым как всегда в последнее время был надет купальник.

— Потерпи, родная, уже скоро, — фомор тоже раздевался.

И едва они вошли в холодные воды Ирландского моря, как Рина почувствовала то, чего она очень ждала, но всё же опасалась.

— Ой, Балор…

— Я тоже чувствую это "ой". Так, спокойнее, дыши главное, как ты там в видео смотрела. А с остальным наш сын справится сам.

Фомор поддерживал жену в воде и помог избавиться от плавок, он обнимал её и нежно целовал, успокаивая. Но вместе со схватками начался и шторм.

— Балор, это ты делаешь?! Прекрати немедленно! — вспылила Дарина, отплевываясь от очередной волны.

— Я похож на идиота?! Если бы король фоморов не должен был рождаться в море, я бы тебя уже отвёз в роддом!

— А что тогда происходит?!

Волны становились выше и откровенно пугали роженицу. Со стороны пляжа послышались голоса Бреса, Кати и парочки охранников-роанов.

— Нет, скажи им, чтоб не подходили! Я не хочу, чтоб твой внук и роаны видели меня с голым задом!

— Мы стесняемся, не подходите! Брес, проплыви и посмотри, что там происходит на дне. Принесите нам одеяло или плед, лучше два! Катюша, а ты побудь на берегу, поможешь Рине. Скоро уже…

Дарина стонала, закусывая губы, боль становилась сильнее и всё чаще. Но пальцы Балора нажимали на какие-то точки на её теле, и ей становилось немного легче.

И вот спустя ещё совсем немного времени над волнами разнесся первый крик нового морского владыки, а по поверхности воды пошла рябь. Брес держал одной рукой сына, а второй — обессилившую жену. Маленький фомор смотрел на мир ярко-синими глазами и неожиданно улыбнулся, когда на берегу его взяла на руки его мама. Она уже сидела на пледе, заботливо укутанная одеялом, и спускала с плеча бретельку лифа.

— Ой, а разве дети улыбаются так рано?! — воскликнула она и начала плакать.

— Милая, ну что ты?! — Балор сел рядом, привлекая жену к себе.

— Он такой красивый у нас! Прям как ты! — всхлипывала Дарина, а Катя стояла рядом, прижав к груди ладони в умилении.

Балор засмеялся.

— Держи так, чтоб дыханию ничего не мешало, — помогал он жене приложить сына к груди, — Оооо, ну всё, у меня появился конкурент!..

— Балор! — смеясь сквозь слёзы шикнула на мужа Рина.

А Балор вдруг встал с песка и вытянулся во весь рост, взволнованно глядя на волны.

— Милый?.. — смотрела снизу вверх на него Рина.

И тут из воды показался Брес, а за ним один за другим начали появляться люди… Хотя о каких людях могла идти речь? На сушу выходили фоморы — впечатляющие какой-то дикой красотой, статные и мускулистые, что мужчины, что женщины. Многие из них падали на песок и целовали берег, не веря своим глазам, но затем опять поднимались и шли к той, что подарила им это счастье.

Вскоре вокруг ошалевшей от эмоций Дарины и торжественно молчаливого Балора собралась огромная толпа. Фоморы молча прижали к груди один кулак и склонили в почтении головы. Гордый народ, который не становился на колени даже перед королём, но уважал его и признавал лучшим из них.

Так состоялось первое знакомство королевы и наследника фоморского трона со своим народом.

Спустя неделю после счастливого события, когда немного поутихли эмоции, Балор сидел на диване в гостиной, держа на руках сынишку, а рядом, положив голову мужу на колени, дремала Дарина. Король фоморов задыхался от счастья и не мог поверить, что всё получилось именно так. За столько веков он испытал всю гамму чувств, которые только возможны. Но вот такое умиротворение было для него в новинку. Жена была так красива и притягательна в своей новой роли, что Балор едва сдерживался, чтоб давать ей хоть немного отдыха для восстановления. Она, глупая, переживала, что живот не такой как до беременности, что бёдра стали шире, что нет времени следить за собой как раньше… А он чуть на стены не лез, видя её аппетитные формы и чувствуя запах молока, исходящий от неё.

Сын закряхтел и смешно скривился, а фомор невольно вспомнил, как держал свёрток с крошечной Эйтне. Сердце сжалось от былых переживаний, а на коленях заворочалась Рина. Она чувствовала его.

— Ммм, — сладко потянулась она, — я долго спала?

— Нет, моя Эрин. Всего лишь час. Но, кажется, скоро придётся оголяться — наш сын начинает морщить нос.

Дарина поднялась и сонно заморгала, пытаясь прийти в себя. В лучах летнего заката домашняя и уютная она была самой прекрасной женщиной на Земле. Балор улыбался свои ощущениям.

Но оставалось еще одно дело, которое нарушало гармонию. Маха всё ещё была беременна и всё так же бросалась на окружающих, как только Балор пробуждал её ото сна.

— Дитя в порядке, скоро всё закончится и у нас будет прибавление, — говорил он Рине, а она лишь кивала, выгибая брови и думая, сколько минут в сутки ей останется для сна.

В день, когда ребёнок Махи и Луга решил появиться на свет, Балор разбудил фейри. Она сразу же разразилась проклятиями, как это бывало всегда. Но потом, она почувствовала перемены в своём состоянии и просияла:

— О! Скоро я освобожусь от этой мерзкой ноши и вы, наконец-то, меня убьёте?!

Балор не понимал одержимости этой женщины: она была так же полна ненависти как и Луг.

— Почему ты делала это? Почему между жизнью и смертью, ты выбрала второе?

Маха высокомерно посмотрела на него:

— Вы жалкие мерзкие демоны, вы разрушили все мои планы! Этот идиот Луг со своим мечом сделал по-своему! Сейчас я должна была восседать на троне сидов, а не корчиться тут! Но твой тупой внук всё сделал по-своему, по-своему…

Фейри задергалась в сухих рыданиях.

Спустя несколько часов Балор вошёл с крошечным младенцем на руках в комнату, где Рина укачивала в колыбели их сына.

— Привет, малыш! — просияла она, а после подняла взгляд на молчаливого супруга.

— Она попыталась его убить, как только родила. Я погрузил её опять в сон, и отлучусь ненадолго. Не хочу, чтоб это произошло здесь…

Рина рассеянно кивнула и взяла младенца на руки. Фомор направился к двери, но обернулся на пороге: жена уже устраивалась на кровати и распахивала атласный халат, чтоб приложить малыша к груди.

— Всё будет хорошо, солнышко, обязательно будет хорошо.