Глава IV

Холод.

Он был везде, нигде нельзя было укрыться от его объятий, в которых останавливалось сердце, и воздух застывал в легких слитками прозрачного синеватого льда.

Холод стал частью мира, даже не так — всем миром. Даже представлять такое было страшно, а уж оказаться в этом жестком мире…

«Надо проснуться». Мысль пришла — и осталась, короткая, простая, и вместе с тем дающая хоть какую-то надежду на спасение.

«Надо проснуться,» — констатация необходимого факта. Еще немного — и ледяной ад отступит, даст вернуться в привычный мир. Мир, где светит яркое горячее солнце.

«Надо проснуться!» — приказ самой себе, которому нельзя не подчиниться.

Она вздрогнула — и открыла глаза. Правда, холод никуда не исчез. Только вот он был не снаружи — холод царил внутри нее самой, захватывая ее душу и тело в свой морозный плен. Но, по крайней мере, так с ним можно было хотя бы бороться.

Рэллмар спал рядом — обняв ее, крепко прижимая к себе. Но даже в его объятиях было холодно…

«С пробуждением, Воитель, — голос Меча доносился откуда-то издали. — Я рад, что сие событие вообще состоялось».

«Что случилось?»

«То, чего я и ожидал. Эльфы нарушили свое слово».

«Вот как…»

«А я говорил. Ладно, теперь нечего вспоминать… В общем, смотри: после такого магического сеанса вы отключились. Эльфы времени не теряли и, нацепив на вас хитрые артефакты, быстрым маршем перенесли вас обоих сюда».

«Что за артефакты?»

«Блокирующие магию. ЛЮБУЮ магию, — горько заметил Меч. — Причем, не только сам Предел, я и сам теперь намертво заперт в твоем теле».

«Это уже хуже».

«Еще как. Придумывай теперь, как выбраться. Мотивация для шустрого поиска — вас не станут долго оставлять в мире живых».

«Аллерин обещал…»

«Айран, он уже предал тебя. Ты все еще веришь?»

Она не ответила. Меч был абсолютно прав, но что она могла сделать?..

«И вот еще. Эльфы наверняка думают, что эта железка в состоянии полностью прервать нашу с тобой связь, в том числе и голосовую. Вот пусть дальше так и думают, нам сейчас нельзя упускать даже крохотные зернышки преимущества. Учти, одно дело общаться с Воителем, которая в мире всего ничего, и совсем другое — со старым злобным Мечом. Далее, они наверняка следят за каждым вашим вздохом, так что и Рэллмару ни полслова. Связи нет — и точка».

Девушка шевельнулась — и этого хватило, чтобы эльф открыл глаза.

— Замерзла?

Она только кивнула. Рэллмар вздохнул и провел ладонью по шее, словно ему что-то мешало. Впрочем, действительно мешало — незамысловатое украшение в виде изящного тонкого обруча невозможно было не заметить.

— Что это? — она коснулась металла. Тот почему-то оказался очень холодным.

— Амулет. Магию блокирует намертво, любую, — быстро ответил он и поднялся на ноги, принявшись мерить небольшую комнату шагами.

Девушка огляделась. Пожалуй, раньше она не отказалась бы от возможности так обставить свою квартиру — сочетание изящества, красоты и удобства было просто потрясающим. Но это было раньше, сейчас она легко променяла бы эту красоту на простой шалаш в лесу. По крайней мере, там на них не было бы этих леденящих душу обручей, и даже в непогоду можно было развести костер. Хотя…

— Что нам мешает развести костер? Ты же тоже замерз…

— Ничего, в общем-то. Кроме того, что здесь ничего не горит. Да и непонятно чем зажечь, — он остановился у маленького столика, зачем-то внимательно его рассматривая. — Я уже пробовал, ничего не вышло. Может, у тебя получится?

Он обернулся, посмотрев на нее с такой надеждой, что она быстро перерыла память, в тщетных попытках найти хоть какой-то способ разжечь искорку.

— Не получится… Магия мне не доступна, а чтобы извлечь огонь вручную надо хоть что-то заведомо горючее. И твердое.

Эльф снова осмотрелся, вздохнул и, пожав плечами, опустился на стул.

— Как думаешь, что с нами будет?

— Не знаю, — она закуталась в одеяло и принялась рассматривать серо-стальную стену, словно надеясь прочесть на ней ответ. — Я до сих пор не могу поверить, что он обманул меня…

— А обманул ли? Ты можешь вспомнить, как точно звучали его слова?

Айран вздрогнула. Неужели это может быть правдой?! И она сама привела их навстречу смерти…

— Сейчас…

Мысль улетела вдаль — туда, на берег моря. В памяти возник шар-Прэдик, эльф, завладевший его телом, мелкие морские камушки, перекатываемые прибоем, теплые лучи заходящего солнца…

Фраза за фразой всплывали в ее памяти. Буква за буквой — из того разговора, который сейчас казался таким далеким…

«Мы не причиним тебе вреда, пока ты будешь на Онлиаре, — голос Айран звучал как не родной. — Духи будут мне свидетелями».

— Пока ты будешь на Онлиаре… — протянул эльф и посмотрел в глаза своей спутнице.

— Майдени.

Два голоса слились воедино, и в каждом из них легко было услышать нотки обреченности. Сомневаться не приходилось, жить им осталось недолго…

— А вы догадливы, — насмешливый голос Аллерина донесся из-под потолка. — Думал, вы провозитесь дольше.

— Сгинь, гадюка, — прошипела Айран. — Сгинь.

— Обязательно, Воитель. Но только после вас.

В глазах девушки загорелась ярость. Одного взгляда, брошенного на нее, хватало, чтобы понять: окажись конкретно взятый эльф в пределах ее досягаемости, целым он вряд ли бы ушел.

— Айран, успокойся, — Рэллмар переместился к ней, снова обняв ее. — Не стоит тратить на него силы.

— О, они вам уже не понадобятся, — вставил Старший едкое замечание. — Сейчас Совет решает вашу судьбу. То есть, как именно вы умрете. Знаете ли, убить Воителя не так-то просто, как кажется на первый взгляд.

— Пожалуй, я тоже взбешусь, — задумчиво протянул Рэллмар. — Жаль, что трус побоялся выйти один на один.

— Знаешь, я лучше побуду трусом, зато Воитель и ее первый приспешник покинут этот мир, перестав мутить в нем воду.

— Чтоб ты сдох, — от души пожелала ему девушка, без сил откидываясь на плечо Рэллмара.

Холод отступать не хотел. Она поежилась, уже не обращая никакого внимания на разглагольствования Старшего. Меч оказался прав — времени осталось совсем немного. Она не сомневалась, что эльфийский совет найдет универсальный способ довольно быстро. И два сердца уже не помогут ей остаться в живых. И уж тем более — спасти Рэллмара.

Она не знала, какой удар в состоянии выдержать эта постройка, однако решила исходить из худшего варианта — сломать стену невозможно в принципе, даже если учесть ее физическую силу Воителя: вряд ли эльфы стали бы рисковать. Захватить кого-то в плен тоже было невозможно — вряд ли кто-то рискнет соваться в ее руки, наблюдение велось очень давно, сомнений не было — Старшие прекрасно знают о том, что она легко может согнуть любого из них в бараний рог. А если таковой идиот и появится — туда ему и дорога. Одна эльфийская жизнь не будет стоить такого риска. Дальше…

А дальше никаких вариантов не было. Совсем никаких… Разве что оставалась сомнительная возможность побега в момент казни, но тут возникал целый ряд вопросов, ответить на которые было не так-то просто. Например, никто не утверждал, что на казнь их куда-то поведут. Все вполне может закончиться в этой самой комнате.

Она вздрогнула, нарисовав навскидку пару вариантов гибели. Причем, каждый из них станет фатальным…

«Не нервничай. Пару дней у нас есть, пока эльфы договорятся…»

«Уверен?»

«Нет».

«Отлично».

«Не нервничай. У нас есть шанс. Правда, ОЧЕНЬ маленький».

«Ну так выкладывай!»

«Пока нет. Постарайся что-то придумать. Это на самый-самый крайний случай…»

«Жук… Зажучил вариант».

«Ага. Думай! Потому что времени мало».

Девушка посмотрела на потолок, туда, откуда, как казалось, доносился голос эльфа.

— Неправильно все это, Рэлл.

— Может быть, — он пожал плечами. — Кстати, если что-то идет неправильно, имеет смысл вернуться к началу…

— К началу? Туда… — она снова погрузилась в размышления.

Минута шла за минутой, сливаясь в часы. Они молчали, понимая, что каждое слово может сыграть против них. Например, если в защите обнаружится брешь и появится какой-то шанс на побег.

Айран целиком погрузилась в анализ, стараясь найти свою ошибку. Может быть, еще есть возможность все исправить. Никогда ранее она не была настолько близка к собственной смерти, может быть, именно это мешало как следует сосредоточиться и понять. Но несмотря ни на что картинка мало-помалу вырисовывалась.

— Рэлл… Если мы вырвемся, напомни мне исправить главную ошибку.

— Какую?

— Я тебе потом расскажу. Напомни, ладно?

— Конечно. Слушай, может, пока у нас есть время, расскажешь немного о твоем мире? Я так ничего о нем и не знаю.

— А что, разве интересно? Так давно спросил бы… — совершенно искренне удивилась она. — Я жила в очень странном мире…

Удивительно, но вспоминая все, что осталось по ту сторону пространства, на старой доброй Земле, она ничуть не жалела о том, что однажды решилась на шаг в неизвестность. И сейчас та жизнь казалась ей придуманной, необычной для Анлиона сказкой.

Но эти воспоминания грели душу, изгоняя поселившийся в ней магический холод, а надежное плечо Рэллмара, на котором она лежала, внушало ощущение безопасности. Правда, ложное.

— Необычно… — прошептал он, когда девушка замолчала.

— Разве что для Анлиона. Правда, мою жизнь никто не рисковал назвать типичной, но с некоторыми отклонениями она все же вписывалась в общую картину мира. Должны же и у него быть какие-то тараканы, — она невольно улыбнулась.

Неожиданно на нее навалилась усталость, причем такая, что бороться со сном она даже не пыталась.

— Что с ней? — голос Аллерина снова донесся из-под потолка. Рэллмар не обратил на него никакого внимания, прикрыв глаза. Засыпать он и не думал, но была вероятность, что эта простая хитрость заставит Старшего отстать от них.

А ей снилось море и заходящее солнце. Она сидела на огромном камне и смотрела вдаль, на горизонт.

«Я специально усыпил тебя… — спокойный голос Меча, с ноткой грусти, раздался где-то сзади. Она захотела обернуться, но что-то помешало. — Не надо смотреть на меня. Ты и так прекрасно знаешь, как я выгляжу. Ко всему прочему, это может истощить мои и так слабые силы».

«Как скажешь… Зачем ты это сделал?»

«Все просто. Ни у кого из нас нет более-менее стоящей идеи, которая может гарантированно спасти нас всех. Поэтому стоит использовать имеющийся способ. Шансов выжить, конечно же, очень мало, учитывая сложившуюся картину расстановки сил, но хоть какой-то шанс лучше, чем совсем никакого, правда?»

«Правда. Так что у тебя?»

«В общем, слушай…»

Меч говорил долго, не давая девушке вставить даже слово. Теория и практика магии сочетались в этой импровизированной лекции, узоры заклинаний уже автоматически рисовались перед ее глазами, быстро переходя из цельного объекта в развертку и назад. Она слушала — и запоминала каждое слово, постепенно понимая — толку от всех этих слов практически нет: Меч никак не подберет необходимые фразы, чтобы объяснить ей сложившуюся ситуацию и единственно возможный выход. А в том, что выход действительно единственный, она уже и не сомневалась.

«Солнце, давай в трех словах, ладно?» — она вздохнула.

«Ладно, — сдался Меч. — Так будет проще…»

Несколькими сухими скупыми фразами Изменяющий Постижения обрисовал искомый способ — и тут же замолчал, отдавая право окончательного решения своей носительнице.

Она молчала, разглядывая море, море ее сна.

«Вопросы можно? — голос девушки был подозрительно спокоен. — Или все принять на веру?»

«Можно все что угодно. В пределах возможного, — разрешил Меч. Пытаться сохранить что-то в тайне уже не было необходимым — смерть Воителя сделает все эти тайны ненужными. И с каждой секундой душа Меча падала все глубже в бездну отчаяния… — Что ты хотела спросить?»

Каждый вопрос, заданный девушкой, менял настроение Изменяющего, настолько они были разнообразными и непредсказуемыми. Устав удивляться, он уже чисто механически отвечал своему Хранителю, хотя наверное только Создателю было ведомо, чего ему стоило сохранять даже видимое спокойствие…

Решение было принято — и она не сомневалась в том, что иных вариантов не будет.

Текли часы, отмеряя размеренный ход времени. Пленники ждали: смерти или чудесного спасения, чего угодно. Почему-то ожидание было намного тягостнее, чем любой из вариантов.

Почему-то становилось все жарче. Айран не придала этому значения — поначалу. Но когда температура воздуха зашкалила за тридцать, не заметить ее было невозможно.

«Знаешь ли, ты не переживешь очень высоких температур,» — спокойно заметил Меч.

«Это значит, что…»

«Да. Они приняли решение».

— Рэллмар, — тихий, бесцветный голос девушки оторвал эльфа от размышлений. Подняв голову, он столкнулся с ее взглядом. Большего не требовалось для того, чтобы понять — счет пошел на минуты.

Стены накалялись, заставив обоих переместиться в центр комнаты. Якобы не горящая ткань на постели начала тихо тлеть.

— Это действительно конец… — прошептал Рэллмар, обнимая Воителя. — Надеюсь, это будет недолго.

Айран спрятала лицо на груди юноши. Решение было давно принято, но как же не хотелось его исполнять…

— Я боюсь огня, Рэлл, — тихо прошептала она. — Больше всего на свете.

Он наклонил голову, стараясь расслышать ее слова.

В этот же миг все вокруг них вспыхнуло. Горело все — стены и потолок, огонь медленно подбирался к ним, устилая пол мягким живым и по-своему обворожительным ковром. Пламя, чистое пламя полыхало вокруг, ярчайшие красно-оранжевые языки отражались мистичными тенями на лицах пленников. Они стояли в центре большого костра, вырваться из которого не было возможности.

— Вот говорят: нет дыма без огня, а у нас огонь без дыма… — грустно улыбнулся эльф, разглядывая подбирающуюся прекрасную смерть.

— Этот огонь меня не убьет, — вздохнула девушка. — Наверняка у них есть что-то покруче, на закуску.

— Пара минут разницы, — он пожал плечами.

— Это огонь, — словно пожаловалась она, поднимая голову и встречаясь с ним взглядом.

Беззвучно она произнесла какую-то фразу, Рэллмар так и не понял, какую, и, крепко обняв его за шею, поцеловала.

Время остановилось, на какие-то мгновения. Или часы. Или века… Он не знал. На миг перед ним возникли огромные зеленые глаза девушки, в которых было все что угодно — дикая смесь ярости и восторга, силы и безумия, боли и радости. Но вот обреченности, отчаяния в них не было.

— Береги себя, — то ли тихий шепот, то ли мысль, которую он почему-то услышал.

Айран выгнулась от боли в его руках — и ее тело окуталось знакомыми синими звездочками портала. Рэллмар не успел сказать ни слова, как знакомая темнота перехода окутала его, таща куда-то в неизвестность.

Конечно, он уже не мог видеть, что в то же мгновение в их маленькой камере словно взорвалась сверхновая звезда.

Ныло плечо. Левое. Рэллмар пошевелился и застонал — резкая боль прошила руку. Скосив глаз, он понял, что всего лишь ударился об огромный булыжник, видимо, в ту секунду, когда портал выбросил их.

— Поднимайся, — велел ему властный голос. — Живым не место здесь.

— Кто ты? Где… мы? — он осмотрелся.

— Я? Ты меня не узнал? — в таинственном голосе мелькнула насмешка. — Я Изменяющий Постижения, Желтый Меч Анлиона.

Кругом были только темные каменные стены. Айран… На миг ему показалось, что Воителя тоже нет здесь, но потом он увидел ее, без сознания лежащую на полу.

Опустившись на колено, он поднял девушку на руки — и сердце эльфа едва не остановилось. Ее кожа была слишком холодной.

— Айран… — несмело позвал он. — Айран, проснись!

— Не буди ее, Рэллмар, — Меч тяжело вздохнул. — Айран умерла.


Взволнованные волны Предела прокатились по планете, задев всех, кто обладал магических талантом, легким болевым откатом. Конечно, сравнить с прошлым разом это было невозможно, но… Но понять, что значит этот откат, когда некоторым магам доподлинно известно, что Воитель в Анлионе и ничего в принципе повторного отката вызвать не должно. Только вот откат был — и вопрос о его причине стоял первым номером на повестке дня.

— Идеи? — Жоффер мрачно оглядел кучку мрачных, усталых коллег. — У отката таких уровней не может быть простых причин. Что-то случилось, и я готов поклясться чем угодно, что в этом опять так или иначе виновата Воитель.

— А что тут думать? — Леот не смотрел ни на кого. Пожалуй, из всех пятерки он выглядел хуже всего. — Просто Воитель умерла.

Известие шокировало всех, правда, каждый постарался не подавать вида.

— Поясни.

— Легко. Подобный откат был, когда она пришла в наш мир, правда, гораздо сильнее. Предел встречал своего настоящего хозяина. А теперь… Теперь Предел его провожает. Откат может быть вызван только приходом или уходом Воителя, а раз приход у нас уже был… — он остановился и пожал плечами, давая возможность каждому додумать мысль.

Сам он не сомневался в гибели юной Хранительницы, тонко чувствуя оттенки настроения Предела. А тот плакал, провожая госпожу в никуда. Он не сомневался, что если бы другие маги захотели разобраться в настроениях Предела чуть лучше, они легко смогли бы догадаться сами. Леот мысленно выругался. Не стоило рассказывать Высшим о гибели Воителя, надо было хоть немного поводить их за нос. Так нет, догадаться, что никто больше не обратил внимания на настроение магической стихии, было не суждено. И что будет теперь, маг даже представить не мог.

— Значит, самая главная проблема решена? — поинтересовался Фанилар, не спрашивая ни у кого конкретно ответа.

— Нет, — резко возразил Жоффер. — Она не будет решена, пока мы не выясним, как и почему погибла Воитель.

— Эльфы, — небрежно бросила Лейдена. — Или ты думаешь, они зря закрыли Онлиар от прочего мира и на все вопросы отбивались сообщениями типа «все в порядке, не лезьте»? Я почему-то не сомневаюсь, что Воитель была именно там.

— Уверена?

— Нет, но вероятность такого исхода весьма велика. Даже после того, как Дракон уничтожил множество эльфийских магов, сила Старших настолько велика, что даже Воителю не справиться с несколькими из них.

— Поэтому нам нужно знать точно — кто, где и как расправился с Воителем. Если это были эльфы — нам нельзя будет упускать их из виду, мало ли что. Если криэйторы — можно спать спокойно, Лорды наверняка вернутся к любимому занятию, если случайные люди, то есть вероятность, что они явятся к кому-нибудь из магов с головой Воителя.

— Случайные люди? Ты сам-то в это веришь? — усмехнулась магесса.

— Нет, но в этом безумном мире бывает и не такое.

— Случайную гибель девушки, думаю, мы отбрасываем? — уточнил Андор.

— Да. Воитель не тот человек, который даст случаю право управлять своей судьбой, — рассеянно кивнул глава совета.

— Но все же человек, — заметил маг. — Так что сбрасывать этот вариант тоже нельзя.

— Ну ладно, пусть будет. Итак… Эльфы, криэйторы, люди, счастливый случай. Для нас счастливый. Кто, где, как?

— На эти вопросы так просто не ответить, — сказал в пространство Леот.

— И не надо. Теперь, когда можно не волноваться за целостность прежнего уклада, у нас есть время, чтобы, не торопясь, разобраться со всем. Это были горячие недели, но они завершились.

— Смерть Воителя может вызвать беспорядки, особенно если о ней узнали многие.

— Не узнали — она сама пряталась от людей так, что риттели обзавидоваться могут. В курсе, скорее всего, разве что ее команда, и то только в том маловероятном случае, если они не погибли вместе со своей госпожой.

Внутренне Жоффер ликовал. Еще бы, такое радостное известие, когда он ожидал чего-то совершенно противоположного. Смерть Воителя давала надежду снова подумать о том, как устранить коллег, не дать им возможность передать клеймо мага Предела и в конечном итоге стать единым правителем Анлиона. Опасения внушало только то, что пока он не имел понятия, кто же стал убийцей. А в дальнейшем он мог принести много проблем. Надо было во что бы то ни стало выяснить это раньше остальных и принять соответствующие меры по устранению нужного человека. Или эльфа. Про криэйторов он и не думал, понимая, что достать окопавшегося в подземельях Анчара Лорда невозможно в принципе, да и если что-то получится — с ним еще надо суметь разделаться, а вот в этом маг сильно сомневался. Сила старого опытного Лорда — это что-то. Даже Воителю разобраться с ними сложно, что уж говорить о простых смертных.


В Полях царила глубокая ночь, когда мальчик выбрался из палатки и огляделся, надеясь, что его никто не заметит. В стане амазонок царила тишина и покой.

Аронг поднял голову и посмотрел на небо. Там, в далекой выси, мерцали звезды. И где-то там теперь она…

— Почему, Айран? — произнес он одними губами. — Почему так случилось? Ты не должна умирать…

Откуда пришла уверенность в том, что Воителя уже нет среди живых, он не знал, но сомнений не было, даже на мгновение. Просто в один миг пришло осознание того, что свершилось непоправимое.

Но вот что теперь делать — мальчишка не знал. Почему-то ему казалось, что убить Айран в принципе невозможно, что никто не сумеет этого сделать, что она и эльф вернутся и все будет по-прежнему. А теперь… теперь он знал, что никогда не увидит ни Айран, ни Рэллмара. Они погибли, погибли, восстанавливая Онлиар.

Эльфы. Только они могли так поступить, предать ту, которая решила исправить ошибку Дракона. И убить ее.

В глазах Аронга зажегся гнев. Если бы в этот миг виновные в смерти девушки оказались рядом, он бы… Гнев застилал разум, не давал ему адекватно оценивать свои силы и противника, и счастье, что никого из оных противников рядом не было, иначе юный вояка быстро бы распрощался с жизнью.

Но желание отомстить за друзей с каждым мгновением становилось все сильнее, рождая в голове мальчишки миллионы планов по ее осуществлению. И ни один из этих миллионов не предполагал его пребывание среди амазонок.

Собрался он очень быстро, да и собирать-то было особо нечего. В последний раз оглянувшись на палатку Айран, оставшуюся без хозяйки, Аронг встряхнул головой и исчез в темноте.

Обойти дозоры было несложно, тем более что за столетия очевидная безопасность Полей приучила амазонок к беспечности на своей территории. Но вот потом он в нерешительности остановился — Поля не выпускали одиноких путников, заставляя их блуждать по кругу.

— Сказки, — поморщился он, гадая, насколько правдивы эти рассказы.

Убедив себя в том, что Поля дадут шанс уйти, он направился к границе. По крайней мере, ему казалось, что ближайшая граница именно там.

И только через два дня он понял, что заблудился окончательно. Сказки оказались правдой, и Поля не хотели выпускать его. Магии этой местности не было дела до людей с их горестями, планами и надеждами. Становилось очевидно — его мечтам о мести сбыться не суждено…

«Хватит! — раздался в его голове строгий голос. — Ты уже два дня думаешь только о мести и ни о чем больше. Кому ты мстить собрался, несчастный?!»

— Тем, кто убил моих друзей, — закричал он. — Покажись, не прячься! Кто ты такой?!

«Я думал, ты умнее, — голос изменился, став иронично-пренебрежительным. — Аронг, запомни одну простую истину — месть не дает ничего. Ты не можешь вернуть Айран. Ты не сможешь даже добраться до Старшего, который предал ее. Ты сейчас даже за пределы Полей выбраться не можешь! И собираешься мстить?»

— Я не откажусь от своей цели.

«И глупо погибнешь. Если ты действительно хочешь помочь этому миру, то должен действовать по-другому».

— Как? И кто ты, в конце концов?

«Я думал, ты все же меня узнаешь».

— Как, ты же просто го… Меч?!

«Молодец. Первое испытание пройдено. А теперь слушай внимательно…»

Меч говорил долго, обосновывая, споря, убеждая, но все равно Аронгу этот план казался еще более невыполнимым, чем попытка убить Старшего.

«Все понял?»

— Да, — он кивнул, забыв о том, что Изменяющий не может его видеть. — Но… Но как я выберусь из Полей?

«А это будет твое второе испытание — сможешь ли ты увидеть истинную сущность, спрятанную за искаженными фразами?»

— Что ты… — начал было мальчик, но осекся, поняв, что Меч разорвал связь с ним. — Странно… Увидеть истинную сущность за искаженными фразами? Что это значит?

Поля оказались глухи к его вопросам. Только где-то закричала птица, затрепетали на легком ветру высокие стебли травы, куда-то задумчиво проплыли высокие белоснежные облака.

Раздраженно пожав плечами, Аронг двинулся дальше, уже даже не стараясь угадать дорогу к границе. У горизонта показалась небольшая рощица, и путник решил переждать там жару.

Они следили за мальчишкой, особо не скрываясь. Городской житель, практически никогда не покидающий стен Сардона, он не умел жить среди лесов и полей, так что наблюдателям не приходилось прилагать особых усилий, чтобы остаться незаметными.

Наблюдатели были очень странной парой. Мужчина и риттель. Зрелище, настолько невозможное для Анлиона последнего тысячелетия, что никто в него бы не поверил. Если б, конечно, увидел.

Мужчина кивнул своей спутнице — и та, чуть улыбнувшись, скрылась в кустарнике. Продолжая наблюдать за мальчишкой, он еще раз обдумывал все детали разработанного плана. Он отличался безумием — но именно поэтому все могло получиться. Впрочем, за последние несколько дней подобных безумств было совершено столько, что одним больше, одним меньше — большой роли не играло.

Только вот становилось очевидно — этой комбинацией безумств на кон было поставлено все.

Тем временем риттель выскочила на полянку, где расположился мальчишка. Тот рывком поднялся с места, обнажив нож, чем заставил мужчину нахмуриться. Но, разглядев, кто потревожил его покой, Аронг засмеялся и убрал оружие.

— Ты меня напугала. Привет.

— Привет, — риттель усмехнулась. — Мне захотелось проверить, насколько ты готов к встрече с врагом. Как вижу, готов.

— Что-то мне всегда казалось, что вы очень миролюбивые существа. И ты меня не боишься?

— Я больше не боюсь людей, — в улыбке риттеля была спокойная уверенность. Это было очень странно, судя по многочисленным рассказам, кролики отличались пугливостью и недоверием.

— Странно… — озвучил он свои мысли.

— Может быть, — она кивнула. — Меня зовут Мата.

— Аронг, — он улыбнулся. — Скажи, ты можешь вывести меня из Полей.

— Теоретически.

— А… — юноша на несколько мгновений впал в ступор. — Ты не умеешь ориентироваться?

— Умею. Только вот выводить тебя или нет — решать буду не я.

— А кто? — тут же спросил он.

С каждой минутой этого странного разговора Аронг все меньше понимал, что же происходит. То амазонки рассказывают про необычайную пугливость риттелей, то те сами, ничуть не опасаясь, выходят на него.

Мата ничего не ответила, рассматривая взволнованного мальчишку. Никогда прежде ей не приходилось видеть людей, не стремящихся убить ее, так близко. Однако, вспомнив недавних охотников, она помрачнела. Изменение настроения риттеля не ускользнуло от Аронга. Облизав пересохшие губы, он повторил свой вопрос.

— Кто же будет решать?

— Я, — раздался знакомый голос.

Обернувшись, он столкнулся со стальным взглядом Прэдика.

— Ты… здесь?.. — он медленно вытащил нож, отлично понимая, что шансов против криэйтора-Лорда у него никаких. Но сдаваться просто так тоже не хотелось.

— Я здесь. Вот, думаю, что с тобой делать.

Аронг побледнел. Рассказы о криэйторах никогда не были страшными сказками, оставаясь не менее страшной реальностью Анлиона. И что бы там не придумал Лорд, вряд ли ему это понравится. Как-никак, он все же предал Айран, оставил ее одну, когда ей так нужна была помощь.

— И что надумал? — он надеялся, что его голос не дрожит.

Мата одним прыжком преодолела разделяющее их расстояние и что-то зашептала на ухо спутнику. Согласно кивнув, он погладил ее по голове. В тот же миг риттель скрылась в кустах, Прэдик только проводил ее задумчивым взглядом, словно забыв об Аронге. Тому пришла было идея попытаться сбежать, но чтобы отказаться от нее, хватило доли секунды. С помощью риттеля его найдут за пару минут.

— Мата не любит вида крови, — зачем-то прокомментировал Лорд.

— Ты… — прошептал мальчик. — Ты… Почему ты предал ее?

Мужчина лениво перевел взгляд, пристально рассматривая отчаянного парня. Интересно, почему он в такой момент спрашивает не о собственной судьбе, а об Айран?

— Я ее не предавал.

— Ага, как же! Она…

— Выполнила часть нашего договора, — Прэдик не дал ему договорить. — Я не предавал ее.

— Но тем не менее она умерла.

— У вас, как я посмотрю, тоже не получилось отговорить ее от путешествия на эльфийскую планету. Моя попытка провалилась так же успешно.

— Хочешь сказать…

В голове снова зазвучали слова Меча, произнесенные совсем недавно. «Увидеть истинную сущность, спрятанную за искаженными фразами…»

— Она отделалась общими фразами. Она… сказала неправду.

— Исказила истинную информацию. Так лучше звучит.

Аронг помотал головой, пытаясь уложить в ней новые факты. Несколько дней назад он так же упорно не хотел верить самой Айран, говорящей о том, что криэйтор ее предал, теперь с той же силой не хотелось верить упомянутому криэйтору.

— Я не знаю, кому из вас верить… — прошептал он. — Вы, все вы… лгали…

— К сожалению, — пожал плечами Прэдик. — Но учти, если бы в мире не было лжи — кто бы знал, что такое истина и насколько она ценна? Все мы обманываем друг друга. И себя.

Прэдик замолчал, ожидая, что же скажет Аронг. Взгляд мальчишки безумно метался по полянке, не в силах зацепиться за что-то. Слова Айран, Изменяющего Постижения и Прэдика были противоречивы, но и в какой-то мере дополняли друг друга.

— Я запутался, — наконец признался он. — Но я очень хочу верить тебе. Все же… Я надеялся, что ты сможешь стать нашим другом.

— Лорд Подземелий не может знать, что такое дружба. Мне недоступно это понятие.

— Все же мне хотелось бы верить в такую возможность. Хотя… Ты решил, что сделаешь со мной?

— Конечно. Мы проводим тебя к границе. Как-никак, именно ради этого Изменяющий Постижения связался со мной.

Риттель показалась только через четверть часа, когда они успели удалиться от полянки. Аронг не смог удержаться от улыбки, наблюдая за ней, Прэдик же сохранял серьезную мину.

А Полям теперь было все равно — выберется ли случайный путник из их магических объятий, или нет. Раз уж ему удалось заручиться поддержкой риттелей, человек имеет право на жизнь. И второй шанс посетить эти странные чудесные и опасные места, если захочет.

Он уходил, не оборачиваясь, хотя прекрасно понимал, что и Прэдик, и Мата смотрят ему вслед. Двое суток пути вновь пробудили в нем прежнюю надежду. И пусть Айран уже не было в этом мире, но пока они — живы, и шанс на изменение все равно есть, пусть и не столь высокий, как раньше. Никто, даже самый сильный маг мира не мог встать на место Воителя, не мог изменить установленные им законы, исправить совершенные ошибки — все это было обязанностью очередного воплощения.

Но и те, кто стоял рядом с ней, могли сделать хоть что-то, чтобы мир стал хоть чуточку добрее. И пережил еще несколько тысячелетий без Воителя.

Показанная Ирраной лазейка в пиратский город, Аэрту, помогла юноше проникнуть в его стены, минуя обычную у ворот толкучку и избавляя от трат в виде входной пошлины. Именно здесь он должен быть прибиться к любому кораблю и выбраться из Лишша, который по странному стечению обстоятельств, был практически лишен порталов на другие планеты Анлиона.

Однако, пробравшись в порт, Аронг столкнулся с проблемой. Ни одного судна не стояло у причала. И только огромный белый парус медленно скрывался за горизонтом.

— Воитель… — прошипел он, понимая, что, возможно, упустил единственный шанс выбраться с континента. Слишком далеко были другие города, и совсем не было шансов попасть в пешие караваны. Пиратский город жил морем и только морем.

— Эй, парень, опоздал что ли? — окликнули его с борта большой лодки.

Аронг только кивнул, лихорадочно пытаясь найти выход. Денег на жизнь в чужом городе не было, как не было и знакомых, которые могли предоставить кров на пару ночей.

— Слушай, я смотрю, тебе счас заняться нечем будет. Может, мне поможешь пока? А то один не справляюсь, а сынка все никак не вернется…

— А делать-то что? — только сейчас он перевел взгляд с уже пропавшего паруса на человека.

— Рыбу помогать ловить, таскать там, на рынке продавать. Город кормить кто-то же должен, нельзя ему без еды, — на носу лодки стоял уже немолодой мужчина, однако и стариком назвать его было нельзя. — А как корабль будет, я за тебя попрошу, возьмут. Старика Диза здесь знают, хорошо знают.

— Хорошо, — согласно кивнул он. — Только мне не приходилось ловить рыбу в море.

— Ничего, научу, дело-то нехитрое, — мужчина улыбнулся. — Можешь меня дядькой Дизом кликать. А ты кто такой?

— Аронг. Хотел вот юнгой куда-нить прибиться, дак вот, с самого начала не везет мне…

— Везение-невезение… На все воля Воителя, — он пожал плечами. — Прыгай в лодку, я сейчас отхожу.

Дядька Диз критично осмотрел относительно неплохую одежду нового помощника, и, пошарив в углу, достал потрепанные брюки и рубашку.

— На-ка, переоденься. Одежа хорошая тебе еще пригодится, а для работы и сынки моего пойдет.

Довод был вполне разумным, поэтому Аронг даже не подумал сопротивляться, быстро переодевшись.

Посудина шла быстро и ровно, несмотря на слабый парус — все говорило о том, что хозяин пользуется каким-то хитрым амулетом. Странно, что у простого рыбака хватило денег на такую дорогую вещь, но кто их знает, этих пиратов. Спрашивать о происхождении амулета юноша не рискнул, во все глаза наблюдая за тем, как ловко и уверенно старик управляет посудиной.

— Учишься, да? — от Диза не ускользнуло повышенное внимание помощника. — Хорошо, дело. Коли уж юнгой стать хошь, учись, пригодится. Иди-ка сюда, покажу, как управлять моим баркасом.

То ли дядька Диз оказался хорошим учителем, то ли Аронг схватывал все на лету, но обучение продвигалось очень быстро. Не успели они добрести до обычного места ловли, а новоявленный моряк уже весьма неплохо справлялся с управлением. Мужчина только внимательно наблюдал за ним, проверяя, не совершит ли неопытный мальчишка какую-нибудь ошибку. Признавая в глубине души потрясающий дар моря, он тем не менее думал о том, как бы все мечты и чаяния мальчишки не развалились после первого же порыва ураганного ветра.

Небо нравилось ему все меньше и меньше. Но вот возвращаться без улова было никак нельзя, постоянные клиенты ждали его. А потерять их — значит потерять верный заработок и в конце остаться без единой монетки. Город пиратов был очень суров к своим обитателям, требуя неукоснительного исполнения всех своих правил.

Новый помощник радовал Диза. Юный, полный сил, он сразу, без напоминаний и понуканий, взял на себя львиную часть всей работы, давая ему возможность хоть немного отдохнуть. Последние несколько недель выдались очень тяжелыми, порой не хватало даже на кусок хлеба, а еще магический амулет, передвигающий его лодку, требовал подзарядки. Но он рассчитывал, что камень должен потянуть еще недельку. Однако иногда рыбак даже подумывал совсем оставить ловлю и списаться на берег, плести и латать сети. На кусок хлеба заработать было можно, но какая-то сила останавливала его от этого шага. Уж больно ему не хотелось оставлять море, как и многие, тайно надеясь связать с морем не только свою жизнь, но и смерть.

Задумавшись, он не заметил, как прошло время.

— Ох, парень, что-то я совсем про тебя забыл. Как дела идут?

Не успев услышать ответ, он посмотрел в трюм и охнул еще раз — столько рыбы за такой короткий промежуток времени ему никогда не удавалось вылавливать. Сомнений не было, море было благосклонно к его юному помощнику, а значит, часть этой благосклонности может перепасть и ему.

— Возвращаемся, Аронг. Больше нам сегодня не надо, а погода что-то портится.

По мнению самого Аронга, которое тот решил придержать про себя, погода была изумительной. Только у далекого горизонта, совсем невысоко над морем, неподвижно застыли несколько маленьких темных тучек, да и прежде спокойное море подернулось рябью.

А вот дядька Диз даже не пытался скрыть своего волнения. Поглядывая то на тучки, то на море, он развернул баркас, проверил, как поставлен парус, и, уже не пуская к управлению новичка, поспешил вернуться.

Берег уже показался на горизонте, когда погода стала портиться уже ощутимо. Неожиданно резко задул шквальный ветер — с берега, и тучки сразу стали увеличиваться в размере, очень быстро закрыв собою все небо.

— Парус убери!

Всех сил Аронга едва хватило для того, чтобы свернуть небольшой парус. Взволнованно он следил за медленно приближающейся линией берега, где горели редкие огоньки. Вдруг ему показалось, что движение замедлилось, а потом и совсем прекратилось. Обернувшись на дядьку Диза, он увидел помертвевшее лицо мужчины. Столкнувшись с недоумевающим взглядом юного помощника, тот поспешил отвести глаза.

Держась за борта, юноша приблизился к хозяину, и, стараясь перекричать ветер, спросил:

— Что случилось?

— Заряда амулета не хватило! У нас остался только парус, но при таком ветре… Прости, сынок, прости за все.

Несколько долгих мгновений он никак не мог сообразить, почему дядька Диз просит прощения, но озарение снизошло очень быстро. Неуправляемую лодку несло в открытое море.

— О, Воитель… — прошептал Аронг. — Неужели это случится… так… Айран, прошу, если ты меня слышишь, помоги нам. Помоги, Айран!

— Кого ты молишь, юноша?.. — горько спросил мужчина. — Разве что Воитель может помочь теперь нам!

— Воителя и молю! — отозвался он. — Она погибла совсем недавно, ее душа еще не должна покинуть Анлион, она услышит меня, не может не услышать!

Диз хотел и не мог поверить в то, что кричал Аронг. Воитель снова в Анлионе? Она?! Ее молить?! Воителя-то!

— Что же творится с этим миром… — пробурчал он. Но все же что-то зашептал себе под нос, то ли мольбу о спасении, то ли просьбу о скорейшей гибели и прекращении всего этого кошмара.

А море неистовствовало. Могучие плечи океана не чувствовали маленькую посудину, в борта которой мертвой хваткой вцепились двое людей, и суденышко швыряло на волнах так, что казалось — вот-вот оно перевернется.

Очередной порыв ветра едва не унес Аронга за борт, но тот сумел удержаться. А вот парус сорвало с мачты, и в мгновение ока он скрылся в бушующих волнах.

Изредка море слегка затихало, давая ложную надежду на прекращение урагана, но вскоре буря удваивала силы. В одно из таких затиший Диз бросил штурвал, к которому привязался, рывком отодрал от мачты помощника, и швырнул его в трюм, прямо на кучу рыбы, после чего спрыгнул туда же сам. Короткий щелчок — и люк трюма был заперт изнутри.

— Так оно лучше будет! — Диз пытался перекричать завывающий снаружи ветер, и порой у него это получалось. — Моя лодка не утонет, а здесь можно будет хоть немного отдохнуть!

Насчет отдыха он, конечно, изрядно преувеличивал — все равно под дикое завывание бури никто не мог бы забыться хотя бы на некоторое время. Аронг трясся, успев основательно продрогнуть и сильно испугаться. Никогда прежде ему не приходилось так близко сталкиваться с безумной стихией. В городе всегда была надежная защита — подвалы, а вот в море ничего подобного не оказалось.

По крайней мере, в трюме не надо было опасаться быть смытым за борт.

Только когда ураган стал ослабевать, и волны уже не стремились разбить баркас вдребезги, а только лениво стучали по нему, словно не желая оставлять работу незавершенной, но и сил на нее уже не имея, юноша смог забыться коротким, тревожным сном.

Когда все же он проснулся, люк оказался открытым, а дядьки Диза не нигде рядом не наблюдалось, только был виден кусок яркого голубого неба. Выбравшись на палубу, он с удивлением увидел рыбака, стоящим на коленях и что-то шепчущим. Услышав шаги, он обернулся и поднялся на ноги.

— Тебе благоволит море, сынок. Пожалуй, теперь я поверю в то, что ты говорил… Тебя охраняет сам Воитель.

Там, у горизонта, виднелся берег. Невозможно было не узнать в маленьком городке тот самый манитальский порт, из которого они так удачно сбежали совсем недавно, когда Айран… была еще жива.


Орли отлично знал эти места. Правда, странный кристалл сделал проходимыми все топи, но юноша все равно предпочитал держаться привычной тропы, благоразумно не доверяя древнему артефакту — кто знает, сколько в нем осталось энергии, не подведет ли он в самый неожиданный миг. Признавая его правоту, ни девочки, ни Кирель не спорили с ним.

Разбойники укрепились очень глубоко в лесу, и только поэтому им удалось продержаться так долго, оставаясь практически невидимыми для Андора. Но вот по многочисленным жалобам и слабому магическому фону, который оставлял юноша, Высший сумел вычислить логово. Последствия не замедлили сказаться, превратив практически всех в воспоминание.

Странно, но юный маг совсем не вспоминал о мести, словно всегда знал, что его ожидает совсем другая судьба, отличная от разбойничьей.

А Кирель мрачно думал о том, что именно судьба исказила надежный стационарный портал и привела их в эти заброшенные леса. Лишь для того, чтобы они встретили мага-разбойника и уговорили его идти с ними. Понятно, у него особого выбора и не было.

Мальчишка покосился на сияющий изумрудный камень. Он придавал какое-то странное спокойствие и уверенность. Казалось, что этим камнем можно свернуть горы, но…

Но почему тогда Вен оставил его в фонтане, защищая Варритар?!

Колючая ветка хлестнула по лицу Ниары, заставив девочку зашипеть от боли. Обернувшись, Орли мягко провел по царапине ладонью, и от нее не осталось и следа. Девочка удивленно посмотрела на него и чуть улыбнулась.

— Спасибо.

— Не за что, — маг снова пристально смотрел на дорогу.

Идти становилось все проще — топи заканчивались, шаткая стежка постепенно становилась надежной тропой, и лес постепенно превращался из зачарованного в самый обычный.

— Выбрались, — вздохнул Орли. — Теперь идти будет проще.

— Тут еще как посмотреть. Ты знаешь, где портал на Анадалу? — поинтересовался Кирель.

— Откуда бы? Меня это меньше всего интересовало, — он пожал плечами. — Доберемся до любого города — спросим.

— А далеко? — тут же спросила Ниара.

— Не очень. К полуночи можно было бы добраться. Только вот сегодня мы переночуем в лесу. На всякий случай. А утром уже двинемся в город.

Никто не высказал и звука протеста, давно привыкнув к ночевкам под открытым небом.

Давно?!

Дети переглянулись, каждый из них считал, сколько же дней они провели вместе. Выходило совсем не так много, но почему-то им казалось, что прошла целая жизнь. Ну или хотя бы полжизни.

Ночь опускалась на планету, однако никто из них не спал. Сидя в кругу, юные маги рассматривали веселые языки пламени, словно видя в них отражение своего прошлого.

— Может, расскажете, кто вы такие? — неожиданно нарушил установившуюся тишину Орли.

— Маги Предела.

— Про это я слышал, — кивнул он. — Но не то имел в виду. Мне интересно, кто ваши родители, почему вы остались одни, зачем мы должны идти на Анадалу и так далее. Кое-что вы мне рассказали, но, полагаю, это далеко не все.

— Не все, — согласилась Ниара. — А если с начала… То начну, пожалуй, я.

Она стала рассказывать о том, как жила с мамой и братом в трущобах города, как казнили хозяина и Высший стал ее учителем, как ее похитили… Следом подключилась Лайон, в трех словах описав свою прежнюю жизнь, и куда как подробнее — свое путешествие вместе с Ниарой. Потом пришла очередь Киреля.

За рассказами они и не заметили, как небо усыпалось ярчайшими звездами. Поздние сумерки плавно перетекли в непроглядную ночь.

Все молчали, продолжая рассматривать огонь. Рассказ позволил им переосмыслить многое, и многое понять. Но вот загадочная рука судьбы, которая подправляла каждый их шаг, заставляла насторожиться и подумать о том, что будет, если вдруг она решит, что время помогать истекло.

А вот враги… Высший Жоффер, эльфы, стая — все они будут рады заполучить в свои руки тех, кто до сих пор умудрялся выскальзывать из всех ловушек. Может, они и не будут искать их специально — все же не те личности, чтобы на них тратить время — но вот если они совершат хотя бы одну ошибку…

Сильно ошибались они только в одном. Жоффер отлично знал, чего они стоят, и ни на миг не прекращал поиски, которые постепенно развернулись практически на всех человеческих планетах Анлиона — только Анадала, резиденция главного врага, осталась нетронутой. Высший отлично понимал, что если беглецы все же попадут туда, вернуть их назад будет невозможно. Уж слишком простолюдины любят своего господина и наверняка не выдадут его ученицу с подругой. И единственное, о чем Высший не мог подозревать, это то, что надо искать уже не двух, а четырех детей.

Все же, усталость взяла свое, и вскоре четверо магов спали у медленно тлеющего костра.

Проснувшись с первыми лучами солнца, они наскоро пожарили собранные по дороге грибы, и двинулись в путь. В одном дневном переходе от леса был город, в котором Орли и рассчитывал узнать путь на Анадалу.

Детям потребовалось немного времени, чтобы добраться до просеки. Широкая наезженная дорога, из-за глубоких оврагов проложенная по чащобе, была совершенно пустынна. Этот факт не мог не радовать разбойника, который всерьез опасался, что кто-то его может узнать. Густой лес плавно сменялся редкими деревьями и зарослями кустарника, и, наконец, открытым полем.

И именно там они столкнулись с отрядом, как раз собиравшемся войти в лес. На миг все опешили, не ожидая такой встречи, но как только прошел первый шок, солдаты окружили магов.

Орли бросил быстрый взгляд по сторонам и замер: среди солдат стоял один из их банды, почему-то пропавший во время одной из недавних вылазок. А оно вон как, оказывается… Все сразу стало понятно — и массированная атака, и появление отряда, который наверняка был послан затем, чтобы добить тех, кому повезло выжить в магическом пламени.

— Ах ты, сволочь… Сдал всех, да? — прошипел юноша, сверля взглядом предателя.

Тот не удостоил его ответом, презрительно отвернувшись.

— Орли, они за тобой?

Он только кивнул. Еще мгновение потребовалось детям, чтобы окружить друга, приготовившись к бою.

Но вот Предел на этот раз не отозвался.

Растерявшись, они посмотрели друг на друга. Магия молчала, не отвечая на призыв своих адептов, и это пугало. Особенно если учесть, что солдат было намного больше, чем хотелось.

— Не старайтесь, дети, — раздался спокойный, уверенный в себе голос.

Только сейчас они обратили внимание на стоявшего за спинами солдат человека в одежде мага. Не очень высокий, среднего возраста мужчина с нескрываемым любопытством смотрел на детей, практически не следя за юношей. Впрочем, сомневаться в том, что Орли, как и все, находится под неусыпным наблюдением этого мага, не приходилось.

— Как интересно… Мы думали, что в банде всего один маг, а их, оказывается, аж четверо, — задумчиво протянул он, бросив короткий взгляд назад, на бандита-предателя. Тот сразу засуетился, понимая, что ничего хорошего этот взгляд ему не несет.

— Господин, их не было, когда я уходил, Воителем клянусь, не было!

— Заткнись, тварь, — прошипел Орли. — Господин, отпусти их, они пленники и появились у нас перед самым нападением.

— Но, тем не менее, они защищают тебя, — маг вышел из-за спин невозмутимых солдат и встал перед юнцами, скрестив руки на груди. — Знаешь ли, сложно поверить в то, что ваши пленники стали бы защищать своего тюремщика.

— Он спас нас из огня!

— Не надо, девочка, — мужчина улыбнулся. — Я знаю, что вы не из банды. Мне просто интересно понять, кто вы такие. И почему защищаете разбойника. И не верится мне вот в то, что именно он спас вас, судя по всему, вы и сами могли защитить себя. Что-то вопросов все больше возникает.

— Господин, у нас приказ, — ледяной голос командира отряда отвлек мага от размышлений.

— Ах, да, спасибо. Так вот, Орли. К сожалению, я не знаю твоей фамилии.

— Я ее и сам не знаю, — буркнул юноша.

— Вот как? Все интереснее… Так вот, ты приговариваешься к смерти.

— Удивил.

— Не прерывай старших. Казнь совершится завтра на площади города. Люди должны знать, что угрозы путешествий по лесу больше нет.

— НЕТ! — крик детей слился в единый возглас протеста. — Вы не можете!

— Очень даже могу. И, что самое неприятное, должен, — мужчина пожал плечами. — Вы же свободны, можете идти, куда вам заблагорассудится. Думаю, в городе я найду ваших родителей.

— Не найдешь, — снова дружный ответ.

— Вот как? Все интереснее и интереснее… Тогда вы идете со мной.

Руки юноши быстро сковали за спиной, тонкая прочная цепь связала его и одного из солдат, исключив всякую возможность побега. Он не говорил ни слова, только недобро время от времени поглядывал на предателя, отчего того прошибал пот. Тот сразу понял, что если каким-то чудом магу удастся избежать казни, то ему очень не повезет. И, как назло, господин Дикан не отпустит его, пока Орли не будет казнен. А так хотелось добраться до города и, не задерживаясь, броситься оттуда куда глаза глядят.

Мрачные, дети рассказывали свою историю магу. Тот внимательно слушал, то и дело недоверчиво качая головой. Но вот магические ауры ясно давали ему понять, что весь этот невероятный рассказ — истинная правда.

Бросив в сторону скованного пленника еще одно заклинание, отчего тот вздрогнул, Дикан задумчиво ждал отклика, получив который, задумался еще больше. Дети шли чуть поодаль, о чем-то оживленно совещаясь. Маг не прислушивался, но был практически уверен в том, что они придумывают план по спасению разбойника от смерти. Практически не сомневаясь в том, что все выдумки неосуществимы, он снова и снова возвращался к своим мыслям о какой-то странной неправильности происходящего.

С одной стороны, конечно, закон. А вот с другой… Четверка магов, каждый из которых являлся звеном одной цепи. Разорви хоть одно звено — и все, цепь распадется. Имеет ли он право разрывать эту цепь — вот вопрос?

Далее. Высший Андор обязательно должен узнать об этих детях. Сообщить необходимо немедленно, но как? Несмотря на свой немалый талант, он никогда не стремился к вершинам магической иерархии, а значит, прямой связи с Высшим у него не было, и быть не могло. При этом времени очень и очень мало, а проволочки при передаче по цепочке неизбежны, особенно если учесть, что до Высшего как минимум пять магов. Кто-нибудь да отвлечется, забудет, либо просто не придаст значения сообщению из далекой провинции. И все, Орли казнят, цепь разорвется. Пусть остальные тоже не самые слабые маги в потенциале, но…

На миг ему пришла идея помочь разбойнику «сбежать», заперев его в своем подвале. Однако он быстро от нее отказался — сдерживающее магию заклинание работало ровно сутки, а создать второе такое же было совсем не так просто, требовался далеко не один день, чтобы плетение набрало необходимую силу. Да и детки вряд ли станут ждать, поняв, что силы вернулись. Разнесут дом на кусочки, а потом ищи их… Судя по всему, Высший Жоффер до сих пор ищет.

Про себя маг улыбнулся. Несмотря на то, что они не называли ничьи имена, догадаться о том, что дети находится между как минимум двумя Высшими, было несложно. Учеников такого уровня иметь кто-то другой вряд ли может, а выговор каждого выдавал с головой планету, на которой они жили. Три планеты — Анадала, Кария, Эвия — три мага. Орли — четвертый… Оставался только Ксеал, единственная планета, на которой они пока не побывали. Высший Фанилар пока не ввязался в это дело. Но остальные… На миг Дикана охватила дрожь. Он случайно ввязался в очень опасную схватку между Высшими, которая может стоить для него очень и очень дорого….

Оставался еще один выход. Никому ничего не говорить.

Дикан покачал головой. Это не та тайна, которую можно скрыть. А если Высший Андор узнает… Собственная участь показался магу очень и очень незавидной.

Стоило пленникам войти в стены города, как их разделили: Орли повели к тюрьме, располагавшейся в стенах местного отделения правопорядка, а остальных Дикан велел отвести в свой дом, решив, что не стоит оставлять детей без присмотра.

Жена мага, молодая красивая женщина, про себя сильно удивилась — никому не было свойственно приводить в собственный дом задержанных, даже детей, но решила оставить расспросы на потом, дождавшись, когда муж все же соизволит вернуться.

Им отвели две соседних комнаты, но они решительно отказались расставаться. Пожав плечами, женщина оставила их в покое. В конце концов, пусть Дикан сам разбирается со своими гостями.

Проводив взглядом женщину, Ниара метнулась к окну. Второй этаж. Ерунда, в общем-то. Кивнув друзьям, она скрылась за окном. Используя малейший выступ в качестве опоры, она быстро спускалась вниз. Там, внимательно оглядевшись и запомнив свое окно, да и сам дом, девочка метнулась к забору. Легко перебравшись через него, она скрылась в переулке.

Маг вскоре появился. Не отвечая на вопросы, он поднялся в свой кабинет и прикоснулся к шару связи. Времени было не так уж и много, хотелось верить, что от Высшего поступит ответ хотя бы к утру. Этого было бы достаточно, чтобы изменить приговор на более мягкий. Ну или вообще отменить его. Или казнить разбойника, предавшего своих — по мнению самого мага, его вина была куда как сильнее вины юноши, на чьих руках не было крови.

Коротко переговорив с начальством, он откинулся на спинку кресла и улыбнулся жене, стоящей в дверях, скрестив руки на груди.

— Разбойникам Проклятого леса пришел конец.

— Эти дети и есть разбойники?

— Нет. Это всего лишь случайно попавшие к ним в руки сироты. Стал бы я приводить домой бандитов… А из тех остался только мальчишка-маг, да предатель.

— Вот как… И что будет с мальчишкой? Сколько ему лет?

— Четырнадцать, может, пятнадцать, вряд ли больше. Казнят завтра, что же еще, — он пожал плечами. — Постараюсь его спасти. Слишком необычный маг, слишком сильный.

— Но ведь Высший…

— Да, приказал убить всех, — он подошел к жене и обнял ее. — Но, возможно, он и изменит свое мнение.

— С чего бы?

— Мальчишка слишком необычный маг. И, что интересно, по структуре его аура очень похожа на ауры этих детей. Странно, не правда ли? А уж их история вообще похожа на древнюю легенду… — и он пересказал жене все, что узнал сам.

Она только покачала головой.

— Кажется, дорогой, ты ввязался в самую опасную переделку в твоей жизни.

— Знаешь… В этот раз я склонен с тобой согласиться. Впрочем, стоит дождаться ответа Высшего Андора.

Расспросив какого-то мальчишку, Ниара узнала, где находится тюрьма. Сомневаться, что Орли именно там, причин не было.

Город был незаметный. Именно так охарактеризовала бы его девочка — он не представлял собой ничего интересного или необычного. В нем не было тепла родной столицы Аджэйта, не было чуждости карийской Риуты, спокойного великодушия эвийского Триния, мертвого величия погибшего Варритара или элегантности маленького эльфийского поселения. Девочка даже не знала, как он называется, да и не нуждалась в названии. Она, конечно, запомнит эту остановку на длинном пути домой, но независимо от того, что еще произойдет здесь, город не изменит своей серой, неприметной, неинтересной окраски в ее сознании.

Она быстро шла по незнакомым улицам, автоматически запоминая обратную дорогу. Вернуться было необходимо — вряд ли Орли можно помочь сбежать сейчас, среди дня, а задерживаться в городе надолго было нельзя, вряд ли маг оставит их надолго без присмотра.

Тюрьма оказалась совсем неприметным зданием, если бы не маленькая табличка с нарисованной решеткой, можно было легко ошибиться. Массивные ворота, естественно, были закрыта, а маленькая дверца, пройти в которую взрослый человек не мог, не пригнувшись, наверняка хорошо охранялась. Как и вся тюрьма.

Ниара покачала головой. С каждым взглядом на неприступное здание становилось все яснее, что сбежать отсюда без предварительной долгой подготовки и подкупа стражников невозможно. Ни на то, ни на другое не было времени. Денег, правда, не было тоже, но у них были нехитрые драгоценности, которые можно было бы отдать… Но сейчас все решало время, которого катастрофически не хватало…

— Тебе чего, девочка? — на двери открылось маленькое окошко, и оттуда выглянул хитрый глаз. Большее просто не умещалось в нем.

— Друга сегодня арестовали… Можно… Можно мне его увидеть?

Стражник присвистнул.

— Права не имею, милая. Иди-ка ты домой.

— Слишком далеко… — она покачала головой. — Ну пожалуйста!

— Кто хоть друг-то?

— Орли… Разбойник из леса.

— А, мальчишка. Ну ладно, встретитесь, как-никак, недолго ему жить осталось. Приходи ночью, как стемнеет, стой вон под тем деревом, — он кивнул на огромный раскидистый клен, росший у ворот какого-то магазинчика.

— Спасибо, господин! — Ниара поклонилась. Она и не ожидала такой удачи.

Однако шансов на спасение у Орли по-прежнему не было.

Назад она бежала, надеясь, что вместе с друзьями им удастся придумать хоть какой-то план. К сожалению, дотянуться до Предела ей так и не удавалось. Не без страха она подумала о том, что этот маг навсегда отсек у них способность к чародейству.

К счастью, эта стена дома была скрыта от посторонних глаз высокими и густыми кронами деревьев, так что она не опасалась быть увиденной соседями и просто прохожими.

— Наконец-то! Мы уже стали опасаться… — прошептала Лайон, помогая подруге забраться в комнату. — Какие новости?

— Одна хорошая, одна плохая. С какой начать?

— Давай с плохой, — вздохнул Кирель. Все это время он, не отрываясь, следил за дверью.

— Ладно. Плохая новость — из этой тюрьмы сбежать без магии или подкупа невозможно. Я до сих пор не могу обратиться к Пределу, а просто так подкупить стражников невозможно… Не пойдешь же к ним и не предложишь деньги.

Лайон и Кирель переглянулись и заметно помрачнели. Оба надеялись, что к Ниаре, как к самой сильной из всех, силы вернутся быстрее.

— Хорошая новость в том, что один из стражников согласился мне помочь и провести сегодня ночью к Орли. Только вот я понятия не имею, как можно использовать это свидание…

— Освободить его, а вдвоем можно и со стражником справиться, — несмело предложила Лайон.

Мальчик только усмехнулся.

— Никак. Разве что просто поговорить… Во-первых, у вас нет и не может быть ключей от клетки, в которой его заперли, во-вторых, расковать кандалы у вас тоже не получится, в-третьих, там наверняка далеко не один стражник. Одна такая попытка может заставить их утроить бдительность.

— Да ну. Если уж выручать разбойника стали девчонки… Значит, больше некому. Бдительность не усилит, но и толку не даст, — вздохнула Ниара. — Не знаю, что делать.

— По дороге? Сбежать ночью, найти местную банду, пообещать им золото…

— А оно у нас есть?

— Есть, но тоже не выход. Пойми, Лай, ни одна банда не станет рисковать. Нам вряд ли поверят, еще и в рабство могут попытаться продать. Помнишь ловца из родного города?

— О, Воитель… Что же делать, что же делать? — с трудом сдерживая слезы, вопросила пространство Лайон. — Неужели можно…так? Сначала родители, потом Ламог, теперь Орли… Почему так?!

— Жизнь — вообще не очень справедливая штука, — заметил вошедший в комнату маг.

Приподняв бровь, он рассматривал расстроенную троицу, сидящую на полу у окна. Каждый из детей одарил его мрачным взглядом, не скрывая своего весьма неприязненного отношения. Про себя Дикан горько улыбнулся. Вот убийцей детей ему еще не приходилось быть, но закон… Впрочем, Орли уже сложно было назвать ребенком.

— Нам надо уйти, — холодно произнесла Ниара. — Больше нет смысла мешать вам.

— Не лучший выход. Вы можете наделать глупостей, — губы мужчины чуть искривились в почти незаметной ухмылке. — Например, попытаетесь освободить вашего друга-разбойника.

— Мы не настолько идиоты. Шансов нет, — буркнул Кирель. — Не надо строить из себя доброго дяденьку.

— А я и не строю. Кто такой Ламог, кстати? Вы мне о нем не рассказывали.

— И не расскажем, — в один голос ответили девочки. — Если уж так интересно, то он погиб, погиб ради того, чтобы спаслись мы, — добавила Ниара.

— Однако, — маг задумался на несколько мгновений, потом встряхнул головой и снова оглядел компанию. — В любом случае, вы не выйдете из этого дома, пока все не закончится.

Глухо щелкнул замок, запирая дверь, жалобно звякнуло распахнутое окно.

— Нет! — Ниара бросилась к нему, стараясь открыть. — Великий Воитель!

— Попали, — коротко резюмировал Кирель.

Прошипев что-то, похожее на «не дождетесь», Ниара внимательно осмотрела окно. Рама была заперта надежно, а вот само стекло крепилось к ней небольшими деревянными планками. Хищно улыбнувшись, она достала из рукава любимую шпильку, которая когда-то помогла ей открыть дверь в башне Высшего, и, аккуратно поддев неплотно прилегающий штапик, попыталась его оторвать. Неожиданно ладонь мальчика легла ей на плечо.

— Дай-ка я, — прошептал он.

Кирелю на всю эту нехитрую процедуру потребовалось всего несколько минут. Стекло угрожающе грозилось упасть. Придержав его, мальчик наскоро вставил планки на место, так, что ничего не было заметно. Только вот сейчас снять стекло было минутным делом.

На вопросительный взгляд друга Ниара только посмотрела в окно и прошептала:

— Как только начнет темнеть.

Сумерки начали опускаться на город. То и дело поглядывавшие в окно дети поднялись на ноги. Прихватив с подноса, который неожиданно появился в комнате, два яблока, Ниара кивнула державшему стекло мальчику и выскользнула наружу. Времени было не очень много, она надеялась, что успеет добежать до дерева, прежде чем стражник передумает пускать ее внутрь.

Дверь тюрьмы открылась, как только она устало прислонилась к стволу. Чья-то рука махнула ей, мол, быстрее. Не теряя ни мгновения, она подошла к стражнику.

— Надо же, я думал, побоишься, — тот покачал головой. — Идем, дочка.

Она шла за стражником, стараясь казаться незаметной. Впрочем, по пути им никого не встречалось…

Тюрьма почему-то не казалась ей очень мрачной. Хотя, если бы именно она ждала в этих стенах своего конца, все было бы по-другому. Все же, здание было окутано каким-то непонятным маревом, теплым и дающим спокойствие. Не сразу она поняла, что это охранная магия. А значит, даже Предел не мог бы им помочь сбежать — защита наверняка была очень и очень хитрой, грубой силой сломать такую было невозможно, а действовать по-другому они пока не умели.

Отцепив от пояса огромную связку ключей, стражник быстро нашел нужный и открыл одну из дверей. За ней обнаружился темный коридор, уходящий куда-то в подземелье.

Сняв со стены факел, он посмотрел на спокойную девочку и кивнул ей, приглашая войти. Про себя же стражник в который раз клял свою работу, которая порой подбрасывала сюрпризы вроде этой девочки. В эти мгновения он чувствовал себя последней сволочью, хотя прекрасно знал, что он ничего не решает. Судьба этого парня была решена задолго до того, как он оказался здесь, и в который уж раз за день пришла мысль о том, что лучше бы ему было погибнуть в огне вместе со всеми.

— Здесь, — неожиданно произнес он.

Факел осветил маленькую клетушку, с одной стороны отделенную от коридора толстой и довольно частой решеткой, от соседей же ее отделали глухие толстые стены.

Щурясь от непривычно яркого света, Орли поднялся с пола, решив, видимо, что время казни наступило. И только потом разглядел девочку.

— Ни… Ниара?!

Она только кивнула, вцепившись в решетку. Стражник деликатно отошел чуть подальше, в тень, вставив факел в специальное кольцо, укрепленное на стене.

Волоча за собой тяжелую толстую цепь, приковывающую его к стене камеры, юноша с трудом дотянулся до решетки и рухнул на колени.

Просунув руки между прутьями, Ниара обняла друга. Слова им не требовались, все было понятно и так. С самого начала Орли не питал никаких надежд, сейчас же на смену непонятной грусти пришло стоическое спокойствие.

— Ой… Вот, я тебе принесла…

Стражник шевельнулся, но, рассмотрев принесенные яблоки, снова замер.

Юноша только улыбнулся.

— Спасибо. Спасибо вам за все, Ниа.

— Не надо. Мы не смогли главного… Спасти тебя.

— Это невозможно. Знаешь, я рад, что ты смогла прийти сюда. А Кирель и Лайон?

— Они остались в доме мага… Всем уходить пока рискованно.

— Знаешь, как вернуться домой?

— Еще нет. Это мелочи уже, выясним, когда унесем ноги из города, — она отмахнулась. — Это пока не самое важное. Мы… Мы придем. Может…

Он только грустно улыбнулся, сжав ладонь девочки. Это ее «может» несло в себе только несбыточную надежду на лучшее, но почему-то на душе обреченного стало чуть теплее.

— Извините, что прерываю, но скоро будет обход, — стражник подошел ближе. — Нам надо уходить.

— Да, конечно, — рассеянно кивнул юноша. — Иди… сестренка.

Глаза стражника округлились, но он ничего не сказал, только снял со стены факел. Уводя девочку из подвала, он чувствовал на себе взгляд этого странного разбойника, пока, к своему облегчению, не закрыл дверь.

На пороге тюрьмы Ниара неожиданно задержалась.

— Спасибо вам, — она прикоснулась к его руке. На ладони чувствовался теплый металл.

— Оставь себе, — кольцо снова оказалось в ее ладони. — Скажи… Он правда твой брат?

— Да, — она кивнула. Спустя мгновения, добавила: — только вот не по крови.

— Понятно. Доберешься одна?

— Конечно, господин, — она чуть улыбнулась и скрылась в темноте.

Услышав условный стук, Кирель быстро снял стекло и помог подруге забраться в комнату.

— Ну что? — дружно прошептали они с Лайон.

— Встретилась с ним. Знаете, он какой-то слишком спокойный…

Дети переглянулись. В темноте они не видели друг друга, но почему-то это совсем не мешало им понимать, что чувствует каждый из друзей, какая эмоция отображается на их лицах. Странная связь, которая казалась им магией Предела, становилась все сильнее, связывая их в единое целое. И каждому было понятно, что без Орли эта самая целостность будет непоправимо нарушена.

— Спать всем. Скоро… Скоро надо будет что-то быстро придумать.

Девочки устроились на кровати, Кирель облюбовал себе кресло, в котором свернулся каким-то невероятным образом. Наступила тишина.

Первые же лучи Ана разбудили детей. Бросив синхронный взгляд в окно, они переглянулись.

— Пора?

Ниара кивнула. Казнь должна была состояться после восхода солнца.

Стекло аккуратно было поставлено на пол, дети по очереди выбрались из окна и быстро, стараясь не выдать своего присутствия даже лишним шорохом, спустились по стене. Даже не оборачиваясь на дом, они бросились по переулкам к площади, где уже собирался народ.

— Предел? — прошептал мальчик.

Девочки покачали головой. Магия все еще не желала возвращаться к ним. Они пробрались к ступенькам, по которым Орли предстояло подняться на свой эшафот. Их попытались было оттеснить, но, встретившись с ними взглядом, предпочли оставить их в покое. Время шло…

Ответ от начальства Дикан получил только под утро. Солнце уже практически взошло, но он не спешил, прекрасно зная, что без него начать казнь не рискнут — все же Орли был магом, а не простым разбойником.

— Опять не спал всю ночь, — констатировала жена, появившаяся на пороге.

— Не мог заснуть.

— Высший Андор ответил?

Он только кивнул.

— И что? — она подошла вплотную, хотя по мрачному выражению лица мужа, догадалась, каков был ответ сверху.

— Как и следовало ожидать. Разбойника казнить, детей удержать вплоть до прибытия за ними магов аж из самой башни.

— Мне это не нравится.

— А уж мне-то как… Но куда деваться? Отпустить их значит навлечь на себя все громы и молнии, что может выпустить Высший. Уж характер у него совсем не сахар.

— Тогда тебе надо идти, — она вздохнула. — Солнце скоро взойдет.

Он кивнул и, обняв любимую, направился к площади.

Народ собрался со всего города. Как-никак, очень многие пострадали от нашествия разбойников Проклятого леса, каждый хотел увидеть смерть последнего и наконец почувствовать свободу от вечного страха перед ними. Пробраться через это столпотворение простому человеку было невозможно, но перед магом все расступались. Подобравшись к помосту, он не стал тратить время на то, чтобы обойти его и подняться по ступенькам, а, слегка прищелкнув пальцами, заставил себя взлететь. Палач, уже поджидающий жертву, почтительно поклонился ему. Маг приветствовал работника меча и топора коротким кивком, потом перевел взгляд на ложу, в которой расположилось городское начальство, и кивнул еще раз, приветствуя уже их. Не обращая внимания на ответные кивки, Дикан посмотрел на самый край площади, где в начале построенного солдатами коридора показался сам разбойник.

Скованный, он едва брел, сгибаясь под тяжестью кандалов, явно не предназначенных для его возраста. Маг покачал головой. Неужели эти люди настолько его боятся? Пришлось напомнить себе, что Орли — маг. Будь у него сейчас возможность обратиться к своей силе, от людей на всей площади не осталось бы и воспоминания. Правда, кандалы тоже никак не могли помешать ему.

С трудом вскарабкавшись по высоким и неудобным ступенькам, юноша остановился перед магом и поклонился ему.

— Будем считать нашу схватку завершенной?

— Да. Ты оказался хорошим противником. Мне так и не удалось разбить твое магическое прикрытие.

— Спасибо, — Орли кивнул. — Я от души старался. Но вы все равно оказались сильнее.

Тихий разговор магов услышал только палач и усмехнулся. Каким бы хорошим магом не был парень, его дорога была завершена. Палач подошел к юноше, заставил его опуститься на колени, и несколькими четкими ударами сбил кандалы.

— Принцип у меня такой, — пояснил он удивленному смертнику.

Оставались какие-то мгновения. Дети с отчаянием смотрели на помост, понимая, что очень скоро все закончится. Но так же ясным оставалось и то, что любая попытка обречена на провал. Отчаяние захватило их души.

И вдруг до сих пор молчавший кристалл стал нестерпимо жечь. Мгновения хватило Кирелю, чтобы понять, как они могут спасти друга.

— Быстро! За мной! — зашептал он, тут же перемахнув через ограждение и бросившись к помосту.

Девочки следовали за ним тенью, при этом каким-то чудом им удавалось уворачиваться от солдат, попытавшихся их поймать. Еще несколько мгновений — и они уже стояли на помосте, между Орли и его палачом. Тот удивленно посмотрел на мага, который не менее ошарашенным взглядом наблюдал за детьми, не веря, что им удалось выбраться из магически запертой комнаты. Жестом он остановил солдат, сделав шаг вперед.

В это же мгновение Кирель сорвал с цепочки камень, который ярко засиял в его руке, поднятой над головой. Тут же детей окутали уже привычные звездочки портала и вернулось такое же знакомое ощущение полета сквозь пространство.

Но вот куда же ведет этот портал?


— А если бы вдруг вернулся Воитель…

— То я сразу же стал бы в ряды его сторонников, — мужчина не дал договорить своему собеседнику. — Дело давно решенное, другой разговор, что он не явится так скоро. Жаль.

— Это с чего такая странная лояльность?

— Ничего странно, Алар. Просто ему под силу то, что не дано никому из ныне живущих великих, высших, ну и так далее. Какое-то подобие порядка нашему миру необходимо.

— Так сейчас и царит порядок, — наемник пожал плечами.

— Ага, например, в Юнирене. Где ты тут порядок видел?

Про себя Алар выругался. Поставленная Зарелью-Лаан цель была ясна — либо работать на нас, либо вообще не работать. А чтобы работать на эльфов, надо было ненавидеть Воителя, ненавидеть кровно. Ну или быть полным отморозком, которому все равно за кого воевать, лишь бы платили. Или…

Но вот убивать этого человека он не собирался ни за какие коврижки. Эльфийские игры велись со времен создания Анлиона, да и впредь будут вестись, и ради этого убивать собственного брата было уже слишком.

— Не знаю, в какие игры ты играешь сейчас, Алар, но я бы посоветовал тебе быть осторожным и не ввязываться ни во что, кроме, может, краткосрочных контрактов.

— Это еще почему?

— Потому что заваривается очень крутая каша.

— От… — он не успел закончить фразу, как брат прервал его:

— Откуда знаю? Оттуда. Птичка на хвосте принесла. Так вот, чтоб ты не тратил зря время, я не собираюсь работать на одну нашу знакомую эльфийку. И тебе советую держаться от этой штучки подальше.

— До сих пор не можешь простить ей Улику?

— И не прощу. При случае — сверну шею. Так и передай, пусть не попадается.

— Ты не знаешь методов работы…

— Отчего же, прекрасно знаю. Или с вами, или в гроб, примеров было вполне достаточно за последние недели. Только вот не будешь же ты убивать собственного брата?

В глазах мужчины сверкнули добрые огоньки смеха. Он искоса посмотрел на смутившегося младшего, и снова перевел взгляд на меч. Точило привычно ходило по лезвию, выравнивая его. Он никогда не был наемным убийцей, как брат, предпочитая «карьеру» вольного разбойника-одиночки. На жизнь пары-тройки вылазок вполне хватало, а больше ему после гибели любимой было совсем не нужно.

А в душе поселилась вселенская пустота. Хотелось совершить что-нибудь очень важное и нужное всем, знать бы только что. Оставаться разбойником с большой дороги очень не хотелось, но заняться чем-то другим тоже оказалось практически невозможно — самому не хватало знаний, да и человека, которому бы можно было довериться, рядом не было. Так что он втайне мечтал о пришествии Воителя, который мог бы дать ему самое главное — цель дальнейшей жизни.

Разговор с братом мало-помалу заходил в тупик. Он отлично понимал, что должен сделать Алар, если он откажется от эльфийского предложения, но не собирался давать брату даже малейшую надежду. Пусть решает. Только вот он скорее всего и сам понимает, что не сможет поднять руку на того, кто когда-то заменил ему и отца, и мать.

— Брат… — наемник отрешенно смотрел куда-то в сторону. — Тебе надо срочно уехать из страны. Немедленно. Прямо сейчас. Ты знаешь Лаан, она не остановится ни перед чем, чтобы выполнить свое задание.

— Не так-то это будет и просто. Ты лучший боец, а я второй после тебя…

— Но она легко может нанять десять каких-нибудь уродов, у которых одни мышцы вместо мозгов. С ними ты все равно не справишься. Уезжай. В порту есть корабли, готовые к отплытию, так что поторопись. Если надо, я могу тебе и деньгами помочь, сейчас их у меня много.

— Не требуется. Что ж, если ты так думаешь, я тебя послушаю. Тогда тебе лучше не знать, куда я направлюсь. Эльфийки… — последнее слово он произнес с нескрываемым отвращением. — Будь осторожен, братишка.

Алар только кивнул. Он никогда не опасался Лаан, словно зная, что она не осмелится причинить ему вред, да и сделать это будет сложно. Плюс, он слишком ценный работник для их организации.

Однако он и знал слишком много — случись что, его не оставят в живых. У эльфов тоже есть свои наемные убийцы, причем очень и очень высокого класса.

Провожая взглядом брата, уходящего к порту, он с грустью следил за ним, понимая, что снова увидит его очень нескоро, если вообще увидит.

— Тим… — прошептал он, словно молитву. — Береги себя, брат.

Вернувшись, он застал девушку в глубокой задумчивости. Казалось, ее лицо не может выражать никакие эмоции. Впрочем, именно так и было: полученные новости заставили ее крепко задуматься.

— Лаан! — только после третьего окрика девушка подняла глаза на помощника.

— А, это ты. Как разговор?

— Никак. Я не смог его найти, правда, дошли слухи, что он покинул континент.

— А… Ну и ладно. Не нравится мне что-то…

— Что именно? — он перебил ее, понимая, что туманные намеки и не думают заканчиваться.

— Все. Лавар выходил на связь, спрашивал о том, как продвигаются дела. Ну, это обычно, ничего интересного. Только вот сам он мне как-то не понравился, ничего конкретного о поиске Воителя не сказал, словно бы они им и не занимаются. И никаких новых инструкций и дополнений.

— И что?

— В этом и вопрос. Какого Воителя он вообще на связь выходил? То, что дела идут неплохо, он и так знает, чего ему еще надо?

Дела идут неплохо… Алар только мрачно усмехнулся. Да, по мнению эльфов, дела действительно шли неплохо, но вот сам наемник так не считал — не дело, когда в расход идет столько людей, пусть даже теоретически они могут примкнуть к Воителю. Порой он даже жалел о том дне, когда согласился на предложение Лаан, но тогда он и представить не мог, сколько крови придется пролить. Многие оказались принципиальны и упорно не хотели работать с эльфами, так что преступный мир Юнирены оказался очень сильно прорежен, на счастье правительству и страже. Чисто случайно он узнал, что во время этой чистки погибли двое хороших друзей, которые когда-то спасли самого убийцу от преследования.

Все это не прибавляло оптимизма, однако слово есть слово — и Алар продолжал выполнять свою работу, правда, все чаще подумывая о том, чтобы начать саботировать деятельность этой организации.

Так и не дождавшись ответа, Лаан снова погрузилась в размышления. Убийца тихо вышел из комнаты, мысленно произнеся проклятие в адрес пресветлого Лавара и всех эльфов с ним заодно. Заказав в трактире вино, он сфокусировал взгляд на сучке в деревянном столе, и замер.

— Что, брат, совсем плохо? — поинтересовался Жан Драчун, появившийся в дверном проеме.

Алар вздрогнул от неожиданности и поднял на него глаза.

— Не то чтобы совсем, но несладко. Я честный убийца, в конце концов… — он осекся на середине фразы и исправился. — Был.

— Кому-то надо и это делать, — Жан пожал плечами.

Вот уж он-то никаких угрызений совести не испытывал, давным-давно потеряв сестру благодаря треклятому закону Воителя, и исполнял все указания Лаан беспрекословно и даже с какой-то дикой радостью — ему казалось, что каждым своим шагом, каждым ударом, он мстит за погибшую девочку.

— Слушай, а когда эльфы разберутся с Воителем, что ты будешь делать дальше? — неожиданно спросил его Алар.

— А ты?

— Не знаю. Переберусь в степи Картелина. Рвану в Харионы. Завербуюсь в гарнизон любого наотского городка. Не решил еще.

— Проще говоря, найдешь свою смерть. Плохо же тебя Тим воспитал.

— Вот уж его не трогай, — огрызнулся Алар. — Он и не думал, что я такой сволочью стану.

— Как знаешь, — Жан пожал плечами, и, обратив внимание, что наемник и не прикоснулся к стакану, залпом осушил его.

В это время Тим смотрел на Сору с палубы корабля, покидающего порт. Он думал о своем брате, который выбрал для себя такую странную и страшную судьбу, думал и том, что будет с ним самим в чужой и неизвестной стране.

Корабль уходил в Манитал. Не самый лучший выбор для разбойника, но он всегда мог наняться на военную службу, с которой на острове были вечные проблемы. На самый крайний случай, можно было пойти в охрану западной границы, отбиваться от эльфов. Да мало ли было возможностей…

Загрузка...