Глубина

40

Дарья

- Что ж, я прекрасно вас понимаю и больше не буду надоедать своим обществом, - с легкой улыбкой говорит София, поднимаясь со скамейки и уже собирается уходить.

- О, нет! Я забыла телефон! Можно я вызову такси с вашего?

- Да, конечно, - киваю я, шаря по карманам в его поисках.

Достаю чудо техники и протягиваю его девушке, замечая, что, даже несмотря на свои чуть беспардонные слова и вопросы, сестра Максима очень вежлива и проницательна.

Девушка немного отходит и успевает вызвать такси, пока я витаю в своих мыслях и рассуждениях по поводу нее.

Отдав телефон, она прощается со мной и уходит, что я нахожу странным, ведь машина еще не приехала. Хотя, возможно, сестра Максима и вправду решила не тяготить меня своим присутствием.

Но, как ни странно, она совершенно мне не мешала. Даже наоборот, присутствие девушки вселяет в меня призрачную надежду, что Максим хотя бы думает обо мне, и я не канула для него в лету.

Смотрю на пресловутые ворота, чувствуя ком в горле и подкатывающие к глазам слезы, которые я упорно пытаюсь сдержать.

Ненавижу жалость! Ненавижу жалеть себя!

Глубоко дышу, пытаясь заглушить чувства, которые наваливаются на меня все с большей и большей силой.

И, как всегда в такие моменты, язык начинает работать чуть быстрее мозга, поэтому, я не успеваю остановит поток рвущихся слов и тараторю стихотворение Ахматовой.

- Я улыбаться перестала,

Морозный ветер губы студит,

Одной надеждой меньше стало,

Одною песней больше будет.

И эту песню я невольно

Отдам на смех и поруганье,

Затем, что нестерпимо больно

Душе любовное молчанье.

Стираю с лица влажные дорожки непрошеных горьких слез и поднимаюсь со скамейки как ни в чем не бывало.