Глава 60

— Том! — с трудом заставив свой собственный язык повиноваться, крикнул Поттер, — Том!

Из соседней комнаты раздалось шипение и скрежет сдвигаемых каменных плит. Том, пребывавший в стазисной камере последние пять часов, потянулся, хрустнув суставами, одел халат и не спеша направился в «гостиную», как он её называл.

— Чего орешь?

— А по мне не видно, да? — Поттер снял маскировку.

— А толку мне на тебя смотреть, — на секунду расфокусировавшийся взгляд свидетельствовал о том, что Том пытается получить данные о повреждениях через сеть. — Хм, телеметрия не работает. Ну, так и быть рассказывай, что там с тобой не так и топай за мной.

— Сбои в работе внутренних органов, множественные переломы, а именно: справа три и слева одно ребро; все пальцы на левой руке и три на правой; трещины в берцовой и бедренной костях и кажется травма черепа. Сбои в работе ядра. Сбои связи. И… я, похоже, остался без глаз.

— И ты еще живой? — с искренним удивлением спросил Том. — Значит я могу себя поздравить. Обычный человек, каким бы тренированным он не был, ни за что не выдержал бы такого.

— Поздравлять будешь после того как закончишь с моим ремонтом, уберменш конструктор.

В то время как Поттер направлялся на заслуженный медосмотр, директор Хогвартса всеми силами пытался доказать недалекому и, как ему казалось, не вникшему в суть вещей Министру, что Лорд Вольдеморт уже буквально дышит в затылок всему магическому сообществу.

— Да поймите же вы, наконец, Корнелиус, — растеряв свое обычное спокойствие говорил Дамблдор, — Тёмный Лорд вернулся. И это не шуточки. Всех нас ждут в дальнейшем серьезные испытания и, я даже не побоюсь этого слова — война.

— Я лишь одного не пойму, — вполне спокойно ответил ему Министр, — зачем вы мне это всё втираете с таким остервенением? Давайте смотреть фактам, а точнее предоставленным Поттером воспоминаниям в лицо. Надеюсь, у вас есть думосброс?

— Найдется, — буркнул директор, удивленный такой невозмутимостью Фаджа. Сколько он его помнил, Министр никогда не отличался особой рассудительностью, когда речь заходила о Тёмном Лорде и о возможности его возвращения в мир живых.

Они вошли в кабинет директора, такой же неизменный как и его хозяин. Казалось здесь все замерло с того момента как Дамблдор стал директором — всё так же на жердочке сидел феникс, всё так же на полках скрипели, пыхтели и повизгивали разного рода волшебные приборы, больше похожие на плоды фантазии сумрачного гения. Стол постоянно был завален бумагами, перьями какими-то фолиантами, от вида которых уже становилось не по себе — настолько древними они были.

Взмахом руки директор прибрался на столе и водрузил на освободившееся место массивную каменную чашу, которую достал из потайной ниши в стене. Помешав палочкой содержимое и, по-видимому, отсортировав таким образом уже находящееся в приборе воспоминания, он вылил туда содержимое стакана. Убедившись, что нет никаких неполадок и Министр даже случайно не увидит ничего лишнего, а только воспоминания Поттера, он, жестом показав Фаджу присоединятся, окунул в чашу руку.

Более часа директор и Министр простояли неподвижно, с отрешенными взглядами, возле думосброса. И виной тому было не чрезмерное любопытство Фаджа — он как раз его особо не проявлял, и лишь недовольно хмыкнул, увидев ритуал. Дамблдор же останавливал и повторял воспроизведение несколько десятков раз, скрупулезно всматриваясь в каждую деталь.

— А где же сам Поттер? — спросил Министр, опустившись в кресло и растирая затекшие от длительного нахождения в неподвижности ноги. — Его бы следовало допросить.

— Боюсь мы не сможем его найти до тех пор, пока он сам того не захочет, — директор уселся на свое место и закинул в рот излюбленную конфету. — Мальчик весьма скрытный и знающий этот замок лучше меня самого. Но, оставим Гарри в покое. Меня больше интересует ваше мнение по поводу увиденного.

— Я, не побоюсь этого сказать, склоняюсь к мнению, что Тёмный Лорд либо отупел, либо двинулся рассудком. — Министр задумчиво потер подбородок. — Хотя выбранный им ритуал весьма действенен и безотказен, он мог бы совершить что-то более утонченное и менее рисковое в случае провала.

— Вы сведущи в тёмной магии такого уровня, Корнелиус? — немало удивился Дамблдор, никогда не замечавший в Министре тяги к изысканиям, тем более в запретных областях знаний.

— Отдел Тайн сведущ, — с ноткой превосходства в голосе бросил Министр. — Вы же не думаете, что Министерство не предполагало возвращения этого монстра? Как бы там ни было, но Тёмными лордами на пустом месте не становятся и в истории описаны случаи подобные этому. Вы не хуже меня должны знать, что бывало и куда более слабые маги возвращались с того света.

Немало удивленный таким поворотом событий Дамблдор даже оставил в покое свою бороду, которую он теребил всё это время. То, что сказал Министр заставило его по новому взглянуть на вещи и пересмотреть свое мнение о министерстве. Директор всегда был уверен, что в этой стране лишь он может подмечать неочевидное и делать из этого далеко идущие выводы. То, что Отдел Тайн, который как знал директор, включал в себя еще и разведку, просчитал вероятность возвращения Вольдеморта, стало дня него полной неожиданностью.

— Значит, — осторожно начал Дамблдор, — Министерство бросит все силы на борьбу с ним?

— Министерство и пальцем не пошевелит, — отрезал Фадж. — Мы вот уже четырнадцать лет наблюдаем за всеми пожирателями, что по той либо иной причине не попали в уютные азкабанские камеры, и все это время авроры тренируются втрое больше, чем было до того. Как мне кажется этого вполне достаточно, чтобы на корню пресекать любые поползновения со стороны этого ящера.

— Примерно этого ответа я и ожидал с самого начала нашего разговора, Корнелиус, — недовольно проворчал старик. — Ошибки прошлого ничему вас не научили, как я вижу, и вы все так же думаете, что Министерство всемогущее и всевидящее…

— Если вы, таким образом, намекаете на то, что вновь созовете свой орден «краснозадой птицы», — Фадж поднялся с кресла и направился к камину, — то вынужден предупредить, что подобные общества, в соответствии с нашими законами, считаются организованными бандформированиями, ничем не лучше Пожирателей. Имейте это ввиду.

— Ну как, Поттер, проснулся?

— Свет приглуши.

— Значит, еще не проснулся, — хмыкнул Том. — В этой комнате освещение не меняется. А вот твой левый глаз, подобный тому, что у Грюма, весьма чувствителен. Привыкай.

Загрузка...